Седьмая Сефира. Ковен
- -
- 100%
- +
И знаете, что?
Ненавижу кладбища. Я неправильный некромант, потому что нормальный – может спокойно залезть в могилу и переночевать в ней, в обнимку с наполовину сгнившим телом неизвестного усопшего. Я же их просто ненавижу. Кладбища, могилы и прочую атрибутику смерти. Зачем бегать по таким местам Силы, если смерть и так постоянно в тебе, и ты сам и есть портал?!
А еще мне там постоянно холодно. Даже если на дворе стоит август, и температура термометра показывает более сорока градусов. На любое присутствие рядом фантома (духа) моя первая реакция – дикий озноб.
В общем, рассказала я эту не особо интересную историю к тому, чтобы вы поняли – дар может проснуться в совсем маленьком ребенке. И этот ребенок сперва начинает сходить с ума: кричать, плакать и бояться спать. А потом он начинает слышать голоса, зовущие его в совершенно неподходящие для деток места. И однажды… вы своего ребенка попросту не остановите. Запретить птице летать – что же это будет за птица? То же и с запретами на использование способностей. Поэтому мой вам совет – заметили что – то странное за ребенком? Пообщайтесь со старшими членами семьи, узнайте, кто еще из родственников обладал Даром, и какой именно направленности был этот дар. А дальше уже смотрите по ситуации.
***
– Так. Мне нужна краска, – спустя пять минут тягостного молчания изрекла я, любуясь собой в принесенное Сашкой зеркало.
– Тебе нужно голову включить хотя бы на минуту!! – все, он все – таки сорвался. – Какая краска, о чем ты вообще говоришь?! Тебя блокировать надо!
– Я постарела на пару лет за один такой поход, но это абсолютно не значит, что я буду ходить в ТАКОМ виде – оглядев себя повнимательнее, недовольно резюмировала я. – Ничего себе пирожки с котятами!
– Дура! —в стену полетела чашка с недопитым кофе. Я с вздернутой бровью полюбовалась на быстро удаляющуюся спину Александра и только через пару минут до меня стало доходить…
Обычно я выгляжу лет на шестнадцать, в худшем раскладе на двадцать, несмотря на то, что цифра в паспорте неуклонно движется к тридцатнику. И я этим вроде как все время была довольна. Даже более чем. А теперь?
Со вздохом обозрев отнюдь не сияющие глаза, пепельного оттенка кожу и белые как снег волосы, я приуныла. Один сильный транс, во время которого я оказалась на Грани (точнее, закрыла там проход из нашего мира в мир мертвых) – и я постарела разом на пару лет. Еще пара – тройка таких трансов (а контролировать я их не могу и не умею) – и все, привет, Госпожа! Давно не виделись.
– Са-аш?! – решив сразу проверить полученную информацию, крикнула я. Ответом было молчание. Пришлось отрывать задницу от стула и идти в гостиную, где товарищ и обнаружился, лежащим на полу в позе морской звезды и с остекленевшим, полностью отсутствующим взглядом. Рядом на полу чадили три черных свечи, образующие вершины треугольника. Все ясно, ушел в транс, вернусь нескоро.
Приглядевшись, я обнаружила, что губы приятеля еле заметно шевелятся. А пригнувшись, я даже различила слова песни – моей любимой из его репертуара. И кого ты там зовешь, дружочек?
Любопытство сгубило не только кошку, и я положила руку на плечо пребывающего в трансе медиума, закрыв глаза. Моментально провалилась в транс и с интересом осмотрелась вокруг.
И куда это его занесло? Вокруг меня была пустынная снежная равнина. И мела метель, скрывающая все в радиусе пяти шагов. Ненавижу холод!
Шагать в чуждом, не мной созданном пласте иной реальности было тяжело. Но я упрямая, я пошла. Поблизости ни намека на разыскиваемого медиума – слишком глубоко ушел. Хоть бы вообще назад выбрался.
Неожиданно я споткнулась обо что – то, скрытое снегом. Присела на корточки, холодея от нехорошего предчувствия, и стряхнула снег с… Чьей – то спины, в черном бархатном камзоле по моде девятнадцатого века. Мне почему – то ну очень не хотелось смотреть в лицо своей «находке» – интуиция просто вопила о том, что ничего хорошего я там не увижу.
Ну здравствуй, мое прошлое «я» … Вглядевшись в застывшие черты лица, я неожиданно ощутила жалость. Молодой какой. И тридцати не было, когда умер. Умер… и замерз? Поэтому я так ненавижу холод и снег?
– Покажи мне… – положив руку на лоб трупу, тихо прошу я. —Покажи, что случилось той зимой.
Но ответом мне была тишина. Я не знаю, сколько времени я просидела на корточках рядом с телом, тихо поглаживая слипшиеся из-за холода и запекшейся крови пряди волос. А красивый, правда. Неужели той курице от него нужны были только деньги, а братцев …кхм… орган был милее?
«Все женщины одинаковы… – пришла откуда – то мысль. – Ради более длинного или того, кто может дольше, или того, у кого в кошельке звенит больше монет, или ради того, которого больше хотят… А и просто так бывает… Просто потому что что – то вошло в голову, и она решила испытать чувства своего аманта на прочность…»
Я почему – то не могла с ним не согласиться. Ведь я тоже видела все, что произошло. Не мне судить – не мне же и оправдывать.
«А теперь выходи!» – сразу после этого меня будто пнули под дых, и я ласточкой пролетела через ряд слоев в астрале, оказавшись почти на поверхности. Еще один вдох – выдох, и я открываю глаза.
Выжатый как лимон медиум смотрит на меня ясными синими глазами:
– Поговорили?
– Так… Слегка, – задув свечи, я лениво приваливаюсь к его боку и бездумно смотрю на потолок, где уже включилась подсветка и бегают огоньки. Мне просто холодно, лениво и спокойно – так, как всегда бывает после возвращения с той стороны. И я уже почти засыпаю, когда неожиданно обнаруживаю, что чья – то лапка перестала мирно покоиться у меня на талии, оказавшись где – то под майкой в районе бюстгальтера.
А что было дальше, детишки, вы узнаете после предъявления паспорта с отметкой о том, что вам больше восемнадцати лет!
Ноябрь 1867 года
Россия, Свято-Троицкий Павло-Обнорский монастырь
…Его нашли на опушке леса. Молодой блондин, изможденный и худой, метался в горячечном бреду, все время тихо бормоча на непонятном языке. Одежда бродяги явно выдавала его принадлежность к «благородным», но была настолько изношенной и оборванной, что становилось понятным – скитается по лесам он не первый месяц. Единственной драгоценностью была золотая серьга в правом ухе, левая мочка была просто разорвана – видимо, оттуда какое – то украшение все же сняли.
На запястьях бродяги при внимательном рассмотрении были обнаружены странные железные браслеты, больше всего напоминающие кандалы, между которыми чьей – то рукой была оборвана цепь. Заклепаны браслеты оказались на совесть, а по ободку одного из них вилась странная надпись на латыни, которую так и не смогли перевести.
– Снимем или оставим, брат Иосиф? – взволнованно спросил молодой монашек, еще не принявший пострига, у своего товарища. Именно эти двое братьев и обнаружили незнакомца, и теперь пытались принять решение, как же с ним поступить.
– Снимай, и так эти кандалы ему все запястья до мяса ободрали… видать сам пытался избавиться, да что – то не задалось… – почесав окладистую бороду, предложил брат Иосиф. Мальчишка кивнул и достал откуда – то из – под полы отмычки (воровское прошлое все еще давало о себе знать!). Пара минут работы и пара пропущенных мимо ушей старшим монахом ругательств – и кандалы с несчастного бродяги были сняты и с отвращением отброшены. Под ними обнаружилось самое настоящее кровавое месиво, местами кожа и мышцы были стерты до самых костей.
– К лекарю его нести надо, – стараясь не глядеть на то, что осталось от рук бывшего благородным господина, буркнул монах. Мальчишка, спрятав отмычки, согласно закивал. Как только бродягу укутали в колючее одеяло из шерсти, он почти сразу затих. Скорее всего, окончательно потерял сознание.
Первые странности начались сразу же после того, как бродягу внесли на монастырский двор. Беспокойно двигавшиеся под веками глаза незнакомца сразу же распахнулись, заставив брата Иосифа изумленно вскрикнуть.
Желтая, как у кошки радужка, с плавными переливами зеленоватого оттенка, окружала расширившийся до предела зрачок тонкой каймой.
– Где… где я? – с явным трудом выдавил незнакомец.
– Лежи, лежи, добрый человек, ты в Троицкой обители, в святом месте, – попытался ободрить бродягу один из подошедших монахов. – Тебя нашли в лесу и принесли к нам на выхаживание добрые братья.
Но реакция оборванца оказалась совершенно непредсказуемой.
– МОНАХИ?! НЕНАВИЖУ!!! – блондин дернулся, когда его попытались пригвоздить к земле сбежавшиеся братья, бросил взгляд на свои изуродованные запястья… Неожиданно ухмыльнулся (на миг глаза оборванца стали мертвенно – черными) – и закричал.
От этого нечеловеческого крика воздух во дворе обители моментально сгустился и почернел, вокруг тела бродяги собрался настоящий вихрь из первородной Тьмы. Запахло грозой, тучи на небе начали постреливать короткими разрядами молний.
А он смеялся и продолжал кричать, и от этого крика братья падали на колени, пытаясь зажать руками уши, из которых толчками потекла темная густая кровь. Крики одержимого слились с воплями истязаемых монахов. Казалось, еще немного – и от этого жуткого вопля, вибрирующего, вгрызающегося в мозг и всаживающего в него свои ледяные когти, головы монахов просто расколются, словно гнилые орехи… Тем, кто стоял близко к источнику этой Тьмы и этого крика, уже было не помочь.
И неизвестно, чем кончилось бы дело, не окажись в этот момент рядом с блондином глухого монаха по имени брат Феофан. Крепкая мужская рука осторожно подняла с земли тяжелое полено…
Резкий взмах…
Крик оборвался.
Глава 3
«Никто пока что так и не понял до конца, в чем же заключается ценность некромантии как отрасли магического искусства. Под вопросом до сих пор остается и то, нужны ли вообще люди, рождающиеся с таким даром.
Но ведь они рождаются? А если учесть тот факт, что в мире вообще царит удивительная закономерность и ничего не происходит просто так… Но мы повели речь о ценности.
А стоило бы начать с вопроса о том, насколько все же опасны некроманты – практики. Учитывая нестабильность их психики первые десять лет после начала пробуждения способностей, не осознающий себя мастер Смерти может превратиться в угрозу похлеще ядерной войны. Хотя все – таки масштабы несопоставимы, потому что у мастеров смерти есть ограничение: выложившись один раз на полную, не рассчитавший своих сил маг попросту не может вернуться обратно из-за Грани. Проще говоря, умирает»
Из дневника практикующего некроманта
Просыпалась я медленно и неохотно. Опять в кровати, куда мы вчера все – таки перебрались. Если учесть тот факт, что я со своими особенностями могу заснуть практически в любом месте квартиры, это уже какой – то прогресс. Может быть, и правда замуж выйти? Будут обо мне заботиться…
Пару минут позволила себе помечтать о тихой замужней жизни.
– Дорогая, почему в микроволновке остатки жира и чьих – то костей?
– Прости, дорогой, это я жабу вчера не допекла, а после вызова очередного духа сил мыть микроволновку уже не осталось…
– Ой, да какие проблемы, помою сам!!!
Или, еще хлеще.
– Эта твоя новая кукла удивительно напоминает мою бывшую девушку… А зачем в ней торчат иголки, может, лучше их вынуть и убрать в коробочку с рукоделием?!
– Нет – нет, оставь, иначе весь ритуал сорвешь… То есть, я потом их долго искать буду, а так всегда под рукой!
– Ну хорошо, как скажешь!
Похихикав от души, я искренне посочувствовала всем тем беднягам, коих угораздило жениться на магически одаренных особах, и все – таки оторвала свой изнеженный зад от постели. Стоило привести себя в порядок (обязательно покрасить волосы, благо что в доме есть «Тоника»! ) и проверить сайт на наличие обращений. Два дня к компьютеру не подходила, наверняка меня ожидал завал заявок от желающих погадать, приворожить, открыть «денежный канал» и снять «венец безбрачия», желательно сразу же одев «кокошник замужества» … Любимая моя работа, иной раз тяжелая и нудная, но нужная и интересная.
Сашка оставил на кухонном столе записку, в которой говорилось, что он рванул на два дня на открытие собственного магазина в Москву. Вернется не раньше выходных и строго – настрого мне запрещает даже близко заниматься в эти дни чем – то магическим. А чтобы бедная неразумная ведьма от голода не померла, сиротливо положил рядом с запиской денежку. Немалую, стоит признать.
Выглядело это, признаться, слегка отталкивающе. Провели вместе ночь, и из разряда учениц меня перевели сразу же в разряд содержанок? Пожав плечами, я убрала деньги в кошелек, сделав в уме пометочку поднять эту тему после его приезда. Следующий час я провела в ванне, выйдя оттуда слегка пятнистой (это же «Тоника»! ), зато снова привычного рыжего цвета.
Пока ноутбук загружал операционную систему, я встала к плите и решила не лениться, а побаловать себя чашечкой горячего кофе со специями. Именно в этот момент в дверь позвонили.
– Кого там нечистый принес? – договорить я не успела, в глазах потемнело и я явственно увидела стоящего у меня на пороге молодого блондина в легкой кожаной куртке и дизайнерских порванных джинсах. Причем шмотки он явно не на Али – Экспресс покупал. И кто же это?
«Смотри!» – виски сжало пульсирующим обручем, и я послушно посмотрела, перейдя на истинное зрение.
Ох ты ж ептваюма… И что незнакомому колдуну у меня в гостях вдруг понадобилось?! Инстинкты подсказали, что дверь все – таки стоило бы открыть. Пришлось снять с плиты турку и направиться встречать нежданного гостя.
– Здравствуйте, а Карина здесь проживает? – блондин прищурился, пытаясь разглядеть меня в темной прихожей. Свет я не включила принципиально.
– Смотря кто ее спрашивает.
– Мне гадалка нужна, – ага! Пошутил ты, мальчик?!
– Я за нее, проходите, – посторонившись, я впустила парня в прихожую. Пока он разувался, закрыла дверь и незаметно начертила в воздухе защитную руну. В момент отрисовки последнего штриха гость мой вздрогнул и явно пошатнулся – голова заболела, как неприятно. Бывает! —Вы от кого, если не секрет, мой адрес узнали?
На этой фразе он вздрогнул повторно.
– Друг подсказал…
– Что за друг, как зовут? – продолжила я допрос, не пуская странного визитера дальше прихожей. А она в моей квартирке довольно маленькая, толком не развернуться.
– А что за допрос?! – решил пойти в наезд? Не на ту напал, котик.
– А то, что я не принимаю на дому, и мой адрес не знает ни один из моих клиентов. Только дистанционно, – мило улыбнулась я. – Итак, зачем пожаловали?
Блондин вздохнул и снял темные очки, заставив меня слегка побледнеть. На меня смотрели матовые черные, абсолютно пустые глаза.
Некромант.
– Я бы предпочел такой разговор вести на кухне за чашечкой чая, а лучше кофе, – намекнул коллега, ранее мною не виденный.
– Ну, проходи.
Спустя пять минут мы разместились за столом, и я приготовилась внимать своему посетителю.
– Вообще – то, я пришел проверить информацию, – начал блондин, отхлебнув глоток обжигающе горячего напитка. Поморщился, отставил чашку в сторону и продолжил: – В городе мало некромантов, как и в самой области. Я один из трех, и все состоят в Ковене. А тут мы случайно заметили всплески характерной силы, шли постоянные прорывы грани. С трудом установили локацию, дальше я выехал по сигналу. Предварительно изучил информацию в Интернете, и случайно наткнулся на твой сайт, где прямым текстом было сказано о том, что ты практикуешь некромантию и гадаешь. Почитал отзывы, собрал данные, проверил еще пару гадалок по району и поехал по всем. В принципе, не ошибся.
– Зовут тебя как, проверяющий? – ситуация пока что не мне шибко нравилась. Я вообще не любитель какого – либо контроля над собой, сказывается негативный опыт прошлых воплощений, не иначе. Да и в этой жизни мои способности меня пару раз уже приводили под топор, от того и бегаю по городам и весям, стараясь дольше года нигде не задерживаться. Только в Ростове задержалась уже почти на два года, вздохнула спокойно… Но об этом я расскажу в другой раз. Рано, в общем – то, я обрадовалась.
– Константин, можно просто Костя, – внимательно меня изучая (явно ауру щупает, у меня всегда от этого виски ломит), отозвался блондин. – А ты можешь не представляться, твое имя и так у всего города на слуху.
Еще бы ему не быть, я одна из первых, выезжающая на поиски пропавших детей в этом чертовом околотке! За что и страдаю.
– И последний вопрос – что вам от меня надо? – деланно спокойно спросила я, незаметно потянувшись к голени, где под джинсами у меня был спрятан замечательный, очень острый атейм, годившийся не только для проведения ритуалов. Если меня только попробуют начать к чему – то принуждать…. Живой не дамся!
– Пока просто познакомиться, возможно – предложить войти в Ковен. Если ты будешь нам интересна, – его наглость бесила меня все больше. Понимаю, что сейчас он натыкается на врожденную защиту и поэтому не может точно оценить уровень силы сидящего перед ним некроманта, но вот такие вот высказывания меня после почти десяти лет общения с другим Ковеном стали доводить до бешенства за полсекунды. – Но пока что…
Во мне поднял голову подстреленный колдун, невежливо отпихнув в сторону основную личность и полностью заместив ее на пару минут.
– Лучше скажи, чем вы и ваш Ковен из трех человек может заинтересовать меня, – даже интонации у меня сменились, как забавно, оказывается, наблюдать за собой в такие моменты со стороны! – А я послушаю и подумаю.
– Девочка, дури голову клиентам, меня ты деланным пафосом не обманешь… – самодовольно улыбнувшись, некрос сверкнул своими бельмами (ну иначе этот взгляд дохлой рыбы не назовешь!) и попытался встать со стула.
– А ну, сидеть, – лениво протянула я, сделав незаметный жест сверху вниз. – Тебе вставать разрешения не давали.
Бедного блондина будто пыльным мешком ударили по голове. Потому что встать он и правда не смог – бессильно повалился обратно на стул, пораженно глядя на меня. Видимо, что – то в моем лице так резко его поразило – я – то не вижу! Но холод, которым внезапно потянуло в жарко натопленной кухне, почувствовали почему – то мы оба.
Лампочка в люстре пару раз мигнула и неожиданно лопнула, рассыпавшись на сотни осколков.
– Твою мать… – тихо просипел Константин. – Это что за…
Договорить он не успел.
Потому что одновременно с вырвавшимся из моей груди смешком взорвалась вся стоящая на кухне посуда. Нас накрыло дождем стеклянного крошева. Блондин матерился, стремясь прикрыть лицо руками и защитить его от случайных порезов, а я с удовольствием принюхивалась к запаху свежей крови, сочившейся из образовавшихся на нас обоих порезов и ловила себя на странной мысли, что не отказалась бы эту кровь слизать…
– …! – ворвавшийся в мое сознание мысленный вопль Сашки живо отрезвил и привел в чувство. – А ну, немедленно прекращай этот балаган!
Я встряхнулась и наконец – то избавилась от мягкого давления чужой воли. Поднялась на ноги, включила свет в прихожей и поманила к себе совершенно ошалевшего Костика.
– Ты это… завтра лучше зайди… А то у меня ПМС, – открыв входную дверь и невежливо подтолкнув его к порогу, пробормотала я. – Заодно и обсудим возможность сотрудничества с вашим Ковеном, ага…
– Ага… – судя по его быстро удаляющейся спине, больше предлагать мне вступать в непонятные организации эти ребята не будут!
Закрыв за визитером дверь, я обессиленно привалилась к косяку и поняла одно: мне снова пора менять место проживания. Вздохнув и еще раз мысленно посетовав на судьбу – индейку, я заперла дверь на нижний замок и отправилась за компьютер. Нужно было подыскать подходящий город для переезда и быстро обработать пару заявок от клиентов.
Ноябрь 1857 года
Моравия, село неподалеку от Оломоунца
Стоял тихий зимний вечер, ничем особо не примечательный. Почти вся деревня уже спала, и только за околицей в отдаленно стоящей избе все еще виднелся в окошке трепещущий свечной огонек. Не иначе, колдун ученика своего натаскивал, колдовской премудрости по книгам неведомым обучал.
Бабка Станиска вздохнула и тяжело разогнула спину. Доить козу в такое позднее время? А что поделаешь, коли годы уже берут свое, и старческая бессонница замучила? Даже после трудового дня – все по хозяйству хлопоты, невесткам помощь да за внуками пригляд, что еще – то по зимнему времени делать, – бабка не могла заснуть с закатом, как все порядочные селяне. От того и маялась, места себе не находила.
К колдуну, что ли, сходить, попросить мази какой от спины больной да травок от бессонницы клятой, как раз и сала в запасах пара шматков имеется, домашнего, подкопчённого – зять смалец дюже вкусно коптить умеет…
Колдуна в селе хорошо знали, хотя по привычке и недолюбливали. Знатный по молодым годам мужчина за последние десять зим как-то резко сдал, превратившись в седого согбенного старика, но ясные карие глаза смотрели не по – стариковски, с молодым задором. Казалось, душу могли насквозь просмотреть, до самого донышка. К колдуну на поклон при любой нужде ходили, кто чем мог отдаривались – кто сала принесет, кто фруктов – овощей со своего огорода, а кто яичек из – под лучшей несушки. Колдун хозяйства почти не вел, денег не брал, но от подарков никогда не отказывался. По старому завету работал, как еще деды его и прадеды.
Все селяне, хотя и боялись этого показывать, весны три назад стали судачить, как быть, ежели колдун помрет, да после себя никого не оставит. Видимо, дошел до Горака слух, потому как осенью прошлой привез он откуда – то из – под Литвы чумазого оборванца, который после бани и усиленного откорма превратился в ладного мальчишку со светлыми волосами. Вот только глаза у чужина были странные, желтовато – зеленые, как у бродячего кошака. Да и характером он в тварь хвостатую пошел, где какая пакость не случится – везде белобрысая макушка мелькнет, да только он вроде как и не при делах останется. Поначалу бегали к знахарю, просили приструнить бесовское отродье и пригляд за ним усилить, но колдун только посмеивался.
Назвал колдун мальчишку Матеем, что означало «Дар Божий», поглумился, можно сказать, над всеми сразу. Потому как Бог добрый да справедливый, такое непотребство сущеглупое точно подарить не мог, разве что послать в наказание.
Бабка устало вздохнула – этак замечталась, что уже и рассвет вон скоро забрезжит, а ведь сейчас, по – зимнему, рассветает поздно, не с первыми и даже не со вторыми петухами…
Протерев подслеповатые глаза, бабка испуганно ахнула. Алое зарево, расползавшееся по кромке ночного неба, было самым страшным знаком для любого селянина, и с рассветным маревом ничего общего не имела.
– ПОЖА – А – А – А – АР!!! – насколько сил хватило старым легким, закричала бабка, отбросив в сторону подойник со свежим молоком и кидаясь по соседям. – ПОЖА – А – А – АР!!!ПОДНИМАЙТЕСЬ!!!!
В избе старательно шевеливший губами светловолосый мальчишка вздрогнул и боязливо оглянулся на полати, где похрапывал седой учитель. Будить или не будить? Разбудишь – так ведь все сразу поймет, догадается!
Отпихнув книгу, мальчишка схватил рваный тулупчик, быстро сунул ноги в валенки и опрометью выскочил во двор. Разгоравшийся на другом конце села пожар было отлично видно на фоне зимнего неба. Не по – детски серьезно вздохнув, Матей выбежал за околицу, где землю не охраняли врытые кресты (не мог он колдовать внутри запечатанного таким образом села, плохо становилось), нашел подходящее место и упал на колени, быстро очертив вокруг себя круг в снегу. Мальчишка закрыл глаза, глубоко вздохнул, скороговоркой пробормотав молитву на латыни и начал медленно, речитативом нашептывать непонятные слова.
Спустя пару минут в небе мелькнули первые молнии. Не открывая глаз, мальчик улыбнулся и повысил голос. На его лицо упали первые капли дождя.
Глава 4
«Некромантов в давнишние времена могли называть лекарями человеческих душ. Дар сам по себе нейтрален, и его область применения зависит исключительно от настроения его обладателя. Так как некромант работает с душами – причем, большинство людей свято уверены в том, что только с душами умерших, и точка… – он обладает неплохими навыками воздействия и на живые объекты.
…Еще одна странность некромантов заключается в том, что в местах их обитания или колдовства может очень резко меняется погода. Можете представить себе снег в мае? А это он, наш дорогой и любимый некрос. Может быть, у него кондиционер сломался, а может, он именно в этот миг какую – нибудь тварюку из астрала тащит. Сразу и не угадать.