Седьмая Сефира. Ковен
- -
- 100%
- +
Девушка была ласкова, заботлива и этим откровенно пугала некроманта. Он не понимал этой ласки и заботы, и ежесекундно ждал какого – то подвоха. Ни разу в его жизни никто не помогал ему просто так. О заботе же и говорить не приходилось.
Несмотря на всю заботу, которой его окружила Уля, рана никак не хотела заживать. Матей чувствовал себя полностью обессиленным. Дар медленно утекал, словно песок сквозь пальцы – и он прекрасно осознавал, почему. Оставалось одно – просить милости у Госпожи. А для этого требовалось каким – то образом попасть на кладбище.
Удобный случай выдался буквально на следующий день – девушку позвали принимать роды. Оставив своему больному еды на всю ночь и наказав пить травки и не выходить из избы, Ульрика быстро собрала знахарские принадлежности и отправилась к роженице. Матей дождался ее ухода, шевельнувшимся в груди Даром ощутил, что девушка отошла далеко от дома, и наконец поднялся с лавки. В окно светила почти полная луна – лучшее время, чтобы найти в лесу чью – то безымянную могилу и призвать Ту, что была его Госпожой.
Пришлось позаимствовать небольшой ножик и кое – какие травы из запасов знахарки. Подумав, Матей прихватил кубок в форме черепа – идеально подойдет для сбора жертвенной крови.
Подхватив в сенях заступ и поплотнее закутавшись в меховой кожух, колдун вышел на крыльцо, закрыл глаза и прислушался. В глубине леса его явственно кто – то звал. Знакомая сила, сладковатый аромат смерти и тлена.
– Иду, – ответил он на Зов.
Духом ответил, не голосом, как Горак его учил.
Учил жестоко, но единственно верно – сорок дней молчать заставил, а потом псов бродячих натравил. Матей как заорет – да не горлом, а духом своим крикнул, псы так мертвыми и попадали. До сих пор помнил, как у них из глаз да ушей кровь лилась. Тогда Горак и понял, кого он учить – то взялся, да возгордился, что такая честь ему самой Госпожой Смертью дарована. Вот только до конца не выучил, не успел – напали на село. Пришлось мальчишке уйти, да в крепость податься, к князю на службу под видом монаха… Но о том в другой раз мыслить потребно.
Снег под ногами даже не скрипел, так, похрустывал еле слышно. Матей шел, принюхивался, прислушивался, ощущал всем телом лес и его обитателей. Настоящий кот на охоте – даже глаза кошачьи, и взгляд такой же. Где – то на верхушке сосны ухнула сова. Хранительница леса приметила колдуна, поздоровалась.
Остановившись, Матей ритуально поклонился на три стороны: перед собой, на правую сторону и на левую. Дадут ли ходу дальше, или прогонят самозванца?
На тропинку перед ним выскочила невесть откуда лиса. Глаза зверя были слишком умными – нечеловеческими. Повертелась у ног, понюхала его да порскнула по тропинке куда – то вбок. Колдун, не задумываясь, поспешил за провожатой.
Краснодарский край, долина Сукко
Наши дни
Я не помню, как Эльмира ухитрилась дотащить меня до машины и привезти домой. Окончательно пришла в себя только на кухне, когда перед носом мне поставили тарелку наваристого харчо и полулитровую кружку горячего сладкого кофе. Встревоженный взгляд девушки вызвал странное, почти забытое ощущение тепла в душе. А я и забыла, каково это – когда о тебе так искренне беспокоятся. Обычно это моя прерогатива – беспокоиться обо всех, и о своих, и о чужих мне людях, которым я обещала помощь.
Ты помогаешь всем… Но кто поможем тебе?
Придвинув к себе тарелку супа, я уничтожила его в считанные минуты и попросила добавки. Проклятая навка выжрала мой резерв почти до краев, и я уже начала расплачиваться с оголодавшей тварью собственной жизненной силой. Не вмешайся вовремя Эльмира – там бы и осталась. В виде тихого и весьма симпатичного трупа. Вторая тарелка была съедена чуть медленнее. Меня стало понемногу отпускать.
– Что с тобой случилось? —наконец – то решилась спросить девушка.
– Неупокоенный дух прицепился, – вздохнув, объяснила я, потянувшись к кофе. – Все силы выпил.
– Это как так?!
– А так. Убили девку эту в Анапе, да на дороге бросили ночью. Слегка только прикопали. Тело ее потом нашли, да только не все – часть скелета собаки утащили, извини, что пугаю – мясо обожрали… В общем, часть тела осталась в земле, не похоронена, и в результате душа этой убитой теперь привязана к месту захоронения своих костей.
– Фу, – передернулась Эльмира. – Жалко, конечно, но из-за нее уже столько людей погибло!
– О том и речь, – скривилась я. – Это уже не душа, это перерожденец, неупокоенный дух. Их еще называют навьими тварями, или просто навками. Она слишком сильно отравлена ненавистью. И теперь эта тварь убивает людей, и их души попадают в ту же ловушку, между небом и землей. Уничтожать надо. Из-за нее там, по сути, образовался портал в мир Мертвых. Который эта гадина не имела никакого права создавать!
– К – как уничтожать?! – глаза девушки стали большими и круглыми. Я явственно чувствовала, о чем она думает – что я пересмотрела «Охотников за привидениями», и добавила сверху все серии «Зачарованных». Ню – ню.
– Вот отлежусь пару дней, и поеду туда обряд проводить. Если захочешь – можешь отправиться со мной, тогда и узнаешь, – обаятельно улыбнулась я, скрывая вспыхнувший в зрачках желтый огонек. «Зачарованные», да?
Через минуту сообразила, что взявшаяся невесть откуда злость и раздражительность – не моя. Отпустило.
Минут двадцать поболтав с Эльмирой, я вежливо откланялась и пошла к себе – отлеживаться в горячей ванной и размышлять о том, чем же мне теперь заняться. На пороге меня встретила встревоженно мяукающая Шеба. Судя по горящим глазам фамилиара и вставшей дыбом на загривке шерсти, со мной пришел Гость.
Закрыв глаза, я нырнула на нижний уровень астрала. На удивление, выход в иной мир получился легко. Глубже, глубже… Вот они, Врата – уже рукой подать. Теперь главное – вовремя остановиться.
Глубокий вздох… и я вижу, как мое тело начинает меняться. Волосы становятся длиннее, меняется одежда. Призванный из-за Грани посох с навершием из обсидиана удобно ложится в ладонь. Под ногами стремительно покрывается инеем земля.
Пришедшая из реального мира тварь растерянно оглядывается. Она в ловушке. Выйти с этого уровня без моего позволения я просто не дам.
Жертва неожиданно превратилась в Охотника. Ловца душ, стража проклятых.
Я усмехаюсь, и чувствую, как от моей ухмылки искалеченную ненавистью душу бросает в ледяной пот.
– ГРАШ АТЗЕХАННОН!! – шепот неожиданно превращается в крик, вспарывающий застывший мертвенно – спокойный воздух этого места, преддверия Долины Смерти. Тварь визжит, она не хочет уходить.
Но кто ее спрашивает?
– Тебе не место среди живых, – некромант спокоен. Тварь останавливается, глядя на меня с неожиданным изумлением. Черные провалы глазниц начинают медленно меняться. Вскоре передо мной стоит женщина не старше 25 лет. Грудь пышная, налитая молоком. Кого она кормила?
– Дочь… я не могу найти свою дочь… – душа плачет. Показывает, что произошло. Ресторан, двое крупных мужиков соглашаются «приятно провести вечер». Дома в колыбели плачет ребенок, которому нужно купить творожки. Меня почему – то добивает эта мысль о детском питании и об «Агуше». В машине… насилие, боль, режут ножами, избивают… Отрывается почка, разбитое лицо… В конце концов, ее попросту придушили…
Их было пятеро в той машине. Четверых она уничтожила. В живых остался только один. Тот самый Николай, чья жена и дочь погибли в аварии по вине навки.
– Упокой, Господи, душу, рабы Божией твоей… – начинают медленно шептать мои губы. Слова приходят сами собой, но я точно знаю – они единственно правильные в данной ситуации.
– Алевтины…
– Алевтины, и просто все ее прегрешения, вольные или невольные… И даруй Ей Царствие Небесное! Аминь!
Через секунду рядом с плачущей женщиной останавливается карета «Скорой Помощи» – так она представляет своего проводника?
– Иди. Не бойся, – предлагаю я. – Тебе пора вернуться к живым.
На секунду, перед тем, как сесть в автомобиль, душа улыбается. А мне показывают больничную палату, и темноволосую женщину, которой на руки дали новорожденную дочь.
– ГРАШ АТЗЕХАННОН… – у меня еле хватает сил на то, чтобы закрыть портал.
Возвращения в свое тело я уже не ощущаю.
Глава 8
Все восстало против молодого некроманта,
Сделав меня мучеником моего таланта…
Ты, зловещая луна,
В мои муки влюблена.
Отобрав души покой,
Что ты делаешь со мной?
Можешь ты мне дать ответ —
Отчего весь белый свет,
Обозлился на меня?
Для чего родился я?
Король и Шут, «Некромант»
В себя я пришла от того, что по моему лицу кто – то нежно водил влажной тряпкой. Глаза открывать не хотелось, поэтому я решила немного попритворяться обморочной принцессой. В конце концов, не так уж и часто мне выпадает возможность пользоваться чужой добротой и наслаждаться чьей – то заботой. Это ко мне чаще бегут с нытьем и жалобами, считая, что у ясновидящей проблем нет и быть не может.
«Тыжмаг!» – самая ненавистная мне фраза в последние пару лет.
Втянув ноздрями воздух, я неожиданно насторожилась. В комнате пахло чужим парфюмом. Что самое странное – мужским. Э – э – э?!
Глаза распахнулись моментально, и я чуть не подавилась собственным возмущением. На кровати рядом со мной сидел незнакомый брюнет весьма приятной наружности. Длинные черные волосы собраны в аккуратный низкий хвост, дорогая шелковая рубашка, стильные дизайнерские джинсы и аромат элитного мужского парфюма. Темно – синие глаза, прямой нос и аккуратные губы. А в ухе черная гематитовая серьга. После мимолетного взгляда на его руки мне окончательно поплохело. На среднем пальце правой руки ехидно скалился изумрудный череп.
Некромант.
Вот только коллег по цеху мне сейчас еще для полного счастья и не хватало!
– И чем вы соизволите объяснить свое вторжение? – моим голосом можно было пельмени замораживать: – Я в гости никого не приглашала.
И защитой в недавно снятом доме озаботиться не успела. ДУРА.
Брюнет мягко улыбнулся и поправил подушку, на которой я лежала.
– Карина Игоревна, я думаю, мы с вами обсудим все эти вопросы и я с огромным удовольствием на них отвечу, но сперва вы покушаете и выпьете со мной чашку кофе. А то на вас смотреть страшно. Кого – то изгоняли, если я правильно понял?
Судя по всему, пока я лежала тут в глубоком обмороке, этот чудак на букву «м» успел меня просканировать как тот рентген, изучить состояние резерва и примерно оценить уровень подготовки. Как они меня все бесят.
– Несите вашу еду… – все – таки я сейчас не в том состоянии, чтобы бодро от него драпать. Тем более, хоть я теоретически и сильнее своего пока еще безымянного гостя, но в практике явно отстаю. Несмотря на весьма ухоженное личико, я нутром чувствовала, что ему уже хорошо за сорок. Если не за пятьдесят. А разнице в уровнях у нашей братии весьма неплохо компенсируется жизненным опытом и выработанной с годами хитрожопостью. – И соизвольте представиться.
– Ольгерд, но на русский манер меня чаще называют Олегом или Аликом, – и улыбочка такая, просто Сахар Медович.
– Литовец? – заинтересовалась я.
– Наполовину.
С этими словами Ольгерд встал с моей постели и направился на кухню, где явственно пахло свежеприготовленным шашлыком. Понаблюдав за изящной походкой некроманта, я украдкой вздохнула.
Сколько не бьюсь над своими манерами, чтобы выглядеть так же – холодной, царственной и недоступной, все впустую. Походка у меня чаще всего как у беременного попугая, а манеры были привиты во время общения с дворовыми пацанами. Иногда это ужасно раздражает (чаще окружающих, чем меня саму), но поделать ничего не могу.
Где он только ухитрился раздобыть поднос, с помощью которого обычно сервируют завтрак в постели? Через пять минут меня заботливо усадили в подушках и «накрыли поляну». Шашлык пах умопомрачительно, кофе выглядело просто прекрасно, и вообще – такая забота, что просто «ох и ах». Надеется, что я умру от умиления?
Сам некромант расположился в ротанговом кресле и неспешно вкушал кофеек, периодически затягиваясь сигарой. Если что, с хозяевами дома объясняться сам будет, меня десять раз предупредили курить только в окно.
– Приятного аппетита, – от этих милых слов я чуть не поперхнулась, свинина пошла не в то горло.
– Благодарю! – кое – как прожевав коварный кусок мяса, отозвалась я. – Вы так добры, что это уже слишком…
Ухмыляется еще, зараза. И смотрит так оценивающе, что у меня реально мясо в горле застревает. Излучаемый некросом холодный интерес заставляет ежиться и максимально прятаться за щитами, которые я из-за слабости не могу развернуть во всю ширь. Впрочем, есть у меня одна эксклюзивная разработка, познакомиться с которой не помешало бы некоторым наглым колдунам… Сил требует по минимуму, но эффект сравним с разорвавшейся бомбой. Боевая ментальная защита называется.
– Итак, я поела, кофе попила, теперь внимательно слушаю, кто вы и как здесь оказались, – отодвинув поднос с опустевшей посудой, я решила не терять времени и устроить допрос с пристрастием. Ольгерд со вздохом отложил сигару и шутливо поклонился, прижав руки к груди:
– Позвольте представиться, госпожа – я глава Ковена ростовских некромантов, от лица которого к вам являлся с визитом некий Константин.
«Денег пришел просить!», – мигом мелькнула в голове неприятная мысль.
– И что вы от меня хотите? – как можно обаятельнее постаралась улыбнуться я, еле сдерживаясь, чтобы не долбануть по нему своей любимой «боевухой». Пускай потом заплаты в ауре полгода штопает, а я пока свалю – далеко и надолго! Ко мне в лапы что попало – считай, пропало.
– Молю о милости, – глаза некроманта откровенно смеялись. – Соблаговолите вернуть силу посланнику нашему невоспитанному, а то ему без нее по кладбищам ходить как-то не с руки – сожрут твари навьи, и даже не подавятся…
Моя челюсть плавно уехала вниз. Вернуть Силу?! Да у него крыша поехала, по всей видимости! Во – первых, я ее не брала, а во – вторых, у меня способности не того уровня!
…Или как раз того?!
Сглотнув, я слегка побледнела и почувствовала сильный озноб. Когда – то очень давно меня предупреждали, что эксперимент по слиянию может закончиться именно так, и поэтому держали под пристальным наблюдением. Но в течение нескольких лет мои якобы «особые способности» никак себя не проявляли, и меня просто превратили в подстилку для главы того Ковена, под защитой которого я находилась. Терпела я это недолго – как только выдался удобный момент, просто сбежала.
Единственный нюанс, из-за которого я стараюсь теперь ни в одном городе дольше полугода не задерживаться, заключается в том, что прямо перед моим побегом у нас с Алексом (тем самый Главой Ковена) произошел небольшой конфликт. И я взорвалась. А когда я взорвалась, эти самые способности, которых «не было», наконец – то соизволили проснуться. В итоге Главой Ковена Алекс быть перестал. Да и просто магом перестал, если уж на то пошло. Я начисто выжгла его магическое ядро одним направленным ударом…
Но об этом я узнала уже позже, намного позже. И до сего дня пребывала в твердой уверенности, что тот раз вышел совершенно случайно. Оказывается, не случайно. Два случая подряд на редкостное совпадение списать не выйдет.
Мать твою.
Ольгерд крайне внимательно наблюдал за изменениями, происходящими с моим лицом, и увиденное явно ему оптимизма не внушало. Снова схватившись за сигару и отбросив нарочито дурашливый тон, некромант тихо поинтересовался:
– И какой это по счету случай?
– Второй, – пискнула я, зажмурившись. Рядом с этим хищником я неожиданно почувствовала себя маленькой девочкой. И поймала себя на странной мысли, что мне ужасно хочется зарыдать и кинуться жаловаться взрослому и серьезному дяде на свою жизнь нелегкую. Совсем я от одиночества ополоумела, не иначе.
– Опиши мне все, что ты чувствовала в первый и второй раз, подробно.
Вздохнув и попросив еще чашку кофе, я принялась каяться.
Спустя три часа я выдохлась окончательно. Ольгерд заработал себе пару седых прядей и кучу головной боли, осознав, что сидящая перед ним девица является мощнейшим прирожденным некромантом, но при этом совершенно необученным. И что с ней делать – пока что ну совершенно непонятно.
– Способности проснулись в очень раннем возрасте, потом долгое время спали, потом в твоей жизни появились представители московского Ковена и красиво «взяли в оборот», напев кучу сладких сказочек, – выпустив колечко дымы, подытожил он. – Использовали тебя долгое время в качестве банальной «батарейки». Кстати, таких девушек часто называют «монстриками» или «помощниками»…
– Или некретто, – печально согласилась я, так как оба названия были знакомы просто до боли.
– Или так, да. В нужный момент твои мега – способности почему – то не проснулись, что вполне логично – слишком много энергии с тебя тянули эти недоноски… да и сильный Дар, как правило, просыпается в более зрелом возрасте… И затем предложили сделать подсел?! – тут волосы бедного некроманта просто встали дыбом. – Причем долго и придирчиво ковырялись, подыскивая замечательный неупокоенный дух, который при жизни был природным некромантом?!
– Ага.
– Они идиоты?!
– Это ты мне скажи.
– А ты, конечно, согласилась?!
– А меня никто и не спрашивал, – пожала плечами я. – Просто налили вина с транквилизаторами, поимели всем Кругом и после этого сделали то, что планировали.
– На месте твоего подселенца я бы их там на клочки и разнес, – чувствовалось, что некромант был в искреннем шоке. Не знаю почему, но я ему верила. —Но он не разнес, он заснул. Слияние шло очень долго, потому что подселенец тебе достался неглупый и вполне самостоятельный, к тому же жизнью хорошо побитый. В итоге от тебя ожидаемых супер – способностей так и не дождались…
– И расслабились, – услужливо подсказала я, чувствуя, как от воспоминаний об этом периоде моей жизни к горлу подкатывает тошнота.
– И совершенно зря, – поморщившись, Ольгерд затушил окурок сигары и потянулся за шоколадной конфетой. – Это какой – то кошмар. И ты некромантию после этого долго не практиковала?
– Я ее терпеть не могу и не могла.
– И когда проснулся твой колдун?
– Где – то полтора года назад.
– Из-за чего?
– Из-за того, что одна тварь попыталась меня изнасиловать.
– Способности чаще всего и просыпаются в состоянии сильнейшего стресса, – вздохнув, некромант ласково погладил меня по плечу. – Бедный ребенок.
Вот уж кем – кем, а ребенком я себя давно не считала. Но стоило мне открыть рот, как я тут же получила в него конфету. Спасибо, что хотя бы обертку снять удосужился!
– Ложись спать, тебе нужно восстановиться. С утра подумаем, как быть дальше.
– А ты? – с трудом прожевав шоколадку, промычала я.
– А я тут пока посижу, покурю и подумаю. Приставать не буду, не волнуйся, – с этими словами некромант прошел на кухню, потушив в моей комнате свет. – Приятных снов, детеныш.
Странное дело, но после этого пожелания я легла и вскоре действительно крепко уснула. Правильно говорят – в любой непонятной ситуации просто ложись спать!
Утром я проснулась от негромкой беседы на кухне. По голосу узнав Эльмиру и моего вчерашнего визитера, поняла, что дальше лежать и блаженно лениться под одеялом у меня уже просто не получится. Нет, на декокт девушку он вряд ли пустит, но… Но что, додумать я так и не успела, руки сами откинули одеяло и потянулись за висящим на стуле халатом.
– Бодрого утра! – войдя на кухню, я отметила, что Эльмира разрумянилась и весело хихикала, а некромант переоделся в невесть откуда взявшиеся простые джинсы и футболку с чьей – то оскаленной рожей. Так он определенно смотрелся моложе и притягательнее. Внутри шевельнулось какое – то неприятное, хорошо подзабытое чувство. Улыбка подруги мне откровенно не понравилась.
…Я что, ревную? Мозга у меня, что ли, нет?!
– И тебе не болеть, – освободив мне стул, Ольгерд встал к плите. – Что будешь на завтрак?
– Хочу тосты с сыром, – радостно выпалила я. Сыра в холодильнике нет, я его забыла купить, так что это вполне позволит мне остаться с Эльмирой наедине минут на пятнадцать и быстро разузнать, о чем они тут без меня говорили.
– Тогда придется минут десять подождать, – заглянув в холодильник, Герд оправдал мои надежды. – Еще что-нибудь купить?
Быстро продиктовав ему список необходимого и попытавшись вручить деньги, от которых некромант шарахнулся, как черт от ладана, я заперла за ним дверь и вернулась на кухню.
– Как дела? – одновременно спросили мы с Эльмирой друг друга. Посмеявшись, я быстро рассказала, что вчера плохо себя чувствовала и ко мне поэтому приехал «старый друг». Оказалось, что девушке Герд так и представился, умолчав о своих некромантических изысканиях. А разговаривали они о Лондоне, где некромант пару лет проживал.
– Он такой милый, – засмущавшись, поделилась со мной девушка. – С ним когда разговариваешь, такое ощущение, будто бы сто лет знакомы. Очень здорово умеет шутить.
Глоток кофе застрял у меня в горле. Представить себе бодро ржущего над чем – то человеческим некроса у меня не получилось.
– И он очень простой, не надменный, держится легко, – добила меня Мира. – Ты бы присмотрелась к нему, я так и вижу вас вместе!
Кофе окончательно перекрыл дыхательные пути. Тоже мне, нашлась сваха анапская! Через минуту до меня дошло, что я – то и впрямь вижу Герда с немного другой стороны и весьма предвзято. Что ж, дадим человеку шанс проявить себя – от меня не убудет. И так уже влипла по самые уши – и отнюдь не в варенье.
Мило отшутившись, и продолжая машинально отвечать на вопросы Миры, я погрузилась в невеселые размышления о том, что детей женщины – некроманты могут иметь только от себе подобных. И не завести ли мне ребеночка, тем более что и кавалер так вовремя подоспел?!
– А ты забыла, что сегодня мы идем на семинар?! – эта фраза вырвала меня из грез, в которых я даю своему очаровательному сыночку поиграться прадедушкиной берцовой косточкой. В этот момент в кухню неслышно вошел обвешанный пакетами некромант.
– О, и вы тоже туда идете? – с деланным удивлением «обрадовался» он.
Капец. Я себе представляю, что скажет Сашка при взгляде на нашу веселую «гоп – компанию».
Глава 9
«Связываться с некромантом, и, уж тем более, становиться его врагом, станет только полный безумец. Потому что, в отличие от других магов, некрос чувствует себя в стихии Смерти, на кладбищах и захоронениях, как рыба в воде. И ему ничего не стоит скачать из «Контакта» или с «Одноклассников» Ваше фото. А потом взять старое зеркальце и пойти на кладбище, где после получасового ритуала Вы получите страшный подарок – порчу «Мертвая дорога».
После этого жить Вам останется считанные месяцы. И жизни такой просто не позавидуешь. Вывод? Никогда не ссорьтесь с некромантом – себе дороже выйдет!»
Из дневника практикующего некроманта
Мне было почему – то на редкость неуютно. Украдкой я постоянно поглядывала в зеркало заднего вида, сидя на заднем сидении автомобиля Герда. Такой нарядной, накрашенной и вообще холеной я себя не видела уже давно. И еще столько же бы не видела!
Привычная для меня одежда – черные джинсы или кожаные брюки, черная водолазка либо одна из коллекции маек с черепами и прочими сатанинскими рисуночками, черные берцы со шнуровкой и не менее черный плащ либо кожаная куртка. Все! Волосы заплетены в нетугую французскую косу, на шее висит гроздь амулетов, на запястье браслет в виде черепов из натуральной кости. Сразу видно, «ху есть ху».
Сейчас же, выряженная как последняя проститутка на съеме, я чувствовала себя крайне отвратительно. Скрашивало мое негодования только одно – не одна я выглядела разряженной курицей, Эльмира тоже подверглась насильственному переодеванию со стороны «доброго некроманта».
– Ты какая – то злая, – обратив внимание на мое перекошенное от нежной ярости лицо, заметила Мира. Я криво ухмыльнулась, но ничего не ответила. – Может, пока газетку почитаешь?
И на колени мне упала та самая газета, которую я видела в руках у фантома Эльмириной бабушки. О как! Возблагодарив всех темных богов разом, я вцепилась в кусок бумаги и принялась жадно его изучать.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.