ОГО. Институт

Глава четвертая. Кризис среднего возраста

- Смотри, весь черный, ну прямо будто инопланетянин! - восторгалась дочка, расцеловывая брата. - Ты откуда тут взялся?

Оникс-младший стал повторять историю про ускоренную сдачу проекта и сюрприз, а я пока отправился на улицу, определиться, куда именно поставим бассейн. Вот теперь в доме станет веселее и уютнее! Не знаю, как объяснить, но когда хотя бы пятьдесят процентов моих детей собирается под одной крышей, это так здорово!

С местом я быстро определился, а когда развернулся, чтобы идти в хозблок и вытаскивать бассейн, увидел, что сынок меня опередил. Уже тащит конструкцию с таким деловым видом, будто думу государственную думает! Я поспешил ему на подмогу, но наследник отрицательно замотал головой.

- Ой, бать, я тебя умоляю! Что тут тащить-то... Ставить куда?

- Сюда, медведь. - я еще раз с удовольствием осмотрел отрока.

Крупный, сильный, здоровый — а чего еще надо? Я тут вспоминал про соперничество между матерью и дочерью. Однако не скрою, что подобное явление и среди сыновей с отцами существует и, как правило, начинают его тоже старшие. Хотя, казалось бы, взрослее и мудрее должны быть. Но не всем дано.

И если у женщин основной мотив заключается в том самом культе молодости и их, в принципе, можно понять, простить и попытаться объяснить, то у мужиков мотивов для такого поведения больше. Вот только все, на мой взгляд, яйца выеденного не стоят. За исключением того же культа молодости, разве что. Потому что нередко он сопровождается еще и кризисом среднего возраста, а тут уже психология замешана.

Я знаю о чем говорю: сам в прежнем теле такой кризис проходил4[1]. Он у меня еще «удачно» совпал с восстановлением после того как я себе все поломал в очередной истории5[2]. Реабилитация была долгой, но так это и неудивительно: ни одной целой кости в организме, кроме черепа, я же с огромной высоты грохнулся!

Тогда я впервые столкнулся с ощущением полной беспомощности и внутри себя сильно переживал, что всем, а главное, Регинке, приходится вокруг меня скакать. Я же даже сам себя обслужить не мог, ни в туалет сходить, ни помыться. И хотя родные, как оказалось, вроде и не слишком напрягались, мне помогая, все равно не хотел быть им обузой. Ведь я мужик! Это я должен обо всех заботиться, а не они обо мне.

Но это у меня уже другие комплексы говорят. Их я проработал только когда не до конца умер. И то, изначально вообще собирался сбежать, даже на эвтаназию решился было, лишь бы не стать обузой близким. Спасибо Гигии, добрым словом и подзатыльником вправила мозги. Ведь иначе я бы просто лишил всех нас еще трех лет жизни. Да и наверняка не воскрес бы, поскольку дети вряд ли бы сработали так успешно, как это у них получилось в итоге. Они бы попросту даже не знали, где я и что со мной.

Если же вернуться к моему кризису среднего возраста, то да, было такое. Я видел, как долго восстанавливаюсь и понимал, что причина не только в грандиозности травмы, переломе всего Оникса. Но еще и в том, что я же не молодею. Неприятное открытие! Это же со временем и здоровье начнет чаще подводить, и дети, которые привыкли меня чуть ли не суперменом считать, увидят, что папа не такой уж и всесильный. Нет, это даже хорошо — меньше комплексов будет у них. Вот только жалеть начнут, опять же, в чем-то я им стану обузой — не хотелось такого.

Разумеется, жалел я об уходящей молодости и когда думал о Регинке. Ведь она до того, как сошлась со мной, имела дело исключительно с юными парнями, не старше двадцати пяти лет. Она любила молодые тела — и кто не без греха, пусть сам себе поаплодирует. Любила юный задор в постели, выносливость, смазливые мордашки.

До какого-то времени я на эту тему не заморачивался. Мне повезло: представители рода Архимеди долго сохраняют внешнюю молодость. Помню, когда моя звезда потеряла память6[1] и знакомилась со мной повторно, она даже думала, что мне и тридцати-то нет. А мне на тот момент три года до сороковника оставалось. И задор у меня был, да и за телом я следил и продолжаю следить. А уж темперамент на зависть всем, на радость жене.

Однако когда я стал задумываться на тему возраста, то поймал себя на мысли: так ведь будет не всегда. Я уже седой, давно волосы начали серебриться. Когда-то и рожа уже начнет возраст выдавать, и выносливость не та будет, и сексуальный аппетит подутихнет. Нет, я вовсе не боялся, что Регинка в результате возрастных изменений во мне разочаруется или вовсе прогонит. Она у меня мудрая, верная, преданная. И так меня любит! Но я хотел и хочу давать ей то, что она заслуживает — самое лучшее. А качество того, что я даю, с годами станет ниже и я ничего не смогу с этим поделать. Так мне казалось.

И ведь нет в нашем обществе культа молодости, а вот кризис — есть. Мне кажется, это потому что в принципе сложно смириться с тем, что ты, взрослея, можешь меньше, чем раньше. К хорошему быстро привыкаешь. Да и память пещерных предков говорит в нас сильнее, чем хотелось бы.

Ведь в первобытном обществе старики были обузой, лишними ртами. Проку от них никакого, только остальных объедали. И это там, где еда была дороже золота, ввиду сложностей с ее добычей. Да и позднее, в еще более недалекие от нас времена, когда цивилизация уже подступала, а продуктовое изобилие еще нет, стареющие и немощные тоже никому не были нужны. Даже такой варварский обычай существовал: эти люди, когда переставали приносить пользу, просто уходили из общины. В мороз и стужу, в лес и горы, на растерзание диким зверям, на верную голодную и холодную смерть. Для нас это варварство и никто сегодня, надеюсь, дедушку или бабушку пинками вон из дома не погонит. Но тогда это был единственный способ сохранять ресурсы для выживания.

И память об этом говорит в нас громко. Настолько, что обнаружив первые признаки того, что ты уже не юн, начинаешь изо всех сил рвать булки. Чтобы доказать и самому, и окружающим, что ты не просто ого, а еще ого-го! Чтобы в лес не выгнали. Хотя никто, конечно, этого делать не будет. Но эволюция — очень медленная штука. И мы еще долго будем привыкать к тому, что быть человеком старшего возраста теперь безопасно. Если раньше мир не накроет какой-нибудь очередной кризис, в результате которого старики снова станут бесполезным грузом для своих семей, угрозой их выживанию.

Вот на этой почве генетической памяти и произрастают кризисы. И те самые культы молодости. Ведь молодость — это сила, это красота, это жизнь, в конце концов. Да-да, страх смерти, думаю, тут тоже играет роль. Мы ее боимся, как боимся всего неизвестного и потому стремимся от нее убежать. Встретить в зеркале молодое отражение, убедить себя, что до смерти еще далеко, что мы на многое способны, не станем обузой близким, немощными, слабыми и бесполезными...

К счастью, от кризиса среднего возраста я избавился, пережил его. Помог психолог, но еще больше — Регинка. Она, раньше обожающая молодых смазливых парней, теперь с восхищением смотрела на мою пусть и взрослеющую, но красивую и брутальную морду, с удовольствием принимала мою опытность в постели, которую я набрал с ней, чтобы дарить удовольствие — ей же. Моя звезда и тело мое обожает. Потому что в нем душа и сердце, которые ее любят.

А от ощущения того, что я могу быть обузой, меня излечила смерть первого тела. Оказывается, даже обслуживать меня и удовлетворять мои базовые потребности близким не было сложно. Лишь бы я подольше с ними побыл в этом мире. Да, может быть, если бы родни, которая со мной возилась, было меньше, и если бы мы не наняли сиделок, им бы тяжелее пришлось. Но все впоследствии признавались, что самое тяжелое заключалось в том, что пришлось со мной попрощаться. Никто ведь не знал, что я вернусь. И в сравнении с грузом утраты все остальное — мелочи.

А когда я вернулся, то уже не так трепетно относился к заботе о себе, спокойно ее воспринимаю теперь. Да и тема возраста меня пока не волнует. Ведь моему новому телу только двадцать! Регинка даже шутит, что я специально так обновился, чтобы ее порадовать. Но конечно же она была рада в первую очередь тому, что я вернулся. И мое прежнее тело приняла бы с тем же восторгом, с которым приняла новое. Даже быстрее приняла бы — то привычное, родное. С этим же для начала познакомиться пришлось.

Однако я сильно отдалился от изначальной темы! Итак, кризис среднего возраста и взросление — одна из причин по которой отцы начинают соревноваться с сыновьями. Они как бы доказывают, что и сами еще сильны и бодры, не зря занимают место вожака стаи, во всем первые, лучшие. Напрасная трата сил, честно говоря.

Потому что надо адекватно оценивать свои возможности. Даже если в свои условные сорок ты еще молодец и, на фоне ровесников, смотришься отлично, то в сравнении с двадцатилетним сынком все равно проигрываешь. Просто потому что он моложе, выносливее, здоровее. Это надо понимать и принимать. Поскольку что ничего другого ты все равно сделать не сможешь.

Про статус главы семьи тоже вздыхать нет смысла. Если ты для своих авторитет, то будешь им всегда. Я главой семьи до последнего дня жизни прежнего тела оставался, немощный и с уткой под задницей. И теперь, когда внешне еще совсем сосунок, по-прежнему ощущаю себя главой. Мои знают: вот он муж и отец. И никто на лидерство не претендует. Я, кстати, тоже. Потому что у нас семья, а не соревнования.

Да и потом, не всегда плохо уйти с этого поста и, фигурально выражаясь, передать власть молодым. Если бы мы принадлежали к тому самому первобытному обществу, это и вовсе было бы единственным разумным решением. Потому что молодой вожак уж точно лучше накормит стаю, чем стареющий Акелла. Да и в наше время это тоже актуально. Наконец, есть случаи, когда действующие монархи передают власть своим детям и не зря же такое случается. У молодежи и ум острее, и реакция лучше, и сил больше. Да и потом, людям банально отдохнуть хочется.

Так что лично я во взрослых детях вижу соратников, а не соперников. И не нахожу смысла что-то там доказывать. Это просто напрасная трата нервных клеток, сил, времени. А еще — нехилая такая перспектива обрести в лице этого самого соперника настоящего врага. Но ведь дети-враги, мне кажется, худший кошмар любого родителя. Так зачем же самому, своими же руками, словами и действиями подталкивать ребенка к тому, чтобы он тебя возненавидел из-за этого дурацкого соревнования кто круче?

Нет, лучше жить с ребятишками в мире, любить их — и они непременно ответят взаимностью. Это всем на благо. Однако я озвучил лишь одну причину, по которой папки начинают дурить. Она, на мой взгляд, имеет оправдания. Но есть и другие. И им уже, я думаю, оправданий нет.

Глава пятая. Отцы и дети

Например, в некоторых отцах очень громко говорит комплекс неполноценности. И они начинают соперничать с совсем еще юным ребенком, за его счет пытаясь самоутвердиться и доказать себе и всем вокруг, что они все из себя успешные молодцы и чего-то в этой жизни сумели добиться. Причина некрасивая и мудачеством попахивает.

Потому что если есть вопросы насчет собственной реализации, места в жизни, достижений и прочих таких интересных штук — надо предъявить их себе. Честно и трезво рассмотреть со всех сторон, признать проблему и поискать решение. А потом оторвать зад от просиженного дивана и идти уже, добиваться.

Ведь если ты, взрослый мужик и уже целый отец, не состоялся в какой-либо сфере — это чисто твои проблемы. Твои лень и инертность, твоя вина. Потому что возможности и шансы наверняка есть, но ими надо пользоваться. В любом обществе никто не мешает мужику в чем-то реализоваться и стать не просто очередной гуманоидной единицей с глазами, а чего-то добиться. Пусть даже не во вселенских масштабах, но все-таки!

Вот только для этого шевелиться надо, какие-то усилия прилагать, порой немалые. Куда как легче оттоптаться за счет маленького человечка, который тебе изначально вообще не соперник. Думаю, это даже подло, особенно когда такие соревнования начинаются с совсем юным малышом. Ты попробуй с тем, кто имеет аналогичную твоей силу, приблизительно ту же степень умственного развития, житейской мудрости, с тем, кто находится в одинаковом с тобой положении, посостязаться. Наверняка окажешься в проигравших.

Такие «папаши» это прекрасно понимают и потому утверждаются за счет тех, кто слабее, обладает меньшими возможностями и вообще от них зависят. Не думая о том, что когда-то этот паренек вырастет. И будет сильнее отца, который его унижал и оттаптывался за его счет все детство. Впрочем, это всегда достойное возмездие.

Еще одна причина, которую я заметил — ревность. Даже если отец очень сильно хотел ребенка, после его рождения он может резко передумать. Потому что, вот сюрприз, этот самый желанный ребенок почти всегда становится центром Вселенной — и не только папки, но и мамочки. Даже в большей степени.

Уже на последних месяцах, а порой и на первых, будущая мать погружается в себя, сосредотачивается на младенце. И потом, когда он уже появляется на свет, не находит в себе сил отлипнуть от горячо любимого ребенка, все время рядом, все время о нем думает. Такое поведение свойственно, кстати говоря, не только «яжематерям», но и в принципе всем адекватным мамам.

И это нормально! Младенец сам себе покушать не подаст, сам себя не развлечет и не обслужит. Да что там — у него первое время даже с теплообменом не задается история, только потом все налаживается. Он без дееспособного взрослого рядом попросту не выживет. Поэтому мать вокруг него и порхает, заботится и помогает освоиться в этом новом мире. Да и инстинкты никто не отменял.

Я не слишком вдавался в подробности того, как именно оно все там работает. Однако давно уже усвоил, что природа мудрее нас и она все наладила для выживаемости вида. Гормоны, которые изначально подталкивали двух особей к размножению, впоследствии у матери переключаются на то, чтобы она ни на шаг не отходила от маленького и абсолютно беспомощного существа. И такое поведение, в разумных пределах, а не до армии младенца, и с точки зрения морали разумно, и с точки зрения природы.

Что в этот момент делает папа? Адекватный — помогает маме не сойти с ума в круговороте пеленок и пустышек, и тоже обеспечивает выживаемость своему ребенку. А те индивидуумы, про которых я веду речь, начинают ревновать. Теперь ведь не они пупы Земли, а какое-то маленькое существо, которое ничем такое внимание не заслужило!

И начинаются соревнования с тем, кто еще даже на хрен тебя послать не может по причине того, что говорить не умеет. Вот это вообще для меня за гранью разума. Потому что никому от этого лучше не будет. Новоявленной мамочке, которая и так замотана по горло, только забот прибавится и нервотрепки. Малышу тоже вряд ли приятно будет, если папа его воспринимает как соперника. Они же все чувствуют. Да и папаша ничего хорошего таким поведением не добьется. В лучшем случае, потом поймет, какой он идиот. В худшем — потеряет доверие ребенка и жены.

Есть еще несколько поводов для соперничества, менее значительных. И в каждом случае вопросы только к старшему. Самый главный: мужик, ты не охренел? Ну как можно состязаться с самым родным для тебя существом, с твоим продолжением? Как можно стараться быть лучше его? И зачем? Все мы разные и каждый лучший в чем-то своем, до чего другие не допрыгнут. Опять же, быть самым лучшим во Вселенной просто не получится. Да и незачем. Честно живи, по совести поступай, люби близких и делай свое дело хорошо. И больше ничего на самом-то деле для счастья не нужно.

Я богатый на детей человек, у меня их четверо. Две девчонки и два пацана, и всех я люблю до безумия. Мне никогда не придет в голову соревноваться с Ониксом-младшим. Я признаю, что парень, например, превосходит меня по физической форме и что? Да это же радость великая, что он здоров, могуч и такой богатырь получился! Сколько больных детей на свете, как мучаются они и родители... А у меня такой красавец — это счастье же.

Я не подумаю соревноваться и с Фениксом. Старший сын пошел по моим стопам, стал археологом. И я знаю, что он меня уже догнал в профессиональном плане. Надеюсь, что и перегонит — еще один повод радоваться его успехам. Задевает ли меня то, что сын может превзойти отца? Да меня гордость переполняет! Не за то, что я такой замечательный и сделал такого сына, который круче оказался. А за него гордость. Парню есть чем гордиться, но он этого не делает, скромный. Так что я за обоих горжусь.

И мои девчонки постоянно дают поводы для восхищения. Я счастливый человек, а мои дети уже лучше меня. Соревноваться с ними я не хочу, нет никакой причины это делать. Лучше я просто и дальше буду их обожать до безумия, помогать, если понадобится. Восхищаться и даже удивляться: как это у меня такие дети получились? Это они в мам, определенно.

Пока я пребывал в размышлениях на тему отцов и детей, отпрыск поставил бассейн и нажал на кнопочку. А потом мы вместе развернулись на веселое щебетание. Оказывается, наши девочки решили накрывать сегодня общий стол тут же, у крыльца. Мы с сыном поспешили на помощь, поставили мебель, пока они носили блюда из кухни.