ОГО. Мишка по имени Герман

Глава первая. Доброе утро

Будильник на тумбочке тихо застрекотал и Регинка неохотно отлепилась от меня.

– Пора, зайчик. – и увидев, что я пытаюсь взглядом сжечь приборчик, рассмеялась. – Вечером продолжим. Пошли!

Она легко вскочила с кровати, сладко потянулась, продемонстрировав мне свое шикарное тело и я понял, что нашей утренней возни под одеялом мне сегодня было маловато. Жаль, что не выходной на дворе! Обожаю, когда не надо никуда спешить и можно до упора ласкать любимую, не прерываясь по звонку будильника.

– Я тебя украду. – пообещал я жене, поднимаясь. – В ближайшие же длинные выходные украду и увезу туда, где нет никаких будильников. Возьму тебя в плен на несколько суток и не буду выпускать из кровати.

– Это очень сладкий плен. – согласно кивнула лиса и потянула меня в ванную.

А там оседлала и так мы чистили зубы, максимально близко, не отрывая глаз друг от друга. Сколько уже лет этой традиции, а нам не надоедает. Наоборот: в любых условиях мы стараемся проводить гигиенические процедуры именно так, как привыкли. Нам любой контакт всегда в радость.

Сейчас же мы умылись, Регинка покрутилась перед бельевым ящиком, выбирая трусики и бюстгальтер, которые сегодня будет носить. Я, как всегда, позволил себе немного полениться, полюбоваться красоткой. И активно поучаствовал в выборе – мне же вечером все это с нее снимать. Руководствуясь такой же логикой, моя звезда выбрала для меня плавки. Одев друг друга, мы выскользнули из спальни и тут наши дороги разошлись.

Благоверная побежала на второй этаж, будить кровиночек. А я, держа в руках поднос с чашкой из-под утреннего кофе лисы, который сам ей принес час назад, отправился на кухню, где обнаружил Феникса. Сынок сидел у окна и с явным удовольствием что-то пил из большой кружки.

– Чай? – принюхался я.

– Да, из галактики Андромеды. – пояснил сынок.

Странно, но он у нас чаеман. Странно, потому что практически все Архимеди, за редким исключением, живут на кофе. Самые отпетые кофеманьяки у нас – конечно, Саша с Даниилом, но и остальные охотно употребляют напиток. Даже я со временем пристрастился. То ли зов крови, то ли любимая жена так на меня повлияла.

А вот мой старшенький сынок просто обожает чай. И в связи с этим еще больше возлюбил свою профессию. Он по моим стопам пошел, тоже археолог. Но если я уже не так часто езжу в экспедиции, больше занимаюсь теорией и преподаванием, то Феникс, наоборот, очень активно носится по галактикам. И всегда везде не упускает возможности попробовать местный чай. Вот и сейчас смакует новый сорт. Вчера как раз из командировки очередной вернулся и теперь пару дней будет дома.

Нам это всегда в радость – мы с Регинкой не делим детей на общих и моих от первого брака. Они все наши. И пусть Феникс уже давно вышел из детского возраста – он все еще для нас ребенок. Разумеется, мы всегда рады, когда дети дома. Правда, это конкретное чадо, увы, у нас долго не задержится.

Еще лет двадцать назад я купил по дому ему и его сестре Лидии. Дочка в основном живет на Земле, с мужем Архимедом, а дом на Эдеме они сдают. Но иногда наведываются туда, чтобы отдохнуть от непростого существования в двадцать первом веке, подышать чистейшим воздухом, посуществовать на лоне природы. А Феникс живет с нами на лебединой планете, но регулярно наведывается в свой домик по делам амурного характера. Он у меня ловелас еще тот, надо сказать!

Сын с удовольствием общается с представительницами противоположного пола, крутит с ними романы. Но сюда, в наше родовое гнездо, своих девушек не водит. Намерений остепениться у него пока нет, просто кратковременные знакомства для обоюдного удовольствия. А такие встречи он предпочитает проводить на своей территории, а не в доме, где живут его младшие сестра и брат. Однако клятвенно нам пообещал, что когда встретит ту самую, то непременно приведет ее на семейный ужин, чтобы познакомить с нами свою избранницу. Но вряд ли это случится скоро.

Сейчас же сын ни про избранницу, ни про романы не думал, а пил чай. И попутно стал рассказывать про находки последней экспедиции. Я с интересом слушал, одновременно с этим занимаясь ежеутренними делами. Достал ланчбоксы – один строгий и лаконичный, темно-синий. Второй – яркий, розовый, с фенечками. И стал разбираться с завтраком.

Когда Регинка и Мира прибуксировали на кухню сонного Оникса-младшего, мы со старшим как раз закончили накрывать на стол. Феникс тут же сунул братишке под нос наперсток кофе и тот, осушив его залпом, наконец открыл глазки. Мы уселись за стол и, весело гомоня, накинулись на пищу.

Я с удовольствием осмотрел семейство, улыбнулся. Обожаю такие моменты, когда все или почти все в сборе и довольны жизнью. Вот сыновья соревнуются друг с другом в том, кто быстрее доест, а жена воркует над дочкой и улыбается мне. И видеть ее счастливые глаза – это истинная радость. Как и понимать, что мы живем именно той жизнью, о которой всегда мечтали и к которой всегда стремились.

Завтрак вскоре закончился, все продолжили заниматься своими делами согласно утреннему распорядку. Регинка атаковала ланчбоксы, которые я ранее достал и накладывала Мире и Ониксу-младшему еду, стараясь соблюдать баланс между сладким, мясным и овощно-фруктовым. А я занялся напитками.

В красный термостакан с блестками – черный кофе без спецэффектов. Регинка любит честные напитки, без корицы и сахара, маршмеллоу и прочих украшательств. Это можно потом побаловаться капучино со всем вот этим. А для того, чтобы настроиться на рабочий лад и эффективно управлять планетой, нужно просто поллитра кофе. И шоколадка, которую я кладу в капхолдер – есть в нем кармашек как раз под любимые Регинкины сладости. Еще и пара листиков лакрицы поместились.

В розовую бутылочку, тоже с блестками, я наливаю сок из красного грейпфрута. А затем обвешиваю сосуд брелочками, цепляю чехольчик с бальзамом для губ, пару фенечек, мягкого котика. Через пару минут подо всей этой обвеской и бутылки-то не видно. Но Мире так нравится, значит, так и будет.

Следующий термостакан, черный, тоже с кофе, но тут уже капучино. И поверх стакана я натягиваю резиновую менажницу, куда засыпаю орехи и попкорн. Оникс-младший любит по пути в институт дополнительно заправиться и даже умудряется не уронить всю свою еду на автомобильное сиденье.

Наконец, зеленая кружка с ручкой наполняется белым чаем, куда я дополнительно кидаю дольки апельсина и кусочки белого шоколада. Вкусы у Феникса интересные, оригинальные. Например, раньше он вместо фруктов и сладостей добавлял в чай мороженое, очень забавный вкус получается.

Кстати, о мороженом. В свою фиолетовую кружку на полтора литра я закинул внушительную порцию пломбира, залил молоком и сверху приправил какао. Мне сегодня три лекции читать, так что сладкий перекус в перерывах между парами просто необходим! А мороженое в этой кружке почти не тает.

Пока я гремел кружками, остальные тоже развлекались в меру своих возможностей. Жена, как я уже сказал, заботилась о том, чтобы молодые растущие организмы не оголодали. А дети тоже сильно были заняты. Пока Мира наводила марафет детской косметикой из набора для юных принцесс, братья наперегонки заплетали ей косички. Обычно это святая обязанность Оникса-младшего, но когда дома Феникс, то мальчишки вместе заботятся о сестренке.

– Ну как? – вопросила дочка, поворачиваясь ко мне.

– Красавица. – оценил я.

И это действительно так, она у нас красотка, но дело не в косметике. Да и косметикой ее набор сложно назвать, там только всякие блески с очень легким подтоном. Рано еще дочке полноценный макияж наносить. Да и не нужно. Она в мамочку, а Регинка у меня – самая прекрасная женщина в мире.

Я это немедленно сообщил обеим, сыновья подтвердили. И все мы, похватав свои кружки, стаканы, сумки и рюкзаки, веселой толпой выкатились на улицу, где нас уже ждал автомобиль. Лисичка с лисой устроились на заднем сиденье, а мы, мужской компанией, на переднем, и я нажал на газ.

Первая остановка – офис жены. Благоверная, успевшая наворковаться по пути с дочкой, просовывается на переднее сиденье и расцеловывает сыновей, дарит мне долгий поцелуй. Это намек на вечер. А потом берет сумку, стакан и выпархивает из машины. Мы провожаем ее взглядами и едем дальше.

В следующий раз я давлю на тормоз возле младшей школы. Мира у нас недавно пошла в первый раз в первый класс и, как любой нормальный ребенок, пока не слишком это дело любит. А самое главное – не понимает, за что ей такой внушительный срок дали, девять лет. В межгалактическом уголовном кодексе такое наказание назначают только за очень серьезные преступления.

Но делать нечего – учиться нужно. Так что мы изо всех сил стараемся облегчить участь нашего младшего ребенка. Вспомнив, как это было у Ренатки1[1], нашей названой дочери, мы накупили для Миры яркую канцелярку и прочие аксессуары в виде сумочек, рюкзаков, бутылочек, ланчбоксов и прочего. Набор детской косметики тоже из этой басни. И помогло! Дочка с удовольствием всем этим пользуется. Но необходимость при этом еще и в школу ходить, ее все равно удручает.

Заглушив мотор, я обернулся. Сыновья тоже.

– Кроха, готова? – улыбнулся я насупившейся дочери.

– Неа. – последовал ожидаемый ответ.

– Ну тогда пошли.

Мы вышли из автомобиля, открыли дверь нашей принцессе. Она отдала мне сумочку с ланчбоксом и рюкзачок, а сама взялась за руки братьев и выпрыгнула с заднего сиденья. Потом поджала ноги и мальчишки понесли ее, а я дочкины вещи. По пути мы все время здоровались с учителями, а Оникс-младший еще и с учениками. Сам недавно тут учился, еще пока есть знакомые.

Так мы донесли нашу принцессу до раздевалки, где я отдал ей вещи и пообещал ждать после уроков с огромным нетерпением. Убедившись, что ребенок занялся переобуванием и в нашей помощи не нуждается, мы отправились обратно к машине. Скорее бы у дочки тут друзья появились – тогда и отправляться на занятия она будет гораздо охотнее. Ну ничего, она всего вторую неделю в школе. Освоится, осмотрится и обзаведется подружками и поклонниками. Она у нас яркая, шумная, лидер и легко заводит знакомства – вся в мать. Да и дочка нашего Гуннара, Регинка2[1], тоже пока в этой школе учится и помогает нашей крошке освоиться – она для малышки как старшая сестра.

– Сколько тут красоток! – сверкнул глазами Феникс, когда мы заняли свои места.

– Остынь, жеребец, ты для них староват! – охладил его пыл Оникс-младший.

– Так я не для себя присматриваю же.

– Вот же навязался, сваха-археолог, на мою бедную голову! Успокойся, мне девчонки слегка постарше нравятся.

– Весь в отца! – съехидничал старший. – Так давай я, как сваха-археолог, найду тебе постарше, буквально откопаю.

– Нет уж, я не некрофил! Бать, угомони его, пока я не угомонил.

Я с улыбкой пригрозил, что пересажу обоих на заднее сиденье, если не успокоятся и мы поехали дальше. Оникс-младший продолжал возмущаться, Феникс – ржать. А я – наслаждаться прекрасным утром, которое медленно, но верно перетекало в день, имеющий потенциал стать просто отличным.

Глава вторая. Сыночки

– А как тебе папины студентки? – не унимался старший балбес.

– Отстань, кому говорю! Бать, пошто вы так со мной все?

Я постарался сделать виноватое выражение лица в ответ. Но не слишком получилось, хотя крик души был направлен точно по адресу. Дело в том, что наш младшенький, невзирая на подростковый возраст, долго практиковал монашество и с женским полом общался исключительно в дружеском ключе. Это и меня, и его мамочку, обескураживало и даже вызывало определенное беспокойство.

Ведь Оникс-младший у нас – парень очень привлекательный. Красавец, высокий и с развитой мускулатурой, неглупый, интересный. И девчонки на него очень даже смотрят! Казалось бы, лови момент и бери от жизни все. Вот его старший брат так и делает. Но нет. Наш наследник будто и не замечал, как по нему вздыхают девушки.

А ведь это наш родной сын, который взял от Регинки и от меня только самое лучшее. А у нас обоих темперамент ого-го и от нашего парнишки мы ожидали примерно того же. Даже опасались, что он нас слишком рано обрадует внуками. Тем более я ведь помню себя в его возрасте: только о девчонках и думал, и романы крутил. Невинные, но все же. Однако сынок в этом вопросе пошел явно не в нас.

И мы встревожились. Конечно, это и не совсем чтобы наше дело – дети сами решают свои романтические вопросы, родители тут не помощники. Но учитывая все наши особые обстоятельства, мы пожелали разобраться в вопросе. Ведь, во-первых, Оникс-младший у нас не совсем обычный мальчишка.

Регинка сильно боялась беременеть и рожать обычным образом и, как впоследствии показала жизнь – не зря3[1]. Поэтому наш первенец был выращен в инкубаторе4[2], за что надо сказать огромнейшее спасибо моей двоюродной бабушке. Вообще такая методика зачатия и ведения беременности уже давно отточена и детки в результате точно такие же, как и полученные естественным путем. Однако не у всех мамочки подвергались бесчеловечным экспериментам в юности. И мы боялись, что это могло как-то повлиять на нашего сына.

Во-вторых, мы опасались, что сами виноваты в том, что так получилось и сын чурается романтики как огня. Мы с Регинкой очень любим друг друга, это видно невооруженным глазом. Мы постоянно или обнимаемся, или воркуем, или целуемся. А уж картинка, когда жена уютно устраивается у меня на коленях – и вовсе самая привычная, будто в доме и мебели нет. Но нам действительно нужно постоянно друг друга касаться. В рамках приличия при детях и посторонних, разумеется.

Однако так было не всегда. Первые шесть лет жизни сына мы шифровались как могли и на людях старались не демонстрировать, как нас друг к другу тянет. Я был женат на другой, да и с лисой мы тогда находились в крайне неопределенных отношениях5[1]. Но когда все удалось разрешить и мы смогли быть вместе, перестали прятаться.

Оникс-младший, естественно, обрадовался сверх степени, когда его горячо любимые родители соединились, чтобы больше не разлучаться отсюда и до конца вечности. Но из-за юного возраста наши нежности казались ему смешными и смущали парня. И мы сдуру решили, что слишком часто демонстрировали нашу любовь и принц лебединой планеты в результате заработал непереносимость романтики, на нас насмотревшись.

Других причин монашескому образу жизни сына, кроме проблем в развитии и психологических, мы не обнаруживали. Но прежде чем окончательно впасть в панику, мы все-таки узнали, что на девчонок он смотрит, да еще и таким взглядом, что сразу понятно: с темпераментом у Оникса-младшего все более чем в порядке! Однако все равно я посчитал необходимым поговорить с ним по тревожащему нас поводу6[1].

И оказалось, что дело действительно в нас! Сынок и правда нагляделся на папу с мамой, на наши воркования… И нет, они ему не противны. Но в результате он захотел, чтобы у него все было так же и желательно с первого же раза. Поэтому берег себя для той самой единственной. А на романы без продолжения растрачиваться не хотел.

Я умилился его наивности и романтичности. И постарался объяснить, что вот так вот с первого раза везет далеко не всем, считанным единицам. Мы тоже с Регинкой друг у друга не первые. Да и романы, пусть и без продолжения, могут стать прекрасным опытом, а впоследствии и воспоминанием, а никакая любовь напрасной не бывает.

Мы потом еще не раз возвращались к этой теме. Благо, отношения у нас с младшеньким доверительные и мы обо всем на свете можем поговорить. В один из таких разговоров он и признался, что уже не настолько категоричен… Но стесняется! Раньше ведь запрещал себе даже думать о том, чтобы подкатить с игривыми намерениями к какой-нибудь девчонке, а сейчас и не знает, как. Пока сынок практиковал монашество, более шустрые сверстники навострились, отточили обаяние, отрастили харизму. И теперь обходят нашего лосенка на старте: пока он еще с духом собирается, они уже уводят девчонок на танцпол.

Сын попросил совета и я задумался. Вот как тут быть? Не могу же я вместе с ним ходить по местам, где молодежь собирается и учить его девчонок кадрить. У меня любимая жена есть, и даже ради сына я не готов и не хочу строить глазки другим. Да и вообще идея так себе, еще за семейку извращенцев примут.

Лучший друг Оникса, Уилл, на тот момент состоял в серьезных отношениях, так что тоже ничем помочь не мог. И я решил привлечь старшенького – еще в начале, когда мы с Регинкой обеспокоились по поводу младшего, я думал просить Феникса о помощи. Вот этот миг и настал. Наш Дон Жуан быстро вник в ситуацию и стал таскать братишку по всем этим местам, где молодые люди ищут новых приятных знакомств. Оникс-младший, конечно, оторопел и бухтел на меня некоторое время. Но потом смирился.

Постепенно он даже освоился и теперь вечерами иногда запирается в своей комнате, с кем-то там мурчит по арновуду. Но пока девочек домой не водит, во всяком случае, в нашем присутствии. А еще никак не может отделаться от старшего брата, который и правда вознамерился найти принцу пару. Себе, главное, постоянную романтическую привязанность не ищет, а младшего брата решил окольцевать, негодяй!

Понятно, конечно, что Феникс это делает с благими намерениями и немножко ради забавы. Но младший порой уже зубами скрипит от такого энтузиазма. Эта реакция старшего задорит и он старается с новыми силами. Мы же только ухмыляемся и не лезем. Сами разберутся, да и старшенький ведь не со зла. Думаю, Оникс и сам это понимает, а бухтит по привычке. Характер у него такой.

Пока я вертел в голове все эти мысли, мы как раз доехали до университета. Младшенький напоследок, в рамках демонстрации характера, все-таки треснул старшенького и умчался на пары. Универ у нас один на всю планету, но разбросан по городам. Очень удачно кафедра архитектуры, где учится сын и кафедра археологии, где преподаю я, расположены в одном городе. А еще удачно то, что Оникс-младший не пошел по моим стопам и не стал моим студентом. Я ему отец и им хочу оставаться, а учат сына пусть другие.

– Па, дашь машину? – спросил старший, когда я уже собрался выходить.

– Куда намылился?

– Просто покатаюсь, девчонок покадрю.

– Ну уж нет. – и мы оба покинули автомобиль. – Покоряй девчонок своей харизмой, а не папиной тачкой. Мне еще Миру из школы забирать.

Феникс фыркнул и, активировав ту самую харизму, нашел очередную жертву едва оглядевшись. Я похлопал его по спине и пошел на кафедру. Ишь, чего захотел – машину ему для девчонок. Как будто без транспортного средства наш красавец не справится. Да и в целом, если хочет своего железного коня, пусть и приобретает, возможности у него есть, и зарабатывает мой малыш хорошо.

Оглянувшись, я посмотрел на наш джип. Ну да, эта машинка конечно привлекает внимание, а сам Феникс вряд ли себе бы что-то подобное приобрел. Он вообще больше о мотоцикле мечтал, однако тут вдруг обе мои супруги, и бывшая и нынешняя, проявили трогательное единодушие и в один голос ему велели забыть такие мысли раз и навсегда. Оно и понятно: им же вокруг больничной койки, случись что, и прыгать.

Но и автомобилем, и мотоциклом сынку обзаводиться нет никакого резона. Он же буквально живет в командировках и потому железный конь будет постоянно пылиться в гараже. Вот когда осядет на одном месте, тогда и можно будет подумать. А так, если вдруг ему по какой-то серьезной причине транспорт понадобится, то и в аренду можно машину взять, и я дам. Вот только не для прогулок с девочками.

Не то чтобы я жадный, мне для своих ничего не жалко. Однако я считаю, что дам нужно завоевывать исключительно своими человеческими качествами, а не материальными ценностями. Тем более наш джип – это машина семейная. Я его взял, когда Регинка забеременела, как раз с той целью, чтобы возить свою королеву и наших наследников, за продуктами ездить и по прочим таким важным делам. Так что нечего в ней всякими глупостями заниматься. На это у нас с женой монополия.

Я улыбнулся и полюбовался бликами на кузове. В свое время лиса настояла на автомобиле цвета сливочного масла: боялась, что фиолетовый возьму, ведь я немного свихнулся на оттенке ее волос. Спорить с любимой я не стал, для меня цвет машины не так и важен, да и оплетка руля все равно фиолетовая. Но надо признать, что смотрится наше транспортное средство красиво, внимание привлекает, вот Феникс на него и польстился. Впрочем, у нас все красиво: у Регинки отличный вкус. Она с этим утверждением даже не спорит, хотя скромница еще та. Наоборот, добавляет, что наличие хорошего вкуса подтверждает и то, кого она выбрала в мужья. Мне это льстит, конечно же.

Снова улыбнувшись, я поспешил в аудиторию и даже нашел время перед первой лекцией полакомиться мороженым. А заодно написать благоверной, как уже успел по ней соскучиться. Конечно, красотка в долгу не осталась и ответила взаимностью. После чего подробно расписала, какие именно планы имеет на мой счет и на сегодняшний вечер. И, хотя я всегда считаю, что всему свой черед, сейчас захотелось поскорее приблизить момент, когда мы запремся в спальне.

Дополнительно охладившись мороженым, чтобы настроиться на серьезный лад, я глянул на фотографии, которые стоят на моем столе. Одна из них – большой портрет Регинки. Вот уже почти двадцать лет мы знакомы, а я все влюблен в жену как мальчишка. И знаю, что это навсегда. Как же прекрасно, что мы вместе! Лучше этого и быть ничего не может.

Тихий звонок прервал мое восхищение собственной супругой, и я от неожиданности закашлялся. В груди как будто что-то кольнуло, достаточно резко и сильно. Наверное, надо поменьше мороженое лопать. А то голос сядет и придется срочно жестовый язык осваивать и мне, и студентам.

Глава третья. Дочь

К счастью, обошлось и голос я не потерял, да и странная боль больше о себе не напоминала. Хотя вообще иногда у меня такое бывает и без мороженого. Надо будет как-нибудь в больничку забежать и выяснить, что у меня такое интересное с бронхами. Может, снова нужно немного подлечиться – я ведь уже мужик в возрасте и не молодею. Это только Регинка может жить больше трехсот лет и не жаловаться ни на здоровье, ни на внешность. Она у меня прекрасная и уникальная.

Скучая по жене, я придумал, как скорее снова с ней увидеться, и заодно порадовать двух дорогих мне девочек: ее и младшую дочку. Забрав Миру из школы, я понял, что радовать надо в срочном порядке – малышка, как всегда, была не слишком довольна бездарно потраченным временем. Ну это она его таковым считает. Однако альтернативы младшей школе, увы, нет.

Вообще, конечно, мы могли бы позволить себе домашнее обучение. Разумеется, ни я, ни жена не встали бы у интерактивной доски с указкой. Мы своим детям родители, а не учителя. И в принципе не имеем необходимых навыков, чтобы выступать в качестве педагогов младшей школы. Регинка вообще в учительницу перевоплощается только в процессе соответствующей ролевой игры. А я, хоть и преподаю, с детьми работать не смог бы, со студентами, почти взрослыми молодыми людьми, гораздо проще.

Однако это не проблема, можно нанять учителей, которые помогали бы нашей крошке осваивать науки, и она оставалась бы дома, в комфортной и привычной обстановке. Вот только я не уверен, что причина ее недовольства кроется именно в необходимости каждое утро покидать дом и несколько часов проводить в муниципальном заведении.

Возможно, Мире не нравится именно сама надобность обучения. Я точно не знаю, потому что она сама еще не определилась. Не нравится и все тут! Хотя в садике дочка ведь тоже не только резвилась, но и училась чему-то, однако там это было в игровой форме и вроде как необязательно. И в садике ей более-менее нравилось, пусть тоже приходилось покидать дом на некоторое время. Мы ее и в путешествия берем с самых ранних лет7[1], так что дочка у нас в принципе не домоседка и вроде не жалуется.

Так что это все она уже проходила: и частые отлучки из дома, и новые люди, как дети, так и взрослые. Думаю, принцессу не напрягает то, что в школе вокруг нее чужие взрослые – ведь и воспитатели в саду чужими были поначалу. Да и на домашнем обучении от педагогов она бы никуда не делась.

Мне кажется, дело именно в том, что теперь процесс освоения наук стал более серьезным, появилась ответственность. Только что дочка была беззаботной пташкой, а теперь вдруг у нее какие-то обязанности появились, о которых она не просила. Ей сложно сразу перестроиться, она ведь ребенок!

Если бы вокруг были друзья, возможно, Мира легче переживала бы процесс. Но пока она не обзавелась приятелями в классе, а знакомые по детскому саду разлетелись по другим школам – так уж получилось. Да, это не мешает продолжать с ними общаться, иногда видеться, созваниваться. Но надо ведь расширять круг общения.

И именно социализация стала основной причиной, по которой мы не рассматривали домашнее обучение в принципе. Дочке надо общаться со сверстниками, а не только со взрослыми или со старшими братьями, сестрой и подругой Региной. А в этом отношении у нас наблюдается пробел.