ОГО. Все в прошлом, милая

Глава первая. Моя лиса

Я смотрел на спящую лису и улыбался. А внутри все подпрыгивало от нетерпения. Наконец, глянув на часы, я понял, что скоро она проснется. Поэтому на цыпочках отправился на кухню, готовить любимой завтрак. Из гостиной раздался высокий блямкающий звук.

– Сынок! – высунулся я туда. – Сюрприз испортишь!

– Прости, пап. – откликнулся Оникс-младший. – Мама еще не встала?

– Скоро встанет. Бантик поправь!

Потом, с подносом-столиком, я торжественно прошествовал обратно в спальню, по пути убедившись, что отрок действительно поправил бантик. И едва вошел в комнату, как Регинка тут же пошевелила носиком, учуяв запах кофе. Потом открыла глаза, посмотрела на меня и улыбнулась.

– Я точно уже не сплю?

– Будешь каждое утро спрашивать? – улыбнулся я в ответ, поставив поднос на кровать, и подавая ей кофе.

– Тысячи и тысячи раз. – сообщила обожаемая. – Люблю тебя.

– А я люблю тебя.

И когда красотка позавтракала, я попросил ее закрыть глаза. Она с любопытством на меня глянула, но послушалась.

– Разве по будням ты меня связываешь? – поинтересовалась женщина, ощутив прикосновение шелковой ленты к векам.

– Озабоченная моя. – фыркнул я. – Можно, если хочешь… Но сначала пойдем, кое-что покажу.

И когда Регинка встала, накинул ей на плечи халат, завязал пояс. Потом провел ее в гостиную, где в нетерпении приплясывал Оникс. Мы с ним одинаковые: сыну тоже не терпится пронаблюдать реакцию нашей девочки, когда она увидит…

– Рояль! – воскликнула Регина, когда лента упала с ее глаз.

Да, белый рояль, перевязанный лентой, такой же фиолетовой, как и та, что слетела с ее головы, гордо стоял в гостиной. Лиса завизжала, расцеловала меня и сынка, который рассмеялся, увидев такую милую реакцию. Но потом смутилась.

– Оникс-старший! Я же говорила, что фортепиано достаточно.

– Ты же знаешь, я ни бум-бум в музыке. Но что-то я послушал это твое пианино, потом рояль. И у него звук покруче.

– Еще бы. – пробормотала Регина, во все глаза глядя на инструмент.

– Мам, сыграй! – попросил Оникс-младший.

– Да я садиться за него боюсь! Сюда надо настоящего музыканта, у которого руки…

– У тебя самые чудесные руки на свете. – расцеловал я ее ладошки. – И только рояль может надеяться на то, что он хоть немного их достоин.

Любимая улыбнулась, потом, вняв нашим просьбам, села за рояль, вознесла руки над клавишами. И из-под ее пальцев полилась мелодия, которую я тут же узнал – именно под нее мы танцевали на нашей свадьбе. Лебийка, изогнув бровь, глянула на меня и я кивнул. Да, сон про рояль мы видели во вневременности и я, когда Дан сообщил, что в белой комнате мы наблюдали картины будущего, решил во что бы то ни стало скорее сделать все счастливые видения реальностью.

Дом мечты, который спроектировал наш гениальный сын1, построили быстро. Примерно через полгода после свадьбы мы уже переезжали, покупали новую мебель, перетаскивали то, что особо дорого сердцу из маленького домика. Благо, тащить было недалеко – новое место жительства располагалось неподалеку от старого.

На полянку, где потом и развернулось строительство, я набрел случайно, но сразу в нее влюбился. А потом узнал, что и моя лиса мечтала о доме как раз в этом месте. Но не просто о доме. В те моменты, когда она позволяла себе грезы о нашем совместном счастье, представляла себе уютное гнездышко именно тут. У нас вообще часто такое бывает: наши мечты созвучны. И это не странно, когда двое любят друг друга.

Не странно, на мой взгляд и то, что с годами наша любовь не стала меньше. Мы знакомы уже десять лет, два из которых ушло на то, чтобы я понял, что чувствую к своей девочке. Она сообразительнее меня и быстрее осознала любовь, которой поначалу избегала – ведь я на тот момент уже был женат. Но когда я, вопреки своим привычкам, решил подумать, проанализировать собственные чувства и ситуацию, в которой оказался, то сделал сразу несколько важных открытий.

Самое главное, конечно, любовь к Регинке. Только с ней я понял, что это такое – самому любить и ощущать любовь от той, при взгляде на которую сердце замирает, а потом стучит с бешеной скоростью от восторга. И другое открытие заключалось в том, что в прежней моей семье любви не было. Лишь двое старших детей не дают мне назвать этот брак ошибкой. В остальном же он был обречен, хотя я и прилагал некоторые усилия, чтобы его спасти. Но желания и усилий иногда недостаточно.

Следующие пять лет мне не слишком хочется вспоминать. Это было нелегкое время, когда наша с Регинкой любовь приобрела болезненный характер, а отношения имели токсичный оттенок. Я был буквально одержим любимой женщиной, она же не могла на меня спокойно смотреть. Мы мотали нервы друг другу, окружающим, делали друг другу больно, хоть и не желали такого. Этот период нас обоих измотал и существовала огромная вероятность, что больные отношения нас погубят, иссушат. Ведь мы оба были на пределе.

И это огромное счастье, даже чудо, что нам удалось избежать такого кошмарного финала! Мы вылечились и поняли, что наша любовь заслуживает большего. А мы сами – заслуживаем счастья. Мы разрешили себе быть счастливыми и с той поры у нас все складывается так, как раньше мы и мечтать не смели.

Три года назад Регинка стала моей женой и тогда я считал, что это самый счастливый день в моей жизни. Но последующие дни убедили, что счастье – величина такая, которая не вмещается в одни сутки и способна быть бесконечной. Каждый день я открываю глаза, смотрю на жену и понимаю – вот оно, счастье! И знаю, что это взаимно.

Двоюродная бабуля и, по совместительству, наша лучшая подруга, иногда даже возмущается в шутку, глядя на нас.

– Вы вообще в курсе, что такими счастливыми быть просто неприлично?

– Мы очень неприличные! – охотно соглашается в ответ Регинка и целует меня.

Да, о приличиях в нашей ситуации говорить не приходится. Моя темпераментная красотка никогда не отказывается уединиться и побаловать себя тем, о чем не расскажешь за семейным обедом. И я такой же – иногда мы шутим, что и сошлись по причине обоюдной озабоченности. Впрочем, в каждой шутке…

Не скрою, что красота, сексуальность и раскованность лебийки меня, тогда парня двадцати семи лет, привлекли, пробудили изначальный интерес. Да и она первым делом оценила не мою прекрасную душу, а могучее телосложение. Но полюбили мы друг друга все-таки не за это. Или не только за это.

Тем не менее, сексу у нас отводится и уделяется много времени и внимания и для нас это нормально. Во-первых, это еще один способ продемонстрировать любовь. Во-вторых, это удовольствие. И поскольку мы идеально совпадаем, а я, под чутким руководством своей опытной супруги стал прекрасным любовником для нее, мы пользуемся этим обстоятельством постоянно.

Правда, раньше я думал, что с годами мы немного успокоимся, может, даже слегка остынем. Ведь так в основном и бывает. Но то ли мы реально озабоченные, то ли лет слишком мало еще прошло, то ли не у всех так бывает. Однако у нас такого до сих пор не случилось. И мы этому рады. Окружающие вот удивляются, но это вообще не наши проблемы.

Хотя родня уже в принципе привыкла, что мы все время вместе и всегда рядом. И постоянно находимся в тесном телесном контакте. Регина или сидит у меня на коленях, или я держу ее в объятиях или же за руку. Нам обязательно нужно общаться друг с другом любыми способами – это такая же потребность, как и дышать.

Я знаю, что Регинке одинаково нравится как смотреть на меня, так и прикасаться. А лучше и то, и другое одновременно. Любимая обожает дразнить и мучить меня ласками и, со своей фирменной нахальной улыбочкой, которая сводит меня с ума, наблюдает, как я постепенно теряю голову.

И я обожаю касаться ее кожи, губ, ласкать ее. Видеть, как по ее коже бегут мурашки и как она кайфует от моих ласк – это отдельный сорт удовольствия. Наблюдать, как горят ее глаза, слышать ее стоны, ощущать, как она ко мне прижимается и ее ноготки впиваются в мою спину – пожалуй, это то, что мне никогда не надоест. Хорошо, что в нашей спальне отличная звукоизоляция. Впрочем, одной только кроватью мы не ограничиваемся.

Однако на людях все же не выходим за рамки приличий, что бы о себе ни говорили. Можем позволить себе слегка подразнить друг друга, пока никто не видит или сбежать ото всех, если поймем, что хотим провести время только вдвоем. Но в целом держим себя в руках, оставаясь максимально близко.

Особенно мне нравится играть с ее волосами и это я позволяю себе и на людях, и наедине. Кто хотя бы раз видел локоны Регины, тот меня поймет. Фиолетовые, сияющие и переливающиеся – посоперничают с шелком или какой другой дорогой тканью. Обожаю их перебирать, зарываться в них лицом, вдыхать их аромат. А что эта женщина способна в постели с их помощью вытворять – об этом я даже говорить не стану.

У нас и ритуалы сложились: каждый вечер, когда жена садится перед туалетным столиком, я беру в руки гребень. Делаю ей массаж головы, расчесываю волосы и впадаю в транс от того, как красиво они переливаются. И мою их тоже я. За три года длина локонов уже достигла поясницы, поэтому Регинке одной с такой гривой трудно справляться. Но у нее есть я и для меня это удовольствие.

Еще я обожаю просто с ними возиться, заплетать их в косы, колоски. У меня есть дочь, Лидия. Так что косички я умею плести буквально с закрытыми глазами, но Лиде уже тринадцать и она сама занимается своими прическами. А вот фиолетовая лиса никогда не против моих парикмахерских усилий.

– Надо тебе еще одну дочку. – улыбается Майкл, когда видит, как я вожусь с волосами любимой. – Будет кому косы плести.

– У меня уже шикарная модель есть. – фыркаю я в ответ. – А если уж моим рукам совсем покоя не будет, можно и макраме заняться.

Регинка, слушая такие разговоры, улыбается и молчит. Однако когда эта шутка повторилась уже несколько раз, я заметил, что и реакция жены на нее изменилась. Сначала она о чем-то думала после таких вот замечаний со стороны дядюшки. А потом стала ко мне пристально присматриваться. Разумеется, меня это обеспокоило.

Поэтому я решил поговорить об этом. Мы с моей красоткой не только в сексе идеально ладим, но и в жизни тоже и можем говорить обо всем без стеснения. Потому что основа нашего брака вовсе не постель, а безоговорочное доверие друг к другу. Его трудно было пробудить и завоевать, тем более повторно. Но оно того стоило. И теперь мы обязательно все обговариваем и все решаем сообща. Именно поэтому у нас в семье тишь да благодать. Ну и потому что в постели все отлично, куда же без этого.

Глава вторая. Бывшая

– Я спрошу? – я взял в руки гребень.

– Да, котик. – улыбнулась Регина.

– Ты так смотришь на меня после шуток Майкла о дочке… Почему?

– Так заметно, да? Я просто думаю… Ты хочешь еще детей?

– Куда еще-то? Ну вообще я не против, ведь помню, как ты говорила про дочь…

– Милый! – лиса взяла мою руку и поцеловала ее. – Сам-то чего хочешь?

– Три года назад я перестал быть «сам». Теперь есть мы и все решаем сообща.

Тем не менее, свои соображения и взгляды я изложил. В плане детей я очень богатый человек: два сына и дочь. С одной стороны, я вовсе не против, чтобы у нас с Региной появилась общая дочка. Но с другой, я и так судьбой не обижен. Поэтому то, стану ли я отцом в четвертый раз – это решать любимой. Финансово, эмоционально и в других смыслах я смогу обеспечить еще одного ребенка. Однако мне совершенно не горит снова становиться папой.

– И тебе не хочется опять повозиться с маленьким, поумиляться пяточкам? – улыбнулась красотка.

– Когда у меня возникает такое желание, мне вполне достаточно племянников. – усмехнулся я.

Наши близнецы недавно сделали многочисленный род Архимеди еще многочисленнее. Несмотря на то, что Том и Гек женились тоже на близняшках Ане и Яне, и вся родня ждала как минимум четырех младенцев, ребята умудрились ограничиться ребенком на семью. К малышам, конечно, выстроилась очередь, мы все очень чадолюбивые. Но свою порцию умильных пяточек я получаю. Тем более и родная сестренка Гертруда вскоре планирует тоже порадовать нас очередным пополнением.

– Время пролетит незаметно, Феникс уже почти взрослый и скоро может сделать меня дедом. Да и Лидия… И это ведь идеальное решение: отвести душу, пока возишься с младшими родственниками. Но не брать за них ответственность в том объеме, в котором это делают родители!

– Какой же ты у меня хитрый, зайчик. – фыркнула Регинка. – Мне вот хочется, но та самая ответственность… В этом плане мне хватило сына. И потом, я ведь боюсь естественным образом, а кто его знает, сможет ли Саша теперь, не будучи Хроносом, помочь нам обзавестись потомством.

– Если ты колеблешься, сомневаешься – значит, ты не готова. И это нормально, детка. Если бы была готова – не колебалась. И потом, у нас столько любви, которую мы можем дать и получить друг у друга, нам незачем искать еще.

– Вот именно! Мы любим сына, он нас. И он уже относительно взрослый и самостоятельный парень, так что мы можем и для себя найти больше времени. А я хочу тебе дарить как можно больше любви. И для этого нужны те самые силы и время.

– Аналогично, лиса.

– Но хоть мы и не планируем снова становиться родителями, от процесса, который порой приводит к появлению новой жизни, я отказываться не собираюсь! – сверкнула Регина глазами.

– Даже несмотря на то, что в ближайшие годы твой муж из категории мачо может перейти в разряд дедушек? – я с улыбкой подхватил ее на руки.

– Ты будешь самым сексуальным дедушкой из всех, которых я видела. – промурчала она мне на ухо.

Да, мы можем говорить обо всем на свете. И делать все, что в голову взбредет. Однако практически всегда наши разговоры и другие действия завершаются в постели. Не могу сказать, что меня это расстраивает, даже наоборот!

– Здорово, мам! – вдруг голос сына вынул меня из размышлений.

Регинка улыбнулась и продолжила порхать пальчиками над клавишами. Обожаю ее руки – они способны дарить удовольствие даже не касаясь меня. Вот сейчас, извлекая музыку из инструмента, она ласкает слух так же, как несколько часов назад ласкала мое тело.

Однако музыкальная сессия вскоре подошла к концу, а лиса снова расцеловала нас и сверкнула глазищами. Я улыбнулся. Обожаю дарить удовольствие своей женщине всеми доступными способами. И баловать ее люблю. Потому что в ответ всегда получаю настоящее сокровище: возможность видеть ее счастье.

– А теперь пора на пробежку! – объявила Регинка и снова удалилась в спальню.

Сын с нами не бегает, у него и так две спортивные секции. А вот я тоже отправился переодеваться и вскоре мы уже выскочили из дома и побежали по тропинке. Жена впереди, я за ней – чтобы снова порадовать взгляд. От созерцания своей красотки я никогда не устану.

Волосы она собрала в высокий хвост, который теперь подскакивает в такт ее движениям. Бесконечные ноги, кажется, даже не касаются земли, парят над ней. Но конечно, постепенно все мое внимание приковывает ее идеально круглая попка, обтянутая неприлично короткими шортиками. А расстояние между нами стремительно сокращается, так как во мне просыпается древний охотничий инстинкт. Такую добычу просто нельзя упускать!

Регина, конечно, понимает, куда я пялюсь. И для этого ей даже не нужно прибегать к эмпатии – она просто слишком хорошо меня знает. Но все равно с улыбкой оглядывается и, оценив дистанцию между нами, прибавляет скорость. Это уже вызов и я тоже ускоряюсь, чтобы настичь мою девочку. Несколько минут, пара длинных прыжков – и вот уже я прижал ее к гладкому стволу дерева и впился в губы.

– Опять хочешь срезать половину маршрута, котик?

Да, иногда мы не пробегаем всю запланированную дистанцию, а стремительно возвращаемся в спальню. Кажется, сегодня тоже так будет.

– До твоего рабочего дня осталось мало времени, так что мы быстро. А это тоже своего рода аэробика.

Моя рука уже пробралась под ее спортивный топик и пальцы пощекотали сосок. Регинка тихо застонала.

– Побежали, пока я не трахнула тебя прямо в лесу.

Вообще я был бы не против – природу я люблю. Но тут, кроме нас и другие люди ходят, которых мы не хотим смущать тем, как нам хорошо друг с другом. Поэтому бегом направились к дому. А по пути встретили сына – деловой Оникс-младший торопился в школу. Мы пожелали ему удачи и стремительно понеслись дальше.

Уже на нашей лужайке я поймал Регинку, упал на травку и уронил ее на себя. Она засмеялась, наклонилась и провела язычком по моим губам. Подразнила им мой язык, нежно прикусила губу.

– Пойдем в душ. Совместим приятное с полезным.

Я согласился. Но тут мы услышали недовольное покашливание, удивленно повернули головы в сторону звука. И я мысленно чертыхнулся. Вот в такой момент, когда на мне лежит лучшая женщина на свете, созерцать недовольную физиономию бывшей жены совсем не хочется. А именно она сейчас стоит рядом с нами и удерживает на хорошеньком личике гримасу отвращения.

Вообще Силия симпатичная и не скрою, когда я стал задумываться о том, чтобы начать с ней отношения, это сыграло свою роль. У нее аккуратный вздернутый носик, голубые глаза с кукольно загнутыми ресницами, пухлые губы. Волосы шикарные – светлые, цвета меда, густые, длинные. И фигурка ладная, словно статуэточка. Хрупкая, невысокая.

Моя лиса выше ее сантиметров на двадцать, но для своего роста тоже тонкая и субтильная. Однако при точеной талии у Регины большая грудь и круглая упругая попка. Радует и глаз, и руки. Ноги у лисы просто бесконечные, про волосы я уже сказал. И красивая, очень. Шоколадные лисьи глаза с хитринкой, тонкие фиолетовые брови, нос и губы – словно гениальный скульптор лепил. И любоваться ею я могу бесконечно.

Но все же дело не только в красоте. И не только в сексе. Силия хорошенькая, но на ее лице часто гостит вот это самое недовольное выражение. Я-то думал, после нашего развода оно исчезнет, однако ошибался. А лебийку в плохом настроении я в последние три года и не видел даже. Она в принципе сама стремится к тому, чтобы получать от жизни удовольствие, а не негатив. И чаще я наблюдаю улыбку или проказливое выражение ее мордашки, если лиса задумала что-то на мой счет. Выражение недовольства же, кажется, и вовсе не видел.

Вот и сейчас, хотя внезапный визит Силии явно мешал нашим спонтанным планам, Регина не выказала негативных эмоций. Только шутливо закатила глазки, так, чтобы непрошенная гостья не видела. Мы поднялись.

– Привет, Силия. – улыбнулась лиса. Потом прошептала мне. – Советую поторопиться, иначе начну сама.

И пошла в дом, плавно покачивая бедрами. Я уставился на нее, отчаянно жалея, что не могу немедленно отправиться следом. С нее ведь и правда станется самой порезвиться. Я не против – лишь бы моей красотке хорошо было. Но хотелось бы хоть посмотреть на то, как любимая себя ласкает – люблю за ней наблюдать, как и жена за мной.

– Оникс! – Силия заставила переключиться с приятного зрелища на нее.

– Ну доброе утро. Что-то случилось?

– Нет. С чего ты взял? – удивилась она.

– Зачем тогда ты тут появилась?

– Я не могу зайти к бывшему мужу?

– Без предупреждения и с утра пораньше? Силия, сейчас половина восьмого!

– Но ты ведь уже не спишь! И вообще, я звонила.

Я тоже закатил глаза, но более явно, чем моя жена. Непосредственность и простота Силии меня порой изумляют до онемения. Это в ней всегда было и я одно время мягко пытался ей указать на то, что есть личные границы, есть правила приличия и так далее. Но не могу же я взяться на постоянной основе воспитывать взрослого человека! Это не моя задача, у меня дети для этого есть. А бывшей уже за тридцать, тут уж что выросло – то выросло.

То, что она звонила, на мой взгляд, Силию не извиняет. Время все-таки действительно раннее, тем более у меня есть правило: не браться за арновуд до тех пор, пока я не сделаю все утренние дела. Лучше я посвящу это время семье, а не просмотру новостной ленты или пропущенных звонков. И первой супруге мое правило насчет арновуда хорошо известно, оно еще при ней образовалось.

– Ладно, чего ты хотела-то? – нетерпеливо поинтересовался я, снова глянув на вход в дом.

– Что, невтерпеж к женушке присоединиться, на первую супругу и время жалко тратить?

– Силия, у тебя с Тимуром все нормально?

– Мы расстались. У меня теперь Леонид.

Я снова продемонстрировал подвижность глазных яблок. Увы, Салим продержался недолго и примерно через пару месяцев Силия отправила парня в отставку. Так она сказала. Сам бывший парень моей бывшей жены не распространялся о том, как завершились их отношения, хотя мы с ним продолжаем общаться. Хороший мужик и мне даже жаль, что теперь не он находится рядом с моими детьми. Но я рад, что приятель сбежал от мегеры… Ой! От Силии! Да еще и без особых потерь. Меня вот она до последнего живым отпускать не хотела. И если бы не вскрывшийся обман2 – пришлось бы натурально воевать для обретения свободы.

После Салима был Арнольд, затем Игорь, потом Тимур. И вот теперь – Леонид. Придется знакомиться с очередным мужчиной моей бывшей. Вообще я бы с превеликим удовольствием не следил за ее личной жизнью, но приходится. Ведь все эти парни приходят в дом, где живут мои дети. И я должен убеждаться в их адекватности, в том, что они безопасны для моих сына и дочери. Честное слово, я уже даже жду, чтобы старшие поскорее стали самостоятельными и мне наконец не придется запоминать тех, кто был у моей первой женщины следующим после меня.

Глава третья. Личная жизнь первой жены

– Чем она вообще думает? – возмущался я как-то между Арнольдом и Игорем. – Меняет мужчин как перчатки, каждые полгода новенький! Это вообще нормально?

– Так, а что тебя не устраивает?! – тоже возмутилась Регинка, уже лежащая в постели.

Я посмотрел на нее и улыбнулся. Красотка приняла мое негодование, в том числе, и на свой счет. Ведь до меня у нее было много мужчин. Однако мне такой факт ее биографии, о котором я знал с самого начала, абсолютно по барабану. Ей уже за триста, она у меня действительно ненасытная и понятно, что не жила монашкой все эти годы. Да и парни у нее были только для тела и, когда мы наконец получили возможность быть вместе, она сразу отправила в отставку всех остальных. Если уж говорить об отношениях, то я и вовсе у нее едва ли не первый, не считая Амато3 и Армана4. Во всяком случае, наши отношения ее устраивают больше всего, она в них счастлива. И это главное. А быть первым мне и в профессии удается. Это вообще не самое важное.

– Меня не устраивает то, что рядом с моими детьми постоянно оказываются новые мужики, дорогая. – я присел в ногах у Регинки. – Так-то все равно, пусть хоть целый гарем заводит. Но дети… Ты ведь даже меня из постели выкидывала, пока мы не стали принадлежать друг другу, чтобы у малого не сформировалось неверное мнение.

– И это при том, что с самого начала знала, что ты для него полностью безопасен. Да, тут я тебя понимаю. Постоянно кто-то посторонний, неизвестный рядом с ребенком. Но я думаю, у Силии хватает мозгов не связываться с кем попало. А сейчас она, может, наверстывает упущенное. Разнообразие…

– А тебе легко было отказаться от разнообразия?

– Да, ведь на другой чаше весов – ты. – обняла меня красотка. – Теперь, когда ты мой, мне разнообразие в телах не нужно. К тому же твое тело по-прежнему потрясающее, а в постели с тобой никогда не скучно. И хорошо не только в ней, но и за ее пределами. Может, Силия просто не может найти такого же, как ты.

– Не думаю. Будто я уникум какой-то.

– Ты лучший. Второго такого нет. И я счастлива от того, что ты мой. С тобой все идеально. С тобой я могу быть любимой и становлюсь такой, какой всегда хотела быть. Но не могла себе позволить раньше.

Я обнял жену и спрятал лицо в ее волосах. Да, я понял, о чем она. В том-то и дело, что друг с другом мы можем быть собой и ничего не изображать. Безоговорочное доверие помогло нам воспитать в себе и безоговорочное принятие. Регинка любит меня любым и если для остальных я балбес, то для нее – идеальный мужчина.

А она для меня идеальная. Хотя, конечно, постепенно после свадьбы она слегка изменилась, удивив этими изменениями не только меня, но даже саму себя. И я сейчас даже не про то, что моя темпераментная красотка предпочла полигамии моногамию. Это нормально и я сам бы другого не допустил. Зачем нам другие, если мы есть друг у друга? Наши аппетиты соразмерны и в постели у нас все отлично. В других проявлениях любви, заботы, нежности мы тоже очень щедры и потому нет нужды добирать что-то на стороне.

Вот в чем моя девочка изменилась и это видно – в одежде, например. Если раньше, после того как она избавилась от шрамов, Регинка всегда носила что-то короткое, обтягивающее и с глубоким вырезом, балансируя на грани дозволенного и неприличного, то сейчас ситуация несколько изменилась.