Качели времени. Ноша

Глава первая. Новая планета

Вневременность

Тихий вечер в гостиной Хроносов медленно и лениво двигался к своему логическому завершению. Алекс поливал фиалки, а Александра, сидя в любимом кресле, пересчитывала петли будущего шарфа, образца и шедевра вязального искусства. Тихое бормотание диктора из арновуда дополняло уютную картину.

На экране мелькнула новостная заставка, потом показалось изображение какой-то планеты. Острый слух всемогущей уловил что-то интересное.

– Алекс, сделай погромче!

– Громче. – послушно повторил муж.

Саша досадливо дернула плечиком – так и не привыкла к голосовому управлению, хотя оно удобнее. Пультом можно щелкать до посинения, а вот получив голосовую команду, арновуд сразу настроился на заранее отрегулированный, комфортный для обоих супругов, уровень громкости.

– Зонд-разведчик обнаружил планету в конце прошлого года. – докладывал искусственный диктор. – Спустя две недели, для исследования, на нее были направлены роботизированные анализаторы. Планета оказалась пригодна для жизни большинства гуманоидных форм. Она отличается большим разнообразием флоры и фауны, абсолютно безопасна, как удалось установить в настоящее время. Предположительно, планета ранее была заселена, но причины катаклизма, который погубил разумные формы жизни, неизвестны. Сейчас на Нибиру возвращается разведочный отряд добровольцев, которые месяц находились на небесном теле. Формируется экспедиция для более подробного изучения…

– Спасибо. – сказала Саша, смахивая изображение диктора с экрана.

Женщина открыла поиск и вбила координаты новой планеты. Алекс только головой покачал: по общепринятой межгалактической системе координаты состоят из тридцати символов. Когда только запомнить успела? Он, впрочем, тоже машинально их заучил. Но Александр четыре года стажировался у прежних Хроносов1 и стал одним из лучших их агентов2, ему было бы стыдно не использовать свои навыки. Да и надо ведь их тренировать время от времени.

– Слушай, это странно! – воскликнула Александра, уже изучившая все, что известно о планете. – Там вообще нет хищников. Даже хищных насекомых и растений!

– И почему это странно? Это же хорошо.

– Алекс! Чтобы биосфера работала – в ней кто-то должен кого-то жрать.

– Ну ты человеческие милые привычки на дикую природу не транслируй…

– А человек что, с неба на планету упал? Это только Регинка лебийцам о себе так заливает3, а они делают вид, что верят… Кстати, надо ей завтра позвонить, а то опять в подполье ушла.

– Так что с планетой-то?

– В остальном все прекрасно. Мне подходит. – сделала вывод Саша и исчезла.

Алекс продолжил поливать фиалки.

***

Планета Земля. 4 век до н. э.

Эригона, напевая, делала фруктовый салатик, когда услышала звук – что-то среднее между иерихонской трубой и брачным кличем слона. Женщина переглянулась с Антеем и супруги улыбнулись: это доченька чему-то обрадовалась. А доченька через секунду нарисовалась на пороге комнаты и потрясла конвертом.

– Ма! Па! Помните, мы вчера в новостях про новую планету сюжет видели? Меня приглашают войти в состав экспедиции по ее изучению! Там столько необычных и неизвестных науке зверей!

– Очень мило.– обрадовался Антей. – Я с тобой.

– Пап, а ты там зачем? – удивилась любящая дочь.

– Ну как зачем? Обеспечивать твою безопасность.

– Ой, ну будет тебе!

– Позволь напомнить, что в прошлую твою поездку тебя чуть не съели, Лина.

– И не съели, а едва замуж не выдали. Есть Гундагар4, упокой мироздание его душу, пока никого не собирался – тиаровцев и так неплохо кормили.

– По мне так лучше быть съеденным, чем замуж без любви.

– Я не думаю, что мне снова так не повезет. Тем более Оникс вряд ли полетит. А значит, все будет тихо и спокойно.

– А тебя тогда вообще чуть не убили, кстати говоря. – Эригона поставила перед мужем тарелку. – Точнее, убили, но твои чудо-доспехи помогли мне не стать вдовой.

– Вот! Так что сиди дома. Я лечу сама. – поставила точку в споре дочь.

***

Планета Глизе. Время то же

Утреннее солнце ласково пощекотало лучами два одинаковых премилых беленьких коттеджа. На крыльцо каждого из них вышло по молодому человеку. Были юноши до удивления одинаковыми – близнецы ведь. Парни одинаково подняли со ступенек газеты, одинаково уселись в кресла, закинув левую ногу на правую. А потом так же одинаково развернули листки, еще пахнущие типографской краской.

И через минуту одинаково вскочили, глянули друг на друга.

– Новая! – начал Гек.

– Планета! – продолжил Том.

– Неизвестные!

– Растения!

– Набирают!

– Экспедицию!

– Летим! – хором решили близнецы и, размахивая газетами, одинаково скрылись в домах, чтобы обрадовать жен.

***

Планета Эдем. Время то же

– И что ты там будешь делать? – удивился Налон.

– Планета новая, туда постоянно нужно что-то возить. Грузы, экскурсии, членов экспедиции. – ответила Гертруда. – Вот и пригласили пилотировать звездолет.

– Твой талант навигатора зарывать в землю и просто летать по накатанной?

– Ну мне самой хочется!

– Вот с этого и надо было начинать. – улыбнулся парень. – Возьмешь зайцем на борт?

– Зайцем нет, а вот бортпроводником да.

– Здорово! У меня как раз два месяца до третьего курса!

Налон обрадовался: два месяца они с Труди будут неразлучны. Да еще на свадьбу можно начать копить…

***

Платена Земля. 21 век

Лиам и Андрей сидели у телевизора и отчаянно не верили в происходящее на экране. А смотрели они очередной детективный сериал. Участковый Николаев не верил по долгу службы, а Лиам за компанию. И просто из вредности включил Станиславского.

Вдруг в комнату влетела Астория с чемоданом, открыла шкаф и стада собирать вещи.

– Вы разводитесь? – удивился участковый.

– Типун тебе на язык!

– Тогда почему твоя жена собирает твои же вещи?

– Эээ… Асти?

– Открыли новую планету. Туда отправляется экспедиция. Всем этим бардаком надо руководить. – телеграфным стилем сообщила девушка.

– Так нужно сначала заявку подать…

– Наши кандидатуры уже утверждены. – сделала ход конем Астория.

И унеслась в ванную комнату. А участковый Николаев нагло заржал, созерцая ошеломленного такой стремительностью событий и восхищенного собственной супругой, Лиама.

***

Планета Земля. 4 век до н. э.

– А кто еще летит? – поинтересовалась Гигия, заглянувшая на послеобеденный чай.

– Ботаники, археологи, охрана… – стала послушно перечислять Лина.

– Нет, детка. Кто летит из Архимеди, помимо тебя?

– Близнецы, Труди – будет между рейсами отдыхать, с ней Налон увязался. Еще властяне, они снова лагерь возглавят.

– Оникс?

– Не думаю. Он от археологии как-то далеко в последнее время.

– Уже легче. Лина, а поинтересуйся, есть ли в твоем звездолете место для лучшего медика галактики. – велела женщина-врач, доставая арновуд.

– В смысле? Ты что, так хочешь увидеть новую планету?

– Вообще-то мне и Тиары хватило. – призналась Гигия. – В моем возрасте уже особо не полетаешь. Но если на неизвестной планете одновременно оказывается больше трех Архимеди, да еще и властяне – там непременно потребуется медицинская помощь.

– Вот! А я о чем! – обрадовался Антей. – Так что я тоже полечу.

– Дома сиди! – в один голос воскликнули жена, врач и дочь.

– Тем более ты мне еще коровник не достроил. – напомнила Гигия. – А если тебя опять убьют и в этот раз удачно, моя буренка спасибо не скажет.

Пришлось Антею, как отцу ветеринара, согласиться.

***

Планета Эдем. Время то же

Оникс быстро собирал сумку. Гранаты, пистолеты, пара электронных отмычек. И вдруг, с легким хлопком, в помещении появилась Саша. Но парень на двоюродную бабулю никак не среагировал, продолжая набивать баул оружием.

– Оникс! – медовым голоском обратилась к нему Хронос. – Слышал про новую планету?

– Угу.

– Туда экспедицию набирают…

– Ага.

– И вроде как следы какой-то жизни обнаружили, значит, археологи потребуются.

– Да знаю я. Приглашали.

– Это ты туда так собираешься?

– Конечно нет. Я отказался. Пусть летят те, кому это действительно интересно.

– Внук, ну что ты в самом деле? Ты же лучший археолог среди молодых! Неужели самому не любопытно, что там и как…

– Ба, у тебя еще какие-то важные вопросы ко мне остались? Может, пойдешь с Силией пообщаешься? – наконец-то глянул на всемогущую внук.

– О нет! С твоей женой…

– Пока еще женой!

– По факту женой! – припечатала ласковая бабуля. – Так вот, с ней я буду общаться только если это действительно необходимо. И то, еще подумаю – так ли уж необходимо.

– Я тоже. Ну бывай. – непочтительный внук достал телепортационную пластинку, кликнул по экрану и исчез.

– И в кого же ты такой упрямый? – возмутилась Саша.

Потом глянула в зеркало, получила ответ на в общем-то риторический вопрос… И тоже избавила помещение от своей драгоценной персоны.

***

Где-то на просторах Вселенной

Большой звездолет уверенно разрезал космическую черноту своим блестящим клювом, а маленькие иллюминаторы-глазки вспыхивали с завидной периодичностью. Вот в одной из кают сидят Том и Гек, сильно скучают по женам, Яне и Ане. Ведь, страшно подумать, они их с утра не видели! А до того два года были неразлучны, даже еще до свадьбы.

В другой Гигия и Лина спорят, кого лечить легче: людей или зверей. Истину в вечном споре врачей человеческих и ветеринаров установить не удалось. В третьей каюте Лиам и Астория, сидя в обнимку, изучают личные дела участников экспедиции – надо же знать, кем предстоит руководить. В четвертую только что зашла Труди и улыбнулась, обнаружив, что Налон уже расстелил постель и даже погрел постельное белье.

День сегодня выдался суматошным: властяне прибыли из двадцать первого столетия и, с Линой и Гигией, телепортировались на Луну. Женщина-врач посетовала на возраст – раньше телепортации давались ей легче. Но пилить до спутника в ракете еще некомфотнее. На Луне все загрузились в звездолет, который туда уже привела Труди. А близнецы подсели по пути, подлетев к месту стыковки на официальном глизовском звездолете. Теперь все собирались хорошенько отдохнуть, выспаться, и этим планам ничто не должно было помешать. До высадки на новую планету еще больше суток, времени хватит.

А где-то далеко-далеко, в другой галактике, в это же время просторы бороздил маленький, но очень крутой кораблик без единого опознавательного знака. Оникс оторвался от созерцания космической пустоты, еще раз проверил маршрут и, взяв в руки арновуд, написал длинный текст, попытался отправить его и обнаружил, что снова находится в черном списке у Регины. Вздохнув, парень переключил управление на автопилот, и пошел спать.

Глава вторая. Прекрасное утро

Безымянная планета

Лину разбудило мелодичное кукарекание: это чирикала неподалеку удивительная птичка, что-то среднее между земными петухом и соловьем. Обнаружив сие создание несколько дней назад, девушка изумилась: и как местная природа дошла до того, чтобы изобрести такой интересный гибрид? Впрочем, на этой планете очень много удивительного и необычного, чего дочь Антея раньше не видела.

Но ладно она: хоть Лина и училась хорошо, и ветеринаром стала великолепным, да еще и успела к неполным тридцати годам посетить несколько небесных тел с уникальными экосистемами, все же она была еще молодым специалистом. Однако и жена брата, Елена, тоже приходила в изумление, когда золовка рассказывала по арновуду, а иногда и показывала диковинных обитателей этой планеты. А уж она-то была ветеринаром с огромным стажем!

И теперь женщина, полюбовавшись на местную фауну дистанционно, собралась лично прибыть сюда, чтобы увидеть все своими глазами. Брат тоже приедет: его, в свою очередь, заманили внуки, Том и Гек. Ребята пошли по стопам Иксиона, и теперь показывают заслуженному ботанику Вселенной флору новой, пока еще безымянной, планеты. А она один в один как фауна – в том смысле, что тоже непохожа на все, ранее виденное и юными ботаниками и их дедом-наставником. Одна только яблоня, растущая лозами, словно виноград, это в полной мере подтверждает.

– Еще два члена клана Архимеди. – довольно кивнула Гигия, узнав о грядущем визите Иксиона и Елены. – Да, я не зря сюда прилетела!

Однако в настоящий момент в ее услугах пока никто не нуждался. Но женщина-врач подчеркивала, что ключевое слово тут именно «пока». И без дела в ожидании, пока кому-то понадобится медицинская помощь, не сидела. Гигия на время решила взять на себя роль шеф-повара, и все обитатели экспедиционного лагеря быстро сошлись во мнении, что кулинария многое потеряла, когда эта дама решила посвятить себя лечению людей. Но зато приобрела медицина: все в этом мире сбалансировано!

И сейчас Лина обнаружила, что ее соседка уже отправилась на походно-полевую кухню с утра пораньше. Приготовить еду на целый лагерь – дело долгое. Хорошо, что Гигии помогают молодые и расторопные девчонки с парнями. И хорошо, что Лине удалось уговорить женщину-врача жить в одной палатке, хотя та, из деликатности, поначалу отказывалась.

– Да зачем тебе старуха под боком? – удивлялась она. – Будешь сама жить, как королева, пока Труди на отдых не заедет.

– Ну я, во-первых, не королева. А ты не старуха. И вместе веселее. Если, конечно, ты не собралась сама одна в палатке жить. Тебе по статусу ведь положено.

Лина была во всем права. Да, она не королева, хотя полоумный Гундагар и предлагал ей такой пост вместе с рукой и сердцем. Но девушка никогда не стремилась ввязываться во все эти игры престолов. Абсолютно равнодушная к понтам, как вот это все называет часть семьи из двадцать первого века, она хотела просто радоваться жизни и хорошо выполнять свою работу. В этом они с Гигией схожи – обе ведь из этрусков, где подобные ценности вкладываются в головы с детства. Впрочем, такие взгляды тут все разделяли – все же высокоразвитое сообщество, что с них возьмешь.

И Гигия действительно мало походила на старуху, если, конечно, не знать ее возраст. Но цифры далеко не всегда отражают истинное положение дел. Да, ей уже нелегко прыгать с планеты на планету, подобно какой-нибудь межгалактической стрекозе. Но ум и хватку женщина сохранила, стариковским брюзжанием пока не страдает. А внешне и вовсе выглядит не больше чем на пятьдесят с маленьким хвостиком – меньше, чем у белого медведя.

Лина, конечно, в четыре раза моложе соседки по палатке, но вместе действительно веселее, они ведь знакомы всю жизнь, с самого первого момента. Именно Гигия принимала девчонку, как и почти всех остальных членов рода Архимеди. И, несмотря на разницу в возрасте, им всегда есть о чем поговорить. Женщина-врач, с ее опытом и широчайшим кругозором, всегда находила тему для разговора. Да и мысли Лины, ее жизнь и приключения тоже оставались интересны для старшей подруги.

Поэтому Гигия все же поселилась в одной палатке с Линой, хотя ей и правда предлагали отдельное место жительства. Но она дама скромная и никогда не считала себя лучше или выше других. Поэтому и не пользовалась привилегиями, которые ей полагались. Да она даже не против была оказаться в почти походных условиях – ведь кроме палаток тут никаких других вариантов жилья в ближайшее время не предвиделось.

Все потому, что пока планету не планировалось заселять гуманоидами. Для начала ее надо изучить, узнать, что здесь и как. Была и вторая причина: исследователи старались не слишком вмешиваться в природу, поэтому не стали затевать масштабное строительство. Ведь несколько колышков, воткнутых в землю, в отличие от фундаментов, буровых работ и возведения высоток, вреда не нанесут.

Их трепетное отношение к окружающему миру проявлялось и в других моментах. По вечерам обитатели лагеря любили собраться вместе у костра, чтобы пожарить овощи, фрукты и зефир, полюбоваться на пламя, обсудить, что произошло за день. Но выжигать траву и почву они не собирались, поэтому костер разводили в большой чаше. Дрова не рубили: использовали биологическое топливо, при сгорании которого в атмосферу не выделялись вредные вещества.

Моющие средства использовали натуральные, материалы – быстро разлагающиеся, а не гниющие тысячелетиями. И так исследователи поступали не только на новой планете. Уже давно межгалактическое сообщество старалось не причинять вред природе, берегло ее и пыталось минимизировать ущерб, нанесенный ранее. Ведь, несмотря на то, что в теории планет, которые можно было бы обжить, бесчисленное множество, на практике лучше не губить то, что уже есть. Природа же тоже живая.

Поэтому новую планету исследователи осматривали осторожно и с любовью. Надо сказать, она платила им взаимностью. Пока рано судить, Лина и товарищи тут находятся всего неделю. Но им уже стало казаться, что небесное тело с благодарностью принимает их деликатность и готово подружиться со своими осторожными гостями.

Климат здесь обнаружился поистине замечательный. Без резких скачков в сторону жары или холода, умеренно приятный. Дожди шли ночью, тихие и мягкие – ровно столько, сколько нужно для растительности и животных. А сами звери отличались не только непохожестью на все известные формы фауны, но и необыкновенным дружелюбием.

Здесь и правда не было хищников, которые могли бы коварно напасть из-за угла. Это, конечно, озадачивало. Но члены экспедиции сошлись во мнении, что просто пока не обнаружили естественных регуляторов поголовья. А потому, отправляясь в отдаленные уголки планеты, проявляли повышенную осторожность.

Тогда как в лагере все уже немного расслабились и искренне дружили с заглядывающими на огонек животными. Любопытные местные аналоги макак и прочих шимпанзе уже даже начинали подражать людям, пытались ходить на задних лапах, здороваться за руку. Астория и вовсе обнаружила на днях в своей палатке гориллу, которая наводила красоту с помощью ее расчески. Обитатели лагеря стали испытывать надежду воочию увидеть, как обезьяна превращается в человека.

Вечером звери приходили к костру и сидели вместе с людьми, позволяя себя обнимать, гладить. Каждый из участников экспедиции уже успел подружиться с кем-то из животных. Лина, например, с удовольствием общалась со своеобразной помесью кабана и панды: раскраской экземпляр походил на бамбукового медведя, а нос и хвост у него были поросячьи. Гибрид с удовольствием обнимался, лазил по деревьям и ел желуди.

Близнецы сдружились с муравьедами, Астория с той самой гориллой, тогда как Лиам часто проводит время в компании синей цапли. А к Гигии воспылал любовью тот самый петухо-соловей, который с самого утра бесстрашно бродит по лагерю и будит всех своими песнями. И никто из животных не чурается людского общества.

– Не знают, несмышленыши, что человек может обидеть, сделать больно, а то и вовсе убить. – вздыхала женщина-врач. – Надеюсь, и не узнают.

– Многие знания – многие печали. – в один голос отвечали властяне, вспоминая Регину.

И следом тут же, повинуясь текучей ассоциации, думали про Оникса. Хотя все члены миссии и считали, что без него спокойнее, деятельного археолога все-таки не хватало. Парень не только умел мастерски вляпываться в неприятности, но и развеселить окружающих, подбодрить, а еще случайно сделать какое-нибудь удивительное открытие, не прилагая к этому особых усилий. Без него было спокойно, конечно. Но скучно.

– Хотя не факт, что с ним было бы веселее. – отмечала Труди, которая жила в палатке с Гигией и Линой в перерывах между рейсами. – Какой-то он мрачный в последнее время, молчаливый. Людей избегает, совсем бирюком стал!

Младшая сестра переживала, да и не только она. Никто не понимал, в чем дело, почему парень так сильно изменился. Понимали только, что произошло это после двойной свадьбы близнецов5. Но как могли быть связаны такие события? Что-то определенно знала Александра. Однако никому не говорила.

Лина вздохнула, подумав о внуке, который был старше ее на пару лет. Как же хочется его растормошить – и это желание обязательно удалось бы воплотить в реальность, если бы Оникс прилетел сюда на раскопки. Здесь столько родни, уж они смогли бы помочь ему справиться с какой-то внутренней бедой, которая буквально иссушила Никса. Но лучший молодой археолог нескольких галактик лететь на новую планету отказался.

Потом Лина глянула на часы – уже семь! Завтрак в лагере в восемь утра, так что можно пока заняться своими делами. Девушка попотягивалась, вылезла из палатки и поскакала к санитарному уголку. Привела себя в порядок, потом сменила пижаму на легкие шорты и футболку, нацепила кроссовки и отправилась на пробежку.

Ребенок Антея, вне зависимости от пола и возраста, всегда будет обладать прекрасной физической формой, которую любящий папочка и тренированный воин развивает с детства упорными занятиями и собственным примером. Впрочем, то же правило распространяется на внуков и правнуков. Отец Лины добился того, что все его многочисленное потомство на бессознательном уровне испытывает тягу к спортивным упражнениям и всякой такой активности. И потому нет ничего удивительного в том, что даже находясь за множество парсеков от папочки, девушка, как и в любое другое утро, на автомате сделала нехитрую разминку, а потом побежала трусцой прочь из лагеря. Навстречу очередному прекрасному дню на новой планете.

Глава третья. Быть Архимеди

Путь Лины лежал к побережью. Чтобы попасть на него, надо было покинуть лагерь и пробежать через лесок, в котором солнце играло со спортсменкой в прятки, а потом пересечь небольшой лужок и сбавить скорость, когда ноги начнут увязать в песке. На это уйдет минут пятнадцать, после чего можно окунуться в волнах и тем же путем вернуться.

На границе палаточного городка к Лине присоединилась Астория и девушки, радостно поприветствовав друг друга, нырнули под раскидистые лапы елей, потом быстро пробежали под липами – лес был смешанным. Над ними порхали и пели птицы, по веткам наперегонки с девчонками скакали белки и бурундуки, а из кустов высовывались любопытные еноты. Сложно не почувствовать себя Белоснежками в таком антураже!

Однако встреча с отравленными яблоками обеим не грозила, а Лиам и близнецы, на которых Лина с Асторией наткнулись на берегу, мало походили на гномов – слишком уж высокие. Том и Гек, хоть и были правнуками Антея, стали редчайшим исключением из общего правила и к двадцати пяти годам обзавелись женами, репутацией, некоторым жизненным опытом… Но не развитыми и впечатляющими мышцами.

Нет, ботаники были выносливыми и ловкими, словно обезьяны. Но щуплое телосложение унаследовали от эдемской родни и даже прадед не мог с этим ничего поделать. Он, впрочем, и не старался. Стрелять, ездить верхом, драться и бегать марафоны, Антей их научил. А вот со внешней формой особо не поспоришь. Не на стероиды же ребят сажать в самом деле! Однако теперь удачи попытал Лиам, под руководством которого мальчишки сейчас отжимались от песка.

– И раз! – вопил властянин, сам подавая пример подопечным. – И два! Как вы детей-то на руках носить собираетесь с такими мышцами?

Скромные близнецы не вступали в полемику. И не напоминали, что прекрасно и жен на руках носят, невзирая на свою худосочность. А Аня и Яна, конечно, тонкие и звонкие, но весят явно побольше, чем дети, которых пока и в проекте не было. Но, невзирая на данное обстоятельство, отжимались старательно и не филонили. Не в их это правилах.

Девчонки, полюбовавшись на Лиама, в котором вдруг проснулся прапорщик из анекдотов, разулись и с разбега бросились в воду. Несмотря на раннее утро, была она как парное молоко, так что купание оказалось приятным – даже вылезать не хотелось. Вскоре к купальщицам присоединились и мальчишки, а когда все вдоволь наплескались, вместе отправились обратно в лагерь.

И первым, на кого они наткнулись, вернувшись в поселение, оказался Оксинт.

– Папа! – удивленно воскликнули близнецы. – Мы тебя здесь не то, чтобы ждали…

– Спасибо, мои хорошие! – рассмеялся тот, по очереди всех обнимая. – Более радушный прием и представить сложно. Я тут по работе вообще-то. А вы чего все мокрые? В водопад свалились?

Оксинт по профессии геммолог. Поэтому конечно же он тоже заинтересовался новой планетой, где и камни могут отличаться от привычных и уже многократно изученных. И сегодня утром прибыл на звездолете, пилотируемом Труди. Лина обрадовалась: такими темпами скоро в лагере вся семейка окажется! А Гертруда, вероятно, уже тоже телепортировалась и сейчас отдыхает в палатке.

Космодром на планете тоже пока решили не организовывать. Если в ближайшее время заселять гуманоидами ее не планируется, то и взлетно-посадочная площадка тут пока ни к чему и не надо вредить природе. Звездолет прибывает сюда примерно раз в три дня и остается в дрейфе на орбите, а пассажиры и грузы телепортируются прямо в лагерь.