Качели времени. Обилие времен

Здравствуй, дорогой читатель! Спасибо тебе за то, что ты выбрал меня, за твой интерес к истории моих персонажей. Чтобы тебе было легче ориентироваться, я составила список частей в хронологическом порядке.

Серия «Качели времени»:

Обратный отсчёт

Последние дни Атлантиды

Final Countdown

In tempus et spatium

Лабиринт времени

У времени в плену

Сказки сумасшедшего ученого

Обилие времен

Глава первая. Где я?

Странное чувство: все тело онемело, а в конечностях словно плескалась газированная вода. Неприятное ощущение. Перед глазами мелькали разноцветные искры, в ушах звучала нестройная какофония звуков. Но хуже всего было то, что я вдруг стал задыхаться. Попробовал вдохнуть – и не получилось, воздуха просто не было.

Однако не успел я испугаться всерьез, как плюхнулся на что-то мягкое. Вскочил моментально, попытался оглядеться, и потерпел неудачу. Темно, хоть глаз выколи. Зато я снова могу двигаться, а самое главное, дышать. Но где же я?

Может, это очередной, как его там, вневременной карман? Однако глаза уже привыкли к темноте, и я обнаружил, что стою на обочине. Справа лес, слева поле, посередине асфальт не самого лучшего качества, неровный и с выбоинами. Никакой ясности пейзаж не внес, но это наверняка не вневременность!

Наверное Сашка, решив со мной больше не спорить, просто послала меня куда подальше? Хотя нет, на нее это непохоже. К тому же, благодаря моей новой способности читать мысли, я успел услышать, о чем она думала. А думала она о том, что я забрал себе энергию Гедеона. Вот уж новость так новость! Делать я это не хотел, и не слишком понимаю, что вообще сие означает. Однако в последнее время я слишком многого не понимаю. Уж в очень удивительные приключения удалось вляпаться. Надо хорошенько обо всем подумать, но для начала следует узнать, где я все-таки, и как мне попасть домой.

В кармане куртки я обнаружил мобильный телефон, и посмотрел на экран. Радует то, что аккумулятор полностью заряжен. Ну да, я же был в пространстве без времени, мобилка потому и не села. Интересно, а если бы я в игрушки играл? Надо было проверить!

Но вот что не радует – тотальное отсутствие сети. Значит, я в совершеннейшей глухомани. А вот если бы был в Америке, там бы даже в пустыне сеть поймалась! И как же мне отсюда выбраться… Стою черт знает где, сети нет, да и время – три часа ночи. Хорошо хоть не холодно. Судя по погоде, тут начало осени, ибо в зимней куртке как-то даже жарковато.

Куртку я снял, и пошлепал по шоссе куда глаза глядят. Надо, пожалуй, не бухтеть, а радоваться тому, что хоть какая-то дорога есть. Значит, куда-то она меня выведет. А может, кто-то проедет…

Не успел я додумать последнюю мысль, как и правда уловил шум мотора. И что теперь делать? Прятаться или, напротив, привлекать к себе внимание? Время сейчас такое, что неизвестно, кого встретишь на пустой ночной дороге. Однако я здоровый и сильный парень. Если что, отобьюсь. А отсидевшись в кустах, могу и пропустить возможность поскорее попасть в какой-нибудь населенный пункт.

Звук приближался, а вскоре я увидел и свет странных круглых фар. Когда машина подъехала ближе, я с удивлением узнал в ней старенькую «Волгу». Такое еще ездит? Впрочем, фырчал автомобиль бодро, и заметив меня, стал снижать скорость. Как мне повезло! Наверняка за рулем какой-нибудь милый дедуля, который сейчас возьмет меня в попутчики. Желательно, не задавая никаких вопросов. Ибо ответить на них я вряд ли смогу.

Машина остановилась, и я, хотя вокруг было по-прежнему темно, поразился тому, в каком она идеальном состоянии. Открыл дверцу и посмотрел на водителя. С возрастом я ошибся: парень, сидевший за рулем, был, может, на пару лет меня постарше. Но одет по моде 70-х, словно одолжил у деда не только транспорт, но и костюм.

– Откуда ж ты тут? – удивился он.

– Не самая короткая история. Подбросишь до цивилизации? А то, кажется, я сам и до утра не дойду.

– Это точно. Садись.

Обрадованный, я плюхнулся на сиденье рядом с ним, и по привычке осторожно прикрыл дверцу. Но это же «Волга»! Дверь, понятное дело, не закрылась.

– Эк ты нежно. – усмехнулся водитель. – Не развалится, не бойся.

Кивнув, я хлопнул сильнее, и дверь закрылась. Совсем забыл, что в этих машинах дверью надо стучать так, будто ты на тракторе едешь.

Салон оказался под стать своему владельцу: устаревшая рулевая колонка с рычагом переключения передач на ней, прозрачная полусфера спидометра… А вместо двух отдельных кресел, водителя и пассажира, один общий диванчик. Давно я такие машины не видел! А на ходу, кажется, не видел и вовсе.

Моего спасителя звали Славиком, и ехал он из командировки. Дома не был месяц, соскучился по своим: жене и сыну. Все это он мне рассказал в первые десять минут знакомства. И, конечно же поинтересовался, кто я, и как оказался посреди ночи на пустынной дороге. К этому времени я уже придумал более-менее правдоподобную «легенду».

Я прикинулся заблудившимся грибником. Заявил, что с компанией друзей позавчера отправился в лес, и потерялся. Чтобы не было вопросов, где же корзина и грибы, сразу сказал, что оставил их на какой-то опушке, ибо было уже не до них. Славик, вроде бы, мне поверил. Я попросил у него воды, так как пить хотелось до ужаса.

И в ответ на просьбу получил флягу. Хм, а как же пластиковые бутылки? Весь антураж наводил меня на мысль, будто бы я и вправду оказался где-то в семидесятых. Хотя, если моя дорогая сестренка что-то там химичит со временем – то почему бы и нет?

Вскоре мы приехали в город, и Славик пригласил переночевать у него.

– А то куда ты среди ночи денешься? К друзьям пойдешь – так перебудишь их, а на лавочке ночевать не сезон.

– Тогда твоих перебужу. Им зачем такие треволнения? – из вежливости отнекивался я.

Мелькнула у меня мысль найти гостиницу. Однако паспорта с собой не было, наличных денег тоже, да и в том, что это мое время, я уже как-то сомневался. А ну как и правда семидесятые? Тогда вряд ли мне будут рады в казенном учреждении, да еще и без документов.

– Да спят как убитые, и жена, и сын. Они привычные. Пошли.

Я почувствовал дикую усталость, и решил все-таки принять это замечательное предложение. Жил Славик в пятиэтажной хрущевке, на втором этаже. Дверь он открыл тихо, и мы на цыпочках прошли на кухню. Парень скрылся на минуту в коридоре, и приволок раскладушку и постельное белье.

– Устраивайся. – шепотом кивнул он. – Комната у меня одна, там мои спят. А в коридоре узко, сам видел. Ванная возле входа.

– Спасибо! – поблагодарил я его от всей души.

После расстелил постель, наведался в санузел, и вернулся на кухню. Уже собирался ложиться, как увидел газету на обеденном столе. Взял ее, поискал дату, и… И тихо сел мимо раскладушки на пол. Не надо меня за это осуждать: увидеть, что нынче на дворе конец сентября 1972 года я был не готов!

Но, одновременно с изумлением я ощутил, что сейчас засну прямо на полу. Поэтому положил газету на стол, выключил свет, и опустился на раскладушку. Прокрустово ложе, пружины которого впивались буквально во все подробности, в этот момент показалось мне удобнее ортопедического матраса. Веки сами собой смежились, капли из подтекавшего кухонного крана падали редко, мерно, убаюкивающе, а за окном было темно и тихо. И я даже не понял, успела ли голова коснуться подушки до того, как меня одолел сон.

– Мам, тут какой-то дядя! – вдруг врезался в мои уши звонкий голосок.

– Женя, тише! Это папин знакомый. – ответила моему тезке женщина.

Я открыл глаза, и рывком сел. Раскладушка подо мной скрипнула. В незанавешенное окно заглядывало ленивое утреннее солнце, а в дверной проем – темноволосый парнишка, лет восьми на вид. За спиной у него стояла почему-то смутно знакомая девушка, наверное, моя ровесница.

– Здравствуйте. – поприветствовала она меня. – Мне Славик уже сказал, что у нас гости. Я Алла, а это – Женя.

– Очень приятно. – улыбнулся я. – Я тоже Женя. Вы извините, что я вас стесняю. Сейчас приведу себя в порядок, и уйду.

– Ну какое стеснение, о чем вы? Женя, иди в комнату, человеку надо в себя прийти.

Мальчик и Алла удалились, а я оделся, сложил постельное белье и раскладушку. Потом вынес все в коридор. Алла, которая как раз вышла из ванной комнаты, изъяла у меня подушку, одеяло и простыню. Я показал на раскладушку.

– Куда ставить?

– Вот сюда, пожалуйста. – ответила она, распахивая антресоль над шкафом. – Принести табурет?

Улыбнувшись, я устроил раскладушку на верхней полке. Была бы «сталинка», я бы и сам табурет попросил. А тут потолок почти над макушкой маячил.

– Как удобно. – покачала Алла головой. – Умывайтесь, и за стол.

– Нет, что вы, я не могу настолько злоупотреблять вашим гостеприимством!

– А я вас голодным не отпущу. – сообщила женщина, подводя черту под нашим спором.

Хмыкнув, я отправился в ванную комнату, и быстро осуществил нехитрые гигиенические процедуры. Потом вышел, и столкнулся с заспанным Славиком.

– Доброе утро! – отсалютовал он мне, и я ему ответил тем же.

Вскоре приютившее меня семейство собралось за столом. Взрослые ели быстро и молча, а мой малолетний тезка трещал без умолку. Однако в деле поглощения пищи от родителей не отставал.

– У тебя сегодня экскурсия? – спросила его мать.

– Ага. Мам, можно я потом к Олегу зайду?

– Да. И куртку возьми, после обеда холодно будет.

– Что за экскурсия? – поинтересовался Славик.

Мальчишка затрещал о поездке в местный музей, а я замер с вилкой у рта. Что-то знакомое было в его рассказе. Что-то, но что именно – я пока не понимал. Однако увидев, что Алла удивленно смотрит на меня, я быстренько доел, и начал прощаться.

– Ну ты заходи, если что. – сказал отец семейства, когда я уже был в дверях.

– Хорошо. Спасибо вам!

Я начал спускаться по лестнице, а мимо меня, шустрым колобком, скатился по ступенькам маленький Женя, и умчался прочь. Я же подошел к почтовым ящикам. В те годы на них еще иногда писали фамилии. И точно – увидел ящик квартиры, с гостеприимными хозяевами которой я только распрощался, прочитал их фамилию, и понял, что меня встревожило.

В следующее мгновение я уже на всех парах мчался к школе. Где она находится, я знаю очень хорошо: примерно через три десятка лет сам буду в нее ходить. Но к этому времени город разрастется, и бывшая окраина станет едва ли не центром, а само учреждение из обычной школы переквалифицируется в элитную гимназию, куда родители отдадут сначала меня, а потом и сестренку.

Но пока что это самое простое и ничем не выделяющееся из тысячи других общеобразовательное заведение, куда ходят детишки со всей округи. Тут учатся и отличники, и хулиганы, а школа, по мере сил, старается всесторонне их развивать. Даже экскурсии вот устраивают. Но сегодняшняя поездка обернется трагедией, которую в нашем городе будут помнить еще очень долгое время.

Глава вторая. Мелкое вредительство во имя светлого будущего

До школы я добежал быстро, и теперь сидел на лавочке у забора, в подробностях вспоминая ту историю. В первый раз услышал я ее от своего одноклассника, друга и тезки – Женьки Видова. А именно его дед, Вячеслав, привез меня сегодня к себе, и другой мой тезка, маленький Евгений – дядя моего друга.

Случилась трагедия, понятное дело, еще до рождения моего одноклассника, и даже до появления на свет его отца – сегодня. Экскурсия, на которую торопился малыш, оказалась роковой для всех ребят. Автобус со второклассниками едва успел покинуть пределы школьного двора, как в него, на экстремально бешеной скорости, врезался бензовоз. В народе сложилось устойчивое мнение, что водитель его был пьян, но пожар, возникший в результате столкновения, не позволил внести ясность в дело. В этой страшной аварии не выжил никто.

Алла, бабушка моего одноклассника, которую я запомнил седой и добродушной старушкой, в этот момент носила под сердцем второго сына – отца моего друга. И, узнав о трагедии, едва не лишилась и его. Кажется, она долго лежала на сохранении, но в итоге все-таки родила здоровенького малыша и, тем самым, спасла семью. Вячеслав, который уже начал спиваться, взял себя в руки, и ребята стали воспитывать второго ребенка. Он не позволил им скатиться в черную скорбь по первому сыну. А, когда пришло время, назвал своего ребенка в честь брата, с которым ему не довелось быть знакомым. Говорить о том, что для бабушки и дедушки маленький Женя стал настоящим лучиком света, наверное, было бы лишним.

И если это не сон, а я действительно оказался в прошлом – я могу изменить историю! Мой юный тезка будет жить, а лучший друг, надеюсь, сумеет познакомиться с дядей. Дети останутся живы! Столько малышей вечером вернутся домой и обнимут своих родителей. Ну и маленький бонус, который, конечно, ничто по сравнению с людскими жизнями, но тоже немного греет душу: я, хотя бы однажды, окажусь полезен.

Уже давно меня гложет чувство, что я напрасно копчу небо. Великих открытий, как мечталось в юности, я не совершил. Человечеству не помог. Да что там – в своей собственной семье я будто бы декоративный элемент. Все делом заняты, а я бесцельно растрачиваю отпущенное мне время. Да еще и вру родителям, будто бы я начальник, а не простой лаборант. Словом, ничего полезного не совершил. Но теперь мне предоставляется шанс спасти стольких людей – и я не должен его упустить!

Экскурсия, если я правильно помню разговор за завтраком, начнется в десять, а сейчас в школе только прозвенел звонок к первому уроку. Ждать еще два часа, и за это время я должен придумать, как помешать автобусу выехать со школьного двора. А вот, кстати, и транспорт. Новехонький «Лаз» с пометкой «Дети», шустро прокатился мимо главного входа, и остановился почти рядом со мной.

– Лучше бы ты назад сдал. – сказал я, когда шофер открыл двери. – Тут солнце палит, нагреешься.

Водитель огляделся, кивнул и отъехал назад. Солнце сегодня действительно словно торопилось растратить все, что не додало за лето. А еще там, где теперь оказался автобус, его от школьных окон отделяли густые кусты. Я изначально на такой эффект не рассчитывал, но он вполне может мне пригодиться.

Шофер подошел к лавочке, мы разговорились о погоде. Потом он похлопал себя по карманам, и глянул на меня.

– Есть закурить?

– Не курю, друг.

– Ну ладно. Еще час до экскурсии. Слушай, я до магазина отойду, минут пятнадцать, не больше. Если что, скажешь, что я скоро?

– Ага.

Вот это удача! Пока я размышлял, как помешать водителю выполнить свою работу, даже думал силу применить, он сам мне помог. Вездесущих киосков в те годы еще не было, магазин действительно находится относительно далеко. Так что, может и не пятнадцать, но десять минут у меня точно есть. Подождав, пока мой новый знакомый скроется из виду, я зашел в тыл автобуса. Мотор у этой модели располагается сзади.

Я нащупал в кармане старенький почти швейцарский перочинный ножик. Как удачно, что я всегда ношу его с собой! Крышку, под которой прятался двигатель, открыл не без труда, но двух минут ковыряний мне хватило. И как хорошо, что из окон, благодаря еще пышным кустам, ничего не видно. Но все равно надо торопиться. А то, может быть, водитель спринтер и сейчас уже прибежит обратно.

В устройстве двигателя я мало разбирался, но перерезал все, что смог: и гофрированную трубку, и ремни. Оглядел результат своего труда, размышляя, что бы еще испортить. А то знаю я этих советских шоферов: он с себя пояс снимет, где-нибудь резиновую перчатку найдет, все за минуту починит, и оно еще лучше работать станет.

Но я все же решил успокоиться. В умелости водителя у меня сомнений не было. Однако ему же детей везти, так что рисковать он, думаю, не станет. К тому же, пока он попробует завестись, пока поймет, что что-то не так, пока начнет ремонтироваться… Страшный бензовоз уже будет далеко. Точнее – в бетонном заборе, который находится как раз возле выезда из школы. Конечно, его водителя тоже жалко, но как остановить бешеную машину смерти, я не представлял. Хотя…

Додумывая в голове мысль, я покосился на колеса. Есть у меня в ножике шило, но я не уверен, что справлюсь с наскоку с шиной. А ковырять покрышку времени нет, шофер скоро придет. Так что я вернулся на прежнее место, и через минуту как раз показался водитель. Я поинтересовался у него, где тут ближайший телефон-автомат.

– Да тут за углом.

Я поблагодарил его, и отправился в указанном направлении. Зашел в будку и, оглядевшись, сделал то, чего никогда бы не совершил в своем времени. А именно: треснул со всей своей молодецкой удали (или, скорее, дури) по железному ящику. Руку я отбил, но зато разжился несколькими советскими монетками. Потом обратился в справочную – хорошо, что она бесплатная! Узнал номер местной автобазы, позвонил туда, и предупредил о неадекватном поведении водителя бензовоза. Но, так как там к моему звонку явно прохладно отнеслись, я еще и в милицию дозвонился.

Там потребовали представиться, что я и сделал без колебаний. А чего мне бояться? У меня даже отец в это время еще не родился. Сообщив информацию о водителе, который ведет себя странно, я, с чувством выполненного долга, собрал оставшуюся кучку копеек, и даже радостно подпрыгнул. О последнем я, впрочем, тут же пожалел: мне, с моим ростом, и так в будке тесно было. А тут я и вовсе едва не пробил своей дурной головой крышу. Аж во рту пересохло. Впрочем, тут рядом есть автомат с газировкой, вот и освежусь. На всякий случай я выбил еще монеток, и вышел из будки.

Родители, рассказывая о своем золотом детстве, с особой теплотой вспоминали газировку и пломбир, а мне сейчас выпала уникальная возможность попробовать и то, и другое. Я прямо ощущал себя Колей Наумовым из повести Кира Булычева. Только тот отправился на сто лет вперед, а я – на полвека назад. Но тоже открывал для себя то, что в своем времени открыть не мог.

Для начала я попробовал газировку. Выбрал с сиропом «Буратино», и чуть не выплюнул эту гадость после первого же глотка. На мой вкус, слишком сладко, даже приторно. Чтобы как-то сбить вкус, я взял стакан обычной газированной воды. А родителям «Буратино» нравился. Мне вот зато газировка без сиропа по вкусу пришлась.

Следующим пунктом стало мороженое. За ним пришлось идти в магазин, но я добежал быстро. Там в наличии были и пломбир, и эскимо. Я не стал терзаться муками выбора, просто взял и то, и другое, а после отправился обратно к школе. Шел я не спеша – до экскурсии было еще двадцать минут. Пока дошел, как раз приговорил обе порции, и вот они оказались безумно вкусными. К шоферу я решил не подходить, ему сейчас будет явно не до меня. Просто занял наблюдательную позицию неподалеку.

Мне бы, конечно, уйти подальше, но хотелось убедиться в том, что автобус действительно никуда не поедет. Да и надо будет определиться, что делать, и как быть дальше. Не могу же я вечно грабить телефоны-автоматы. Наверное, нужно как-то попытаться до Сашки достучаться. Если она читает мысли, то, возможно, и я смогу до нее доораться. К тому же у меня теплилась надежда, что она меня ищет. А значит, догадается, что нужно применить ее телепатические способности. Она у меня сообразительная.

А я, кстати, перестал слышать, о чем думают другие. Наверное, у меня этот эффект был только во вневременности, благодаря той самой силе Гедеона. Вот там я слышал и Сашу, пока не сообщил ей об этом. Скорее всего, после этого она меня и заблокировала. Но мысли остальных я все же читал. А тут не слышал ни Славика, ни его семейство, ни шофера.

Ну и ладно! К телепатии я никогда особо не стремился. Это было забавно, но ощущать в своей голове посторонние мысли на постоянной основе – нет уж, увольте. К тому же это не этично. Как говорилось у того же Кира Булычева: «А вдруг кто-то неприличное слово подумает». Шутка, конечно, но в каждой шутке…

Однако я отвлекся. Вот октябрята парами вышли из здания. Учительница подошла к шоферу, а дети стали загружаться в транспорт. Я даже подошел немного ближе, так как боялся, что пропущу что-нибудь интересное. Дети расселись по местам, учительница тоже скрылась в салоне, а водитель пошел на свое место, и…

И тело снова онемело, по рукам и ногам забегала «Сельтерская»! В голове заиграл маленький, но очень нестройный, оркестр, перед глазами замелькали искры. Как только я почувствовал все это, сразу же задержал дыхание, чтобы снова не испытать то, что ощущал в прошлый раз. Что опять происходит?!

В этот раз меня не шмякнуло при приземлении. Я почувствовал, как ноги мягко коснулись вроде бы щебенки, услышал какой-то не слишком приятный гул, и распахнул глаза. Так, стою на железнодорожной насыпи, а по рельсам мчится поезд, который сейчас пронесется мимо меня. На рельсах же… На рельсах покачивается какое-то, извините, тело! Оно явно не собирается никуда уходить, и до столкновения его и поезда остаются считанные секунды. Случится трагедия, такая же страшная, как и та, которую я только что, надеюсь, предотвратил. А, может, смогу и сейчас?

В этот момент я действовал инстинктивно – бросился к человеку, и вытолкнул его из опасной зоны. Мой нос уловил отвратительное амбре перегара, а повернув голову, я увидел, что прямо на меня мчится лязгающий, огромный, гудящий паровоз…

Глава третья. Нибиру!

Инстинктивно я зажмурился, закрыл лицо руками и закричал. Вдруг вокруг наступила тишина. Это уже тот свет, или все еще этот? Я открыл глаза, увидел что-то ослепительно яркое, и снова вскрикнул.

– Да не ори ты, не дома. – раздался совсем рядом родной и знакомый голос. – И дома не ори!

Я снова открыл глаза, и глянул в сторону источника звука. Возле меня стояла изящная фигурка в мантии.

– Саня?

– Нет, блин, Гарри Поттер. Конечно, я. Или ты кого другого ждал?

– Сестра! – на радостях, я обнял Александру, и только тут понял, что что-то не так. – Ты что, подросла?

– Ага. У нас, во вневременности, такой отличный климат, что все растет, как на дрожжах. Поэтому у меня такой высокий муж.

Хмыкнув, я осмотрелся вокруг. Мы стояли на главной площади какого-то незнакомого города. Двух- и трехэтажные здания, деревья, кусты, скульптуры. Что-то ослепительно яркое, испугавшее меня – это зеркальные окна дома, возле которого я нахожусь. В этом месте было удивительно чисто, рядом располагалась удобная на вид скамеечка. И повсюду множество людей, которые уже стали скапливаться вокруг нас. Перевел взгляд на сестренку, посмотрел на ее ноги. Она правильно поняла мой намек, и слегка подняла подол мантии. Я увидел головокружительные каблуки, и вопросительно вскинул брови.

– Сестра, ты сменила профессию? Такие каблуки больше пристали девицам гоу-гоу…

– С этого момента поподробнее, брат. Меня очень интересует, где ты обзавелся такими познаниями.

– Обойдешься. А вот меня очень интересует, зачем ты на эти ходули взгромоздилась.

– Все потому, что на этой планете нас с Алексом знают, как великих Хроносов…

– Кого? В смысле, я помню, ты уже говорила про этих хроников, когда объясняла нам, почему Гедеон тебя не укокошил. Но что это вообще значит?

– Сам ты хроник! В общем, тут я великий высший разум…

– Ты?!

– Вот только не надо мне тут хмыкать, а то в жабу превращу! Короче, не могу же я к ним являться со своими полутора метрами роста, когда они все такие шпалы.

– У кого-то комплексы?

– Нет, не в жабу. В рыбу, она хотя бы молчит. И ты помолчи. Сейчас надо тебе жилье организовать.

Сказав это, сестра, на незнакомом мне языке, обратилась к людям, которые взирали на нас с любопытством. Я же испытал за нее чувство гордости. В детстве она английский освоить не могла, а тут щебечет по-иностранному, бойко и уверенно. А я знал, что она у меня способная, всегда знал!

Люди в ответ загомонили, начали оглядываться. Через пару минут таких переглядок к нам подбежала запыхавшаяся девушка в ярко-красном комбинезоне. Я мельком глянул на нее. Она же склонила голову перед сестрой, а потом посмотрела прямо мне в глаза. И этот взгляд меня поразил. Сама девчушка была очень молоденькой, я сначала подумал, что это подросток. Длинные светлые волосы заплетены в косу, субтильная фигурка, тоненькие ручки, и ножки, обутые в огромные кроссовки.

И очень внимательные, серьезные глаза, цвета морской волны. Их выражение явно давало понять, что девчонка уже не ребенок. Но она вряд ли старше меня. Умный, и даже какой-то цепкий взгляд внимательно ощупал меня. Потом девушка улыбнулась, и взгляд ее сразу стал мягче, добрее. Причем она улыбалась всем лицом, в том числе, и глазами!

– Добрый день. – мягким и глубоким голосом произнесла незнакомка.

– Здравствуйте. – откликнулся я. – Вы говорите по-русски?

– Да, я гид, и знаю много языков. Меня зовут Виктория.