Качели времени. Следствие вели

Глава одиннадцатая. Планы

– Во-первых, тебя саму спасать надо. – ответила Саша. – Во-вторых, тут и без тебя спасателей целая семья. В-третьих, почему ты решила, что именно тебе ее надо спасать? Мара, солнышко, ты же не медик…

– Во-первых, твой восстановительный аппарат творит чудеса. Буду лежать в нем столько, сколько понадобится, хоть каждый день. Кстати, а чего вы туда Тами не запихнули? Во-вторых, сестра моя и мне ее спасать. В-третьих, я так чувствую. Я понимаю, что раз я ее задержала в нашем мире – мне и вытаскивать ее сюда.

– Аргумент «я так чувствую» у нас обычно Сашин. – хмыкнул дядя Алекс и тут же получил от жены локтем под ребро. – Ай!

– А вообще нашла коса на камень. – папа предусмотрительно отошел от своей сестры подальше, поэтому его участь зятя не постигла. – Дочка, ты сейчас прямо как твоя тетушка лет двадцать назад – тоже рвалась всех спасать и тоже никому другому это делать не давала.

– Цыц оба! – топнула ногой Александра. – Мара, я сейчас расскажу о состоянии Тами. А потом мы все вместе подумаем, я подчеркиваю, для начала, разнообразия ради, подумаем, как ее вытаскивать.

Итак, сестру доставили в больницу, где она и лишилась сознания. Тами полностью обследовали, узнали, чем именно она отравилась и сразу поняли: это явно не случайность. Поражение нервной системы, внезапное выпадение волос, жуткие боли в животе и прочая симптоматика точно возникла не по причине опрометчивого употребления, например, просроченного кефирчика. Налицо признаки отравления высокотоксичным раствором на основе тяжелого металла.

– Это жидкость Клеричи. Убойная штука, однако в простом хозяйственном магазине ее не достать. – пояснила Саша. – Так что у нас налицо покушение, но допросить потерпевшую пока что не представляется возможным.

Медики предприняли все необходимые меры, а дальше предложили молиться. Это родителей, конечно, не устроило. Поэтому Тами перевезли в другую клинику – самую лучшую, которую только нашли в стране. И то, не сразу, а когда ее состояние стабилизировалось. Думать о перемещении на Нибиру никто и не пытался. Сестру даже за границу побоялись вывозить, в нынешнем ее положении любая транспортировка, хоть на звездолете, хоть при помощи телепортационной платформы может оказаться смертельной. Тем более ее еще бы пришлось во времени перемещать – и никто не знает, чем бы это обернулось.

– По той же причине мы не отправили ее сюда, во вневременность. – объяснял Алекс. – Да, есть защита от влияния этого пространства. Но неизвестно, как бы повлияло на девочку пребывание тут – место, где время не идет, восстановлению не способствует. Тем более если человек без сознания.

– Теперь остается надеяться на врачей. И на то, что Тами выкарабкается своими силами. – продолжила всемогущая. – Но ее попытки со мной связаться обнадеживают. Значит, она приходит в себя.

– И раз ты говоришь, что эти попытки начались, когда я пришла в себя – значит, надо работать в этом направлении. Может, я единственная ниточка, которая ей поможет. – предположила я.

– Ну не будешь же ты говорить, что она из-за тебя в этом анабиозе оказалась!

– Нет. Но мы и правда связаны, раз отравление в другом времени, на другой планете и на меня повлияло. И очнулась я для того, чтобы ее спасти!

– С тобой другая история.

Хронос пояснила, что поскольку лично меня никто не травил, я и смогла, при помощи врачей, быстрее избавиться от своей «комы». А поскольку наша связь и правда существует, как бы мы с Тами ее ни отрицали, я и сестру по-прежнему держу. Словно отдаю ей долг за то, что когда-то она спасла меня.

– Однако то, что ты в сознании, не означает, что для тебя последствия полностью прошли. – заметила уже Гигия. – В течение некоторого времени будут проявляться недомогание, слабость и прочие прелести. Поэтому ложись-ка ты, девочка, в капсулу. Она тебя хотя бы как-то будет поддерживать.

Я не стала спорить. Но ужаснулась: если у меня, которая не получила ни капли яда, такие последствия – каково Тами? Лишь бы получилось ее вытащить поскорее и восстановить. Даже не представляю, как она сейчас мучается. Жаль, в нашем мире безоары не обладают такой чудесной способностью, как в одной известной сказке. Дали бы сестре камень и она поправилась.

Тут я поняла, что наверное из-за продолжающегося недомогания стала туго соображать. Ведь Тами хотели убить! Просто так яд, шутки ради, никому не подмешивают. Я обозлилась на неизвестного отравителя и решила: не только спасу близняшку, но и найду того гада, который решил, что может распоряжаться чужими жизнями!

Эта мысль вертелась в голове даже пока я лежала в восстановительной капсуле. Обычно человек в ней моментально отключается, а один час пребывания в аппарате способен заменить полноценный ночной сон. Тами пользовалась этим чудесным свойством, когда училась в университете, во время сессий. Но я даже сквозь сон костерила на чем свет стоит несостоявшегося убийцу. А проснулась со вполне определенным желанием: не только вытащить сестру, но и наказать того, по чьей вине она пострадала!

– Милая, ты как умудрилась думать даже во время сеанса восстановления? – удивилась Саша, изучая распечатку о моем состоянии, выданную капсулой.

– Я еще и не то могу! А что, аппарат тебе и об этом написал? – я сунула нос в бумагу, но среди формул ничего не поняла.

– Угу. Высокая мозговая активность. В следующий раз я тебя усыплю, мозг тоже должен отдыхать.

– А я была бы не против, если бы он разнообразия ради поработал.

Тетушка усмехнулась и вместе мы направились на кухню, где собралось все остальное семейство. Это у всех нас любимое место. Нет, есть конечно и гостиная, но она предназначена для более торжественных ситуаций. А на кухне очень уютно, да и кофемашина под рукой. Ее я с радостью тут же атаковала – несколько дней кофе не пила!

– Итак. – начала я, поставив перед собой кружку. – Прежде всего, я хочу узнать – а нельзя ли повернуть время вспять и предотвратить покушение?

– Увы! – всплеснула руками Саша. – Снова этот противный парадокс, когда мы не можем повлиять на нашу судьбу и судьбу рода.

Я кивнула. Да, есть такое ограничение, с которым сталкивался еще Даниил. Когда он попытался предотвратить трагедию14, в результате которой оказался пленником вневременности, ничего не получилось. Нужный момент был заблокирован и мужчина не мог попасть туда, как бы ни пытался. Вот и сейчас Саша столкнулась с похожей ситуацией. Она не могла ни время назад повернуть, ни попасть к Тами до того, как та сама к ней обратилась, чтобы вызвать врачей.

– Иначе, конечно, мы бы сделали это первым делом. Заодно и убийцу бы поймали.

– Значит, так надо. Я сама найду убийцу.

– Как?

– Притворюсь сестрой. Гаденыш увидит, что у него ничего не получилось, предпримет еще одну попытку – тут вы его и прижучите.

Этот план возник в моей голове буквально секунду назад, но уже казался мне самым простым и логичным. Но реакция со стороны родни дала понять: они так явно не считают. Все стали возражать и заявлять, что ни в коем случае не оставят меня на растерзание убийце, чтобы он еще и меня отравил. Никогда я ранее не видела такое удивительное единодушие среди членов семьи, как в тот момент, когда они отказались использовать меня в качестве подсадной утки.

– Чего вы так разгалделись? – в кухню засунулся Майкл, мой двоюродный братец. – Мара, ты пришла в себя? Это прекрасно!

Хроносы быстро ввели своего сына в курс дела, рассказали про мой план и уставились на него, ожидая поддержки. Но парень всех удивил.

– Ну а кто еще должен этим заниматься? Мара и Тами всю жизнь не любили свое сходство, но теперь оно может пригодиться!

– Мы не хотим рисковать ее жизнью! – в один голос заявили все.

– Ну так обеспечьте Маре надежное прикрытие! – парировал юноша. – А есть какие-то альтернативы? Ведь дело в любом случае надо раскрыть и, если это не получится у полиции, мы должны помочь. Не хватало еще, чтобы какой-то отравитель по городу шлялся!

Саша признала его правоту и объявила, что у нее есть подобие плана. Она собиралась составить близкий круг – список тех, с кем общалась моя сестра. И потом копаться в их мыслях, чтобы узнать, кто же решил распорядиться чужой жизнью.

– Ма, ты же сама знаешь изъяны своего плана. – вздохнул парень.

– Угу. К сожалению, мне неизвестны все знакомые Тами. И тот, кого я не знаю, как раз и может оказаться преступником.

– А даже если ты не пропустишь его, то мысли могут ничего не дать. – вставила свои пять копеек Гигия. – Если убийца сумасшедший, а те, кто способны лишить жизни других, всегда с большим приветом, то среди его мыслей может и не быть воспоминаний об этом отвратительном деянии.

– У людей с ментальными расстройствами в принципе в голове сложно сориентироваться. – со знанием дела заявил Майкл.

Я удивленно покосилась на братца, но не стала интересоваться, откуда у него такая информация.

– Ну да. – согласилась Саша. – И главное: пока я буду всех проверять, этот человек может еще кого-то отравить. Вряд ли его целью была только Тами: я представить не могу, чтобы она кого-то сумела обидеть! Так что, вероятнее всего, это и правда не совсем нормальный человек, который может прервать множество жизней!

Я согласно кивнула. Хотя мы с сестрой и воевали друг с другом чуть меньше, чем всегда, она тихая, незлая, безобидная. Вот я – другое дело. Могу послать кого-то от всей широты своей души и не сомневаюсь, что на Земле обязательно бы нажила себе врагов.

– А еще, даже если бы удалось вычислить преступника по мыслям – их к делу не пришьешь. – продолжил Алекс. – Все равно пришлось бы ловить на живца.

– Вот я и буду тем самым живцом. – подвела я черту. – Если у убийцы протекает чердак, увидев меня он наверняка зациклится на том, чтобы довести дело до конца. Значит, никого другого травить не будет. Но с такой мощной группой поддержки как у меня, мы его быстро поймаем на горячем.

– Есть у меня в органах пара толковых людей. – задумчиво произнесла Саша.

Я поняла, что она уже на моей стороне и возликовала. Но тут увидела глаза родителей.

– Папа, мама, все будет хорошо!

– Мара, мы едва не потеряли вас обеих. – возразил отец. – И хотим, чтобы у нас остались наши дети.

– Мы у вас останемся. Я не пропаду и Тами верну. Чувствую, это все связано.

– Нам страшно, детка. – обняла меня мама.

– Не бойтесь. Я буду крайне осторожна и не стану брать конфеты у незнакомцев. Да и вообще ничего ни у кого не буду брать. Черт возьми, а детские запреты не лишены смысла и во взрослой жизни.

– Такие слова – верный признак старения, сестренка. – не преминул подколоть меня Майкл.

На правах старшей сестры я отвесила ему подзатыльник.

Глава двенадцатая. Как мы будем действовать?

Первым делом мы приступили к разработке более детального плана. Саша очень любит всегда все планировать, а потом действовать как придется. Вот и в этот раз не стала изменять своим привычкам. Так что мы все плотно засели на кухне и обговорили детали, не забыв при этом пообедать.

– Тебе надо смыть синий цвет. – Хронос начала с самого простого. – Школа у Тами консервативная, там такое не приветствуется. А еще у тебя волосы короче. И размер одежды меньше…

– Ну я могу воспользоваться своим гардеробом.

– Нет, Мара, у вас предпочтения в одежде кардинально разные.

– Значит, пройдусь по магазинам. Если бы все проблемы решались одной лишь покупкой новой одежды!

Александра со мной согласилась. Итак, мне предстоит избавиться от синевы на локонах и привести волосы в порядок, чтобы то, что находится на моей голове, было максимально приближено к аккуратной прическе Тами. Волосы, конечно, отрасти не успеют, но их, как и внезапную худобу, объяснить просто. Решила постричься, ну а что потеряла несколько килограммов – так в результате отравления это вполне естественно.

– Далее. Тебе же, наверное, придется некоторое время вести уроки. – рассуждала Александра. – Значит, нужны знания.

– Выпью ваши таблетки, которые дают нужную информацию и изучу записи Тами, учебные планы. Она аккуратная, всегда все записывает. Мне это пригодится.

– Ты помнишь, что таблетки действуют всего неделю? – поинтересовался Алекс. – И больше семи раз они не работают.

– Я надеюсь, нам не придется искать убийцу аж почти два месяца, дядь. Так что мне их должно хватить.

– Есть еще одно «но». – перехватила инициативу Александра. – Я, конечно, дам тебе пароль от социальных сетей Тами. Еще ты можешь порыться в ее записях. Надеюсь, она поймет, что мы делаем это не из любопытства, а для расследования… Но скорее всего ты заранее не узнаешь всех ее знакомых, да и в вашем общении будут пробелы. Учеников придется запоминать. Что делать с этим? Не можем же мы тебе закачать воспоминания сестры!

Я кивнула. Вообще Саша могла бы передать нужную информацию от Тами мне, но только если бы та была в сознании. Сейчас же это невозможно, так что придется порыться в ее личных материалах. Как и тетушка, я надеюсь, близняшка не обидится, а действительно поймет, что это вынужденная мера. Но как быть с «провалами в памяти»?

– Слишком вы загоняетесь. – снова взял слово Майкл. – Все знают, что Тами без сознания, длинные языки уже наверняка разболтали. Так что Маре нужно просто сообщить, что после пребывания в больнице и лечения память еще не до конца к ней вернулась. Вот и все.

– Сына, ты гений. Весь в меня. – обрадовалась всемогущая.

На том и порешили. Я было всполошилась, когда Майкл упомянул про больницу. А вдруг кто-то позвонит в клинику, где до сих пор лежит Тами и узнает, что она так и не пришла в себя? Не хотелось бы стать Лжедмитрием! Но Саша меня успокоила. Да, врачи той клиники, куда близняшка попала сначала, уже наверняка поведали любопытным о состоянии Тами. Все-таки отравление – весьма необычный прецедент для мирного в общем-то городка. Но сейчас она на другом конце страны, а в той больнице никому никакую информацию не сообщат – только родственникам или по запросу правоохранительных органов. Так что любопытствующим не скажут даже, есть ли в клинике такая пациентка. Да и контакты учреждения еще надо отыскать и из простого любопытства никто этого делать не станет. Во всяком случае, я на это надеюсь.

Итак, со всеми сложными вопросами мы вроде бы разобрались. А вот план был очень прост: выдавать себя за Тами и одним фактом своего существования бесить отравителя. Так себе идея, с этим были все согласны. Однако ничего другого не оставалось. Саша, впрочем, собиралась читать мысли тех, кто будет рядом со мной находиться. Я же намеревалась, под предлогом того, что мне надо освежить память, расспрашивать своих «знакомых», не ссорилась ли я с кем-то в последнее время, не затаил ли на меня кто-то злобу. Да, такие вопросы им наверняка уже предлагала полиция. Но я надеюсь, что пострадавшей ответят быстрее и честнее.

Еще, к моему большому неудовольствию, было решено, что приступлю я к выполнению своей миссии только через неделю. Я бы с радостью прямо сейчас отправилась в Сибирь, но все присутствующие, и даже Майкл, запретили это делать. Во-первых, надо было разобраться со внешним видом: вывести синий цвет с волос и обзавестись подходящей одеждой. А во-вторых, Гигия и Саша в один голос заявили, что никуда меня не отпустят, пока я не полежу достаточно времени в восстановительной капсуле.

Чувствовала я себя и правда неважно, так что возражать не стала. Семь ночей подряд я буду укладываться на восемь часов в аппарат и это должно меня поддерживать. Окончательно недомогание, по предположениям Гигии, пройдет только тогда, когда придет в себя Тами и ее избавят от последствий отравления.

Что же, до часа Икс время еще было. К тому же вся семья надеялась, что за эту неделю сестра очнется и сама скажет, кто пытался ее отравить. Тогда мне не надо будет участвовать в этом маскараде, да и родителям будет спокойнее. Я же решила, что вне зависимости от того, когда Тами придет в себя, обязательно поговорю с ней. Не надо нам враждовать. Когда Саша рассказывала, что сестру отравили и ее едва не стало, я в тот момент сначала даже и не поняла, что ощутила. Слишком мимолетным было чувство и прошло оно, когда я узнала, что Тами удалось стабилизировать и она еще с нами.

Но сейчас, когда после обсуждения плана, меня снова отправили в капсулу, я поняла, что это было за ощущение. Меня одновременно атаковали и липкий страх и леденящий ужас. Внутри на мгновение стало очень пусто и пустота эта затягивала, высасывала душу. Это очень больно. Наверное, так ощущают смерть близких. Но надеюсь, мне очень нескоро удастся проверить свою догадку.

И, пожалуй, лишь в этот момент я поняла наконец, что Тами мне дорога и насколько она мне дорога. Говорят, что ценность человека в твоей жизни понимаешь, лишь когда его теряешь. Мне же несказанно повезло: еще есть шанс все исправить. Только бы она пришла в себя! Я обязана найти виновного и наказать его. Но более того: я обязана спасти сестру, как она спасла меня.

Безусловно, было в этом желании и стремление отдать долг после того, как я увидела, каким образом Тами поступила в утробе. Но возникло-то само намерение еще до того, как я узнала, что она меня спасла. Просто потому, что мы сестры, самые родные друг другу люди. И должны быть близки. Мы и так потеряли слишком много времени. Но теперь я сделаю все, чтобы мы его смогли наверстать. Надеюсь, близняшка ответит взаимностью на мое желание.

– Мара, ты неисправима. – забурчала тетушка, которая так и не покинула лабораторию. А потому поняла, что я снова не отключилась. – Исполняю свое обещание. Спи!

Умение усыплять людей Саша унаследовала от Даниила. Он, правда, еще и пел, погружая человека в сон. Помню, в детстве мне очень нравилось, когда Дан убаюкивал меня таким образом. Словно добрый и любимый дедуля исполняет тебе колыбельную на сон грядущий. Но Александра обходилась без демонстрации вокала и просто сразу отправляла «пациента» в царство Морфея.

Объясняла она это тем, что поет отвратительно и если попытается исполнить колыбельную, то успыпляемый точно не сомкнет глаз. То ли от смеха, то ли от ужаса. По этой причине тетушка никогда не поет ни в караоке, ни во время семейных застолий. Я сначала думала, что это она так кокетничает. Но как-то случайно услышала пение Александры, когда она мыла посуду в гордом одиночестве. И поняла – не кокетничает. Впрочем, некоторым другим нашим родственникам медведь тоже основательно потоптался по ушам. Но это не мешает им терзать слуховые органы всех остальных!

Пока я думала о вокале всемогущей, та и правда погрузила меня в сон. Да так незаметно, что когда очнулась, я все еще размышляла о пении, как вдруг меня попросили на выход.

– А то спою, да еще дуэтом с Гигией! – пригрозила тетя, для которой все мои мысли были как на ладони. Тяжко это – иметь в родственниках такое количество телепатов!

– Уволь. – тут же отозвалась врач. – Боюсь, после этого девочке уже и капсула не поможет. Или даже не понадобится.

– Тогда я спою отравителю! – тут же сориентировалась Саша.

– Это на здоровье. – милостиво разрешило светило этрусской медицины.

Посмеиваясь, я покинула капсулу и попросила, чтобы мне сначала дали от души набить морду этому гаду. Но тут вмешался папа.

– Мара, мы вас с сестрой не так воспитывали! – ужаснулся он. – К тому же на мордобитье гада у нас целая очередь выстроилась.