Ведьминский факультет. Книга вторая. Котел невезения

– Взаимно, – прозвучало в ответ.

Если бы словом можно было убить, то, наверное, я тут же пала бы хладным трупом к ногам присутствующих – столько яда попыталась вложить в простое слово Алисия. Но получилось не грозно, а как-то… нелепо, что ли. Лично я с трудом сдержала ухмылку от такого приветствия.

Да, девушке еще учиться и учиться. Той же леди Ингрид даже говорить в мой адрес ничего не следует. Одно небрежное движение брови – и я уже чувствую себя полнейшим ничтожеством в ее присутствии.

– Надеюсь, ты не в обиде, что я буду присутствовать на этом ужине? – продолжила Алисия.

Ага. Правила вежливого тона она тоже предпочла проигнорировать. С первых же слов решила обращаться ко мне на «ты». Зря, очень зря. Потому что в эту игру можно играть вдвоем. Вот с леди Драйгон я бы не осмелилась провернуть подобное. Слишком она меня пугает. А с Алисией можно попробовать.

– Да что ты, конечно же, нет, – с нарочитым простодушием брякнула я.

С немалым удовлетворением заметила, как лицо Алисии после этого обиженно вытянулось.

Что, милочка, не нравится, когда тебе той же монетой отвечают? Еще бы. Старшая дочь короля – а к ней как к ровне кто-то посмел обратиться.

Сердце запоздало кольнуло тревогой. А ведь и впрямь. Алисия не только бывшая невеста Адриана, но и дочь короля. Быть может, зря я полезла на рожон?

Но в ответ послышался тихий одобрительный смешок Аспиды.

«Не зря, – поспешила она меня заверить. – Покажи зубки, детка моя. Только не груби. К слову, та же леди Ингрид оценит такое поведение. Драконы любят танцы с огнем».

Хм-м… Как-то непонятно это прозвучало. Поэтому все-таки немного сбавлю пыл.

– В общем: чем больше народа – тем веселее, – добавила я миролюбиво. – Я понимаю, что ты долгое время была частью этой семьи. Тяжело в один момент забыть и отринуть прошлое. Какое-то время оно всегда напоминает о себе, даже если к нему больше не может быть возврата.

Ой. Само как-то вырвалось. А ведь обещала себе придержать язык.

Последняя фраза пребольно ударила по Алисии. Это было понятно по тому, как резко и хищно сузились ее зрачки. Даже леди Ингрид опешила, не ожидая от меня такой подколки. Она удивленно округлила глаза, чуть приоткрыв рот от изумления.

«Туше! – воскликнула Аспида. – Молодец, девочка. Одного злейшего врага сегодня ты точно нажила».

Естественно, первым же моим порывом после этого было принести извинения Алисии за случайную фразу. Но я не стала этого делать. Лишь, руководствуясь примеру Ингрид, холодно улыбнулась растерявшейся девушке.

Звенящую тишину, воцарившуюся в обеденном зале после моего во многом хамского замечания, вдруг оборвал громкий и мелодичный удар в гонг.

Он прозвучал настолько внезапно, что я чуть не взвизгнула от испуга. А вот остальные как будто не услышали его вовсе.

– А вот и Киллиан, – медово пропела Ингрид.

Киллиан? Ах да. Помнится, это имя отца Адриана.

Алисия напоследок кольнула меня острым стилетом гневного взора, который нес в себе обещание множества проблем. Спрятала все эмоции за маской безмятежности и обернулась к дверям в дальней стороне зале.

Ее примеру последовала и Ингрид.

К своему удивлению, я впервые увидела искреннюю эмоцию на лице матери Адриана. Куда-то исчезли ее холодность, высокомерие и презрение. Глаза засветились теплом, на губах заиграла действительно приятная улыбка, за которой не прятались никакие негативные чувства. Она словно помолодела на несколько лет, и я внезапно увидела в ней влюбленную по уши девчонку, которой она некогда была.

«Да, леди Ингрид действительно очень любит своего супруга, – подтвердила Аспида. – Собственно, именно по этой причине Адриан и получил второй облик. Драконы рождаются лишь в истинных парах. Твои с Адрианом дети совершенно точно должны подняться в небо».

Я тут же оробела от слов Аспиды.

Дети… О таком я точно пока не задумывалась. Ведь для того, чтобы родились дети, надо…

Я пугливо оборвала мысль, не доведя ее до закономерного финала. Щеки и так потеплели до опасного предела. Еще немного – и пылать начнут.

Аспида издала короткий смешок, но никак не прокомментировала мое смущение.

Да и не успела бы. Потому что двери, на которые мы все смотрели, как раз начали плавно и величественно расходиться в стороны.

Ингрид прерывисто вздохнула. Подалась вперед, словно приготовившись кинуться на шею супругу, как только он появится.

И спустя мгновение в зал стремительно ворвался лорд Киллиан Драйгон. Быстрым шагом преодолел расстояние, отделяющее его от жены, после чего сграбастал Ингрид в охапку, приподнял и закружил по залу.

– Киллиан! – протестующе взвизгнула она. – Дорогой, что ты творишь? Тут же гости!

Правда, в голосе ее при этом слышался затаенный смех, а не возмущение.

– Прости, соскучился сильно, – отозвался тот.

Киллиан осторожно поставил Ингрид на пол. Легко поцеловал в лоб и обернулся к нам.

Первым же делом его испытующий взгляд упал на меня. Я стеснительно потупилась, успев оценить внешность отца Адриана.

Он был высоким, даже выше сына, с той же гордой осанкой и пронзительным взглядом. Но глаза не темно-карие, как у Адриана, а, скорее, ореховые, теплого медового оттенка. Лицо обрамлено коротко подстриженной седой бородой, с острыми высокими скулами и резкими чертами. На нем был длинный плащ темно-бордового цвета с золотой вышивкой в виде драконьих чешуек – символ рода, как я уже успела понять.

– Здравствуй, отец, – прохладно проговорил Адриан.

Легонько пихнул меня локтем в бок, и я послушно добавила:

– Здравствуйте, лорд Драйгон.

Взгляд Киллиана вдруг перестал давить на мою покорно склоненную голову. Я глянула на него через полуопущенные ресницы и увидела, что все внимание отец Адриана обратил к Алисии, как будто не услышав нашего приветствия.

– Добрый вечер, дитя, – проговорил он мягко. – Рад, что ты приняла наше приглашение.

Я услышала, как Адриан скрипнул зубами от раздражения. Еще бы! Его отец с первых же минут встречи дал понять, кому отдает предпочтение. А ведь у меня еще теплилась надежда на то, что родители Адриана пригласили меня для примирения. Видимо, зря я рассчитывала на нормализацию отношений с его семьей.

– Разве могло быть иначе, лорд Драйгон? – ответила Алисия, горделиво вздернув подбородок. – Эти несколько лет, проведенные в вашей семье, стали лучшем временем в моей жизни. Вы для меня стали вторыми родителями. И я счастлива, что вы не забываете меня.

– И никогда не забудем, – поторопилась заверить ее Ингрид. – Алисия, девочка моя, ты всегда будешь самой желанной гостьей в нашем доме.

Адриан заиграл желваками, но и на этот раз промолчал. Лишь громко откашлялся, как будто напоминал о своем присутствии.

Лорд Киллиан проигнорировал это. Он еще раз улыбнулся Алисии, после чего привлек жену к себе ближе.

– Ну что же, – произнес негромко. – Приглашаю всех за стол. Уже совсем скоро часы пробьют полночь. А значит, до наступления нового года осталось всего ничего.

И невежливо повернулся к нам спиной.

Да уж. Впервые встречаю настолько ледяной прием. Лорд Драйгон ни слова не сказал ни мне, ни сыну. Как будто вообще не заметил нашего присутствия. Спрашивается, зачем тогда приглашал?

Я покосилась на Адриана. Он стоял мрачный и бледный, плотно сжав губы так, что они превратились в две тонкие бескровные линии. На какой-то миг мне почудилось, что он сейчас плюнет на все правила приличия и вообще уйдет, прихватив меня с собой. Но нет. После недолгой паузы он все-таки потянул меня к столу.

– Интересно, сколько еще продлится этот балаган, – почти беззвучно прошептал он себе под нос, ни к кому, в сущности не обращаясь.

Я опасалась, что леди Ингрид хватит подлости рассадить нас с Адрианом по разным углам стола. Или вообще посадить его рядом с Алисией. Но, хвала небу, этого не произошло.

Вообще, то, как были выбраны места, лучше любых слов объясняло позицию родителей Адриана насчет его помолвки. Они сидели прямо напротив нас. Посередине – сам Киллиан, по правую руку от него Ингрид, по левую – Алисия. А мы с Адрианом расположились напротив. При этом чувствовала я себя так, как будто оказалась на экзамене, и вот-вот меня начнут забрасывать каверзными вопросами.

Лорд Драйгон легонько прищелкнул пальцами, и ужин начался.

Слуги, облаченные в серебристые ливреи с вышитыми драконами, внесли первые блюда. Если честно, большую часть яств, которые они разносили, я не сумела опознать. Не привыкла я таким деликатесам.

«Жареные перепела с трюфелями, дичь в винном соусе, копченые морские устрицы с икрой драконьей рыбы», – пришла ко мне на помощь Аспида, принявшись меланхолично перечислять все то, что в мгновение ока оказалось на столе передо мной.

Все это изобилие сопровождалось такими ароматами редких специй, что мой рот сам собою наполнился голодной слюной. Как-то сразу вспомнилось, что с родителями я сегодня не успела поужинать. Была слишком занята отражением нападок семейства Дуггеров.

– Прошу.

Молодой слуга согнулся около меня в почтительном поклоне и наполнил мой бокал шипучей жидкостью, из глубины которого поднимались пузырьки.

Повернулся к Адриану, но тот предусмотрительно накрыл свой фужер ладонью.

– Не надо, – кинул отрывисто. – Это лишнее. Обойдусь без этого.

Если слуга и удивился этому решению, то никак это не показал. Еще раз поклонился и бесшумно отступил прочь от стола.

Эта крохотная сценка не прошла мимо леди Ингрид. Уголки ее рта едва заметно дернулись вниз, и я насторожилась.

Хм-м… Такое чувство, будто она расстроилась из-за решения Адриана обойтись сегодня без игристого вина.

И я с немалым сомнением покосилась на свой бокал. Пожалуй, и я тогда не буду пить.

Еще один слуга тем временем подошел к столу с хрустальным графином, наполненным до самого верха прозрачным содержимым, щедро смешанным со льдом. На этот раз Адриан ладонь от своего фужера убрал и благосклонно кивнул, позволяя налить ему.

– Позвольте, я начну.

Ингрид, дождавшись, когда слуга отойдет, встала со своего места. Подняла свой бокал и взглянула на меня сквозь его тонкие стенки.

– Это был очень странный год, – проговорила она, продолжая разглядывать меня с непонятным вниманием. – Много волнений, много сомнений, много… неожиданных решений. И много новых знакомств. Далеко не всегда приятных.

Последнюю фразу она адресовала явно мне. Слишком выразителен был ее взгляд.

Адриан под столом нащупал мою руку. Несильно, но ощутимо сжал ее в знак молчаливой поддержки.

– Как бы то ни было, но начинается новый период наших жизней, – ровно продолжила Ингрид. – Пережитое сделало нас сильнее. Умнее. Хитрее. Выносливее. Поэтому давайте выпьем за то, чтобы следующий год был хотя бы не хуже предыдущего.

Я без особого желания подняла свой бокал. Покосилась на Адриана – и лишь мазнула губами по хрустальной кромке, даже не попробовав содержимого.

Наверное, зря. Уверена, что мне понравилось бы вино. Наверняка оно стоит целое состояние.

Но что-то не давало мне покоя. Атмосферу семейного ужина нельзя было назвать спокойной. В воздухе как будто витало ожидание дурного, от чего низ моего живота то и дело сводило болезненной судорогой.

Адриан заметил мою нервозность. Его пальцы опять мягко переплелись с моими под столом, и по руке разлилось успокаивающее тепло. Как будто при помощи магии он попытался успокоить меня.

«Не бойся. – Его мысль коснулась моего сознания так же тихо, как прикосновение крыла ночной бабочки. – Я здесь».

Я легонько кивнула, постаравшись сохранить безразличное выражение на лице, но внутри все дрожало от тягостного предчувствия.

Леди Ингрид тем временем продолжала свой тост, ее голос тек плавно, как мед, но каждое слово было отточенным клинком.

– И конечно. – Ее взгляд скользнул по Алисии, задержался на мне и с легким намеком неодобрения вернулся к сыну, – Новый год всегда приносит перемены. Надеюсь, они будут к лучшему. За будущее!

Все дружно подняли бокалы. Алисия выпила с таким видом, будто совершала священный ритуал. Лорд Киллиан сделал лишь глоток, его взгляд был прикован к жене, и почему-то в нем читалось некое изумление. Я снова лишь сделала вид, что пью. Адриан, однако, на этот раз жадно осушил бокал. Требовательно глянул на слугу – и тот немедленно наполнил его вновь.

Ничего себе! Почему у него такая жажда? Как будто целый день под палящим солнцем провел.

Ощущение надвигающегося несчастья стало отчетливее. Воздух в зале словно сгустился.

«Не переживай ты так, – снисходительно обронила Аспида. – Это просто вода».

Да, но я заметила, что глаза Адриана словно подернулись мутной пеленой. Он расслабился, откинулся на высокую спинку тяжелого дубового стула. И его большой палец как будто невзначай пощекотал мое запястье.

Легкая ласка, скрытая от глаз посторонних, в любой другой момент показалась бы мне забавной и милой. Но сейчас сердце почему-то свело от предчувствия дурного еще сильнее.

Едва бокалы опустились на стол, как Алисия сладким голосом обратилась ко мне:

– Габриэлла, милая, а у твоей семьи есть какие-нибудь новогодние традиции? – Невинно захлопала длинными ресницами и мило прощебетала: – Прости за любопытство, но я понятия не имею, что сейчас в моде у простолюдинов.

Ага. Вот она и попыталась нанести ответный удар.

Ну так себе вышло, если честно. Я нисколько не обиделась. Да, я из простой семьи. И ни капли не стыжусь этого.

– Мы зажигаем свечи, – спокойно ответила я. – Двенадцать, по числу месяцев. И задуваем их одна за одной. Пламя последней должно погаснуть в полночь. Главное – успеть загадать желание, пока дымок от нее не растаял в воздухе.

Алисия замерла, будто не ожидала услышать такого честного ответа. Ее улыбка дрогнула – слишком искренне прозвучало мое объяснение, слишком… человечно. А ведь она рассчитывала на смущение, на неловкость, на что-нибудь, что подчеркнуло бы разницу между нами.

Но я не дала ей этого.

– Как трогательно, – выдавила она, стараясь сохранить насмешливый тон, но в голосе уже не было прежней уверенности. – А что ты загадала в этом году?

– Еще ничего. – Я пожала плечами. – Я ведь здесь, а не дома. Как понимаю, у вас такой традиции нет.

– Нет, – согласилась со мной леди Ингрид.

– А какая есть? – не удержалась я от закономерного вопроса.

Леди Ингрид рассеянно поправила прядь волос, упавшую ей на лицо, словно невзначай сверкнув при этом крупным черным бриллиантом в массивном кольце на правой руке.

– Мы сжигаем все то, что принесло нам огорчение в прошедшем году, – обронила небрежно.

Неуемное воображение немедленно нарисовало мне очень красочную и жуткую картину. Вот часы бьют двенадцать. В тот же миг мать Адриана обращается в огнедышащего монстра и выдыхает столп смертельного пламени в мою сторону. От меня остается лишь горстка седого пепла, после чего семейное торжество продолжается как ни в чем не бывало.

«Не сходи с ума! – влезла Аспида, явно впечатленная моими мыслями. – Леди Ингрид так не сделает. Прежде всего по той простой причине, что не умеет оборачиваться в дракона».

Слабое утешение. Тогда это сделает лорд Киллиан. Он, по-моему, твердо вознамерился не обращать на меня ни малейшего внимания до самого окончания встречи.

«И он так не сделает, – добавила Аспида. – Лорд Киллиан уже очень давно не менял облика. Не уверена, что он все еще на это способен».

Н-да? Как интересно. Получается, с возрастом представители рода Драйгонов утрачивают способность подниматься в небо?

«Как сказать, – уклончиво протянула Аспида. – Некоторые утрачивают способность быть человеком».

То есть?

«Да что тут непонятного? – фыркнула Аспида. – Рано или поздно, но неминуемо наступает тот миг, после которого любой истинный Драйгон должен выбрать: жить ему как обычный человек и навсегда забыть о небесах. Или же, напротив, обернуться драконом и забыть о земле. Чаще всего, как понимаешь, встречается первый вариант. Узы семейных привязанностей, дружбы, даже наличие врагов, словом, малейшая нерешенная проблема связывают крылья крепче любых цепей».

Вот оно как. Как же все сложно у драконов.

«О, ты и представить не можешь, насколько», – с легкой грустинкой подтвердила Аспида.

Ладно, сейчас не время и не место обсуждать странности рода Драйгонов. Вернемся к их традициям.

– Вы сжигаете то, что вас огорчило? – переспросила я, заметив, что леди Ингрид ждет от меня какой-то реакции. – Как это?

– Так это. – Леди Ингрид взмахнула в воздухе вилкой, на которую был нанизан кусочек мяса. – Без всякого сожаления.

И подарила мне на редкость кровожадную ухмылку.

– Мама имеет в виду, что перед наступлением полночи необходимо записать на бумажке все свои обиды за прошедший год, – пришел ко мне на помощь Адриан. – Пока бьют часы – сжечь ее, а пепел развеять по ветру.

Я с немалым облегчением перевела дыхание.

Неужели тяжело сразу было все объяснить? А то я успела навоображать себе всяческих ужасов.

– А у нас в семье нет никаких традиций, связанных с Новым годом, – неожиданно подала голос Алисия.

Девушка почему-то погрустнела, пока слушала нашу беседу.

Ее слова повисли в воздухе, наполненные невысказанной тоской. Она отставила свой бокал и принялась водить пальцем по краю хрусталя, избегая взглядов.

Интересно. Получается, даже у этой, казалось бы, обласканной судьбой девушки не все так гладко в жизни.

А впрочем, почему я удивляюсь? Стоит вспомнить, кто ее родители. Вряд ли правитель Ириона будет заниматься такой ерундой, как задувание свечей и сжигание бумажек с перечислением проблем прошедшего года.