Яхта качается, раз!

Вы болеете морской болезнью? Я нет. А вот Марианна болела. Искренне, со вкусом и от всей своей исстрадавшейся души.

Она поминала сейчас всеми словами, которые нельзя печатать, и того, кто создал моря с океанами, в принципе, и тех, кто придумал морские прогулки, и того, кто уговорил её на эту авантюру. И себя. Ох, себя по склонениям с уклонениями!

Наклонившись через борт, чтобы в очередной раз высказать волнам, всё, что она о них думает, Марианна почувствовала легкость полёта.

На сотую долю секунды.

И осознала, что летит вниз. В те самые волны, жадно и хищно обнявшие ту, что так истово склоняла их только что.

Она лихорадочно замолотила руками по жестким волнам, ругая себя ещё хлеще, за то, что так и не научилась плавать толком.

Так…топориком или по-собачьи у берега, чтоб руками дно доставать, это она могла…

Яхта, мигая ночными огоньками, удалялась от Марианны. Волны старательно утаскивали девушку глубже и глубже.

Почему-то самым обидным ей сейчас казалось, что она потратила свои сбережения на свадебное платье, которое ей так и не понадобится…

Уловив эту мысль, она даже засмеялась, что было не лучшим действием под водой.

Легкие сдавило. В глазах начало темнеть окончательно. Перед внутренним взором почему-то появилось лицо лучшей подружки.

Вот только улыбка на лице той, с которой дружили с садика, была ехидной.

Окончательно перестав сопротивляться, Марианна плавно, как листик на легких ладошках легкого ветерка, начала опускаться на дно.

Жизнь пробегала в мыслях, как кинолента.

И так было жалко того самого, изумительно красивого, белоснежного платья! Висевшего сейчас на манекене посреди её комнаты. Того, на которое были потрачены последние сбережения…

– А! Ну, вот и заказ прибыл!

Услышала Марианна незнакомый голос.

Огляделась. Она лежала в изумительной красоты громадном, прозрачном, каменном цветке.

«Таких жемчужин просто не бывает!» подумала девушка, с удивлением поняв, что почему-то снова дышит.

– Дорогой, – второй голос явно был женским и очень капризным, – ну, зачем тебе кто-то со стороны?!

– Потому что, твои придворные дамы – сплошь легкомысленные селедки! – проворчал первый, мужской голос, – а мне нужен кто-то с мозгами!

– Ты же читал её досье! Кто в здравом уме будет сам покупать себе платье на свадьбу, да ещё на последние деньги?! – возмутился первый голос.

– Зато она их сама заработала! А не вытрясала из мужа! – мужской голос явно терял терпение.

Женский отозвался обиженным всхлипом.

– А мне нужен кто-то, кто сможет заменить меня на переговорах через полтора года! Ты же помнишь, сама захотела в этот момент прокатиться по другим мирам. А переговоры важные! И отменить их нельзя! И этот кто-то должен уметь считать! Хотя бы, для начала! А всё остальное мы в него вложим за это время, – рыкнул опять мужской, – ты забыла, как твои селедки, складывая два плюс два, получали квадратный корень из пи?!

Женскому голосу ответить на это было нечего. Познания в экономике среди её свиты были.… А что такое экономика, для начала?!

– Так, ладно, перенесем её во дворец. Пусть для начала адаптируется, – решил мужской голос, и дал команду кому-то.

Марианну со всем бережением куда-то понесли. Это было немного странно, чувствовать, как тебя несут сквозь плотную морскую воду.

И вообще, ничего не понятно!

– Уважаемые, – открыла она глаза, изумленно понимая, что может не только дышать, но и говорить, и видеть, и вообще, чувствует себя намного лучше, чем на Земле, – а что здесь происходит?!

– О! Очнулась! – обладатель мужского голоса, обладающий шикарной мускулатурой, развивающейся бородой, жезлом, зажатым в кулаке, и красивенным, громадным хвостом, похоже, очень обрадовался.

На его руке висела очень красивая дама. Молодая. До пояса дама. Ниже пояса…

Марианна хотела было упасть в обморок, вот только она уже и так лежала в шикарной раковине. Падать было некуда.

Дама смотрела…ох, лучше бы не смотрела вообще! Так смотрела, что хотелось куда-нибудь зарыться, или накрыться. Хотя бы крышкой от той же раковины.

– Ты, милочка, утопленница, – ехидно выдала дама.

– Ну, я бы сказал помягче! – укорил её обладатель мужского хвоста.

– А чего тут турусы на колесах разводить?!

– ВОТ! – рявкнул мужчина, – потому я тебя на переговоры с людьми и не пускаю! Как чему полезному научиться, так нет её, а как всяких поговорочек нахватать, она тут как тут!

Дама надулась. Её спутник похлопал Марианну по плечу, и успокаивающе сказал:

– Мы вас сейчас доставим в ваши покои. Вы отдохнете, придете в себя. И потом мы всё обсудим.

Марианна могла только слабо кивнуть головой в ответ.

После всего случившегося она чувствовала себя совсем слабой, маленькой, беззащитной.

И что для неё, уже давно строившую свою жизнь самостоятельно, было особенно тяжело, не владеющую никакой, ни малейшей информацией!

– Охранять!

Скомандовал на пороге шикарных покоев тот самый, что с хвостом и жезлом.

– Что случится, жабры выверну! И хвост на клюв натяну!

Видимо, те, кто его слышал, верили в то, что так и будет.

Каракатицы с осьминогами вытянулись в струнку у дверей.

Морские коньки шустро начали таскать блюда с угощениями.

Морские ежи тащили малюсенькие канапешки.

Короче, суета вокруг гостьи была совершенно не шуточная.

А уж когда несколько рыбок игл притащили на примерку новое платье, Марианна забыла обо всем, что случилось. И даже призрак того платья, что так и осталось висеть на манекене, в том, земном мире, как-то померк.

Но одна мысль не прекращала царапать особенно сильно. Марианна решилась.

– А вы не знаете, кто мне «помог» здесь оказаться? – несмело спросила она у главного.

Его дама с истинно женским любопытством уставилась на своего кавалера. Подумаешь, ей землянка не понравилась!

Романтические детективы все любят!

Так ведь?

Деловой человек

Всеволод Аристархович, молодой, но очень успешный бизнесмен, нервно поправил галстук, с неудовольствием разглядывая громадный, панорамный, во всю стену аквариум, в кабинете партнера.

Он всегда чувствовал себя неуютно в этом кабинете. Все, почти уже полтора года.

Ровно с того момента, как его невеста пропала на той жуткой морской прогулке.

Всеволод вспоминал, как он ломал руки, после того как её не смогли нигде найти. Как рыдал, поняв, что она, возможно, да что там возможно, утонула!

И это проклятое белоснежное платье, бросившееся ему в глаза, когда он зашел в её квартиру, чтобы забрать свои вещи…

Воспоминания до сих пор терзали его по ночам.

И ни за какие коврижки он больше никогда не подымался на борт морского судна! Ни за что!

Рыбки за стенкой аквариума как будто насмехались сейчас над ним, напоминая, напоминая, напоминая. Но поделать он с этим ничего не мог.

Партнер был старший. Намного богаче и могущественней Всеволода.

Сева отвернулся от аквариума, приготовившись решать дела.

Потом день закрутил его, и воспоминания смылись.

А уж вечером, когда он спешил на встречу с будущей женой…, а что?! Человек он молодой! Надо о жизни думать!

Да и шанс войти в семью магната, это вам не семечками на базаре торговать!

Так вот, когда он спешил на встречу, все мысли его были только о том, понравится ли ей букет, и не пора ли уже сделать предложение.

В конце концов, он положенное время отстрадал! Пора идти дальше!

То злополучное платье, наверное, давно сгнило где-то на свалке. Память штука такая, с ней можно договориться.

Севочка поправил выходной пиджак, и шагнул в дверь в шикарный, лучший в городе ресторан.

Метрдотель, увидев постоянного клиента, услужливо проводил его к столику, где его ждала ослепительно красивая дева.

За те деньги, что имел её отец, можно быть не просто красивой, а ослепительно прекрасной!

– Ты просто потрясающе выглядишь! – банально поприветствовал он её.

– А вот ты, что-то не очень. Опять у отца в кабинете был? – Ванда была в курсе его жизни, и знала о его фобии.

Сева скривился:

– Да. Никак не могу забыть…ну, ты понимаешь…

Ванда погладила его по руке. Его сентиментальность ей даже нравилась. Благо, что на дела она не распространялась.

Они посидели, молча, ожидая, пока официант расставит блюда, и отойдет от столика.

– Ванда, дорогая…– нерешительно начал Всеволод, да, она была с ним уже три месяца, но понять, что творится в её душе, ему пока было не дано, – а ты не хочешь перевести наши отношения в новую плоскость?

– В плоскую? – хохотнула девушка, капитал её отца позволял ей проявлять такую непосредственную вульгарность.

Сева поперхнулся. Откашлялся, и решился продолжить:

– Ванда, я люблю тебя, и прошу стать моей…

Телефон в кармане Севы громко зазвонил, он поморщился, надо же было забыть его отключить! Вытащил гаджет их кармана, и в ужасе вытаращился на яркий экран.

Тот номер телефона, что сейчас высвечивался, Сева предпочел бы увидеть…позвольте, никогда!

– Извини, дорогая, одну минуточку! Мне надо ответить! Я покину тебя ненадолго. Скучные дела!

Ванда задумчиво смотрела ему вслед. Сева торопливо двигался к выходу, на ходу принимая вызов.

Несмотря на свою кукольную внешность, девушка была очень и очень не глупой.

Деловой вызов не принимают с таким ужасом на лице! Никогда!

Денежек-то как хочется!

Яшка, рядовой матрос, печально подкинул монетки в заскорузлой ладони. Их было до обидного мало!

А как хорошо гулялось, после того задания! Эх! Подумаешь, помог красотке искупаться!

А то, привыкли себя считать пупами земли! Простому матросу даже на понюшку табака чаевых не дадут! Фифы! Так ей и надо!

Впрочем, та девица была не первым заданием подобного толка. Яшка не брезговал ничем. По нему давно уже плакали стражники. Но какая-то звериная хитрость и лисье чутьё пока берегли его.

А жизнь…да чего она стоит?! А вот монетки, полновесные, это да, это очень приятно!

В животе противно забурчало. Он опять пересчитал монетки. Негусто.

А! Ладно! На похлебку хватит! А выпить можно и на хвост кому-нибудь упасть!

В трактире он встретил старого приятеля, и почему-то до того расчувствовался, что рассказал ему о том, что сидит на мели. Ибо с последнего задания никто его не звал на дело.

А ломаться опять матросом, после того, как погулял с полными карманами золотых…ну…ох, как не хотелось!

Приятель был ушлый. Сам никогда такими делами не занимался. Зато советов знал множество.

Он посмеялся над Яшкиными трудностями. А когда тот почти обиделся, объяснил ему, что после этого самого, последнего заказа, он может всю жизнь как сыр в масле кататься!

Яшка неделю после этого мотался по городу, пытаясь встретить того заказчика.

Это было не просто.

Во-первых, в том прикиде, какой мог себе позволить Яшка, в благополучных районах города, его сразу же останавливали стражи порядка.

Но это бы ещё ладно. То самое чутьё помогало во время нырять в подворотни.

Во- вторых, заказчик был не просто из богатых, а ещё и из влиятельных господ.

В-третьих…

Мда…пришлось влезть в долги, обзавестись новой одеждой, и, применив все знакомства, какие только были, устроиться курьером в службу доставки еды, которой пользовались все богачи их города, когда не хотели идти в ресторан, а повар был выходной.

Для этого Яшке пришлось влезть не просто в долги, а в натуральную кабалу! И это было бы ох, как плохо, если бы не маячившая после всех манипуляций, безбедная жизнь.

Навсегда!

Работа была хороша ещё и тем, кто иногда работникам доставались не забранные заказы. Тогда в конторке царил настоящий пир горой! И это помогло Яшке продержаться до тех пор, пока не поступил нужный заказ.

Наконец-то в его руках был заветный номер телефона!

Сева, еле проталкивая слова через пересохшее горло, ответил на вызов:

– Я вас слушаю…

– Что, приятель, небось, не ожидал, что я тебя найду? – хриплый голос на том конце связи резал прямо по нервам! – значится, так, хочешь, чтобы я молчал, через час жду тебя на пристани! Не явишься, сам понимаешь, что будет!

Сева с перекошенным лицом подошел к Ванде. Его жалкие бормотания только раззадорили её любопытство.

Она сделала вид, что поверила в его оправдания, и милостиво простила ему испорченный вечер.

Набранный ею номер был строго конфиденциален. И только для своих. Для самых, самых, самых важных клиентов!

Сева несся на предельно возможной скорости к месту встречи. И ему не было никакого дела до развалюхи, следующей за ним колесо в колесо.

Если бы не ночь, и не пустынные дороги, думаю, любой, кто увидел бы эту картинку, долго пытался бы понять, как эта консервная банка может держать такую скорость. Но не те механики, которые заменили в ней всю требуху.

А что это вы тут делаете?

– Явился, братишка…– довольно проскрипела фигура в лохмотьях, – боишься, значит, уважаешь! – и она залилась хриплым гоготом, перетекшим в кашель.

– Чего тебе надо?! – стараясь, чтоб голос не дрожал, резко спросил Всеволод.

– Мне, да мне, похоже, уже скоро ничего будет не надо, – фигура опять зашлась в кашле, – а вот ей много чего надо!

Странная фигура, в очертаниях которой сложно было бы понять, мужчине она принадлежит или женщине, из-за причудливо намотанных лохмотьев, порылась где-то в глубине своей хламиды, и вытащила сверток, завернутый в такие же грязные тряпки, – его маманя того, дуба дала, – вновь странный, напоминающий скрежет по металлу хохот, завершающийся кашлем, – да и мне наш знахарь сказал, недолго осталось топтать эту землю, а вот её надо вырастить! Ты же не захочешь, чтобы газетчики узнали, что ты бросил ребенка от…

– От кого?! – ледяным холодом прозвучал нежный голосок Ванды.

Сева подпрыгнул на месте, как заяц, наверняка побив все известные рекорды. Он умудрился развернуться в скачке, и приземляясь, в ужасе уставился в ставшее ледяным лицо своей девушки.

«Наверное, уже не своей!» пробежала мысль.

– И вообще, что это у вас такое происходит, осмелюсь узнать?! – продолжила Ванда.

– Не мог «хвост» отследить! – презрительно проскрипела фигура, – объясняйся теперь сам, мне-то до флагштока всё!

– Это, это,…это…– начал заикаясь Сева, зажмурился, и как в воду холоднючую прыгнул, – это мой младший брат, а вот кто это у него, я не знаю!

– Дочка моя! – выплюнул братишка.

– И почему надо было устраивать такую таинственность, – поинтересовалась девушка.

– А как бы я признался, что у меня такая родня?! Да меня бы заклевали! – выпал в осадок Сева, – я ему помогал, чем мог, но он всё спускает всегда на…

– Я понимаю, на что. Так, а что ты собираешься делать с ребенком? Как выясняется, своей племянницей?

– А что я могу? Буду воспитывать…– обреченно ответил Всеволод.

Странное дело, но лицо Ванды как будто разгладилось. Она взяла телефон в руки, набрала номер, и когда к ним подошли двое в темных, одинаковых костюмах, скомандовала:

– Этого в лечебницу! Срочно! Девочку давайте мне! – это уже фигуре в тряпках.

Ванда развернула грязный сверток, без брезгливости, и заворковала:

– А кто это тут у нас такой маленький? А кто тут такой…грязненький…

А ты меня разочаровал! – припечатала она Севу, – мы же вроде собирались стать семьей! А семья – это всегда решения вместе! Любые!

– Собирались?! – простонал Сева.

– Теперь тебе придется меня убеждать дольше! – обложила его взглядом девушка.

И больше ни слова не говоря, пошла к своей машине. Сева поплелся к своей. Брата уже увозила та самая развалюха.

Ванда, усевшись на заднее сидение, попросила водителя ехать домой, а сама начала раздавать команды по телефону.

В особняке её отца, где она жила вместе с родителями поднялась жуткая суета.

Кто-то побежал за пеленками, кто-то за детским питанием. Кто-то вызывал педиатра.

Всё-таки иногда очень хорошо быть богатым человеком! Всё, что нужно, можно достать в любое время суток.

Сева на автомате ехал за своей…бывшей?! …или…ох…невестой. И войдя за ней в особняк, Ванда старательно делала вид, что его то ли нет, то ли, так и должно быть, притулился в сторонке, чтобы не быть сбитым с ног той суматохой, что царила сейчас в этом спокойном за час до того, доме.

– Твой?! – грозно спросил отец Ванды, принимая участие во всём, что происходило. Активно командуя, то есть.

– НЕТ!!! – замахал руками Сева.

– А вот мы сейчас всё и узнаем! – строго сказала Ванда, передавшая малышку нянечке и педиатру.

Строгий жест рукой в сторону кабинета отца не давал ни малейшего шанса избежать разговора.

Барабулька сладкогубая и рыба старая жена

Обучение Марианна проходила легко и с удовольствием.

Особенно после того, как ей рассказали, что тот, кто столкнул её в воду, оказал ей огромную услугу. В своём мире её срок был короток. Буквально через пару лет она бы ушла из жизни. И уже без возможности на перевоплощение.

Она сначала не поверила. Сложно поверить во всякие такие вещи человеку из техногенного мира. Но потом посетила несколько лекций в Академии, по вероятности ситуаций. И увидела свою судьбу. Там, в том мире.

Ей оставалось только радоваться такому повороту, что с ней случился. И кстати, это отбило желание мстить.

В конце концов, она жива! А остальное приложится!

И ещё, платья, которые были в её гардеробе теперь, перебили воспоминания о том, белом.

Огорчало её только одно. То, что испытали родители, узнав о её пропаже.

Но и тут её утешили. Сказали, что, когда она окрепнет, и освоится здесь, ей иногда будут доступны переходы в свой мир. Ненадолго, и под присмотром, всё же та вероятность никуда не делась. Но будут!

И она упорно училась, чтобы отблагодарить тех, кто подарил ей такую возможность, и ждала.

Тихо радуясь тому, что незадолго до всех событий, прошла специализацию кризис- менеджера. Надо сказать, что то, к чему её готовили сейчас, было совершенно неоднозначным.

Переговоры надо было провести в другом мире. И совсем с другой расой существ.

Так что, да. Знания по кризис – менеджменту будут очень, очень кстати!

Прошло уже несколько месяцев с момента её пребывания в подводном мире. Ей была дарована уникальная возможность полностью сохранить человеческий вид. Но при этом прекрасно чувствовать себя под водой.

Как это было сделано, она не понимала. Просто принимая всё с благодарностью.

Марианна шла с очередных лекций, прижимая к груди учебники, и обдумывая всё прослушанное.

– Слышь, ты, барабулька сладкогубая! – перед ней стояла та самая хвостатая дама, что встретила её вместе с повелителем моря.

Она постоянно старалась подколоть, унизить девушку. Но та умудрялась с достоинством уходить от провокаций. Пока умудрялась.

Марианна спокойно прищурилась:

– Вы уж будьте так любезны, поточнее. Кто я? Барабулька? Или сладкогуб? Две разные особи рыбного ряда! – припечатала она опешившую, явно настроившуюся на скандал даму.

– А тебе какая разница, как тебя назовут?! Лапки прекратила тянуть к моему мужчине!

– А у него, что печать стоит, что он ваш?! – рассмеялась Марианна, – тогда это ваш фантом около Австралии плавает! Рыба – старая жена. Не в честь вас названа?

– Да ты, …да я тебя… – визг вообще ещё ни разу не жены, о чём Марианна уже давно знала, ультразвуком растекся под водой.

– Ты меня? Не! Не выйдет! Я на такое не клюю!

Дама хватала ртом воду. Не будь они уже под водой, Марианна бы испугалась, что та сейчас потонет. Но скандалистка пришла в себя, и, взмахнув своим роскошным, явно после ботокса, хвостом ринулась на девушку, выставив вперед когти.

– Нда…– ленивый мужской голос остановил полет валькирии. В подлете, так сказать, – говорили мне, что в твоей родне рыбы – ведьмы затесались, но кто ж мог подумать, что до такой степени?!

Ты разжалована! Можешь, идти, собирать вещи! Чтобы я тебя больше во дворце не видел.

Распорядитель найдет тебе новое место. Подальше от соблазнов в виде интриг.

А! – повелитель сделал вид, что эта мысль только, что пришла ему в голову, – отправишься акул – мадмуазелек воспитывать! Там тебе самое место! Глядишь, и сама манеры вспомнишь!

Бывшая претендентка на трон морской царицы, активно туда пытавшаяся пролезть, только и могла, что вновь глотать воду.

Повелитель властно взял Марианну под руку, и повел в направлении кабинета.

Девушка обернулась на повороте, и увидела такой взгляд…что, если бы на его месте был гарпун,…и вторая жизнь была бы растудичена!

– Так, Марианна, как твои успехи? Хоть мне теперь и не надо отправляться в круиз, но на переговоры я всё-таки хотел бы отправить тебя. Не люблю я такие дела. Вот совсем не люблю!

– Повелитель, – вежливо склонила голову девушка, – я готова пройти экзамены. Но могу ли я попросить сначала позволить мне повидаться с родителями?

– А легенду для них ты уже придумала? Как бы я не хотел тебе помочь, но отпустить тебя на постоянное житьё в твой родной мир, значит, однозначно поставить на тебе крест. Ну, ты же знаешь!

Девушка немного взгрустнула, но тут же упрямо подняла голову:

– Да, я всё знаю, повелитель, легенда готова!

– Хорошо, – потер подбородок повелитель, – завтра устроим тебе экзамен. Готова?

Марианна, не ожидавшая такого быстрого решения, только и смогла, что кивнуть.

Визиты всякие, разные

Яшка стоял перед хозяином кабинета, стараясь принять вид бойкий и независимый. О! Он готовился к этому визиту. Даже руки помыл! Да!

И судя по ироничному взгляду представительного хозяина кабинета, его старания были замечены.

– Присядь! – кивнул хозяин кабинета Яшке на стул в конце стола.

Тот чувствуя себя не слишком уютно, но всё же считая, что надо показать себя хозяином если не кабинета, то хотя бы положения, прошел поближе и выбрал стул поближе ко главе стола.

– Ну, зачем пожаловал, – лениво спросил хозяин, глядя не на Яшку, а на мерцающий во всю стену аквариум.

– Я это…мне надо…это мне…– начал мямлить Яшка.

– Я знаю, что ты это! – хохотнул хозяин, – может, выродишь, чего хочешь. Время у меня ограничено, должен понимать.

Яшка внезапно разозлился на собственную робость, на хозяина кабинета вдвойне, так просто, и на всякий, и выпалил:

– Денег мне надо! Много! Не то расскажу газетчикам, кто меня нанял, чтобы ту девицу в море – окиян ковырнуть!

– Денег, значит, говоришь, – протянул хозяин, – много…за какую девицу, за эту?

Он сделал необычный жест рукой, и аквариум, замерцав, вдруг стал большим экраном. На этом четком экране четко была Марианна, входящая в подъезд многоэтажного дома.

Яшка начал хватать ртом воздух.

– Так кого ты там куда-то сковырнул? – опять усмехнулся хозяин.

– Я, …я, ………, я….запись это! – внезапно догадался Яшка.

– Ну, да, ну, да – покивал головой хозяин, – запись значит, – он задумчиво смотрел на Яшку.

А тому вдруг стало так неуютно, как не было даже тогда, когда он просыпался на голом песке, на берегу осеннего моря, после крутой гулянки, с пустыней во рту и глазах.

– А ты проверь, сходи к газетчикам, только денежек приготовь, чтоб за ложную инфу штрафы платить! – припечатал хозяин, – ах, да! Денежек-то у тебя нет…вот, ты и встал на такую сколькую дорожку. Совсем скатился, дружок…мда…что же мне с тобой делать?!

– А может ничего?!– разом и окончательно охрип Яшка.

– Нет, ну, не могу же я оставить старого, кхм, друга в таком положении?! – нарочито удивился хозяин кабинета, – ты так ко мне рвался, за тобой столько всяких разных личностей бегает, а вдруг ты и про них чего придумаешь…эдакого, фантастического.… Нет, не могу я тебя бросить! Не могу!

Яшке окончательно поплохело. А хозяин кабинета повернулся лицом к аквариуму, зачем то постучал по стеклу, и тихонько позвал:

– Братишка!!! Ты там очень занят?

Сонное лицо повелителя расплылось почти на всю стенку аквариума.

– А что? Есть что-то интересное? – спросил повелитель у хозяина кабинета.

– Привет, братишка! – поприветствовал повелителя хозяин, получив такое же в ответ, – да, вот, понимаешь, парнишка в трудное положение попал, сможем помочь?

Яшку затрясло окончательно. Не знать, кто это там отражается за стеклом аквариума, моряк просто не мог, сами понимаете!

Он так же знал, что простому человеку с тем существом просто так лучше не сталкиваться. А уж по такому поводу…