Требуется помочь

© Елена Михайловна Офицерова, 2017

ISBN 978-5-4483-6899-8

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Часть 1

– Черт возьми! Откуда он взялся? – взбешенный директор крупной строительной компании вскочил со своего кожаного кресла и ударил кулаком по столу. – Кто он? Что он из себя представляет?

Он вперил испепеляющий взгляд темных глаз на своего заместителя, сидевшего напротив и втянувшего голову в плечи, как будто ожидая удара этого мощного кулака не по столу, а по своей голове.

Директор – Игорь Шаповалов – был мужчина молодой, но темпераментный. Черная шевелюра и немного своеобразный разрез глаз выдавали в нем горячую восточную кровь, разбавленную гордой славянской кровью, образуя, тем самым, гремучую смесь. Безупречный черный костюм от знаменитого французского кутюрье сидел на нем как влитой. Белоснежная рубашка, золотые запонки и такой же зажим для галстука дополняли его образ. Образ респектабельного и добропорядочного воротилы бизнеса. Но все знали, что это был расчетливый и жестокий властелин, не останавливающийся ни перед чем в достижении своей цели.

Сам заместитель был уже немолодой человек, одетый не в такую дорогую одежду как у начальника, но знающий и опытный специалист своего дела. Он был отличным работником, отличным семьянином, отличным человеком и еще много чем «отличным» и все знали это, и ценили, и уважали его. Он тоже знал себе цену, но сейчас его нисколько не коробило, что молодой человек, который годится ему в сыновья, кричал на него как на мальчишку. Случай действительно был из ряда вон выходящий.

– Если мы проиграем этот тендер, то мы разоримся. Нам крышка! – Директор, успокаиваясь, мерил шагами свой офис на двадцать третьем этаже высотного здания, построенного из стекла и бетона в центре крупного портового города на юге России.

Он подошел к окну. Собственно это было не окно, а целая стеклянная стена от пола до потолка, и уставился невидящим взглядом на багровый закат, далеко-далеко разбрасывающий свои отблески на поверхность моря.

– Столько денег вложено в этот проект, – безжизненным голосом произнес он, – Все! Все деньги вложены в этот проект! – сказал он уже громче. В голосе его прозвучала нотка страдания. – Если победит он – мы банкроты!

Заместитель сидел и молчал, считая себя виновным в гневе начальника. Ведь это он принес дурную весть о том, что появился конкурент, со стопроцентным шансом выиграть этот тендер и эти баснословные деньги.

Государство объявило тендер на реконструкцию Новороссийского морского порта еще в прошлом году и выделило сотни миллиардов рублей на эти цели. Ведь порт имел международное значение. Впереди, с большим отрывом, шла компания его босса. Дело было уже почти решено. Компания вложила деньги в разработку проектов реконструкции и частичной застройки порта, закупила оборудование из-за рубежа. Ждали только субсидии и отмашку правительства. И, вдруг! Появляется какой-то «мажор» какого-то высокопоставленного «папашки» из Москвы – и все! Все идет прахом. Их компания, гремевшая на всю страну, вмиг становится аутсайдером, а компания «мажора», про которую еще вчера никто не знал, пожинает лавры и готовит свои карманы для многомиллиардного куша от государства.

– Идите, – уже спокойнее сказал директор, – и позовите ко мне начальника службы безопасности.

Через пять минут в кабинет директора вошел крепкий мужчина лет сорока, атлетического телосложения с голубыми глазами и волнистыми русыми волосами. В прошлом – специальный агент госбезопасности, а в настоящем – главный хранитель безопасности этой фирмы и лично ее директора. В его подчинении находился целый штат охранников, специально обученных и отлично знающих свое дело.

– Ты уже в курсе, Борис? – спросил Шаповалов и, получив утвердительный ответ, продолжил. – Это крах. Что делать?

– Для начала, – спокойно усаживаясь в кресло, заговорил начальник службы безопасности, – мы узнаем, что это за фрукт. Кто он, откуда взялся, чем дышит. Потом будем решать, что с этим делать.

Его спокойствие перешло к Шаповалову, и он тоже уселся на свое место за обширным письменным столом в стиле ретро, из красного дерева с гнутыми ножками, и передвинул бумаги, лежавшие на столешнице, выдавая оставшееся волнение.

– Осталось две недели до конца, – сказал он, вкладывая в слово «конец» огромный смысл, понятный ему самому и, естественно, Борису. – Или мы – или он. Хватит тебе времени?

– Вполне.

Мужчина встал и вышел из кабинета.

Через два дня начальник службы безопасности докладывал директору о проделанной работе.

– Конкурент – компания «Стройбум». Фирма средняя, занималась, в основном, строительством жилых объектов в небольшом областном городке. На мировой уровень не тянула. Примерно года два назад стала продвигаться по карьерной лестнице и вышла в пятерку лидеров по своей области. Теперь движется в лидеры по стране. Директор – Максим Ветров. Его отец два года назад был избран членом правительства в Москве.

– Вот откуда ветер дует, – задумчиво произнес Игорь и, глядя собеседнику в глаза, спросил, – И, что теперь делать?

– Есть один сайт в интернете, – не отводя глаз, продолжил Борис. – «Поиск и предложение вакансий» называется. Туда даешь объявление: «Требуется помочь». Покупаешь новый сотовый телефон с левой симкой, и указываешь его номер в объявлении. Через два дня на этот телефон приходит сообщение, где и когда оставить заказ и деньги. Исполняешь все это и через три дня указанного человека уже нет в живых.

– Это киллер что ли? – подняв брови, спросил Шаповалов.

– Не ясно, – ответил Борис. – Человек умирает естественной смертью, но от нелепого несчастного случая.

– Как это? Поясни.

– Ну, например, захлебывается глотком виски в баре, или лезет на строительные леса, куда ему и лезть-то не надо и срывается с них вниз головой, причем именно срывается, по словам очевидцев, а не прыгает специально, а то еще хочет починить в доме свет, хотя отродясь этим не занимался и не знал, что надо выключать рубильник, и погибает от удара током.

– И как же ты это связываешь между собой?

– Это все происходит после подачи объявления на сайт и именно с тем человеком, на которого есть заказ, оставленный там, где указано в сообщении по левому телефону.

– Он, что же так открыто действует? Не боится подставы?

– За эти два дня он проверяет все данные. Видно хорошо налажены связи.

– Откуда ты все это знаешь? – Игорь встал и подошел к окну.

– Земля слухом полниться, – уклончиво ответил Борис.

– А сведения надежные? – Спросил Игорь, не поворачиваясь.

– Из верного источника.

– Странно все это, – директор снова сел за стол и уставился на своего хранителя.

– В жизни много чего странно. – Борис встал, вопросительно глядя на своего босса.

– Действуй, – кивнул головой Шаповалов, будто решившись на что-то.

Через пять дней все газеты пестрели заголовками о трагичной смерти Максима Ветрова сына члена правительства Владимира Ветрова. В них говорилось, что Максим с девушкой поехали на катере в море, катер заглох, Максим вплавь пустился за помощью и утонул недалеко от берега.

***

Владимир Ветров сидел за своим рабочим столом в Кремле, схватившись за голову обеими руками, и, качаясь взад и вперед, смотрел на кипу газет, разложенных перед ним. С них улыбалось ему лицо единственного сына и наследника его состояния. А состояние министра Ветрова оценивалось десятизначными цифрами. Перед тем как быть избранным в эшелон власти, он был крупным нефтяным магнатом Ветровым. Все свое имущество он завещал своему сыну, который занимался строительным бизнесом, и возлагал на него большие надежды.

«Как же так? Максим, Максим», – мысленно взывал он к сыну: «Ведь тебе нет еще тридцати. Только жить начал. Мы с матерью думали женить тебя, внуков понянчить». – Скупые мужские слезы катились из его глаз.

Владимир Петрович Ветров – член правительства России – волевой пятидесяти пяти летний мужчина с квадратным подбородком и седыми висками, придававшими его грубому лицу неуловимый шарм и со стальными нотками в голосе, сидел и плакал, как слабый безвольный человек. Слишком велико было горе отца.

Стук в дверь кабинета пробудил Ветрова от охватившего его отчаяния. Взяв себя в руки, он твердым низким голосом ответил:

– Войдите.

Вошел друг и соратник Владимира Петровича – Павел Иванович Богатырев – начальник городского управления МВД. Такой же высокий и широкий в плечах, ровесник Ветрова, только с более мягкими чертами лица и более высоким голосом.

– Ты видишь, Паша, что твориться? – Дрогнувшим голосом спросил друга Владимир Петрович. – Хороним мы Максимку-то моего.

И, вдруг, словно стряхнув с себя грусть-печаль, уже по-деловому, продолжил:

– У меня к тебе есть поручение. Максим не мог просто взять и утонуть. Он плавал как дельфин. Тут что-то не так.

– А что показало вскрытие? – спросил Павел Иванович.

– Экспертиза установила внезапную остановку сердца. Но Макс никогда не жаловался на сердце. Он был здоров как бык.

– Думаешь это убийство?

– Не знаю. В крови – малая доза алкоголя, ни яда, ни наркотиков. Но чует мое сердце это неспроста. Этот тендер на реконструкцию порта. Ведь ему один шаг остался до победы. И его убрали. – Ветров собрал газеты со стола и бросил их в корзину для мусора.

– По фактам – это несчастный случай, – задумчиво произнес Богатырев, – никаких зацепок, указывающих на убийство.

– Знаю. Поэтому и прошу тебя – пошли туда своего умного человечка. Негласно. Пусть разузнает, что там произошло. – Он встал и подошел к окну.

Павел Иванович, молча, вышел из кабинета.

Через неделю он снова сидел в кресле напротив Ветрова и докладывал ему о поездке в Новороссийск.

– Там происходит что-то непонятное, – разложив бумаги, говорил Павел Иванович. – В течение уже двух лет в этом городе умирают крупные бизнесмены, большие руководящие работники, банкиры. Все их смерти случайны и естественны. И это все очень странно.

Он передал документы Владимиру Петровичу. Тот, просмотрев их, решительно сказал:

– Паш. С этим надо разобраться.

* * *

Полковник Кисилев – начальник Новороссийского городского управления внутренних дел – сидел на своем месте у себя в кабинете и смотрел на собравшихся за большим овальным столом подчиненных. Он проводил экстренное совещание. Двадцать шесть опытных оперативных работников, лучшие из лучших в городе, выжидательным взглядом смотрели на него.

– Ситуация необычная, – начал он. – Из Москвы пришла директива разобраться с происходящими в городе…. Хм. Даже не знаю, как это назвать, – Кисилев в раздумье левой рукой погладил гладко выбритый подбородок. Полковник был аккуратистом: короткая стрижка заметно поседевшей головы, ровно подстриженные бакенбарды, белый воротничок, на мундире ни пылинки, статная выправка в свои шестьдесят лет, словом, настоящий офицер, честно несущий службу на благо своей Родины.

– Все вы слышали о гибели сына министра Ветрова, – и, увидев, как закивали сидящие за столом, продолжил, – Так вот. Нам поручено разобраться с этим.

– Так это ж несчастный случай, – недовольным голосом произнес майор Звягинцев – начальник оперативного отдела городского управления. – Причем тут мы? Эти министры, что там себе думают, у нас работы мало что ли? Пусть за сынками лучше следят.

В кабинете раздался гул одобрения: «Этим мажорам пьяным и море по колено», «Сынок, небось, под кайфом, поплыл. Вот и не справился», «Они, что хотят, то и делают, а мы должны их покой оберегать что ли?»

– Ну, хватит, – добродушно махнул рукой полковник, – Все знаю, согласен с вами. Но приказ есть приказ. Тем более что они находят все смерти высокопоставленных людей в нашем городе за последнее время не случайными совпадениями.

– Это как же так? – удивились собравшиеся.

– Все эти люди погибали именно тогда, когда они могли сыграть какую-либо важную роль в жизни города.

– Уж не хотят ли они намекнуть нам, товарищ полковник, что у нас в городе объявился киллер? – спросил один из подчиненных.

– Да не просто хотят намекнуть, а прямым текстом говорят, – ответил другой.

– Но, это же смешно, – подхватил третий. – Это все несчастные случаи, установленные экспертизой.

– В общем так. – Полковник Кисилев встал, упершись двумя руками в свой мощный стол. – На базе нашего управления создается специальный отдел по расследованию этих случаев со смертельным исходом. Начальником я назначаю майора Звягинцева. Да, да, майор, – он поднял руку, предупреждая высказывания, которые хотели сорваться с губ удивленного и возмущенного майора, – Это приказ. Все твои текущие дела перейдут в другие отделы. Ты будешь заниматься только этим. С сегодняшнего дня. – Металлические нотки зазвенели в его голосе. Подчиненные знали, что сейчас спорить с ним лучше не стоит.

– В подчинении оставляй своих ребят, – уже более мягко продолжил Кисилев. – Все знают, что они у тебя гений на гении, – полушутя, полусерьезно улыбнулся он и, обратился ко всем присутствующим: – Помогать этому отделу всем, чем только можете. И докладывать мне ежедневно. Это тоже приказ.

Майор Звягинцев Виктор Павлович после совещания с недовольным лицом шел по коридору к своему кабинету. Это был высокий худощавый мужчина неопределенного возраста, про которых говорят «не молодой – не старый, а в самом расцвете лет», с каштановыми коротко стрижеными волосами, голубыми глазами, тонкими чертами лица и сильными «настоящими мужскими» руками с увесистыми кулаками. Одет он был в темные брюки и темно-синюю рубашку в черную клетку, ворот которой он распахнул, выходя из кабинета начальника. По натуре это был обидчивый, но быстро отходчивый добродушный человек. Но, если это надо было для дела, то мог быть и жестким со стальным голосом. А дело свое он знал отлично. За его плечами был большой опыт оперативной работы в милиции, начиная с простого участкового и заканчивая начальником оперативного отдела городского управления. Он умел общаться с людьми, находя общий язык со всеми, с кем разговаривал по душам или по делу. Это был человек с зорким глазом, острым умом и высокоразвитой интуицией.

Команду он подобрал себе под стать. «Гений на гении» вспомнил он слова полковника Кисилева и усмехнулся. «Что ж? Это правда. Ребята молодцы. Отличные ребята».

Пройдя мимо двери, ведущей в его кабинет, он открыл дверь своего отдела, находившуюся рядом, и переступил порог.

Четыре пары глаз повернулись в его сторону. «Ого-го. Орел не в духе» – подумал каждый. Ребята любовно между собой прозвали начальника «Орел» за высокий рост, длинную шею, горбатый нос и зоркий взгляд.

А он стоял и смотрел на своих подчиненных.

Вот капитан Саша Чернов, тридцатилетний парень со спортивной фигурой и рыжей шевелюрой в своем неизменном джинсовом костюме. Был женат, но жена не выдержала его бесконечные ночные бдения в засадах и гонки за преступниками, за которыми он совсем не уделял внимания ей и маленькому сыну, и ушла от него три года назад. Впрочем, Саше и горевать-то было некогда. У него на уме была только работа. С его «гиперактивностью», смелостью, расчетливым умом и к тому же уравновешенным характером нужна была именно эта работа. И он уделял ей все свое время. «Я очищаю город от грязи, – любил говорить он. – И горжусь этим».

А вот два неразлучных друга, два старших лейтенанта двадцатисемилетние Леша Захаров и Вася Береговой. Они даже одевались почти одинаково. На обоих были джинсы и светлые рубашки с короткими рукавами. Леша – русый, с зелеными глазами и со светлой кожей юноша, с тихим певучим голосом, мягким характером, склонным к романтичности, а Вася – смуглый шатен – скептик, с черными глазами, с крутым нравом и зычным громким голосом. Они идеально дополняли друг друга. Парни учились на одном курсе милицейской академии, и пришли в управление практикантами. Звягинцев сразу заметил, как всей душой эти студенты отдались работе. Заметил их ум и смекалку, их трудолюбие и ответственность к выполняемой работе и взял их в свой отдел. Ни минуты потом не пожалел об этом. За пять лет работы в отделе они раскрыли все вместе сотни преступлений, раскрыли такие преступления, которые все считали не раскрываемыми. Он гордился своими мальчишками, как гордился бы отец своими сыновьями. Майор не был женат, и детей у него не было.

Пятой в их команде была младший лейтенант Маруся Задорожная, скромная деревенская девушка с пепельными, будто обсыпанными мукой волосами, собранными, по-старушечьи, в тугой пучок на голове. Свободного покроя коричневая юбка, закрывающая колени, объемная сатиновая блузка серого цвета с длинными рукавами и глухим воротником, придавали ее высокой, но ссутуленной фигуре неопределенную форму. На носу у нее красовались огромные очки в коричневой роговой оправе, портящие и без того не очень красивое, но с чистой матово-розоватой кожей лицо. Два года назад ее привел к нему в отдел бывший начальник управления, вскоре ушедший на пенсию и порекомендовавший на свое место полковника Кисилева. Сказал, что девочка умная, окончила школу милиции на «отлично», сирота, родом из глухой деревушки, что надо помочь с работой и, по возможности с жильем. Звягинцев взял ее на работу, помог с местом в общежитии при управлении внутренних дел, и она оправдала его надежды. Маруся хорошо владела компьютером, умела правильно и грамотно составлять протоколы, привела делопроизводство в отделе в полный порядок, все разложила по полочкам. Теперь любую бумажку любой давности можно было найти в два счета. К тому же она искусно владела стенографией. Быстро и точно записывала протоколы на совещаниях или «в полевых условиях» как любили шутить ребята, когда все вместе выезжали на очередное место преступления. Она писала только ей понятными знаками, а потом в кабинете заносила все это в компьютер. Только была она очень стеснительной и неразговорчивой. Как ребята ни старались вывести ее на задушевный разговор, разузнать про ее личную жизнь им не удавалось. В конце концов, они отстали от нее и стали относиться как к своей сестренке, тем более что она действительно была младше них.

– Наш отдел переименовывают, – хмуро сказал Звягинцев. – Теперь это будет отдел по расследованию несчастных случаев.

Ребята открыли рты. Капитан Саша Чернов вскочил со своего стула и снова сел. Леша и Вася замерли каждый за своим делом и только непонимающе переглядывались между собой. Маруся уронила ручку на пол.

– Ладно. Это я так неудачно пошутил, – оправдывался майор, видя, в какое замешательство он привел своих подчиненных.

– Но что-то в этом роде нам придется делать, – решительно продолжил он и махнул рукой, – Айда ко мне в кабинет на совещание.

***

Шикарный загородный особняк на берегу моря привлекал глаз своей важностью и красотой. Двухэтажный, из крупного кирпича, цвета кофе с молоком, с полукруглыми башнями по углам и высокой коричневой крышей, он внушал уважение окружающим не только своим внешним видом, но и тем, кто жил в нем. Это был дом вора в законе Шаманова Эрнеста Михайловича, известного всем под кличкой Шаман. Он был хозяином этого дома и негласным хозяином этого города. Маленький, седой как лунь, старик с мелкими чертами лица, тонкими губами и злыми глазами Шаман держал все в городе в своих руках. Весь бизнес крутился вокруг него, все дела, творившиеся в городе, творились с его благословения. Многие его уважали, еще больше его ненавидели, но боялись все. Он был скор на расправу без суда и следствия.

Сегодня в его доме был большой «сходняк». Сбор криминальных авторитетов всех районов города и всех мастей.

Умер Яша Белый – один из главных воров в законе, смотрящий за морским портом и прилегающими к нему территориями. Умер какою-то странною смертью и оставил много недоделанных дел и огромное наследство, которое требовало безотлагательного руководства.

В обширном кабинете с высокими окнами и мебелью из мореного дуба собралась разношерстная толпа – человек двадцать криминальных авторитетов и руководителей организованных преступных группировок. Расположились кто где. Одни устроились за большим столом, стоящим под прямым углом к письменному столу хозяина кабинета, другие на кожаных черных креслах и диванчиках, расположенных вдоль стен и у окон. Темно-бордовые портьеры из тяжелого шелка, задвинутые наполовину, создавали полумрак в кабинете даже в солнечные дни, выдавая угрюмый и пессимистичный нрав хозяина. Сам Шаман восседал во главе этой братии за своим столом на оббитом коричневой кожей стуле с высокой спинкой, стоящем на возвышении, специально сделанном для того, чтобы смотреть на своих подчиненных сверху вниз, в зеленом бархатном халате с темно-желтыми отворотами и таким же широким поясом с кистями на концах. Он любил вычурно одеваться. «Добирает блатного понта» – шептали за спиной завистники. Словно король на троне сидел Шаман, и цепким взглядом, от которого мурашки пробегали по коже, шарил по лицам своих подданных.

– Яша Белый преставился, – заговорил он. Голос у него был неприятный – высокий с хрипотцой, как будто водили ножом по стеклу. Некоторые из присутствующих нехотя поморщились. – Неожиданная смерть… Крепкий еще был человек… Дело встало… Надо продолжать… Какие мысли? – он вопросительно уставился на людей.

– Надо назначить преемника, – густым басом сказал другой главный вор в законе по кличке Штах толстый и совсем лысый мужчина средних лет. Отдавая дань уходящей моде, он был одет в малиновый пиджак и яркую рубашку под ним. Он смело посмотрел в глаза Шаману. – Сам говоришь, что дело надо продолжать. Назначай преемника.

Их было пятеро главных воров в законе. Они разделили город на пять частей, и каждый курировал свой район. У каждого было в подчинении несколько криминальных группировок и подконтрольный криминальный мирок в районе. Они не лезли за пределы своего района, но каждый обязан был знать, что происходит у других. Так постановил Шаман, которому все они подчинялись.

– Говорят, Яша утонул в своем бассейне? – тихим голосом спросил третий главарь – Черныш – немолодой, но высокий и крепкий мужчина с черными волосами и синими глазами. – Как это получилось?

– Экспертиза показала, что уснул в воде. И пошел на дно. – Гнусавым голосом ответил четвертый – Горбун, получивший кличку за большой горб на спине. Этот горб он «носил» со дня своего рождения, и он не мешал ему по малолетке лазить в форточки к зажиточным гражданам и открывать изнутри богатые квартиры. Но это было по малолетке, а сейчас это был среднего роста худой мужчина, претендующий на важность своей особы, немного за шестьдесят, одетый в щеголеватый темно синий костюм в тонкую серебряную полоску. Темно русые волосы были уложены в модную прическу, на еще красивом лице с греческим носом выделялись большие и выразительные глаза, цвета янтаря. Если бы не уродливый горб сзади и не гнусавый голос, его вполне можно было бы принять за респектабельного человека.

– Че, под кайфом что ли был? – хмыкнул один из бандитов. – Уснул в бассейне и пошел на дно, – передразнил он Горбуна. – Фигня какая-то?

– Пасть не открывай. – Горбун легонько стукнул говорившего по лбу тростью с золотым набалдашником, которую он носил для придания своему виду солидности. – Яша Белый, отродясь, наркотиками не баловался.

– Да я че? – потирая лоб, обиженно проворчал парень. – Может я не про наркотики. Может он бухой был.

– В крови не обнаружено ни алкоголя, ни наркотиков, ни яда. Ничего. Все как обычно. – Горбун встал из-за стола и стал прохаживаться по кабинету, монотонно стуча тростью по паркету. – Ну, не верю я, чтобы Яша – он сделал ударение на имени, означавшее высокий авторитет человека, – просто взял и уснул в воде.

– Можно слово молвить? – подняв руку, как в первом классе, тонким голоском задал вопрос маленький человек, обращаясь к Шаману. Во все время разговора он, тихо, сидел в уголке кабинета, кутаясь в вязаную шерстяную кофту, будто замерзая в этом полумраке, прикрытый с одной стороны портьерой, с другой фигурной кадкой с фикусом.

– Говори, Домовой. – Шаман кивнул головой.

Домовой был ветераном криминального мира. Свою кличку он получил, когда ему было десять лет за то, что маленький юркий паренек мог залезть в любую печную или вентиляционную трубу в дом и обчистить его. Сейчас ему было шестьдесят пять, но он оставался таким же маленьким и бойким, как раньше, с темными кудрями и зелеными глазами. Многие годы, проведенные за решеткой, в несколько ходок, не сломили его оптимистичный характер. Он также шутил по-доброму, уважал «воровские понятия», не любил наглых выскочек из криминальной молодежи и жил по особому «кодексу чести», придуманному то ли ушедшим «золотым» временем, то ли им самим.

Домовой не был ни вором в законе, ни руководителем преступной группировки, но за свои обширные связи со всеми структурами города имел большой вес и авторитет среди братвы.