Ошибка выжившего

16

- Макс! Я уж думал, ты не придëшь!

- Как я мог? Третья твоя свадьба. Юбилей, считай!

Смех. И я за компанию улыбаюсь.

Это не стриптиз клуб. Но атмосфера недалеко ушла. У жениха, например, девушка в сетчатых чулках прямо на коленях сидит.

- Василиса, - Миллеров по очереди представляет мне друзей.

В одно ухо влетает, в другое вылетает. Запомнила только виновника торжества: Давид Антонов. Потому что знакомая фамилия... Не он ли хозяин этого места?

Алкоголь рекой льëтся. Половина гостей с трудом могут говорить, зато целуются с охоткой.

Нас усаживают за стол. В руках оказывается бокал с чем-то розовым. Пахнет вкусно: жвачкой. Но пить я это, конечно же, не буду.

Женщина с колен Антонова всматривается в моë лицо, а потом восклицает:

- О мой бог! Ты же Март!

Ну началось.

Взгляды метаются между мной и Максимом. Лучше бы он, как на приëме, сказал, что мы просто коллеги. А так, всё считают, что я его... самовар, который он зачем-то припëр на мальчишник.

- Да-да! Точно! - подхватывает её подруга в коротком шифоновом платье.

- С новым цветом не узнать! Но тебе так идëт!

Остальные соглашаются. Это приятно разряжает обстановку.

Улыбаясь, поправляю волосы.

Официантки выгружают на стол текилу с солью и лаймом. Много. Хватит, чтобы споить маленькую мексиканскую деревню.

Передо мной рюмка с солью на ободке и Анжела, которая, оказывается, не пропускала ни одного выпуска.

- Ты такая классная! На новенькую смотреть невозможно. Тебе нужно вести блог. У меня вот... - показывает инсту, больше ста тысяч подписчиков, - если нужно, всегда обращайся. Колабы сейчас хорошо заходят.

- Спасибо, я подумаю.

И чего я в депрессии провела всё лето? Про блог даже мысли не было. Могла бы сейчас крема рекламировать.

- Василиса - это же Вася, да? Так красиво и необычно! Можно называть Вася?

- Конечно, называй, как удобно.

- Ну, за счастье семейное! - с другого конца стола слышно.

Все поддерживают и пьют, стуча пустыми стопками о стол. Целуются.

Боже, неловко как. Я будто переключила канал на кино для взрослых при бабушке.

Не знаю, куда себя деть. Тоже пью. По горлу прокатывается живой огонь. Доставка напрямую в вены. Теперь лайм...

- Мне нравится, - склонившись, тихо произносит Миллеров.

- Что?

- Вася, - рука на спинке моего стула, вторая касается моего подбородка.

За линзами - тëмный прямой взгляд без намёка на шутку. Мажет по моим губам, ниже. Будто уже раздел меня. И в постель уложил. Ровное, тяжёлое внимание мужчины, от которого по спине бегут мурашки.

Это... Он же серьëзно... Стоп. Стоп. Нельзя. Блин!

- Простите, мне нужно отойти, - вскакиваю.

Мчу в сторону туалета, но тот, что на втором этаже, с очередью. Пришлось бы стоять в зоне видимости Максима.

Вниз по лестнице хромаю в своих несуразных шлёпанцах.

Блин!

Я не могу его просто послать. Он мне нужен. Но как мне просить об одолжении, если он... вот так ко мне относится?! Как к одной из этих девушек.

Я не ханжа, но и не наивная дура. Там ценник у каждой буквально на лбу стоит.

Это ж мальчишник!

И я себе ценник поставлю - интервью. Так это будет выглядеть? На это Александр рассчитывал?

Боже. Какой кошмар.

В женском туалете свет приглушён на минимум. Разбираю спутанные прядки, как вдруг слышу... Сначала не понимаю, что слышу. Звуки, как будто плохо кому-то. Подхожу.

А потом как понимаю!

Не плохо, а, наоборот, очень хорошо. В крайней кабинке в унисон вздохи и хриплые стоны.

Зашибись! Нашли место.

Вылетаю из туалета, не жалея ножку. Если делать опору на пальцы, как балерины, то получается очень быстро. По-дурацки, но иначе в этом платье и быть не может.

Лучше на улице постою, пока телефон не приехал.

Прохожу мимо охраны. По глазам вижу - обратно не пустят. Становлюсь под вывеской.

Хватит с меня на сегодня флирта. Перестаралась!

Примерно час прошёл. Сейчас должен появиться помощник Миллерова. Заберу у него мой телефон и попрошу передать Максиму Алексеевичу "Пока". Плохо себя чувствую, спать хочу, болит голова, живот, нога, всё вместе.

В платье прохладно. Почти холодно. Ещё и ветер поднялся. Да где же ремонтник? Надеюсь, это не была просто уловка, чтобы меня в клуб завести и напоить.

Вася-Вася. Во что ты ввязываешься...

Улочка пустая. Ближайшие люди на противоположной стороне дороги, и те далеко, метрах в ста, у какого-то бара.

Дверь клуба распахивается. Вываливается парень. На вид тридцати нет. Чёрная шелковая рубашка расстегнута до половины. Идëт ещё так вразвалочку, грудь колесом. Борода, как под линейку нарисованная.

Пьяный и смешной.

- Ты из монастыря сбежала, красоточка, - сигарету закуривает.

В клубе есть отличная зона для курящих. Мог бы и не выходить.

- Нет.

Из дверей показываются два амбала в костюмах. Трезвые.

Я отхожу, но этот тип навязчивый за мной.

- Так оделась, чтобы из толпы выделиться? Охуенно получилось. Сразу тебя заметил.

Передëргивает. У него жуткий акцент, расширенные зрачки.

- Куда спешишь? - за локоть хватает.

- Отпустите. Я друзей жду, - выкручиваюсь.

- Мы просто болтаем. Расслабься.

- Мне неприятно. Уберите руки.

Это противно и страшно. Глаза у него неадекватные. Вдруг он под чем-то? Неизвестно, на что способен.

- А почему ушла? Не нравится музыка? Или любовник обидел? - подходит ближе, дым прямо в лицо выдыхает. - Ты скажи. Мои ребята живо его отпиздят.

- Не надо. Просто оставьте меня в покое.

Пальцы сжимает сильно, больно. Точно синяки останутся.

- Ты чë такая дерзкая?

17

- Отстаньте.

- Блядь. Да нормально давай пообщаемся! Чë ты хамишь сразу?

В такой открыто-агрессивной ситуации я в первый раз.

Резко выкручиваюсь, пытаюсь вырваться. Надо закричать, но горло сжимается от паники.

- Куда так быстро? Поехали в...

- Не хочу! - прерываю.

Кожа под прикосновением неприятно горит. Мои попытки освободиться выглядят жалко.

- Ну ты точно нарываешься, - смеëтся.

Рвусь в сторону. Вес непроизвольно на раненую ногу перекидываю.

- Ай!

Острая боль врезается в пятку. Я сгибаюсь пополам, в глазах вспыхивает белое пятно, мир на секунду пропадает.

- Что за спектакль? Я тебя ещё не тронул!

Он хватает меня за плечо, но его пальцы тут же срываются.

Раздаётся глухой удар.

Я поднимаю голову и вижу, как Максим с силой припечатывает типа к кирпичной стене. Тот с размаха ударяется затылком, стонет.

- Какого?.. А-а... Бля... ты труп...

Парень начинает хрипеть, кашлять. Кажется, ему нехорошо. Максим не даëт упасть. Прижимает предплечьем к поверхности, а взгляд через плечо назад, на меня бросает.

По позвоночнику спускается волна холода.

Тут уже охранники. Один рвëтся на защиту, но второй его останавливает резко. Они сами чуть не дерутся.

- Это же Миллеров, Максим Миллеров, - шипит, стараясь умерить пыл второго амбала.

Максим обращает на него внимание.

- Я тебя знаю?

Телохранители замирают.

- Да, знаю. Ты на отца работал, а сейчас... на Каримова? Это его... кто? - на парня кивает.

- Племянник. Да, простите, не уследили... Мы собирались уходить. Марат Адамович только с самолëта, перебрал, мы уводим...

- Видел я, как вы его уводили! - рявкает так, что подскакиваю.

Обдолбанный идиот у стенки выглядит, будто у него приступ, крупные капли пота на висках. Максим отступает, и он тут же спускается на тротуар. Становится на четвереньки. Дышит часто.

- Ждëте, пока он тут кони двинет?

Марата подхватывают под руки, помогают встать. Он за голову держится, стонет. Выплëвывает ругательства.

Из клуба показываются ещё двое в костюмах. Бегут к нам. Это местные вышибалы, которым по-хорошему нужно было появиться минут пять назад!

- Максим Алексеевич, всё в порядке? - боже, какая забота.

- Нет. Где вас носило?

Они мямлят извинения, пока Миллеров их не прогоняет. А потом, когда мужчины расходятся, настаëт мой черëд.

- Простите...

- За что? Это ты к нему приставала?

- Нет, - буркаю. Взгляд прячу.

- Ты просто магнит для неприятностей!

Собираюсь придумать оправдание. Не всегда же так, и я обычно избегаю опасных ситуаций и опасных людей, и как бы сформулировать, чтобы он не подумал, что я сама всё это вечно провоцирую, но, когда мысли в кучу собираю, воздуха набираю, чтобы сказать... он просто дëргает меня к себе и целует в губы.

Ахаю. От неожиданности и напора.

Он целует сразу глубоко, развратно. Поверить не могу. Этот скучный напыщенный сноб, а так может. Пробует, берëт. Меня никогда раньше так не целовали, никто.

Как от перегруза, мозг отключается. Губы пульсируют. Кровь разгоняется сильнее, чем от текилы.

Голову запрокидываю. Точнее, поддаюсь, когда он это делает. Надо... остановить. Ладони кладу на его плечи. Надо оттолкнуть, но не могу пошевелить руками. Настолько ошеломительно то, что сейчас происходит. Как.

И то, что я сама чувствую.

Когда он отпускает, отрывает губы, я чуть ли с ног не падаю. Распахиваю глаза, а там эти линзы, за ними зрачки горящие. Диссонанс.

Он снимает очки. Закрывает глаза и снова целует. Теперь не только моë лицо притягивает, но и тело. Рука по спине прокатывается, двигает меня к себе.

Не понимаю, почему отвечаю, почему не отталкиваю.

У меня никогда не было такого мужчины. С властью, деньгами. Сильного.

Может, в этом дело? Какой-то животный инстинкт отключает разум. Заставляет поддаться связи.

Разъединившись, мы ещё какое-то время дышим часто. Возбуждено. Его лоб прижат к моему.

Только в этот момент я, дурочка полная, понимаю, что Александр прав был. Я нравлюсь Максиму Миллерову. Хуже того: он меня хочет.

Максим отстраняется, смотрит мне за спину. Оборачиваюсь и вижу машину его помощника. И давно там стоит?

Поняв, что начальник доступен, он выходит. Несëт наши телефоны.

Отдаëт и желает хорошего вечера. Хорошего... блин.

- Вернëмся? - Максим тянет меня к клубу.

Я не двигаюсь. И не говорю, слово вымолвить не могу от бессилия.

- Тогда... уедем сразу? - улыбается одними уголками.

Сейчас заплачу.

Ну и к чëрту!

- Нет, - отворачиваю голову резко. Моргаю, чтобы щипучие слëзы выгнать. Они текут по щекам быстрыми ручейками, падают с подбородка.

Не надо было! Какая же я дура!

Я не могу с ним переспать. Ради карьеры? Как мне потом жить с этим?

К чëрту это шоу. Не могу так!

На дорогу пялюсь, но чувствую, как его взгляд по мне хлещет. Не знаю, что на лице у Максима. Раздражение, презрение, разочарование, может. Но руку мою он на весу отпускает.

- Кость, отвези её, куда скажет.

- Конечно, Максим Алексеевич.

Миллеров возвращается на мальчишник.

Как только он уходит, слëзы исчезают. Полностью. В ноль. Со стороны, наверняка, кажется, что это шикарный спектакль нитакуси, на который клиент, увы, не повëлся. Ушëл даже не попрощавшись.

- Пункт назначения?

Помощник садится за руль. Я - назад машинально. Называю адрес. Потом уже доходит, что я не в такси и, наверное, вежливо было бы вперёд сесть.

Голова не варит. Слишком много событий для одного дня.

Включаю телефон. Сообщения от Ани, Риты. И пять пропущенных с незнакомого номера.

18

- Жалеешь?

- Что? Нет, конечно!

- Тс! - Аня прижимает палец к губам и сводит брови.

В коляске недовольное сопение. Подкачивает.

Понижаю голос:

- Было бы только хуже.

- Почему? Ты же сказала, что он хорошо целуется. Понять, подходит тебе мужчина в постели или нет, можно по первому поцелую.

- Он мне нужен для работы.

- Одно другому не мешает, - улыбается, - даже наоборот. Я видела его фотографии. Совмести приятное с полезным.

- Во-первых, я так не могу. А во-вторых, - ерошу волосы, чтобы сбить накатившую волну. Жарко сегодня, - и во-вторых не могу. Это в любом случае была бы наша первая и последняя ночь.

- А сейчас лучше? У тебя ни номера его, ни повода для встречи.

- Да, лучше. Я хотя бы со стыда не сгораю.

- А почему щëки красные каждый раз, когда о нëм говоришь?

Время дневного сна почти прошло. Ещё один круг и домой пойдëм.

- Если отбросить моральную сторону. Давай откровенно. Постель - это то в чëм я действительно плоха.

- Откуда ты знаешь? У тебя секс в жизни был сколько раз? Десять? Пятнадцать? Вообще, считай, что не было.

Кашляю, чтобы голос Анин перебить. Соседка по лестничной клетке проходит к подъезду, смотрит с осуждением.

- Да, нечасто. Но два из двух моих парней это подтверждали. Стопроцентная выборка.

Телефон звонит. Тот самый номер, с которого вчера были пропущенные. Перезванивать не стала, вдруг это реклама или мошенники...

- Да, - отвечаю.

- Малышка, ты уже успокоилась?

Лучше б были мошенники.

- Влад? Тебя мне только не хватало. Не звони больше!

Сбрасываю и новый номер тоже в ЧС отправляю. К старому.

Аня усмехается.

- Если ты брëвнышко, то почему этот придурок в тебя так вцепился?

Не хочу о нëм говорить. И о моей никакущей интимной жизни тоже.

Я уже давно имела смелость признать: между сексом и шоколадкой, выберу второе. Или поспать. Или пообниматься. Много вещей намного интереснее и приятнее.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.