Иссавель: Зов Крови

Ни того, ни другого я не выполняла.

– Надо написать родителям, – осенило меня.

Вытащила один листок бумаги, взяла магическое перо, и села за стол, прикусила кончик пера. Спросить было нужно многое. Отчего отец поменял мнение и, чего мне теперь ждать. Сообщить, что со мной все хорошо. Попросить сообщить о прибытии Мора. А так же прислать деньги для покупки одежды. Сомневаюсь, что стипендия тут большая, а работать мне уже запретили. Осталось только попросить у семьи.

Закончив писать, сложила бумагу в четыре раза и сжала руку. Письмо вспыхнуло и отправилось адресату. Невербальное заклинание, которое назубок знает каждый член семьи. Нас этому обучают с малолетства и техника доведена до автоматизма. А секрет «почты» строго охраняется кровными клятвами.

Зевнула. Сильно так, протяжно. Глаза заслезились от желания завалиться лечь спать. День предстоял завтра тяжелый. Сегодня я не успела ничего прочитать и уповала на то, что преподаватели не слишком вредные и простят мне первое занятие. Хотя те лекции, что были сегодня будут только послезавтра. Так что был шанс не вляпаться. Потянулась и взяла с пола сумку. Достала оттуда булочку и вгрызлась в нее зубами. А то не усну…

Простынь и подушку обещали принести завтра. Но мне было так хорошо, что даже «голая» кровать была мягкой и притягательной. Не раздеваясь, я рухнула на неё и закрыла глаза. Тьма, пусть я сегодня высплюсь, а завтра проснусь бодрой.

******

…Выжженная земля…

Место, где обитает скопление нечисти, место, где находят пристанище жрецы древнего божества… Место, где когда-то давно произошла битва, уничтожившая все живое. На голой земле с течение времени возросли каменные деревья с широкой ветвистой кроной. В их недрах вили гнезда крылогнеты, а в земле обитали мясистые черви, питающиеся редкой падалью.

… Темный лес…

…Дремучие земли…Не принадлежащие никому, и принадлежащие всем.

Участок площади, проклятый силами, историей и временем.

Тот, что находится слишком близко к Транливии. За многие мили обходили путники это место стороной, молясь своим богам о милосердии.

… Земли Хаоса. Твари, обитавшие здесь питались болью и страданиями, тех кому не повезло оказаться в зарослях ядовитого плюща.

Проклятье витало над лесом, впитывалось в почву, прорастало из него и отравляло воздух.

Сила пробуждающегося хаоса ощущалась с каждым ледяным дуновением южного ветра. Сначала теплый воздух касался кожи, а затем она покрывалась тонким слоем льда.

… Полнолуние. Магическое время для ритуалов. Двадцать две обнаженные, разрисованные фигуры начертили магическое заклинание. Их лица были скрыты от света и сливались с окружением, стоило лунным лучам попасть на них. В центре круга – костяной алтарь, сооруженный из черепов странников и животных. Из глазниц лезли черви. На алтаре лежала освежеванная тушка лошади. Кровь капала на землю.

Жрецы глухим голосом пели старинное сильное заклятие, отдавая дань их единственному богу.

– Прими, наш скромный дар, – скрипяще проговорил один из двадцать двух, поднимая кубок с питьем с земли. Поднес к губам, сделал глоток… Рот окрасился в бордовый цвет. Передал дальше по кругу.

… Ритуал совершен.

… Кожа каждого даоса покрылась льдом…

Все блаженно вздохнули, понимая: ОН здесь. Услышал. Пришел. Не оставил.

Голос. Бестелесный. Грубый. Хаотичный. Искаженный.

Он пронзил круг, заставляя всех съежится от благоговения и от страха одновременно.

– Теперь вижу, насколько темны ваши помыслы.

Жрецы рухнули на колени, касаясь лбами земли. Черви ползли к ним, будто спешили на кормежку…

– Каждый из вас принес мне клятву верности, – голос набирал обороты и уже вибрировал от силы, – И теперь я взыщу во много раз дар вашей жизни.

– Мы сделаем все для вашего возрождения, господин, – тихо проговорил один из жрецов.

Тот самый, чья вера в хаос росла день ото дня с самого рождения. Тот самый, кто замкнул круг. Тот самый, от чьего имени будет говорить бог… Тот самый, чье тело он займет, когда жрецы проведут обряд «Зов крови» и завершат самое темное заклятье.

ОН же выжидал столетия рождения дитя, чья сила равна той, что его одолела.

– Отмечаю тебя знаком, – прошептал ветер, коснувшись спины жреца.

Даос закричал, от пронзившей его боли и рухнул наземь с «поцелуем» тьмы.

Тихий смех растворился в ветре и исчез, оставляя за собой лишь запах горелой кожи.

Глава 4. Освобождена, но это не точно.

Все было хорошо, пока не пришла она… Жердя.

Мне снилось, что я играю в шахматы с дядюшкой и он, внезапно, начинает визжать. Этот звук проникает мне в голову и я вскакиваю с постели с чувством обрушенной реальности.

– Бездна, – стону я, – Какой рырх придумал такую побудку?

Вчера подобного не наблюдалось, а значит, это ритуал только для адептов. Везет нам…

Трель прекратилась, сразу же, как только я очнулась. Правда, не совсем разлепила глаза.

Я всегда была соней. Сколько себя помню. Я любила ночь и могла допоздна засиживаться за книгами, играми, экспериментами. А вот добудиться меня не могли такие дни аж до полудня.

Зевнула, потянулась и покачала головой.

– Академия существует, я теперь адептка, у меня нет ванной и я дико хочу спать.

Это помимо того, что нужно собираться и нестись на завтрак, а потом искать аудиторию и притворяться мышкой. К невидимкам подход особый: их не замечают.

Спать я вчера легла одетой. Платье сняла и быстро натянула на себя форму. Увы, с модой тут совсем тухло. Черные штаны, белая рубашка и мантия коричневого цвета с эмблемой академии и факультета. Пришлось помимо рубахи надеть корсет от дорожного костюма, ибо блистать грудью мне не хотелось. Вообще странно, что об этом не подумали, ведь не одна я девушка на факультете Бедствий. Или одна?

Мотнула головой: не о том сейчас думаю.

Собрала вещи в выделенную сумку, захватила расписание, взглядом проверив, что первая лекция в пятьсот двадцать третьей аудитории; учебники, перо с чернилами и листы для записей… Вроде бы ничего не забыла. Успокоительного бы сейчас капель семь…

На завтрак успела и буквально проглотила выделенную кашу с булкой под пристальным вниманием всех адептов. И преподавателей. Наверное, никогда не видели голодного некроманта, который рвется к знаниям.

Дана стояла на разливе и угостила большим сочным яблочком.

– Еда способствует лучшему усвоению знаний, – произнесла добрая женщина.

Спорить с утверждением было глупо.

Прозвенел первый предупреждающий «звонок». Не только я, скривилась от этого звука. Видимо, даже «старички» за столько лет обучения не привыкли к этому.

Я побежала из столовой, как в попу укушенная. Никогда не замечала за собой особой тяги к знаниям, но в первый день опаздывать не хотелось. Да и в новинку для меня, быть просто Велей, а не Ее Высочеством.

Шагнула на лестницу.

– Anduro Derto!

Попала на нужный пятый этаж и умудрилась на ровном месте упасть и познакомиться с последней ступенькой. Запуталась в мантии, которая была немножко длинновата.

– Кто это у нас такой новенький? – подняла голову, – Кухарочка! Судьба нас сталкивает день ото дня!

Встала, поправила одежду.

– Скорее провидение, – буркнула я, не желая встревать в спор с мерзким блондином.

– Факультет Неудачников, – Дерн захохотал, – То-то, даже форму сделали в цвете вонючей неожиданности.

Надо мной откровенно потешались. Я видела интерес в глазах парня, но не понимала оскорблений в свою сторону. Он так самоутверждается? Или же просто выпендривается на глазах друзей, который отчего-то стояли поодаль и наблюдали за нами. Адепты появлялись на лестнице и едва ли не сшибали меня с ног. Решила не обращать внимание на блондина и направилась искать кабинет. Дэрн схватил за руку.

– Завтра в семь часов во дворе Академии, у статуи рыцаря.

– Я могу принести тебе… неожиданность. В баночке? В пакетике?– широко улыбнулась, –Или в тарелочке?

Рядом раздались смешки. Его друзья оценили шутку.

Я фыркнула и побежала в аудиторию. Вслед услышала:

– Мы еще поговорим… Кухарочка.

Кабинет под номером пятьсот двадцать три находился в правом крыле этажа. Я зашла вместе со звонком и замерла. Преподавателя еще не было, зато наро-о-о-о-ода… Здесь, наверное, собрались все пять потоков первокурсников. Около трехсот голов… К концу первого года останется половина.

Свободных мест было мало, но я заприметила одно. Далеко. Как я люблю.

Пробилась сквозь узкий подъем, слушая шептки сокурсников.

– Эта та вульгарная девица из столовки, – говорили одни.

– Добилась поступления через постель, – шептались другие.

Усмехнулась и села рядом с каким-то мрачным типом, что косился на меня из-под опущенного капюшона. Взгляд цепкий, кисти рук бледные, а губы бескровные.

– Вельямина Раймос. Можно просто Веля, – представилась я, улыбнувшись, – Вампир. Обалдеть! Я про вас только в книжках читала. На ночь.

– Ты это мне? – прошептал он.

– Ну, не ему же, – кивнула в сторону здоровенного детины, который ковырялся в носу и что-то бурчал под нос.

– Гером, – с неохотой выдавил он, – говорят эр Кроувен гоняет по истории.

Упомянутый эр, вошел в аудиторию с грацией хищника. Сосредоточенное лицо, выправленная годами осанка и цепкий взгляд. Серьга в ухе, до этого незамеченная, сейчас блестела и привлекала взор.

– Все мы виделись на вступительных экзаменах, но представлюсь еще раз. Эр Кроувен, декан факультета Бедствий. Буду вести на первом курсе несколько основных дисциплин. Мировую Историю, Нечистологию вместо эра Эгнума и Основы безопасности жизнедеятельности. В Академии свободное посещение, но пропустите хоть одно мое занятие без уважительной причины и можете забыть о сдаче экзаменов. Я злопамятный.

– Верю, – прошептала я, – Драконище.

Эр Кроувен сел за свой стол и открыл книгу. Он что, нам читать собрался?

– Ваши знания по мировой истории будут поверхностны, потому что предмет общеобразовательный, а углубляться в политику не планируется. Занятия будут вестись один семестр, который мы поделим пропорционально. Сначала изучаем Историю Аугорелии, потому что вы тут учитесь и скорее всего останетесь жить, а затем пробежимся по остальным ключевым моментам. Записываем. Тема лекции: «Мироздание. Пришествие драконов». И еще один момент: наличие всех лекций проверяется на экзамене.

– У меня вчера пальцы отсохли, – поделился Гером, – Столько писали, что…

Удержалась, чтобы не хихикнуть. У вампира и отсохли! Смешно же…

– В тридцать шестом году до эры магии и драконов, в мире жили только люди. Они строили города, развивали скотоводство, развивались, насколько это вообще возможно, – декан улыбнулся, – Но человечество не ценило даров богов. Оно уничтожало природу, вырубало леса, убивало животных. Боги разгневались и послали на наш мир стихии. Кто может сказать, каким богам поклонялись люди?

Какая-то девушка с первого ряда подняла руку и эр кивнул ей для ответа.

– Адепта Мерина, первый курс, целитель. До эры магов и драконов люди веровали в языческих богов. Они считали, что у всего есть покровитель. У любви – богиня Афродита, у войны – Арес, у смерти – Гадес. Я читала про них. Но это было очень и очень давно. Сейчас никто не взывает к ним, и даже руин храмов не осталось в нашем мире.

– Верно. Это лишь малая часть, – декан облизнул губы и мне показалось, что все девчонки в аудитории томно вздохнули, – В тридцать седьмом году разразились война. Человек шел против человека, сын против матери, отец против дочери. Мировой переворот. Много смертей, урона природе…. Это была первая ступень ярости богов. Они чистили землю от недостойных. Потом огненная волна всколыхнула почву и возродило семя двух драконов, которые проросли в яйца и подарили жизнь чуду. Все драконы происходят от них и они являются нашими богами. Юнь и Азирис. С тех пор наш мир наполнен магией, а драконы защищают границы.

Тут я не выдержала и подняла руку.

– Адептка Раймос, первый курс, факультет Бедствия, – смущенно улыбнулась, потому что стоило сидеть на месте, а не высовываться, – Почему Вы считаете, что выданная Вами версия единственно верная?

Все знают, что первыми появились некроманты, потому что ходят рука об руку со смертью.

– Потому что, вы учитесь в Академии Бедствий, в драконьем государстве. А значит, готовы принимать знания, которые напрямую связаны с его коренным населением.

– Именно поэтому, в Драгане нет храмов других богов? А как же свобода веры?

– Это вы можете обсудить на религиоведении, которое у вас будет во второй половине года. Продолжим.

Конечно! Драконы просто напыщенные существа. Они построили мир, они защитники, они… Воры! Я читала в книжке, что ящеры не могут удержаться от данного недуга. Если завидят красивую вещицу, сразу тащат к себе в пещеру.

Видите ли была война… Да ничего не было. Изначально мир был населен всеми существами. Людей правда, было много и из-за этого в тридцать пятом году разразилась битва. Но и она не повредила численность. А вот болезнь, да… Она затрагивала только людей без магических способностей. Они сгнивали заживо. Именно поэтому встретить чистокровного человека редкость. Таких осталось очень мало. Магически пустых. Но и в таких экземплярах есть плюс. На них вообще никакое волшебство не действует.

Я писала лекцию под диктовку, особо не вдаваясь в смысл слов. Закончили мы на том, как провозгласили первого императора Киархона.

– Послезавтра у нас семинар. Те, кого назову приготовят рефераты. Итак, Резник, Ториниэль, Нормэн, Калисто. Ко мне подойдите за темами.

Звонок раздался ровно после его слов.

– Вечно мне везет, – Гером едва ли не бился головой об стол.

– Не знаю, как меня-то пронесло, – пробормотала я.

– Ты ответила на лекции, а он принципиально не нагружает тех, кто работает на уроке.

Голос подала – отработку не взяла. А мне нравится подход, правда, он совершенно не сочетается с моим намерением не высовывать голову.

Самая большая перемена в Академии – это обеденная. Её так и называют. После третьей лекции, которая длится два часа, наступает блаженный отдых за тарелкой супа. Остальные же переменки длились десять минут, которых хватало, чтобы добежать до нужной аудитории. Элементарно, даже в туалет сходить некогда, а если отпрашиваешься, то данный факт заносится в дело и учитывается при сдаче экзаменов. Так и подмывало спросить, какой полудурок придумал это правило.

Следующая лекция, была по магическим существам. И если все эра Кроувена боялись и уважали, то профессора Жерлин, терпеть не мог никто, судя по кислым лицам адептов старшеков.

Аудитория располагалась на третьем этаже, в правом крыле. Тоже большая, потому что предмет так же для общего развития.

И после «звонка», устроившись рядом с Геромом, я поняла, отчего к преподавателю такое предвзятое отношение. Она была похожа на ненормальную, в прямом смысле этого слова. Женщина влетела в кабинет, размахивая руками, словно пыталась отогнать от себя невидимых мух. Волосы спутались в колтун. Большой такой… Из него еще торчало сено. На кончик крючковатого носа съехали очки, а левый глаз дергался. Видимо, это нервное. Голос у Жерлин был монотонный. Из ряда тех, под которые засыпают смертным сном. Она зудела и зудела, а я думала, как мне держать глаза открытыми. Писала, но с такими жуткими сокращениями… Монотонно – не значит медленно. Но где-то посередине занятия, я очнулась от того, что услышала недостоверную информацию. И тьма дернула меня вставить свои пять монет…

И все бы ничего, но Жерло… Профессор Жерлин оказалась вредной особой. Да и я, в свою, очередь нахамила. Увы, привыкла отвечать резко, когда меня пытаются принизить. Преподаватель обозначила тему: «Связь». Немного в мире созданий, с кем действительно, мы можем связаться. Не просто подружиться, а именно образовать тонкую ниточку понимания и преданности. Дэра обозначила всех существ и добралась до коня масти «Цербер». И начала разглагольствовать о несуществующих параметрах подобных скакунов. Кто-то слушал внимательно, кто-то спал, а я кипела. И, как следствие, выступила против преподавателя, напрочь разрушив всю ее информацию, которые она вливала нам в уши добрые пятнадцать минут.

– Да что Вы себе позволяете, адептка Раймос, – шипела она, – Да вы хоть знаете, сколько лет я тут преподаю!

– Интересно, а если кто-нибудь встретиться с цербером, он выживет? Потому что коней растят под хозяина. Как только он родился. Редкий раз, когда взрослая особь сцепляется с человеком, эльфом, драконом. И скорее всего, незнакомца он просто затопчет, если он не знает одного единственного секрета.

– Позвольте узнать, какого же?

– Церберы разумны. Они понимают нашу речь.

– К ректору, – пропищала Жерло, – Живо!

–Из-за таких мелких разногласий, вы всегда отправляете к Главе Академии? – не удержалась я и получила довольные поддерживающие смешки сокурсников.

Дэра быстро написала что-то на бумаге, едва ли не протыкая его пером. Магически запечатала и сунула мне в руки.

– Свободны.

Вздохнула. Забрала вещи и поплелась на ковер. Что-то подсказывало, что ректор меня видеть желает в последнюю очередь.

Ректорат

Помощница встретила меня сдержанной улыбкой.

– Быстро Вы, однако, – выдавила она сквозь стиснутые зубы.

Ир`рэн Навии я явно не нравилась. Интересно, это из-за того, что ко мне в последние дни проявляют много внимания, или же по иной причине? Отношения между преподавателями и адептами строго запрещены, если, конечно, они не желают сочетаться браком.

– Не по своей воле, – тихо ответила.

– Вас, адептка, Раймос, уже ожидают. Удачи. Она потребуется.

Прошла немного и постучала в кабинет ректора. Помялась на месте, едва ли не прокусив нижнюю губу. Вот казалось бы – ни в чем не виновата, но ощущение косяка висит над головой.

– Проходите!

Сглотнула и закрыла дверь по ту сторону.

– Темного дня, ар ректор, – постаралась мило улыбнуться.

– Сядьте, Раймос.

Родрик Соул устало потер переносицу и зевнул, прикрывая рот рукой. Его волосы были распущены и ниспадали на плечи, под глазами залегли синяки, а кипа бумаг на столе со вчерашнего дня только увеличилась.

Протянула докладную и присела в кресло.

– Вульгарно вела себя на лекции, перечила старшим, хамила, – читал ректор, а я с открытым ртом слушала, – Слушаю Вашу версию.

Облизнула пересохшие губы.

– Все было на лекции хорошо. Тихо так, спокойненько. Дэра Жерлин начала рассказывать про коней масти «Цербер» и поделилась недостоверной информацией. Я ее поправила. Не скажу, что завязался спор, но признаю, что немного повысила тон.

– Вельямина, – Соул покачал головой, – Несмотря на то, что возможно, вы и были правы, опускать преподавателя перед лицом учащихся не стоило.

– Ар Соул, я… Вас уважаю, как высшего мага, как ректора Академии Бедствий, как… Того, кто мне помог и поможет с моей магией. Вы, действительно, уверены, что неправильная информация не выйдет боком адептам? Цербера представили, как умную лошадку, которую может подчинить любой. Но скорее всего, если к нему подойдет незнакомец, конь его затопчет, а потом и загрызет. Цербер не травоядный конь. Он хищник. Умный. Быстрый. И подчиняется только хозяину. Магия у него опять же своеобразная. У меня есть Мор. И он мой друг, с которым я с детства повязана. И я знаю, про что говорю.

Ректор вздохнул.

– Да знаю я все… Вы первая, кто решил перебить Жерлин. Она обычно отбивает всякое желание говорить. Я разберусь. Но, и Вам, Вельямина, это не пройдет боком. На неделю будете наказаны.

Первый день и наказание ни за что. Исса, тебе как обычно везет!

– И какое же наказание мне светит? – аккуратно поинтересовалась у мужчины.

– Полтора часа после лекций в библиотеке. Помочь разложить книги, протереть то, что запылилось и почитать то, до чего руки не доходили. В следующий раз, адептка Раймос, высказывайте преподавателю свои мысли наедине, если он не попросит дополнить материал на лекции. Это хотя бы не опорочит его в глазах адептов.

Я ушла из кабинета, пребывая в раздумьях. Возможно, ар Соул был и прав. Мне всегда сходило с рук то, что могла в любой момент заткнуть преподавателя. Кроме отца. А здесь… Другие порядки. И резкий тон воспринимался в штыки, когда при всех заявляют, что ты не изучила предмет полностью. Я так не говорила, но думала. Не считаю, себя виноватой, но теперь могу понять дэру Жерлин. Очень надеюсь, что ректор разберется с ее прорехами в знаниях. А мало ли, она не только про цербера наврала.

******

День выдался во истину гадким, и когда завалилась в постель, казалось, что подохну. Четыре лекции, три часа в библиотеке, где я отработала первый день наказания и подготовилась к завтрашнему дню. И все… Силы на исходе. За окном уже темнело, ужин давно прошел. Первый блин комом… Завтра три лекции и полдня свободного времени! На переписывание пропущенных лекций, на чтение заданного материала… Я и учусь. Сама от себя в глубоком шоке.

Поднялась с постели и разделась. Сегодня, по распоряжению ректора, мне на этаже сделали ванную, где был туалет, умывальник и посудина для мытья. Было приятно, что обо мне позаботились, ибо бегать на другие этажи за утолением нужд было дикостью и тратой времени. И на радостях, я полчаса отмокала в воде, наслаждаясь, как мышцы расслабляются, а настроение поднимается.

Спустя некоторое время, я сидела на постели и читала. Когда делать нечего, чтение помогает. Даже, если это первая лекция по магическим формулам. В руках вспыхнуло письмо и осело на простыне.

Вскрывать послание, я боялась.

Глаза страшатся, а руки делают… Так говорил папа, разрезая очередного жмурика.

«Дочь! Ты уже адептка Академии, хотя изначально я и не планировал этого. Планы поменялись и теперь тебе предстоит обучение. Свадьба откладывается на неопределенный срок. В целях твоей же безопасности, выходить из учебного заведения запрещаю! Как Мор доберется до дома, напишу письмо. Постарайся сохранить тайну о своем происхождении, как можно дольше и по минимому используй силу. Ректору можно доверять, но не забывай про клятву крови.

Мы с мамой тебя любим и защитим.

И Иссавель! Будь осторожна».

Быстро накатала ответ:

«Папа! Я буду благодарна, если вы вышлите мне немного простой одежды.

И я вас очень люблю и скучаю».

Широко улыбнулась.

– Свадьбы не будет, пока я учусь!

Но что случилось, раз отец переиграл все? Только что-то очень серьезное. Упертости ему, как и мне не занимать. Если что-то решил, то все… Проще утопиться.

В руках вспыхнуло пламя и послание отправилось адресату.

Я же чистая, довольная, взяла учебник и стала читать.

Хорошее завершение дня – залог прекрасного сна.

Глава 5. Размер имеет значение

Чихнув в одиночестве, посмотрела на грудь

и прошептала: «Расти большо-о-о-о-ой».

Прошло две седмицы моего обучения в ДАСиБ. Стерпится – слюбится, явно не про нее. Башня, хоть уже и обжитая, нагоняла тоску по моим родным апартаментам. Я откровенно начала сильно скучать по дому, по Мору, по родителям. Учеба забирала все время. Когда я что-то не читала – ела, или спала. Занятие с ар Соулом перенеслась на первый день этой седмицы. Ректора куда-то уже два раза вызывали. Слышала, что в императорский замок. Сегодня предстоял очень насыщенный день. За прошедшее время я успела отбыть наказание в библиотеке, поругаться с Дэрном, обласкав его букетом цветов, завести знакомства.

С однокурсниками отношения были прохладными. Но я и не рвалась со всеми подружиться.

Родители прислали сундук с одеждой, которую хоть в руки было брать приятно. Все же академическая форма была из жесткого материала. Матушка положила в сундук мою любимую вазочку с зачарованными черными цветами. Их вывел наш садовник, специально для меня, назвав сорт «Ивель».

Начало седмицы всегда было тяжким на подъем. И когда я умылась, расчесалась и оделась, в башню ворвалась моя новая знакомая. Эрита. Девушка-ураган.

– Первая практика! Звезда просто!

Эрита была заводилой. Она вспыхивала, как маг-факел, и так же быстро угасала, стоило лишить его магии. И вот сейчас, немного наводила панику.

Для меня практика была просто практикой. Не по нечистологии же, и ладно.

– Нас выведут в оранжерею и покажут изученные растения, – зевнула я, – Так что, – убрала волосы в тугой пучок, – Никаких звезд. Максимум, что нам грозит – поход к ректору. Но Кнопка – это не Жерло, а значит, будет терпеть всех первачей.

Дэра Кариандэль, была полуэльфийкой. Светлой. Кнопкой ее прозвали старшекурсники из-а маленького роста, тоненького голосочка и круглых очков, которые постоянно съезжали на кончик носа.

– Велька! Ну, поесть же охота еще.