- -
- 100%
- +
Глава 1
Моему возмущению не было предела:
– Наталья Петровна, этого не может быть. Я уже семь лет работаю в кадрах и никогда не делала ошибок в отчетах, понимаете? У меня все выверено. Десять раз перепроверю прежде, чем отправить.
– Девушка, – из трубки раздался спокойный голос инспектора фонда социальной защиты, – Программа не может ошибиться. И на старуху бывает проруха. Умейте признавать промахи.
Обреченно прикрыла глаза и подперла голову ладонью:
– И что теперь будет? Штраф?
– Пока рано об этом говорить. Присылайте исправленный отчет, а там посмотрим, попадете ли в список провинившихся. Если даже попадете, возможно, отделаетесь предупреждением, – безэмоционально отчеканила инспектор.
«Только этого не хватало», – пронеслось в голове.
– Спасибо, хорошего вам дня, – закончила разговор.
– До свиданья, – ответили на другом конце провода прежде, чем послышались короткие гудки.
Мда уж, дела… Ведь была уверена, что все сделала правильно. В нашей организации ошибался кто угодно, только не я. И тут – на тебе – прилетело. Прекрасно понимала, что вместе со штрафом получу клеймо на идеальной репутации и косые взгляды коллег.
Что вообще на меня нашло? Неужели отвлеклась или случайно нажала не ту клавишу?
В этот момент с бумажными стаканами капучино вошла моя напарница Ира. Девушка явно пребывала в отличном настроении.
– Из фонда звонили, – с ходу заявила я, стирая улыбку c ее лица. – Говорят, ошибка в прошлогоднем отчете.
Ира вдруг побледнела и воровато начала отводить взгляд.
– Всякое бывает, – суетливо пробормотала она.
– Да, но прежде никогда такого не было, – кивнула я.
– Заработалась. Устала. Тебе нужен отдых, – посоветовала напарница.
Насторожило, что на ней не было лица.
– Наверное, – я задумалась.
Желая все всегда держать под контролем, уже два года работала без отпуска. И тому были объективные причины: не успела прийти в офис, как обнаружила кучу допущенных предшественниками ошибок в документах. Первый год фактически занималась их исправлением и переделкой. И только на следующий перешла на «текучку».
С Ирой мы не сразу нашли общий язык. Девушку раздражал мой перфекционизм. До этого работала себе без проблем, получала зарплату, а тут выискалась такая умная я и сказала, что все ее документы попросту можно сдать в макулатуру, так как из-за неверного оформления они не имеют юридической силы.
– Чем тебе мешают эти папки? Директор в них не лезет, так как ничего не понимает. Всем хорошо. Так нет же, пришла в чужой монастырь со своим уставом, – возмущалась Ира.
– Так любая проверка за них привлечет, – не сдавалась я. – А я хочу спать спокойно.
Ира злилась, настраивала против меня коллектив, но, так ничего и не добившись, предпочла поддерживать приятельские отношения, что вполне устраивало…
– Неужели я в упор не вижу, что творю? – не унималась я. – Ну, как так?
Теряясь в догадках, открыла сетевую папку нашего отдела. В ней хранилась вся информация, на основании которой делала отчет. И, конечно, она оказалась неправильной. Ситуация начала проясняться: ошибка допущена не из-за невнимательности, а из-за неверных сведений о сотрудниках, но, если так, то ошибочные данные должны проходить через все документы. Неужели придется исправлять и их?
Открыла одно личное дело, другое, но там все было верно. Не поняла, как такое возможно? Ведь источник формирования личных дел, табелей и отчета был один, но в нем ошибка.
Задумчиво посмотрела на Иру. Девушка стала белее полотна и будто осунулась.
– Прости, – проблеяла она.
– Что? – до меня не сразу дошло, а, когда пазл сложился, чуть не расплакалась от эмоций: – Но зачем ты это сделала?
– Извини, – Ира явно нервничала и всем видом показывала, что сожалеет: – Помнишь ситуацию, когда директор объявил мне выговор? Я тогда сильно разозлилась. Думала, ты меня слила. На эмоциях поковеркала файл. А потом оказалось, что ты ни при чем, но я забыла исправить…
– Понятно, – менторским голосом прохрипела я. – Значит, когда придет штраф, иди к директору и объясняй, по чьей он вине.
Тогда молчание напарницы приняла за согласие, а спустя время шеф вызвал к себе в кабинет, чтобы сообщить о подорванном доверии и лишении премии на полгода. К слову, она составляла половину месячного заработка.
– Но это не я, – пыталась доказать свою правоту.
– Валентина, прекращайте, – не терпя возражений, скомандовал директор. – Я понимаю, что у вас комплекс отличницы, поэтому виноваты все кругом, только не вы, но мы все здесь взрослые люди. Научитесь нести ответственность за поступки и достойно принимать поражение. У меня все.
Ничего не видя на своем пути из-за застилавших глаза слез, влетела в рабочий кабинет и сразу же бросилась к Ире:
– Почему все ему не объяснила?! Это же ты сделала.
– Не понимаю, о чем ты, – отвела глаза девушка. – Отчет ведь твой.
– Ах, вот, значит, как мы заговорили, – отступая на шаг, с пониманием протянула я.
– У каждого бывают ошибки. Нужно быть внимательней, значит. Успокойся, – не глядя в мою сторону, пробубнила напарница.
– Успокойся, значит?! Успокойся?! – приблизилась вплотную. – Мразь! – я вылила ей в лицо стоящий на столе стакан с водой, поздно сообразив, что веду себя совсем неадекватно, но в тот момент хотелось убивать.
Ира медленно открыла глаза и произнесла по слогам:
– Только из уважения к тебе я сейчас не буду никак реагировать.
Совершенное безумство вмиг остудило пыл, но оставаться на работе больше не было сил. Уверенная в правильности поступка, написала заявление на увольнение и вернулась к директору.
Мужчина же решил, что горячусь, и спокойно отложил бумагу в сторону:
– Молодые – горячие, – невозмутимо констатировал он и предложил: – Отдохни пару дней, подумай. Если решение не изменится, я подпишу заявление. Если захочешь остаться, так же не буду возражать. Несмотря ни на что, ты устраиваешь меня как сотрудник.
Не желая продолжать диалог, быстро собрала вещи и вылетела из здания.
Уже стоя на автобусной остановке, позвонила Андрею – своему жениху, с которым сожительствовала второй год, и, ожидая поддержки, рассказала о внезапно свалившихся бедах. Парень выслушал, не перебивая, а потом произнес:
– Так ты что, останешься без работы?
– Скорее всего, да, уволюсь, – кивнула я, хотя понимала, что Андрей не увидит этот жест.
– Блин, Валя, так нельзя. Нам же нечем будет платить за квартиру. Послушай меня, успокойся, вернись в офис и попроси у шефа прощения, – посоветовал он.
– Что? – сказанное было шоком.
Ожидала, чего угодно, но только не этого. Конечно, понимала, что Андрей звезд с неба не хватает, но мог бы и поддержать как-то, взять на себя ответственность, пока буду искать другую работу. В конце концов, мы несколько раз жили только на мою зарплату, пока горе-жених находился в поисках себя. Сегодня он хотел быть охранником, завтра шел на курсы it, а послезавтра решал, что его конек – это продажи.
Как итог, куча потраченных на всякие курсы моих денег и перебивание с копейки на копейку до зарплаты в надежде, что однажды все изменится.
– Валя, зайка, ты же знаешь, как сильно я тебя люблю, но давай смотреть на вещи адекватно: нам нужны деньги. Скоро свадьба, а еще нужно оплатить за мою сессию, – уговаривал парень.
Точно, забыла, что он еще и заочно учился в университете.
– Они всегда нужны, – соглашалась я. – Но ты ведь работаешь. Вытянем пока на твои.
– Понимаешь, я сегодня уволился, – замявшись, начал оправдываться Андрей.
– Опять? – я поникла еще больше.
– Да, там шеф – такой козел. Знаешь, что…, – но дальше я не слушала, ведь и так знала, что скажет парень: на всех его работах либо директора-придурки, либо коллеги-завистники.
– Но у тебя же была заначка, – ухватилась за воспоминание, как за спасательный круг.
– Солнце, забыл тебе сказать, – вновь начал парень. – Мама очень сильно заболела. Нужны были деньги на таблетки.
– Черт побери, Андрей! Но она же работает! – я окончательно вышла из себя.
– Ты пожалела денег на таблетки моей маме?! – возмущению жениха не было предела. – Валя, я тебя не узнаю. Раньше ты такой не была!
– Извини, – взяла себя в руки я.
Пообещав жениху, что вернусь в офис, направилась в сторону бизнес-центра, но на полпути будто что-то щелкнуло в голове: что, черт побери, я творю? Сколько можно вести себя, как размазня? Андрей удачно уселся мне на шею и свесил ноги. Если в первые месяцы закрывала на это глаза, бесконечно давая жениху шанс и ожидая, когда он наконец возьмется за ум, то сейчас терпения не осталось.
Появление на горизонте прямой маршрутки к нашему дому восприняла как знак – и сразу проголосовала. По пути обдумывала речь, которую произнесу, войдя в квартиру. Хоть и понимала, что права, все равно переживала: не хотелось сгоряча совершить ошибку, о которой потом буду жалеть.
Еще в лифте услышала громкую музыку. Как оказалось, она раздавалась из нашей квартиры. «Что ж, хоть кому-то весело» – подумала я, открывая входную дверь.
Глубоко вздохнув и собравшись силами, вошла в квартиру – и тут же из головы выветрилось все, что приготовила. На нашей постели в порыве страсти сплелись два голых тела. В одном из них узнала своего благоверного.
Хотелось взорваться, но, поняв, что музыку все равно не перекричу, молча вошла в комнату и уселась на кресло напротив кровати. Внутри меня все кипело. Нервы были на пределе. По телу пошла мелкая дрожь.
Первой меня заметила девушка – и, громко вскрикнув, прытко слезла с Андрея, начав прикрываться. Парень не сразу понял, что произошло, а, когда наконец до него дошло, выкинул руки вперед и начал оправдываться:
– Это не то, что ты подумала, – было самым дебильным, что я когда-либо слышала.
Спокойно встав с кресла, выключила колонку и четко произнесла:
– Собирай вещи. Ты здесь больше не живешь.
– Любимая, не делай поспешных выводов, – засуетился Андрей.
– Так ты женат, придурок?! Ты же говорил, что живешь один в собственной квартире! Подарочки дарил, ублюдок! – заистерила симпатичная малолетка, на ходу одеваясь. – Я тебя ненавижу! – она начала мутузить Андрея, а тот лишь грубо ее отталкивал.
– Подарки, говоришь? – поняла я. – Так вот, значит, куда уходили деньги? А мне пел, что помогал маме.
– Так маме! – перебил парень.
– Что-то уж больно молодо выглядит Тамара Петровна. Даже не сразу признала. Ай-яй-яй, Анрюша, такой большой, а с мамкой спишь, – брызнула злым сарказмом.
– Да успокойся же ты наконец! – обратился парень к своей любовнице. – Не видишь, что все портишь? Давай, чеши отсюда.
Обозвав жениха всеми известными и неизвестными мне словами и прокляв на несколько поколений вперед, девушка все-таки ушла, громко хлопнув дверью.
– Валя, – запричитал жених, наконец обратившись ко мне. – Бес попутал, ну, серьезно. Не знаю, что на меня нашло. Знаешь, какие эти малые сейчас прошаренные? Задурила голову, а я и повелся, как дурак.
– Собирай вещи, – повторила я.
– Валя, Валечка, я же люблю только тебя одну. Физическая измена – это же не духовная, – не унимался он. – Обещаю, клянусь, этого никогда больше не повторится.
– Конечно, не повторится, – согласилась я. – Потому что я выкину тебя из своей жизни.
– То есть так, значит? – с напускной обидой спросил Андрей. – Я тебе что, игрушка? Пока было хорошо, так Андрюшенька то, Андрюшенька это. А как только потеряла интерес, то готова выбросить, как ненужную вещь? То есть это такая плата за все, что я ради тебя делал?
– О боги! – я закатила глаза, еле сдерживаясь, чтоб не накинуться на парня с кулаками. – Кому было хорошо? Тебе? Не спорю! Но вот мне что-то не очень. Я постоянно тебя тащила, ждала, когда одумаешься, одна оплачивала жилье, продукты, твои шмотки, а ты только катался как сыр в масле и постоянно ныл.
– То есть хорошего ты не помнишь, да? – возмутился парень. – Как встречал тебя с работы ужином, как постоянно прибирался в квартире к твоему приходу, ставил стирку?
– Мне нужен мужик, а не домработница. Извини, но твои услуги слишком дорого обходятся, – согласилась я.
– Если разлюбила, так и скажи, – драматично произнес парень. – Честно, ты сама виновата, что я изменил: довела. Нашла кого-то у себя на работе, так признайся. Думаешь, не замечаю, как ты поздно возвращаешься и не хочешь секса?
– Просто меня не возбуждают неудачники, – вырвалось то, чего совсем от себя не ожидала.
– Ну, давай, гноби. Конечно, ты же такая крутая: устроилась на хорошую фирму, где днями только бумажки перекладываешь и получаешь за это деньги, так теперь можно унижать меня. Ты изменилась, Валя. Когда-то я полюбил тебя другую. Но теперь передо мной чужой человек.
– Давай без драматизма, – попыталась закончить разговор, но ничего не вышло.
Андрей пытался давить на жалость, взывать к совести, ностальгировал и напоминал, как нам было хорошо вместе и как строили планы на дальнейшую жизнь, обещал, что усвоил урок и теперь все будет иначе, просил дать ему шанс, потом предупреждал, что пожалею, когда он всего добьется, но не примет обратно.
Честно, чуть не сдалась, но понимала, что люди не меняются и я не хочу жить с парнем, каждый раз гадая, одна ли у него. По-хорошему, надо бы выгнать его сразу, без разговоров, а не выслушивать жалкие оправдания. Мысленно обозвав себя слабачкой, все-таки выставила его за дверь.
И, дура, чуть не передумала, а потом всю ночь не могла уснуть, переживая, что парень без меня погибнет, периодически напоминая себе, что ему не мамочка…
Где-то посреди ночи, устав от безуспешных попыток провалиться в безмятежный сон, от ворочанья стерев щеки о подушки и сбив волосы в копну, решила, что, в принципе, новую жизнь можно начать прямо сейчас.
Подойдя к зеркалу, увидела в отражении симпатичную русоволосую девушку с милым лицом, большими зелеными глазами и почти идеальной фигурой.
В очередной раз огорчилась, что в личной жизни произошел облом, ведь никогда не была обделена мужским вниманием, к выбору спутника относилась достаточно скрупулезно, но почему-то в итоге всегда попадала впросак.
Поставив посреди комнаты мусорное ведро, с остервенением начала выкидывать оставшиеся вещи бывшего и его подарки, попутно вспоминая поводы их вручения… Огромный плюшевый мишка на мой день рождения – хоть станет меньше пыли, фен на восьмое марта – все равно в нем шнур отходит, набор косметики на новый год – вообще не угадал с цветовой гаммой… С каждой выброшенной вещью будто избавлялась от частички негатива в душе, но, когда дело дошло до помолвочного кольца, рука дрогнула…
Будто вчера был этот день. Накануне мы сильно ругались: я упрекала Андрея в отсутствии будущего, в лени и нежелании развиваться. Он обижался, что совсем его не поддерживаю, ведь знала, с кем связалась, а теперь гноблю. Короче, все, как всегда. И вот был обычный четверг. Очень устала на работе, поэтому в квартиру скорее ввалилась, чем вошла, а дальше – феерия: цветы, шары, Андрей на коленях, брызги шампанского – я даже расплакалась от эмоций и поверила, что будем вместе и на всю жизнь…
А через несколько дней случайно услышала телефонный разговор, в котором жених просил кого-то срочно одолжить ему денег. В тот момент внутри все оборвалось. Кинулась с расспросами. Парень разозлился, что лезу не в свое дело. Бил в грудь, какой он мужик, поэтому сам решит вопрос, а потом позвонила его мама и назвала меня фифой, обвинив в разводе сына на деньги и растратах на себя отложенной на его учебу суммы, из-за чего сыночку грозит отчисление.
Я выпала в осадок и потребовала у Андрея объяснений, ведь с собственной зарплаты докладывала ему на учебу, а это ни много, ни мало, а основная часть суммы.
Парень стал оправдываться, что испугался расставания, ведь не может без меня жизнь, поэтому вместо оплаты универа купил кольцо. Получается, я сама его себе подарила. Тогда его уговоры снова подействовали, ведь я до последнего надеялась на лучшее, пытаясь пережить искусственно созданные временные трудности и транслируя окружающим картинку идеальных отношений.
А ситуацию с учебой, как настоящий мужик… решила сама…
Все же расставание в восемнадцать лет, когда впереди целая жизнь и куча времени, чтобы успеть выйти замуж до тридцати, – это одно, а остаться ни с чем в двадцать семь оказалось даже как-то страшно, кто бы что ни говорил о реалиях и взглядах современного мира на институт брака.
В очередной раз осознав, какая же дура, расплакалась от жалости к себе, даже, скорее, разрыдалась. Голосила так, будто кто-то умер, позабыв о глубокой ночи на дворе.
В какой-то момент раздался звонок в дверь. Вмиг успокоившись и испугавшись выговора от соседей, решила, что не буду открывать, но пришедший не сдался так просто, повторив вызов.
Смирившись с незавидной участью, отправилась открывать… К удивлению, ночной гость оказался еще страшнее, чем в фантазиях. Нет, мужчина вовсе не был уродом: высокий, широкоплечий, отлично сложенный, с брутальными чертами лица, но от него исходила тяжелая энергетика силы и опасности.
– Извините, – проблеяла я, попятившись назад.
Сосед медлил с ответом, нескромно изучая меня с ног до головы. Хоть и стояла в легком халате, ощутила себя обнаженной под таким пристальным взглядом, а еще почувствовала, как загорелись уши.
– Не квартира, а дурдом, – наконец будто выплюнул он низким голосом. – Днем стонете от удовольствия, ночью рыдаете, как белуга. Вы вообще спите когда-нибудь?
Поняв, о каких стонах идет речь, чуть не провалилась сквозь землю.
– Что молчишь? Язык проглотила? – будто следователь, вернул в реальность сосед.
Почувствовала себя ребенком перед строгим учителем.
– Днем… это была не я, – только и смогла выдавить, запоздало сообразив, какой жалкой, наверное, кажусь в его глазах. – Извините, постараюсь страдать потише, – пообещала я.
– Иначе я тебя успокою… раз и навсегда, – задумчиво и серьезно произнес мужчина.
От его тона стало не по себе. Как реагировать на эту фразу? Это что сейчас было: угроза? Какой-то маньяк, ей-богу. По позвоночнику пробежала холодная дрожь.
Побледнев, уже хотела закрыть дверь, как услышала звук открывающейся двери лифта, и в следующую секунду взору предстал несостоявшийся жених.
– Что, любовничка выпроваживаешь? – сходу предъявил он. – Так и думал, блядь.
– Андрей, это не то, о чем ты подумал, – зачем-то начала оправдываться я.
В этот момент жених оглядел соседа и, поняв, что уступает по силам, даже не стал дергаться в его сторону.
– Заткнись, Валя. И не делай из меня лоха, – обратился ко мне. – Нашла другого – так и скажи. А я-то думаю, в чем дело? Валечка то, Валечка се. Валечке – колечко, предложение. Мечтал, чтоб вместе и навсегда, а ты только носом воротила и отмазки искала, чтоб меня слить. Слышь, мужик, – повернулся к соседу, – Нахуй тебе нужна эта мразь? Все равно на одном члене не усидит и всегда будет смотреть налево, потому что натура блядская.
– Цирк, – спокойно, но громко заключил сосед, скрестив руки и еще раз осмотрев меня с ног до головы. – Короче, я спать. И не советую мне мешать.
Вроде, и не сказал ничего грубого, но я снова почувствовала какой-то животный страх. Даже разгоряченный Андрей осекся, интуитивно поняв, что от мужчины исходит опасность.
Когда сосед наконец ушел, я начала закрывать дверь, как услышала Андреево:
– Не пытайся сбежать. Нам надо поговорить.
Но, решив, что общаться с ним не о чем, наконец защелкнула замок и пошла спать. А кольцо, кстати, все же решила оставить, рассудив, что, раз куплено за мои деньги, то мое.
Глава 2
Назавтра, как ни странно, проснулась в пять утра. Взбудораженное состояние мешало дальнейшему отдыху, поэтому пришлось встать.
Несмотря на внутреннюю бодрость, из отражения на меня смотрело замученное жизнью существо.
Хотелось как можно скорее позвонить одной из подруг, чтобы поделиться случившимся и получить порцию поддержки, но вовремя напомнила себе, что за время встречаний с Андреем напрочь стерла следы из их жизней, поэтому эгоистично будет дергать девчонок, чтобы поплакаться, да еще и в такую рань.
Даже магазины еще были закрыты. Находиться в квартире больше не хотелось. Мне вдруг стало в ней тесно и душно.
Решив, что новую жизнь нужно начинать с полезных привычек, стала собираться на пробежку. К огромному удивлению, обнаружила, что у меня практически нет подходящей одежды. Если со штанами и майкой еще можно было что-то решить, то вопрос обуви оставался открытым. Но, как говорится, «вижу цель – не вижу препятствий». Достав из закромов шкафа старые, но жутко удобные балетки, решила надеть их. С волосами не стала заморачиваться, заплетя их в тугой пучок. Про макияж речи вообще не шло. К двадцати семи годам научилась разбираться, где он уместен, а где – нет.
Не успев выйти из подъезда, отметила, что, несмотря на середину лета, с утра на улице было прохладно – отличный мотиватор, чтобы скорее совершить задуманное. Тем более, рядом не было ни одной живой души.
Сначала бежать было легко и даже в удовольствие: я любовалась природой, слушала стрекотание насекомых, пение птиц и чувствовала себя частичкой чего-то огромного. Но спустя несколько минут неподготовленные мышцы дали о себе знать – и дыхание сбилось. Перестав замечать красоту окружающего мира, поставила цель добежать хотя бы до середины парка. Ноги стали будто деревянными, но я упрямо отказывалась сдаваться, словно от этого зависела моя жизнь. Но, когда почти добежала до нужной точки, не успела перевести дыхание, как буквально почувствовала чей-то тяжелый взгляд в затылок.
Обернувшись, увидела быстро настигающего меня ночного гостя. Мужчина казался огромным, словно стена, а выражение его лица не предвещало ничего хорошего. Первой мыслью было, что он специально за мной следил, ведь угрожал накануне. Вот же злопамятный! Эпичная ситуация: девушка, пустой парк, злой мужик. Дальше воображение нарисовало сводку криминальных новостей района о найденном теле молодой особы.
Накрутив себя до суеверного ужаса и позабыв об усталости, со всех ног ринулась наутек, вдруг поняв, что означает «второе дыхание».
Как назло, парк все никак не заканчивался, а навстречу не выходили люди. Недоумевала, куда, черт подери, делись все собачники и спортсмены нашего района?
И именно в тот момент, когда перестала чувствовать ноги и поняла, что даже под угрозой смерти не смогу сделать ни шагу вперед, на горизонте появилась молодая женщина с питбулем.
– Помогите, – прохрипела я, а картинка реальности ускользнула раньше, чем поняла, услышала ли она…
… Безмятежный сон прервало чье-то остервенелое похлопывание по щекам. И тут я вспомнила, что уже просыпалась этим утром.
– Девушка, с вами все в порядке? – взору предстала обеспокоенная женщина. Она была так напугана, что, казалось, вот-вот упадет рядом.
– Да, все хорошо, – приподнявшись на локтях, заверила я – и тут же вновь чуть не потеряла сознание: в паре шагов от нас стоял зловещий сосед. Его лицо не выражало никаких эмоций, но взгляд прожигал.
Заметив мое волнение, женщина еле слышно шепнула:
– Вы его боитесь? Может, вызвать полицию?
Я отрицательно мотнула головой, сообразив, что это будет выглядеть странно, ведь, по сути, мне и предъявить-то мужчине нечего, поэтому сослалась на неподготовленный к спорту организм и отсутствие завтрака, а затем попросила просто провести меня до дома.
Женщина согласилась, объяснив, что ей все равно нужно выгулять пса.
Сосед лишь хмыкнул что-то неопределенное и продолжил пробежку. Пока шли к дому, я никак не могла успокоить внутреннюю дрожь. Головой понимала, что мои страхи, скорее всего, надуманы, но было в мужчине что-то такое, что заставляло бояться его, как огня.
Дома первым делом взглянула на часы. Казалось, прошла целая вечность, как вышла на пробежку, а по факту – лишь полтора часа. Еле дождалась восьми, чтобы устроить обзвон по подружкам.
В итоге одна сказала, что занята и наберет позже, другая вообще не подняла, третья так сухо ответила, что тут же перехотелось с ней делиться бедой, а четвертая сходу выговорила за то, что, когда все было хорошо, о ней не вспоминала, а, как стало плохо, решила загрузить своим негативом. Я не стала объяснять, что ничего хорошего практически и не было, а горькой правдой делиться не хотелось, чтобы не получить кучу упреков, осуждений и обвинений в глупости и безрассудстве. Что ж, пришло время пожинать плоды своих заслуг.
Пострадав на тему отсутствия в мире настоящей дружбы и любви, начала просматривать в интернете объявления по сдаче жилья, ведь решила во что бы то ни стало съехать подальше от стремного соседа и воспоминаний о прошлом.