Поездка в Петербург. Повесть о любви и семейных узах

© Мила Сережина, 2026

ISBN 978-5-0070-5786-8

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Мила Сережина

Поездка в Петербург

Повесть о любви и семейных узах

Моей любимой семье в память о моих родителях

Рэй Дуглас Брэдбери

Глава 1. Благоухание образованности

Был ли прав Лев Николаевич Толстой, утверждая, что все счастливые семьи похожи друг на друга? Анна закрыла книгу, отложила ее в сторону. Ей часто хотелось найти объяснение этой загадочной фразе. Она четко осознавала, что такое быть счастливой в ее личном понимании: ценить все то, что она имеет в каждый момент своей жизни, и всегда стремиться к самосовершенствованию. Девушка знала, что такие же взгляды на счастье и у ее близких: они часто обсуждали воскресными вечерами то, чего достигли, то, чему были благодарны в жизни, и, конечно, строили планы на несколько шагов вперед, потому что всегда видели множество возможностей в своей жизни для саморазвития и укрепления семейных уз.

А судьи кто? От этой мысли Анна слегка нахмурилась. Ей, двадцатилетней аспирантке дипломатической академии, первого года обучения, в обычной жизни всегда казалось странным и неприемлемым, если кто-то сам брал на себя роль судьи. Однажды она прочитала статью в одном психологическом журнале о существовании в обществе «ложных судей». Автор статьи размышлял на тему, почему часто люди считают свои оценочные суждения действительными не только для себя, но и для других людей. «Судьи без судейской мантии» — так окрестил автор статьи этих людей.

Анна понимала, что изменить мир она никогда не сможет, как учит целая армия мудрейших из мудрейших, чьи голоса звучат сквозь века. Меняйте свое отношение к услышанному, к увиденному, к прочитанному — советуют и современные гуру. Однозначно верно, считала девушка, однако осознавала, что это не ответ на вопрос, а это принятие собственной позиции по отношению к таким судьям без судейской мантии.

Поэты и писатели часто пишут о семейном счастье, но видят его по-разному. Каждый из них исходит из личного взгляда на мир и собственной трактовки понятия «счастливая семья». Часто считают счастье не ценностью и благодарностью за то, что имеешь, а за счастье принимают личные чувства, качественные характеристики отношений: и любовь, и доброту, и терпение, и откровенность, и отзывчивость. Анна понимала, что каждый человек уникален, и именно поэтому была уверена в том, что никто не вправе судить другого человека только потому, что он так думает, что это его ценности.

В семье Анны считали аксиомой, что семья для человека — это островок безопасности, уюта, добра, уважения и счастья. Такое представление о семье чаще всего проходит красной линией и в литературе большинства стран мира. Но есть и произведения, где семейные отношения — это не добрые отношения, а «больные», и, к сожалению, популяризация таковых не приносит пользу, как образец архитектуры семьи не созидающей, а разрушающей. Но мир построен именно на семье, где формируется личность, где на первом месте — уважение и любовь, понимание и «услышание» друг друга, где семейные узы скрепляют всех членов семьи в единое целое.

Только в семье, построенной на здоровых отношениях, утверждаются нравственные ценности и созидательные принципы, а образование осмысливается как путь воспитания и обучения, на котором старшее поколение становится примером для младшего, помогая ему со временем обрести ту же зрелость.

Все наследие мира, оставленное предыдущими поколениями, служит этой самой важной цели — ценности семьи, образования, духовности.

Анна нежно погладила ладошкой темно-синюю кожаную обложку книги с необычно деликатным тиснением, которая лежала рядом. Затем медленно перевела взгляд на стоявшую рядом с книгой изящную рамочку. На вставленном в рамочку листе красивым почерком бабушки Елены Максимовны были выписаны слова: «Принадлежность к избранному кругу людей благовоспитанных и отличающихся изяществом, блеском, и, так сказать, благоуханием образованности. Петр Андреевич Вяземский». Как мудро, искренне красиво и ясно!

Анна часто думала, почему из огромного количества цитат об образовании бабушка выбрала именно эту и подарила Анне в тот день, когда она стала студенткой дипломатической академии. По традиции она позвонила сначала бабушке Елене Максимовне и дедушке Роману Михайловичу и прочитала приказ о своем зачислении в академию. И уже вечером, в теплый августовский день, когда вся семья собралась на даче, бабушка вручила внучке этот подарок. Важность образования в семье — это тот маршрут человека интеллигентного и образованного, который шел через все поколения. Но девушке важно было понять мотивы бабушки, и однажды, когда они коротали вечер у камина на даче вдвоем (дедушка еще работал в своем кабинете), Анна спросила у бабушки, которая сидела с ней рядом на уютном диване, об этом.

Бабушка с особой мягкостью в глазах посмотрела на внучку:

— Любимая, я чувствовала, что ты обязательно спросишь меня об этом. Твой первый взгляд на меня, когда ты прочитала в тот августовский вечер написанное в рамочке, ясно мне дал об этом понять. И я рада, что ты меня сегодня спросила. Это же только мое мнение и понимание этих слов, но я вижу, как они важны и для тебя, Анюточка. И мне это искренне приятно и важно, — огромные голубые глаза бабушки светились молодо и счастливо.

Анюта с благодарностью погладила теплую бабушкину ладошку и прижала ее к своей щеке. Это был особый жест благодарности и уважения Анны к бабушке Елене.

— В «Записных книжках» Петра Андреевича Вяземского, первоначально изданных еще в царской России, случайно встреченных мной на полке в университетской библиотеке, я прочитала эти слова. Залпом, в один вечер прочитала всю книгу. Утром книгу надо было нести в библиотеку, потому что она числилась в фондах читального зала, где книги выдавали домой только на ночь. Уже светало, когда я завершила, и мы с дедушкой пошли в университет. В этот день впервые в жизни я прогуляла занятия, просидев в университетской библиотеке с этой книгой, выписывая цитаты. Дедушка на занятиях трудился за двоих, долго уговаривал старосту не отмечать мое отсутствие в журнале. Чтобы убедить его в том, что я не просто не пришла на лекцию, а занимаюсь в библиотеке, он даже привел его ко мне, — очаровательные глаза бабушки в этот момент лучились счастьем и глубоким уважением к дедушке, — но староста был суров и справедлив. Это был мой единственный прогул в жизни.

Для Анны отношения бабушки и дедушки, мамы и папы, их взаимное уважение друг к другу всегда были образцом надежной и доверительной семьи. Она мечтала, чтобы и в ее собственной семье продолжались те же добрые и уважительные отношения, где супруги смотрят на мир глазами друг друга, где царят доверие и взаимная поддержка.

— Да, Анюточка, именно эта цитата произвела на меня самое большее впечатление именно той новизной в признании важности быть человеком образованным, через сочетание «благоухание образованности». Я ведь даже на одной из студенческих конференций выступала с докладом по этой теме. Мой доклад имел феерически восторженный успех, я не шучу, любимая. Наши студенты стремились к образованию, и высшее образование получали как желание стать человеком с большой буквы, а не просто ради получения диплома для чего-то карьерного. Мне кажется, что у нас и в мыслях такого не было. Каждый из нас мечтал быть не просто образованным человеком, но и интеллигентным.

Один из наших знакомых студентов до поступления на наш факультет уже окончил Тартуский университет и вдохновенно рассказал нам о Юрии Михайловиче Лотмане, своем любимом преподавателе этого университета, о его взглядах на интеллигентность.

— Бабуля, — Анна воспользовалась той паузой, которую выдержала бабушка, внимательно посмотрев на книги, лежащие на журнальном столике перед диваном, — я видела в интернете лекции Лотмана, это, наверно, тот самый?

— Да, любимая, мы с дедушкой постоянно пересматриваем эти лекции — прекрасное сокровище человеческой мысли. Посмотри, любимая, эти записи надо слушать и в школах, и в университетах, — бабушка быстро подошла к столику, взяла саму последнюю книгу из аккуратной стопочки на краю стола и принесла ее. Анна увидела внизу на обложке название «Культура и взрыв».

— Это последняя прижизненная книга Юрия Михайловича. Искренне признательна тем издательствам, которые такие книги издают и в наши дни. Должна сказать, что это бывает не так часто, как многие любители книг этого желают. Я и сама прочитаю иногда в электронном виде книгу какого-либо автора, но купить ее не могу, не переиздается. Хорошо, что есть сегодня возможность напечатать такую книгу «по требованию». Сама знаешь, Анюточка, уже целая полка таких книг у дедушки в кабинете стоит, и совсем не представляю, если бы такой возможности у нас не было, — бабушка сохраняла истинное спокойствие и улыбку на лице, как обычно, даже в таких случаях, когда что-то идет не так, как бы хотелось.

— Вот так и прониклась я чувством особенного уважения к этой фразе «благоухание образованности». Мы в своей студенческой компании часто рассуждали на эту тему. Одни считали, что это свидетельство богатой речи человека, это точное выражение мысли словами; другие говорили, что это манера поведения человека, уважение им личного пространства других; а еще были мнения, что это независимость и свобода на собственное мнение, но с ответственностью за свои действия и слова, а также умение находить красоту во всем окружающем.

— А ты бабуля, что ты сама думала и думаешь сейчас? — Анна видела, что взгляд бабушки устремился куда-то внутрь себя, как обычно только она умела это делать.

— Знаешь, моя красавица, это и понимание безбрежности непознанного, это и понимание мотива поступков других людей, это и способность воспринимать и сопереживать, это и умение видеть объемную картину мира, это и уважение к каждому человеку и миру в целом. Именно все это и помогло мне глубже понять смысл выражения «благоухание образованности».

— Спасибо, бабуля. Ты у нас лучшая!

— А никто и не сомневается, Анюточка! — голос дедушки Романа, спускающегося по лестнице, мгновенно изменил обстановку.

— Вот, любимая, а спроси теперь и своего гениального дедулю, — с особой лаской в голосе и восхищенной улыбкой на лице прозвучал голос бабушки.

— Слышал, слышал, мои любимые девочки. У меня точно есть особое, как всегда, мнение, но не отличное от бабушкиного по сути. Но могу только дополнить, соглашаясь со своей любимой Леночкой. Благоухание образованности — это еще и умение сложное сказать простыми словами, но, должен сказать, без накопленного культурного капитала — знаний, традиций и ценностей — это невозможно.

— Дедуль, а уметь слушать и слышать человека — это тоже благоухание?

— Однозначно, моя красавица! И знаешь, я бы еще одно, имеющее принципиальное значение, выделил в этом вопросе: часто люди цитируют известных и неизвестных людей, и это прекрасно, много мыслей уже сказано, но если говорить о человеке с благоуханием образованности, то только о таком, который это делает не для того, чтобы блеснуть, а потому что строка пришла к нему из глубины самого сердца, — дедушка сел на диван рядом с внучкой.

— Дедуля, я обожаю тебя, ты всегда чувствуешь самую суть вопроса. Вы с бабулей мои семейные мудрецы! Я люблю вас, мои золотые! — девушка обняла одной рукой дедушку, другой — бабушку.

Бабушка Елена и дедушка Роман были выпускниками факультета Московского государственного университета имени М. В. Ломоносова — Института стран Азии и Африки. Полученное образование служило им возможностью видеть мир в своем разнообразии. Знание нескольких иностранных языков стало для них воротами в погружение особенностей разнообразных мировых культур. Для Анны они всегда были образцом истинной интеллигентности и образованности.

Девушка часто с удовольствием и особой нежностью вспоминала свои разговоры с дедушкой и бабушкой. Это был непревзойденный опыт общения мудрости, образованности и искренности. Их жизненный опыт, знания и доброта вселяли в девушку уверенность и наполняли ее позитивными эмоциями. Она вспоминала эти восхитительные моменты диалогов и бесед с благодарностью, а ее сердце наполнялось теплом, нежностью и любовью к бабушке и дедушке.

Анна взглянула на часы: на даче ее семья сейчас ужинает. Представила, как сейчас там уютно и тепло: пахнет пирогами, на столе фрукты и овощи с дачного огорода, соленья и варенья, приготовленные бабушкиными и дедушкиными руками, а в центре стола всегда традиционно возвышалась ваза на высокой ножке с особенно любимым в семье «Царским изумрудным вареньем» из крыжовника. Его готовили по особому рецепту: основой варенья служил настой из вишневых листьев, благодаря которому варенье обладало не только изумительным ароматом, но и красивым изумрудным цветом. Ягоды в нем получались полупрозрачными, сочными. А также по краям стола всегда ставили по кружевной корзинке яблок. Девушке неожиданно показалось, что сейчас здесь, в городской квартире, комнату заполняет сильный, пряный аромат яблок любимого сорта дедушки — Антоновка.

Она снова перевела взгляд на зеркало во всю стену. Из зеркала на нее смотрела домашняя милая девушка с уложенными с утра волосами, как говорил дедушка, цвета шоколадного бархата, чуть ниже плеч, с нежной белоснежной кожей и едва заметным румянцем на щеках. Оливковые глаза блестели от удовольствия редкого одиночества, приятных воспоминаний и мечтах о желаемом. Анна поднесла руку к волосам, пригладила выбившиеся несколько прядок. Взяла в руку телефон, пробежала по экрану взглядом, увидела сообщения в «ВКонтакте»: с утра целых сто. Механически отключила телефон и похвалила себя: молодец, есть привычки у каждого человека, от которых он в один миг решает избавиться. И это была ее маленькая победа, которой она искренне гордилась перед самой собой. Вечером в пятницу сообщений в социальных сетях Анна не читала.

В правой тумбочке стола в нижнем ящике в белой прозрачной папочке лежал договор с собой, написанный в канун Нового года ею же, самостоятельно, от руки, любимой ручкой с черной пастой, подаренной самым любимым человеком на земле. Папочка потому и была выбрана прозрачная, чтобы, увидев ее, Анна сразу же могла прочитать весь написанный текст. К письменному договору с собой она пришла после чтения дневников русского и советского писателя Михаила Михайловича Пришвина. Его рассказы о природе и животных ей часто читали в детстве, и, когда однажды в библиотеке академии ей попал на глаза один из томов дневников Пришвина, она решила просто почитать. Однако оказалось, что и в дневниках было много записей о природе и животных, но в то же время и много описанно ситуаций организации жизни самого писателя. Вот тогда девушка и заключила с собой договор на отказ от нескольких привычек, которые она сама считала непродуктивными, и была уверена, что совершенствование себя возможно не только через приобретение новых привычек, но и через отказ от тех, которые тормозят продвижению к цели по выбранному маршруту.

Анна посмотрела на большое, до пола, окно. Бежевые портьеры еще спокойно покоились по бокам окна, нижний край красиво лежал на полу. За окном уже вечерело: мягкий оранжево-фиолетовый свет с проблесками освещал небольшие тучки на лиловато-сиреневом бархатном звездном небе. Но тучки постоянно находились в движении, как будто почувствовали на себе дыхание приближающегося ветра. Комната медленно и, как показалось девушке, лениво погружалась в вечернюю негу, когда только-только тронутые бледно-розовыми мягкими лучами еще не зашедшего за тучи солнца на шторах начинали вырисовываться ветки большого дуба. Анна всегда сравнивала этот старый дуб у дома под окнами их квартиры с дубом из фильма «Война и мир» по роману Льва Николаевича Толстого, когда писатель описывает его величие и олицетворенное обновление на второй встрече Андрея Болконского с дубом.

Этот уникальный дуб рос у дома семьи Анны, как говорят старожилы, с незапамятных времен. Девушка слышала, что, когда планировали строить этот дом, было принято принципиальное решение: дуб, как раритетную гордость города, не трогать. Анна помнила с детства рассказы об этом дубе от бабушки и дедушки. Студентами они часто встречались по вечерам всей своей компанией под этим дубом. Кто-то из жителей недалеко расположенных деревянных двухэтажных домов, которые сегодня уже снесены, соорудил из подручного материала рядом с деревом простые скамейки без спинок, а молодежь облюбовала это место для встреч. Слушали музыку, танцевали, обсуждали последние события в городе и мире, прочитанные книги, открывающиеся выставки, кинофильмы в кинотеатрах. Но приходит время перемен, меняется облик города и старых домов, и дворов. В альбоме у бабушки и дедушки сохранилась одна-единственная фотография, где они вдвоем на этой самодельной лавочке под развесистым дубом — молодые и счастливые. Каждый раз, когда находилась на даче, Анна любила рассматривать старые альбомы и всегда в первую очередь открывала альбом с этой очаровательной и вдохновляющей фотографией.

Девушка мягко потянулась и легко соскользнула с уютного кресла, словно погрузилась в тишину комнаты. Ноги мягко почувствовали теплоту тапочек-сабо, в которые так быстро уже успели устроиться ее маленькие ножки. Протянула руку к столу, нажала на кнопку изящной настольной лампы, подаренной в прошлом году дедушкой и бабушкой, мягкий свет остался только на стене от бра у кровати.

Анна открыла дверь своей комнаты, привычка работать за закрытой дверью была у нее с той поры, когда она пошла в школу. Тогда ей казалось, что она стала взрослой, ученицей, и этот нежный мир ее обитания никто нарушать без ее разрешения не может. Тишина коридора оглушила девушку, словно квартира была пуста и одинока. Так было всегда, когда родители с братом Вадимом уезжали на дачу в пятницу. Если у брата в школе была пятидневка, и он с удовольствием выходные проводил с родителями на даче у дедушки с бабушкой, то в ее академии, когда она была еще студенткой, занятия в субботу были именно у «международников-гуманитариев», да ко всему и по четыре пары. Но и сейчас на первом курсе аспирантуры основные занятия у нее были именно в субботу.

Анна еще студенткой на третьем курсе выбрала специализацию по международному гуманитарному праву. Объяснить сегодня даже себе, почему именно эту специализацию она выбрала, было с первого раза не совсем и просто, но со второго — абсолютно просто и ясно: надо быть честной в этой ситуации, на это повлиял выбор научного руководителя, преподавателя кафедры международного гуманитарного права Татьяны Григорьевны Чаховской, человека в академии самого интеллигентного и образованного, что в студенческих кулуарах было признано однозначно. Именно о таких людях в России ХIХ века говорили, как у Петра Андреевича Вяземского в его записных книжках: они отличаются изяществом, блеском и благоуханием образованности.

Какое это очаровательное созвучие — «благоухание образованности»! А может ли она, девушка ХХI века, говорить о людях точно так же? Все ее близкие получили образование в вузах страны, воспитывались в семьях, где ценились образование, нравственность, личность. Но она никогда не задумывалась о близких, как о людях с «благоуханием образованности». Сегодня она понимала, что совсем зря, даже несправедливо. Всегда человеку кажется, что это было где-то там, далеко, в другое время, с другими далекими людьми. Девушке захотелось погрузиться в феномен этого явления, но тут же решила, что об этом она обязательно еще подумает, как думала она еще в подростковом возрасте точно так же, как ее любимая Скарлетт из романа Маргарет Митчелл «Унесенные ветром». Правда, иногда девушка признавалась самой себе, что давала себе «слабинку подростка», когда дела не были первоочередной важности. Но вкусы меняются, и сегодня у нее уже другие герои и кумиры, которые дела не любят откладывать и живут здесь и сейчас. И она всегда знала, что ее родные, интеллигентные люди в полном понимании этого значения для нее, с той изысканностью образования, которое она точно может характеризовать понятием «благоухание образованности».

Анна ценила тот образ жизни, который был в ее семье. С детства она, а затем и Вадим, жили в атмосфере уважения к себе, к людям и ко всему, что их окружало. Бабушка Елена часто повторяла, что все важное между людьми происходит из чувства уважения друг к другу. Любовь — важное чувство в жизни, несмотря на то, что каждый понимает это чувство по-своему. Анна особенно поняла это, когда прочитала лет в шестнадцать роман Эмили Бронте «Грозовой перевал», а затем «Цитадель» Арчибальда Кронина. В них слово «любить», «любовь», встречаются часто, однако нет элементарного уважения людей друг к другу, к их интересам, принципам и свободам. Анна называла именно такие отношения «больными» отношениями. Для девушки понимание семьи всегда строилось на уважении к каждому ее члену, как было в их семье, где во всем достигалось взаимопонимание.

На первом курсе на лекции она услышала слова, приписываемые в разных источниках Геродоту, древнегреческому историку, о том, что если не высказываются противоположные мнения, то не из чего выбирать лучшее. Именно через эти согласования учета мнения каждого в их семье был единственный маршрут от точки начала до точки финиша при принятии любого решения, однако с использованием тех индивидуальных средств, которые не ущемляли интересы других.

Уважение всегда первично в семейных отношениях, считал и дедушка Роман. Он был уверен, что многие из его друзей потеряли свои первые семьи, созданные еще в юности, в студенческие годы, именно из несформированного в детстве чувства уважения к другому человеку. Уважать — это ежедневный труд, даже уже при сформированном чувстве, а те, кто не награжден этим даром, во всех своих проблемах винят только другого человека.

Чувство уважения можно сформировать — и в этом были уверены и бабушка с дедушкой, и родители Анны — только образом жизни старшего поколения в семье. Анна на втором курсе при подготовке курсовой работы по педагогике прочитала работу Карла Густава Юнга о значении родителей для судьбы ребенка, написанную еще в начале ХХ века, где встретила слова о том, что дети воспитываются бессознательным, нравственным поведением родителей, гораздо меньше — их осознанными речами и благими намерениями. И после прочитанного записала в своем тексте курсовой как заключение: неважно, что говорят воспитатели, важно, что делают сами и какими принципами при этом руководствуются.

Девушка часто возвращалась к своему детству, такому уютному и теплому, которое наполнило ее жизнь красотой мира, прекрасными встречами с людьми, книгами, добрыми впечатлениями от путешествий, знакомством с миром искусства, достопримечательностями, созданными руками людей всего мира. Ее детство было обогрето золотом солнечных лучей, добрыми руками близких, заботой, любовью и уважением. Сейчас девушка понимала, что та атмосфера семьи, которая в их родословной формировалась веками, уважение к знаниям, творчеству, успеху и, самое главное, к самосовершенствованию через самообразование, стали основой и ее мировоззрения и мироощущения. Теперь уже они с Вадимом станут проводниками этого состояния «благоухания образованности» и в своей жизни следующим поколениям их семьи.

Детство — как важный период жизни каждого человека — стало для Анны стартом в самостоятельную жизнь через уважение и незабываемое очарование «погоды детства». У поэта Варлама Тихоновича Шаламова есть прекрасное стихотворение «Я забыл погоду детства», о котором она узнала от своего испанского друга, когда тот однажды принес ей в подарок небольшую книжечку стихов этого поэта. В памяти автора остались «васильковые дороги в красном солнце детских дней, запах ягоды-кислицы, можжевеловых кустов».

Девушка с тех пор в памяти всегда сохраняет свою «погоду детства»: улыбки и забота любимых, семейные традиции, вечера общения с родными, книжные полки с ароматом типографской бумаги, запах пионов и жасмина на даче, Красная площадь, Воронцовский парк, поездки на Средиземное море в Испанию и Францию…

Анна задумалась: почему она так часто вспоминает детство? А все лучшее у нее сегодня было из детства, в этом она даже не сомневалась. Именно детские годы — годы восторга и огромного количества вопросов: «Это что? Это кто? Зачем? Почему? Для чего?». Детские годы — это ощущение постоянного счастья, желания охватить все на свете одним махом: все прочитать, все послушать, все услышать, все понять, все попробовать, все посмотреть. Это как ее личный киножурнал «Хочу все знать!»