С седьмого февраля до седьмого февраля

Февраль

Милана

Мой брак подходил к концу и рушился, как карточный домик. Я всё ещё пыталась обманывать себя и делать вид, что всё хорошо, но последний год мысль о разводе прямо преследовала меня.

С виду у нас и правда всё было хорошо. Обычная семья. Я работала руководителем 3 торговых точек, получала под сотку и не парилась. Жили мы в моей квартире (подарок моих родителей на свадьбу), поэтому денег нам вполне хватало, даже с учётом того, что мой муж вечно искал себя, и работать больше нескольких месяцев у него не получалось. Единственное исключение — одно место, где он трудился пару лет. Я копила ему на айфон, отношения со свекровью были хорошие, в общем, не жизнь, а рай!

Это всё было снаружи. А вот то, что было внутри, я прятала за семью печатями, не показывая никому. Мои подруги были против нашего брака, поэтому мне очень не хотелось признавать, что они были правы. Но бесконечные ссоры, скандалы, взаимные придирки и обвинения так вымотали мне нервы, что мне уже просто хотелось сказать: «Да, дорогой, ты прав, я ужасная жена». Тем более, что он обожал повторять фразу: «Тебе что-то не нравится? Тогда ищи себе другого», после которой у меня каждый раз что-то обрывалось. И я мечтала свалить куда-нибудь в закат. Вот только… куда я должна была идти из своей же квартиры?

И я начала бессознательно задерживаться на работе. Закрывала салон я в 9 вечера, а уходила минимум в 10. Я говорила, что это мой час отдыха от всех, но никогда не спрашивала себя, почему я отдыхаю не дома с мужем, а после работы в запертом салоне и совершенно одна, уставившись на своё кольцо и бессознательно крутя его на пальце — ох, как давно у меня появилась эта привычка. Я купила его сама, когда готовилась к росписи с мужем — мне понравилось, что оно простое и недорогое, потому что позолоченное. Позолота за практически 2 года нашего брака кое-где облупилась, но оно всё ещё выглядело достойно. Хотя в последнее время мне казалось, будто оно сжимает мой палец — отсюда и новая, так раздражающая меня привычка. Тем более, что её уже заметили все окружающие, и подруги подтрунивали надо мной:

— Оно тебе мало? Худеть надо!

В конце сентября у компании, в которой я работала, сменился зам руководителя компании1, а в конце января я ушла в отпуск после девяти месяцев работы, выслушав о себе много хорошего, и уехала в другой город. После меня в отпуск хотел уйти мой непосредственный руководитель). В начале февраля я всё ещё была в отпуске, но уже вернулась в Город. И мой руководитель (назовём его Начальник) попросил меня выйти из отпуска за него седьмого и восьмого февраля, чтоб он мог решить какие-то свои проблемы. Мой отпуск заканчивался десятого февраля, и он предложил не только оплату этих двух смен, но и продление моего отпуска до одиннадцатого включительно. Поскольку одиннадцатого февраля у нас с моим мужем были планы на семейный ужин вместе со свекровью, то я согласилась.

И, собственно, пока я была в отпуске, компания наняла нового РГО2, Дмитрия, с которым я, естественно, знакома не была. А когда я вышла седьмого за Начальника на своё любимое Пятно3, то новенький как раз работал у меня на точке, на Вузе, если быть точнее. Начальник попросил меня проконтролировать, что на всех точках висит новый скрипт продаж, и поэтому я написала Диме об этом. Мне было крайне неловко писать человеку, которого я плохо знала, и который сидел у меня на точке на замене. И который, по сути, мог вообще мне не отвечать, в силу своих и моих должностных обязанностей4.

— Привет, — несмело начала я наш диалог. Поскольку мы состояли в одном рабочем чате в одном из мессенджеров, то он уже знал, кто я, поэтому я решила сразу взять быка за рога, без каких-то лишних предисловий.

— Дороу, — отозвался он.

— Тут мой босс переживает за новый скрипт, попросил его скинуть на все тт5. У Коллеги 1 висит, наверное, но на всякий.

Коллега 1 являлся постоянным сотрудником Вуза6.

— У него самописная приклеена, — отозвался Дима через несколько секунд. — Но я могу обновить, — тут же предложил он.

— Я спросила у Начальника, — ответила я. — Скинь, пожалуйста, фото самописной.

В ответ прилетело фото самописной, и я не могла не отметить, что скрипт Коллеги 1 был краток, но понятен. Начальник ясно дал понять, что трогать у Коллеги 1 ничего не надо, иначе последний будет недоволен, и это я сказала Диме.

— Я аккуратно потрогал, не нарушив, — пошутил он. Я поставила на его сообщение смеющийся смайл. Но посчитала своим долгом защитить Коллегу 1:

— Он хороший, просто любит порядок и ворчать, не знаю, что из этого больше.

— Ну тогда не будем нарушать его порядки, — ответил Дима. Я подождала, не добавит ли он что-нибудь ещё, но на этом наш диалог определённо был закончен. Я продолжила работать, не обращая внимания на промелькнувшую на мгновение нотку сожаления.

Дальше мы снова списались только через пять дней, двенадцатого февраля. Мне понадобился новый магнитный ключ, а у него на точке был запасной. Я попросила Диму его отдать, потому что мой ключ буквально разваливался у меня в руках, и держался только на скотче и моём воображении. Теперь я заметила одну странную вещь: всякий раз при разговоре с Димой я трогаю кольцо. Словно я защищаюсь. Или напоминаю себе, что я замужем. Но очень странно, что мне приходится напоминать себе об этом.

Дима любезно согласился и передал мне его через сотрудника. Я была искренне благодарна ему за это.

И я как-то сама не заметила, что постепенно мы начали общаться больше. Сначала, конечно же, на рабочие темы, самой больной из них была тема замены сотрудников, ибо штата катастрофически не хватало. Я имела возможность наблюдать Диму в работе, и у меня проснулось уважение к нему, как к руководителю. Я часто спрашивала у него совета в различных ситуациях, потому что у него был огромный опыт, на многих своих работах он руководил. А у меня такого опыта практически не было. У меня, к примеру, возник конфликт двух сотрудников, и я советовалась с Димой, правильно ли я его погасила. Плюс мой коллега всегда меня выручал, когда я просила, я тоже старалась отвечать ему тем же. Но неизменным оставалось лишь одно: почему-то, даже когда разговор шёл об обычных и нейтральных вещах, я снова трогала своё кольцо.

Нет ничего удивительного в том, что наши отношения я постепенно начала считать дружбой. Что ж, друзей у меня всегда было немало, а уж друзей-коллег тем более. Моя жизнь вообще крутилась вокруг работы. Именно последняя щедрой рукой отсыпала мне друзей, мужа, повышение и деньги — то, ради чего я и жила. Поэтому я была благодарна ей за то, что в те февральские дни я отдалялась от мужа и больше времени уделяла своей дружбе с этим странным, замкнутым, но при этом добрым и общительным коллегой.

В конце февраля я нашла его в одной из соцсетей, и мы начали общаться ещё и там, но при этом не добавляли друг друга в друзья. Это было крайне несвойственно для меня, я обычно сразу кидала заявку, а тут почему-то медлила и ждала, когда он меня добавит, задумчиво смотря на колечко. А он всё не добавлял, и это меня зацепило, поэтому через какое-то время я всё-таки сдалась. Но при этом я искренне считала, что мы друзья.

Был очень забавный случай между нами, когда я делилась с ним своей личной жизнью и рассказывала что-то про мужа. Через какое-то время он в соцсети просто так начал кидать мне фотографии машин. Я сидела и не понимала, что на это ответить. Поэтому на каждую фотографию и комментарий к ней я отвечала одно слово:

— Прикольно.

Потом до меня дошла цель этого странного общения, и я написала автору следующее:

— Я очень рада, что ты считаешь меня подругой и начал мне открываться, однако теперь я понимаю, как это выглядит со стороны: я рассказываю тебе про мужа, а ты не вдупляешь: кого, чего, к чему это.

— Ага, — ответил он, и мы засмеялись.

И в том феврале мы действительно были друзьями, и я даже не догадывалась, что однажды это изменится. Навсегда.

Дима

Ну почему она ко мне пристала?

Я отхлебнул немного виски с колой и задумался. О смысле жизни, о своей жизни и, конечно же, о своей странной коллеге, Милане.

Она постоянно писала мне, и я не совсем понимал, зачем. Рассказывала о каких-то случаях из её насыщенной событиями жизни, о муже. Иногда я помогал ей в работе и был очень удивлён её реакцией. Обычные рабочие вопросы воспринимались ей… как… ну, не знаю. Точно я ей не сотрудника на замену подобрал, а спас жизнь, понимаете?

В общем, она мне не нравилась. Не нравилась, и всё тут. Но я терпел её, хоть она и вызывала во мне недоумение и много вопросов — коллега же. Тем более, — я потянулся к бокалу за новой порцией виски, — она тоже мне помогала. Поэтому наше с ней сотрудничество меня пока что вполне удовлетворяло.

Но не она сама. Иногда я готов был выключить телефон, лишь бы не видеть её сообщений, но, тем не менее, всё равно зачем-то ей отвечал, сам себя не понимая. Она дразнила меня Димоном-Лимоном, потому что однажды случайно вместо «д» ткнула «л», и с её точки зрения, это было очень смешно. С моей же — странно. И всё, что она делала, тоже было странно.

Иногда я выражал своё отношение к ней тем, что поддевал её. Однажды она бросила неоднозначное замечание по поводу того, что я сидел на её Вузе и получил там плохую анкету. Мне показалось, что она сердится на меня за это. Она посмотрела моё взаимодействие со старушкой по камере и написала, что баллы поставлены справедливо. Я усмотрел в этом упрёк.

— Так не ставь меня туда, — ответил я. — Там куча старушек, и я устал тратить на них своё время.

— Но я просто хотела помочь, — написала она. — Пожалуйста, не надо на меня срываться.

И, как ни странно, я почувствовал себя виноватым. Эта странная девушка иногда обладала большой силой. Но всё равно она не начала мне нравиться.

Чтобы понять её, я решил поиграть с ней в её же игру. Когда она писала мне свои рассказы о жизни и муже, я по большей части не знал, что и ответить. Поэтому решил ответить ей тем же.

Целый сегодняшний вечер под виски с колой я занимался тем, что слал ей фотографии различных машин и их описания и забавлялся её реакцией. Она тоже не понимала, что ответить, и просто писала «прикольно» на каждое сообщение. Но она, несомненно, была умна, ибо в конце концов ответила мне:

— Теперь я понимаю, что ты чувствуешь, когда я рассказываю тебе о своей жизни.

Я прислал ей довольный смайл и теперь, покачиваясь на стуле, пытался анализировать нашу переписку. Я не считал себя первоклассным психологом, и не знал, как точно называются те чувства, которые я испытываю, но одно я знал точно:

Несмотря на полгода моего одиночества, эта девушка мне НЕ нравится.

Март

Милана

Ещё в конце февраля стало абсолютно ясно, что Начальник после своего отпуска, скорее всего, не вернётся обратно на работу. Он жаловался на условия и на саму работу всем коллегам, включая меня. Поэтому, в целом, его решение не возвращаться никого не удивило. Плюс я в его отсутствие, по сути, и так выполняла роль руководителя групп офисов. Поэтому я впервые воспользовалась сложившейся ситуацией и честно и открыто начала говорить о своём повышении, если Начальник действительно не вернётся. Мне обещали подумать над этим вопросом. Когда я делилась этим с Димой, тот фыркнул: «А у них есть другие кандидаты на эту должность?»

Услышав о моих намерениях, мои ребята тоже решились на перемены. Двое моих сотрудников, давно работающих, один из них — уже известный вам ранее Коллега 1, и другой сотрудник, назовём его Коллега 2, решили стать руководителями своих тт, Вуза и Нефти7, соответственно. Я очень радовалась этому и поддерживала их в их начинаниях. Тем более, что они оба тоже были моими друзьями, а Коллега 2 ещё и лучшим другом. Они даже начали проходить какое-то обучение, и наш РН сказал, что в дальнейшем у них обоих будет какой-то испытательный срок. Я сильно в это всё не лезла и не вникала.

Про меня РН сказал, что подождёт ещё где-то месяц, и если Начальник не вернётся к своим обязанностям, то уже в апреле я, скорее всего, стану РГО. А Начальник к ним возвращаться совершенно не спешил. Поэтому временно я была за него, и это очень радовало моего мужа, который тоже говорил мне, что я стану прекрасным руководителем.

Но в марте у меня всё сильнее и сильнее что-то ломалось в душе. Я предпочитала делать генеральную уборку в салоне до 11 вечера и общаться с Димой, чем приходить домой. А когда всё-таки возвращалась — долго задумчиво смотрела на речку в нашем парке. Она очень хорошо была видна из окна нашего дома. В тот март лёд на ней так и не тронулся.

А ведь всё, как говорится, начинается с малого, и это малое — мой муж наотрез отказался идти вместе со мной на свадьбу моей подруги (пусть будет Подруга 1). А Подруга 1 попросила меня быть на ней свидетельницей. Я никогда не была ею, но почитала в интернете, что это такое, и поняла, какая ответственность была возложена на мои хрупкие женские плечики. Мне отчаянно нужна была поддержка! Чтобы кто-то стоял рядом и просто держал меня за руку. Но мой муж лениво сказал: «Ты справишься» и отказался говорить ещё что-то на эту тему.

Так я осталась наедине с неизбежными вопросами о том, а есть ли у меня вообще муж. Я гнала их и заменяла другими: Что надеть? Как подготовиться? Как себя вести? И только вопроса «Что подарить?», слава Богу, не было, ведь мы с моей подругой договорились, что я оплачиваю ей маникюр и причёску, и это и будет мой подарок на свадьбу. Ещё я дополнительно свозила Подругу 1 к своему мастеру маникюра, и это была очень классная поездка.

И всё равно в моих мыслях особняком стоял Дима. Мы общались каждый день, о личном и рабочем. Это было лёгкое и ненапряжное общение. Но оно настолько было для меня значимым, что я решила написать детектив, где меня убивают, а Диму сделать убийцей. Это казалось очень забавной идеей не только мне, но и ему. Он сказал мне, чтобы я на всякий случай держала в тайне своё место жительства, и мы оба похихикали над этим. К сожалению, эта идея осталась только в нашей переписке. Но, может быть, когда-нибудь, кто знает…

Время шло, я готовилась к свадьбе Подруги 1, которая была назначена на 22 марта. Это была моя первая свадьба, на которой мне предстояло присутствовать, поскольку с мужем мы просто расписались, без каких-либо пышных торжеств. Правда, договорились с ним, что как только у нас появятся средства, то мы тут же отпразднуем, позвав всех родных и друзей. Но с момента росписи прошло уже почти полтора года, а денег так и не появилось. Я не унывала и всячески пыталась оправдать мужа в собственных глазах, но мне удавалось это всё реже и реже.

Я выбила себе выходной 22 числа. Поскольку я ещё не числилась РГО официально, то сделать это было достаточно легко. Обидеть свою лучшую подругу отсутствием на её свадьбе для меня равнялось преступлению.

Собираться на свадьбу я начала заранее. В Городе в конце марта ещё недостаточно тепло, но и не суперхолодно. Поэтому я выдвинула всю свою обувь и провела ревизию, пытаясь понять, какие туфли подойдут к моему платью и не будет ли в них ещё холодно. Я написала всем, прося совета в этом сложном вопросе, и наконец остановилась на том варианте, в котором хотела пойти изначально: оранжевых туфлях с застёжками на высоком каблуке. Это были мои любимые туфли, во-первых, конечно же, потому, что они были моего любимого оранжевого цвета. А во-вторых, потому, что в них действительно было очень удобно ходить хоть целый день, и ноги не уставали совсем. Довольная своим выбором, я надела туфли и отправилась на первую в жизни свадьбу.

Сначала была торжественная процедура в загсе, она мне очень понравилась. Я и свидетель, по совместительству друг жениха и водитель свадебного автобуса, познакомились на церемонии и общались практически весь вечер. Впоследствии Подруга 1 говорила, что она переволновалась и надела мужу кольцо не на ту руку (или не на тот палец, не помню), но я ничего такого не заметила. В тот момент, когда молодожёны обменялись кольцами, я кинула взгляд на своё, словно спрашивая его: «А ты зачем тут?» После неё супруги фотографировались отдельно и с гостями, с помощью приглашённого фотографа. Потом нас на большом свадебном автобусе из загса повезли по центру Города, по очень красивым местам, где молодые фотографировались, а гости просто гуляли и осматривали окрестности.

Я мало что помню из того дня, на самом деле, я очень волновалась за свою роль свидетельницы. Когда мы ехали в автобусе, фотограф сидел со мной рядом, и мы о чём-то разговаривали, наверное, я просто спрашивала у него всякие глупости. Я вообще много с кем общалась в этот день.

Потом молодожёны наконец-то нафотографировались, фотограф вышел из автобуса, и мы поехали в ресторан. Там меня посадили с подругой Подруги 1 (Подруга 2) и её мужем. Подруга 1 очень хотела, чтобы 2 тёзки познакомились, и вот её желание исполнилось. Мы очень мило пообщались и вроде даже добавились в друзья в одной из соцсетей. Эта встреча зародила семя нашей долгой и крепкой дружбы с прогулками, походами друг к другу в гости, взаимной поддержкой и подарками.

Вечер был очень приятным, но, к сожалению, слишком быстро закончился. И это являлось его единственным минусом. Водитель свадебного автобуса довёз домой меня и новую ячейку общества, поскольку мы жили буквально рядом. И я, счастливая, побежала к мужу. Мой путь лежал мимо речки, и я кинула на неё взгляд. Речка была неподвижна и закована в лёд. Тогда меня впервые посетила мысль, что мой брак для меня — тоже оковы. На секунду я остановилась, поражённая ею, затем медленно пошла дальше.

Я очень жалела, что его не было со мной в тот день. И это чувство, жившее где-то в глубинах моего подсознания, постоянно напоминало о себе. Я замкнулась в себе, мы начали чаще ссориться. И всё сильнее становились мои мысли о разводе. Всё чаще я теребила кольцо и смотрела на речку. Но я ничего не предпринимала и просто плыла по течению. Пока.

Буквально через пару дней мне объявили на работе, что 27 марта меня ждёт собеседование с руководителем компании на должность РГО, потому что Начальник не собирается возвращаться обратно. Я прыгала от восторга и помирала от волнения. Ещё и кто-то переделал график так, что в этот день я должна была работать, и я очень злилась на него за этот хитрый ход. Но, тем не менее, мне удалось найти себе замену, и я ни жива ни мертва поехала в офис под светлые очи нашего Главного.

Главный, которого до этого я видела буквально пару раз, когда он привозил товар на мою тт, в реальной жизни оказался совсем не страшным. Он рассказал про мои будущие обязанности, поспрашивал меня о том, как я вижу должность РГО, честно предупредил, что придётся много работать и ездить на те точки, которые далеко находятся. В конце спросил меня, готова ли я на это всё. Я сказала, что да, готова, и написала заявление на перевод на должность своей мечты. Держа ручку, я заметила, как сильно у меня дрожат руки…

С Димой я тоже поделилась этой радостной и очень важной для меня новостью.

— А ты в курсе, что я, возможно, скоро стану вашей коллегой?

— Ты и так моя коллега, — фыркнул он. — Так что не удивила.

— Не-не, — пустилась я в объяснения. — Я имею в виду, скоро стану РГО.