- -
- 100%
- +
1. Лина
«Случайностей не существует — всё на этом свете либо испытание, либо наказание, либо награда, либо предвестие» Вольтер
Я брожу по улицам уже битый час. Мне наплевать, что давно за полночь. Я не вернусь домой. Я больше не хочу видеть отца и слушать его постоянную ложь. Я узнала правду о своей семье, и она оказалась ужасно болезненной. Ненавижу. Ненавижу всех, кто обманывал меня всю мою жизнь. Теперь я даже не знаю, кто я и кем мне является человек, который воспитывал меня с самого рождения. Единственная, кому я могла бы доверить свою боль, — это мама. Только как быть, если ее больше нет рядом, а все, кого я считала родными, приглядывали за мной ради собственной выгоды?
Я не хочу жить.
Мысль крутится в голове как пластинка, и с каждым разом ее громкость усиливается, оглушая мой разум. Обхватив себя руками, я продолжаю бездумно идти по улицам ночного Бостона, не обращая внимания на озноб. Какая разница, что мне холодно, ведь скоро это всё, как и моя жизнь не будет иметь значения.
Тяжело волочу ноги по дороге. Усталость от многочасовой прогулки дает о себе знать, но я уже решила, куда держу путь, и до пункта назначения мне остается совсем немного. Поворот, вот еще один, теперь налево, теперь прямо — и я оказываюсь на мосту Саффолк-Кауни.
— Здесь будет моя конечная точка, — обессиленно проговариваю сама себе, чтобы еще раз убедиться в твердости своего решения.
Достаю из телефон из кармана своих брюк. Ноль пропущенных. Тошно от мысли, что меня никто не искал. Значит и плакать никто не будет.
Оглядываюсь по сторонам. Машин практически нет, да и людей на мосту в такой час встретишь не часто. Никто не мешает перелезть через заграждение и прыгнуть в воды Бостон-Харбора.
— Я скоро буду рядом, мам, — делаю глубокий вдох, сдерживая слезы. Я не буду плакать. Нет, не сейчас. Проглатываю ком, будто камень, застрявший в горле. Тело предательски дрожит. Ноги подкашиваются, когда я приближаюсь к краю. Смотрю вниз, пытаясь увидеть глубину пропасти, но там чернота. Вода темнее ночи, и только лунный свет отдает белым бликом, маня меня окунуться в бездну. Сознание отключается. Посторонний шум становится приглушенным. В ушах слышен только звон, который усиливается, когда я начинаю перелазить через заграждение. Еще несколько секунд — и я обрету свободу.
Закрываю глаза и вдыхаю последний раз прохладный воздух Бостона. Наверное, перед смертью им всегда хочется надышаться. Поднимаю руки, словно птица расправила свои крылья чтобы совершить свой полет.
— Ты что, больная?! — раздается грубый мужской голос, и чья-то сильная хватка сдергивает меня обратно на тротуар.
— Пусти меня! — кричу от отчаяния, прикрыв глаза ладонями. — Я не хочу жить!
— Приди в себя! — сильные руки трепят меня за плечи. — Мозгов совсем нет?!
— Я никому не нужна, — слезы градом сыплются из глаз, сдерживаться сил больше нет.
— Тебя что, парень бросил?
— Что? — вопрос вызывает у меня негодование, от чего я убираю руки от лица и зареванными глазами пытаюсь рассмотреть незнакомца. — Какой парень?
Если бы для полного счастья меня бросил парень, которого нет, наверное, я бы взвыла от отчаяния. Я и так за один день потеряла всё, что считала важным. Быть еще и брошенной — это окончательно поверить в свою ничтожность.
— Из-за которого ты решила прыгнуть с моста, — хватка моего спасителя ослабевает. — Хочешь сказать, что не из-за какого-то козла ты решила свести счеты с жизнью?
Я смотрю на незнакомца, но не вижу его лица. Оно полностью скрыто под мотоциклетным шлемом. Единственное, что не закрывается ветровой защитой, — это его темно-серые глаза. От его тяжелого взгляда по моему телу пробегает дрожь. Если верить, что глаза — это зеркало души, то в этой серости читается холод и пустота. Перевожу взгляд ниже. Незнакомец полностью одет в черное: шлем, кожаный костюм, наверно, специальный для езды на мотоцикле, перчатки и массивная обувь. Всё, без исключения, черного цвета. Невольно смотрю на дорогу, где стоит его спортивный байк, и даже он окрашен в черный.
Он как призрачный гонщик.
— Заработали шестеренки в мозгу?! — твердый голос возвращает мое внимание к себе. — Что за херню ты творишь?!
— Тебе какая разница? — вытираю слезы с глаз. Не хочу говорить об отчаянности своего поступка. — Я не обязана объясняться.
— Никакой, — незнакомец полностью убирает от меня руки. — Продолжай делать то, что делала.
Он разворачивается и уходит к своему байку. Я смотрю ему в спину, после чего бросаюсь следом:
— Я не рассчитывала, что меня кто-то будет спасать!
— Прекрасно. Считай, что меня здесь не было. — Не оборачиваясь, тот садится на мотоцикл.
— И что, ты так возьмешь и уедешь? — мысль, что я снова останусь одна, пугает до ужаса.
— А мне остаться и смотреть, как какая-то безмозглая девица хочет прыгнуть с моста? — его голос все так же тверд и холоден.
— Я не безмозглая и не из-за парня... — срывается из моих уст.
Незнакомец поворачивает голову в мою сторону и молчит. В его глазах застывает вопрос. Он хотел бы понять, кто или что заставило меня сделать шаг в пропасть, и он ждет объяснений. Я набираю в легкие больше воздуха. Вспоминать сегодняшний день невыносимо тяжело, но остаться снова одной хоть на минуту еще хуже.
— Меня предали, — на выдохе говорю я, опуская голову вниз. — Всё, кого я считала своей семьёй, обманывали меня. Теперь у меня никого не осталось...
— Это всё? — его вопрос заставляет меня снова поднять взгляд и всмотреться в глубину серых глаз. Я не жду слов поддержки, но всё равно сбита с толку его реакцией. — Если ты считаешь, что перечисленные тобой причины повод, чтобы сигануть с моста, то можешь вернуться к тому краю и завершить начатое, — парень показывает рукой в то место, откуда снял меня на тротуар несколько минут назад. Я невольно поворачиваюсь за жестом его руки.
— А по-твоему, бросил парень — это более весомая причина для самоубийства? — я возвращаюсь лицом к оппоненту. Слезы высохли, но на душе продолжает лежать горечь от предательства семьи.
— На свете нет ни одной причины, по которой ты должна сводить счеты с жизнью. — От этого парня не веет теплом и заботой и он, явно не рад моей компании, но я ловлю себя на мысли, что чувствую облегчение от его вмешательства в мои попытки спрыгнуть в воду.
— Тогда как продолжать жить, зная, что вокруг тебя одни предатели и обманщики? — я задаю вопрос, я жду его ответа, как единственную единственная спасательную ниточку.
— Никак, — незнакомец сводит с меня взгляд и отворачивается. — Изменись. Стань сильнее, чем ты есть. Перестань слепо верить всем подряд и живи ради собственной выгоды. Запомни, у тебя есть только ты, и только ты сама можешь себе помочь.
Я застываю, пытаясь переосмыслить сказанные этим парнем слова. В них, наверное, есть смысл. Быть может, он говорит так, потому что сам испытывал подобные чувства, или просто дает совет, который считает правильным, а может, и вовсе сказал то, что первое пришло в голову, только бы я не приставала к нему с вопросами? В любом случае, он странным образом возвращает меня с небес на землю, и, глядя на край моста, мне больше не хочется прыгать. Я ведь никогда не отличалась волевым характером. Сейчас я чувствую, какой слабой, жалкой и беспомощной все это время была. Мне стыдно, что именно такой меня снял с ограждения этот незнакомец. Я смотрю на его мощную спину, пока его взгляд устремлен куда-то вдаль. Облеченный во всё черное, он выглядит как прототип плохого парня. Его брутальный образ контрастирует с жесткостью его характера, которую он успел проявить за несколько минут. Этот парень не из тех, кто будет подтирать сопли других, и, очевидно, нахождение его рядом со мной, такой разбитой и зареванной, не приносит ему удовольствия. Об этом сигнализирует его рука, которой он поворачивает ключ зажигания.
— Это страшно? — бросаю я первый пришедший на ум вопрос, только бы незнакомец задержался еще на несколько минут.
— Что именно? — рев мотора заставляет парня повысить голос.
— Ездить на мотоцикле, — я переспрашиваю чуть прикрикивая. — Это страшно?
— Не страшнее, чем стоять над пропастью, — ответ не заставляет себя долго ждать.
— Научи меня, — я делаю несколько коротких шагов вперед, тем самым сокращая расстояние между нами до пары метров. — Научи меня ездить на мотоцикле.
— Не слишком ли много я сделал для тебя за этот вечер? — серые глаза вновь смотрят в мою сторону. — Я, вроде бы, дал тебе хороший урок — спасай себя сама.
Незнакомец откручивает газ, и его байк с пробуксовкой резво срывается с места. За несколько секунд он скрывается за поворотом, оставляя за собой клочья дыма и запах пал
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.