Нет тени на твоем лице

Глава 1Франческа

Сентябрь 1296 год

– И давно он там один стоит? – Спросила я старшую сестру, немного прищурившись, рассматривая стоящего высоко на холме высокого худого мужчину, при виде которого, даже издалека, замирало сердечко.

– Почти час. – Тициана чуть прикусила полную губу и поправила шаль на голове, которую теплый осенний ветерок так и норовил сдуть с плеч и головы. – Рампхуэнг подходил к нему недавно, но маркиз попросил оставить его одного. Он в первый раз за несколько дней вышел из дома, и, я так поняла, пока никого не хочет видеть!

Это был тонкий намек, Тициана знала меня, как облупленную, и таким образом хотела предупредить, чтобы я не навязывала свое общество маркизу. Она знала, что я с первого взгляда влюбилась в этого совсем не подходящего мужчину. Это было почти два года назад, и с тех пор моя детская влюбленность только крепла день ото дня. И хотя мне было сейчас только 14 лет, я твердо решила выйти замуж только за него, и никто меня не переубедит.

– Ты же только приехала! Я так по тебе скучала, и у меня столько новостей! – Тициана легонько взяла меня под локоть и попыталась подтолкнуть в сторону дома. – Еще успеешь поговорить с ним не один раз. Не показывай ему свою заинтересованность, не бегай за ним. Он этого не заслуживает. Вернее, он хороший друг моему мужу, и я его по-своему люблю и уважаю, но тебя я люблю намного больше, и он тебя не достоин, поверь!

Бесполезно. Несмотря на свой юный возраст, я прекрасно понимала, что он не обратит сейчас на меня никакого внимания, но в моем наивном молоденьком сердечке было столько чувств к нему! Как кипящее молоко, они переливались через край.

– Ты так и не скажешь мне, чем он болел? – Я ни от кого не могла добиться ответа на свой вопрос, ладно отец молчал, а вот от любимой сестры этого не ожидала.

– Я дала мужу слово. – Тициана немного замялась с ответом, и, с обидой отвернувшись, я стала подниматься на холм с огромным желанием посмотреть в глаза, которые, не переставая, снились ночами. Гавани был очень красивым мужчиной, природа просто посмеялась над всем женским населением Венеции, создавая такой образец мужественности и великолепия. Высокий, атлетически сложенный, с черными волосами и глазами необычного зеленого оттенка, почти аквамариновыми. В такое лицо было невозможно не влюбиться, посмотрев хотя бы один раз! А от взгляда на его губы, четко очерченные и при виде меня всегда презрительно поджатые, просто замирало юное сердечко.

У меня тряслись руки и ноги, когда я шла по каменной дорожке из серого известняка, все больше и больше отдаляясь от сестры, и вместе с этим расстоянием уходила вся моя уверенность. Я даже не спросила Тициану о домашнем любимце, который мог свободно гулять по окружающей дворец территории. Все бы ничего, но этим домашним любимцем был самый настоящий тигр, который мог неожиданно выскочить из-за любого куста. Но и это не могло меня остановить.

Тихонечко подхожу к маркизу и, ничего не говоря, просто встаю рядом, пытаясь выяснить, что его так заинтересовало вдали. Украдкой поворачиваю голову, обеспокоенно разглядывая бледное, похудевшее лицо Гавани с большими темными подглазниками под глазами. У него никогда не было ни унции лишнего веса, но сейчас одежда болталась на нем, как на вешалке. Я знала только, что месяц назад принц Рам привез его к себе в поместье в бессознательном состоянии. Долго же мне пришлось уговаривать отца на эту поездку, ведь по неизвестным причинам он был настроен категорически против маркиза.

– Привет, маленькая амазонка. – Маркиз даже не посмотрел в мою сторону, но губы раздвинула чуть грустная улыбка, а на щеках появились глубокие ямочки, придавая его красивому лицу еще более невероятный вид. Я тоже улыбнулась и вспомнила, откуда появилось это нелепое прозвище. В первый раз он увидел меня с натянутым луком в руках, и я целилась прямо ему в сердце. Тогда бандиты напали на наш дворец в Венеции, пытаясь похитить Тициану, но принц Рам и его друг спасли наши жизни.

– Все еще не запомнишь, что меня зовут Франческа? – Я с самого начала перешла на ты, хотя разница в возрасте между нами была 10 лет.

– Я слышал, что вы приехали. – Гавани устало прикрыл глаза. – Соскучилась по сестре?

– Да! – Я улыбнулась. – Все никак не могу привыкнуть к тому, что теперь она находится не в полном моем распоряжении. У нее есть муж и она его любит! Вот черт!

Маркиз откинул голову назад и расхохотался. Я уже не раз замечала, что он часто смеется в моем присутствии. Что я такого говорю, что он веселится?

– Вот и я в таком же положении. – С грустной улыбкой ответил Гавани. – Мой лучший друг женился, и я теперь остался совсем один. Кстати, ругаться некрасиво, привыкнешь и со временем распугаешь своими словечками всех потенциальных женихов!

– С таким богатым отцом, как у меня? Не думаю…

– Циничность тебе не к лицу, Франческа. – Он в первый раз назвал меня по имени, при этом внимательно посмотрев. В его красивых зеленых глазах застыло удивление.

– Я просто повзрослела за последнее время, Гавани. Всего лишь становлюсь старше и умнее. Привыкай!

Маркиз снова улыбнулся, на этот раз полностью повернулся ко мне и поднял пальцем подбородок, внимательно разглядывая лицо. Он как будто безмолвно что-то спрашивал, даже сощурив глаза от напряжения. А я попыталась не выдать своих чувств, как трепетно заколотилось сердце от того, что он дотронулся и легонько провел своим пальцем по подбородку. Появилась его особая улыбка, от которой захватывало дух и какая-то циничность в изгибе губ, а вот взгляд, которым он на меня посмотрел… Что он так пристально пытался увидеть?

– Говоришь, становишься умнее? Хммм… Интересно! Может и твои чувства ко мне со временем угаснут? Когда поймешь, какой я подлец и мерзавец!

Я догадывалась, что ему это известно. И даже нисколько не было стыдно. Лишь гордо подняла голову. Чего мне стеснятся? Ведь это он врет и лицемерит, а не я!

Семья знала об этом давно и часто подшучивала. В 12 лет я еще не умела держать язык за зубами, и все первые эмоции и чувства перерастали в слова мгновенно. Иногда, будучи девочкой, часами могла рассказывать о его зеленых глазах, ярких, как морская волна, о его дьявольской белозубой улыбке, о ямочках на щеках, от вида которых перехватывало дыхание, о его высокой спортивной фигуре без унции лишнего жира… Отец просто демонстративно затыкал уши, младший брат Федерико научился шедеврально изображать рвотные позывы, сестра Мария даже не скрывала смех, и только Тициана вела себя по-сестрински вежливо, лишь вымученно улыбалась. Я только со временем поняла, какой занудой была. Но семья явно была в курсе, и я даже допускала мысль, что в курсе мог быть и сам маркиз. А теперь он это подтвердил.

– Может и угаснут! – Не стала отрицать свои чувства, наконец, ответив на его вопрос. Я все еще ощущала его руку на своем подбородке и старалась изо всех сил дышать ровно. Но сердце билось, как птичка в клетке. Поэтому сама чуть отступила от него, чтобы мозги совсем не превратились в кашу. – Чем ты болел?

– Твой отец убьёт меня, милая девочка, если я расскажу тебе о своем недуге! – Гавани снова рассмеялся, но в этот раз в голосе отчетливо слышалась горечь. – И я действительно искренне желаю тебе меня забыть и в скором времени найти для себя другую кандидатуру для обожания. Совсем скоро ты станешь совсем взрослой, и, поверь моему опыту, у тебя не будет отбоя от женихов, Франческа!

– Надеюсь, так и будет! – Я немного обиделась, что маркиз совсем не воспринимает меня всерьез. Некоторые из подруг ровесниц уже выходили на брачный рынок, но мой отец, герцог Аньежио, был категорически против так рано выдавать своих дочерей замуж. Так что мне еще как минимум 2-3 года сидеть дома, даже не допуская мыслей о замужестве и, казалось, что Гавани знает об этом.

Моей сестре Марии уже было шестнадцать, но молодая девушка совсем не желала никаких приемов и балов в свою честь. Она была немного странной, моя сестра. Тихая, скромная, миниатюрная, светловолосая фея, которая никогда не принимала участия в проделках Тицианы и моих, ни с кем не заводила дружбы. Мария много времени проводила за чтением, а вот мне, после отъезда и замужества любимой сестры и лучшей подруги, было очень тяжело.

Приезд сюда, в имение принца Рампхуэнга, я считала самым настоящим приключением. Принц только недавно закончил строительство дворца для своей любимой жены и, конечно, сразу пригласил в гости семью своей жены. И отец только приехав сюда узнал, что в гостях здесь находится маркиз Алессандро Гавани. И совсем недавно громко ругался по этому поводу с Рамом. В последнее время он делал все возможное, чтобы пресечь мои жалкие попытки увидеться с маркизом. Он понимал, что я расту, и чувства все крепнут и крепнут, и очень боялся за свою неопытную и наивную дочь. Ха! Можно подумать кто-то когда-то мог приказать себе не чувствовать или не любить!

Я в последнее время устала слышать ото всех, что маркиз мне совершенно не подходит, что он ей не пара и никогда ею не будет. А вот почему это так, объяснять никто не собирался. Семья искренне считала, что их авторитетного мнения будет достаточно.

– Почему тебя так не любит мой отец? – После непродолжительного молчания, я решила взять быка за рога и задать этот вопрос самому маркизу.

– Если он сам не объяснил тебе этого, откуда же я знаю? – Усмехнулся в ответ Гавани, а я прекрасно видела по его лицу, что он нагло ушел от честного ответа. – Герцог не отчитывается мне о своих мыслях и поступках!

– Знаешь, что в этой ситуации раздражает меня больше всего? – Прошипела я разъярённо, подходя ближе и задирая голову, чтобы посмотреть Гавани в лицо. – Вы все считаете меня маленькой девочкой, которая ничего не понимает! Но проблема в том, что я все вижу и все понимаю, и этого никто не хочет услышать и принять. Я когда-нибудь вырасту, осталось совсем немного времени, поверь!

– Франческа, ты не права! – Вдруг маркиз стал совершенно серьезен. – Мы все лишь пытаемся тебя защитить! И твой отец совершенно прав, если хочет ограничить твое общение со мной!

– Спасибо, что объяснил мне поведение моего отца, Алессандро! А то я сомневалась!

Я была так зла на него в этот момент, что развернулась и поспешила к дому. Надо было успокоиться, а для этого лучше всего подходило катание на лошадях. Жаль, здесь нет моего любимого жеребца с Аттенария, придется взять какую-нибудь лошадь из конюшни принца. И пусть на мне летнее платье, не пригодное для катания на лошади, плевать! Меня это никогда не останавливало. Заходить в дом я не намерена, чтобы избежать лишних вопросов и разгневанных нравоучений отца….

Глава 2

Я с грустной улыбкой смотрел в след убежавшей девчонке. Как она меня всегда забавляла при редких, случайных встречах. Вызывала улыбку и теплые чувства в груди. Жаль разбивать ей сердце! Действительно очень жаль, но эта прекрасная девочка, когда вырастет, заслуживает кого-то намного лучшего.

Неторопливо направляюсь к дому, чувствуя проклятую слабость во всем теле. Я же ничего не сделал, чтобы так устать! Господи, хоть бы не встретить в доме герцога, выдержать сейчас его укоряющий и презрительный взгляд я был не в состоянии. Все также неторопливо вошел в кабинет, где мой друг сидел за столом и сосредоточенно что-то рисовал. Наверное, создавал очередной ювелирный шедевр.

– Привет! – С легкой улыбкой разваливаюсь в кресле напротив, стараясь не показывать, как мне на самом деле плохо. Но Рам был из тех людей, которых бравадой провести было невозможно.

– Когда моя жена полчаса назад ворвалась сюда с требованием пойти на твои поиски, чтобы выдернуть из твоих любвеобильных рук такую чистую и невинную Франческу, я еле уговорил ее успокоиться! Все это время она доказывала мне, что ты своими действиями и словами нанесешь непоправимый вред ее неокрепшей душе…

Я не смог сдержаться, откинул голову назад и расхохотался.

– Очень смешно, Алессандро, учитывая, что я люблю свою жену и не хочу ее расстраивать!

– Я клянусь, Рам, что честно говорил ей несколько раз о том, что и пальцем не прикоснусь ни к одной из ее сестёр! Почему она мне не верит?

– Твоя репутация не оставляет нам ни малейших шансов ее переубедить! – И Рам тяжело вздохнул, обеспокоенно разглядывая мое бледное лицо. – Ты достаточно выздоровел, чтобы я мог серьезно поговорить с тобой об этом! Ты должен полностью изменить свою жизнь, иначе во второй раз я могу просто не успеть и….

– Рам, ты помнишь, как Тициана появилась в твоей жизни? – Резко перебиваю, не желая слушать то, что друг говорил мне тысячу раз. – При малейших моих попытках вмешаться и дать совет, ты так разукрашивал мне лицо, что я потом неделями не мог показаться ни в одном приличном месте, чтобы при этом не распугивать людей! Ты ничего не хотел слушать, так вот, я тоже не хочу! Я как-нибудь сам разберусь со своей жизнью.

– Ты убьёшь себя!

– Это моя цель!

Рам посмотрел на меня так пристально, что становится не по себе. Мы подружились в университете, где оба учились. И заморский принц одно время был достаточно щуплым и невысоким, чтобы над ним принялись издеваться и насмехаться другие ученики. Я тогда защитил Рама, и с тех пор наша дружба только крепла. Мы не лезли в душу друг другу с расспросами о жизни, уважали личное пространство и, хотя между нами не было вообще ничего общего, это обстоятельство только сблизило.

– Я впервые хочу спросить тебя, почему ты это делаешь? – После недолгого молчания, осторожно подбирая слова, задал вопрос Рам.

– Тебя устроит, если я скажу, что хочу познать все удовольствия жизни в достаточно молодом возрасте и умереть, оставшись в памяти моих многочисленных любовниц самым красивым мужчиной, которого они когда-либо видели? И чтобы ты не обвинил меня в нарциссизме, то я делаю такие выводы исходя из их слов!

Но Рам не поддался на провокацию, он неподвижно сидел в кресле за столом, по-прежнему вопросительно смотрел своими проницательными черными глазами и ждал правдивого ответа. Но то, что хотел услышать Рам, я никому никогда не расскажу. Унесу эту тайну с собой в могилу. И возможно очень скоро.

– Налей мне выпить, черт возьми! – Я обеспокоенно вскочил и заходил по кабинету, не выдержав взгляда друга.

– В этом доме ты не найдешь алкоголя! Мне жаль! Я отдал приказ выбросить все спиртное, как только привез тебя сюда полумертвым! – Но Раму совсем не было жаль, и я это прекрасно видел. – Гавани, ты вообще понимаешь, что за последний год я вообще не видел тебя трезвым? Я понимаю, что женился, и мы стали видеться гораздо реже. Но я уверен, что причина не в этом. Ведь ты спивался последние лет восемь! А ведь тебе всего 24…

– Хватит Рам! Я не хочу слушать нотаций!

– Но тебе придется, и давно прошли те времена, когда ты мог дать мне достойный отпор!

Я развернулся и пока торопливо шел к выходу, увидел, как друг уже подпирает единственную дверь в этой комнате. Сложно забыть, как порой бывает быстр мой друг, но сейчас это порядком бесило.

– Пропусти меня!

– И не подумаю! Что случилось в твоем прошлом? Что так гнетет тебя и не дает спокойно жить? Я вижу твое немыслимое желание приблизить свой конец, так в чем же дело! Если ты так хочешь умереть, то попроси меня, и я, с большим желанием угодить другу, проткну тебе то место на груди, где должно находиться сердце! А у тебя там похоже пустота!

– Все сказал?

– Или мне попросить об этом Франческу? – Задумчиво почесывая подбородок продолжил Рам. – Уверен, если она узнает о твоем желании, она его исполнит. Я не знаю никого, кто стрелял бы из лука лучше её!

– Не трогай девочку! Она невинное дитя, ничего не понимающее в этом поганом мире! – Прорычал я, делая шаг вперед и хватая принца за грудки. – Ты специально меня выводишь из себя?

– Я пытаюсь до тебя достучаться! – Принц будто не замечал, что его до сих пор держат. Он был немного ниже меня, но восточные единоборства, разученные им в совершенстве, делали его смертоносным противником.

– Не требуй от меня ответов, Рам! Я не могу их дать, но твой дом, это единственное место, где меня не преследуют мои демоны!

– Ты знаешь, насколько сильна моя интуиция. – Рам с легкостью ослабил захват, чтобы продолжить. – Она не раз спасала твою никчемную жизнь!

– Это все твои восточные штучки, которые я не могу объяснить! – Я даже не стал спорить, признавая очевидный дар, которым обладал Рам. Он никогда не ошибался в своих предчувствиях.

– Не надо прятаться и убегать от своих демонов! Тем более топить их в вине. Попробуй встретить их с поднятым забралом. Я в тебя верю!

– Зато я в себя нет!

– Дай мне только одно обещание, Гавани! – Принц быстро подошел к столу, свернул в рулон лежавший на столе пергамент и завязал тонкой лентой. Мне даже не пришло в голову рассматривать, что там было нарисовано, но сейчас стало интересно. – Ты развернешь этот свиток и посмотришь, что там, ровно через пять лет, начиная с сегодняшнего дня!

– Почему ты думаешь, что я не разверну его через десять минут в своей комнате?

– Ты мне пообещаешь!

– Пять лет, Рам??? Серьезно? – Я в глубине души уже отсчитывал последние месяцы своей жизни, а тут такое. С каждым мгновением становилось все интереснее и интереснее, и свиток уже жёг пальцы!

– Мне не нужны клятвы, Алессандро! Просто пообещай мне ровно через пять лет развернуть эту бумагу и посмотреть, что внутри. Это все, о чем я тебя попрошу!

Слишком много для меня сделал Рам, чтобы вот так просто взять и отмахнуться от такой просьбы.

– Я обещаю! – Нехотя промолвил наконец.

Глава 3 Франческа

Два года спустя…

Я тихонечко постучала в дверь кабинета отца и вошла, зная, что не дождусь приглашения войти. Герцог сидел за столом, закрывая ладонями лицо, а его плечи были устало опущены. Прошло только несколько месяцев с исчезновения одной из моих старших сестер Марии. Причем девушка пропала так неожиданно с острова, где находилось наше родовое имение. Просто взяла и исчезла бесследно в месте, которое охранялось со всех сторон и где никак не могло быть чужих людей.

В глубине души я боялась того, что наша сестра просто утонула, хотя умела прекрасно плавать. Отец очень горевал, буквально не находил себе места, ведь когда несколько лет назад была похищена Тициана, герцог Аньежио перевернул Венецию, чтобы найти свою дочь. Тогда никто не мог и подумать, что девушка сбежит от своих похитителей и окажется во дворце принца Рампхуэнга, где встретит свою судьбу.

Герцог был бы рад перевернуть весь остров в поисках дочери, только вот переворачивать было нечего. И искать больше негде…

Я была не особенно близка с Марией, но эта потеря сильно ударила по всем нам. Герцог одинаково сильно любил всех своих детей, и потеря одной из дочерей подкосила его здоровье. Все мы сильно беспокоились за отца, но Тициана и Азалия не могли сейчас приехать по разным причинам, а Тициана написала письмо, в котором просила меня загрузить отца работой и делами, чтобы хоть немного отвлечь. Легче сказать, чем сделать.

– Папа? – Отец даже не повернул голову в мою сторону, но я подошла ближе и уселась в кресло напротив стола. Сразу обратила внимание на кучу неразобранной корреспонденции и несколько раз слышала, как наш дворецкий Диего выпроваживает визитеров, которые требуют присутствия герцога на пристани. Взяла в руки самый верхний конверт и начала читать. Половина писем была никому не нужными приглашениями, остальные требовали личного вмешательства герцога. В глаза бросился размашистый почерк лучшего друга ее отца, графа Морозини, но его приглашение на ежегодный бал-маскарад тоже останется без ответа. Мы находились в Венеции уже две недели, и за это время герцог почти не покидал дворец, оставаясь безучастным ко всему, что происходило вокруг.

– Папа, дож требует, чтобы ты немедленно явился на совет десяти!

– Пусть требует! – Герцог Аньежио, наконец ответил. И меня поразило, до какой степени безразличным и мертвым был его голос.

– Тебе нужно заняться делами, и ты сразу почувствуешь себя лучше!

– Франческа, я хочу побыть один. Пожалуйста!

Я была настолько деятельной натурой, что просто не понимала хандры отца. Да, тоже горевала, ведь потеряла сестру, но жизнь то продолжается. И мне совсем не хотелось потерять еще и отца.

– Нет, папа! – Ответила я весело, хотя больше всего на свете хотелось убежать в свою комнату, закутаться с головой в одеяло и тихонько заплакать. – Боюсь, меня придется еще немного потерпеть! Раз ты хандришь, мне придется заниматься всеми твоими делами! Сейчас вот разберу письма, напишу ответы, чтобы Диего их поскорее отправил. Так, что тут у нас, персидский шейх Рашид абд Харун эль Рахман… как-то там дальше…. Ммм персидский не мой конек… не помнишь, как отсрочка долга по-персидски?

– Никакой отсрочки долга! – твердо ответил герцог все еще не поднимая головы. – Соль только за золото, и оплата сразу!

– Хорошо, так ему и напишу! Надеюсь, не наделаю много ошибок! Вот он будет удивляться, насколько безграмотен стал герцог Аньежио.

– Франческа, я знаю, что ты пытаешься сделать! – Папа немного повернул голову, чтобы я увидела его налитые кровью, усталые глаза. Он постарел за последнее время лет на 10, а ведь всегда выглядел намного моложе своего возраста. Отец всегда казался мне сильным, смелым и самым справедливым человеком на свете. О таком отце можно было просто мечтать. – Я не сдержал обещание, которое дал Элии. Я поклялся ей на смертном одре, что позабочусь о наших детях и сделаю их счастливыми. И вот что получается! Азалия хоронит уже второго мужа, и я совсем не вижу счастья в глазах старшей дочери. Тициана только случайно стала счастливой и страшно подумать, только потому, что у похитителей получилось ее похитить! Мария пропала, скорей всего утонула. Ты влюблена и грезишь уже несколько лет самым недостойным негодяем в Венеции, и я боюсь представить, что будет дальше.

– Папа, он не негодяй!

– Детка, мне, наверное, лучше знать! – Герцог устало потер глаза и протянул руку за письмом. – Персидский шейх подождет, как, впрочем, и дож. Дай мне немного времени, прошу тебя.

Протягиваю руку и отдаю письмо шейха. От идеи, в этот момент пришедшей мне в голову, даже немного покачивало. Торопливо выбегаю за дверь, чтобы отец не обратил раньше времени внимания на мое потрясенное лицо. Чтобы не передумать, быстро прохожу в холл, накидываю на плечи подбитый горностаем плащ и приказываю Диего подать к крыльцу прогулочную гондолу.

– Куда госпожа хочет отправиться? – С неодобрением промолвил дворецкий, когда понял, что сопровождения не будет.

– Спасать отца, Диего! Поверь, у меня потрясающая идея, как избавить его от хандры!

– Меня сейчас в холод бросает от ваших слов, синьорина Франческа! Ваши протрясающие идеи обычно выходят боком всей семье! – В принципе, Диего прав… Но это не заставит меня передумать!

– В этот раз я права! И не надо делать такое испуганное лицо, Диего, я знаю, что делаю!

– Вот этого я как раз и боюсь!

Не стала обращать внимания на робкие попытки Диего достучаться до моего разума. Ведь если что-то приходило мне в голову, то остановить не мог никто. Я категорически покачала головой двум маврам охранникам, сделавшим шаг вперед для сопровождения, и выбежала за дверь. С резвостью маленькой девочки запрыгнула в причалившую гондолу. Весело помахала дворецкому рукой, но не стала называть адрес, пока Лоренцо не отплыл подальше, вопросительно поглядывая на молодую госпожу для дальнейших указаний.

– К палаццо маркиза Гавани!

Лоренцо, гондольер, служивший нашей семье уже долгие годы только неодобрительно покачал головой, но направил лодку в нужном направлении. А я сжала вдруг задрожавшие руки в кулаки. Впервые позволяю себе такую вольность, как явиться в дом к холостому мужчине без сопровождения. Отец меня убьёт, когда узнает! Впрочем, как раз эмоций я от него и ждала. Любых! Чтобы забыл об утрате, беспокоясь изо всех сил о самой младшей и непутевой дочери, которая никак не может избавиться от своего детского увлечения взрослым мужчиной. Я так задумалась, что не заметила, как гондола причалила к пристани палаццо, мягко ткнувшись в деревянный настил. Резво выпрыгнув, приказываю Лоренцо меня дождаться, и, чтобы не передумать, громко постучала в дверь. Было раннее утро, и искренне надеюсь, что Гавани еще не успел никуда уйти. Второй раз сюда прийти я может и не осмелюсь.

Дворецким у маркиза Гавани служил совсем молодой парень, я даже немного удивилась. Но похоже, он совсем не удивился, увидев молодую девушку на пороге, а лишь весело улыбнулся и пошире отворил дверь.

– Мне нужно увидеть маркиза. – Нерешительно и вдруг засмущавшись от пристального взгляда, произнесла я.