- -
- 100%
- +
— Господин… но…
— Мей Ди, ты забыла, что такое боль? Так я напомню! — Девушка тут же упала на пол и опустила голову. Сержио подошёл к ней и наступил на её выставленные пальцы рук. — Ещё раз позволишь себе такое! И я тебя убью! Ты меня слышишь?
— Да, господин!
— Убирайся отсюда… шавка… — Служанка выбежала из кабинета, словно пуля вылетела из пистолета. Даксар вошёл в кабинет и удивлённо запер за собой дверь.
— Что это было? — Из-за шторы вышел Дэварис и похлопал в ладоши, а Сержио поклонился обоим.
— Ну, как я сыграл?
— Великолепно, мой мальчик!
— Так это игра была? А я поверил, что передо мной настоящий Аваль! Его манера, злоба… Глаза! Как ты смог?
— Я же священник! Уверять в то, чего нет — моя способность!
— Но, а как же боль? Ты не мог этого знать!
— Я видел шрамы на её теле, свежие, а значит, Аваль не только пользовался её ртом, но и иногда ради «страсти» истязал её, и она это терпела. Я видел такое у монахов, у тех, что бьют себя плетьми во время молитвы.
— А я говорил, мой друг! Сержио куда сообразительней Аваля.
— Зато Аваль хороший убийца, а этот и муху не убьёт. — Сержио подошёл к Даксару и вытащил из его кобуры пистолет. Направил его на бандита и произнёс:
— Я пока учусь, но делаю это безумно быстро. Ты мой учитель, так научи, и не высказывай своё никому не нужное мнение насчёт моего воспитания и умений, пока не узнаешь, какой я! — Оружие опустилось, и он протянул его обратно бандиту.
— А он реально хорош. Я поверил, что это Аваль!
— Раз ты поверил, то и другие поверят, а если нет, но наша задача их убедить! Тебе, мой друг, нужно составить список подозреваемых, нет, лучше — полный список людей, кому насолил Аваль.
— Ты серьёзно?
— Блин, реально, ты прав… Это бесполезно! Списка всех в городе будет достаточно, и будем искать методом исключения. — Даксар сглотнул и, схватившись за голову, сел в кресло.
— Ты считаешь это рациональным? Аваль был главарём мафии! Так как и его отец, он имел врагов, легче сказать, кто не хотел его смерти.
— На этом и порешим. Составь список, кто не хотел его смерти.
— Это легко: Мей Ди — служанка, Тамир — садовник…
— Служанку убери!
— С чего это?
— Врёшь! Она ненавидела его. Он принуждал её к сексу, пусть даже и не сношался с ней и чтил её целомудрие, но она его предала перед Дэкамероном Фон Ли Каном.
— А ты об этом! Глупость! Аваль хотел купить корабль, а девчонка на встрече нечаянно высказала, чем «потеряла» уважение своего хозяина.
— Что она сказала?
— Что такие корабли покупают лишь идиоты, так как старые суда предназначены для перевозки рабов. Аваль не принял этого к сведению, но часто прислушивался к её высказываниям.
— Почему?
— Доверял ей. Она всё знает о своём хозяине. Так что бойся эту девчонку.
— Раз ты её так знаешь, ответь. Куда она ходит молиться? Ведь моя церковь была единственной близкой к этому дому, и я её не помню.
— Ах, мы дошли до веры? Ты всех будешь ровнять под «одну гребёнку»?
— Ответь…
— Аваль построил свою собственную часовню в конце своего имения, за садом сливы, туда все наши ходят. Такое здание сложно не заметить.
— Я хочу посетить её!
— Не а! Аваль туда ни разу не ходил. Считал это осквернением святой земли.
— А где похоронены наши родители? — Мужчины затихли. — Что вы притихли? Я спросил, где их могилы?
— Там же, где и церковь.
— То есть он ни разу не приходил к родителям?
— Нет! — Дэварис в момент взорвался, словно бомба.
— Это ты виноват в этом. Мальчик должен был знать о семье и видеть их могилы!
— А как ты представляешь то себе… Аваль, пошли на могилы твоих родителей… Смотри, я собственными руками их тут закопал?
— Замолчи… Мешаете думать! Я решил! Меняем правила! На завтра закажи два букета цветов, и идём на их могилы.
— Ты рехнулся? Дэварис образумь его! Он себя выдаст!
— Слушай, Сержио, а он прав! В семье есть правило…
— Я здесь власть! Я тут закон!
— Парень остынь! Давай хотя бы не при свете дня, а ночью. Если народ увидит тебя на святой земле, начнутся слухи, которые нам не нужны.
— Но они мои родители! Вы разделили нас с Авалем, и это вы приняли такие решения, а не я! — Сержио выставил в сторону мужчин палец, указывая на их ошибки. Парень был очень зол. — Это вы! И если мой брат Аваль тебя слушал! То он глупец… Отказываться от родителей — грех Божий!
— Сынок… но мы тебе не отказываем, а предостерегаем от проблем. Ты и 12 часов не пробыл в доме, а уже решаешь изменить устои, что «ковались» твоим отцом. Это его был «закон»
— Но отца и брата больше нет… Я остался единственный мужчина из рода Дэ Миркасин, а значит, мне это решать!
— Ты доиграешься, малец!
— Даксар, Сержио всегда был рассудительным юношей, я многому его научил!
— Но не покорности. Я старше и опытней тебя, а ты обо мне и законы семьи «ноги вытираешь»?
— Ты меня позвал для чего сюда? Для решения твоей «проблемы». Ты годами глаза закрывал на то, что тут творится, и вы правы, я тут и 12 часов не пробыл, но уже понял, того, чего ты, Даксар, пропустил мимо своего носа. И тут нужно разобраться. Почему ты так «слеп», специально или ты уже «стар» для службы? — Бандит ринулся на парня, но тот успел схватить биту со стола, что оставил Даксар, и упёрся её концом в грудь мужчине.
— Что такое ты говоришь? Даксар — один из лучших! Сынок, остынь!
— Отец, ответь, если вы были друзьями… Он тебя предавал? Возможно, ваши взгляды на жизнь не просто так разошлись разными дорогами? Почему ты, Даксар, позволил ему увести меня, а ты, Дэварис, мирно жил и не был убит мафией? Отвечай!
— У нас был договор! Каждый заберёт себе «самое дорогое».
— Но вы забрали нас и разделили!
— Да, но для меня главное — это власть, а для него — твоя жизнь!
— Почему?
— Почему власть и Аваль?
— Нет! Почему я для тебя оказался важнее вашей с ним дружбы и того места, что ты тут занимал?
— Потому что… — Дэварис погрустнел.
— Потому что он любил Ребекку, обходя Пабло.
— Вы были любовниками?
— Нет!
— Ты лжёшь!
— Нет… — Сержио выхватил вновь из кобуры Даксара пистолет и приставил его к голове Дэвариса. Тот лишь покорно встал на колени и раскинул руки в сторону.
— Мы не были любовниками… Она — моя сестра…
— Что? Но я все годы думал, что вы любовники, но не как семья! Почему ты молчал?
— А что бы я сказал? Вы бы всё равно не поверили мне! Пабло нас поймал в часовне и думал также, но Ребекка кинулась ему в ноги, молила простить нас, она не хотела раскрывать нашей тайны, но сейчас, когда их нет в живых, я могу это сказать в лицо единственному племяннику… Мы не были любовниками, мы были — семьёй!
— Теперь понятно, как ты сюда попал!
— А ты, Даксар, был единственным другом Пабло в Кореи! Ты ведь реально засматривался на Ребекку.
— Так! Подожди! Вы хотите сказать, что вы оба скрывали правду от своего босса? Тот, которого считали любовником, — оказался братом, а тот, что строил из себя недотрогу, — её любил? Санта Барбара! В ролях Даксар Ди Валисан, Отец Дэварис и … Кто ещё в этом списке?
— Сынок…
— Не называй меня так! Я лучше пойду спать… На сегодня хватит новостей о семье! На счёт закона о могилах. Даю время до утра, чтобы придумать вариант. Я хочу посетить их, и поговорить. Я, прежде всего, их сын, а потом уже священник, и поэтому не хочу слышать даже отговорки по поводу «сводки правил» постоянным моим отцом. Я не он, я имею чувства к умершим.
— Хорошо, сынок!
— Принял! Босс…
— Почаще и с уважением… Я же Аваль Дэ Миркасин… — Юноша ушёл, а мужчины переглянулись.
— Ты же сказал, что воспитал покладистого парня!
— Ну, в нём гены Пабло!
— Скорее всего, Ребекки! У меня даже сам Аваль так рот не раскрывал, и не наставлял на меня пистолет… Я чуть штаны не обмочил!
— Серьёзно?
— Ага, клянусь могилой матери. Его глаза были так правдоподобны, и в них я видел «огонь ада»
— Так он же священник и обязан внушать страх!
— Ну не так же! А что он умеет? Стрелять? Водить машину? Секс то ему был доступен, или ты его реально церковником сделал?
— Ну…
— Серьёзно! Да дел куча по его воспитанию… Но всё же я рад, что ты вернулся, мой друг! Без тебя было тут скучно. Убийства не приносили мне радости, месть, вещества — сменились памперсами и сосками. Я перестал с твоим уходом выезжать и наказывать, а только был его нянькой.
— А я наслаждался! Сержио был прекрасным ребёнком. Послушным, милым и уступчивым! Добрым, отзывчивым и сильным.
— Реально? — Даксар аж подавился коньяком. — Мы сейчас говорим о «нашем» Сержио?
— Да!
— Ладно, сила есть… А как же ум?
— Говорит на 4 языках, включая корейский и русский.
— Боже!
— Ага. Он любит учиться, так что не удивляйся. Он схватывает всё «на лету», он легко и быстро обучаемый. Иногда он так меня разыгрывал, что я думал, что это и не он передо мной. Он быстро превращается в копию родителей, словно они его растили, а не я.
— Это как?
— Он умен, силен и изворотлив, как Ребекка, и так же быстро обучается всему, как Пабло. Он словно это впитал с молоком матери. А как же Аваль?
— Я с ним мучился из года в год. Характер ужасный, непокорный, экспрессивный, дикий, озлобленный.
— Ну, так среда обитания у него была такая! Ты был бандитом и только это он и видел.
— Нет! Я нанял лучших нянек. Он разбил мой Порш, вылил коньяк, подаренный тобой, утопил именной пистолет. — Тут послышались шаги, и в кабинет вернулся Сержио.
— Ну, тут всё понятно. Учился водить, избавлял тебя от пьянства, и посчитал твоё оружие не достойным твоей руки.
— Сержио?
— Я тут подумал, пока шёл! А кто из вас мне расскажет о доме? Там так много картин, портретов и явно кто-то из родственников там изображён.
— Я завтра тебе всё расскажу. Иди спать. Хотя стой! Откуда ты это взял?
— Что именно?
— Его отговорки?
— Однажды… помню, наверно, мне было лет так 10. Местные хулиганы меня поймали у дверей монастыря и начали бить. Внезапно сверху, с забора монастыря, спрыгнул призрак в капюшоне и плаще. У него была бита в руках, и он начал их избивать, а потом послышалась фраза: «Не пиздец, а пиздецы! Мы два брата — близнецы».
— Думаешь, это был Аваль?
— 10 лет говоришь? Аваль не покидал до 14 лет дом ни разу. Не может быть! Но…
— Я проверял камеры, так как Сержио часто рассказывал мне эту историю, и я реально видел эти драки, но не видел кого-то по описанию похожего.
— Ты думаешь, их связь «разбудила» в Сержио гены? Я вот думаю, он от изоляции — сходил с ума и придумал себе этого «призрака», так как этот таинственный «призрак» вместе с ним рос и достигал высот.
— А это как?
— На вопрос: «Кто это сделал?» Ответ был всегда один: «Это призрак…». Я виновен в его одиночестве. Я боялся его потерять и поэтому скрывал от людей. Поэтому он немного бывает «слетает с катушек».
— Да тут не немного, тут полный писец!
— Я знаю, виноват, но можно подумать, что Аваль вырос образцом мафии!
— Согласен! Поднимем бокал за наших мальчиков, упокой душу Аваля и дай сил и жизненной энергии Сержио.
Мужчины рассмеялись, и вновь обретя друг друга, остаток ночи провели в разговорах, вспоминая прошлое и обговаривая свои дальнейшие действия и планы...
Глава 5 "Новые правила дома мафии из дневника умершего"
Пока ночь окутывала воспоминаниями бывших друзей, юноша возвращался в комнату покойного брата. Дом затих, словно он был один в нём. Стены украшали картины и портреты неизвестных ему людей, но можно было заметить сходства. Один из портретов привлёк внимание юноши. На нём была изображена молодая девушка. Сержио засмотрелся на неё, и внезапно по его спине прошёл «холодок», словно кто-то прошёл мимо. Парень обернулся, но никого не было, лишь еле заметная тень завернула за угол. Он быстро побежал от страха в комнату. Забежав, Сержио захлопнул дверь и закрыл её на замок.
— (Мысли Сержио) А чего я боюсь? Тут целый дом охраны!
Выдохнув, молодой человек принялся молиться. Эта привычка у него была с детства: в момент молитвы к нему приходило спокойствие и осознание, а также решение его проблем. Конечно, до этого момента его проблемами были лишь то, как выстоять пост и как снять напряжение в области таза, а сейчас он обрёл страх похуже этих двух вместе взятых.
Парень принялся ходить из стороны в сторону. Вновь холод окутал его тело. Он подошёл к окну и заметил, что кто-то его открыл. Закрыв форточку, юноша облегчённо вздохнул, но не тут-то было. За его спиной с тумбочки упала Библия. Миркасин подошёл, присел и поднял святую книгу. Что-то заставило его увидеть то, что было скрыто от глаз всех в доме. Аваль ввёл дневник, что прятал между ящиками. Спросите, откуда Сержио это понял? Так и он тоже так делал! Достав ящики, молодой человек принялся рассматривать их.
— (Мысли Сержио) С чего я взял, что он такой же, как и я? — Но лишь подумав об этом, его руки сами потянулись к ответу. Выкрутив ручку ящика, Сержио обнаружил в отверстии что-то похожее на обложку. — Мне нужно что-то длинное, но тонкое! — Осмотрев комнату, он увидел в плошке под семейным портретом нитки и спицы. — (Мысли Сержио) Или Аваль вяжет, или он тупо украшает интерьер своей новомодной комнаты старушечьими атрибутами… Или это оружие для убийств? Зачем мой мозг такое говорит? Боже, хватит уже… — Вытащив из клубка спицу, он вставил её в отверстие от ручки, щёлчок — и замок отворился. Откинулась стенка, и перед Сержио показались дневники, что были аккуратно сложены и пронумерованы. — Это всё было написано Авалем?
Взяв дневник под номером один, Сержио вставил ящик обратно. Этот дом был наполнен предателями, и не дай Бог найдутся эти дневники, может там тайны какие-то, поэтому, закрыв ящик и дневник, вложив в Библию, юноша принялся читать. Каждая строчка отдавалась голосом брата.
Текст перенёс бывшего священника в недавние времена, датированные годом назад. Сержио увидел в своей голове, как Аваль сидит в саду, в беседке, и пишет ровным почерком эти строки.
— Здравствуй, мой младший братик… Я скучаю. Сегодня я впервые нарушил правила семьи и вступил на «святую землю». Я пришёл к тебе на мессу и увидел «ангела». Он стоял за тумбочкой и проповедовал. Тот юноша был светел, словно солнце, и все к нему тянулись. Голос наполнял стены «святого дома» и отражался лучами благодати. Я чувствовал её внутри себя и вспомнил слова молитвы. Я словно заворожённый повторял их… Придя обратно в свой дом… что принадлежит нам обоим по праву, я собрал всех и принялся говорить речь, как ты, и они не тянулись ко мне, как к тебе те люди… Я завидую твоему умению… Народ не тянется к «тьме», ведь они чувствуют это и идут лишь на «свет»… Если когда-нибудь меня не станет, и ты займёшь моё место, то ты сможешь управлять ими лучше в разы, чем я… Ведь ты поцелован Богом, а я — Люцифером. Две половинки одного яблока… Одного яблока семьи Дэ Миркасин… Я люблю тебя, мой Божественный братик.
И подпись: «Твой дьявольский братишка». Слеза скатилась по щеке, и Сержио её даже не стёр.
— Появление эмоций — показатель того, что я жив! — Он продолжил читать дальше.
— Я знаю, мир мафии тебе чужд… Но всё же прими помощь от меня! Я оставлю тебе свод правил, правда, я всегда желал их изменить, но лучше это делать, когда что-то происходит в семье серьёзное. Найди причину поменять свод правил, чтобы это выглядело как обезображивание твоего народа, а не бездушная замена «дьявола» на «Бога». Народ, что я тебе оставлю, набожен, я ради них построил церковь, но сам в неё ни разу не ходил. Тупое правило Даксара. Кстати, ударь его за меня. Я знаю, ты силён. Ночами я следил, как ты занимаешься с Дэварисом. Я долго не мог понять, где я видел этого старика, а потом вспомнил: он был одним из тех громил, что ставил наш городок «на дыбы». В комнате этого скряги есть спрятанное фото наших родителей и этих двух. Раньше они были семьёй, но смерть нашего отца разбила их веру. Что послужило расколом, я так и не смог узнать, но думаю, ты сможешь. Я верю в тебя и твои умения. Думаю, если ты нашёл эти тетрадки, то тело моё уже давно отдано земле, и больше я не услышу голоса твоего. Я буду писать тебе, чтобы ты знал: я всегда буду рядом с тобой, в твоём сердце… Ведь именно так ты говорил тем, кто потерял любимого человека…
P.S. Я знаю, что вы меня похороните и забудете снять серьгу, что является ключом, поэтому я придумал план. В проёме китайского квартала есть старьёвщик — Мао Бай. Злой старикашка, но у него есть для тебя подарок. Я знал, что вы потеряете серьгу, и поэтому я на всякий случай сделал точную копию, а оригинал оставил ему. Он будет ждать.
— (Мысли Сержио) Чего? Он же ввёл этот дневник год назад. Он год назад знал о том, что умрёт? — Но любопытство взяло верх. Парень продолжил читать.
— Он злой, но хитрый проныра. В последний раз с меня кучу денег вытряс. Запомни: он старой закалки и ценит то, что нельзя найти. Поэтому не приходи к нему с пустыми руками и лучше приходи один. Он мафию не любит. Наш отец его часто мучил, правда, я так и не понял, почему он мне тогда помог? Ну, знай, у него есть точная копия серьги. и оригинал. Не потеряй её, это единственный шанс на решение «семейной проблемы». Ведь рано или поздно меня раскроют и убьют!
— (Мысли Сержио) Он ком он говорит? …Но спасибо, братик! Мне безумно не хватало этих слов все годы…
— А знаешь, как я любил начинать своё утро? С пробежки! Ничто так не бодрит, как красота наших садов и запах свежести. Тебе бы не помешало это каждый день пробуждаться. Тебе будут нужны «чистые мысли».
Лучи рассветного солнца пробились сквозь тёмные шторы комнаты Сержио, и он резким движением распахнул их, с упоением смотря на территорию, доверенную теперь ему. Яркие краски играли на цветах и дарили свою «девственную красоту» миру.
Посмотрев на шкаф с вещами брата, Сержио подошёл к нему и провёл руками по педантичным рубашкам и костюмам, а также по простой одежде, что была привычна больше младшему брату, чем старшему.
— Ты готовился? Спасибо за этот подарок. Я учту и приму всё с гордостью и радостью.
Взяв с полки короткую футболку и одев её, Сержио собирался выйти на пробежку, но внезапно вспомнил, что на руках брата были тату, которых сейчас у него не было. И пришлось накинуть сверху ветровку.
Спустившись тихо к центральным дверям, Сержио прошёл мимо спящих людей охраны и вышел на улицу. Свежесть утра наполнила лёгкие мужчины, и он сделал шаг на тропинку. Прогуливаясь меж кустов гортензии и роз, он заметил, что все растения посажены так, чтобы если кто-то бежал, не задел их. Сделав рывок и пробежав сто метров, он подтвердил свою догадку.
— (Мысли Сержио) Садовник тут явно знает привычки хозяина. Ах, точно, Даксар что-то говорил про него…
Вновь начав пробежку, юноша не заметил, как добежал до тёмной части сада. Бродя мимо кустов, он увидел еле протоптанную тропинку, что вела в чащу. Идя по ней, молодой человек заметил словно склеп. Отойдя немного назад, за его крышей, что скрывала крона густо засаженных деревьев, виднелась церковь.
— (Мысли Сержио) Я на месте, но как я сюда попал?
Протянув руку к ручке, он резко схватился за неё и отворил. Дверь открывалась, и он вошёл. В темноте домика виднелись две могилы, а на них были свежие цветы, которые немного подвяли у одной могилы.
Тут на улице, в нескольких метрах от этого домика, послышались голоса мужчин. Это охрана обходила территорию. Испугавшись, Сержио ринулся к выходу, но тут понял, что на двери должен быть замок. Тихо выйдя на улицу, он обратил внимание, что замок лежал на земле, в траве. Подняв его и осмотрев, молодой мужчина понял, что он был открыт ключом, а не взломан. Положив его обратно на место, новый главарь дождался тишины и побежал обратно к дому. Бежав с небольшой скоростью, его вновь привлёк вид клумб, он остановился и наклонился, чтобы их понюхать.
От мыслей его отвлёк нежный, чуть похожий на женский голосок, но, обернувшись, он увидел не девушку, а изящного парня. Он судорожно пытался вспомнить его имя, но не смог. Как оказалось, парень сам начал разговор. Он стоял к кусту лицом и аккуратно отрезал розы.
—Хозяин… вам как всегда?
— (Мысли Сержио) Что сказать? Что ответить?
— Молчите… Помню… Сегодня воскресенье… Наверно, как всегда? Букет роз для Ребекки и орхидеи для Пабло. Я помню про наш уговор. Уже прошёл год с того момента, как вы изменились? А вы так и не рассказали мне правду,… хотя мы больше чем хозяин и подчинённый! Мы же друзья!
— (Мысли Сержио) Что? Аваль и садовник? Ну, он же парень! Боже упаси Господь его душу грешную. Мать моя святая…
— Молчите… Я всё понял. Годовщина смерти ваших родителей, и вы молчите… Закон… Неужели так сложно вам самому сходить на их могилу? Что вас останавливает?
— (Мысли Сержио) Так… Ладно, Сержио, успокойся. Ты не Аваль и не станешь этого делать! — Но тут садовник близко подошёл к мужчине и протянул ему розу.
— Я скучал… Надеюсь на скорую встречу, и может, тогда ты хоть раз позволишь себя приободрить. Ты год от меня прячешься… С того дня, как узнал про родителей, так вообще замолк и не общаешься со мной.
— Знаешь, мне пора!
— Ты всегда такой холодный… Меня это пугает! — Сержио понимал, что играть «такую роль» он не может. — Ты всё ещё обижаешься из-за того случая? Прости меня… Я больше тебя не подставлю! И больше не назову тебя в присутствии твоего народа «дураком». Обещай, что подумаешь моё предложение.
— Какое именно?
— Ну, не надо строить из себя «дебила». Ты хотел сбежать, а я тебе должен помочь в этом! Ты всё расспрашивал про церковь на окраине. — Сержио внезапно подумал и не заметил охрану за спиной. Завидев их, Тамир уронил на землю ножницы и бросился бежать.
— Хозяин, может всё же, мы его уволим? Раз убивать нельзя!
— Прекратите! А лучше через минут тридцать соберите всех во дворе, я хочу поговорить.
— Опять проповеди будут? Вы же далеко не священник.
— Ты идёшь против моего слова? Скажи, а ты картошку умеешь чистить?
— Босс, я же убийца, а не кухарка. Это низко для таких как я! — Наставив на охрану сложенные пальчики в пистолете, он произнёс:
— Боже мой… Пуф! Короче, время пошло! Не придёте, то поменяетесь местами с кухарками и служанками. Оденете их платья, а девчонки оденут вашу одежду. Выдам им ваши пистолеты, выпущу вас в поле, и вы будете запускать тарелки в воздух, а они по ним стрелять. Хотя кто знает, как они стреляют…
— Да, босс…
Сглотнув, произнесла охрана. Задумавшись, Сержио начал осознавать, что либо Даксар что-то реально не замечает, либо он специально это делает!
Войдя в дом обратно и поднявшись к кабинету Аваля, он открыл ногой дверь и увидел в смешных позах спящих мужчин. На шум они не среагировали, тогда хитрец решил над ними подшутить. Он прошёл до своей комнаты и взял из своих вещей флуоресцентный маркер, который виден лишь при ультрафиолетовом свете.
Придя обратно, он, преисполненный радостью, принялся разрисовывать лица «нянек». Закончив, он вышел из комнаты и вновь громко вошёл, чтобы совершить некий эффект присутствия. Те же услышали грохот, вскочили и начали поправляться.
— Парни, переодевайтесь и поедем!
— Куда?
— У меня дела в городе, и Даксар, найди ему тоналку, его рожа меня пугает! И кстати, форма одежды — «мирный житель», а то распугаете всех. Ах, да… Забыл! У нас собрание внизу через 10 минут, жду. — Он удалился так же быстро, как и появился. Сонные мужчины не поняли ничего и разом упали на диван, облокотившись друг на друга.
— Ты понял хоть что-то?
— Нет!
— И я нет! Но он твой сын… Ты его растил… Так что переводи!
— Ну, он просил переодеться, его рожа меня пугает, и нас ждут!