Мир внутри нас. Угроза Империи

– Работать на ферму к Грязевому царю.

Стервятник расхохотался, выказав два ряда пожелтевших зубов. Он был отличным актером, но сейчас показывал свои истинные чувства.

– Так я тебе и поверил. Ты хочешь спасти своего приятеля – Адама. Все никак не угомонишься, хотя мой босс дал тебе недвусмысленное предупреждение.

– Босс? – насмешливо переспросил Рик, ребра жгло огнем, но он нашел в себе силы выдавить улыбку. – Точнее сказать: хозяин. Который, кстати, по счету?

Стервятник направил пистолет Рику в голову, но внезапный шум барахлящего мотора заставил его опустить ствол. С правой стороны шоссе показался грузовик, который по мере приближения сбавлял скорость.

– Заметил нас, – процедил сквозь зубы Стервятник. – Рта не раскрывай, говорить буду я.

Грузовик остановился буквально в нескольких метрах от путников. Из кузова воняло испражнениями животных и доносилось утробное басовитое хрюканье, прерываемое время от времени, оглушительным визгом. Что-то огромное с грохотом упало на дно кузова, отчего весь грузовик заходил ходуном.

«Да что они, слонов что ли возят?» – подумал Рик, на миг забыв о своем незавидном положении. Единственной надеждой был вышедший из кабины мужик с пивным пузом, который не торопясь направился к ним.

– У вас что авария? – без единой эмоции спросил он.

– Да, вот у парня колымага заглохла, пытаюсь помочь! – гаркнул Стервятник, загораживая широким плащом труп негра, чья окровавленная голова покоилась на рукоятке руля.

Водитель подошел поближе, с подозрением оглядывая двух путников. Рик ощутил, как ствол пистолета уперся ему в бок, намек он хорошо понял.

– И куда же вы направляетесь? – поинтересовался водитель без всякого интереса в голосе.

– Лично я еду работать на ферму Грязевого Царя, – ответил Рик, прежде чем Стервятник успел открыть рот. Он злобно посмотрел на Рика, но ничего не ответил.

– Это земли Грязевого Царя, я сам на него работаю, садитесь, довезу, – махнул рукой водитель, собираясь уезжать. Рик, понимая, что это его единственный шанс на спасение, рванул следом за ним. В сантиметрах от покрасневшей шеи он ощущал зловонное дыхание Стервятника, тот не отставал ни на шаг.

Кабина грузовика, как и все остальные его части, насквозь пропахла свиным дерьмом. Казалось, даже кожа водителя источала это зловоние. Грузовик тронулся с места, покачиваясь на ухабистой дороге. Только сейчас Рик ощутил, насколько он смертельно устал. Он не представлял, что его ждет дальше. Грязевой царь вполне может оказаться хуже Босса с завода «Раунд» и будет использовать его как раба для выколачивания денег. А может и вовсе не взять к себе на ферму, оставив наедине с хитрым и опасным мерзавцем, который готов пустить в ход заряженный пистолет, как только ему представится такая возможность. Если Стервятник раскусил его нехитрые планы, то и Габриэль Томсон прекрасно осведомлен о его перемещениях, а это значит, что вырвать Адама из цепких лап гения медицины будет гораздо сложнее.

Рик чувствовал, что засыпает, несмотря на стресс, голод, смертельную опасность и отвратительный запах. Его голова уже клонилась к груди, как резкий гудок клаксона заставил его открыть глаза. Грузовик остановился перед массивными свинцовыми воротами с тяжеленной цепью посередине, по обе стороны от ворот тянулась длинная полоса бетонного четырехметрового забора «украшенного» сверху несколькими рядами острейшей колючей проволоки, на некоторых шипах которой Рик разглядел засохшие капли крови.

Это место больше походило на тюрьму строго режима, чем на ферму. Что Грязевой Царь прячет за этим высоким забором? Створки заскрипели и в белеющем проеме показались двое рабочих в рваных рубахах и соломенных шляпах. С выражением крайнего напряжения на вспотевших лицах они открывали массивные ворота. Грузовик медленно заехал во двор, сразу же увязнув в куче грязи. Решив не испытывать судьбу, водитель заглушил мотор.

– Смотрю, везете целое стадо свиней, – заметил Стервятник, обращаясь к водителю. К удивлению Рика водитель улыбнулся и ответил:

– Нет, здесь всего лишь три поросенка.

Из недр фургона послышался грохот, подобный падению чугунного ядра.

– Это..это поросята?! – вскрикнул Рик. Лицо Стервятника побелело от страха, но он тут же скрыл его под маской крайнего безразличия.

– Эй, парни, покажите гостям наших свинок! – обратился водитель к рабочим. – Хозяин всегда рад показать своих деток!

Рабочие с двух сторон подошли к заду кузова и привычным движением открыли железные предохранители, а затем тут же бросились в рассыпную. Рик сделал несколько крупных шагов назад от пугающей черноты кузова и как раз вовремя: массивная грязно-розовая туша с шумом приземлилась на то место где он стоял секундой ранее. Огромный мясистый пятак размером с блюдце уткнулся ему в лицо с шумом обнюхивая незнакомца. Чудовищная вонь пронзила легкие Рика и он, закашлявшись, оступился назад, едва не упав в грязь.

– Не бойся, он сытый! – крикнул водитель, посмеиваясь над Риком, который медленно, но верно отходил все дальше и дальше. «Поросенок» оказался на вид гигантским хряком килограммов на триста, а то и больше. Единственное, что было маленьким в этом гиганте – это черные глазки-точечки, напоминающие мелких мух, усевшихся с обеих сторон от морды животного.

Следом за первым на землю вывалились еще два «поросенка». Хряки недовольно кружили около грузовика, явно в поисках пищи, издавая при этом утробное хрюканье, их огромные пятаки-блюдца уже успели запачкаться в густой грязи.

– Это поросята породы Гаргантюа, самые крупные и мясистые свиньи в мире, – продолжил водитель. – Я возил их на выставку. Так сказать, реклама для нашей именитой фермы.

– То есть, они еще вырастут? – изумленно спросил Рик.

– О, да! Взрослые гаргантюэли достигают размеров дикого быка и весят около тонны. А это всего-лишь детеныши.

Один из рабочих свистнул, и через минуту из соседнего здания выбежало еще около десяти рабочих. С собой они несли большие лоханки, наполненные до краев булькающим месивом. Встав с двух сторон, образовав таким образом широкую тропу, ведущую к хлеву, они аккуратно поставили лоханки на землю и встали позади них, низко преклонив головы. Стервятник удивленно поднял брови, вид у Рика был не менее озадаченный, водитель грузовика спокойно объяснил:

– Свиньи здесь – священные животные. Им принято поклоняться.

Услышав это, Стервятник громко расхохотался. Несмотря на то, что его «добыча» могла ускользнуть, он не преминул поиздеваться над этими деревенскими олухами:

– Священные животные говорите? Значит, это они ваши хозяева, а вы рабы на услужении?

Водитель неприязненно посмотрел на Стервятника и сухо ответил:

– Хозяин здесь только Грязевой Царь и как он решит с вами поступить, так и будет.

Стервятник уже собрался было язвительно ответить ему, но вовремя сдержался, понимая, что от его слов будет зависеть, останется ли Бучер в его лапах или будет спасен.

Огромные твари не спеша переходили от лоханки к лоханке, жадно поглощая вязкую пищу, по консистенции напоминающую клейстер. Брызги от помоев летели во все стороны, в том числе и на несчастных рабочих, в глазах которых читался ужас и отвращение.

– Ладно, пошли, – бросил водитель через плечо. – Вам надо успеть на встречу к Грязевому царю, чтобы выйти на завтрашнюю смену.

– Я на работу не устраиваюсь, – огрызнулся Стервятник, но водитель ничего не ответил и вальяжно зашагал вперед, перебирая толстыми ногами по вязкой топкой грязи, которая в огромном количестве покрывала поле. Рик старался не отставать от него ни на шаг, он отчетливо ощущал горячее дыхание Стервятника за своей спиной.

По периметру владений находились хлева и вольеры, животные в которых вели себя чрезвычайно буйно, их крики сопровождались руганью рабочих. Солнце взошло еще выше, припекая с удвоенной силой, пересохшая глотка изнывала от жажды, а мозг Рика представлял соблазнительную бутылочку темненького. Мимо пробежала стайка гусей, косолапо переваливаясь с боку на бок, один из крылатых засранцев ущипнул его за лодыжку. Рик взвыл от боли, прыгая на одной ноге.

– Здесь чужаков не любят, – пояснил водитель. – Но если тебя возьмут на ферму, то они привыкнут.

Они прошли мимо небольшого скопища коров, каждая из которых значительно уступала в размерах монстроподобным поросятам и вышли к дальнему краю поля, в некотором отдалении от которого стоял красивый старинный двухэтажный особняк с белыми колоннами. Навстречу им вышел потрепанного вида сутулый мужик во фраке, судя по всему дворецкий. Водитель что-то прошептал ему на ухо, дворецкий, окинув хмурым взглядом непрошенных гостей, холодно произнес:

– Прошу следовать за мной. Мистер Дарлинг готов принять вас. Снимите обувь при входе и ничего не трогайте.

Развернувшись, он быстро зашагал к лестнице, скрывавшейся в полутемном пространстве. Первое, что поразило Рика, был огромный круглый герб, висящий над его головой, покрытый позолотой. Не заметить его было сложно: он ярко выделялся на потускневшем фоне всего остального. В центре герба была изображена нелицеприятная свиная рожа с кольцом в носу. Когда они поднимались по лестнице, ступени тяжко скрипели, а на руках оставались следы пыли и паутины, покрывавшие перила. Темнота густым облаком расстилалась по лестничному пролету, несмотря на то, что буквально в нескольких метрах на улице ослепительно светило солнце. Возникало чувство, что поместье было давно заброшено.

Рик посмотрел на боковую стену и вздрогнул: свиньи немигающим взглядом таращились на него и глумливо ухмылялись. Черт, да это были скульптуры, вделанные в стену! Десяток свиных рыл выстроились в ряд. Рик поразился, что они все разные: каждая свинья ухмылялась со свойственным только ей выражением. Он бы не удивился, если узнал, что скульптуры были сделаны со слепков настоящих свиней. Приглядевшись внимательнее, он заметил на каждой скульптуре ошейник с именем животного.

Рик почувствовал давящую тошноту, теперь он понял, почему хозяина поместья звали Грязевой Царь. Дарлинг был больным психом. Как относится к своим работникам босс, который делает свинью объектом поклонения, который ставит грязных жирных тварей выше людей? Рику не хотелось видеться с Дарлингом, ему захотелось бежать – прочь из этого страшного и неприятного места, но сзади стоял Стервятник.

Ствол пистолета уперся Рику в ребро.

– Мы можем разобраться со всем на улице без лишних свидетелей, – мягко прошелестел Стервятник.

Это заставило Рика быстро зашагать на вверх, он уповал на то, что ему хватит скорости реакции, чтобы резко выбить пистолет из рук Стервятника в решающую секунду. На втором этаже света не прибавилось, зато стало больше свиных скульптур и картин. Дворецкий остановился перед массивной дверью, коротко, но резко постучав.

– Войдите! – раздался режущий визгливый голос.

Дворецкий открыл дверь, пропуская вперед путников. Кабинет был большим, но его хозяина Рик заметил сразу и понял, что пристрастие фермера ко всему свиному проявляется не только в интерьере дома и громадных поросятах, но и во внешнем облике самого хозяина. Дарлинг был огромным и жирным, дряблые массивные конечности расползлись в стороны, не находя себе места, а круглое пузо выдавалось вперед, упираясь в задний край письменного стола. Мясистыми похожими на разваренные сардельки пальцами он протер крошечные глазки-точечки, настороженно уставившись на посетителей, вздернутый кверху нос шумно принюхивался, как будто старался различить пришельцев по запаху. Его необъятное тело покрывал нелепый изумрудный камзол и не менее нелепые штаны-пуфики, с головы ярко-рыжими кудрями свисали париковые волосы.

– Ну и что вам нужно от меня? Говорите быстрее! – провизжал Дарлинг. – Скоро время второго обеда! Так что живее, живее!

– У парней заглохла машина, мистер Дарлинг. Я предложил довести их до фермы, они хотят на вас работать, – произнес водитель.

– Оба? – свиные глазки быстро перебегали с Рика, чье сердце готово было выпрыгнуть из груди, на внешне невозмутимого Стервятника.

– Прошу прощения, мистер Дарлинг, – мягко произнес Стервятник, делая шаг вперед. – Ваш водитель немножко ошибся: я уже работаю по соседству на мистера Томсона, которому вы продали часть своих земель.

При упоминании имени Томсона лицо Дарлинга на миг побагровело, но тотчас разгладилось и он широко улыбнулся, отчего его глаза превратились в щелки.

– Желаю мистеру Томсону хорошо обустроиться здесь. Если у него будут вопросы, то он может обращаться ко мне.

– Спасибо, сэр, так и передам ему. И еще, мой приятель – Рик, – Стервятник до боли сдавил острыми ногтями плечо Рика, – хотел бы также устроиться на работу к мистеру Томсону. Да, мы решили, что так будет лучше. Я смотрю, что ваше предприятие процветает, и вам не требуется дополнительный персонал.

Но Грязевой царь не слушал, к изумлению Рика и Стервятника он достал из-под стола жирного поросенка (теперь уже нормального размера), на шее которого красовался золотой ошейник, и поцеловал того в нервно хрюкающий пятачок.

– Знаете, почему не гербе моего дома нарисована свинья? – задал он риторический вопрос. – При моем отце герб Дарлинга украшала корова, но корова не принесла мне столько прибыли, как принесла свинья. Свиньи здесь – неприкосновенные, они священны. Каждого, кто обидит свинью, ждет суровое наказание. Чак, они обижали свиней? – визгливым тоном внезапно спросил Дарлинг у водителя грузовика.

Тот покачал головой.

Грязевой царь уставился глазами-бусинками прямо на Рика.

– Ну а ты кто такой, и зачем хочешь на меня работать?

Вопрос не застал Рика врасплох, он был готов к нему.

– Я Рик Бучер с шинного завода «Раунд». Мой бывший начальник мертв, а завод разрушен. В городе не осталось нормальной работы. Я слышал, вам нужны работяги, и решил попробовать.

– Ты готов к тяжелому физическому труду? Готов выгребать свиное дерьмо и мыть задницы коровам?

– Готов.

– Тогда хватит мусолить это дело, – сказал Дарлинг и, порывшись в столе, извлек оттуда помятые листы, свин на его коленях недовольно хрюкнул. – Подпиши это бумажное дерьмо и можешь приступать к работе.

Рик, не глядя, подписал четыре листа.

– Чак, отведи нового работника в третий барак, а ты, Димин, проводи нашего второго гостя к лаборатории мистера Томсона, он видно сильно заплутал, раз решил заехать сюда, – и пара злобных глаз-буравчиков уставилась на Стервятника. Рик представил, как Стервятник выхватывает пистолет и всаживает несколько пуль в Дарлинга или вначале в него самого, но Стервятник не был бы правой рукой Босса, если бы поддавался эмоциям. Он почтительно поклонился и вышел вслед за дворецким в коридор, на прощание одарив Рика пристальным взглядом, давая понять, что они еще встретятся.

– А вы что ждете?! – завизжал Дарлинг на Рика и водителя, как только дверь захлопнулась. – Покажи ему его спальное место и за работу, я что вас задаром кормить должен?! Кстати, о еде, где мой чертов обед?!

Пухлой рукой он нажал красную кнопку на стене – раздался дребезжащий звук и через пару мгновений в кабинет внесли пять дымящихся, аппетитно пахнущих подноса: хороший обед на всю семью, но нет, это все было лишь для одного Грязевого Царя. При виде жирного, истекающего соком бургера на краю тарелки у Рика потекли слюнки, как он хотел выхватить этот лакомый кусок прямо из-под носа у толстяка.

– Я сказал ВОН! – рассвирепел Дарлинг. – Иначе я вызову охрану!

Последнее, что увидел Рик за момент до того, как перед его носом захлопнулась дверь, был портрет на стене: нет, к счастью не свинья, а худощавый мужчина в простой холщовой рубашке и ковбойской шляпе. Казалось, что он пристально наблюдает за происходящим своими кристально-голубыми глазами. Кто это мог быть? Сейчас не важно: главное придумать, как пробраться в лабораторию к Томсону, которая, как он понял из разговора, находилась совсем рядом от фермы Дарлинга. Ведь там его ждет Адам, если он, конечно, все еще жив. Рик быстрым шагом поспешил за уходящим Чаком.

– — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – — – —

Бар «Черная Роза» был одним из любимейших вечерних мест отдыха работяг после напряженного трудового дня, однако он не пустовал даже в утренние и дневные часы: только если вечером здесь собирались шумные горлопаны, то утром забредали полусонные пьянчуги, вожделеющие стаканчик темненького с момента пробуждения. Томсон прошел мимо пыльного прилавка, за которым стояла массивная женщина с крепкими, как у грузчика руками и огромными сиськами, выпирающими из-под заляпанной жиром футболки.

– Что будешь, дорогой? – басовитым тоном промурлыкала барменша. Томсон поморщился: в этом поганом месте все вызывало у него отвращение и толстая тетка, которая пыталась заигрывать с ним, не была исключением.

– Чай, пожалуйста, – небрежно бросил он, ища глазами Линду, но его взгляд неизменно натыкался на хмурые лица алкашей, медленно попивающих мутное пойло, по цвету похожее на мочу.

– У нас только выпивка, дорогой.

– Дайте что-нибудь легкое, – ответил Томсон. А вот и она! Линда сидела в дальнем углу бара, скрытая за широкой спиной бродяги, чья одежда напоминала рваный холщовый мешок. Томсон быстро рассчитался с барменшей и, схватив грязный стакан с бледно-желтой жидкостью, направился к ней.

– Ты один? – коротко спросила она, когда он подсел к ней.

Томсон согласно кивнул, обманывать было бесполезно: эта женщина распознавала ложь с полувзгляда.

– Я знаю, что ты изобрел, Габриэль, и что у тебя получилось в итоге, – сказала Линда, не сводя с него черных глаз. – Не буду тебя порицать, у нас на это просто нет времени. Ты должен исправить ситуацию, твой прошлый подопытный – Рик Бучер едет спасать своего друга Адама…

– Он уже приехал, устроился работать на ферму к Дарлингу, – фыркнул Томсон.

– Тем более. У него есть огромное желание, но нет знаний и возможностей. Ты должен обеспечить его всем необходимым, дать проводника-медика и провести внедрение в организм Адама.

– А зачем для этого Бучер? – недовольно спросил Томсон. – Этот олух будет только мешаться и все испортит. Лучше использовать для этого собственный штат профессионалов.

– Ты дашь ему человека из своего окружения. Но он сам должен помочь своему другу. Это крайне важно для Рика.

Томсон вновь презрительно фыркнул.

– Какое мне дело до того, что нужно этому тупому плебею?

– Твоя главная проблема, Габриэль, в том, что ты не любишь людей. Ты используешь нужных тебе людей как роботов, а ненужных выбрасываешь словно мусор, – печально произнесла Линда. – Но пойми, наконец, каждый человек прекрасен по-своему. К тому же я уверена, что ты не хочешь рисковать своим персоналом понапрасну, а задача стоит не простая.

Томсон угрюмо уставился на нее, осознавая, что только ее последний довод имеет хоть какой-нибудь смысл. Пусть лучше погибнет этот никчемный идиот, чем его работники.

– Не пытайся избавиться от меня, Габриэль. Ты ведь понимаешь, что твоя тайна не только в моих руках, но ее также владеет еще как минимум один человек. Ты не сможешь всем заткнуть рты.

И он правда не мог. Осознавать это было мучительно, но вся хваленая секретность его компании рассыпалась, как карточный домик.

Внезапно в кармане пиджака Томсона раздался писк телефона. Тот быстро достал его и почти вплотную приложил его к уху. Линда внимательно наблюдала за ним: Габриэль не произносил ни слова, он внимательно слушал и с каждой секундой его непроницаемое лицо становилось все более удивленным. Нажав отбой, он уставился на Линду своими блеклыми рыбьими глазами и голосом, в котором чувствовалось легкое волнение, произнес:

– Звонили из лаборатории. Через 12 часов после приема антител состояние больного полностью стабилизировалось. Исчезли внешние признаки обнаруженных ранее заболеваний, температура и пульс в норме.

Линда лишь покачала головой.

– Я все слышала, Габриэль, – спокойно произнесла она, но в ее голосе слышалась скрытая угроза. Линда повернулась боком и указала на маленькие наушники, скрытые в ушных раковинах. – Я могу получать все файлы из хранилища в режиме онлайн, и тебе не удастся перекрыть мне доступ. Могу прослушивать твои телефонные переговоры и просматривать почту и видеть все, что происходит в твоих лабораториях. Так что не пытайся меня больше обмануть.

Томсон злобно посмотрел на Линду, но ничего не ответил. Впервые его судьба была в руках другого человека, и он вынужден был подчиняться, должен делать то, что желает эта маленькая женщина. Эта непривычная ситуация приводила его в бешенство, но сейчас он был бессилен, что либо предпринять.

– Ты рассказал мне лишь часть разговора, – продолжила Линда. – Внешние симптомы действительно исчезли, и большая часть поврежденных тканей восстановилась. Однако патогены по-прежнему циркулируют в крови, уровень иммунных клеток предельно низок, за исключением натуральных киллеров и цитотоксических лимфоцитов, вирусная ДНК обнаруживается в любом типе клеток, кроме нейронов. Это не нормально, Габриэль. Возможно «выздоровление» Адама связано вовсе не с действием твоего препарата, а с патогенезом самого вируса!

– Но этого не может быть! Я программировал жизненный цикл вируса совсем по-другому! – яростно воскликнул Томсон, всплеснув руками, отчего стакан с желтой жидкостью перевернулся на стол, что вызвало недовольное ворчание бродяги за спиной Томсона.

– Ты не можешь все контролировать, Габриэль, – ответила Линда, – но свои ошибки нужно исправлять. Найди способ связаться с Риком и проведи внедрение. Надеюсь, общими усилиями мы спасем Адама.

Томсон ничего не ответил и порывисто встал. Быстрыми шагами он покинул бар, едва не разбив еще несколько стаканов, неосторожно оставленных на краю столов, в его душе клокотала бессильная ярость.