- -
- 100%
- +
Олег
– Верунчик, неужели тебе не хочется отдохнуть? Время пролетит, не заметишь. Или ты привыкла мерзнуть среди сугробов настолько, что даже двигаться не хочешь? – звенела в трубку Элла от негодования. Ох, если б она знала, как я хочу ее увидеть! Но та история, которая сейчас со мной происходит в момент начавшегося отпуска, как нельзя кстати. Не могу, да и не хочу ей об том рассказывать. Опять услышу в ответ: «Да ты что, сума сошла! Ты ведь постоянно попадаешь в глупые ситуации! Бросай все и едь ко мне!». Да, я знаю, что все в округе считают меня чудачкой. Видимо так и есть, не спорю, есть в этом доля правды. Например, на свадьбе моей лучшей подруги, этой самой Эллы, или, как ее называли в классе за тихо-агрессивный нрав, Эллочки-людоедочки, я наступила невесте на платье, и мы вместе рухнули друг на друга, целуясь лбом и затылком, прямо на глазах у всего честного народа в центре площади. После чего белоснежное платье, слава Богу, оказавшееся прочным, красовалось отпечатком моего ботинка 39-го размера. Ну, а у меня была небольшая шишка на лбу, что в принципе не могло помешать тогда моему общему виду: розовый свитер, оттянутый до колен, джинсы а-ля 80-е и ботинки светло-зеленого цвета на толстой подошве. Это было 10 лет назад, и я бы не сказала, что я сильно изменила свой взгляд на ношение одежды, да и вообще сильно изменилась.
– Милая моя! Да нет же, конечно! Я с удовольствием к тебе бы приехала! Но у меня осталась незавершённая работа, конференции надо оформить. Да и отпускные мне еще не дали. Сама знаешь, чем тяжелее народу живется, тем меньшим его можно обрадовать. Ты прости, я, если удастся, обязательно приеду.
Я с радостью встретилась бы со своей подругой. Но, как не жаль, поездка к Элле не входит в мои планы. Да, будем знакомы. Меня зовут Вера Андреевна Пушко, для своих знакомых я Верунчик или Пушок. Мне недавно стукнуло 28, хотя выгляжу моложе и чувствую себя на 20. Наверное, это и привлекает ко мне людей. В своем маленьком сибирском городе Батыхане я всегда пользовалась популярностью, невесть какой, конечно: скороговорка и хохотушка, так как говорю и действую быстро, а также ценю чувство юмора. Работаю я секретарем в строительной компании. Эта работа требует активности, и поэтому мое начальство меня ценит и все мои чудачества сносит. Замуж я еще не вышла, так как молодые люди моего возраста, но чувствующие себя на 20, меня, как, ни странно, не устраивают. Да и вообще, местные мужчины меня не вдохновляют. Видимо, моя судьба где-то далеко, плавает по волнам лазурного моря и поднимает паруса. Да, море… Море – это загадочная, сладкая мечта, которой не суждено, наверное, сбыться.
Ну, а на данный момент в моей жизни происходит нечто странное. Недавно в полночь звонит мне мой бывший одноклассник Олег Комаров. Я совсем не ожидала его услышать. Последний раз мы виделись с ним на похоронах моей матери. Отца своего я никогда не видела, и мать у меня была единственным родным человеком. Мне было тогда очень тяжело, и Олег поддержал меня, так как мы были друзьями, и все события в жизни делили пополам. Потом Олег уехал в Санкт-Петербург, отучился в «Горном институте» и остался там работать.
– Верунчик, привет! Это я, Олег, узнала?
– Олег? Какими судьбами? Господи, ты откуда звонишь? – заголосила я от радости.
– Да вот, только что приехал. Нас командировали сюда. В Батыханском хребте дорогу будем прокладывать. Информации пока минимум. Все, как снег на голову. Но я очень рад, что могу встретиться со своими друзьями и одноклассниками. Слушай, приходи скорей в «Камелию», я всех собираю! – весело воскликнул Олег.
– Как здорово! Считай, уже в пути! – тут же подскочила я.
Собралась я достаточно быстро. Ко мне подошла Клуша, так зовут мою кошку, заспанная и удивленная тому, куда я собралась среди ночи. Я ее потрепала, поцеловала в мокрый нос, вышла в ночь и понеслась по заснеженным улицам.
Спасение
В «Камелии» было жарко. Несмотря на то, что на улице разыгралась по-настоящему февральская погода, и градусник зашкалил до -42 С, в этом старом заведении царила Африка. Людей собралось много. Удивляло то, что далеко не одна я, как сумасшедшая, примчалась сюда в первом часу ночи в такой мороз. То, что у Олега столько хороших знакомых, я не подозревала. Кроме старых школьных товарищей, здесь присутствовали совсем незнакомые мне лица, может быть, коллеги Олега. Я очень удивилась увидеть здесь и его бывшую любовь – красивую Юлечку. Не думала, что он ее еще когда-нибудь позовет. Уж слишком много гадостей привнесла она в его жизнь.
– Пушок, родной! – подхватил меня кто-то сзади.
– Олег, не надо так пугать, – повернулась я, – лучше ущипни меня покрепче, а то я не верю, что в нашем городе такой праздник. Да ты совсем не изменился. Не женился еще?
– Нет, родная. Кроме тебя у меня никого нет!
– Только не надо сарказма! – съехидничала я.
– Ладно, присоединяйся! Видишь, народу-то сколько! Гулять будем до утра! – И Олег тут же отправился здороваться с новыми прибывающими.
Мне стало нестерпимо жарко, пришлось снимать с себя пару свитеров. Несмотря на то, что северянка, я очень не люблю холод и, наверное, никогда к нему не привыкну. Всегда зимой хорошенько утепляюсь, однако и это порой не спасает. Наверное, поэтому в моих мечтах ласковое море, солнце и песок.
Столы еще накрывались, однако многие уже казались нетрезвыми.
– Знакомься, это Матвей, – снова вернувшись ко мне, указал Олег на высокорослого, сутулого брюнета с большими настороженными глазами.
– Очень приятно. Вера, – я хотела что-то спросить, но тут Олег воскликнул:
– О! Какая неожиданность! Яков Михайлович, а вы, какими судьбами?
Я развернулась к входу и увидела еще одного нового для меня человека. Мужчина лет сорока в дорогом, на мой взгляд, костюме, в накинутом поверх кожаном пальто, с приятной внешностью и строгой осанкой произвел на меня впечатление. Во всяком случае, в таких заведениях, как «Камелия» редко можно встретить бизнесмена, зашедшего в час ночи выпить чашечку кофе. Яков Михайлович огляделся:
– Олег? Вот так совпадение! Еще недавно мы виделись в Москве, а вот теперь здесь. Судьба, – и он приподнял бровь, рассматривая всех собравшихся в кафе.
– Да вы присаживайтесь, не стойте. Я тут немного праздную, хотя приехал сюда по работе. Это мой родной город, но я не часто здесь бываю, – и Олег с любезностью пригласил своего знакомого за стол.
– Я тоже по делам, – все так же осматриваясь, сообщил Яков. Он сел недалеко от меня, и я разглядела его импозантную внешность. Такие симпатичные мужчины, должно быть, привлекают многих женщин, но, ни одну из них он, наверное, не выбрал, во всяком случае, обручального кольца у него на пальце не было.
Я закурила и задумалась: «Странно, какой такой знакомый у Олега может быть из Москвы? Хотя, я наверняка уже многого не знаю и мало смыслю в знакомствах людей больших мегаполисов…» В конце концов, моя мысль улетучилась, и через сигаретный дым я почувствовала приятный запах мужских духов. Да. Несомненно, новый знакомый меня очаровал.
Мне так и не удалось толком поболтать со своим давним другом. Он постоянно исчезал, принимал поздравления с приездом, а я отвлекалась от мужского эталона разговорами со своими старыми знакомыми. По всему периметру стола лилось шампанское, произносились тосты, и повод для нашего города произвести фурор с фейерверком, о котором все долго еще будут вспоминать, приводился в жизнь. Пока я делилась последними событиями своей жизни и выслушивала чужие, в центре зала уже закружила в танце пара Якова Михайловича и тоненькой Юлечки.
Юлия всегда умела флиртовать, и именно этот факт послужил когда-то разрывом в их отношениях с Олегом.
А начинался их роман еще в 10 классе. Тогда Юля плохо училась, и, хотя Олег часто ей помогал с уроками, для учителей никаких надежд она не подавала. Сейчас Юлечка являлась управляющей сетью магазинов, и как всегда не упускала шанса завоевать сердца всех более или менее симпатичных парней нашего города, что в принципе ей удавалось. И своей карьерой, отчасти, Юля обязана именно им. Я никогда ей не завидовала, так как это делали все девчонки. Но сейчас почему-то раздражалась от ее привязчивости и ловила себя на мысли, что ревную.
Через некоторое время, оглянувшись вокруг, я не смогла найти глазами, ни Олега, ни Матвея, которые до этого, как мне показалось, долго о чем-то говорили друг с другом. Мне стало досадно и скучно. Я вышла из-за стола и пошла по направлению в соседний зал. Отказывая по дороге в приглашениях потанцевать, я зашла в туалетную комнату и, увидев свое отражение в зеркале, отметила, что выгляжу неплохо. Хотя глаза уже были затуманены, что в принципе неудивительно – шампанского было выпито немало, да и шел уже четвертый час. И как только я решила подправить наспех сделанную перед уходом из дома прическу и макияж, вдруг услышала шум в зале, как будто в «Камелию» зашло еще человек двадцать. Шум нарастал, и уже были слышны явные крики. Почуяв недоброе и плюнув на свою красоту, в негодовании я выбежала в зал и сразу почувствовала резкий запах не сигаретного дыма. Сообразив, что это пожар, я поспешила к столу. Люди сбивались с ног, и создали целую пробку. Я девушка высокого роста и крепкой комплекции, плечи у меня не узкие (когда-то занималась плаванием), и мне пришлось не пощадить никого, Пробравшись к своему месту, рядом с которым и происходило возгорание, я поняла, что мне уже трудно дышать. Динамично нащупав что-то вроде своей сумки, одежды и еще чьих-то вещей, я ринулась к выходу, который был плотно перекрыт людьми из-за воцарившейся паники. Вырвавшись из толпы, я упала на снег. Был слышен вой сирены и рев приближающихся пожарных машин. Немного отдышавшись, я поднялась, натянула на себя куртку и поняла, что никого из разбегающихся гостей уже не найду. Собрав все спасшиеся вещи, я побрела домой.
Праздник для Клуши.
Уже с утра я обзвонила всех вчерашних приглашенных Олега. Почти все, спасенные мною из ночного пожара, вещи были розданы их хозяевам. Осталась только чья-то коробка с диском. Я машинально набирала на телефоне номер Олега, но трубку никто не поднял. Чувство тревоги меня уже немного покинуло, пожар был не очень сильным, и вряд ли кто-то мог пострадать. Хозяин диска, наверное, сам объявится. И эта мысль меня успокоила. Я прошлепала в ванну, чтобы привести себя в человеческий вид. То ли от усталости, то ли от стресса, вчера я легла спать, даже не умываясь.
В зеркале появилось отражение с измазанным сажей лицом. Требовался хороший душ. Клуша, обрадовавшись окончанию своего одиночества, крутилась у меня под ногами. Стоя уже под струями воды и вспоминая прошедшую ночь, я потянулась за мылом и вдруг опрокинула какой-то флакон. Протерев глаза, я выглянула из-за шторки и обнаружила, что уронила оттеночный шампунь. Шампунь уже вытек, и, поругав себя за безрукость и за привычку не закрывать крышки, я особо не торопилась, а выйдя из ванны, заметила Клушу, что-то старательно вылизывающую на себе.
– Умница, чистоплюйка моя! Надо, надо умываться по утрам и вечерам! Трам-пам-пам! – весело обратилась я к кошке. Но Клуша как-то странно умывалась, судорожно и с пузырями. И тут, поняв, что мое драгоценное животное попало под падающий шампунь, я схватила кошку и понесла в ванную. Моя Клуша не очень любит мыться, царапается и всеми силами выказывает свое недовольство. Но тут, видимо, теплый душ, показался ей спасением, смывающим остатки несъедобной жидкости с ее шерсти. Рыжая в жизни Клуша стала пигментировать, и когда подсохла, приобрела завидный светло-баклажановый окрас. Настроение у нее было на нуле. Мне тоже было досадно. Кошка сникла и начала икать. «Боже, – подумала я, – это ж, сколько она этой дряни вылизала!» Пришлось быстро собираться, брать бедняжку под сердце и везти в ветеринарную лечебницу. Выбежав из дома и остановив такси, я надеялась быстрее добраться до места, но… застряла в пробке. Ну, откуда они берутся в нашем меленьком городишке! Я диву даюсь! Обеспеченность половины населения оставляет желать лучшего. Однако за рулем каждый второй, и все спешат куда-то. «Наверное, люди просто замерзли, ведь пешком в такой мороз далеко не уйдешь», – подумала я.
Посидели мы с Клушей полчаса в такси. И если бы не мои серьезные опасения за кошку, можно было бы еще подождать, но я все-таки хотела быстрее спасти драгоценное здоровье моего единственного домочадца, и пошла пешком. За свою жизнь я никогда не сталкивалась с таким заведением, как ветеринарная клиника, и, честно сказать, слабо знала, где конкретно она находится. Все, что мне было известно, это название улицы и примерное расположение дома. Увидев на двери «Дома быта» плакат с изображением улыбающегося, довольного Леопольда и надписью: «Красивым кискам вход свободный», я с уверенностью сориентировалась в данном направлении. Зайдя вовнутрь и оказавшись в холодном пустом помещении, я увидела женщину, сидящую за одиноким столом, одетую в пуховик, похожий на телогрейку и в белой косынке, повязанной на голове причудливым узлом. Она напомнила мне больше колхозницу, чем ветеринара. Ее лицо расплылось в улыбке:
– Дорогая, у вас кот или кошечка? – спросила она.
– Кошка, – ответила я, сбивая снег с обуви.
– А, ну, покажите мне свою красотулю, – попросила меня женщина, вставая из-за стола. Я не совсем поняла, почему красота является преимуществом для заболевших животных, но автоматически выпустила Клушу на воздух.
– Ой, ты золото! – воскликнула она, – Неожиданный окрас. А сколько ей лет?
– Около трех, – гордо ответила я, как будто похвала была адресована мне.
– Ну, заходите скорей. Опаздывать не хорошо, – и эта странная женщина буквально подтолкнула меня в соседнюю дверь.
Я, видимо, была еще в некотором замерзшем состоянии, и именно поэтому долго не понимала, куда я все-таки попала. Когда дверь за мной закрылась, мне вдруг зааплодировали. Оказавшись в центре внимания, даже сообразив, что моя ориентировка была не верна, я встала, как вкопанная. В хорошо освещенном зале, с развешенными по всем четырем стенам плакатами, подобными тому, что висел на входной двери, были расставлены пьедесталы. На них восседали кошки различных пород, и рядом с каждой стояли их хозяева. Меня кто-то проводил к белой стойке, будучи единственной, не занимаемой в этот момент. На мурлыканье и мяуканье котов моя больная крошка оживилась и, выйдя из укрытия на белый постамент, бодрым голосом произнесла: «Мя-у-у!»
– Здравствуйте, представьтесь, пожалуйста! – обратился ко мне мужчина средних лет в сером костюме и галстуке, с бейджиком на нагрудном кармане пиджака.
– Вера Андреевна Пушко, – ответила я с неловкостью, понимая, что обратился ко мне ведущий данного шоу.
– А как зовут нашего питомца? – и он указал на Клушу, которая в этот момент заинтересованно рассматривала своих собратьев.
– Это кошечка. Зовут ее Клуша, – вызвав у всех улыбки, озвучила я имя моей любимицы.
– Интересное имя, – усмехнувшись, ведущий подошел к нам и прочесал Клушу против шерсти какой-то щеткой, – Замечательный экземпляр! Подойдите к жюри, пожалуйста.
Клуша боднула вдогонку щетку, которая неприятно вздыбила итак пострадавшую шерсть, а я, немного помявшись, погладила свою кошку на прощание и направилась к столу, где, на мой взгляд, располагалось жюри. Дойдя до стола, я обернулась и встретила непонимающий взгляд ведущего. Тут же зал зашумел, а жюри заулыбалось. Я сконфузилась и запылала. «Ну, что, – думаю, – не так? Неужели штаны задом наперед одела?!»
– Вера Андреевна, – зазвучал голос ведущего, – Клушеньку забыли, жюри именно на нее хочет посмотреть.
Дамы с пушистыми котами загремели хохотом. Мне показалось, что даже у кошек затряслись на шее бантики от смеха. Забыв обо всем на свете, я чуть не провалилась сквозь землю от стыда. Недоумевая, почему я пошла красоваться без нее, Клуша спрыгнула с постамента и с вопросительным «Мр-р-мяу?» подбежала ко мне. «Ну, – злилась я, – какая бессовестная! Дома мне голову заморочила, прикинулась больной, а тут издевается! Ну, я тебе задам, подожди!» Но, ничего не попишешь, я взяла ее на руки и показала всему развеселившемуся жюри.
Клушу, как мне показалось, тщательно осмотрели и ничего подозрительного не нашли. Затем я заполнила какую-то анкету, получила ленточку участника выставки кошек, сочла, что моя кошка совершенно здорова и вернулась домой. Клуша спокойно поела и свернулась клубочком у батареи, как будто именно так все и должно было быть, и ее день прошел не зря. Да, каждый гуляет по-своему. Немного уставшая, я прилегла подремать.
Выигрыш
Проснулась я от телефонного звонка. Часы показывали 10 вечера.
– Вера Андреевна? – сквозь сон услышала я в трубке мужской голос.
– Да. Я. – мне пришлось сесть в постели и включить светильник.
– Меня зовут Валентин Геннадьевич. Вы сегодня принимали участие в выставке кошек с вашей киской Клушей. Я представляю недавно создавшийся клуб «Кис на бис». Сегодня жюри обработало данные конкурса и выбрало вас. Поздравляю! – чувствовалось, что в этот момент человек заулыбался.
– Зачем выбрало? – протирая глаза, недоумевала я.
– Как зачем? Вы не хотите прокатиться с Клушей на междугородний конкурс и получить главный приз? – голос мужчины взял высокие ноты.
– Какой? Куда? – мне стало совсем непонятно, о чем мне толкуют.
– Да вы как с небес свалились! В Петербурге 25 числа будет проходить выставка года. Призеры получат титул «Царской кошки», а их хозяева премию в размере 1000 долларов! Неужели вы ничего не знаете? Наш город впервые попал в список участников, это большая честь! – Валентин Геннадьевич чуть не хрипел, как будто его только что оскорбили.
– Да, понимаете…, – мямлила я, – я случайно… Ну, конечно…, – мне почему-то становилось неловко перед ним.
– Так вы поедете? – требовательно спросил расстроенный мужчина, будто вызывая меня на дуэль.
– Да, – обреченно согласилась я.
– Ну, подъезжайте ко мне завтра к 8 часам утра. Проспект Мира, дом 65, код 211, офис 5. Возьмите с собой документы свои и на кошку, – смягчился Валентин Геннадьевич.
– Но у Клуши нет документов, – парировала я.
– Вы у нас еще и необразованные, – угрюмо отозвался голос, – И прививок нет?
– Со школы не делала, – не понимала я, зачем ему нужны мои прививки.
– О! Так вы школу посещали? А в клубе вы были? Так, значит, все-таки должны быть документы?
– Ничего не понимаю, – опешила я, совсем запутавшись.
– Так! Вот что! Берите, что есть. Разберемся. Времени у нас мало. Не опаздывайте!
И связь прервалась.
Я так и сидела в кровати. Голова шла кругом. Мне показалось, что я что-то упускаю, и надо крепко подумать, что же предпринять, чтобы все встало на свои места. Тут же посыпалось куча вопросов: И все-таки где же Олег, где искать хозяина диска, и куда я вдруг согласилась ехать с Клушей?
Постепенно просыпаясь, я попыталась все взвесить. Олег, наверное, уехал в горы, диск принадлежит кому-то из его коллег, который сейчас находится с ним, а с Клушей мы по счастливой случайности попадем на выставку кошек и заодно побываем в Санкт– Петербурге. Не лето, конечно. Но этот город для меня оставался всегда далеким царством изящной архитектуры, о которой я помнила из детских лет, когда мы с матерью однажды были там проездом. Больше мне не удавалось там побывать. И причин, по которым можно было бы еще раз хоть глазком увидеть запомнившуюся красоту величественного города, не было. И вот! Госпожа удача все-таки мне улыбнулась!
И когда снова зазвонил телефон, именно с этими мыслями я пыталась объяснить Элле, что поездка к ней в гости пока откладывается. Уже под ночь я осознала, что надо предпринять очередные попытки дозвониться до Олега:
– Алло, Зинаида Петровна? – обрадовалась я, услышав сонный голос матери друга, – Это Вера. Простите Бога ради за столь поздний звонок. А Олег дома?
– Нет, родная, Олег уехал сегодня, – тихо ответила Зинаида Петровна.
– В экспедицию? – уверенно спросила я.
– Да, нет же. Экспедиция отменена. Буровая у них сломалась, на морозе вся техника сбой дала. Неудачно все как-то, – роптала расстроенная мать.
Да. А ведь погода действительно не походная. Хоть и поднялась метель, мороз не очень-то сбавил свои права. Еще утром я слышала, что даже в школах объявили актированные дни, и дети не пошли на уроки. Нам к морозу не привыкать, а вот техника не всегда желает работать в таких условиях, это уж я знаю.
– Так что, его командировали обратно? – застонала я, – Как обидно!
– Да, Верочка, и я не рада. Ну, спокойной ночи, – и Зинаида Петровна повесила трубку.
Видимо, ей было не очень приятно говорить о том, что не успела она толком полюбоваться своим сыном. Правда, она живет не одна. У Олега еще есть младший брат Антоша, ему 16 лет, и мать оберегает его всеми силами. Мужа она давно схоронила, и ей, конечно, приходится нелегко. Старший сын для нее, как лучик света.
Я омрачилась совсем. Мысль о том, что мне завтра вставать ни свет, ни заря заставила меня погасить свет и укутаться в одеяло. Но заснуть не удавалось. Меня снова заинтересовал вопрос, чей же это диск? Ведь если я уеду, то именно в этот момент объявится тот, кому он принадлежит, как по закону подлости. Надо зайти в офис и посмотреть, что за информацию он несет, тогда я, наверное, смогу определить, чей он может быть. Честно говоря, я никогда не была педантичной, однако чужие вещи в моем доме вызывают у меня раздражение. А когда мне мать в детстве приносила от соседок, у которых дети были постарше меня, поношенные платья и кофты, я только фыркала.
– Ну, чего ты противишься? – причитала мать, – ведь они совсем добротные, Галочке они почти сразу стали малы, а тебе в самый раз.
Но я упиралась, как могла. Уже тогда любая оставленная у меня чужая игрушка вызывала у меня беспокойство. Я не могла понять, зачем она мне, ведь у нее есть хозяйка, надо отдать. Сейчас с одеждой все утряслось. Я могу надеть чье-нибудь одеяние, если такого не найдется в моем гардеробе, и вдруг очень понадобится, но вот другие предметы я стараюсь отдать сразу, дабы не было проблем и претензий. И вот. Лежит у меня этот диск и мозолит мне глаза; Хотя, может это вообще компьютерная игрушка. Но даже если так, она не моя. Я все равно подозревала, что, скорее всего, эта вещь имеет отношение к друзьям Олега, хотя и не обязательно. По любому, я поеду в Питер и отдам ее Олегу, ему будет виднее, кто из его приглашенных мог иметь такой диск. Заодно я наконец-то восполню упущенный момент и полноценно пообщаюсь со своим другом. Эта мысль меня обрадовала и, полная предвкушений, я провалилась в сон.
Утром, а точнее даже ночью, так как она у нас полярная, и до 11 утра еще полная темнота, я спросонья все начала путать: зад с передом, шиворот с выворотом, соль с сахаром и документы с кошкой. Добравшись до места и окончательно окоченев, я получила точные инструкции, кучу справок и билеты на поезд, отправляющийся сегодня в 9 часов вечера.
Домой я шла, не чувствуя ног и покрытая инеем, как еловая ветка. Уже начало рассветать. Деревья, равно, как и я, прятали свои ветви под сугробами снега. Разница лишь в том, что им от этого было теплее. Город уже проснулся, и народ суетливо хрустел настом под ногами, каждый старался идти быстрее. Дети, радуясь актированным дням, воспринимали их, как мини-каникулы, и не понимали, что же такого в этом морозе, страшного? Они весело резвились на ледяных горках, освобождая раскрасневшиеся лица из надоевших колючих шарфов, заботливо завязанных матерями. Рассматривая этих детей, невольно пускаешься в воспоминания детства.
Но мой взгляд переключился на другую картину. У своего подъезда я заметила красивую машину, никогда не встречавшуюся в нашем дворе. Из нее вдруг вышел мужчина и направился ко мне навстречу. Я его не узнала.
– Здравствуйте, Вера, я к вам.
– Доброе утро, только я не помню, чтобы мы были знакомы.
– За этим дело не станет. Ваш покорный слуга – Леднев Яков Михайлович.
Яков Михайлович
И, наконец, мои слипшиеся от снега ресницы позволили мне разглядеть самого очаровательного мужчину.
– Да, Яков Михайлович, кажется, мы недавно виделись в «Камелии». Но откуда вы знаете, как меня зовут и мой адрес? – удивилась я.
– Вера, не мучайтесь в догадках. Все очень просто, – небрежно ответил он, – Узнать имя и адрес понравившейся девушки достаточно легко. Вы извините, – расшаркивался Яков, – боюсь казаться неказистым. Хочу пригласить вас на ужин. Как вы смотрите на эту идею?
– Очень неожиданно, конечно. Никогда еще рано утром не получала предложения поужинать, – но продолжать этот разговор не двигающимися губами становилось все сложней, – А в прочем почему нет? Я согласна, но не позже пяти часов. Видите ли, я сегодня уезжаю, и времени у меня очень мало.