Пансионат (не)благородных девиц
- -
- 100%
- +
– Нам сказали, что мы станем эскортом для одного мужчины, а не для нескольких, – вырвалось у Марго.
– И у этого мужчины могут быть свои пристрастия. Или друзья, которыми он внезапно захочет с вами поделиться. Такое бывает, вам ли не знать, мисс Адамс? В любом случае, наш пансионат даёт качественное и полноценное образование, а пригодятся ли вам полученные навыки в полном объёме или нет покажет время. Поэтому вам, Маргарет, придётся учиться, потому что, глядя на ваш сравнительно небольшой член и то, что вы с ним делаете… Ваше домашнее задание – учиться расслаблять горло. Заберёте свой реквизит и будете тренироваться. Пока не начнёт получаться. Я скину на ваш телефон несколько статей, в которых подробно расписана техника.
– А мы что, не будем учиться тому, как правильно возбуждать и делать то, что не делает никто? – спросила Бель.
– Да, что-нибудь из секретов гейш, – насмешливо сказала Кэрри.
– Будете, – спокойно ответил Энтони, пронзая её взглядом. – Но на живых людях, не на игрушках. Иначе как вы поймёте, что действительно эффективно, а что нет?
– Дайте угадаю: но это будет не на первом курсе?
– Именно. И, мисс Дайвенпорт, я бы порекомендовал вам вспомнить самое начало нашего знакомства. Сегодня я прощаю вашу дерзость и постоянное желание вывести меня из себя. Но только сегодня.
В его голосе отчётливо зазвенела сталь, Кэрри показалось даже, что она оцарапала кожу, по ней тут же заструились ледяные ручейки. Но бесёнок, живущий внутри, заинтересованно приподнял голову и подмигнул.
– А теперь вернёмся к вашим занятиям. До конца урока полчаса, хочу посмотреть, как вы сосёте. Без разницы, глубоко или нет. Но никаких перерывов. Начали.
– У меня губы, кажется, онемели, – с трудом проговорила Бель, когда занятие подошло к концу и профессор Смит ушёл. Никаких звонков в пансионате не было, видимо, преподаватели сами решали, когда завершить урок.
– Скажу честно: без перерыва я ещё никогда так долго не сосала, – ответила Кэрри. Она положила голову прямо на стол и теперь с неприязнью смотрела на свой член, продолжавший всё так же гордо стоять на столе. – Не представляю, что меня дёрнуло взять именно этого монстра?
– Желание утереть зад красавчику Тони, – усмехнулась Зои. – Не спорь даже, я заметила, как ты на него смотришь. Ещё вчера обратила внимание. Хотя он, кажется, тоже выделил тебя из всех. Может, станет твоим индивидуальным наставником, а?
– Ой, иди в жопу, – вяло отмахнулась Кэрри. – Да, он хорош, но самомнение до небес. Посмотрим, кто будет следующим. У нас же сегодня три урока?
– Вроде да, Агда утром писала. – Марго отлепила фаллос и осмотрелась – коробку профессор Смит убрал обратно в шкаф, а тот был закрыт. Пришлось положить перед собой на стол.
– Девочки, боюсь, у меня с домашним заданием не получится, – трагическим голосом прошептала Бель. – У меня очень сильный рвотный рефлекс, я уже столько раз пыталась ещё дома, и ничего. – В её голубых глазах заблестели слёзы.
– Научим, не волнуйся, – отмахнулась Зои. – Никакой особой науки нет. Для начала позу нужную подберёшь, а как станет получаться, будешь тренироваться по-всякому. Кстати, надо бы у Агды спросить, где смазку достать. Со смазкой заходит легче. Поначалу так точно.
– Какие у нас высокоинтеллектуальные разговоры, – хмыкнула Кэрри.
– А то! – Зои подмигнула и потянулась. Но не успела опустить руки, как дверь открылась и в кабинет вошёл новый профессор.
– Девочки! – улыбка в тридцать два зуба, пшеничного цвета волосы, загар и серые, смеющиеся глаза. Широкоплечий, с узкими бёдрами и длинными ногами, он походил на ковбоя в клетчатой красно-белой рубашке и голубых джинсах. – Что, профессор Смит уже успел вас напугать, да? Вижу усталость на хорошеньких личиках. Ничего, сейчас мы её прогоним! Я – профессор Джон Кокс, и да, знаю, что профессор Кокс звучит смешно, но… Фамилию не выбирают. Смотрю, реквизит вам уже выдали? А предупредили, что он теперь закреплён за вами до конца первого курса? О, мисс Дайвенпорт, судя по возмущению на вашем лице, не сказали. Не знаю, чем вы успели насолить То… профессору Смиту, но обычно он позволяет поменять игрушку в первый день. Но, раз не позволил, кто я такой, чтобы менять его решения?
Всё это время профессор Кокс расхаживал по кабинету, размахивая руками и источая энтузиазм и радость. Показалось даже, что стало светлее, будто солнце заглянуло в окна. Марго и Бель следили за ним, приоткрыв рот, Зои – оценивающе, и только в Кэрри после его слов о возможности замены вспыхнула такая злость, что думать о чём-то, кроме того как действительно насолить высокомерному и возмутительному мерзавцу Смиту, не получалось. Она вполуха слушала постепенно становившиеся привычными разглагольствования Кокса о дисциплине, подчинении и знаниях, которые даёт пансионат, и очнулась только когда он замолчал. Судя по лицам девушек, он задал какой-то вопрос, на который пока никто не решился дать ответ.
– Так как вы к этому относитесь? – повторил он, и Кэрри, поймав его взгляд, не задумываясь, буркнула:
– Положительно.
– Признаться, я приятно удивлён.
Кэрри поймала многозначительный взгляд Зои, а когда та показала под столом большой палец, и вовсе заволновалась: в чём она успела признаться, не заметив?
– Дело в том, что большинство наших учениц, да и женщин в целом, относятся к анальному сексу с опаской и предубеждением. Мало кто знает, как правильно подготовиться и что именно делать, чтобы получить от него удовольствие. Но, раз вы уже «в игре», думаю, для вас домашнего задания не будет. Маргарет, тогда начнём с вас. Что именно вас отталкивает? У вас ведь был опыт, насколько мне известно.
Пока Марго, краснея, дрожащим голосом рассказывала о грязи, неприятных ощущениях и желании, чтобы это как можно скорее закончилось, Кэрри пыталась сохранить невозмутимое лицо. Нет, к аналу она относилась действительно нормально, но не могла сказать, что это лучшее, что может предложить секс. Когда мужчин было двое – да, чувство наполненности зашкаливало, но только анальный секс… И кто её за язык тянул?
Дальнейшая лекция, к удивлению девушек, проходила действительно интересно. И дело было не только и не столько в её теме, сколько в манере профессора Кокса общаться. Он говорил так, будто знал их всю жизнь, не заострял внимание на чужом смущении и постоянно улыбался. Пояснения о том, как правильно подготовиться, как расслабиться, как стимулировать себя в процессе он давал легко и непринуждённо. А когда посмотрел на часы, давая понять, что урок подходит к концу, Кэрри подумала, что могла бы, совершенно не напрягаясь, слушать его весь день.
– Маргарет, для вас у меня будет домашнее задание. – Он подошёл к уже знакомому шкафу и достал новую коробку. Подошёл к девушке и открыл её. – Выберете самую маленькую. Для начала вы должны просто привыкнуть к ощущениям. Вечером, когда будете мастурбировать, вставьте её. Попробуйте. Увидите, вам понравится. Утром я хочу увидеть, что пробка находится в вас. Все уроки вы ходите с ней. Просто привыкаете. На уроке послушаю о ваших ощущениях. Остальным хорошего дня, увидимся завтра.
– Интересно, кто будет следующим? – спросила Бель, когда профессор Кокс ушёл. Марго уныло вздохнула, глядя на маленькую серебристую пробку с ярким камушком.
– Даже представлять не буду, – хмыкнула Кэрри и переглянулась с Зои. – Главное, чтобы нас с тобой домашние задания не настигли.
Пятая глава
Время близилось к полудню, профессор Кокс ушёл двадцать минут назад, девушки заскучали. Поначалу пытались представить, что будет дальше, потом – строили предположения о том, чем заняты в это время остальные ученицы. Бель даже выглянула в коридор, но там было тихо и пусто.
– Может, про нас забыли? – с надеждой предположила Марго.
– Я бы на это не рассчитывала. – Зои потянулась, гибкая, грациозная, как пантера.
Её слова подтвердились спустя ещё пять минут, когда в кабинет вошёл изящный, стройный мужчина с тонкими чертами лица. Яркие тёмные глаза, слегка подведённые карандашом, задорно блестели, а волосы торчали модным ежиком. Тонкие губы переливались перламутром, изящные длинные пальцы украшал чёрный маникюр.
– Заждались, кошечки мои?! – он картинно взмахнул руками и скорчил гримаску. – Меня задержали профессора со своими занудными разговорами, но вам об этом, конечно же, знать ни к чему. Я профессор Лэсли Старлайт, да-да, крошки, сияю и днём, и ночью! Но для вас просто Старри, обойдёмся без официоза. А как мне звать вас, малышки мои?
Глядя на Старри, невозможно было не улыбаться. Он порхал между столами, останавливаясь перед каждой девушкой, то приподнимая за подбородок, то пропуская между пальцев локон или просто касаясь щеки. Когда с представлениями было покончено, Старри вкатил в кабинет большую стойку, покрытую плотным атласным чехлом.
– Кошечки, кто мне скажет, чем может заворожить женщина при первом взгляде?
– Предложением уединиться? – пошутила Кэрри.
– Большой грудью? – предположила Бель.
– Ваша правда, крошки, только я говорю о самом первом взгляде. Итак?..
– Внешностью? – предположила Марго.
– Именно! – Старри хлопнул в ладоши. – Ваша красота, фигура – вот что привлекает в первую очередь. И пусть о богатом внутреннем мире твердят те, кому не повезло с размером груди или кривыми ногами. Оставим заумные беседы о Босхе и Камю тем, кто не привык к мужскому вниманию. Ваша задача в ином – сразить на повал с первого взгляда. И тут, кошечки мои, у нас будет очень много работы. Очень много, – он сокрушённо покачал головой.
– Так, постойте, – возмутилась Кэрри, – что с нами не так?
– Не так? Нет, малышка, с вами всё так, но даже самые драгоценные камни нуждаются в идеальной огранке. Вот, например, твои волосы… – Старри танцующей походкой подошёл к ней и приподнял несколько прядей. – Они пересушены. Просто караул. А кожа? Когда ты в последний раз делала маску?
– Скажите, а что нужно мне? – Бель даже привстала на стуле.
– Тебе, крошка, мы сделаем стрижку и откроем миру твои выразительные глазки и пухлые губки. А тебе, моя пантера, сделаем причёску а-ля Клеопатра! И не смей спорить со Старри, ещё никто и никогда не уходил от меня недовольным! Но это всё будет не сегодня и даже не завтра. Для начала я разберусь с вашей кожей, завтра у нас поход к стоматологу, зубки должны быть белыми. Маникюр, педикюр, шугаринг, лазерное отбеливание, массажи – привыкайте, скоро вы начнёте сиять, как звёздочки!
– Что-то я не замечала, чтобы старшие курсы сияли. – Кэрри с вызовом приподняла бровь. Не то чтобы она была против всех этих процедур, но ощущение, что у неё забирают собственное «я» и начинают вертеть, будто куклу, украшая и ухаживая, злило.
– Ты просто не присматривалась, крошка моя, – мягко отмахнулся Старри. – К тому же, я только задам вам вектор, а будете ли вы его придерживаться, зависит только от вас. А пока раздевайтесь.
– Опять? – вырвалось у Марго.
– Какие-то проблемы? – его голос моментально похолодел на несколько тонов. Марго испуганно качнула головой и принялась спешно стаскивать рубашку, даже забыв расстегнуть галстук. – Ещё какие-нибудь вопросы есть? – Старри внимательно посмотрел на них. Но если кто и хотел поспорить, всем резко расхотелось, слишком впечатляющим был переход от легкомысленного стилиста к профессору.
– А теперь посмотрим, – забормотал он под нос, когда все разделись и выстроились перед ним. – Здесь не мешает подкачать пресс, а тут уже подвисают руки. Не критично, через месяц всё будет идеально. А это ещё что за жуткие родинки на спине? Удалим…
Ещё пятнадцать минут прошли в тишине, перемежаемой бормотанием Старри. Он придирчиво осмотрел каждую девушку, у каждой нашёл десяток недостатков и сделал пометки в планшете. Потом отошёл на пару метров и задумался.
– Есть над чем поработать. Хорошая новость – через месяц фигурки у всех будут идеальные. Для каждой свои параметры идеала, естественно, никто не собирается закачивать в вас силикон, делать вульгарные губы или убирать пару рёбер и коренных зубов. Вы все индивидуальны, в этом ваша прелесть. Но некоторые шероховатости мы уберём.
Старри подошёл к стойке, скинул чехол, под которым скрывалось множество разнообразных комплектов белья, развешанных по цветам и фактуре. Кружева, атлас, кожа, однотонное, с принтами, прозрачное, плотное, состоящее из одних верёвочек или, наоборот, сплошное – у девушек разбежались глаза.
– Конечно, вы у нас богатые малышки, бельё носили не с распродажи, но умеете ли вы выбирать то, что подходит именно вам? Носить так, чтобы было комфортно, чтобы никакие косточки никуда не впивались, чтобы легко дышалось и не хотелось постоянно вытащить трусики из попы?
Девушки, слушая его, хихикали, совершенно забыв о том, что стоят голые перед человеком, которого видят впервые. Гроза, набежавшая недавно, ушла за горизонт, Старри снова весело щебетал, заставляя забыть о смущении.
– Кстати, крошки, не забывайте об обуви, – жестом заправского фокусника он открыл ящик, стоящий под стойкой. – Только каблук, только шпилька, только секс. Не удобно? Учитесь. Не представляете, сколько раз вам придётся приседать в таких, – Старри поднял туфли на невообразимых каблуках и высокой платформе. – Если с этим проблемы, лучше начинать привыкать с сегодняшнего дня.
– Что, приседать? – уточнила Зои.
– Именно. Сейчас каждая выберет одну пару, в них вы будете ходить в своей спальне. И я серьёзно рекомендую приседать. Кстати, тебе, пантера, это будет полезно: такие бёдра пропадают, их срочно надо подкачать!
– Может, вы нас ещё на стриппластику запишете? – не удержалась Зои.
– Запишем. Но не я, – неожиданно серьёзно ответил Старри. – Вас ждёт ещё множество интересных открытий. Но если будете продолжать выпускать колючки, открытия могут стать не такими приятными.
Когда занятия подошли к концу, девушки остались с ворохом белья, выданного с наставлением: «носить каждый день, на следующей неделе выдам новые комплекты», туфлями и короткими записками кому и на что следует обратить внимание в первую очередь.
– Теннис, – протянула Кэрри. – Не самый худший вариант, хотя я предпочла бы плавание.
– Думаю, никто не будет против, если ты пойдёшь в бассейн после, – пожала плечами Зои. – Всё равно, как я понимаю, мы уже свободны.
– Если весь первый курс будет проходить в таком ритме, мне нравится. – Бель с любовью погладила нежно-розовые шёлковые трусики. – Пока не страшно.
– Согласна. Это-то и пугает, – тихо, чтобы услышала только Зои, прошептала Кэрри.
После занятий ужасно разыгрался аппетит. Все эти тревоги и волнения последних часов заставили забыть обо всём и с энтузиазмом приняться за обед. Кэрри пришла в себя, только когда откинулась на стуле, блаженно жмурясь и допивая травяной чай. И тут же почувствовала его – взгляд, прожигавший кожу на затылке. Даже волосы зашевелились, а по позвоночнику вниз горячей волной устремились мурашки. Страшась подтверждения своей догадки, она обернулась: так и есть, профессор Смит смотрел на неё, не отрываясь. Встретившись с ней глазами, слегка приподнял уголок губ, словно собирался улыбнуться, но тут его отвлекли, и зрительный контакт прервался.
После обеда каждую в спальне ждал листок, заполненный аккуратным каллиграфическим почерком – Кэрри даже удивилась: неужели в наше время кто-то пишет ручкой, когда можно напечатать? Указания, данные Старри, кто-то переписал с подробными пояснениями куда идти и что делать. Марго первым делом отправлялась на эпиляцию, о чём поведала трагичным голосом.
– Всю жизнь брилась, ну, подумаешь, волосы быстро отрастают, зато не больно!
– Сейчас тебя как цыплёнка ощиплют, станешь гладенькой и розовенькой, – утешила Бель.
– И с пупырышками, как у курицы, – хихикнула Зои, не удержавшись. Её вместе с Бель ждал тренажёрный зал, а Кэрри – теннисный корт. Форма для занятий уже лежала на кровати. Белая, с голубыми полосками по подолу короткой юбки, напульсникам и повязке на голову. Рядом лежала ракетка в чехле, на полу стояли кеды.
Договорившись встретиться перед ужином, девушки разбрелись по замку, и только Кэрри, накинув на плечи пальто и ёжась под прохладными порывами ветра, побрела к корту, чья округлая крыша виднелась за деревьями.
– Интересно, как они представляют занятия, когда я только что поела? – вполголоса возмущалась Кэрри, шурша гравием под ногами. – Сейчас бы прилечь и поспать, а потом можно и за мячиком побегать.
В последний раз в теннис Кэрри играла год назад, с Джейсоном. Тогда внезапно появившийся в её жизни братец ещё пытался быть дружелюбным и делал вид, что ему интересна непутёвая сестрёнка. И теперь с игрой у Кэрри были связаны не самые лучшие воспоминания, и раздражение росло с каждым шагом. Врезать бы сейчас кому-нибудь ракеткой по голове! Желательно, чтобы этот кто-то был обладателем голубых глаз и острых скул. Стереть эту полуулыбку и высокомерное выражение с лица! При этой мысли стало немного легче, Кэрри даже заулыбалась, входя внутрь и скидывая пальто.
На корте было пусто, тихо гудела вентиляция, загоняя тёплый воздух, да неслышно щёлкали автоматы по подаче мячей.
– Отлично, – громко сказала Кэрри. – И с кем мне заниматься?
– Со мной, – раздался голос, а следом появился и его обладатель, заставив скрипнуть зубами. Пришлось снова подумать, как её ракетка врезается в эту идеальную линию челюсти, прежде чем Кэрри смогла мило улыбнуться. Понять бы, чем именно так раздражал профессор Смит! Может, тогда удалось бы вести себя спокойней, быть уравновешенней. Но не получалось – он бесил одним своим фактом существования.
– Вы работаете сверхурочно? – с лёгкой иронией спросила Кэрри, раскручивая кистью ракетку.
– Нет, у меня сейчас занятие, – в тон ей парировал он, занимая место на другом конце корта, за сеткой.
– И ради меня вы его пропускаете? Не стоит.
– Не пропускаю. – Он поднял руку и Кэрри увидела зажатый в кулаке яркий мячик. – Занятие с вами.
Кэрри едва успела отбить, больше машинально, чем действительно собираясь это сделать. Мяч улетел в сетку, отскочил и покатился по покрытию.
– И чем я удостоилась такой чести? – Подняв мяч, Кэрри подала его, Энтони плавно перетёк на несколько шагов влево и отбил, не отвечая. На несколько минут игра полностью увлекла, и только когда Кэрри пропустила очередную подачу, смогла напомнить о своём вопросе.
– Вы мне не ответили, профессор. Почему именно вы играете со мной? Так будет всегда? Или только сегодня?
– Зависит от вашего поведения, – туманно ответил он.
Времени на разговоры больше не было. Энтони гонял её по полю, не давая и секунды на передышку. Пот градом тёк по спине, впитывался в повязку на лбу, а волосы мокрым хвостиком били по плечам. Кэрри овладело злое желание обыграть его. Заставить пропустить хотя бы раз. Пробить брешь в непробиваемой защите. Но профессор, казалось, был создан из стали и вообще не уставал. Наконец Кэрри подняла руки, выронила ракетку и опустилась на колени. Тяжело оперлась руками о настил и прохрипела:
– На сегодня я всё.
Он медленно подошёл к ней и несколько секунд молчал, с жалостью глядя сверху-вниз. Потом презрительно бросил:
– Ваша физическая подготовка не просто на нуле, она отвратительна.
Развернулся и ушёл в душевые. Кэрри скрипнула зубами, схватила ракетку и уже замахнулась было, чтобы швырнуть вслед, но остановилась. Холодная улыбка скользнула по губам: отвратительная, значит? Ну, сейчас я тебе покажу!
Дождалась, пока в душе зашумит вода, легко поднялась, словно и не было изнуряющей тренировки, и, покачивая бёдрами, пошла к душевым. Тихо поставила ракетку, разулась и сбросила одежду, входя в облако влажного пара. Распустила волосы, и они тут же тяжелыми чёрными змеями легли на грудь. Кэрри смело шагнула дальше, ориентируясь на звук, и через несколько шагов увидела Энтони. Он стоял спиной к ней, размазывая по точёным плечам белую пену. Фигура без одежды оправдала все ожидания – мускулистая спина, узкие бёдра, подтянутые ягодицы и длинные ровные ноги. Внизу живота стало горячо, перед глазами промелькнуло его лицо сегодня утром, на уроке, когда она показывала возможности своей глотки. Интересно, что он скажет сейчас, когда она повторит это с ним?
Кэрри смело положила руки на его спину, слегка царапнула ногтями и спустилась вниз. Погладила ягодицы, завела руки вперёд, касаясь гладкого лобка, и почти обхватила член, когда её запястье перехватила чужая ладонь. Энтони резко дёрнул её, заставляя встать прямо перед собой, и слегка встряхнул. Губы насмешливо изогнулись, и Кэрри, как заворожённая, уставилась на них. Потом рискнула посмотреть выше, прямо в глаза удивительного, василькового цвета. На ресницах дрожала вода, она стекала с прядей волос, падала ниже, на ключицы. Хотелось потянуться и убрать эти капли губами и языком, и Кэрри качнулась вперёд, когда его вторая рука крепко сжала плечо.
– Об этом я и говорил. Наглость и ноль почтения. Думаете, я шутил, когда говорил, что прощу вас только один раз? Или считаете, что у нас поощряется секс с ученицами вне установленного времени? – Его голос походил на рычание сытого, довольного тигра, и Кэрри запоздало подумала, что он ждал от неё подобной выходки. – Молчите, – протянул он. – Хорошо. Но каждое неповиновение должно быть наказано. Через час после ужина жду вас в своём кабинете. Четвёртый этаж, левое крыло, третья дверь налево. Ровно через час после ужина. И не опаздывайте.
С этими словами он отпустил её, легонько оттолкнув от себя, смыл остатки пены и вышел, оставив растерянную Кэрри одну.
Шестая глава
Обратно Кэрри возвращалась в смешанных чувствах. Страх сворачивался клубком в животе, но при этом хотелось улыбаться без причины. Профессор Смит завораживал, а его сегодняшний отказ раззадорил. Было жутко интересно, что за наказания используют в пансионате, даже представить не выходило. Когда Кэрри поделилась с подругами, Бель и Марго испуганно ахнули, а Зои сузила карие глаза и зловеще улыбнулась.
– Наша Кэрри не промах, идёт напролом к цели, а, детка?
– Не понимаю, о чём ты, – пожала плечами Кэрри.
– Ой, да ладно! А то я не видела, как ты на него таращилась! Решила поскорее узнать, что за сокровище у него в штанах? Кстати, разглядеть хоть успела?
– Не успела. – Кэрри скривилась. Слова Зои отчего-то задели. Одно дело, когда ты признаёшься в своих мыслях только себе, другое – когда их озвучивает другой человек. Неужели она действительно решила увлечься профессором? А ведь на корте казалось, что это просто мелкая месть и желание что-то доказать. Если её так просто прочитать, то профессор Смит тоже не сомневался в её действиях. Может, даже специально вызвался провести с ней тренировку? Мурашки под кожей стали крупнее, во рту моментально пересохло.
– Я бы на твоём месте так не радовалась, мало ли, что он придумает, – осторожно сказала Марго и слегка поёрзала. – Никак не могу привыкнуть к тому, что на теле не осталось волос. Кожа такая чувствительная, я даже одежду ощущаю.
– Ещё несколько раз сделаешь эпиляцию и привыкнешь, – махнула рукой Бель и посмотрела на Кэрри. – Не могу понять: ты смелая или безрассудная? Или не хочешь пройти весь курс до конца и просто будешь нарушать правила, пока не исполнится двадцать один?
– Ну нет! – воскликнула Кэрри. – И в мыслях такого не было. И вообще: я правда не думала, что он назначит наказание. Решила, что прокатит, всё будет как всегда.
– А получилось с точностью до наоборот, – хмыкнула Зои и легонько хлопнула Кэрри по спине. – Ну что, детка, готовься. Хотя знаешь, я тебе не завидую. У меня при взгляде на профессора Смита только одно желание: не попадаться ему на глаза.
После слов подруг Кэрри крепко задумалась. То, что казалось невинной шуткой, на поверку могло обернуться серьёзными неприятностями. Мысли об этом преследовали весь ужин: никак не удавалось заставить себя проглотить хоть кусочек, к тому же профессор Смит демонстративно её игнорировал и не посмотрел в сторону их стола ни разу. Остальные девушки оживлённо обсуждали учениц, обращая внимание на их ухоженную кожу, цвет лица и волос. К концу ужина Кэрри тоже отвлеклась и даже пару раз посмеялась, глядя на троицу в чёрной форме. Выпускницы держались высокомерно и отстранённо, словно принцессы перед подданными.
Однако, когда пришло время собираться, под ложечкой противно засосало. Рассеянно выслушав слова поддержки от подруг, Кэрри с тоской посмотрела на Марго, доставшую игрушку, которую дал профессор, прислушалась к Зои, дающей советы Бель, примеряющейся к своему фаллоимитатору и подумала, что с удовольствием осталась бы здесь, с ними, вместо того, чтобы идти по пустым коридорам навстречу неизвестности.
Четвёртый этаж встретил строгостью и вездесущей тишиной. Тёмно-красные бархатные портьеры, подсвечники в высоких шандалах, многочисленные картины в золотых рамах – складывалось ощущение, что Кэрри разом перешагнула два столетия и попала в прошлое. Ещё немного, и из дверей выйдет дама в кринолине под руку с кавалером в камзоле… Интересно, здесь живут все профессора? Послушно свернув в левое крыло, Кэрри отсчитала двери и остановилась у третьей. Сердце билось с такой силой, что даже потряхивало. Тихонько постучав, прислушалась – ответа не последовало. А что, если он передумал? Или забыл? Решил отложить на потом, или простить новенькую студентку? Она едва поднесла кулак, чтобы постучать снова, когда дверь бесшумно распахнулась.