Зима была холодной

========== Глава 5 ==========

Алексис так яростно тёрла платье в лохани, что кожа на руках покраснела и стёрлась на костяшках пальцев. Всякий раз, когда ветер доносил стук молотка, она вздрагивала и раздражённо поджимала губы, стараясь не думать о возмутительном поведении младшего МакРайана. Снова и снова возвращаясь мыслями к произошедшему, Алексис чувствовала, как вспыхивают щёки, и начинала тереть несчастное платье ещё сильнее.

Это было возмутительно! Киллиан МакРайан был возмутителен в своей наглой самоуверенности и полном равнодушии к чужому мнению. Его ленивый оценивающий взгляд так и стоял перед глазами. Будь её воля – толкнула бы его в эту лохань. Представив, что под её руками оказалась голова Киллиана, Алексис удвоила усилия, не чувствуя боли в стёртых костяшках. Неизвестно, чем бы закончилась эта яростная стирка, если бы не весёлые крики и смех, зазвучавшие в лесу.

Спустя несколько минут из-за поворота показалась повозка, в прямом смысле слова полная людей. На козлах сидела пара: мужчина держал вожжи, а женщина – маленького ребёнка на руках. За их спинами покачивались и подпрыгивали дети всех возрастов.

– Миссис Коули! – весело воскликнула женщина, когда повозка остановилась у порога. – Я – Мередит Каннинг, отец МакРайан должен был предупредить, что мы приедем.

– Да! – Алексис широко улыбалась, глядя на разномастную детвору, выпрыгивающую из повозки, как горох из стручка. – Я хочу заранее поблагодарить вас, что откликнулись.

Мередит, смешливая брюнетка с острым маленьким носиком и глубокими карими глазами, вызывала симпатию с первого взгляда. Россыпь веснушек на белой коже и ранние морщинки, разбегавшиеся от уголков глаз, делали её по-домашнему уютной. Пристроив малыша на сгиб бедра, Мередит кивнула на мужчину, помогавшего спуститься девочке с ещё одним малышом на руках.

– Это мой муж, Джон. – Высокий, худой и вихрастый, он дружелюбно кивнул, окидывая дом оценивающим взглядом.

– Я слышу, у вас тут уже есть помощники? – спросил он, задрав голову.

– Это Киллиан МакРайан, – едва удержавшись, чтобы не поморщиться, ответила Алексис. – Он чинит крышу.

– Пойду спрошу, не нужно ли чего, – кивнул Джон и скрылся за домом.

– А это наш выводок, – улыбаясь, принялась представлять Мередит. – Наши старшие двойняшки: Том и Сэм, – два мальчика лет девяти синхронно кивнули. Такие же кучерявые, как их отец, они были неразличимы и хитро смотрели на Алексис. – Наша Роза. – Миловидная девочка, чуть младше братьев, открыто разглядывала будущую учительницу, теребя бант на длинной толстой косе. – А это – Питер. – Пятилетний малыш робко выглядывал из-за юбки матери. – И, наконец, наши младшенькие, – Мередит легонько подбросила ребёнка в руках, – Трейси и, – кивок на такого же в руках Розы, – Кристина.

– Боюсь, что сразу всех не запомню, – искренне призналась Алексис. Мередит звонко рассмеялась.

– Не страшно! Мы и сами их порой путаем! Так что, приступим к уборке?

Дом и двор быстро наполнились детскими криками, смехом и плачем. Мередит с поистине арктическим хладнокровием не обращала на этот хаос ни малейшего внимания, помогая намывать окна и убирать паутину.

– Тебе обязательно нужны занавески, – пыхтела она, пытаясь достать до угла веником с намотанной на него тряпкой.– Я видела у Дженкинса прекрасный ситец, он осветит этот дом, сама удивишься, когда увидишь!

– Звучит отлично. – Алексис импонировало то, как легко Мередит перешла на дружеский непринуждённый тон. – Но у меня сейчас нет денег на роскошь в виде занавесок.

– Возьмёшь в кредит, – пожала плечами Мередит, проходясь веником по потолку и скидывая на пол ошметки паутины и пыли. – У него весь город в кредит берёт. Тебе же будут платить. Как получишь деньги – рассчитаешься.

– Так можно? – Брови Алексис поползли вверх. Конечно, в Ричмонде магазины тоже продавали товары в кредит. Но там, чтобы заполучить заветную запись в книге учёта, надо было доказать свою платежеспособность. А этим как раз Алексис до последнего времени не могла похвастаться.

– Конечно! – Мередит слезла со стула и отряхнула зелёную юбку. – Если бы не кредит, Дженкинс и ему подобные давно разорились бы. Здесь все живут от получки до получки. Ковбои ждут, пока не заплатят за перегон. Охотники ждут сезона, чтобы сбыть пушнину. Шахтёры получают деньги от продажи угля, а золотоискатели и вовсе могут месяцами искать жилу. Так что в городе или есть деньги у всех, или нет ни у кого. Конечно, есть телеграфист, который получает зарплату от государства, и ты, учительница. Тебе тоже будут платить каждый месяц.

– И я правда могу купить всё необходимое? – всё ещё не веря, спросила Алексис.

– Конечно, – засмеялась Мередит. – Ладно. Лучше, чем есть, мы всё равно не сделаем. А насчёт занавесок подумай. Если хочешь, съездим к Дженкинсу завтра, сегодня уже не успеем. Я даже помогу тебе их сшить.

– Ты – чудо! – искренне вымолвила Алексис. Мередит махнула рукой и выскочила на крыльцо.

– А ну, быстро помогите нам накрыть на стол! – раздался зычный и неожиданно громкий для маленькой хрупкой женщины голос. Словно по мановению волшебной палочки в дом принялись забегать дети, неся с собой корзины из повозки. Алексис не успела моргнуть, а стол уже был накрыт – Каннинги даже посуду привезли с собой!

– Не у каждого найдутся тарелки и вилки на такую ораву, – в ответ на её удивлённый взгляд сказала Мередит. – Пойду, позову мужчин. Надеюсь, с крышей они уже закончили.

Положа руку на сердце, Алексис надеялась, что Киллиан откажется. Но он спустился с крыши вместе с Джоном и сейчас активно плескался с одним из старших близнецов, который поливал им на руки.

– Миссис Коули, а когда приедет мистер Коули? – Роза расставляла тарелки, но сейчас подняла голову и посмотрела на Алексис. Мередит одёрнула дочь, но Алексис успокаивающе улыбнулась.

– Он погиб, Роза. На войне, три года назад.

– О, – только и смогла произнести девочка.

– Прости, Алекс, ей не стоило об этом спрашивать. – Мередит укоризненно посмотрела на Розу.

– Кому-нибудь надо было это спросить, не так ли? – пожала плечами Алексис. – Джон был прекрасным человеком и я очень его любила. Уверена, ты тоже встретишь когда-нибудь свою любовь. – Она погладила русую головку Розы и выглянула в окно. – Думаю, пора садиться за стол.

Обед проходил шумно и весело, впрочем, кажется, у семьи Каннингов иначе быть не могло. Алексис с удивлением смотрела на Киллиана, который с лёгкостью общался со старшими двойняшками и сейчас рассказывал им, как проще сделать силки на зайца. Вдруг Сэм, поднявшись за добавкой, толкнул малыша Питера и тот обиженно заныл. Быстро успокоив сына, Мередит вздохнула.

– С нами всегда становится тесно, – извиняющее произнесла она. – И, кажется, после обеда дом придётся убирать заново.

– Большая семья – это прекрасно, – ответила Алексис, помогая убирать тарелки. – Хуже, когда дом большой, а за столом пусто.

– А у вас был большой дом? – спросила Роза. Остальные тут же притихли, прислушиваясь. Алексис задумчиво улыбнулась.

– О, да. Наше поместье было одним из самых больших в округе. В главный дом вела широкая лестница, и комнат было столько, что просто не счесть!

– Что, больше трёх? – недоверчиво протянул Сэм.

– Столько, что хватило бы каждому дать по комнате и ещё осталось бы! – со смехом ответила Алексис, глядя на недоверчивые детские лица.

– Враки! – авторитетно заявил второй из близнецов, Том. – Зачем нужен такой большой дом? Представляете, сколько нужно дров, чтобы его прогреть зимой!

– Зимы у нас были тёплые, – пояснила Алексис. – Но ты прав, такой большой дом очень тяжело содержать.

– А у вас были слуги? – Кажется, говорить о мистическом огромном доме детям было интереснее, чем слушать разговоры взрослых.

– Или рабы? – совсем тихо спросил Питер, глядя на Алексис огромными испуганными глазёнками.

– Так, на этом мы закончим допрос, – поспешила вмешаться Мередит, прежде чем Алексис открыла рот. – Займитесь сорняками во дворе, пока мы закончим здесь. Нам надо вернуться домой до заката.

Дети разочарованно закатили глаза, но послушно поплелись во двор. Джон и Киллиан вышли на веранду, раскуривая сигары.

– Прости их любопытство. – Мередит ловко управлялась с посудой, передавая чистые тарелки. Немного помолчав, она спросила: – Так у тебя были рабы?

– Были. – Алексис твёрдо посмотрела в её глаза, чувствуя, как в глубине вспыхивает внезапная злость. – Много рабов. И большие плантации хлопка и сахарной свеклы. И экипажи, несколько экипажей и колясок для выездов. И платья. Столько платьев, что они не вместились бы в этот дом. И…

Губы Алексис дрогнули, и она отвернулась, зло смахивая слёзы. Чувство вины за то, что когда-то была богата… Оно будет преследовать её всю жизнь? Почему ей стыдно перед этими людьми, явно живущими очень скромно? Почему она вообще должна стыдиться себя? Своего образования, образа жизни, к которому привыкла? Почему должна делать вид, что не жалеет, когда она жалеет! Каждый день жалеет, что потеряла свою жизнь, свой мир, всё то, привычное, что окружало с рождения. По чьей воле она оказалась на улице? Кто и когда решил, что может распоряжаться чужими судьбами? Кто и когда решил, что южане слишком независимы и богаты и надо заставить их платить за это?

Тёплая ладонь осторожно легла на плечо. Мередит обняла Алексис и зашептала горячо и сбивчиво:

– Ты никогда не должна стыдиться того, как жила и кем была, слышишь! Да здесь большинство жителей никогда в жизни не видели поезда, не умеют читать и писать, а у тебя отличное образование! Ты столько повидала и о стольком можешь рассказать! Здесь не стыдить, здесь завидовать надо!

Алексис смущённо кивнула и повернулась, улыбаясь сквозь слёзы.

– И учти, я хочу послушать как можно больше рассказов про все эти балы и приёмы. И про дом, конечно. Господи, а я тут к тебе с занавесками пристала!

– Занавески здесь действительно необходимы. – Алексис благодарно пожала руку Мередит. – Мы же сможем завтра съездить в город?

– Обязательно. А сейчас давай покончим с этой уборкой, мне ещё надо успеть приготовить ужин дома.

Солнце уже задевало верхушки, когда Каннинги засобирались. Шумно прощаясь, они заверяли Алексис, что всегда готовы прийти на помощь и рады будут видеть её у себя в любое время. Повозка выехала на дорогу, когда Киллиан вывел из амбара своего коня.

– У вас заканчивается сено, – вместо прощания сказал он, забираясь в седло. – Я займусь этим, когда вернусь.

– Вернётесь откуда? – невольно заинтересовалась Алексис, забыв даже возмутиться и сказать, что у неё нет лошади, а значит, нет нужды в сене.

– Всего вам хорошего, миссис Коули, – кивнул Киллиан, разворачивая коня. – Закрывайтесь на засов, по ночам тут полно енотов.

Повозку Мередит стало слышно задолго до того, как та показалась из-за поворота. Алексис уже стояла на крыльце, повязывая ленты соломенной шляпки под горлом. С собой она взяла все свои сбережения – восемьдесят долларов, но очень надеялась, что бакалейщик всё же откроет для неё кредит.

– А где остальные? – удивилась Алексис, забираясь рядом и беря на руки Питера.

– Оставила дома, там полно дел. – Мередит звонко цокнула и хлестнула вожжами. Повозка послушно покатилась по дороге. – Тебе бы тоже не мешало обзавестись лошадью. Без неё здесь никак.

– Едва ли я смогу на неё забраться. – Алексис усмехнулась. – А денег на дамское седло мне точно никогда не хватит.

– Тогда бери с повозкой, – пожала плечами Мередит. – Хотя научиться ездить верхом всё равно придётся.

До города они добрались быстро, гораздо быстрее, чем казалось Алексис два дня назад, когда они ехали с отцом Колумом. Уверенно правя повозкой, Мередит остановилась перед лавкой бакалейщика.

– Мистер Дженкинс! – Подхватив из рук Алексис сына, она поспешила внутрь лавки. – Мистер Дженкинс, посмотрите, кого я к вам привела!

Алексис зашла следом, с любопытством оглядываясь. Полки до потолка были заполнены всевозможными товарами, от гвоздей, лежавших в больших бочках, до конфет и булавок. Вдоль стен стояли мешки с мукой и крупами, ящики с консервами. В глубине виднелись мотки ткани, клубки разноцветной шерсти; под потолком висела, тихо позвякивая на сквозняке, лошадиная упряжь. Невысокий седой мужчина в белой рубашке, длинном тёмно-сером фартуке и нарукавниках до локтей вышел из-за полок, вытирая руки о тряпку.

– А, миссис Каннинг, – добродушно улыбнулся он, доставая из кармана конфету и протягивая её Питеру. – А где остальные сорванцы?

– Дома. – Мередит потянула Алексис за руку, заставляя встать рядом. – Миссис Коули, наша новая учительница.

– Как же, наслышан. – Дженкинс, не скрываясь, разглядывал Алексис. Потом кивнул, словно соглашаясь с мнением, составленным ранее. – Добро пожаловать, миссис Коули. Надеюсь, вы у нас надолго задержитесь.

– Я тоже на это надеюсь. – Алексис замялась. – Мне много надо приобрести, вот только не думаю, что смогу расплатиться сразу, поэтому…

– Отец Колум уже поручился за вас, – отмахнулся Дженкинс. – Берите всё необходимое, а кредит я вам открою.

– А где миссис Дженкинс? – поинтересовалась Мередит, оттаскивая Питера от банки с лакрицей.

– Ушла на телеграф, отправить письмо детям. – Дженкинс посмотрел на Алексис. – Так с чего начнём?

– Не знаю, – растерялась та. – Мне, кажется, нужно всё!

– Люблю слышать подобное от покупателей, – довольно потёр руки бакалейщик и кивнул на полки, приглашая проследовать за собой.

Они вышли из лавки спустя полтора часа, основательно нагрузив повозку.

– Миссис Коули! – Мимо прошёл Фрэнк. – Мередит.

– Фрэнк! – обрадовалась та. – Поможете нам?

– Разве я могу отказать двум прелестным женщинам? – ухмыльнулся Фрэнк, распрямляя плечи и встряхивая светлой гривой волос.

– Нам нужна лошадь, – сказала Алексис. Фрэнк самодовольно вздёрнул подбородок.

– Тогда, леди, вы обратились по адресу. Давайте сходим в кузницу, у Коула всегда есть в запасе несколько лошадёнок.

– И повозка, – добавила Алексис, шагая за Фрэнком к кузнице. Город уже не казался ей чуждым, она даже узнала нескольких жителей, с которыми познакомилась в кафе, а те, похоже, точно запомнили её, кивая при встрече.

– Значит, верховая лошадь вам не понадобится, – заключил Фрэнк, когда они подошли к невысокому забору, за которым виднелась кузница. Во дворе стояли многочисленные заготовки, из здания доносился мерный стук. – Подождите здесь, я приведу Коула.

– Не стоило, конечно, просить Фрэнка, – досадуя на себя, сказала Мередит. – Теперь он ещё полгода будет напоминать, как помог нам.

– Да, не самый приятный тип, – согласилась Алексис. – Но точно получше мистера МакРайана.

– Ты про Киллиана? Я его мало знаю. Он редко появляется в городе, но в просьбах помочь никогда не отказывает. В прошлом году он помог Джону согнать скот, когда стадо разогнали койоты. А весной починил нам сарай, когда на крышу рухнуло дерево.

Алексис удивлённо покачала головой. Внешность, конечно, бывает обманчива, но её отношение к мистеру МакРайану сложно изменить рассказами о бескорыстной помощи. К тому же, Мередит быстро развеяла и это заблуждение.

– Он взял денег меньше, чем Коул, а сделал всё не хуже.

– Значит, мне тоже надо будет заплатить ему за починку крыши? – ахнула Алексис.

– Не думаю, – рассмеялась Мередит. – Он же чинил собственный дом. Смотри! Солдаты!

И действительно, в начале улицы показалась группа всадников, и Алексис невольно сжалась, разглядев тёмно-синие мундиры. Солдаты медленно ехали по дороге, а местные жители провожали их настороженными взглядами.

– А их здесь не слишком любят, – заметила Алексис, крепко сцепив руки, чтобы унять дрожь. Она-то определённо могла сказать, как относится к Армии Соединённых Штатов.

– Если солдаты вошли в город, – обеспокоенно проговорила Мередит, прижимая к себе Питера, – значит, случилось что-то серьёзное. Они редко покидают форт, и то только по воскресеньям. Что-то случилось, капрал Лоуренс?

Всадники как раз поравнялись с женщинами, и один из них, услышав оклик, отделился от остальных и подъехал ближе, приподнимая шляпу.

– Мэм, – он с интересом посмотрел на Алексис. Та ответила угрюмым взглядом. Не будь она настроена столь категорично, капрала Лоуренса можно было бы признать привлекательным. На узком загорелом лице ярко горели синие глаза, открытая улыбка пряталась в ухоженной золотой бородке. Форма удивительно шла капралу, и он абсолютно точно знал это.

– Миссис Коули, – представилась Алексис, чувствуя себя неловко под прямым оценивающим взглядом.

– Капрал Дэвид Лоуренс, – кивнул он, переводя взгляд на Мередит. – В предгорьях замечены Воины-Псы*, мы решили усилить патрулирование. Так что теперь вам придётся терпеть наше соседство чаще.

– Ну что вы, – махнула рукой Мередит, смущённо покраснев. – Главное, что вы защищаете нас. Вы же не дадите им напасть на город?

– Ну что вы, мэм, – тонко улыбнулся Лоуренс. – Пока мы здесь, вы в полной безопасности!

Комментарий к Глава 5

*Воины-Псы, или Люди Собаки, Солдаты Псы, как их ещё называли – одно из четырёх военных обществ шайеннов. Когда начались столкновения с евро-американцами, они взяли на себя роль защитников своего народа, что привлекло к ним много бойцов, не желавших жить в резервации и следовать миролюбивой политике племенных вождей Черный Котел и Белая Антилопа. После резни, устроенной полковником Чивингтоном 29 ноября 1864 года на реке Сэнд-Крик, где было безжалостно убито около 200 шайенских женщин и детей, Солдаты Псы стали основной боевой силой племени, оказывавшей яростное сопротивление американской армии.

========== Глава 6 ==========

В салуне было шумно. Солдаты, внезапно нагрянувшие в город, охотно заказывали пиво под строгим взглядом капрала Лоуренса. Девочки лениво прохаживались вдоль столиков, разнося напитки и кокетливо улыбаясь, пока Кайла откупоривала бутылки.

Лоуренс прокручивал в руках стакан, наблюдая за её отточенными движениями, прислушиваясь к шуму за спиной. Наконец он подозвал Кайлу:

– Скажи-ка, милая, где я могу найти Киллиана МакРайана?

Кайла хлопнула глазами, тень узнавания мелькнула в их глубине и по-детски пухлые губы сложились в улыбку.

– Да вон он сидит, за дальним столом!

Подмигнув Кайле, Лоуренс оторвался от стойки и пересёк зал, остановливаясь перед Киллианом.

– Мистер МакРайан? – Дождавшись утвердительного кивка, капрал спросил: – Вы не против, если я присяду?

Киллиан равнодушно пожал плечами, допил виски и сделал знак проходящей мимо проститутке. Потом откинулся на спинку стула и достал огрызок сигары, время от времени бросая короткие изучающие взгляды исподлобья. Капрал терпеливо ждал, сняв кепи и положив на стол перед собой.

– Вы что-то хотели? – поинтересовался Киллиан, когда пауза чересчур затянулась.

– Капрал Лоуренс. – МакРайан не ответил, занятый раскуриванием сигары. Наконец её кончик начал тлеть, и, пустив в потолок струю сизого дыма, Киллиан снова посмотрел на капрала. Расценив это, как приглашение продолжать, Лоуренс заговорил: – Я много слышал о вас, ротный сержант МакРайан. Вы получили сержанта после битвы под Геттисбергом, в сражении у Чаттануги были уже первым сержантом, а в Атланте…

– Я хорошо знаю свою биографию, капрал. – Перед Киллианом появился новый стакан. – Вопрос в том, зачем её так тщательно изучать вам?

– Вы храбрый солдат, сержант МакРайан. Такие как вы часто остаются не у дел, когда заканчивается война. Вы не думали о том, чтобы вернуться в армию? – Капрал достал портсигар и изящным движением откинул посеребрённую крышку, доставая тонкую сигару.

– Для вербовки вы выбрали не то время, капрал, – усмехнулся Киллиан, закидывая ногу на ногу. – Приходите зимой, здесь будет полно юнцов, мечтающих сбежать подальше из скучного городишки.

– Мы воюем с индейцами, сержант. – Лоуренс пристально следил за лицом собеседника, но тот лишь равнодушно пожал плечами, перекидывая сигару из одного угла рта в другой. – Я слышал о вашей семье, и…

Капрал не успел договорить – Киллиан резко выбросил руку, хватая его за грудки и притягивая к себе.

– Не лезьте не в своё дело, капрал, – низким, угрожающим голосом заговорил он. – И не пытайтесь воззвать к жалости или чувству долга. Я ничего не должен вашей армии, как и вашей стране.

Солдаты за столом взволнованно зашевелились, кое-кто даже положил руку на рукоять револьвера. Но Лоуренс успокаивающе махнул рукой в их сторону, а сам пристально взглянул прямо в глаза МакРайану.

– Между тем моя страна приняла вас, когда ваша выплюнула.

На мгновение Лоуренсу показалось, что Киллиан его ударит – злоба полыхнула во взгляде. Но Киллиан выдохнул сквозь плотно сжатые зубы и отбросил капрала обратно на стул, затем небрежно отряхнул его мундир и отсалютовал стаканом.

– Обсуждать, кто и откуда родом можно бесконечно долго, капрал. И если хотите, мы непременно обсудим вашу родословную. В другой раз. – Он замолчал и продолжил после паузы: – У меня к индейцам свои счёты, вы правы. Но даже ради них я не вернусь в армию.

– Я не стану настаивать, мистер МакРайан, – сухо ответил Лоуренс, – но уверен, что мы ещё вернёмся к этому разговору.

– Не тратьте понапрасну время, капрал. – Киллиан холодно сверкнул глазами. – Моё «нет» всегда означает «нет» и ничего другого.