Затерянные во мгле

Природу трудно изменить,

но жизнь изменчива, как море.

Сегодня – радость, завтра – горе,

и то и дело рвется нить.

В том мире Смерть и Жизнь

Вращают Землю,

Рассвет меняя на закат.

Над ним седые боги дремлют,

Планеты вызвав на парад.

Они создали мирозданья,

Но растеряли в вечной мгле

И смысл, и роль своих созданий:

Людей, живущих на Земле.

Забыли боги-чародеи,

Зачем был создан род людей.

Забыли все свои идеи,

Задраив люки кораблей.

Со стоном вертится планета,

С надеждой смотрят в небеса

Потомки тех, кого когда-то

Богов учили словеса!

Глава 1

Космос пленял, завораживал своей необъятностью. Его черная бездна смотрела на нас горящими глазами звезд.

Околдовывающая, ошеломляющая красота.

Всего за несколько месяцев наш маленький отряд, насчитывающий лишь четыре корабля, проделал путь, отделяющий Землю от планеты, которую все здесь называют Та-уя. Какая она, эта планета? Как далеко находится от Земли, которую покинули беженцы? Немногие могут представить себе всю необъятность той бездны, в которой плавают пылинки материальной вселенной. Мы неслись сквозь неё на немыслимой скорости, с каждой минутой приближаясь на многие тысячи миль к неизвестной планете, а вокруг – неизмеримый мрак холодного чёрного пространства, усеянного звёздной пылью.

Корабли зависли над зелёной планетой, подёрнутой голубоватой дымкой. Внизу, насколько хватало взгляда, синел огромный океан. В его уютных ладонях, как в колыбели, покачивался единственный огромный материк Та-уи. Над ним пролетали белые облака, нагоняя тень на тёмно-зелёные леса, коричневые и серые, покрытые снежными шапками горы, изумрудные поля и внутренние ярко-синие моря. Где-то были видны чёрные грозовые тучи, ежесекундно вспыхивающие разрядами ярких молний. Где-то солнце беспрепятственно освещало землю, и его блики сияли на водной поверхности серебристых рек и озёр.

Та-уя была прекрасна. Её материк был разделен на три огромных полуострова, которые держались вместе, сцепившись узкими перешейками суши, как руками.

За долгие месяцы полёта мы с Неро уже довольно легко ориентировались в сложном устройстве звездолёта и без труда передвигались по его лабиринтам-переходам, исследуя все четыре палубы. Технические названия и сложные понятия теперь не вызывали у нас вопросов. За время полёта мы многому научились и легко разбирались во всей этой странной и прежде незнакомой нам терминологии. Тем более, что многое из неё было взято из словаря морского флота. Командирский жилой отсек и рубка, так как они являются мозгом космического корабля, находились в самом защищённом месте – в глубине линкора.

Линкор Та-уи 1 – так называли свой главный звездолёт переселенцы. Следовавшие за нами еще три межзвёздных корабля назывались так же за исключением цифры, обозначающей его порядковый номер.

Тьёдвальд и жреческая верхушка, сбежавшая с Земли, все время находились поблизости командира межпланетной эскадры. Они обсуждали планы освоения Та-уи. Как и предсказывала Ада, Верховный Жрец не собирался высаживаться на планету с первым десантом. Эту честь он любезно предоставил своим помощникам, военным и Тьёдвальду. Вампиры во время всего перелёта никак не проявили себя ни на главном корабле, ни на других линкорах, хотя все летевшие на них эмигранты были негласно проверены самым тщательным образом. Зооморфы тоже вели себя смирно и никак не выдавали своего присутствия.

Когда военные завершили поверхностный осмотр Та-уи, было решено отправить на неё первый десантный отряд. Тьёдвальд добровольно вызвался в эту экспедицию и Верховный Жрец не стал возражать.

Спуск был назначен на завтра. Тьёдвальд сидел в своей каюте и смотрел на землю в иллюминатор. Его лицо было задумчивым и грустным. О чём он думал? Что тревожило его? Во время всего путешествия мы с Неро неотступно следовали за ним, и мне удалось хорошо узнать своего предка. Он был смел и решителен. Умел чётко выразить свои мысли. Его речь всегда была краткой и ёмкой. Он был лидером, и это угадывалось во всём его поведении. Но он был также и дальновидным, осторожным в своих высказываниях политиком. Во время общения с Верховным Жрецом он ни разу не выдал своего негативного к нему отношения. Держась независимо и отстранённо он не вызвал у жреца никаких подозрений.

Космический челнок (так этот аппарат называли на линкоре) отделился от звездолёта и взял курс к Та-уе. Он вошёл в её атмосферу, как доложили командиру небольшого отряда исследователей приборы, под углом к горизонту и начал постепенно снижаться. Линия движения была точно выверена и предусматривала возможность визуального обзора как можно большей территории.

У самой земли от него отделилось несколько меньших по размеру разведывательных челноков, в которых находились маленькие отряды десантников (как они сами себя называли).

Челнок, в котором летел Тьедвальд со своим отделением, мчался над землёй, отбрасывая тень. Внизу мелькали зелёные пастбища, на которых вольно паслись неисчислимые стада каких-то странных животных, отдалённо напоминавших жирафов и бегемотов. Прикрывшись густой травой, к ним подбирались хищники ещё более странного вида. Пролетая над большим озером, мы увидели, как над его поверхностью, высунувшись из воды, качалась на длинной тонкой шее чья-то голова.

– И это наша Земля?! – Учелли удивлённо поднял брови и развёл руками. – Ну, я не знаю.

Пролетев над значительный территорией центральной части материка, командир челнока, молодой орионец, направил корабль к видневшейся вдали горной возвышенности. Коричневые горы, покрытые кое-где редким кустарником и скудной пожухлой травой, поднимались на высоту не менее 13 тысяч футов, а дальше переходили в серые остроконечные скалы, вершины которых терялись в белых облаках.

Тут и там, в крутых горных склонах, зияли огромные чёрные пасти пещер. Ниже виднелись едва заметные точки небольших лазов и проходов, к которым вели цепочки проложенных кем-то тропинок.

Командир нашего разведывательного отряда, помимо беглого осмотра планеты, брал пробы воздуха и проводил анализы на его пригодность для дыхания. Он подыскивал и наиболее удобное место для посадки. Его выбор пал на относительно ровный пятачок, окружённый со всех сторон скалами.

Космическая шлюпка зависла над площадкой. Во все стороны поднялась густая пыль, смешенная с чёрным дымом. Скудные кусты и трава, растущие на поверхности, вспыхнули и в одно мгновение превратились в серую пыль. Через несколько минут огонь стих, пыль осела, и из открывшегося люка выпал трап.

– Будьте осторожны: в воздухе большая концентрация кислорода, – предупредил командир, – дышать можно, но не опьянейте!

– И гравитация здесь намного меньше, чем на Земле, так что не потеряйте почву под ногами, – напутствуя пошутил штурман.

Отряд разведчиков вышел из шлюпки. Тьёдвальд и трое солдат из прикрытия, пошли вниз по склону к видневшейся невдалеке пещере. Остальные, разделившись на несколько маленьких групп, тоже отправились на осмотр близлежащих окрестностей.

Тьёдвальду передвигаться на земле было и на самом деле намного легче, чем на корабле. Мы видели, как он легко преодолевал препятствия, встречавшиеся на пути. Мы, хотя и чувствовали свои тела в полной мере, но полностью ощутить притяжение земли не могли. Запахи и звуки – с этим было намного проще и привычнее. Наше восприятие не только осталось прежним, но, как мне показалось, даже усилилось. А вот орионцам приходилось нелегко. Они неуклюже, вперевалочку следовали за Тьёдвальдом. Было видно, как им странно находиться в такой необычной для них среде. Привычные к плотной морской воде, они с трудом перемещались по земле, несмотря даже на специальные костюмы.

День только начинался. Золотой солнечный диск показался из-за гор и завис, зацепившись за вершину самой высокой из них. Странная тишина стояла над склонами гор, как будто мы были и не на земле. Немного подумав, я понял, в чём дело: не было слышно щебета птиц. Только ветер шумел в кустах и в колосьях таких-то неестественно серо-зелёных трав.

Озеро, лежавшее у подножия горы и блестевшее в разрывах серого тумана, было обрамлено густой порослью водного растения, похожего на гигантский хвощ. Вдали виднелся лес, над которым мы только что пролетали. Его деревья, достигавшие невероятных размеров, стояли сплошной непроходимой стеной.

– В долине, по предсказаниям жрецов, должны находиться развалины древнего храма, – проговорил Тьёдвальд, рассматривая через странный предмет зелёное море деревьев, раскинувшееся вдалеке. – Но я хочу сначала обследовать горы, чтобы не возникло ни каких проблем с этой стороны. Будьте осторожны: на Та-уе сейчас господствуют рептилоиды. Кто знает, что они предпочитают на обед?

Отряд спустился по склону и вышел на одну из тропинок, замеченную ещё с вершины. Затем Тьёдвальд осторожно направился к узкой расщелине, черневшей за дальними каменными выступами. Орионцы, следовавшие за ним, шли, настороженно вслушиваясь в звуки и всматриваясь в каждый камешек.

– Валд, вы не в курсе, какая группа будет исследовать океан? – спросил один из них на щелкающем языке далёкой Земли.

– Нет, Юругх. Но, вряд ли я в неё попаду. Мне нужно найти основные храмы древних. Верховный Жрец намерен возле них основать колонии. Так что подводный мир мне не светит, ребята. А вам, возможно, и повезёт. Если окажется, что на земле орионцам трудно приспособиться, то ваш отряд, скорей всего, направят на исследование морских глубин.

– Жаль. Я бы хотел вместе с вами посмотреть, как тут устроились наши братья по разуму, – процокал орионец.

– Внимание, вижу объект, – перебил его второй солдат. – Справа! Нет слева! Впереди! – он быстро вращался на месте, выставив перед собой широкое короткоствольное оружие.

Я тоже заметил стремительно перемещавшееся перед нами размытое желеобразное существо. Оно замерло на мгновение и вдруг исчезло среди камней.

– Вот и поговорили, – тихо произнес Тьёдвальд. – Будьте настороже. Вперёд. – Отряд начал медленно обходить камни, за которыми скрылась сухопутная медуза.

Но за округлыми валунами никого не было, только длинная узкая щель уходила под землю. Я нагнулся и заглянул в неё. Из глубокой тьмы повеяло холодом и сыростью.

Тьёдвальд тоже нагнулся над трещиной, встав на колено, присмотрелся, а потом кинул в неё камешек. Кусочек гранита долго летел вниз, обозначивая свой полёт звонким стуком от ударов по стенам узкого лаза.

– Глубоко, – проговорил орионец.

– Да, – Тьёдвальд встал и махнул рукой, указывая на пещеру, чёрный вход в которую уже виднелся над нами. – Пошли.

– Акха-кха-кха, – послышался вдруг откуда-то сверху, то ли кашель, то ли лай.

Орионцы тут же направили в ту сторону своё странное оружие и загородили собой Тьёдвальда. Но он отстранил их и вышел вперёд, подняв руки вверх и показывая, что безоружен.

– Мы прибыли с миром, – проговорил он на странном языке, но я вновь понял его. – Мы хотим поговорить с вами.

– Что он сказал? – нетерпеливо переспросил Неро. – Что за язык? Ты понял его?!

– Это вселенский международный язык, – тихо ответил я. – Успокойся. Если там разумное существо, оно поймёт его. Тьёдвальд сказал, что пришёл с миром.

В это время из-за большого камня вышли два ящера. Их большие головы сидели на длинных, не менее семи футов, шеях. Маленькие глазки настороженно всматривались в Тьёдвальда и его спутников. Мощные тела переходили в длинные хвосты, которые раскачивались из стороны в сторону, отвлекая внимание. В коротких передних лапах-руках ящеры держали камни.

– Они не одни, – проговорил я, оглядываясь. – Эти твари очень умны и хитры. Они охотятся стаей. Бьюсь об заклад: за камнями прячутся ещё четверо.

– Откуда знаешь?

– Долгая история, потом расскажу. На досуге.

– Мы прибыли с миром, – повторил Тьёдвальд, показывая пустые руки.

Орионцы опустили оружие.

– Зря, – заволновался я.

В это время, как я и предсказывал, из-за камней выскочили ещё четверо таких же динозавров и бросились в атаку. Двое первых присоединились к ним, но орионцы вскинув оружие, тут же послали им под ноги разряд каких-то коротких молний. Камни вокруг ящеров тотчас превратились в оплавленное стекло. Выстрелы были бесшумными, но это не уменьшило эффекта. Рептилоиды замерли на месте, присев на хвосты и удивлённо раскрыв свои огромные пасти.

– Не понравилось, – усмехнулся Учелли.

В это время из-за горы послышались взрывы и пальба. Там разворачивалось нешуточное сражение.

Тьёдвальд встревожено отступил, не зная, что предпринять. В этот момент к ящерам подоспело подкрепление. Несколько десятков рептилоидов выбежали из пещеры и с громким лаем-кашлем бросились на солдат.

Орионцы передёрнули затворы своих удивительных ружей и нажали на курки. Выстрелы, до этого бесшумные, теперь оглушили сухим треском. Пули градом сыпались на камни под ноги нападавших, высекали искры, выбивали фонтаны гранитной крошки, визгливо уходили в рикошет.

Динозавры, остановились в нерешительности и, подняв морды, залаяли громко и встревоженно.

И тут произошло неожиданное: из тёмного провала пещеры послышалось громкое сопение и грохот. Казалось, там ворочается какое-то громадное животное. Земля задрожала. По склону посыпались камни, образуя небольшой камнепад. Валуны в узком проёме пещеры затрещали и, вырванные со своих мест, развалились, образовав густое облако пыли. Через мгновение из этого облака показалась огромная голова с высоким костяным гребнем.

Животное с шумом втянуло воздух, принюхиваясь. Затем, запрокинув голову, громоподобно чихнуло.

Это было так неожиданно и смешно, что невольно вызвало улыбку у Тьёдвальда и его солдат. Но уже через минуту им стало не до смеха. Громыхая вывороченными гранитными валунами, исполинская ящерица поползла из пещеры. Она вертела головой и осматривалась подслеповатыми глазками, словно искала обидчика, посмевшего потревожить её сон.

Рептилоиды, залаяв ещё громче, предупредительно отскочили в сторону. Тьёдвальд с орионцами тоже попятились за каменное укрытие.

Громко вздыхая и сопя, чудовище, наконец, выволокло своё неуклюжее тело из пещеры. Это была ящерица колоссальных размеров. Она чем-то напоминала игуану. У неё была такая же короткая шея и костяной гребень на голове. Длинный тонкий полосатый хвост еще прятался в темноте пещеры. Острые шестифутовые когти глубоко впивались в землю.

Рептилия лениво сощурилась на солнце и, вздохнув, плюхнулась на камни, сладко зевнула во всю свою огромную пасть, показав красный липкий язык.

Ящеры были явно разочарованы таким мирным поведением своего «защитника». Один из них подбежал к ящерице и цапнул её за хвост. Игуана вскочила на лапы и, не разбирая дороги, рванулась вниз по склону, разбрасывая по пути большие камни, как пустые ореховые скорлупки. Достигнув озера, она с шумом погрузилась в его тёмные воды и скрылась из глаз.

– Командир, поступил приказ вернуться к шлюпке, – доложил один из орионцев. – Что-то случилось. Все возвращаются на базу.

И словно в подтверждение его слов стихли все выстрелы, а через минуту из-за горы показался наш челнок. Он завис низко над землёй, и Тьёдвальд с солдатами, быстро вспрыгнув на опущенный трап, оказались внутри корабля.

Глава 2

Тьёдвальд вошёл в зал, в котором собралось не меньше десятка главных командиров эскадры и несколько представителей гражданского управления. Верховный жрец сидел на стуле с высокой спинкой, подчёркивающей его высшую власть. По правую руку от него расположились орионцы, по левую посвящённые, за ними командиры отрядов и отделений, учёные и младшие жрецы. Еще дальше сидели люди, о которых я знал, что они представляют жителей заокеанских районов Земли.

Тьёдвальд сел на свободный стул в ряду людей, находившихся за посвящёнными.

– Что происходит? – спросил он тихо у молодого жреца в матовой одежде послушника.

– Говорят, команда Сюрха привезла кого-то из местных для переговоров, – так же тихо ответил жрец.

– Человека?

– Нет. Теплокровных учёные вообще не обнаружили. На Та-уе найдены только рептилии и земноводные. Мы считали, что здесь уже, по крайней мере, хотя бы приматы должны существовать. Как «высшие» могли так ошибиться? Это странно. Ты не находишь?

– Что именно?

– На этой планете сильно развиты голосеменные растения и отсутствуют обычные травы и деревья, пригодные для пищи теплокровных животных. Воздух, плотность атмосферы, гравитация, биотические и абиотические факторы внешней среды – всё это свойственно именно для эпохи динозавров и хладнокровных, но не для человека и гомойотермных животных. Я только что из лаборатории – учёные в замешательстве. Разве Верховный перед полётом не связывался с Великими Учителями? Я думал, мы здесь с их согласия.

– Я не знаю, – пожал плечами Тьёдвальд. – Верховный Жрец говорил, что люди должны быть на Та-уе. Он считал, что они ведут полудикий образ жизни. Но, видимо, ошибся, и человек ещё вообще не появился на этой земле. Значит, мы будем первыми и создадим здесь новое человеческое племя.

– Ясно, – проговорил молодой жрец. – Но как на это посмотрит межгалактическая комиссия? Своим появлением на Та-уе мы нарушаем целесообразность и планомерность развития её жизненных форм.

– Пусть об этом болит их голова, – вступил в разговор молодой ученый, сидевший по другую сторону от Тьёдвальда, кивнув в сторону Верховного Жреца и руководства эскадры. Лично мне это по душе. Моя научная работа связана с освещением вопроса о существовании разумной жизни как раз в эту эпоху. Любопытно взглянуть на нее воочию, не опираясь на измышления древних учёных.

Дождавшись, когда в зале собрались все командиры отрядов, побывавших на планете, Верховный жрец пригласил прибывших на переговоры парламентёров.

В открывшиеся широкие двери зала вошли, следуя один за другим, три существа. Они разительно отличались друг от друга.

Первым был уже известный нам динозавр – ящер небольшого размера, ходящий на задних лапах. У него были развитые передние конечности – «руки» с хватательным пальцем, напоминавшим большой палец человека. Он встревоженно вертел головой, посаженной на длинную гибкую шею, и поминутно раскрывал широкий рот, демонстрируя крупные острые зубы.

Вторым вошёл удивительно похожий на змею рептоид. Он был среднего роста, примерно пяти с половиной футов. Худощавое тело, с длинными руками и зеленовато-серым оттенком кожи, покрыто чешуёй. Голый с немного вытянутой и заострённой макушкой череп с небольшим практически атрофированным гребнем прочно сидел на длинной и мощной шее. Его глаза с вертикальными зрачками были жестки и холодны. Длинный разрез почти безгубого рта надменно сжат. Он быстро обежал равнодушным взглядом собравшихся и встал, независимо вскинув голову.

Третий оказался маленьким, ростом с ребёнка, существом с треугольным черепом. Он, несомненно, как и змееголов, был гуманоидом: тело, руки, ступни, ладони – всё это у него было сходно с человеческим телом. Но своим общим видом он скорее напоминал насекомое, точнее, богомола. Его безволосое тонкокожее тело имело серый цвет. Огромные глаза, овальной формы, были тёмно-серыми. Продольный разрез рта с маленькими губами крепко сжат. Нос и уши обозначались лишь небольшими отверстиями, но руки, с четырьмя пальцами на длинных узких кистях, имели перепонки, что говорило о его земноводном образе жизни.

– Я приветствую вас на борту межпланетной станции «Та-уя 1», – торжественно произнёс Верховный Жрец, дождавшись, когда смолкнет негромкий гомон среди собравшихся в зале, вызванный появлением столь необычных жителей Та-уи.

Однако его возвышенное вступление не произвело на гостей никакого впечатления. Они стояли и враждебно всматривались в лица находящихся в зале людей и орионцев. Жрец, сидевший рядом с Тьёдвальдом, беспокойно заёрзал на стуле.

Внезапно я почувствовал чьё-то незримое присутствие в своей голове. Казалось, кто-то пытается проникнуть в моё сознание и прочесть мысли.

– Что за чёрт! – встряхнул головой Учелли, пытаясь пошире открыть глаза. – Посмотри на них! – проговорил он, указывая на ряды сидевших.

Но я уже и сам видел, как люди, а за ними и орионцы, медленно погружались в транс. Они вяло опустили головы на грудь и расслабленно заваливались набок, едва не падая со стульев.

– Нужно что-то предпринять! Немедленно! – воскликнул я, силой воли изгоняя из головы непрошенного визитёра. Я посмотрел на спокойно стоящих в центре зала та-уинцев, никто из них не выказал удивления, только серый «человечек» чуть наклонил голову и застыл, неподвижно вперив взгляд в уснувших людей. – Это маленький! Он сильный телепат и гипнотизёр.

– Как остановить его?!

– Не знаю, – я подбежал к «богомолу» и нагнулся к его лицу.

Он слегка приподнял голову и посмотрел на меня. Огромные, без зрачков и совершенно холодные, ничего не выражавшие глаза. Я почти ощутил, как он что-то мне говорит. По спине пробежали мурашки. Он отвернулся и продолжил молча смотреть на людей.

И вдруг я увидел, как от безвольно опущенных голов людей и орионцев к «серому» потянулись нити. Они были разного цвета: светлые, тёмные, серые и даже серебристые. Тонкие ручейки энергии мерцали и переливались, подобно струйкам тумана и, соединившись у самой его головы в небольшое облако, окутали голый череп гуманоида и начали проникать в него.

Телепат расслабился. От него отделился тёмный силуэт. Это его ментальное тело вышло из физического и начало с жадностью поглощать энергию обездвиженных жертв.

– Ах ты… – слова застряли в моей глотке.

Но этот неосторожный шаг маленького чудовища, как ни странно, сделал его уязвимым. Возможно, он не понял, что здесь кроме людей есть ещё кто-то. Я протянул руку схватил сияющую золотом нить, идущую от уродца к Тьёдвальду, и порвал её. Тьёдвальд встряхнулся и встревожено огляделся. Увидев, как «серый», покачиваясь, закатил глаза, он всё понял, рванулся к нему и схватил за горло.

Я сделал то же самое с его ментальным телом, подстраховав Тьёдвальда. «Серый» вздрогнул от неожиданности, его ментальное тело дёрнулось, желая вернуться в безопасную физическую форму, но я ещё крепче сжал пальцы. Гуманоид начал задыхаться. Облако рассеялось. Нити стали обрываться, отскакивая от черепа «богомола» с негромким хлюпающим звуком, как резиновые.

Коротышка зашатался, схватился за горло и начал медленно опускаться на пол. Его спутники, до этого взиравшие на происходящее с холодным безразличием, встревожено отшатнулись от Тьёдвальда. Ящер вытянул шею и злобно зашипел. Змееголов попытался напасть на Тьёдвальда, но в это время подоспела вооружённая охрана, и он поднял руки в знак поражения.

Люди медленно приходили в себя. Тьёдвальд, выхватив из-за пояса маленький предмет, похожий на блестящую коробочку, вытянул из нее тонкую серебристую цепочку и быстро связал руки змееголова за спиной. Ящеру накинул её на шею и хвост, крепко соединив их таким образом, что любое движение перекрывало ему дыхание.

Я ослабил захват горла «серого» только после того, как Тьёдвальд его связал и натянул на голову какую-то тряпку.

– Мы не хотим войны, – сдавленным голосом проговорил Верховный Жрец. – Нам не нужна ваша территория. Но мы хотели бы получить от вас разрешение поселиться в тех местах, где расположены древние храмы наших предков. Они первыми освоили эти земли задолго до вашего появления на Та-уе. Так что мы, а не вы – её первооткрыватели.

– Наши солдаты достаточно сильны, чтобы истребить вас, вооружённых лишь камнями и дубинами. Мы имеем оружие, способное уничтожить ваши поселения в течение нескольких дней, – вступил в разговор командир военных сил эскадры.

– И теперь мы знаем о ваших способностях, господин Эсс, – наклонился вперёд Верховный Жрец. – Жаль, что вы применили их в такой неподходящий момент. Но мы не станем вас за это убивать. – Он замолчал на минуту, пристально посмотрел в закрытое тряпкой лицо «серого». И тот неожиданно изогнулся от страшной боли, скрутившей его тело. – Мы тоже кое на что способны, – проговорил жрец, отпустив гуманоида.

– Это была его ошибка, – сказал Неро, взглянув на Верховного Жреца. – Он побоялся спуститься на планету и пригласил их сюда. Теперь он будет втрое осторожней и переложит на Тьёдвальда и остальных всю работу.

– Да, я думаю, ты прав. Не нужно оставлять Тьёдвальда ни на минуту.

– Мы и так всегда рядом, – пожал плечами Учелли.

Не ожидавшие такого поворота событий та-уийцы, без промедления позволили нашим разведывательным аппаратам обследовать указанные Верховным Жрецом участки континентов. Были оговорены условия, при которых местным обитателям запрещалось заходить на территорию будущих поселений переселенцев, а нашим жителям нельзя вести какие-то ни было разрушительные работы на землях туземцев.