Тайны заповедного леса
- -
- 100%
- +
© Людмила Миловацкая, 2016
© Валентина Листопад, иллюстрации, 2016
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Глава 1. Разбор полетов
– Каждый год одно и тоже… А ведь ты обещал, и я тебе почти поверила!
– Ма-а!
– Что «ма-а»?! – стоя у распахнутого шкафа, Марина Сергеевна нервно перебирала вещи. – Вот погоди, придет отец – послушаешь, что еще он тебе скажет. А он скажет, можешь не сомневаться! И про математику скажет, и про биологию, и про английский…
Мама неожиданно замолчала. Пауза затягивалась. Николай недоумевал: «Неужели это все?» Обычно подведение итогов учебного года знаменуется долгим, не меньше часа, выступлением. А тут… Коля осторожно обернулся. Матушка, стоя с зажатым в руках платьем, смотрела прямо перед собой и что-то шептала. Он даже испугался: «А вдруг, это столбняк! Или еще чего пострашней! Вон – стоит, не двигается, как картинка с зависшего компа!»
– …Точно, моя полугодовая зарплата – коту под хвост! Англичанку надо менять!
«Уф! Поехало! – Николай облегченно вздохнул и занял прежнюю диспозицию за письменным столом: оперся опущенной головой на левую руку, правой стал рисовать страшилищ из последнего блокбастера. – Так, что должно быть дальше по программе? Ага! Предстоит выслушать какой умница и кругом молодец Димка, и какой, напротив, бездарь он…» – Вот Терехиным повезло с ребенком!
«Ну, слава богу, выбрались на старый, не раз проверенный, путь», – окончательно успокоился Коля и вяло возразил – так, для порядка:
– Ты же вчера говорила, что мы оба балбесы, каких мало.
– Я говорила?! Не помню такого! Но все равно, он может себе это позволить: у него первый разряд по карате.
– Не по карате, а по самбо. И разряд у него не взрослый, а юношеский!
– Это не важно! Институт физкультуры, по крайней мере, ему обеспечен. А ты со своими знаниями куда пойдешь? – мама снова принялась перечислять предметы, по которым он получил трояки.
«А еще жалуется, что память – никуда!» – Коля бросил взгляд в окно и увидел возмутительную картину: соседский пес – большая умная овчарка – сидел у магазина на короткой привязи. В двух шагах от него с самым важным видом прохаживалась ворона. Даже отсюда было видно, каких неимоверных усилий стоит Грею соблюсти достоинство. Он и отворачивался, и на небо смотрел…
– Ты слышишь меня? Куда это ты уставился? – Марина Сергеевна подошла к окну и сразу оценила ситуацию: – Вот нахалка!
– Смотри, как она все точно рассчитала! Грею нипочем ее не достать!
– Залепить бы ей картошкой по клювику! Ты куда?! – остановила она метнувшегося на кухню сына.
– За картошкой! Ты же сама сказала: по клювику! У меня получится. Я, знаешь, какой меткий? В тире из десяти восемь выбиваю!
– Одно дело – мишень в тире, другое – живая птица, – сделала строгое лицо мама. Было видно, насколько высказанное в воспитательных целях изречение противоречит ее собственному желанию.
– Эх, жалко, что Серега ее только ранил!
– Что это за «Серега»? Он старше тебя вдвое! А Гарпуша сейчас, сам знаешь, птица неприкосновенная.
Гарпушей – от Гарпии – ворону прозвали не зря. Свет не видел более наглой и противной птицы! Появилась она во дворе с год назад и сразу же стала безобразничать. По вечерам нападала на одиноких людей: налетала сверху, садилась на голову, шумно размахивала крыльями – в общем, пугала людей до полусмерти. Особенно доставалось пожилым тихим тетенькам. Как уж она их вычисляла – неизвестно. Только бабульки без зонта в любую погоду и без молитвы из двора не выходили. Но однажды Гарпуша просчиталась и спикировала на голову «плохому парню» Сереге Сухонину. Все знали, что он крутой, из бывших братков. Тот, недолго думая, выхватил из-за пояса пистолет и…
Месяца три ворону никто не видел. Благодарные старушки приходили к Сереге с банками своих помидор, огурцов, варенья. Варенье он не употреблял, а вот огурцы соседки со второго этажа ему так понравились, что он решил заняться честным бизнесом: открыл небольшой ресторанчик с русской кухней. Главным технологом там сделали бабу Клаву.
Гарпуша вернулась во двор с кривым крылом. Птицу как подменили – на людей больше не набрасывалась. Наоборот, приметив старушку, так жалостно клекотала и так закатывала глаза!.. Те, не помня долго зла, стали ее жалеть, подкармливать. Серега перенес Гарпушкино гнездо на старую липу около своего ресторанчика и назвал его «Черный ворон – я не твой!». Пафосное название пришлось по душе местным авторитетам. Дела Сергея Петровича быстро пошли в гору. Некоторые злопыхатели, правда, говорили, что контингент посетителей слишком специфичен… Но и они не могли не признать, что порядок во всем квартале стал отменным.
– Да, Гарпуша у нас теперь – птица неприкосновенная, – с непонятной улыбкой повторила мама. – А жаль! Надо соседу попенять, что ж он так свою собаку не жалеет: надолго одну оставляет! Ну, ладно! Вернемся к нашим баранам, то бишь, к математике… Звонок! – матушка оборвала себя на полуслове. – Это отец! Ты ему сразу не показывай дневник! Пусть хоть поест нормально. – Марина Сергеевна запихнула тряпки обратно в шкаф. Быстрым движением поправила волосы, вздохнув по системе йогов – раз-два, раз-два, – сделала на лице безмятежное выражение лица и птичкой выбежала в прихожую.
– Только этого мне и не хватало! – Коля живо обернулся на растерянный голос матери. Та стояла посередине комнаты, держа перед глазами какую-то бумажку. – Нет, ну ты подумай! У кого сейчас нет сотового! В конце концов, в любой глуши есть почта с телефоном. А тут – здрасте! «Встречайте, бабушка!»
– «Будем проездом Москве, встречайте 15 часов, бабушка», – прочел вслух Коля неровные серые буквы телеграммы. – Это какая бабушка? Твоя мама или папина?
– Моя мама! – Марина Сергеевна трагически подняла глаза к потолку.
– Разве бабушка Соня может позволить себе что-нибудь подобное? Она, хоть и живет в захолустье, – человек цивилизованный! Сначала на мекнет в письме «соскучилась, мол». По телефону расспросит, что и как – может, не ко времени визит. А уж потом…
Коля хотел было напоминать матери, что с «потом» как-то не получалось. За всю его сознательную жизнь, а было ему уже немало – четырнадцать лет – у них в доме не побывала ни та, ни другая бабушка. Звонок в дверь вовремя остановил его.
– Ну вот, это уже точно отец! Пусть сам и разбирается! Павлик! Павел! У нас ЧП! – с порога обрушалась она на мужа.
– Ни к черту воспитание! – покрутил головой Николай. – Все время учат: нельзя сходу набрасываться на человека. Дай ему отдохнуть, расслабиться. Накорми, напои чайком. Пусть, хоть и недолго, порадуется: «Мой дом – моя крепость»! А потом издалека, ненавязчиво так, можешь грузить его своими проблемами! Правильно, в общем, говорят. А сами…
– Не понимаю, что ты так переполошилась. Ну, приедет Анастасия Ивановна, погостит денек-другой.
– Денек-другой! Не смеши меня! Хорошо, если дело обернется неделей! А потом, кто это «мы»? Подожди, она еще своих соседок деревенских в дом привезет. Добро бы еще родная бабушка, а то седьмая вода на ки селе.
– Не смей так говорить о ней! Она меня вырастила, в люди вывела!
– Угу, в люди! Если бы не мой отец, сидел бы до сих пор на своей кафедре, получал бы гроши!
– И был бы счастлив!
– Ха-ха! Сказала бы я тебе, если бы не ребенок!
– Кстати, ребенку будет полезно узнать свои корни. Уверен, вы подружитесь, – повернулся лицом к сыну Павел Дмитриевич. – А может, тебе махнуть на месячишко в деревню? Места там – сказочные! Когда у тебя начинаются каникулы?
– С сегодняшнего дня.
– Чудно. Чем порадуешь?
– Ты о чем? – почти естественно удивился Коля.
– О твоих успехах в школе. Покажешь дневник или так, на словах… Коля с жалостью смотрел на растерянное лицо отца, перелистывающего потрепанную тетрадь с отметками: «Даже чаю не успел попить! Теперь уже не до этого…»
– Ну математика, ну физика, английский, в конце концов. Но как ты умудрился получить тройку по информатике? Ведь день и ночь за компьютером!
Коля в ответ только шмыгнул носом.
– В общем, так! – Павел Дмитриевич аккуратно положил дневник на стол. – Не будет тебе нового компьютера в этом году.
– Ма-а! – Коля вскинул глаза на мать.
– Никакого моря! – продолжал отец тихим голосом. – Никаких серфингов, боулингов и прочей ерунды! Праздник нужно заработать, а ты… – Ма-а!
Марина Сергеевна сидела, отвернувшись, будто не слышала призыва сына о помощи. Своего мужа она знала хорошо: с ним можно поспорить, когда он горячится, шумит, ругается. Но, когда Паша так спокоен, возражения бесполезны. Лучше и не начинать.
– Останешься в Москве, позанимаешься. Глядишь, в голове что-нибудь и прояснится. Так во сколько прибывает теплоход? Я на речной вокзал, а ты приготовь что-нибудь полегче. Как-никак человеку за семьдесят.
Коле очень хотелось поехать с отцом: ему еще никогда не приходилось встречать гостей с воды. Однако говорить об этом не стал. Не хотелось нарываться на горячее слово.
Глава 2.
Бабушка приехала!
– Покушаешь что-нибудь? – провела по волосам сына Марина Сергеевна.
Николай молча покачал головой. Есть не хотелось. Смотреть телик, слушать музыку – тоже.
– Пойду полежу…
– Да не расстраивайся ты так! Папа у нас отходчивый! Я с ним позже поговорю. Но и ты должен пообещать, что исправишься! Не бойся, – мама на секунду привлекла его к себе, – ни в какую деревню я тебя не отдам! Иди отдыхай.
Коля прилег на кровать. Долго ворочался, вздыхал, размышляя о своей нелегкой жизни и, наконец, уснул.
Проснулся от ощущения, что кто-то на него смотрит. Открыл глаза – прямо напротив его подушки сидел здоровущий кот и внимательно смотрел на него. Даже в сумраке комнаты можно было различить, что глаза у него разные: один – желтый, другой – ярко-зеленый.
– И… здрасте… – потряс головой Коля. Видение не исчезло. Неизвестно откуда явившийся кот потянулся, широко зевнул и направился к выходу. У самых дверей оглянулся: «Долго, мол, тебя ждать?» Коля спустил ноги с кровати и отправился вслед за ним.
В квартире было тихо. В коридоре – никого, на кухне – тоже. В прихожей громоздятся две огромные сумки. От них шел странный запах костерного дымка, свежих яблок, леса и еще чего-то очень приятного и волнующего.
«А, это бабушка Настя приехала», – сразу же вспомнил Коля и поспешил в гостиную. Родители и гостья сидели рядком на диване и мирно беседовали. Посередине накрытого стола красовалось большое блюдо с уложенными горкой пирожками. Маленькие, пышные, все как на подбор румяные – они еще дымились и испускали умопомрачительный запах. Николая охватили сразу же два чувства: жуткий голод и сожаление, что мама теперь так редко печет. Говорит: «Свежее тесто вредит фигуре». Может, это и правда, зато в доме становится так уютно!
– Вот и Николай собственной персоной, – громко сообщил отец.
На него живо оглянулась гостья. От ее внимательного серьезного взгляда Коля немного оробел. Не такой он себе представлял бабушку из дремучего захолустья! Отец говорил, что ей лет семьдесят, а перед ним сидела крепкая розовощекая женщина совершенно цивильного вида. Чувствовалась в ней сила и характер опытной учительницы.
«Да куда там училка! Бери выше! Директриса – не меньше! – удивлялся Коля. – Надо будет порасспросить, не работала ли она в школе».
– Рада с тобой познакомиться! – неожиданно мягким глубоким голосом произнесла Анастасия Ивановна. – Присядь. Мы обсуждаем важный вопрос. Вот, уговариваю твоих родителей отпустить тебя ко мне на каникулы. Что скажешь?
Николай растерянно посмотрел на маму.
– Предлагаю продолжить разговор за столом, а то пироги остынут, – поднялась мама. – Павел, неси чайник!
Выпечка и чай были вкусными как никогда.
– Пироги – чудо! Восхитительно! Просто объедение! – наперебой нахваливали все хозяйку.
– Ешьте на здоровье, – угощала довольная мама, – это с капустой, это с грибами, а кругленькие – с земляникой. Грибы и ягода из леса, Анастасия Ивановна привезла.
– Можно я дам Самураю попробовать? Он землянику страсть как любит!
– Кому?!
– Самураю. Ах, простите, забыла его представить, – обернулась к коту бабушка. Тот, как сторожевая собака, лежал в дверях, занимая почти весь проем. Услышав свое имя, Самурай покинул свой пост и вышел на середину комнаты.
– Какой красавец! – всплеснула руками мама.
– Неужели это котенок, которого вам подарил Ясимото?
– Он самый! – подтвердила Анастасия Ивановна. – Вы не будете возражать, если он поест за журнальным столиком?
– Нет, разумеется, – неуверенно произнесла мама.
– У нас и блюдечко свое есть, – Анастасия Ивановна вынула из пакета салфетку и маленькую тарелку.
Все с интересом наблюдали, как кот, прежде чем отправить в рот кусочек пирога, насаживал его на когти и подносил ко рту. Получалось, что он пользовался вилкой.
– Здорово! – восхищался Коля. – А вы долго его тренировали?
– Никто его этому не учил. По-видимому, ему так удобно.
– Ну как, нравится? – шутливо спросила мама.
– Н-да! – оторвался от угощения кот.
– О-о-о! – зааплодировали все за столом.
– Порой действия животных так необычны, что кажутся осмысленными.
Но прошу вас, кушайте. Вы еще не пробовали с капустой.
– А вы что же? – взялась за очередной пирожок гостья.
– Увы, я давно себе не позволяю себе такой роскоши, – с явным сожалением ответила мама.
– И напрасно. Уверяю вас, что еда, приготовленная своими руками из экологически чистых продуктов, не может повредить ни здоровью, ни фигуре. Главное – не переедать. К тому же специальный сбор в чае прекрасно действует на обмен веществ.
– А что там? – Марина Сергеевна нерешительно протянула руку к блюду.
– Обычные лесные травы. Наверняка они есть в обычных аптеках. Но я предпочитаю их собирать сама: надо знать время, когда растение входит в самую силу. Сейчас как раз наступает такая пора. Вот мы с Николенькой походим по лесу и насобираем трав на разные случаи. В природе есть абсолютно все для нашей пользы.
– Анастасия Ивановна в лесу каждую травинку знает! – подтвердил отец. – Эх, жалко, что у меня отпуск только в августе. С удовольствием составил бы вам компанию. Побродил бы по лесу, порыбачил…
Перспектива ходить по болотам и полям в поисках каких-то там лекарств представлялась Коле мало привлекательной.
– А у вас там есть компьютер? – задал он неожиданный и, прямо сказать, провокационный вопрос.
Отец укоризненно покачал головой:
– Ты что, какой компьютер, там и электричество, наверное, с перебоями работает.
– Нет, с электричеством у нас все в порядке: у нас своя подстанция. Военные, когда оставляли свою часть, раздавали ненужное имущество. Вот и нам кое-что перепало. И компьютер у нас есть. Может, не самый современный, но для наших нужд достаточно.
– А что за модификация? – заранее снисходительно улыбнулся Коля.
Ответ его озадачил. Такую модель он видел только на выставке, и то по телевизору:
– Ого! А разве у нас такой уже продается?
– Не знаю. Это подарок от моих учеников из Японии. Очень надежная и удобная машина, – совершенно спокойно ответила Анастасия Ивановна.
– Та-ак! – по-новому взглянул на гостью Коля. Она нравилась ему все больше.
– Вообще-то, я решил, что Николаю следует посидеть дома и поучить математику, – неуверенно произнес папа.
– Для того чтобы обрести знания, вовсе не обязательно заниматься зубрежкой. Ты это должен помнить.
– Ну, хорошо. Пусть собирает учебники и…
– Не стоит набирать много вещей. Все, что ему понадобится, разыщем в интернете. Кроме того, по соседству с нашей деревней живут сотрудники университета – там база биологического факультета.
– Класс! – Николай моментально прокрутил в голове предполагаемые варианты. Решение напрашивалось само собой. – А ребята в деревне есть?
– Я живу в лесничестве со своей воспитанницей. А в соседней деревне много молодежи.
– А сколько вашей воспитаннице лет? – насторожилась матушка.
– Семнадцать. Ульяна – девушка скромная, умная. Помощница мне во всех делах! Недаром большинство односельчан обращаются к ней по отчеству: Ульяна Никитична.
– Ууу… – Коле живо представилась тощая девица с постным лицом. Он даже голос ее слышал – деревянный, с менторскими интонациями. А каким он еще может быть у человека с таким именем? Изведет своими нравоучениями. Может, стоит остаться в Москве? Здесь хоть в выходные будет послабление…
– Если хочешь, можешь пригласить к нам кого-нибудь из своих друзей, – будто подслушала его мысли Анастасия Ивановна.
– Димку Терехина! – обрадовался Коля. – У его родителей запарка на работе – отпуск летом у них вряд ли получится! Можно я ему прямо сейчас позвоню?
– Подожди, надо все хорошенько обдумать. Позвонить всегда успеешь, – остановила сына на полпути Марина Сергеевна. Она явно была недовольна. Действительно, у нее на лето были свои планы, и сын органично в них вписывался. – Мы собирались поехать к родственникам на Азов. При желании там тоже можно позаниматься.
«Жара, пыль, скучный поселок на берегу обмелевшего моря. Устанешь, пока доберешься до нормальной глубины, – сразу же всплыли в памяти Коли унылые картинки прошлогодних каникул. – Нет, только не это! Надо срочно переубедить маму!» Похоже, он уже знал, как это можно сделать!
– Мам, не поможешь мне перестелить белье на кровати?
Марина Сергеевна вскинула на него удивленные глаза, но тут же сообразила что к чему:
– Ой, я и забыла! С утра собиралась поменять постель! Извините, мы на минуточку!
Сразу же за дверями набросилась на сына с расспросами:
– Ну, что скажешь? Как тебе новая родственница? Тебе она не показалась странной?
– Еще бы не странная! – округлил глаза Коля. – Говорит, семьдесят лет, а у самой кожа без единой морщинки!
– При чем тут морщинки? – недоуменно взглянула на него мама.
– А зубы какие белые! Один к одному! – твердо гнул свою линию Коля.
– Вообще-то, я тоже обратила на это внимание. Даже не удержалась, спросила, где такие хорошие протезы делают. А она, представляешь, ехидненько так засмеялась: «Свои, матушка!» Какая же я «матушка» для семидесятилетней старушки?!
– А я что говорю! Разве так выглядят деревенские бабульки?
– Ты думаешь, что она мошенница? – встревожилась мама. – Может, стоит взглянуть на ее документы?
«Да!.. Правильноговорит папа: женская логика – загадка. Логика нашей мамы – загадка вдвойне!» – почесал в затылке Николай.
– Я это к тому, – с трудом выруливал он на нужную тему, – что тебе не мешало бы познакомиться с ней поближе. Слыхала, как она разбирается в лекарственных растениях! А чай какой: и вкусно, и худеешь! Наверняка она знает еще кучу всяких полезных рецептов для красоты! От всяких там морщин, лишнего веса, и от этого, как его, самого вредного… А, от целлюлита!
С минуту матушка отрешенно глядела на него.
– Правильно! И как это ты сообразил? Каким же ты бываешь умным, когда захочешь!
Вернувшись в гостиную, заговорщики застали удивительную картину: бабушка Настя, подходя к комнатным растениям, расставленным мамой по всем углам, поглаживала их хилые листочки, называла их непонятными словами, рассказывала, чем они полезны. Отец, вытянув шею и заложив руки за спину, – ни дать ни взять примерный ученик в кабинете ботаники – ходил за ней по пятам. На шаг впереди него выступал Са мурай. Задрав голову вверх, кот не сводил глаз со своей хозяйки. Его навостренные ушки и напряжение, написанное на круглой мордочке, свидетельствовали о беспредельном внимании. Он слушал, он понимал! Еще более странно вели себя комнатные цветы. Коля мог бы поклясться, что видел, как те, в ответ на ее прикосновение, радостно вздрагивали и протягивали навстречу свои зеленые руки-веточки. Ей-ей! А может, все это ему только казалось. От травного чая так хотелось спать!..
Бабушкин трехцветный кот водил его по лесу. Показывал потаенные места, рассказывал о скрытой силе растений, учил различать съедобные и ядовитые грибы. Говорил врастяжку приятным, с бархатными интонациями, баритоном. Легкий японский акцент придавал голосу особенную важность и шик. «А! Вот почему его зовут Самураем!» – догадался Коля. Все это время за ними следил какой-то хмырь. Он прятался за деревьями, строил страшные рожи и грозил пальцем.
«Последний пирожок с грибами явно был лишним!» – поморщился во сне Николай. Повернулся на правый бок и заснул уже без всяких сновидений.
Глава 3.
Большие надежды
Утром Коля проснулся от собственного смеха. Настроение – преотличное! Во-первых, за окном ярко светит солнце, а его уже с неделю не было видно из-за туч. Во-вторых, помирились с отцом, в-третьих, наконец, определилось с каникулами, в четвертых… Кто-то пошевелился у него в ногах. Коля приподнялся и увидел свернувшегося в клубок кота.
– Привет! – улыбнулся ему как старому знакомому. – Привет, Самурай! Дай-ка, я на тебя посмотрю. – Он взял за передние лапы кота и потянул к себе. Тот, не открывая глаз, закинул голову вверх и вытянулся во всю длину, словно предлагал полюбоваться собой. – Ух ты, какой красивый, большой! – С уважением гладил Николай мягкую теплую шерстку кота. – А расцветка какая редкостная!
– Н-да, – соглашался тот, вытягивая поочередно передние и задние лапки.
– Проснулся? – заглянула в дверь мама. – Иди умывайся – и завтракать. Ждем тебя на кухне.
Николай бодро вскочил с постели, наскоро почистил зубы, провел мокрыми пальцами по глазам и взглянул на себя в зеркало:
– Очень даже ничего! – Согнув в локте правую руку, напряг мышцы. – Да, Наташка, конечно, права… до Шварценеггера далековато…
Вспомнив Наташу Нечаеву, первую красавицу в классе, Коля вздохнул. Раза два прошелся расческой по волосам, выдавил из тюбика немного крема, понюхал и осторожно нанес его на щеки. Мама купила его исключительно «в профилактических целях»: прыщей у него не было. Почти…
– Красота – страшная сила, – изрек он вслух и состроил зеркальному двойнику страшную рожицу.
На кухне бабушка Настя в мамином фартуке стояла у плиты.
– О! Блинчики! – по запаху определил Коля.
Анастасия Ивановна сделала неуловимый жест рукой, и опля! Маленький кругляш, перевернувшись в воздухе, шлепнулся на шипящую сковородку.
– Лихо у вас получается! Прям как в цирке! – искренне восхитился Николай.
– Доброе утро! Немного тренировки, и у тебя получится не хуже, – улыбнулась бабушка.
– Садись за стол, – обернулась к нему Марина Сергеевна.
– Ой! – вытаращился Коля и отступил на шаг: неподвижное лицо мамы было зеленовато-голубого цвета.
– Не пугайся! Это маска из грязи. Анастасия Ивановна привезла ее специально для меня. Говорит, десять процедур – и меня не узнать!
– Я тебя уже не узнал, – присел на кончик стула Николай. – О таких процедурах надо бы предупреждать заранее!
– Это смесь водорослей и глины из нашего озера. Состав уникальный, – пояснила бабушка Настя.
– Доброе утро, – вошел на кухню отец, как всегда с газетой в руках, и уселся на свое место.
– Ты ничего не замечаешь? – с любопытством взглянул на него Коля.
– Ну как же! Оладушки! Я еще в комнате почувствовал их запах.
– Я не про блины, я – про маму.
– А что мама? – бросил на нее рассеянный взгляд отец и потянулся к своей чашке. – Мама у нас всегда на высоте!
– Вот видите! И так всегда! – Мамин голос дрожал от обиды и негодования.
Папа, оторвавшись от газеты, поднял глаза. Лицо, на всякий случай, было виноватым.
– Не надо сердиться! Вы оба очень устали. Вам надо хорошенько отдохнуть: подальше от дома, от привычных забот, – бабушка осторожно гладила то мамино, то папино плечо.
– Где же можно отдохнуть от привычных забот? У вас в деревне? – на голубых щеках появились белые дорожки. У Коли защемило сердце: он не мог видеть мамины слезы.
– Мариночка, ну что ты, – бросился к ней отец.
– Вот Лариса счастливая! Поедут с подругой в Шри-Ланку на целую неделю! – пытаясь спасти маску, Марина Сергеевна смотрела в потолок и обмахивалась пальцами. Слезы с минуту подержались на глазах, а потом потекли еще сильней по новому руслу. – И Терехин не возражает: «Езжай, говорит, отдохни от нас!
– Кто от кого отдохнет – еще большой вопрос! Димка с отцом хоть недельку поживут нормально: без бега трусцой, овсянки и бактерицидного мыла, – Коля, как мог, пытался успокоить маму.
– Никому не посоветовала бы ехать в Шри-Ланку в этом месяце! Это будет ужасный сезон! – поддержала его Анастасия Ивановна.