Внезапно женат, или Хозяйка маленькой гостиницы
- -
- 100%
- +
– Айка, ты опять за своё? – нахмурившись, спрашиваю непоседу.
– Ну ты чего к малышке прицепилась? – Мужской голос над головой заставляет шарахнуться и угодить прямо в крепкие объятия. – Ты чего такая пугливая, жёнушка моя?
– Это не я пугливая, это ты весь такой внезапный и к спине прилепательный, – огрызаюсь я, краем глаза отмечая, что девчушка шажок за шажком приближается к выходу на лестницу. – Айка, сними.
– Ну-у-у, Талири-и-и, – канючит она, но, ловя мой строгий взгляд, всё же принимается отстёгивать украшение.
– Ты чего? – тем временем недоумевает Дерек. – Играется же мелкая, пускай.
– Она знает почему, – коротко бросаю я и оборачиваюсь к дракону, когда Айка исчезает на лестнице. – В Квалионе подобные игры вызывают вопросы. Ясно?
Смотрю в янтарные глаза, ища в них неизвестно что. Спасение? Надежду на то, что моя идея на самом деле не такая уж и провальная? Что это самодовольный и упёртый дракон поможет всем, кто приходит ко мне за помощью?
Айка – полукровка-оборотень. Зверь в ней не проснулся, но девочка не оставляет попыток его пробудить. И этот хвост как возможность почувствовать связь с лисьим родом, к которому принадлежит её мать.
– У-у-у, как у вас всё строго, – присвистывает Дерек. – Но зато я кое-что понял.
Он прихватывает меня за талию и ведёт к противоположному выходу из коридора. Туда, где нас ждут Яйя с Эдвином.
– Что же ты понял?
– Что в нашей семье за баловство детей буду отвечать я, – торжествующе улыбаясь, произносит Дерек и ласково щёлкает меня по носу.
– Ага, самую лёгкую часть себе забрал, да? – гримасничая, возражаю я.
– То есть насчёт детей мы уже договорились? – Улыбка мужа становится ещё шире, а я не выдерживаю и легонько стукаю его по рёбрам. – Ой! Кошмар! Семейное рукоприкладство!
– У нас в Квалионе так принято! – Теперь мой черёд ухмыляться.
Выворачиваюсь из-под руки Дерека и в холл выхожу уже одна. Взгляд сразу цепляется за знакомый розовый пеньюар. Я не успеваю и рта раскрыть, как воздух накаляется от десятка претензий.
– Талири, девочка моя, ну где тебя носит? Мне сегодня не обновили цветы в опочивальне. А в утренней ванне не было противогрибковой соли! И почему-то твои мальчики все от меня врассыпную бросаются. Никого не дозваться! Я зашла за новыми рецептами для омолаживающих ванн, а тебя на месте нет. Это неуважение к постояльцам, деточка. Я, конечно, по доброте душевной и искренней любви к тебе и твоим ребятам жалобу писать не буду, но всё же требую дополнительной ванны с золотистым перцем!
Госпожа Пуфикс и все сто килограммов её роскошного веса надвигаются на меня бескомпромиссным монолитом. Голубые глаза, подведённые фиолетовыми тенями, лучатся ярой верой в собственную правоту и неотразимость. А когда Эдна обнаруживает Дерека за моей спиной, то я всерьёз беспокоюсь о состоянии здоровья престарелой кокетки.
– О боги, это что за редкий красавец? – томно выдыхает Пуфикс, сдвигая меня с дороги и прижимаясь к опешившему Дереку. – Как тебя зовут, мой рыцарь сердца?
Грохот позади меня не оставляет сомнений: Эдна произвела впечатление. Разворачиваюсь и прикрываю рот ладонью, чтобы скрыть улыбку. Настолько ошарашенное выражение на лице Дерека. Да и ошеломлённая мордочка Ноки, которого дракон уронил на пол, о многом говорит.
– Ну что же ты, – мурчит Пуфикс, беспардонно отталкивая меня и придвигаясь ближе к желанной цели. – Ну, не молчи, красавчик. Возможно, именно тебя я и ждала в этой славной обители! Расскажи Эдне, кто ты и в каком краю водятся такие шикарные экземпляры.
Обвожу взглядом холл и понимаю, что работа вокруг замерла. Девочки за регистрационной тумбой, мальчики-коридорные… Да даже Барток, наш старый ночной смотритель, и тот выглянул из своей коморки у входа. Но у того свой интерес: он за Пуфикс давно волочится.
– Кхм. – Откашлявшись, Дерек одаривает Эдну одной из убойных улыбок. Даже у меня сердечко замирает, а у Пуфикс, боюсь, и вовсе инфаркт может случиться. – Позвольте представиться, прелестная леди. Лорд Дерек Расмус, первый генерал императора Демастата и официальный посол империи. С моей истинной парой, леди Расмус, я так понимаю, вас знакомить не нужно?
Вот же зараза! Так виртуозно уйти из-под прицела озабоченной бабуленьки – это ж уметь надо!
– Я ещё не Расмус, – выдавливаю сквозь зубы и ловлю на себе насмешливый взгляд Яйи.
Тоже паразитка, могла бы и помочь, а не с этим Эдвином обжиматься.
– О как, – тут же подхватывает Эдна, резко поворачиваясь к Дереку и томно прикусывая нижнюю губу. – Ну, истинность не стенка, подвинуться может. – С этими словами она ещё и подмигивает дракону, отчего тот на секунду теряется. – Мой номер двадцать три, я оставлю дверь открытой, красавчик.
– Э-э-э… – Дерек скользит по выдающейся фигуре Пуфикс испуганным взглядом и переключается на меня. – Вы знаете…
– Леди Морвейн! – Вопль Элмо, нашего конюха, заполняет холл и моментально отвлекает внимание всех присутствующих на влетевшего в двери парнишку.
– Леди Морвейн, там эта! Эти! – тараторит конюх. – Как их, блин? Аристократы! Во! Вместе с мэром. Говорят, на свадьбу приехали, заселяться изволят!
– У нас будет свадьба? – Эдна широко распахивает глаза. – О боги! Так быстро?! Я не готова!
Она подхватывает полы пеньюара, которые разъезжаются, открывая шёлковые шортики и маечку, и стремительно уносится к лестнице на второй этаж. Тишина, установившаяся после такого штормового бегства, кажется осязаемой. Дерек, тяжело сглотнув, смотрит на меня, явно ожидая объяснений. Только вот у меня сейчас новая головная боль.
– Так, одну проблему на время угомонили. – Вздохнув, я взмахом руки отпускаю Элмо, чтобы тот вернулся к обязанностям. – Яйя, пойдём. Нас ждёт уйма неприятной работы.
Местная знать – вся под стать нашему мэру: напыщенные и самодовольные, презирающие всё магическое. Была бы моя воля, я бы за километр их к гостинице не подпускала, но, увы, без их денег не было бы и «Леди».
Выпрямив спину, я натягиваю на лицо дежурную улыбку и делаю первый шаг по направлению к выходу. На Дерека даже не смотрю, а потому вздрагиваю, когда он придерживает меня за локоть.
– Погоди, малышка, давай я возьму эту часть на себя, – заглядывая мне в глаза, предлагает дракон.
– Почему? – искренне удивляюсь я.
– Я же вижу, как тебе неприятно предстоящее общение с незваными гостями, – мягко улыбнувшись, поясняет Дерек. – Я встречу их и помогу разместиться. А ты пока займёшься тем, что так любишь.
– Чем?
– Гостиницей, чем же ещё? – Дракон подмигивает и, оставив лёгкий поцелуй на моём лбу, отходит к выходу.
Взмахом руки он зовёт адъютанта, и уже через мгновение оба дракона скрываются за порогом. А я остаюсь стоять в ещё большем раздрае. Потому что сердце начинает одерживать победу над разумом.
– Слушай, а он хорош, – тихо произносит возникшая рядом Яйя. Подруга уважительно качает головой, глядя вслед ушедшим мужчинам. – И, похоже, неплохо тебя чувствует.
– Он стальной дракон, чувствовать чужие эмоции – это часть их дара, – машинально объясняю я.
– А мне кажется, он просто в тебя влюбился, – парирует подруга.
И я почему-то молчу. Не нахожу ответа. Просто потому, что где-то в глубине души очень хочется в это поверить. А ещё потому, что на моих запястьях зудит метка истинности. И это не может не волновать.
Глава 6. Неприятности заказывали? Уже ква-ква-плачено!
Дерек Расмус
Свет от камина вырисовывает причудливые узоры на каменном полу, падает на чешуйки метки, отчего та переливается мягким сиянием. Рассматриваю переплетения, прислушиваясь к голосам расходящихся постояльцев. Надо отдать Талири должное: гостиница устроена так, что все её работники и механизмы работают как единое целое. Даже этот закуток с камином и небольшим чайным столиком прекрасно выполняет свою роль – даёт успокоиться особенно нетерпеливым гостям. Или задолбавшимся помощникам. Сам не понимаю, зачем вызвался помогать, но чувствовал: так правильно. Это поможет расположить Талири ко мне, ведь я по-прежнему чувствую исходящую от неё настороженность.
Но за инициативу я заплатил знатную цену. Не просто устал, а вымотался в хлам. Мне нужна минутка покоя, без этих галдящих и требующих внимания аристократов. Хотя не так, эта минутка нужна в первую очередь собравшимся снобам. Иначе они рискуют познакомиться с драконом в его звериной ипостаси.
В жизни не видел настолько самодовольных и расистски настроенных людей. Да ещё в такой концентрации. Как Талири удавалось всю жизнь провести с ними бок о бок, вообще загадка. И тем больше я горжусь моей жёнушкой. Весь день наблюдал за её работой. У малышки определённо дар. Талири одинаково вежливо обращается как с рядовыми посетителями, так и с чванливым высшим светом. У меня самого терпения на этих придурков еле хватило. Да даже мои вечно зубоскалящие бойцы и те разомлели под светом солнца по имени Талири.
Розовый всполох даже сквозь полуприкрытые веки врезается в сознание. Приоткрываю глаз и наблюдаю за плавно скользящей по холлу женой. Аристократов мы уже распихали по свободным номерам. У регистрационной тумбы уже несколько минут мнётся странная троица. Мальчишка лет четырнадцати, пожилая женщина и девчушка лет пяти. Их одежда знавала лучшие времена, а поведение говорит само за себя: эти путники никогда в гостиницах не бывали. Уж слишком испуганно они озираются по сторонам.
Когда Талири склоняется к вихрастому мальчугану, я одним рывком приподнимаюсь. Мальчишка передаёт моей жене какую-то монетку и что-то шепчет на ухо.
Внимательно слежу за происходящим. Привычка подмечать малейшие странности не раз спасала мою шкуру как в бою, так и в дворцовых интригах. И сейчас я отчётливо вижу: происходит что-то странное. Хотя бы потому, что Талири одаривает паренька такой улыбкой, будто он ей как минимум близкий друг. Как максимум – семья.
– Ты чего тут спрятался? – Обзор загораживает Эдвин.
– Да вот, знаешь, разведку провожу, – раздражаюсь я.
Вытягиваю шею и на бок заваливаюсь, в надежде увидеть, что там происходит. Но Талири уже уходит из холла, уводя странную троицу за собой. Причём придерживает пожилую женщину так, будто они знакомы уже много лет.
– Заметил что-нибудь необычное? – спрашиваю адъютанта, который устраивается в кресле сбоку и устало позёвывает.
– А что? – Тот пожимает плечами. – В этом Квалионе, куда ни ткни, всё странно. Странные люди, убогие законы, отвратительное отношение к магическим созданиям. Я чуть голову местному казначею сегодня не открутил. Что? – удивляется Эдвин на мой мрачный взгляд. – Он ляпнул, что я отродье.
– Император поэтому отправил именно нас, – повторяю то, что говорил ещё на старте нашего путешествия. – Наш отряд наиболее психологически устойчив, мы должны навести мосты с республикой. Должны показать её людям, что магические расы не проказа. Что мы хотим жить в мире и союзе.
– Да чего ты мне одно и то же по сотому кругу талдычишь? – Эдвин закатывает глаза и тут же садится ровно, вальяжно закинув ногу на ногу.
Что где-то рядом порхает Яйя, понятно и без слов. Улыбчивая помощница Талири всего за сутки умудрилась приручить моего адъютанта. И я пока не могу для себя решить, хорошо это или плохо.
– Если ты или кто-нибудь из наших сорвётся, это будет лишний повод для квалионцев обвинить нас во всех грехах. В республике высок процент фанатиков, но есть и адекватные люди. Наша задача – достучаться до последних и заключить союз. И помочь носителям магии, которые заперты на этих землях.
– А они тут есть? – Эдвин с удивлением смотрит на меня.
А я разве что зубами не скриплю от досады. Нет, адъютант из друга прекрасный – исполнительный и быстро всё схватывающий. Но вот стратегия и логика, очевидно, не его конёк.
– По сторонам посмотри, дружище, – советую я, поднимаясь. – И не в декольте Яйи, а именно что по сторонам. В гостинице, помимо Талири, ещё с десяток магических созданий. И это только те, кого я успел опознать. Оборотни, альвы, полукровки всех мастей.
– Да ладно! – ошарашенно выдыхает Эдвин и оглядывается по сторонам с таким видом, будто впервые видит стены «Леди». – А ты куда собрался?
– Спать пойду. Упахался я сегодня больше, чем на проверке гарнизона, – коротко сообщаю я. – А ты проконтролируй наших и назначь патруль вокруг гостиницы. Лишним не будет.
Эдвин тут же подскакивает и, коротко кивнув, исчезает из закутка, как его и не было. При таких габаритах это ещё один плюс в достоинствах адъютанта. Слышу голосок Яйи, наполненный иронией. Я почему-то не удивлён, что девушка составит компанию Эдвину. Её тоже неуловимо тянет к другу, и это ещё один странный момент. Слишком большой процент влюблённостей на одну конкретную гостиницу.
Хмыкаю мыслям и, свистнув, зову Ноки. Фракис, спящий за креслом, нехотя поднимает рогатую башку и с недовольством смотрит на меня.
– Пойдём. Проверим, пустят ли нас сегодня в кровать, – улыбаясь, произношу я.
От одной мысли о мягкой постели и податливом теле в моих руках в душе разливается предвкушение. И я очень надеюсь, что сегодняшние кошки-мышки с женой закончились с заходом солнца. По-хорошему нужно сначала поговорить и разъяснить некоторые моменты – но кого я обманываю? Разговоры с женщинами лучше вести, когда они больше всего на него настроены. После секса. Главное – самому не отрубиться.
Кивнув дежурной девушке-регистратору, я поднимаюсь по тихо скрипящей лестнице на второй этаж. За сегодня я познакомился с устройством «Леди» от и до, начиная с подземных источников, наполняющих целебной водой небольшие каменные ванны, заканчивая чердаком, на который меня загнала Эдна. Точнее, туда меня загнало искреннее желание разминуться с престарелой нимфеткой.
«Осколочная леди» – старая, но очень ухоженная гостиница. Два этажа каменного здания дышат уютом и заботой, которые готовы дарить постояльцам. Жаль, что большинство номеров сейчас заняты людьми, такого почтения недостойными.
Поднявшись на лестничную площадку, я по привычке оглядываюсь. Здесь начинается развилка на два гостевых крыла и центральное, где живут работники «Леди». И привычка требует контролировать все направления. Особенно то крыло, где проживает любительница щеголять в пеньюаре. Талири обмолвилась, что это ещё самое приличное облачение госпожи Пуфикс.
– Ноки, ты чувствуешь Талири? – спрашиваю у фракиса, когда убеждаюсь в отсутствии любвеобильной угрозы.
Рогач поднимает на меня насмешливый взгляд и взмахом головы указывает в административное крыло. Значит, жёнушка уже успела устроить гостей и отправилась к себе. А меня не позвала. Вот же негодница!
Губы сами собой растягиваются в предвкушающей улыбке. Я никогда в жизни так часто не улыбался, как сейчас, при мыслях о жене.
– Что ж, кто-то нарывается на наказание, – выдыхаю я и иду скорее по внутреннему компасу, чем по памяти.
С утра мы так быстро пролетели этот коридор, что я даже дверь, за которой располагается спальня Талири, не запомнил. Тем не менее безошибочно её нахожу. И замираю, словно у меня впереди первый самостоятельный полёт, без отцовской помощи и подсказок.
– Хы-хы-хы, – тихо посмеивается Ноки.
– Ой, иди ты! – огрызаюсь и в тот же миг хватаюсь за ручку двери.
Запертой двери!
– Талири? – стучась, зову я.
– Я сплю! – доносится с той стороны слишком бодрый голосок.
– Ты не можешь спать!
– Это ещё почему?!
– У тебя некомплект, жёнушка!
– А по мне, так всё у меня при себе!
По голосу слышу, что малышка злится.
– Любимая, истинные засыпают только в объятиях друг друга!
Настраиваясь на долгие переговоры, приваливаюсь спиной к двери.
– Это закон природы, детка! – продолжаю я, ловя глупую ухмылку Ноки.
Он тоже получает удовольствие от нашей с Талири перепалки.
– Какой такой закон?
Дверь внезапно распахивается, и я еле удерживаюсь, чтобы не завалиться в комнату. Меня поддерживают ручки Талири, и я не упускаю шанса развернуться и сграбастать жёнушку.
– А ну! – Взъерошенная, но такая очаровательная драконица отпихивает меня.
На ней длинная, выводящая меня из себя сорочка и бордовый халат, который Талири поспешно запахивает.
– Закон сладких снов, милая, – нарочно понижаю голос до хриплого шёпота, пытаясь унять негодование в синих глазах. – Только получившее разрядку тело даст сознанию пищу для сладких грёз.
– До свадьбы – ни-ни! – грозно выставив палец вперёд, отрубает жёнушка.
– Так было ж уже, ни-ни твоё.
Не могу удержаться и целую малышку в этот самый угрожающий палец. Шок и изумление в прекрасных глазах как награда мне. Только вот тело требует продолжения банкета, а потому я иду в наступление.
– Э-э-э… – только и выдыхает Талири, когда подхватываю её за локоть и тяну к себе.
– Ква-ква-рый ве-ве-вечер! – доносится откуда-то сбоку.
Не сразу понимаю, что происходит, но, когда мимо нас гордой проходкой прошлёпывает огромная жаба в полотенце, обёрнутом вокруг тощих ног, инстинктивно задвигаю Талири себе за спину.
– Ква-ква-квасные у вас ква-ква-словия, леди Квалири! – произносит это чудо. – Всего ква-рошего, лорд Квасмус.
– Ага, – ошарашенно выдыхаю я, отмечая преисполненную чувства собственного достоинства походку земноводного.
Едва жаба, голова которой украшена полотенчатым тюрбаном, скрывается в комнате через три двери от нас, резко разворачиваюсь к притихшей жёнушке:
– Это что такое?!
– Э-э-э…
Взгляд Талири мечется в дикой панике, из чего я делаю вывод: она и сама не в курсе происходящего.
– Ты не сказала своим постояльцам, что оборот в «Леди» запрещён? – прищурившись, предлагаю ей возможное объяснение.
Хотя я, хоть убей, не помню ни одного рода земноводных оборотней. Змеи – да, крокодилы – есть, да даже василиски обнаруживались. Но жаб… Жаб я ещё не видел.
– Что? – Талири ошарашенно смотрит прямо на меня. – Откуда? Откуда ты знаешь?
– Что у тебя гостиница под завязку набита магическими существами? Ну я ж не слепой, в отличие от вашей знати и мэра. Кстати, кто поселился в той комнате?
Талири ещё больше бледнеет и уже через секунду, не дав мне опомниться, проскальзывает под рукой.
– Куда ты? – кричу вслед несущейся по коридору драконице.
– Кое-что проверить!
Она уже спускается по лестнице, поэтому мне не остаётся ничего другого, кроме как составить Талири компанию.
– Не видать нам спокойной ночи, да, дружище? – Смотрю на фракиса, который только лапами разводит в стороны. Мол, да, хозяин, но ведь другого и не ожидалось.
Сдаётся мне, «Леди» напичкана сюрпризами не меньше своей хозяйки.
– Куини, кто у нас в гостевом? Конкретно в рубиновой спальне.
Не доходя до конца лестницы, я облокачиваюсь на перила и внимательно слежу за обстановкой в холле. Большинство свечей уже затушили, свет идёт только от камина и дежурных лампадок на регистрационной тумбе. Вот возле неё как раз и находится жёнушка вместе с ночным регистратором. Пока Талири выясняет личность жабы, я оглядываю холл. Эдвин не подкачал: у входа стоит пара бойцов. Правда, любопытные взгляды, которыми они облизывают мою жену, мне совсем не нравятся. Громко цыкаю, отчего ребята подпрыгивают и моментально теряют интерес к склонившейся над тумбой фигурке.
– Боги, нет, – выдыхает Талири и поднимает на меня взгляд.
В синих глазах снова испуг и отчаяние. Эти эмоции хочется навсегда стереть из её жизни.
– Что случилось? – Подобравшись, я быстро спускаюсь и останавливаюсь рядом с женой.
– Это мэр. – Приложив руку ко лбу, Талири разве что не хнычет. – Боги, что теперь будет, Дерек?
То, что она не закрывается от меня и не пытается скрыть проблему, заставляет дракона довольно урчать. Малышка начинает нам доверять. Или находится в такой безысходной ситуации, что уже готова на всё.
В любом случае неважно. Я решу любую проблему, лишь бы в синих глазах светилось только счастье.
– Талири, детка, пока ничего страшного не произошло. Так? – Осторожно отвожу жену в сторону. Лишние свидетели нам сейчас совершенно точно не нужны.
– То есть, по-твоему, превращение Жабшто в жабу – это ничего страшного? – ощетинивается малышка.
– Скорее, это закономерность, – пряча улыбку, отвечаю я. Беру Талири за плечи и, слегка встряхнув, прошу: – Или он всё-таки не оборотень? Тебе не кажется, что пора поговорить начистоту? Чтобы я мог тебе помочь, мне нужна информация.
– Ты же уже и так всё понял, – чуть насупившись, бормочет малышка.
– Мои знания сейчас похожи на осколки мозаики. Причём всех оттенков чёрного. Я могу сложить её как хочу и ошибиться. Или ты поможешь мне увидеть картинку целиком. Ну? Каково твоё решение?
Талири секунду молчит, покусывая нижнюю губу. Не знаю, какие мысли сейчас бродят в её головке, но ещё пару минут такого покусывания – и я плюну на тайны постоялого двора и просто утащу жену исполнять супружеский долг.
– Ладно, пошли, – наконец-то выдыхает Талири и берёт меня за ладонь, ведя обратно, к лестнице.
Что ж, прогресс в наших отношениях продолжается. Меня уже не отпихивают и, похоже, готовы посвятить в какие-то секреты.
– Надеюсь, ты меня в жабу превращать не будешь? – в шутку спрашиваю я, когда мы поднимаемся на второй этаж.
– Будешь задавать глупые вопросы – я рассмотрю и такой вариант, – ёрничает моя ехидна.
Позади доносится глухое «хы-хы-хы», обозначая не только Ноки, но и его полную поддержку Талири. Предатель мелкий!
– А как я пойму, что вопрос глупый? – продолжаю донимать жену, стараясь отвлечь её от тревожных мыслей.
– Задай – и узнаешь. – Талири многообещающе улыбается, открывая передо мной дверь в спальню.
– Оу, это приглашение?
– Ты можешь быть серьёзным? – вздыхает жена, закатывая глаза.
Первой проходит в спальню и направляется к той двери, которую сегодня не дала мне открыть. Бормотала что-то про кладовую и взорвавшиеся огурцы.
– Погоди, ты думаешь, мэр обожрался твоих закруток и позеленел до состояния жабы?
– Дерек! – теряет терпение Талири.
Кивает мне, чтобы я наконец-то прошёл вперёд. Не желая ещё больше гневить мою дражайшую драконицу, я подчиняюсь. И едва заглядываю внутрь кладовой, как челюсть сама собой отвисает чуть ли не до пола.
Это не кладовая. Вот ни разу не кладовая.
Узкая прямоугольная комната с единственным окном заставлена комодами и застеклёнными шкафами. И везде, куда ни глянь: склянки, мешочки, травы, коробочки и десятки незнакомых мне инструментов.
– Ты алхимик? – Я в шоке оглядываюсь на Талири.
Замечаю напряжение на лице жены, будто она и не дышит, ожидая моей реакции. И на моё предположение Талири реагирует как-то странно – словно ожидала другого, но моя версия ей очень нравится.
– Можно и так сказать, – улыбаясь, бормочет драконица.
Протискивается мимо меня и принимается шуршать по шкафчикам. Проходит мимо массивного стола, который стоит в центре комнаты. На его столешнице расположен самый настоящий котёл с сотней трубок и реторт. Я смотрю на это всё с растущим удивлением, и единственный, кто мешает мне присоединиться к Талири, – это Ноки. Фракис рвётся внутрь, но с его габаритами он расшибёт все запасы хозяйки. А кто знает, что у неё тут припрятано.
– А как ещё можно сказать? – решаю уточнить я.
– Не знаю. Алхимик мне нравится больше ведьмы, – обернувшись через плечо, отвечает жена. И чудится мне в её глазах печальный блеск. – Ты же понимаешь, что местные не знают разницы между ведьмами, сапфировыми драконами и алхимиками? Для них всё, что не укладывается в их картинку мироздания, – запретно и необходимо уничтожить от греха подальше.
– Поэтому ты маскировала свой сапфировый дар алхимическими умениями? – спрашиваю я. Наконец-то выпихиваю Ноки за порог и, погрозив ему пальцем, прошу: – Сиди на стрёме. Никого не пускай.
И захлопываю дверь, а то эта любопытная морда точно прорвётся в лабораторию.
– Скажем так, мало кто вообще знает, что я тут что-то алхимичу. – Талири с деловым видом ставит длинный узкий ящик на стол и принимается копаться в десятке склянок. – Наши источники, конечно, имеют целебные свойства, но всякие побочные эффекты создают мои добавки.
Жена приподнимает очередную бутылочку, на этикетке которой изящным почерком написано: «Восстановление сил и бодрости».
– Но зачем тебе всё это? – Я развожу руками, указывая, по сути, на приданное Талири. – С твоим даром ты можешь менять состав воды по щелчку пальцев.
– Это если ты этому обучен, – бубнит драконица, продолжая поиски. Заглядывает на ярлычок, прикреплённый к торцу ящика, и кивает сама себе. – Ага, я так и думала.
– Со мной поделишься?
– Уверен, что тебе оно надо?
– Талири. – Укоризненно смотрю на супругу. – Мы теперь в одной упряжке, родная. И разгребать проблемы будем вместе. Сейчас я помогу тебе, а ты организуешь подобные купальни в моём гарнизоне. Только без превращения в жаб, хорошо?