Дети Псури. Путевые дневники — 3

1. В партизанском краю

(26 мая 2018 г.)

Нынче я подбил моего приятеля Влада Бояровского прокатиться на машине до одного интересного места — небольшой деревни Думлово, что раскинулась неподалеку от станции Куява, за железнодорожной веткой Фаянсовая — Брянск.

И сегодня-то до неё не так просто добраться без навигатора — знать надо, по каким дорогам куда сворачивать. А к началу 1941 года Думлово, затерянное в лесных чащобах, и вовсе было оторвано от большого мира.

Глухие непролазные дебри облюбовали партизаны людиновского отряда. Чтобы получать оперативную информацию о планах гитлеровцев, их передвижениях и дислокации, отряду позарез нужен был связной. И им стал Герасим Семёнович Зайцев, коренной житель здешних мест. По просьбе земляков он согласился быть думловским старостой.

Разрешение на это нужно было получить у самого коменданта фон Бенкендорфа (дальнего родственника того самого Бенкендорфа, шефа жандармов Третьего отделения). Зайцев справился с задачей блестяще — просто очаровал фашиста своим знанием немецкого, который выучил в плену во время Первой мировой, и попутно убедил, что прекрасно знает все лесные тропы и поможет ему расправиться со злодеями-партизанами. Комендант выделил новоиспечённому старосте бочку керосина — на нужды деревни. Той же ночью топливо «утекло» к партизанам… Зайцев, став своим человеком в комендатуре, добывал немало ценных сведений, которые помогали партизанскому отряду планировать диверсии и проводить спецоперации против врагов. В то же время Герасим Семёнович, действительно знавший окрестные леса как свои пять пальцев, взялся выводить группы советских солдат, попавших в окружение. Всего он провёл сквозь болота и дебри около 2000 бойцов!

Когда немцы начали что-то подозревать, роль связного на себя взяла двенадцатилетняя дочка старосты Лиза, передававшая донесения. Во время одного из карательных рейдов Зайцев привёл группу фашистов на поляну, где их уже ждали советские партизаны. Фрицы были уничтожены в бою, а проводник остался воевать в отряде.

Озверевшие от такой дерзости гитлеровцы устроили кровавую расправу в Думлово. Практически вся семья и близкие Зайцева были расстреляны у края общей могилы. Выжила только Лиза — ее своим телом прикрыла мать и, падая в яму, унесла за собой. Герасим Зайцев воевал на фронтах Великой Отечественной, погиб в одном из боёв с фашистами. Посмертно его наградили орденом Боевого Красного знамени.

Елизавета Герасимовна прожила долгую жизнь и тоже была отмечена медалью «За отвагу».

Сегодня Думлово — это маленькая тихая деревушка, где почти ничего не напоминает о грозных событиях более чем 70-летней давности. Только руины дома из красного кирпича попались по дороге, да на выезде из деревни стоит простая стела в память об одном эпизоде войны на стации Куява. Здесь в апреле 1942 года в неравном бою с фашистами погибли партизаны Константин Низовский, Сергей Жижикин, Виктор Черняев, Иван Рогачёв, Григорий Юдин — их имена выбиты на мемориальной доске. Сам памятник, как я отметил про себя, находится в хорошем состоянии, за ним ухаживают: свежеокрашенная оградка, два цветка лежат у подножия.

Никто не забыт, ничто не забыто!

2. Интервью с Николаем Прониным

(6 июня 2018 г.)

Этой весной в нашем городке нежданно-негаданно образовался любительский велоклуб, который собрал под своими знамёнами истинных фанатов колёс и педалей. Одним из вдохновителей этого кружка стал людиновец Николай Пронин. С чего начался роман с велосипедом? Какие маршруты навсегда оставили след в его сердце?

…Идея нашего велоклуба родилась спонтанно. Глядя на моего коллегу по работе, который гонял один на велике, я тоже решил купить велосипед. Мы начали кататься вдвоем по разным местам, и тогда я увидел, что многие катаются небольшими группами или поодиночке. Закинул «ВКонтакте» идею создать группу велолюбителей для совместных прогулок по различным маршрутам. Думал, это полная чушь, но оказалось, что идея зашла на 100 процентов… И понеслось! Сейчас в нашей группе ВК 172 человека (и думаем, это только начало). Образовался слаженный и дружный коллектив. Кто-то здесь нашёл друзей, кто-то вторую половинку. Всё идёт ввысь!

…Сам я кататься я научился очень легко и быстро — за один день. Пара разбитых коленей, одна сломанная задняя звезда и крики отца сделали своё дело — покатил как миленький! Бывало всякое разное. Однажды на Украине вёз маленькую сестру сквозь большую толпу. Она сидела на раме и случайно сунула ногу в переднее колесо. Затем — кувырок, асфальт, зелёнка, бинты… Взяв в одну руку сестру, а в другую разбитый велик, пошёл домой сдаваться и получать по шапке…

…Помню моего первого «боевого коня» — это был тяжелый до безумия дамский «взрослик», ещё, наверное, с брежневских времён. Совершенно неубиваемый аппарат! Многие дают своим великам имена. Сейчас у меня Stinger, и я называю его красной зверюгой. Вместе мы проехали немало маршрутов. И они все необычные! Ты можешь снова и снова катать по одним и тем же местам, но всякий раз что-то новое попадается на пути.

…Этот велосезон мы открыли 6 мая. И за месяц я прошёл уже порядка 500 километров. Но и это не предел! Уверен, эту цифру смело можно будет умножать на 10. Во всяком случае, мы стремимся к этому! Обычно я предпочитаю размеренную езду, но иной раз могу и форсануть. Однажды выпустил пыл, шёл на скорости 47 км/ч. Больше пока не получалось, но и не задавался такой целью.

…Конечно же, у нас есть много задумок, планов. Очень хотелось бы, чтобы администрация района обратила внимание на нас и помогла с развитием велоспорта в Людинове. Планируем путешествовать с эмблемой Людинова по другим городам, обкатывать новые маршруты, прокладывать туристические тропы, в перспективе хотим привлекать велосипедистов и из других регионов для совместных велопоходов по родному краю.

Всем хороших дорог и солнца над головой!

3. Болвинский маршрут

(17 июня 2018 г.)

Как увидеть Болву и не умереть? Только если запастись хорошей порцией сосисок и термосом с горячим чаем! А ещё — обязательно в хорошей компании. Там, где братья и сёстры по духу, такие же угорелые по колёсам, как и ты сам. Айда по коням — погнали! Так (или примерно так) для меня начался сегодняшний день.

Ну, что тут можно сказать? Не проходит и лета без того, чтобы я не ввязался в очередное велоприключение. Но то было в основном в гордом одиночестве, словно волк полярный, по какому-то недоразумению оказавшийся в седле.

Как выяснилось сегодня, попадать в передряги в компании куда как веселее. Проходить ручей вброд с великом под мышкой? Гадать на лесной тропе, куда рулить? Обнаружить, что на полпути лопнула тесёмка рюкзака? Отбиваться от лесных комаров? Всё это показалось сущими мелочами, которые померкли на фоне потрясающего маршрута (Людиново — лагерь «Спутник» — Тихоновская поляна — Башкиров колодец — Болва — Косяки — дачи — старая Кировская дорога — и снова Людиново, всего около 22 километров).

Всё цвело, зеленело и радовало глаз! Потом был привал на пару часов. Мы устроили знатный пикник (не на обочине, а на берегу реки, под развесистым дубом). Игра с мячом. Импровизированный тир. Музыка из рюкзака, которая по дороге задавала ритм и заставляла живее крутить педали.

Ну и, конечно же, новые интересные знакомства — это вообще бесценно!

4. Бродяги отправляются к истокам

(8 июля 2018 г.)

В это воскресенье велобродяги запланировали очередную прогулку по заповедным местам родного края. Мой велосипед, как назло, оказался на ремонте (обнаружились кой-какие проблемы с задним колесом), и Саня Рыжков любезно дал мне в аренду агрегат своего деда, грустно пылившийся в подвале. Особого доверия он у меня не вызвал — визжал, скрипел, стонал и дребезжал на ходу… Но иного выбора не было.

На традиционном месте сбора у центральной почты нас собралось девять человек. После недолгого обсуждения решили ехать в сторону Шупиловки, туда, где начинается наше озеро.

Метеопрогноз на воскресенье обещал дожди с переменной облачностью. Но синоптики опять (и к счастью для нас) наврали. Дождик немного покапал только с утра, а потом установилась лёгкая пасмурность.

Правда, где-то за Игнатовкой мы попали-таки под ливень… но он закончился так быстро, что даже не потребовалось искать убежища в ближайших зарослях ольшаника. Тут же выглянуло солнце, и горсть света упала на нежные травы. Как бы я ни был занят тем, что выжимал все возможные лошадиные силы из допотопного велосипеда, а эта картина завораживала. Будто изумрудные волны бежали по обе стороны от дороги, и ватные пушистые облачка висели так низко-низко, что виделись мне кусочками зефира на зелёном желе. Что-то пасторальное, даже игрушечное чудилось мне в этом пейзаже — ну не могла же такая красота окружать нас на самом деле!

Чуть дальше, когда мы остановились в Шупиловке, чтобы набрать воды в колодце, я подумал, что это совершенно другой мир. Не городская реальность с её магазинами, машинами, резким светом, кредитными карточками, интернетом 4G — а бытие пока ещё живой, но тихо умирающей деревни. Поросшие хмызником руины, еле заметные тропинки, потемневшие от времени столбы…

И здешние жители (проблеснула мысль), кажется, не исчезают в никуда, но сходят в землю и — один за другим — становятся частью окружающего пейзажа. Унося с собой предания и были давних веков: как местные крестьяне в одиночку ходили на медведей (факт, между прочим, документальный!), как шупиловский охотник по имени Фрол подсказал Никите Демидову, где лучше всего ставить плотину для нового завода на Неполоти, как в верховьях реки раков едва ли не мешками ловили… Запасшись свежей водой, мы двинулись дальше.

Мы ехали по крутому берегу, где с одной стороны высились сосны, а с другого — плескалась Ломпадь; то здесь, то там виднелись недавние следы от машин. Рыбаки! Их тут, к слову сказать, немало. Кто-то приезжает с раннего утра, чтобы поудить на первой зорьке. Другие предпочитают дневную рыбалку. Или, не заморачиваясь насчёт улова, просто наслаждаются здесь уединением и покоем. Мы проехали поляну, на которой дымился костёр, над ним в дыму сушилась серая куртка хаки, а парой метров в стороне, забравшись с ногами в надувную лодку, сладко дремал какой-то мужичок.

Остановились мы на тихой полянке, где под навесом, укрытым полиэтиленом (от дождя, снега и палящего солнца — защита на все случаи жизни!), обнаружился добротно сколоченный стол и лавки. Здесь-то мы и разбили свой лагерь. Припарковали велики и без промедления начали налаживать немудрёный шупиловский быт. Сходили за дровами, выгребли из рюкзаков всё то съестное, что взяли с собой: сосиски, огурцы, помидоры, овощные консервы. Что-то порезали, что-то пожарили, что-то подрумянили на костре. Еда на свежем воздухе вообще идёт хорошо, а уж после двадцатикилометровой прогулки и подавно!

Далее в программе была традиционная игра в мяч на соседней полянке, купание в озере (отважились на это, правда, немногие, лишь трое самых отчаянных парней) и сбор ягод. За ними отправились Марина и Таня, которые в итоге принесли два стаканчика черники.

Так хотелось, забыв обо всём, растянуться в гамаке и качаться меж двух деревьев, наблюдая за тем, как плывут нерасторопные облачка! А ещё очень не хватало той самой резиновой лодки в качестве лесного дивана… В этом гостеприимном краю мы провели около трёх часов. Потом нас ждал обратный путь — те же двадцать километров до дома.

Тут уж пришлось слегка поторопиться — потому что на горизонте нарисовался нешуточный грозовой фронт, и оттуда доносилось внушительное басовитое погромыхивание. Облака, как глиняные волны, разрастались, пузырились, ползли по небосводу, заполняя собой пространство, а мягкое свечение солнца с другой стороны, и контраст с лазоревой прозрачной синевой… о боже мой, от всего этого просто дух захватывало. И замечу, это не то чтобы какая-то избитая литературная пошлость. Я толкал педали, забыв о том, что велосипед скрипит и дребезжит и вообще в пяти минутах от того, чтобы просто разлететься в щепы. Свистящий поток заполнял уши, не оставляя места иным звукам, и Вселенная вокруг — и справа, и слева, и над головой, и под колёсами — сливалась в одно-единственное ощущение — почти полёта! Я захлёбывался им, не мог надышаться, и казалось, ещё секунда — и велик просто взмыл бы в небеса, где вовсю уже бушевал летний циклон, будто невидимый повар взбалтывал гигантским миксером крем из облаков.

И ещё одно открытие ждало нас всех напоследок. Когда уже поднялся свежий ветер, но пока не упало ни единой капли, мы выезжали с дамбы на набережную. И увидели на пятачке, где когда-то росла развесистая ива, неожиданную скульптуру. Железный кулак, насаженный на железный же шест, сжимал горстку металлических прутьев. Этот веник вызвал множество ассоциаций, начиная от опричнины времён Ивана Васильевича и заканчивая шабашами на Лысой горе. А ещё было что-то из фольклора: «гнать поганой метлой». Но кого? Откуда? Что бы ни имели в виду авторы этого шедевра, одной цели они, по крайней мере, добились наверняка — умы забродили…

…Скрипело потёртое седло, и дребезжали педали старого велосипеда, и почему-то по дороге домой таким невероятным казался наш пройденный путь — сорок с небольших километров. Вроде не так мало… Но и совсем не много, если рядом такая команда!

5. За рулём и в темноте

(22 августа 2018 г.)

А сегодня состоялась наша очередная велопокатушка, которую я бы назвал «Не видно ни зги». Пунктом назначения на сей раз стала Хатка Бобра — уютное местечко неподалёку от лыжной трассы за Зелёными горами. Это была поляна, огороженная ивовыми прутьями, как забором, и с навесом от дождя. Место, созданное специально для рыбацких привалов и пикников. Днём мы часто приезжали сюда, чтобы запалить костерок и пожарить сосисок.

Но то днём. А каково это, когда ты несёшься по трассе и единственное, что видишь, — это луч света от фонаря перед собой? Что ты чувствуешь, когда под колёсами прыгают кочки, и кажется, ещё секунда — и окажешься на траве? Готов ли ты к таким приключениям? Мы были готовы! Как пионеры! Впятером собрались на почте и, кратко обсудив маршрут, рванули и растворились, как ниндзя в ночи.

Когда ехали по дороге, это было ещё очень даже ничего — правда, мой свежеотреставрированный велик трясло маленько на высоких скоростях, но я уговаривал себя, что это всё ерунда, можно терпеть, да… Потом же, когда свернули в лесную просеку, ветки лупили по колесам, ухабины норовили выскочить в самый неожиданный момент. Пару раз кое-кто из нашей бригады слетел-таки на землю! В темноте все ориентиры сбились, и родные месте казались совсем незнакомыми, как будто Красная Шапочка заблудила с пирожками и отчаянно крутила педали, спасаясь от волка за спиной. Только вот пирожков и шапочек у нас с собой не было. Ничего, кроме фонарей и навигаторов. Но и приборы особо не помогали.

Когда мы добрались до леса, где уже не было и намёка на асфальт, настало время двигаться по направлению к Хатке. И тут выяснилось, как трудно выбрать верный выбор на развилке. Прямо поедешь — в бурелом попадёшь, а налево — так наверняка в болото.

Но справились и с этим. Каким-то шестым чувством (едва ли не монетку бросали!) определились, куда рулить, и тронулись дальше. В темноте тащили велики на себе, переправлялись через ручей по скрипучим мосткам, почти на ощупь выискивали узенькие тропки…

Как те самые «последние герои», мы вышли наконец-то к бобровой хатке. Остановились на привал, отдохнули, глядя на звезды. А небо-то было яркое-яркое, чарующее, как будто танец дикой шаманки с монистами на шее… И это искупало все волнения ночной прогулки, и наполнялась душа покоем и умиротворением… И хотелось петь: «В небе ночном на исхо-о-оде ле-е-ета…» Ура, велобродяги!

6. Курс на деревню колдунов

(27 августа 2018 г.)

Сегодня мы ездили с ребятами на очередную велопрогулку по родному краю. Последний забег в этом летнем сезоне оказался весьма насыщенным — мы намотали 36 с лишним километров, проехавшись от Людинова до Чёрного Потока, и потом, петлянув мимо Заболотья, по лесной дороге вновь вырулили в город.

Как обычно, не обошлось и без пикника, и коротких привалов — «водопоев», и множества привычных дорожных баек…

В основном они крутились вокруг Чёрного Потока, который давным-давно уже снискал себе славу «деревни колдунов». Ребята много раз собирались выбраться по этому маршруту, но все время что-то мешало. «По-любому не обошлось здесь без чьих-то чар!» — смеялись они. А я между делом вспомнил когда-то слышанную мной историю о том, как ещё до войны в этой деревне играли свадьбу. Собралась родня, кумушки-кумовья — полная хата гостей была. А вот одного деда, о котором слава колдуна шла, случайно ли, нет, а позвать забыли. Ну, тот не будь дурак, сплюнул и говорит: «Погодите ж, дам я вам свадьбу!» Поехали молодые с гостями на подводах кататься. Да как заплутали, как понесли лошади! Занесло их в самую лесную чащобу — насилу выбрались потом. Была, в общем, обитателям Чёрного Потока наука надолго… А ещё сюда специально приезжают любители острых впечатлений из разных регионов, чтобы сфотографировать НЛО, которые, по слухам, частенько зависают в этих краях.

Таких баек и быличек мне вспоминалось немало. Иной раз я серьёзно задумывался над тем, чтобы собрать альманах людиновских страшных историй, услышанных и подслушанных — видят небеса, интересная книга могла бы получиться. Но сейчас, при свете дня, они казались чем-то вроде несерьёзных бабкиных сказок. Моё воображение занимали прелестные виды, проплывавшие мимо нас…

Я видел бесконечные поля, поросшие хмызником, которые в преддверии осени уже начали желтеть, приобретая табачный оттенок; над травой висела едва-различимая паутинная хмарь, соблазнявшая притормозить, отставить своего железного коня в сторону и просто рухнуть в эту душистую сенную мягкость, утопая в звенящей прозрачности августовского неба. Солнце стояло высоко, но не было зноя, как на пике июля, и только от непрерывного кручения педалей (особенно когда мы ехали в гору по просёлку) по всему телу выступал пот, а после кратких привалов, когда я вновь начинал движение, ветерок обдувал промокшую рубаху, и это было настоящее блаженство. А за полями начинались рощицы, которые переходили в лес, и здесь, в тенистой тишине, нарушаемой лишь скрипом педалей, особенно хорошо думалось о чём-то своём — быть может, о будущем… или о том, что могло бы быть когда-то, но не было, а может, и было, но я не заметил…

Куда-то неслись километры из-под колёс, пространство, как лента рулетки, бодро отматывалось невидимой рукой, и это, пожалуй, было самым зримым воплощением самой идеи времени — не остановимого и неповторимого.

А после того как мы разбили бивак на берегу пруда на окраине Чёрного Потока (бивак — это, хех-хе, громко сказано для огня в мангале и нескольких пакетов с сосисками и овощами — но мне просто нравится это слово), пошли на песчаную косу. И тут уж никаких преувеличений. Коса была самая настоящая! Пруд, видимо, спустили недавно, и образовалась узкая полоска из песка, местами напоминавшая мне окрестности недавно виденной янтарной Куршской. И мы бродили там, и фоткали, и фоткались сами, и было что-то с трудом выразимое во всей этой картине; надо было отойти чуть подальше, чтобы увидеть, как солнечные блики пляшут на воде, как осколки зеркал, а сквозь деревья доносятся отражённые зайчики, и в ярко-насыщенной небесной сини, думалось, можно было бесследно растворить бочку самой густой нефти, и всё равно бы на небосводе не осталось ни единого пятнышка.