Дама Треф. Жизнь без правил

Глава 5. Легаль

Как бы я ни старалась разузнать о Кавее побольше, ничего путного не вышло. Соседка по комнате лишь ехидно скалилась и советовала мне подлечить голову и подписаться на школьный блог со сплетнями. Но толку от него было немного. Если уж и копать под девицу, которая осмелилась очаровать одного из истинной двадцатки, то надо начинать с самого начала. А именно с ее семьи и настоящей личности. Чтобы все это осуществить, мне нужен был доступ к открытой точке интернета, а не нашей академической, где половина сайтов в блокировке.

Возможностей для того, чтобы отправиться в провинцию, было немного. Пришлось сослаться на головную боль и панические атаки, чтобы вынудить директрису записать меня на курсы к психологу. Так я на вполне законных основаниях могла три раза в неделю посещать крошечную деревню с населением меньше нашей студенческой братии.

Усмехнувшись своим мыслям, я распрощалась с приставленной ко мне грымзой. Нужно лишь убедить психолога в том, что она всем сердцем и душой желает со мной сотрудничать.

По крайней мере, мне казалось, что сделать это не составит труда. На деле женщина оказалась истинной представительницей фей. Эфемерная, бесцветная и не от мира сего, летающая где-то там в плену воображаемых фантазий. Наверное, глупее ситуации и придумать нельзя. Удирать от нее мне пришлось через небольшое оконце в туалете. Честное слово, подобно крысе, которая бежала без оглядки с тонущего корабля, что вот-вот должен был пойти ко дну!

Оказавшись на земле, я осмотрелась по сторонам и прикинула, с чего лучше начать. Попытка выбраться из западни заранее была обречена на провал. Никто из родственников не поможет и не приютит меня. Магический договор ценился выше желаний одной глупой девчонки избежать помолвки.

С тяжелым вздохом я проследовала в единственное место, которое могла дать мне хоть сколько-нибудь информации. Ведь тут, как в малобюджетном фильме, бармен всегда все знал!

Небольшое помещение кофейни было чистым и опрятным. Никакой грязи и мусора. Все жители деревушки были вполне культурные и образованные. Сразу и не скажешь, что они средние или низшие, и это немного удивляло. Я всю жизнь думала, что деление на классы произошло из-за того, что народ с разными особенностями своих рас не может контролировать себя и в человеческом облике. Оттого драконы считались самыми низшими из всех. Они были сильными, ужасными и могущественными, но в классификации занимали первое место с конца. А виной тому их неумение скрывать порывы и низменные желания.

– Вы к нам проездом? – улыбчивый парень за стойкой указал мне на барный стул.

– Хотела бы я так сказать, но, увы, меня упекли в местный аналог тюрьмы для богатеньких деток, – с тяжелым вздохом я уселась на указанное место. – Пряный латте пожалуйста, с одной порцией сахара.

– Извини уж, но выбор у нас тут ограничен, – пожал плечами мой ровесник. – Все, что может предложить кофеварка, ибо кофемашина накрылась еще в прошлом месяце. Никто из округи не в состоянии починить этого монстра.

– А если я с ней помогу? – окинула я взглядом навороченный агрегат. – Она работает на генерационном токе магии. Скорее всего, у нее слетел вектор направленности.

– Ты спец по технике? – удивленно посмотрел он на меня.

– Нет, – отрицательно покачала я головой, – просто я Силиан! А значит, обязана уметь все, даже такую малость, как починка заклинивших кофемашин.

– Ну вперед, куколка, – хохотнул брюнет и уступил мне место за барной стойкой.

Я звонко фыркнула на подобное обращение, но решила его проигнорировать. Кофе хотелось больше, чем восстановления справедливости. Жить без него целый год смерти подобно. К тому же от меня не убудет, если разок пропущу подколку со стороны малообразованного деревенского паренька. Небо на землю из-за этого не рухнет. А мне же лучше, если все останется так, как сейчас шло. Об остальном я уже позабочусь после того, как выпью нормальный кофе и день перестанет быть таким мерзким.

Как я и предполагала, криворукие дикари, далекие от магических наук, решили починить барахлящую технику самым проверенным способом – врезав по ней чем-нибудь тяжелым. Из-за чего вектора, которые до того немного сбоили и пересекались, вообще слетели с направляющих и превратились в кашу.

С тяжелым вздохом я запустила пальцы внутрь ретидистра и начала распутывать светящийся клубок. Медленно, нить за нитью, я возвращала их на крючки, пока каждый вектор не занял свою направляющую. После чего захлопнула крышку и перезагрузила аппарат.

– Теперь я могу получить свой заказ? – усевшись обратно за стойку, меланхолично осведомилась я у застывшего паренька.

– Не думал, что среди снобов есть те, кто готов помогать бескорыстно, – улыбнулся он мне и запустил нужную программу.

– Не обольщайся, я сдохну тут год без кофе, – усмехнулась я, складывая руки на барной стойке. – В первую очередь я действовала из корыстных побуждений.

– И все же удивительно, – улыбнулся еще шире паренек. – Тилен.

– Амисия, – кивнула я и проигнорировала протянутую руку.

– А почему на год? – он поставил передо мной бокал с напитком. – Обычно из этого дурдома раньше восемнадцати не выпускают? А тебе на вид лет четырнадцать, ну может пятнадцать.

– Потому что мне семнадцать, – фыркнула я, немного смутившись от неуклюжего комплемента, – а во-вторых, как только разорву бессмысленную помолвку, тут же вернусь обратно в свое учебное заведение. Никогда не горела желанием продолжать традицию семьи. Отвратительная Академия и ужасная атмосфера.

– Ты первая, кто отличается от них, – он придвинул ко мне вазочку с печеньем, – единственный плюс в работе баристы – бесплатные закуски и кофе. Бери, я все равно сладкое не ем, а тебе поможет улучшить цвет кожи.

– Это наследственность, она сладким не лечится, – хохотнула я, и все же притянула к себе вазочку. – Фейри никогда не отличались особой человечностью. Мы и в облике людей сильно напоминаем самих себя. Так что нет, я не кажусь младше своих лет, не умираю от малокровия и прочих предрассудков. Это просто гены, дающие такой эффект.

– Ну, у нас в краях мало фейри, точнее ты первая, которую я вижу за семнадцать лет, – пожал он плечами. – А что за помолвка, от которой столь прекрасная леди хочет сбежать?

– Магический договор, заключенный моим дедом еще двести лет назад, – с тяжелым вздохом ответила я. – Знаешь, никогда бы не подумала, что вот так сидеть и разговаривать с незнакомцем будет проще, чем с родной матерью.

– Всегда пожалуйста, – Тилен посмотрел мне прямо в глаза и оскалился, демонстрируя небольшие клыки. – Я никогда не мог пройти мимо дам в беде. Готов спасать и помогать в любой ситуации, особенно если они настолько божественно красивы, что перехватывает дух.

– Прошу, не надо пустых слов и излишнего пафоса, – рассмеялась я, – мне этого и в светском обществе хватает с головой. Один мой жених чего стоит. То лапочка-пушистик, то злючка-колючка. Словно у него биполярка в геометрической прогрессии. Ты его, скорее всего, видел. Он, в отличие от меня, учился в этом дурдоме строгого режима с первого класса.

– Как выглядит? – парень заинтересованно на меня покосился, благо посетителей практически не было в такой час.

– Высокий, светловолосый, постоянно хвостик делает, – попыталась описать я Камилена.

– А, с девицей постоянно сюда приходит, у нее еще глаза странные, огромные такие, почти хрустальные, – кивнул мне собеседник. – Да, я думал, он с ней. Каким образом-то он твоим женихом оказался? Такая красотка явно заслуживает большего, чем изменщик, семь лет ходящий под ручку с одной и той же. Я вообще предполагал, что он только ей верность хранит.

– А как же остальные девчонки? – удивленно посмотрела я на парня. – У него каждую неделю должна была быть новая.

– Всевышний с тобой, он от этой не отходил ни на шаг, она всех остальных от него распугивала, – усмехнулся Тилен. – Я еще думал, почему она так рьяно его оберегает. Ведь ни кожи, ни рожи, да и вечно сутулится. Кроме блокнота для рисования он больше ничего вокруг не замечал. Он и на спутницу внимание обращал постольку-поскольку. Я не думаю, что он прям такой популярный у девиц. Не обессудь, но жених тебе выпал не самый лучший из всех возможных вариантов.

– Странно, – протянула я, пытаясь переварить услышанные сведения, которые не вязались с тем, что я знала о женихе.

– Да, не особо, – усмехнулся деревенский парнишка. – Тут вообще мало на кого можно положить глаз. Ты вот первая симпатичная, если не считать студенток Академии. И даже с ними выходит не шибко радостно. Многие из них слишком высокомерны и заносчивы, чтобы желать с ними познакомиться.

– Думаешь, я другая? – удивленно вскинула я бровь.

– По крайней мере, ты не строишь из себя деловую мадам, которая одним пальцем может свернуть горы, – Тилен весело мне подмигнул. – Та же девица, приходящая с твоим женихом, вечно была чем-то недовольна и пилила парня по полчаса. Хотя он все равно ее не слушал и не реагировал на ее слова. Словно не замечал присутствия рядом с собой. Утыкался в лист бумаги и безотрывно выводил на нем что-то.

– Не мог же его дар выйти из-под контроля, – задумчиво протянула я. – Он хоть и не смертельный, но неприятности может доставить знатные.

– Что, прости? – брюнет удивленно на меня покосился.

– Камилен может оживлять свои рисунки и воплощать в реальность пророческие сновидения, – под нос пробубнила я. – Если он что-то увидел и пытался это зарисовать, чтобы не забыть или для того, чтобы предотвратить… Да, нет… Тогда бы его родня узнала.

– Сновидцы же на вес золота, как его вообще сюда отпустили? – удивился мой собеседник. – Их днем с огнем не сыскать, а тут сидел каждый день без охраны и рисовал.

– Потому что он не сновидец, – покачала я головой, – из-за этого мать от него и отреклась. Его дар неполноценен и не может быть использован по прямому назначению. Он может лишь улавливать нити реальности и пытаться предсказать будущее. А вся остальная магия для него недоступна. Вместо этого у него талант оживлять свои рисунки.

– А ты не думала, что это бред? – удивленное протянул Тилен. – Сновидец без магии сна? Априори звучит нелепо. Сила либо есть, либо ее нет. Третьего тут не дано. Этому учат в начальной школе.

– Он особенный случай. Я знаю точно, что у него лишь осколочный дар от матери и от отца, – припомнила я детство. – Все думали, что с такими генами из него выйдет всесильный гений, а в результате получилось недоразумение, которое давно перестали считать за часть семьи Лаурент. Если бы не его статус наследника, уже бы выкинули за порог. Лет в восемь, когда родители поняли, что ничего толкового из него не вырастет, такие разговоры были. Мой отец даже возмутился, что какой бы ребенок ни был, он твой ребенок. Правда, то лето мы провели на юге у бабушки. Не в этом ли заключается причина моего брака с ним… Чтобы не допустить очередного провала и восстановить хотя бы ведьмовской дар прямой ветви, который утерян из-за попытки вырастить гения.

– Как у вас все сложно, – вздохнул парень. – Представить не мог, что быть аристократом – такая головная боль. В моем мире все намного проще. Ты сам волен выбирать себе пару, жить и любить. Ведь мы все свободны и не обременены запретами и законами магии.

– А кто ты? – мне стало любопытно.

– А что не похож? – улыбнулся он так ярко, что у меня скулы свело.

– На кого? – непонимающе уставилась я на собеседника.

– На дракона, – рассмеялся парень. – Я из древней семьи драконов, какое-то там поколение. Но никогда не считал, что должен гордиться такой ерундой. Можешь не забивать себе этим голову. Я это просто я… Тилен Воне, бариста в лучшем кафе нашей деревни. И никаких заслуг более не имею!

– Приятно познакомиться, – ошеломленно произнесла я.

– Теперь можешь не быть со мной ледышкой, – весело подмигнул он.

– Постараюсь, – глупо произнесла я, стараясь переварить информацию.

Глава 6. Странности

– Мисс Силиан, что вы тут забыли? – голос моей сопровождающей вывел меня из задумчивости и ввинтился в мозг нервным дребезжанием.

– Кофе пью, – как нечто само собой разумеющееся ответила я.

– Живо в машину! – рявкнула та и, развернувшись на каблуках, поспешила за дверь.

– Спасибо за кофе, – кивнула я парню и встала из-за барной стойки.

– Было приятно провести с вами вечер, прекрасная фейри, – поймав меня за руку, он медленно поцеловал кончики пальцев, не позволяя разорвать зрительный контакт. – Надеюсь, в следующий раз вы задержитесь со мной на подольше. Ведь вы так прекрасны. Не хотелось бы расставаться с вами ни на мгновение.

– Спасибо, но думаю, улизнуть в следующий раз так просто не выйдет, – улыбнулась я ему. – Надсмотрщики реально как в зоне строгого режима. У меня от них мурашки по коже. Лучше с ними не пересекаться.

– Но я все равно буду преданно вас ждать, моя прекрасная леди из сказки, – он никак не желал выпускать мою руку из плена.

– Мне пора, – я вытянула захваченную в плен конечность. – Иначе посадят под замок, с них станется.

После того, как я вышла на свежий воздух, в голове немного шумело. Я не представляла, что общение с кем-то из низших может быть таким правильным. Он был совершенно другим. Непохожим на Камилена. В нем не было высокомерия, наглости и неотесанности. Напротив, мне понравилось проводить время с драконом. Это будоражило, с ним было легко и спокойно. Словно я могла перестать соблюдать все условности и окунуться в мир новой реальности, где каждый был волен поступать так, как считал нужным.

По какой-то необъяснимой для себя причине я впервые поняла, что значило жить, а не носить маску. Это был мой первый разговор, который не заставлял напрягать мозги и анализировать, а все ли было уместно и в рамках приличия. С Тиленом было так просто и легко, что я сама себе не верила в тот момент. Мне хотелось вернуться за стойку и поболтать еще. Если бы не сопровождающая меня грымза, так бы до вечера сидела в его компании. Такого со мной раньше не случалось, а теперь казалось, что я многое теряла в прошлой жизни.

Тряхнув головой, отогнала странные мысли. Сейчас было не то время и, не то место, чтобы думать о другом парне. Если с младшим Лаурентом происходило неладное, то мне нужно было понять, что именно… Ибо сила Камилена могла в любой момент выйти из-под контроля и разрушить многие магические параллели. Когда ребенок наделен сразу двумя осколочными дарами – это страшно. Его не убили лишь потому, что до осознанного возраста никто и представить не мог, что кроме покалеченной силы сновидца, он еще и даром оживления владел.

Тогда разразился настоящий скандал, от него отвернулись все, и лишь я знала, насколько больно было восьмилетнему мальчику переживать сущий кошмар. Мы жались друг к другу, и он глотал злые слезы, слушая, как из-за двери кричит его мать о том, что родила жалкое отребье, которое не оправдало надежд двух великих семей и опозорила двадцатку истинных. И почему я позабыла все это? Выросшая в любви и обожании родителей, я никогда не задумывалась над тем, каково приходилось другу, которого фактически сослали в учебное заведение, как только ему исполнилось девять. Он же фактически жил либо тут, либо у меня во время каникул. Когда он в последний раз возвращался в поместье семьи?

Черт! Я полная дура… Я не подумала о том, какой груз ответственности лежал на его плечах. Просто закатила ему истерику, что не хочу идиотской помолвки и брака. Он же и словом не обмолвился… Никак не намекнул мне на то, что я раню его. Вообще, казался равнодушным и отстраненным, словно я больше не имела для него никакого значения. «Перейдешь мне дорогу, и я не посмотрю на то, что ты моя подруга детства. Просто сиди тихо и через год будешь свободна», – услужливо всплыло в памяти. И я наконец осознала то, что должна была понять еще месяц назад.

В его жизни совершенно не осталось места для меня. Я стала никем. Просто подругой детства, с которой он коротал одинокие ночи. Простой повод лишний раз улыбнуться, вспомнив о том, что я когда-то застряла головой в кругу. У него не было ко мне не то, чтобы чувств, а даже симпатии не осталось. Я хотела верить в то, что чертова сирена его приворожила и околдовала. Но реальность была в другом. Меня просто вычеркнули из своего окружения и оставили где-то там, в воспоминаниях о прошлом, когда мы были детьми и, между нами не лежало пропасти из ответственности и обязательств.

И это не Камилен изменился, а я застряла в тех временах, когда передо мной ревел мальчишка и утирал разбитый нос. Сейчас он уже был вполне взрослый парень, который сам мог решать, что ему делать.

Что там вякала полурыбина? Что я понятия не имела, как устроен реальный мир? Сложно было признаваться даже самой себе, но кажется, Кавея совершенно права. И это немного печалило.

Правда, хотя бы для себя я смогла решить, что хочу понять, как на самом деле устроен мир. А для этого мне нужно выбраться из скорлупы, в которой я жила все время.

Но поступать так было страшно. Одно дело – просто поговорить с кем-то непонятным, с кем, скорее всего, жизнь меня больше не сведет, и совершенно другое – пытаться изменить собственное мировоззрение. Я не была скрягой или меланхоликом, просто прекрасно понимала, что не могу вести себя так же, как Лаурент. Это было не по мне. И все же меня немного волновало его поведение. Я не могла подобрать правильного определения для его поступков и слов. Он словно перестал быть самим собой и стал кем-то другим.

Такого я не могла воспринимать адекватно. Да и, положа руку на сердце, я могла думать лишь о том, что его не только сирена приворожила, но и кто-то хорошенько приложил по голове. Ибо столь радикальное перевоплощение не шло ни в какое сравнение с тем, что я помнила о нем. Как вообще адекватный и скромный парень мог пробудить в себе подобные черты и характерные отличия правящего дома дроу? В нем отродясь ни капли не было таланта из наследия предков, и никто не думал, что хоть когда-нибудь проявится.

Вот только, сравнивая у себя в голове все, что я знала о двадцатке истинных, с тем, каким предстал передо мной жених, я не могла не согласиться, что он точная копия карикатурного описания первого короля дроу. Но это было бредом, причем похлеще того, что мне было комфортно разговаривать с драконом.

Как вообще я докатилась до того, чтобы переживать об одном парне и хотеть еще раз встретиться со вторым? Мне не нужна мужская поддержка. Я самодостаточная личность, которая способна разобраться со всем самостоятельно, и уж тем более не будет наматывать нюни на кулак из-за превратностей судьбы.

Если Камилен нашел для себя утешение в объятиях сирены, то флаг ему в руки и попутный ветер в паруса, я должна была радоваться такому исходу. Вот только в душе что-то шевелилось и намекало, что это странно и неправильно. Он не обращал на девушек внимания, а все сплетни и первые полосы блогов были усеяны закрепами о том, как развратно ведет себя наследник семьи из двадцатки. Мол, подобного себе никто не позволял, даже самый отбитый наследник демонического королевства и тот на фоне Камилена был белым агнцем.

У меня одно с другим никак не собиралось стыковаться и складываться в единую картину. Что уж там говорить, пока я не готова была даже думать о том, что переживала за парня, с которым меня связывал нерасторжимый договор о браке. Пусть что хочет творит, мне же лучше, если он и дальше будет собирать сплетни и очередные порицания. Тогда никто не будет тыкать в меня пальцем, когда через год мы с ним расстанемся. Наоборот, пожалеют и скажут, как же я бедная настрадалась за короткий период.

– Что за чертовщина там творится? – голос сопровождающей выдернул меня из задумчивости.

– Кажется, авария на дороге, – медленно произнесла я, всматриваясь в покореженную груду металла, лежащую посередине полосы.

– Вот только у нас тут нет таких машин, – сказала она, опуская транспортное средство на полосу движения. – Шериф, это Мегги Элен, мы возвращались в Академию и наткнулись на разбитый фургон Червенса. Кажется, там труп. Потому что вряд ли при таких повреждениях кузова он вообще мог выжить. Нет, все просто всмятку, капот искорежен, магический инжектор вырван и валяется передо мной. Словно тут орудовал монстр.

– Это похоже на нападение тролля или оборотня, – заметила я, рассматривая огромные царапины на металле. – Простому жителю подобное сделать не под силу, и вряд ли бы от столкновения с другой машиной были такие повреждения.

– Пожалуй, тут я вынуждена согласиться с ученицей, – поддакнула сопровождающая в трубку. – Тут груда покореженного металла и вырванные с оснасткой магические компоненты. Словно в конструкции автомобиля пытались что-то отыскать. И если честно, не самое приятное зрелище. Координаты я скинула, постарайся, чтобы бригада сюда прибыла быстрее, чем кто-то пронюхает про очередное нападение. И помни, наши студенты тут ни при чем. Ищи виновных среди местных жителей! Наши оборотни все ходят с ингибиторами и обращаются только в полнолуние, и то не все, а лишь особо сильные. Козел!

Бросив на прощание в трубку столь громкое заявление, профессор нажала кнопку стартера и подняла машину в воздух, закладывая вираж. Я лишь тяжело вздохнула, посмотрев в зеркало заднего вида. Решила не совать нос туда, куда не просили. И без того понятно, что всех собак попытаются повесить на студентов. Ведь очень тяжело искать предателей среди тех, с кем живешь плечом к плечу. А богатые студенты, сосланные родителями в захолустье – идеальные мишени для обвинения во всех смертных грехах.