У нас картошка, у вас принц, или Картофельные санкции для инопланетянина

Глава 1. Трудовая повинность

Чёрт бы побрал эту картошку. Скрючившись в три погибели, я, наверное, целую вечность, стояла по среди бескрайнего поля. Почему-то из восемнадцати внуков и внучек на трудовую повинность в Алексин припёрлась только я. Вот и чего мне в Москве не сиделось? Негоже профессионалу с большой буквы стоять в непристойной позе и окучивать картофель под палящим майским солнышком. Ну, хоть раз в жизни синоптики не ошиблись, и на самом деле пекло так, что с меня уже сто потов сойти успело.

Разогнувшись, я потянулась до хруста в затёкшем позвоночнике. За сутки я успела обработать всего четыре грядки из пятидесяти. Но с учётом того, что от начала и до конца взглядом их было не охватить, я себя поздравила с грандиозным успехом. Солнце только начало клониться к горизонту, а значит, на ещё одну грядку меня хватит. И неважно, что эта картошка даром никому из наших не нужна. Бабушка оставалась непреклонной: поля, полученные от совхоза, нужно засеивать. Точка!

Глотнув воды, я подумала о том, что никакой фитнес не сравнится с десятью днями, проведёнными с любимой бабушкой и её восемью гектарами нереализованной земли. Надо, наконец-то, уговорить мать, и забрать её в город. В противном случае, над этой картошкой, в следующем году, будут рыдать они. Я сюда больше ни ногой… Хватит с меня издевательств над родом людским. Сорок рублей не такие большие деньги, могу и в магазине себе килограмм купить, все равно ем раз в неделю, от силы.

Солнышко меланхолично переливалось всеми оттенками красно-рыжего и стимулировало меня на немедленный побег в объятия кондиционера. Тряхнув головой, я переключила трек в плей-листе и занесла тяпку над новой грядкой. Но не успела я вонзить её в землю, как сквозь мощный бас до моего слуха донёсся оглушительный хлопок. Не успев обернуться, я помолилась всем богам, каких знала, потому что ураганный ветер мгновенно кинул меня вперёд. Я же не Элли из сказки…

Мамочки, спасите меня кто-нибудь! Убивают! Сколько прошло на самом деле, я не поняла, но в один момент все прекратилось, так же резко, как и началось. Осторожно приподняв голову от земли, я узрела непонятное нечто, торчащее по середине нашего картофельного поля. Больше всего непонятно откуда взявшаяся конструкция напоминала космический корабль из голливудских блокбастеров. Так, кажется, я медленно начинаю бредить от теплового удара. Нужно было ещё час назад домой уйти, а не пытаться за отпуск окучить все поле в одиночку.

Протерев глаза рукой, поняла, что сверкающая штуковина пропадать не собирается. Тяжело вздохнув, я перехватила тяпку покрепче и двинулась по направлению к шаровидной капле. Чем ближе я подходила, тем отчётливее понимала, что это не бред моей фантазии. Объект, приземлившийся на нашем поле, был слишком реальным и отражал весёлые солнечные лучи. Сглотнув и едва не взвыв от отчаяния, я подумала, что ещё хуже, чем уже есть, быть просто не может. Это уже ни в какие ворота не лезло.

Вцепившись мёртвой хваткой в своё единственное оружие, я осторожно пнула переливающийся на палящем солнце металл. Ничего не произошло, только моя несчастная нога начала гудеть, и я едва не взвыла от досады. Вот как это называется? Не иначе, фирменное издевательство над одной неудачницей. Ещё минут пять попялившись на загадочную штуковину, я двинулась обходить её по кругу, в надежде найти хоть какие-нибудь признаки живого в ней. Но сколько бы кругов я ни сделала, дверь так и не нашла. Неужто она упала на неё, и теперь существо внутри не может выбраться наружу?

Но когда я уже собралась со всей души приложить по ней тяпкой и попытаться спасти несчастное существо внутри металлической капсулы, что-то придирчиво зафыркало и зашуршало. Не ожидая такой подставы, я резко отшатнулась и в очередной раз вцепилась онемевшими пальцами в древко полевого орудия труда. Стояла я так, наверное, добрых две минуты, но в очередной раз ничего не случилось. И так, вопрос на засыпку: я окончательно рехнулась?

Ещё раз прицелившись, со всей силы заехала тяпкой по блестящему боку, уже не обращая никакого внимания на противное шипение, исходящее изнутри этой махины. Покалеченная стенка, натужно загудела, но на этом видимая реакция полностью закончилась. И как это понимать? Даже вмятинки не осталось, а я била, что было сил. Кажется, все же стоит вызвать бригаду санитаров и заодно уфологов, если это все не бред моей фантазии.

Тряхнув растрёпанной гривой белоснежных волос, я ещё разок примерилась к боку каплевидной капсулы. Надо убедиться в том, что это мне не снится. Позор на мои седины, если окажется, что я под палящим солнышком отрубилась, и это все бред моей фантазии. Меня же после этого коллеги на работе засмеют. Потому что в твёрдом уме и здравой памяти в такое ни один живой человек не поверит. Инопланетный корабль по середине моего картофельного поля…

Но не успела я третий раз примериться к боку капсулы, как она зафырчала громче, и прямо перед моим носом начало происходить необъяснимое. Медленно, словно ленясь, в гладкой поверхности начали прорезаться черные полосы. Пару ударов сердца, и эти самые неизвестные насечки сложились в дверной проем. Который запульсировал голубовато-фиолетовым светом и растворился, демонстрируя мне чёрное нутро капсулы.

В провале не было ничего, как бы я не пыталась всмотреться. Там была чёрная, чернильная темнота, которая пугала меня до чёртиков. Несчастное сердечко с утроенной скоростью застучало о ребра, в попытке выбраться из моей груди и сбежать, куда глаза глядят. Вот только я отступать была не намерена, мне за эту несчастную картошку ещё перед бабулей отвечать. А это страшнее любой непонятной чёрной штуковины, открывшейся в блестящей капсуле.

– Эй, есть кто живой? – крикнула я в провал.

– Как смеешь ты, низшее существо… – в дверном проёме появился парень.

Присмотревшись повнимательнее, поняла, что на человека он похож слабо. Высокий рост, за два метра. Переливающиеся серебряные глаза, с вертикальными синими зрачками. На голове две тугие косищи голубого цвета, с моё запястье каждая. И это все при том, что внешностью это неземное чудо было весьма аппетитной и не вызывало дикого раздражения.

Скользнув по нему внимательным взглядом, я отметила хорошо сложенное тело и сорок восьмой размер ноги. Вот мужику не повезло, отец вечно не мог себе обувку по размеру подобрать. Ещё меня привлеки длинные пальцы, которые я тут же примерила к клавишам фортепьяно и поняла – вот он, мой идеал мужика. Всегда хотела себе музыканта. Только вряд ли это чудо, свалившееся на мою картоху, будет именно им. Если вспомнить популярные романы из сети, то либо прилетел меня сожрать, либо захватить мою планету. Жаль, хороший же экземпляр…

– Слышь, ты кто такой будешь? – не дослушав затянувшуюся речь, спросила я.

– Третий принц межзвёздного альянса, – неожиданно ответил он.

– О, цельный принц, – перехватила тяпку в руках. – Тогда за картошку заплатить точно сможешь. Расценки знаешь? Или тебе, болезный, огласить?

– Какую ещё картошку? – не понял меня этот детинушка галактический.

– Ту, которую ты, ирод проклятый, уничтожил своей серебряной фигнёй, – продолжала бушевать я. – Мне же за неё ещё отчитываться придётся. И что, по-твоему, я скажу? Извините, мне тут на картоху принц свалился, не смогла до конца окучить. Если что там дырка по середине поля, можете сами посмотреть.

– Ты что несёшь, низшая из биорас? – он затравленно посмотрел на меня.

– Я тебе сейчас тяпкой посередь хребта так отхожу, – сурово двинулась на него. – Как ты потери будешь возмещать? Принц ты драный! В лесок у речки не мог приземлиться? Почему именно на мою картошку? Мне же её ещё девять дней тут окучивать!

Мужик шокировано смотрел на меня во все свои нечеловеческие глазищи и пятился. Наверное, получить тяпкой по спине ему тоже было неохота, и он предпочёл за лучшее медленно капитулировать от меня. Но не на ту напал! Мне же за эту чёртову картошку бабушка всю плешь проест и ближайшие полгода будет в трубку ныть, что как же так, голодной смертью помрём без лишних трёх мешков в погребе.

– Куда это ты собрался?! – увидев эти манёвры, злорадно улыбнулась ему.

– От тебя подальше, ненормальная, – прохрипел инопланетянин.

– Это я ненормальная? – натурально возмутилась я.

– Ты, кто ещё в здравом уме и трезвой памяти попытается поднять оружие на главнокомандующего межзвёздным флотом и второго наследника Залатаура! – гордо отрапортовал мне этот индивид.

– Да хоть самого короля, – продолжала я своё наступление. – Ты мне поле испортил, труд мой погубил, так ещё и под самосуд подвёл. Так что я требую компенсации. Как моральной, так и денежной. Так что нечего мне тут белого и пушистого строить. И не таких видала.

– Давай поговорим, как разумные существа, – принц, поняв, что требовать от меня ничего не получится, решил пойти на переговоры.

– А давай, – легко согласилась я и помахала тяпкой у него перед носом.

– Что ты хочешь? – осторожно отклонив металлический наконечник, просил пришелиц.

– Для начала, денежной компенсации за испорченный урожай картошки, – указала я на сверкающий в закатных лучах, космический корабль.

– Не проблема, – кивнул он головой, – сколько требуется?

– Семь мешков картошки, – сбоку от нас раздался голос бабушки.

Я едва не подпрыгнула от возмущения и резко обернулась в сторону деревни. Вот ведь! И когда она успела сюда приковылять. Я же чётко помню, как ещё утром, скрипя и едва не плача, бабушка рассказывала мне, как у неё болят суставы, и как сложно ей передвигаться. А тут нате вам, посмотрите-ка, прибежала, и получаса не прошло.

– А в денежном выражении это сколько? – не понял иностранный мужик.

– Не нужно мне в деньгах, – сурово свела брови на переносице моя бабушка. – Ты мне картошку попортил. Как же мы теперь зиму-то переживём. Это же целых четыре мешка. А у меня детей семь штук, внуков сорок, ещё и десяток правнуков. Вот и как мне их всех кормить, если ты мне урожай попортил. А морозец в этом году под сорок обещают. Вот рты-то голодные останутся. Хоронить придётся, коли не прокормим. Болезные мои…

– Бабушка, не переигрывай, – сжала я пальцами переносицу. – У тебя всего четверо детей, и внуков восемнадцать, а про правнуков вообще молчу. Ленка первого только в следующем месяце родить должна. Так что нам твоя картошка и даром не сдалась. А вот счёт я выставлю, деньги в этом мире решают больше, чем картошка.

– А я требую картошки! – сурово продолжила настаивать бабушка.

– Что это за картошка такая? – взвыл инопланетянин.

– Спасение всех голодающих в момент кризиса. Практически не портится и может быть приготовлена десятью разными способами и сочетается со всем из мясных и рыбных блюд. Так что картошка и хлеб – кормильцы наши.

– Давайте я вызову роту солдат, и они вам помогут с изъятием остальной картошки из недр земли? – решил зайти с другого боку принц.

– У меня на это внуки есть, – отмахнулась моя старушка. – Нечего им в городе сидеть, мы вот во времена студенчества уборочными отрядами выезжали на поля. А сейчас чего? Даже тяпку правильно в руках держать не могут. Ты его внучка не тяпкой, а палкой по голове. Оно так и не больно, зато обидно. Я твоего деда только так и гоняла, когда мы в Краснодар на уборочные выезжали. Поле свекольное, от небосклона и до небосклона, и нас на нем всего сорок. Так вот красота была, а вы? Тьфу…

– Вы это, того, я принц, меня нельзя палкой, – перепугался несчастный.

– Принц говоришь? – неожиданно заинтересовалась данным вопросом бабушка.

– Да, третий принц, второй в очереди на престол, – повторил он свои же слова.

– Слушай, прынц заморский, не хочешь картошкой возвращать, есть ещё один вопрос, по которому можем договориться, – её ехидный прищур, ой как нам обоим не понравился.

– Слушаю вас, добропочтенная, – пошёл на попятную инопланетянин.

– Видишь девицу с тяпкой? – ткнула бабуся в меня пальцем.

– Вижу, – согласно кивнул головой принц.

– Видишь кольцо у неё на безымянном пальце? – ещё раз ткнули в мою сторону.

– Не вижу, – потряс головой пришелиц из космоса.

– Так вот, внучка моя, пустоголовая, до сих пор не замужняя девка, – сокрушалась моя бабушка, – а годков уже не мало. Так и смотри совсем старой девой останется. В двадцать шесть уже вон у всех по три ребёнка, а у этой только её работа в голове.

– Ну, мне тоже тридцать восемь, – пожал плечами принц. – В узах брака не вижу смысла. Вот ещё, связывать себя с кем-то.

– Совсем прекрасно, – потёрла бабуля ручки.

– Чем же? – тихо пробормотала я и вцепилась в тяпку, как в последний оплот здравомыслия.

– В качестве компенсации за уничтоженную картошку, – подняла она палец над головой, – требую вашей свадьбы!

– Чего!? – мы в один голос заорали от неожиданности.

– Решение окончательное, и отказ не принимается, – продолжала она гнуть своё.

– Но как же так, – рассеяно пробормотала я.

– А никак, – захихикала бабушка, – бери тяпку, и станет твой принц единственным наследником престола. Остальных тяпкой и в огород, удобрениями к морковке хорошо пойдут. Ну что, соколик, возражения имеются?

– Мне подумать надо, – попытался возразить мужчина.

– Ну, вот и славно, нет их, – кивнула бабуся. – Пойду всех подружек обзвоню. Моя Ирка пустоголовая за цельного принца замуж выходит. Вот счастье-то. Сбагрила я её, наконец-то!

Разинув рты, мы так и смотрели в спину удаляющейся бабушки. М-да, даже в самой романтичной истории я не встречала такого поворота. Кто бы мне сказал, что трудовая повинность на картошке приведёт меня к тому, что инопланетный принц в качестве санкции за свой поступок будет вынужден на мне жениться.

– Она же пошутила? – тихо спросил у меня мужчина.

– К сожалению, нет, – покачала я головой. – Кстати, Ирина.

– Алграс, – протянул мне руку инопланетянин.

– Будем знакомы, муж мой, – нервно икнула я.

– Никогда бы не подумал, что из всех красавец галактики мне придётся жениться на неказистой низшей из-за картошки, – вздохнул мужик.

– Картофельные санкции никто не отменял, – ещё раз нервно всхлипнула я, – не надо было падать на моё поле.

– Я вообще-то целился в озеро, – фыркнул он.

– Но упал на картошку, – повторила я.

– Пойду отцу рассказывать, – попятился пришелиц к своей капсуле.

– Не забывай, тяпка и моя бабуся на страже картошки, – кажется, меня накрыло истерикой.

– К вечеру вернусь, жена моя, – передразнив меня, он исчез в глубине капсулы.

– Буду ждать, – зачем-то обронила я.

Чёрное нутро исчезло, металлическая поверхность вновь стала гладкой. Стоило этому шарику взлететь, как я почувствовала облегчение. Ну вот и славно, ни за каких пришельцев я замуж не пойду. Но стоило о таком подумать, как на руке сомкнулось что-то холодное и мерцающее. Присмотревшись, я узрела браслет, по которому бегала надпись «Вам звонит Муж!». Вот этого мой мозг уже не выдержал, и я, обнявшись с тяпкой, благополучно сползла в обморок. Я теперь жена… Ужас!

Глава 2. Тяпочка медленного реагирования

– Девчонка, приходи уже в себя, – бабушка нависала надо мной с видом глубоко расстроенной женщины, которая явно мечтала не о таком исходе.

– Я перегрелась на солнышке, и мне все это привиделось? – с воодушевлением предположила я про весь тот бред, который по какому-то нелепому стечению обстоятельств, считала правдой. – Ну… Ба! Ну, скажи, что это в самом деле бред моей больной фантазии.

– Прекрати паясничать, а то каждый день незамужним тридцатилетним везёт, цельный принц на голову сваливается, – огрела меня по пояснице полотенцем любимая родственница. – Давай, собирайся и на встречу со своим суженым. Так и быть, в честь свадьбы прощу ему загубленную часть картошки. А тебе, ленивая, ещё остальную полоть! Тяпку в зубы и побежала, завтрак уж стынет давно. Блинчики, твои любимые, с мёдом от Феромона и с топлёным маслицем, Нинка только делала с утра.

– Ну, пожалуйста, скажи, что это бред моей фантазии и я реально перегрелась на солнышке окучивая твою чёртову картошку, – едва не взвыла я растерянным волком.

– Отставить, – в приказном порядке было велено мне, – это только в песенках ваших везёт всем, даже проводницам. В жизни же их максимум -начальник поезда или кто попроще. А тут вон, заморский или инопланетный, да и бог с ним какой, но цельный принц, ещё и наследный. Давай, блузочку свою белую напяливай, хоть раз сгодится на что: через полчаса взмокнешь, как мышь, и будешь вся такая воздушная, замученная, прям принцесса в беде.

– Ты ещё скажи каблуки на грядки надеть, – фыркнула я, подтаскивая к себе блюдо с ароматными блинчиками. – И нагибаться пониже, чтобы как в дешёвых порнофильмах, начальник не удержался и все же задрал слишком облегающую юбку секретарши.

– А до этого раздела я ещё не досмотрела, надо Митьку сказать, чтобы он мне подписочку-то премиум оформил, а то что я, как дура, с «Gold», – задумчиво протянула бабушка. – А ты не отвлекайся, никаких каблуков, ещё клубни мне попортишь! Жуй, жуй, не отвлекайся, пока поле не доделаешь, домой не возвращайся.

– Ты уж определись, что мне делать: принца совращать или картошку окучивать, – фыркнула я, потягивая душистый липовый взвар с малиной.

– А ты совмещай, чего там сложного, – приосанилась моя бабуля, – я вот твоего деда как захомутала. Когда свёклу собирали, я все охала да стонала, с придыханием так, жалобно. А от помощи его отказывалась. Когда же урожай на трактор грузили, под последними свёклами всегда крысы прятались. Вот ребята раздёргивают их, а девки бьют, чтобы урожай не попортили. Так я тяпку занесла, да так разрыдалась, что у твоего дедули сердце и не выдержало, до утра меня успокаивал, а через месяц свадьбу сыграли. Ты умнее будь, а то на первого красавца нашего ПТУ только я одна что ли, по-твоему, заглядывалась? Все девки хотели, он же в те года на жигулях ездил, а это деньжищ стоило немалых.

– Чего он тогда в вашем ПТУ забыл? – подперев ручкой щеку, я внимательно слушала историю про знакомство.

– Дурак, потому что был! – сурово заявила бабушка. – С отцом поссорился, сказал, что и без его МГИМО сможет в жизни всего добиться. И не смотри на меня таким взглядом. Я правду говорю. Прадед твой до сих пор преподаёт на кафедре, какой, правда, не помню, надо у Софки спросить, она под его началом учится.

– И при всем при этом, ради трёх кило картошки каждый год мы рвём спины? – вздёрнула я бровь. – Давай к черту переезжай ты уже в город, тебе шестидесяти нет ещё, а ведёшь себя так, словно восемьдесят девять завтра стукнет.

– А ты меня Алкой не попрекай, – погрозили мне пальцем, – это у вас ветер в голове, а раньше, если встретила мужика хорошего, так сразу от него рожай. А то уведут, и глазом моргнуть не успеешь. И матери твоей я то же самое сказала, когда она хотела годика три подождать. Лучше в семнадцать за хорошего, чем ты в свои едва ли не тридцать лет думаешь только о работе и как бы деньжат побольше заиметь. А о детях кто подумает? Для кого тебе те мильоны? Для проститутов по вызову? Или, прости господи, в пробирке пойдёшь дитятко делать, чтобы фигуру и карьеру не губить? Тьфу! Окаянная, и в кого только пошла, явно не в мою породу.

– Так, все, этот разговор опять свернул на те же рельсы, – я поднялась из-за стола, – никаких проститутов я себе не заказываю, а ребёнка не в пробирке собираюсь растить, а выбрать подходящего отца-донора из предложенного в репродуктивном центре, и сама его рожу. Просто не вижу смысла ради такого заводить отношения с тем, кто через полгода сбежит, узнав о том, что я беременная. Пусть лучше все сделают медики, чем криворукий недоучка с неизвестно какой наследственностью. Там хотя бы отбор, как в космонавты, все до восьмого поколения проверяют, и отец моего ребёнка будет самым красивым и здоровым!

– Вот, это все влияние ваших интернетов глупых, – сложила та руки на груди.

– Ой, ты сама из него не вылазишь, – фыркнула я, – у тебя подписок на всякие стриминговые сервисы больше, чем у нашего Митеньки. Потому не надо мне тут тыкать чем придётся, а то заместо окучивания картошки, уеду делать ЭКО и радостно ждать материнства. Подальше от вашего чёртового поля!

– Даже не думай, у тебя вон какой красавец мужчина нарисовался, все лучше твоих пробирочных, – упёрла она руки в боки, – будешь у меня самой прекрасной принцессой. А его взвод как раз каждый год перекапывать поле под картошку будет. Смотри как все складно получается. Так что вперёд, тяпку в зубы и на трудовые повинности.

– Все, закрыли тему, – фыркнув, я поспешила умыться и убраться из этого дома.

В голове то и дело возникали образы того, как позади меня появляется серебристая капсула, и из неё выходит прекрасный, атлетически сложенный пришелец. С одной стороны меня это волновало, с другой приводило в дикий ужас. И как все это уложить у себя в голове я пока не понимала, потому старалась не делать резких движений. Проведя пальцами по браслету, который переливался на запястье космическими технологиями, неожиданно что-то задела на нем, и по кругу побежала надпись «первый приём… муж…». Что это значило, я не понимала, ровно до тех пор, пока не раздалось бульканье из недр украшения.

– Не думал, что у тебя хватит мозгов разобраться с тем, как устроены наши технологии, – противный женский голос, вывел меня из задумчивости. – Слушай сюда, низшая дрянь, жду тебя через полчаса около капсулы. И надеюсь, ты понимаешь, что тебе лучше добровольно от всего отказаться. В противном случае, твоей шкурке сильно не поздоровится!

– А каким образом я вообще понимаю, что ты сейчас пытаешься на меня наехать? – заторможено протянула я. – И вообще, ты кто такая? И какого у тебя, как эта хреновина называется, моего мужа у тебя в руках!

– Какого ещё твоего мужа! – заорали на меня на том конце. – Неси свою тупую голову немедленно к капсуле-разведчику. Я тебе покажу, что значит красть чужих женихов!

– Договорились, – фыркнула я, – да победит сильнейшая!

Зачем я все это ляпнула, понятия не имела, но каким-то шестым или десятым чувством я понимала, что уступать богатенькой, испорченной фифе я не собиралась. А почему она мне показалась именно такой? Наверное, слишком сильно была похожа на Люську, дочку нашего генерального, которая постоянно истерила и требовала к себе повышенного внимания. Даже если за этим ничего не крылось, голова от неё болела у всех без исключения, ибо мадам вела себя уж сильно не по возрасту. В сорок закатывая сцены, как пятнадцатилетняя.

Вот тут в голосе моей собеседницы проскочило что-то подобное, что тут же дало возможность сопоставить двух этих куриц в один образ и благоговейно выдохнуть. Муж мой, мне во веки вечные был не нужен, но мужика, чисто по-человечески, было жалко. Всю жизнь коротать с его версией нашей Люськи. Такое и врагу в самом лютом кошмаре не пожелаешь. Что уж говорить про целый народ, для которого эта особа должна была стать королевой. У меня от одной мысли о подобном раскладе по спине бежали мурашки. На работе я такого насмотрелась, что уже, казалось, могла предвидеть то, как мне попытаются вырвать волосы и утопить в раковине в женском туалете.

На рандеву с неожиданной соперницей собиралась со всей тщательностью. Чтобы бабушка не заподозрила чего неладного и не вызвала десант в виде моей тётки прокурорши. Та бы такой скандал раздула из этой мелочи, что вместе со мной, женили бы всех наших непристроенных. И Федьку бы за компанию, выдав ему эту самую фифу для уравновешивания баланса во вселенной. Такого легко можно было ожидать от моих любимых родственниц, которых я сама периодически начинала побаиваться в их стремлении побыстрее раздать всех родственников под венец. Честное слово, это было ненормально!

Под конец своих размышлений я все же упрочилась в мысли о том, что нет в этом ничего плохого. Надо было просто немножко потерпеть, и все обязательно встало бы на круги своя. От меня отстали бы и прекратилось это сватовство. Но нет… Надо было одному криворукому инопланетному принцу свалиться именно на наше картофельное поле. Теперь, зная характер бабушки и иже с ней, могла представить, до какого абсурда в конечном итоге дойдёт все это и чем разрешится. Так что разговор с местной стервой был самым лучшим решением проблем. А вдруг у них там любовь внеземная, и я с чистой совестью смогу при помощи этого отмазаться от брака с не пойми кем.

Тряхнув головой, забрала волосы в пучок и перехватила тяпочку, прижимая её к груди. Все же она была моим единственным оружием, которое не отняли бы при досмотре по выходу из дома. Ну, ничего, главное понять, что там за ихняя Люська. Вздохнув, ещё раз показалась бабушке на глаза, получила одобрение и разнарядку окучивать от сих до сих и потопала на поле. Теперь главное самой не вляпаться во всю эту историю с космическим браком и не утянуть себя на дно, подобно нашкодившему котёнку, получающему обоссанным тапочком по пушистой жопе.