Пантеон реплик. Реквием по человечности

– Кстати, мне уже скоро возвращаться надо, карета ждет.

– А как ты их найдешь? Зелёным без проводников с Красной улицы лучше не сходить, провести тебя?

– Не хочу вас утруждать, и так накормили, поведали многое. Мне заметки на карте поставили как возвращаться.

– Карта? Навигаторши той? Дай взглянуть.

Герострат раскрыл карту, пару минут безэмоционально изучал, пока не замер в тихом ужасе. Медленно водя пальцем по жирной белой точке на карте, бормотал в пустоту, консультируясь с воображаемой Артемидой. Дантей не выдержал и спросил:

– Простите, если увидели что-то важное – скажите пожалуйста, кроме разноцветных линий ничего не прописано, только штрихи и обозначение путей.

– Угу, м-да, она неинформативная для обывателя, только вот мне известны личности владельцев домов на отмеченных точках, особенно шокирует самый броский ориентир – усадьба на Покровских озёрах. Езжай с работодательницей, если эта усадьба её пристанище – спасай персонал.

– Не понимаю о чём вы…

– О суке этой, твари бесчеловечной, Салтычихе. По сведениям из надежных источников её устранили как только она начала вербовать молодых девчушек и жестоко умерщвлять за проступки, однако пунктик на карте возможно свидетельствует об обратном. Короче, продолжай притворяться незнайкой, но проверь место работы на наличие скелетов в шкафу, если же мои догадки подтвердятся, то незаметно убеди персонал уйти пока не стало поздно.

– Эм-м, ладно, только вот моя брюнетка, а на портретах Салтыкову изображали светловолосой. Да и если догадки подтвердятся – не лучше ли заявить в полицию?

– По сведениям от информатора Артемиды, Салтыкова помешана на женских волосах, выдирает их, красит свои, а покровительствуют ей и Дрозды, и Гермес, даже скоморохи завязаны в этом болоте. Дрозды интегрировали её в сеть Гермеса, куда она поставляла дешёвую, покорную рабочую силу. Вербовщица с огромной свободой действий… отчего замашки из прошлой жизни вновь реализовывались. После внутренних перестановок во властных структурах нужда в таких кровавых инструментах отпала и её ликвидировали, ну, так говорили языки, однако, похоже она лишь залегла на дно, откуда чудище снова выплыло.

– Надеюсь это не так.

– Пошли, проверишь лично, деваться некуда, разыщут в любом месте города. В худшем случае беги в этот ресторанчик, тебе помогут.

Чай иссушен за долгим разговором, банки начисто вычищены хлебным мякишем. Герострат направился к барной стойке оплатить счёт деньгами друга, в то время как Дантей нёс посуду тучному мужчине – Таррару, поглощающему всё, даже огромные кости. К нему приставлена охрана, увлеченная ставками на пищевые рекорды прожоры, нежели защитой посетителей от желания пожирателя пожевать, например, человеческие ногти вместе с пальцами.

Поднос юноши перехватил Железный Майк, чудом вернувшийся с того света. Хоть на его лице прослеживалось истощение и обезвоживание, но бутылка виски в руке опустошена наполовину:

– Малец, а ты быстро осваиваешься в городе!

– М-Майк? Вы же испустили дух, там, на кладбище…

– Да, так сказать, принял омолаживающую процедуру. Ну, чего удивляешься? Разве сам не знаешь, как бывает после воскрешения? Желудок взывает к собрату по бессмертию, давай, подсоби перекусом.

– Ох, эм, попросите того мужчину за барной стойкой, мне просто нужно спешить на встречу…

– Пхах, хоть нас смерть похоже не особо любит, что не пускает в покои, но рваться к ней с таким энтузиазмом – похвально.

– О чём вы?

– Разговор ваш случайно подслушал. Знаком с навигаторшой той, тебя ахмурившей, да и хозяйка меня недавно самолично в могилу свела, колдунством волосяным, жуткое дерьмо.

– Знаете их? А имя девушки запомнили?

– Да эти же «цветастые» специально имена названиями растений заменяют, чтобы не запоминаться. Вроде Бегоша или Бегунья, короче бе-с она.

– Бегония… да. Так значит и всё про Салтычиху правда?

– Своим же опытом могу всё подтвердить! Ты эт, не дрейфь, откликнись на её предложение.

– Стоп, зачем? Уже трое указали на её зверства, и тем не менее вы просите идти с ней?

– Погеройствуй, для чего тебе тогда эта палочка на поясе? Заруби шизанутую и её приспешников, спаси ребят из плена, будь рыцарем на белом коне и частично белом халате. А если без шуток: мой хороший знакомый Мискеллани как и ты по незнанке пошел работать к ней и пропал. Ни слуху, не духу от него, хотя, по правде говоря, он какой-то божок и будь случай – связался бы со мной духовными связями, однако, похоже влип по самые локти. Попробуй вытащить хоть его, и я замолвлю словечко за тебя важным городским шишкам.

– Да я даже не знаю как пользоваться этим мечом. У меня амнезия, вон, Герострат говорит, мол похитили воспоминания. Не надо меня уговаривать на самоубийственое дело, мне до сих пор многие моменты непонятны, а уже вынуждаете великие дела вершить.

В это время Герострат освободился и незаметно выслушивал трёп бессмертных рядом. Триггером для вмешательство послужило имя упомянутого бога – Мискеллани, хорошего друга любителя древнегреческих богинь:

– Так, всё-таки предположения подтвердились, да? Тогда придется разработать для юноши чёткий план действий.

– Эй-эй-эй, я премного благодарен за ваши советы, еду и питьё, но сломя голову лезть в этот дом ужасов теперь не собираюсь. Кстати, вы же такие невероятные: один женат на богине, другой способен восставать из мёртвых. Дерзайте, спасайте друга сами.

– Мы понимаем твою обеспокоенность, но и ты пойми – эта дерьмодемонесса имеет агентурную сеть, хранящую данные на каждого из нас для перепродажи преступным синдикатам. Да и на кой чёрт ей сорокалетние увальни? Поверь, без хорошего старта после пробуждения в этом городе не выжить. Подкинулся такой шанс заиметь хорошую репутацию, так чего не воспользоваться?

– Давайте на частоту: у меня есть друзья и родственники, мне необходимо их найти и защитить от происходящего ужаса. Чем им поможет моя смерть?

– Родственники? – с ухмылкой сказал Майк, – ты про своих пра-пра-правнуков? Очнись, твоя первая жизнь велась за сотни лет до этого времени. Кому тут нужен непонятный паренек без монетки в кармане и в одном домашнем халате? Сделай доброе дело и вернись к упомянутой родне героем.

– Согласен с Майком, да и подумай еще о материальном: для отправки запроса на поиск людей в полисе Дрозды просят немаленькую плату, и услуги перевозчика с навигатором до места жительства знакомых тоже обойдутся в копеечку. Чем собираешься покрывать расходы? Добротным диалогом как в случае со мной? Добудешь голову Салтычихи – получишь плату от Гекаты или прочих, держащих на неё обиду. Высвобождение Мискеллани так же скажется на твоём состоянии. Поговаривают он бог удачи и богатства.

– Разве не здоровья и любви? – шёпотом спросил Майк.

– И это верно, он таинственное божество множества, точно не плохого, уверяю. Короче, почуешь неладное – беги сюда, скроем, успокоим, откормим. Давай, стань снова храбрецом, как на Красной, разгоняя бешенную толпу. Ну и самое главное: тебе навигационную карту выдали, оригинал, за такую вещь порвать готовы, так что придется лично вернуть в любом случае.

– Ладно, ладно, ладно. Прокачусь, разведаю, большего пока обещать не могу.

Чудоковатые мужчины расплылись в улыбке, пожали руки, и заказали в дорогу по кружке пенного. Троица двинулась в путь, который приведёт лишь к беде.

– Гер, ты давненько в бар не заходил, опять ринулся на поиски воскрешения Артемиды? – спросил невзначай Майк.

– Тебе, бессмертному, легко осмысливать проблемы жизни и смерти. Мне же ежедневно приходится вместо запоев настраивать против себя толпу, чтобы удерживать внимание к образу Артемиды для эмоциональной и когнитивной реакции, ведущей к выбросу энергии, обязанной возвратить её к жизни.

– И для этого просто пляшешь и раздражаешь граждан? – с усмешкой спросил Майк, сдувая пену с кружки пива.

– Есть способы лучше – предлагай. Я продам душу за возможность жены, как и ты воскресать через несколько часов вне зависимости от факторов.

– Хах, не льсти, зажигалочка, мой образ жизни просто понравился господу богу, вот и поощряет.

– Не называй меня так даже в шутку, особенно при новых знакомых!

– А чего? Струсил свою подноготную рассказать? Все и так знают, незачем скрывать.

– Хорошо, хорошо, расскажу, боже, умеешь же испортить настрой!

Герострат залпом иссушил содержимое кружки и продолжил:

– Поделюсь историей, может память освежит пареньку… В общем, события тысячелетней давности можно трактовать по-разному, особенно если после них пришел великий завоеватель и изменил миропорядок. К этому времени пантеон греческих богов угасал, угасала и жизнь моей возлюбленной. Да, тогда я был обычным смертным, отдавшийся полностью любви к этой благочестивой, доброй, справедливой богине. После длительных наблюдений за деятельностью философов чьи труды не дошли до наших дней из-за… Не будем об этом, ради вашего блага. Удалось еще тогда выяснить о возможности воскрешения путём воздействия на память, коллективный разум человечества. Вот и пришла радикальная, но невероятно действенная мысль – уничтожить самым пёстрым способом что-то связанное с моей любимой, дабы запомниться на века многим и через время переродиться вместе, обретя мир и покой. Так я и поджёг храм, возведенный в её честь, который позже перестроили, но на страницах истории след то значимый остался. Вот нагрянула Великая катастрофа: хаос, смерти, боль, однако мечта воплотилась в реальность – Артемида пробудилась вместо со мной, зная весь посыл моих поступков, затраченные силы. Ненадолго… Блядский Гермес уничтожил целую семейную ячейку в новом мире, где жизнь каждого – бесценна.

– Герострат, я правда видел образ Артемиды, и верю, что вам снова удастся обрести счастье, – сказал воодушевленно Дантей, теша надежды на воссоединение с близкими.

– Спасибо, спасибо, но добрыми пожеланиями одаривать должны мы тебя, нынче слова материальны и не стоит ими разбрасываться. Ну же, Майк, задавай!

Безостановочно обволакивали пожелания удачи, здоровья, ясного ума, силы, зрения орла… Подстрекатели будто хотели слепить суперсолдата силой логоса – колдовской практикой, опирающуюся на глубинную структуру бытия, синергирующей с космическим словом, воплощающейся взыванием к вселенной. Это наиболее нейтральная формулировка одного из филиалов магии. Как и меморис, логос трактуется каждым по-разному, но применяется уже по слаженной цепочке действий. Так, Герострат пытается заставить людей запомнить имя его возлюбленной, ибо имя – наиважнейшая составляющая логоса. Любое упоминание Артемиды в скором времени приведет к эманации из вселенского логоса – пробуждению богини. Пожелания от Майка и Герострата так же могут привести к эманации: что-то из сказанного на некоторое время настигнет цель и не может быть отменено. «Конь вырвется догонишь, слова сказанного не воротишь».

Застольные тосты маргиналов, в шутку проговариваемые по дороге, сменились резкой паникой. Провожатые заметили на повороте скомороха-прислужника помещицы. Майк нашептал Дантею опасаться и избегать этого верного пса людоедки, попрощался и скрылся в ближайшем магазине с Геростратом.

Возможно, воплотилось в жизнь пожелание храбрости, либо чехарда безумия адаптировала Дантея к диалогу с персонами, источающих отталкивающую ауру. Гигантского ряженого шофёра послали на поиски запаздывающего стажёра, тот осознал вину, извинился и попросил пояснить о своих обязанностях помощника навигатора, чтобы отвлечь от разговора про спутников. Немногословно, зато доходчиво скоморох по дороге к карете истолковал обязанности тех, кто должен ориентироваться в пронизывающей нематериальной паутине город – меморисе. После осмысления услышанного Дантей заглянул в карту – шофёр двигался не по намеченному курсу.

Раздался визг свиньи за спиной юноши, но шофёр шёл дальше, будто ничего не услышал. Источника отвратительного звука видно не было, однако исходил он от ближайших домов. Юноша, проанализировав поведение скомороха успокоился, приняв внушающий трепет шум за обыденность, однако нахождение в зоне, отмеченной на карте черными штрихами, подавляло желание полностью абстрагироваться от происходящего. Изредка мужчина поглядывал по сторонам и мельком на попутчика, ожидая чего-то. Визг сменился похрюкиванием, менее громким, но явно приближающимся к путникам. Водитель невозмутимо шёл параллельно источнику шума, Дантей же остановился, окинул взглядом безжизненные дома и уже готовился задать вопрос…

Полупрозрачная, левитирующая за спиной Дантея свинья, с искривлёнными конечностями и разорванной пастью, в позе эмбриона пожирала себя, вытаращив бешенные глаза на застывшего в ужасе парня. Туша медленно подлетала к нему, пуская слюни, испаряющиеся при контакте с землей. Расстояние было в пару шагов, рот окаменел, рука тянулась к рукояти боккена, стараясь быть незамеченной. И… Раздался оглушительный хлопок как от взрыва крупнокалиберно снаряда. Уши заложило, зрение пропало, а голова раскалывалась на части.

Состояние нормализовалось только спустя минуту. Кучер волочил тело пострадавшего на себе, пошлёпывая по щекам:

– Приём, новенький, по движению глаз вижу – очухался.

– Ме… п-подташнивает…

– Это норма, не стесняйся. Как-никак ты перенёс контузию, да так быстро!

– А? А… хряк тот и взрыв, что было?

– Уроборосика повстречали, думал, мол ты своей палочкой владеть умеешь и сам отгонишь, но пришлось вмешаться самому. Никакого взрыва не было – я хлопнул ладонями для изгнания чудища, не рассчитал силу. Прости, ситуация экстренная.

– Но это чудище… следуя маршруту по карте ничего подобного не было бы, почему мы зашли в заштрихованную зону?

– Короткий путь. Хозяйка ненавидит долго ждать, необходимо было ускориться.

Шофёр выдал платок, указав на ошмётки, прилипшие к халату после уничтожения монстра: «Хозяйка очень педантична, следи за внешним видом и чистотой».

Про кратчайший путь он явно соврал, ибо спустя сотню шагов предстала вывеска безопасной улицы, отмеченной на карте, а сектор с происшествием – параллельная тропа, замыкающаяся линиями Стикса. Вопросы отвечали сами на себя сопоставлением фактов: подручный хотел проверить боеготовность новичка в экстренных условиях. Вряд ли тёмным личностям нужен сподвижник, имеющий силы для самообороны и реализации амбиций. Тот, на кого можно надавить, сломать, подавить моральные принципы – вот идеальная кандидатура, именно таким показался Дантей при первой встрече с Бегонией и продолжит отыгрывать роль.

Навстречу бежала вербовщица с просьбой поторопиться: кони в повозке ржали от страха, чувствовав неладное, только шофёр их мог угомонить. Пока троица бежала, Дантей заметил странные пульсации от меча, сменившиеся притяжением к Бегонии. Притяжение было слабое, будто на среднем расстоянии располагались части магнита, однако сам факт магнетизма для дерева – ужасного проводника электричества, насторожил владельца. Взаимодействие почувствовала и вторая половинка, суетливо почесывая ладонь в застывшей от боли гримасе, но никаких вопросов к Дантею не задавала, скрывая ощутимое сопряжение.

Кони боялись чего-то неосязаемого людьми, паника перескакивала на каждого, оборвал её хлопок шофёра, намного слабее демонстрируемого перед уроборосиком, но для отвлечения внимания и отпугивания раздражителей хватило.

Повозка тронулась, осуждающие взгляды первую половину пути Дантей частенько ловил на себе, хотя намного дольше обговоренного он не задержался.

Угроза топливных фантомов к эту времени спала на нет, что хорошо демонстрировали жизнерадостные прохожие на проезжих частях.

Около озер располагался «Дом культуры молодежи», где госпожа сделала остановку. Её подопечные обучались в этом здании на благотворительные средства и могли получить степень скоморохов. Если Дантей проявит себя как человека культуры – получит возможность посещать в свободное время заведение, а пока его с шофёром оставили охранять повозку.

За двадцать минут ожидания пришлось выслушать очередной инструктаж, затем карета пополнилась тремя новыми лицами и тронулась в конечный пункт. Открытый интерес к новичку проявил лишь один, шёпотом представившись: «Доброй тебе памяти, друг! Я бог всего упущенного другими божками, ну как, хочешь быть моим апостолом?». Под грозным взглядом Бегонии взбудораженное приветствие сменилось гробовой тишиной. Цель спасательной операции сама напомнила о задаче Дантея.