- -
- 100%
- +
Original edition published under the title:
SURF ON LOVE #1: Deal, by Lucie Mimi
© Éditions Alter Real, 2021
First published in France in 2021.
All rights reserved.
This edition published by arrangement with LEOR LITERARY AGENCY and Synopsis Literary Agency
Фотография на обложке по лицензии © Shutterstock
© ООО «Клевер-Медиа-Групп», 2024
Пролог
Каждый берет по розе. Я смотрю на океан. Стою неподвижно, хотя внутри бурлят печаль, ненависть, боль. Боль тисками сжимает грудь. На глазах слезы. Каждый подходит и кладет руку мне на плечо. Все они пришли к чемпиону. Его семья, друзья. Они стоят на берегу, готовые отдать последнюю дань его памяти.
Украдкой наблюдаю за мамой. Она надевает гидрокостюм, потом берет серф и достает две розы. Бросает на меня сочувственный взгляд. Сжимает мою руку. Высоко подняв голову, не подавая вида, она идет к остальным. А я… не могу. Это ужасно, но не могу ступить в море.
Доски в воде, люди забираются сверху. Загребая руками, плывут в открытое море. Они образуют круг, покачиваясь на волнах, а затем каждый бросает в середину цветок. Ноги меня больше не держат, я падаю на колени. Теперь можно не сдерживаться.
Холодные, мокрые руки поднимают меня. Сквозь слезы вижу лицо Шона, моего тренера, он прижимает меня к себе. С него капает соленая вода. Я плачу и не могу остановиться. Я потеряла его навсегда, единственного мужчину, которого любила, того, кто поставил меня на доску, передал мне свою страсть. Это моя вина, что тебя не стало.
Прости, папа.
Глава 1
Почти год спустя
На краю террасы, облокотившись на перила, я любуюсь океаном. В последний раз. Я буду скучать. По дому, в котором прошло мое детство, по маме и Марине, лучшей подруге. По нашим посиделкам на берегу, по волнам, которые мы рассекали на серфах. Но закончилась школа, прошли каникулы. Завтра я уезжаю из Сан-Диего, навстречу новой свободной жизни. Конечно, меня пугает неизвестность. Я оставляю маму одну, будто бросаю ее. Сердце вдребезги.
Слышу ее шаги в гостиной. А вот и она.
– Кэсси? Нам пора.
Молчу, тяжесть мыслей утягивает на дно. Мама подходит и кладет руку мне на плечо:
– Милая, все хорошо?
– Может, я зря?.. Может, не надо никуда ехать, а, мам? – говорю, не отводя глаз от моря. К горлу подступает ком.
– Дорогая, мы же это обсуждали. Ты сделала правильный выбор. Отец очень тобой гордился бы. Ты так хотела туда поступить, не упусти свой шанс.
Это правда. Стэнфорд – университет в самом центре Силиконовой долины, в Пало-Альто, к югу от Сан-Франциско, – мечта, доступная далеко не каждому. Я должна быть счастлива.
– Ты права, мам.
Будто отвечая на мои мысли, она говорит:
– Не бойся, я уже взрослая, переживу. К тому же
я не одна, у меня есть Малибу.
Восхищаюсь мамой: ее красотой, сильным характером, стилем жизни. Хотела бы быть как она, но все, что мне от нее досталось, – это ангельское личико, зеленые глаза, вздернутый нос и русые волосы. Характером я в отца. Сдержанная, но могу за себя постоять.
– Спасибо, мам, – отвечаю, все еще волнуясь.
– Вот именно – «мам». Я всегда ей буду, и, если что-то не так, сразу звони.
От нее исходит спокойствие, как обычно. От каждого ее движения. В ней виден профессиональный серфер, человек, сильный духом.
– Все будет нормально.
– Что ж, юная леди, едем! Иначе опоздаем.
Мы в один голос кричим:
– Берегись, Стэнфорд!
Прежде чем сесть в машину, обнимаю Малибу, моего шпица, затем бросаю взгляд на наш синий деревянный домик на пляже. Серый внедорожник накручивает мили, и, когда мы покидаем Сан-Диего, на меня снова накатывает тревога, но другая. Понравится ли мне Стэнфорд? Найду ли там друзей? Думаю, это вопрос времени. И как я буду жить в кампусе? А моя соседка по комнате окажется милой? Я не люблю шумные тусовки и уже представляю, что ко мне прилипнет пресловутое «зануда».
Пытаясь успокоиться, делаю глубокий вдох: с каждым вопросом сердце бьется быстрее. Мокрыми руками потираю бедра. Я еду учиться и получить диплом. В худшем случае, если не заведу друзей, поселюсь в библиотеке.
Спустя семьсот километров мы наконец видим указатель «Пало-Альто». «Добро пожаловать в Силиконовую долину!» – сообщает огромный деревянный знак на обочине. Тут совсем не как в Оушенсайде, моем городе, где здания яркие, а воздух пропитан морской солью. Здесь больше суши, больше домов или, скорее, вилл. На балконах не стоят доски для серфа. Вернее, это даже не балконы, а роскошные террасы, иногда с бассейном. Это место напоминает мне Лос-Анджелес. Тут красиво.
Повсюду пальмы и роскошные машины. Мы все еще в Калифорнии, но люди тут другие, утонченные, что ли. Похоже, здесь полно бизнесменов. В общем, ничего общего с пляжами, бледными из-за гидрокостюмов серфингистами и пикапами. Только фешенебельные магазины, никаких лавочек с сувенирами, как на пляжах Сан-Диего.
Ровно в три мы выезжаем с большого бульвара. Уже час я держу в руке сэндвич, так ни разу не откусив. Мама бросает на меня взгляд.
– Тебе надо поесть, дорогая, если, конечно, не хочешь свалиться в обморок.
Чем ближе Стэнфорд, тем сильнее тревога скручивает живот.
– Кэсси, ты меня слышишь?
– Я хорошо поужинаю, не переживай. – Кладу еду обратно в упаковку и засовываю ее в ящичек на дверце.
Сворачиваем в переулок. GPS сообщает, что мы «прибыли в пункт назначения», и я смотрю в окно. Боже! Небольшая площадь. В центре фонтан, а за ним арка из белого камня. Какое чудо! Я, конечно, смотрела фотографии в интернете, но в реальности все намного красивее. Как примерная и организованная девушка, я заранее изучила план университета. Знаю, где расположены кампус и, что важно, библиотека. Она интересует меня больше всего. Остальное найду в свое время.
Припарковавшись, мама глушит двигатель. Мы переходим улицу и с двумя чемоданами идем к главному входу университета. Здесь собрались абитуриенты всех специальностей, каких в Стэнфорде немало. Встаем в очередь. У первокурсников занятия начнутся завтра, что дает время обосноваться в кампусе: в Братстве (или Сестринстве) или в резиденции. Я выбрала второе. Апартаменты, которые придется делить со старшекурсницей.
Наконец наступает моя очередь. Я подхожу и представляюсь:
– Здравствуйте, я Кэсси Уилт.
– Добро пожаловать в Стэнфорд, мисс Уилт. – Молодая женщина лет тридцати с безупречной укладкой и маникюром одаривает меня ослепительной улыбкой.
Я хочу ответить тем же, но теряюсь, а она уже стучит по клавиатуре и вскоре протягивает мне карту кампуса. Потом она берет из шкафа ключ и вручает мне вместе со значком.
– Резиденция «Джаспер Ридж», третий этаж, дверь сто шестнадцать.
Я благодарю, а когда мы отходим, нас кто-то окликает:
– Эбби?
Услышав свое имя, мама оборачивается.
– Надо же! Как ты? Сколько зим?.. – говорит она, не скрывая удивления.
Мама обнимает бородатого мужчину с прической а-ля Брэдли Купер.
– Неплохо. Я тут с Итаном. Только не говори, что это Кэсси, – отвечает он.
Я подхожу, чтобы поздороваться, и бросаю взгляд на маму.
– Дорогая, познакомься с Питом. Мой давний друг. В юности мы вместе серфили.
Пожимаю протянутую руку.
– Я тебя и не узнал, Кэсси! Когда видел тебя в последний раз, ты едва ходила.
– Время летит, наши дети растут, – немного грустно отвечает мама.
– Кому ты это говоришь! Посмотри на него, – говорит он, указывая на голубоглазого блондина, – я не понял, когда он успел вырасти.
Его сын, парень в спортивном костюме, кажется, мой ровесник. Посмотрев на меня, он тоже хмурится. Пит тем временем продолжает:
– Наслышан о твоих последних подвигах, Эбби. Мои поздравления! Ты это заслужила. Ну давай, рассказывай, – говорит он, скрестив руки на груди.
Начинается страстное обсуждение. Они обсуждают соревнования на Бали – очередную мамину победу… Я очень ей горжусь, но усталость после долгой поездки и жуткой жары гонит меня в комнату. Кажется, Итан, нетерпеливо ждущий окончания разговора, испытывает то же. Я подхожу к нему.
– Что ты выбрал? – спрашиваю его.
Он заметно расслабляется:
– Спорт – моя сильная сторона, так что хоккей на траве, а ты?
– Журналистику.
– Круто, ты в Сестринстве?
– Нет, в апартаментах. «Джаспер Ридж». А ты?
– Тоже, но в «Йеллоу Гейтс».
Вижу, что он колеблется. Но наконец решается:
– Обменяемся номерами? Тогда сможем вместе выпить кофе или помочь друг другу, если заблудимся – здесь так много зданий…
Мы осматриваемся. Итан впечатлен не меньше меня. Я не стремлюсь к одиночеству, а этот парень кажется мне дружелюбным, поэтому соглашаюсь. Хорошая возможность завести друга.
Записав номер, замечаю, что мама дает Питу свой, и при этом стоят они довольно близко. Сердце пронзает боль, тяжело видеть, что она интересуется другим мужчиной. Но от того, что мне это не нравится, ничего не изменится, она имеет право поступать так, как хочет. Несмотря на неловкость, я громко покашливаю, напоминая о себе. Итан смеется. И мы расходимся.
Глава 2
Я с трудом несу чемодан, который, кажется, становится тяжелее с каждым пройденным метром. Мама следует за мной. Мне стоило послушать ее и поехать на машине. От главного входа до резиденции десять минут ходьбы. Но, если учитывать, что сегодня я ничего не ела, и невероятно душный вечер, даже такая короткая прогулка становится испытанием. Мы поворачиваем налево, следуя карте, которую я сжимаю в руке, и быстро находим нужное здание.
– Вот это! – восклицаю с облегчением.
Это новый корпус, весь фасад которого заполняют балконы. Перед ним большая парковка, на которой стоит несколько машин. В основном люксовые или спортивные, такие мне не по карману. В отличие от остальных студентов, я из скромной семьи, и все же я здесь благодаря наследству, полученному от отца, который умер год назад. Я достаю пропуск и прикладываю его к замку. Надо будет подумать, как прицепить его к ключам.
Не чувствуя сил подниматься по лестнице, жутко уставшие от того, что пришлось долго нести чемоданы, мы тащимся к лифту. Воспользовавшись минутой отдыха, отправляю сообщение Марине, моей лучшей подруге в Оушенсайде, чтобы она знала, что я в порядке.
На третьем этаже лифт открывается в широкий длинный коридор. Здесь пахнет свежей краской, а в самом конце виднеется зеленая стена. Какая красота! Двое студентов прерывают спор и кивают нам. Дверь 116 в мою квартиру – одна из последних. С облегчением от того, что наконец-то дома, я вслед за мамой ставлю чемодан на пол. Он не кажется гигантским, хотя его хватило бы и двоим людям, этим он мне нравится.
Мы входим в гостиную с белыми стенами и серой плиткой на полу. Справа перед телевизором стоит небольшой диван, я достаю пульт и нажимаю на кнопку. Йе-ес! Тут есть «Нетфликс»! Я ведь поглощаю сериалы один за другим!
– Не забывай, ты здесь, чтобы учиться, – напоминает мама, окидывая комнату взглядом.
– Знаю, мам, а еще я не слишком люблю вечеринки, так что это хорошо, будет время на сериалы.
Ладно, вернусь к этому позже, а для начала осмотрю квартиру. Кухня расположена в этой же комнате и отделена от гостиной барной стойкой и двумя стульями. Квартира, должно быть, хорошо изолирована, здесь очень тихо. Моя соседка приехала, о чем свидетельствует еще влажная посуда на сушилке. Холодильник почти пустой, зато морозилка ломится от полуфабрикатов. Кажется, мы с ней похожи: я далеко не шеф-повар, более того, ненавижу готовить.
Мама толкает прозрачную дверь, и мы оказываемся на балконе. Это совсем не похоже на нашу огромную террасу в Сан-Диего. Однако здесь все же помещаются два шезлонга и кофейный столик. Кроме того, с него открывается вид на парковку и главную подъездную дорогу – прелестно, надо сказать. Справа видны долина и знаменитый стадион, где проходят тренировки по хоккею и американскому футболу. У меня вдруг сжимает горло, на глазах выступают слезы. Отец обещал сводить меня на матч, когда мне исполнится восемнадцать, но жизнь распорядилась иначе. Прогнав грустные воспоминания, спешу вернуться в комнату. Первая дверь заперта. На ней висят плакаты рок-групп и множество билетов. Она киноманка, класс, мы с ней точно поладим! И хотя рок – это не то, что я слушаю, но в целом окей.
Продолжаю осмотр. Следующая комната довольно милая. Это спальня с анисово-зелеными стенами, двуспальной кроватью и письменным столом. Ничего лишнего, все в идеальном порядке. Напротив – очень девчачья ванная с душевой кабиной в кричаще-розовых тонах. Мама смущенно оборачивается:
– Тебе здесь будет хорошо, тут все с иголочки. Хотела бы жить в квартире вроде этой, когда была помоложе.
– Да, я в восторге. Осталось только наладить отношения с соседкой.
– Нисколько не волнуюсь об этом, дорогая. Ты такая общительная. И уже успела познакомиться с Итаном. Он кажется милым, – ласково говорит она, проводя большим пальцем по моей щеке.
Я не улыбаюсь…
– Да. Если остальные будут такими же, как он, этот учебный год станет лучшим в моей жизни.
– Я в этом не сомневаюсь. Но буду по тебе скучать.
Какое-то время мама смотрит на меня, в ее глазах блестят слезы, но, сделав глубокий вдох, она продолжает:
– Я бы осталась подольше, чтобы познакомиться с твоей соседкой, но мне нужно уложить чемодан и доски для серфинга. Если ты…
– Все хорошо, – успокаиваю я, прекрасно понимая, что расставание дается ей нелегко. – Я обо всем тебе потом расскажу. Повеселись в стране кенгуру и удачи на соревновании!
– Спасибо, дорогая.
Попрощавшись, она уходит, уходит, пока не заплакала, уходит, оставив меня встречать новую взрослую жизнь в одиночестве. Странно, но после напряженных часов вдруг наступает облегчение, и я чувствую себя хорошо. Измотанной, но на душе у меня спокойно. Ну, здравствуй, самостоятельность!
Выйдя из душа и надев узкие джинсы и топ, открываю чемодан и начинаю складывать вещи в шкаф. Ставлю на стол свечу, которую купила перед отъездом. Устроившись на новой кровати, я впервые за долгое время быстро засыпаю. А просыпаюсь от того, что на прикроватной тумбочке вибрирует телефон. Два сообщения. Первое – от Марины:
«Повеселись там! Буду скучать по тебе, Кассита».
«И я буду».
Сдерживая накатившие чувства, открываю второе сообщение:
«Перекусим? Тут кафешка в западном крыле. Итан».
Девять вечера, я спала три часа.
«С удовольствием, умираю от голода! Скоро буду».
Хватаю карту, сумку и джемпер и уже собираюсь выходить, когда входная дверь открывается, и на пороге появляется высокая брюнетка на вид чуть старше меня. Она смахивает с лица бирюзовую прядь. А заметив меня, широко улыбается. У нее тонкие черты лица, и вообще похожа на девушек из модных журналов.
– Эй, привет! Я Джойс.
Когда она заправляет сине-зеленую прядь за ухо, я замечаю маленький бриллиант, сверкающий сбоку у нее на носу.
– Приятно познакомиться, я Кэсси, – говорю, ставя сумку у двери.
– Так ты первокурсница! Ты со мной не соскучишься. Когда приехала?
– Днем.
Она вешает куртку в шкаф, где на полках стоит порядочное количество сапог и туфель. У меня только одни туфли на каблуках, которые я надеваю по особым случаям. Правда, ноги от них потом ужасно болят. Джойс, кажется, ничего. Мне нравится ее стиль: женственный, с нотками рока. Совсем не похоже на мой: джинсы и конверсы, легкое платье и шлепанцы.
– Ну как квартира? – спрашивает она, улыбаясь.
– Да, очень милая.
Продолжая говорить, она шагает в сторону кухни. Я иду следом.
– Добро пожаловать в Стэнфорд. Преимущество частного дорогого университета в том, что ремонт делают каждый год. Мы тут не киснем!
– А что ты изучаешь? – спрашиваю с любопытством.
– Моду. Я бы хотела стать стилистом, моя мечта – работать на крупного модельера, сделать карьеру в Париже.
– Здорово! Когда у тебя начинается учеба?
– Уже началась, на прошлой неделе. Старшие курсы должны бы начинать позже младших, не думаешь? А ты из Сан-Диего? Тут все по-другому, море далеко.
– Да, точнее, из Оушенсайда.
– А, так это же рай для серферов!
Отвечаю коротким кивком:
– Я собиралась разогреть лазанью, не хочешь, Кэсси? – спрашивает она, открывая холодильник.
– Спасибо за заботу, но сегодня вечером я договорилась с приятелем. Извини, не думала, что ты вернешься.
– Не волнуйся, пообедать вместе еще успеем, все равно я уже ухожу. – Она мне нравится: улыбка почти не сходит у нее с лица.
В кармане у меня жужжит телефон, напоминая, что Итан, должно быть, ждет. Отвечаю на звонок.
– Кэсси, ты не заблудилась?
– Нет, подхожу.
Попрощавшись с Джойс, спешу в кафе. На улице студенты собираются в небольшие группы. Кажется, у всех здесь есть друзья, поэтому я рада, что встретила еще одного одиночку.
Глава 3
Одиннадцать. после приятного вечера с Итаном я возвращаюсь к себе. Во время ужина узнала, что его родители в разводе и что он, как и я, единственный ребенок. Он из Родриго-Бей, городка недалеко от Оушенсайда, он знал о случившемся с моим отцом и избегал этой темы, что очень меня тронуло. Спасибо, Итан.
Я легко нахожу дорогу обратно, она ведет прямо к апартаментам. Погода приятная – градусов двадцать – и, главное, нет промозглого ветра, как на побережье. Листья пальм даже не колышутся. Чем ближе к дому, тем отчетливее до меня доносится приглушенный рокот. Шум моторов. Так поздно? Ах да, это же Стэнфорд.
Иду дальше и вскоре оказываюсь в эпицентре шума. Под окнами моего корпуса. С десяток байкеров. И кажется, здесь собрался весь университетский городок, студенты по обеим сторонам аллеи восторженно встречают рев мотоциклов, подбивая ездоков вставать на заднее колесо и вертеться вокруг своей оси, оставляя белый дым и резкий запах шин. Что это? Какое-то безумное родео?
Да они чокнутые! Оказавшись в центре толпы, я пытаюсь пробиться сквозь нее и замираю, когда девушка рядом со мной начинает кричать. Бедные мои барабанные перепонки! Стою как завороженная. На аллею на заднем колесе спортивного мотоцикла въезжает высокий светловолосый парень. За ним следует черно-красный разрисованный мотоцикл, но рисунок мне отсюда не разглядеть. Байкер на нем оборачивается и пару раз поддает газу. Мотоцикл адски ревет. На парне шлем, к счастью для него. Но он выглядит более чокнутым, чем первый, хотя тот вовсе без шлема. Его коленкам, торчащим из рваных джинсов, не поздоровится, упади он. Развязанные шнурки так и норовят застрять в цепи. Больной.
Байк встает на дыбы. На ходу парень убирает руки с руля и скрещивает их на груди, затем опускает мотоцикл. И снова встает на заднее колесо – ковбой: одна нога на краю седла, другая висит в воздухе. Все это под аплодисменты и крики зрителей. Он тормозит. Шина свистит по асфальту, рука до упора проворачивает ручку, пока не раздается оглушительный рык. Парень снова мчит, то сидя, то стоя, дергая мотоцикл то вправо, то влево, как марионетку. Будто это не металлический конь, а легкое перышко. Кажется, он может делать с ним что угодно. Отпад!
Народ расходится, освобождая ему дорогу. Быстрый толчок ногами – и он стоит на седле. Два коротких шага – и он стоит на руле, поравнявшись с толпой. Зажмуриваюсь, закрываю лицо руками, сердце бьется со скоростью тысяча миль в час. Безумие.
Рядом со мной рыжая девушка с длинными вьющимися волосами указывает на одного из байкеров:
– Впечатляет, а?
Мягко сказано.
– Да. Твои знакомые?
– Я встречаюсь с одним из них, у него мотик сзади зеленый.
Смотрю на этого парня. В самой гуще дикого механического спектакля он скрючился у мотоцикла, осматривая механизм. Это шоу посреди университетского кампуса – сюр какой-то, но клево.
Девушка продолжает, указывая на черно-красный мотоцикл, остановившийся в нескольких метрах от нас:
– Не стой! Лучше иди, дальше не для слабонервных. Сейчас он зарядит по полной!
Я хмурюсь:
– Что ты имеешь в виду?
Парень в потертых джинсах слезает с мотоцикла, берет металлическую канистру и заливает бензин в бак.
– Только разминка. А вот сейчас будет! – говорит она, возбужденно подпрыгивая.
– Да ладно тебе! – недоверчиво говорю я.
Но она не слышит, торопясь к своему молодому человеку. Парень на черно-красном мотоцикле садится спиной к рулю, поднимает заднее колесо и разгоняется, проносясь мимо собравшихся. Да, она права, лучше мне уйти. Это уже слишком. Локтями прокладываю себе дорогу. Сколько еще это шоу будет продолжаться? Окно моей спальни выходит прямо сюда. Что ж, первая ночь обещает быть непростой.
* * *В семь звенит будильник. Мне приснился кошмар, а еще под окном полночи рычали мотоциклы. На память о бессонной ночи у меня темные круги под глазами. Сегодня моим лучшим другом станет консилер. Выходя из душа, вижу соседку: она уже оделась и готовит завтрак. Пахнет тостами.
– Привет! Ну что, готова к первому дню? Я приготовила тосты, поешь или по кофе?
Как ей удалось встать так рано? Я слышала, как она вернулась около четырех утра, когда меня разбудил кошмар. Сажусь на стул у стойки, лицом к ней, и широко зеваю. Передо мной масло, джем и кленовый сироп.
– Спасибо, Джойс, съем сэндвич. Хорошо спала?
– Как младенец, – отвечает она, наливая себе чашку кофе. – Я третий год здесь, и это место для меня как второй дом. Мешали мотоциклы, да?
– Да, вроде того… И так всегда?
– Не, не волнуйся, но иногда бывает.
– Опасное представление.
– За них не переживай, они профи. Твое первое стантрайдинг-шоу?[1] Ну и как?
«Стант». Я видела такое по телеку, но не знала, что это так называется. Байкеры выполняют один сумасшедший трюк за другим. Красиво, что уж, но все равно жутко.
– Увидела по пути домой, вот и все, – объясняю я, качая головой. – И никто не жалуется? Здесь нет охраны?
Джойс поджимает губы:
– Нет, полная свобода. Рядом с общежитием есть пункт охраны, но никто не станет жаловаться. На самом деле лучше не жаловаться… Конечно, декан ничего об этом не знает.
– Почему? – спрашиваю, нахмурившись.
Она закатывает глаза:
– Потому что запрещено, естественно.
– Это я поняла. Но почему не пожаловаться?
– Это вроде обычая. Три года терплю их глупости… Так уж сложилось. А еще они немного двинутые, никто не рискнет с ними ссориться, их уважают.
– Понятно… – говорю, кусая сэндвич с маслом.
– Добро пожаловать в сумасшедший дом! – восклицает она.
Увидев мое испуганное лицо, она смеется так, что едва не давится кофе. Но мне не весело, и она снова становится серьезной.
– Нет, но есть и нормальные люди. Взять, к примеру, меня! Окей… Хватит шуток, не слишком нервничаешь? – спрашивает она, меняя тему, и хрустит тостом.
– Да я в полном порядке.
Она косо смотрит на меня, перестав жевать.
– Не похоже, – хихикает Джойс.
Она пытается найти на моем лице улыбку. Тщетно.
– Не подумай ничего. Я всем довольна, просто не могу это показать. Вот и все.
– Окей! У каждого свои секреты. Не волнуйся, я не обижаюсь, – сочувственно говорит она.
– Спасибо.
– У тебя сегодня первый день, я бы тебя проводила, но у меня очень важная встреча, – признается она.
– Очень мило с твоей стороны, но, думаю, я справлюсь.
Покончив с завтраком, обещаю, что следующий за мной. Я не великий кулинар, но, если хочу поладить с соседкой, надо разделить обязанности. Мы решаем, что за покупками тоже будем ходить по очереди – раз в две недели. Как и прибираться.
* * *Не жалею, что надела конверсы, потому что уже четверть часа ищу научный корпус. Я вышла заранее, но такими темпами точно опоздаю. Дважды проверила сумку и все равно забыла карту! Книги в сумке, кажется, становятся все тяжелее, часть из них приходится нести в руках.
Время идет. Либо я найду аудиторию, либо приду в числе последних. Вот дерьмо! Жаль, что у нас с Итаном разные пары, вдвоем все-таки проще. Ладно, вокруг полно народу, выкручусь. Замечаю невысокого рыжеволосого парня в очках, но он выглядит таким же потерянным, как и я. А вот две девушки в мини-юбках, на их топиках красуется герб университета. Они смеются и непринужденно болтают, наверняка они все тут знают. Подойду к ним.
– Извините, не подскажите, где найти корпус С?
У девушек длинные прямые волосы, калифорнийский блонд, впечатляющий слой макияжа. Перед тем как ответить, они оценивающе присматриваются ко мне:
– Ага, знаем. – И возвращаются к разговору, будто меня здесь нет.
Смелее, Кэсси, смелее. Уверенно переспрашиваю: