- -
- 100%
- +
«Этот страх безпримерный в башке суеверной…»
Этот страх безпримерный в башке суеверной,твоей умной, дурной, переменчивой, верной, —жадный опыт боязни, тоски, отторженья,я лечил бы одним – чудом изнеможенья.Потому что за ним – проступает дорога,на которой уста произносят два слога,два почти невесомых, протяжных, похожих,остающихся, льнущих, ничуть не прохожих.О, я помню: боящийся – несовершененв смелом деле прицельной стрельбы по мишеням.О, я знаю, что дверь отворяет отвага,и летает безкрылая белка-летяга.Плоть поможет? Положим, и плоть нам поможет:ужас прежний – на ноль, побеждая, помножит,чтоб отринуть навек злой навет сопромата.Сочлененье и тренье – завет, не расплата.Плоть – сквозь плен осязанья и слуха —прозревая, восходит к подножию духа,тех прославив, кто в боязной жизни прощальнойльды расплавил телесною лампой паяльной.24–27.11.05 г., 8.10.06 г.«Старое норовит потереться о молодое…»
Старое норовит потереться о молодое.О, молодое, касайся старого осторожно!Жадною, козлиной оно трясёт бородою,кровью пьянящей кормится непреложно.Ты, молодое, ищи своё, молодое,быстрою ножкой бей и крутись юлою.И на поляне громкой толкись ордою,сук под собою – злою пили пилою.Старое, ты сопи в уголочке тихо,молча глазей на ска́чки, сиди, не ёрзай.Не поминай, не мани, пробуждая, лихо,гомон хмельной вмещай головой тверёзой.Станешь и ты, молодое, таким когда-то.Вишь, молодое, как старое сухо дышит.Челюсть лежит в стакане, а в ухе – вата.Выцветшими цветами платочек вышит.…Любо глядеть – младым молодое пышет.Любо не знать, что завтра оплаты дата.28 января 2008 г.Баллада об одной любви
У чо́рной ограды он встанет на Страшном суде —из гроба под тополем серым – на белом ветру,и снег, незаметный на белой его бороде,взойдёт по лицу, улетая куда-то в дыру.И спросит Господь, разминая сухую ладонь,как будто не зная, сощурившись, трогая бровь:«Что значит в груди твоей, грешник, горящий огонь?»И скажет он Господу: «Господи, это – любовь».«Любовь, говоришь… Но она не любила тебя,и с тем отправляется ныне из царства тенейпод новое небо, – заметит Господь, теребяна тополе ветку, – и ты не увидишься с ней».«Ну что ж, это новость. – промолвит представший. – Ну что ж.Но хватит вполне и того, что сокрыто внутри.Мой Боже, Господь мой, итожа, скорее итожь.Где дверь, что назначена мне? Я иду. Отвори».И ступит – не горбясь, собой зачеркнув окоём, —по новой земле, распростёртой под снегом и без.А та, о которой сказали, останется в нём —как вжитый в ключицу титановый штифт-саморез.2006 г.«Сугдея, Солдайя иль Сурож…»
Сугдея, Солдайя иль Сурож…А ты говоришь мне: «Судак».Какая ж ты всё-таки дура ж! —слова не запомнишь никак.Они тебе точно – до фени,а мне же всё грезится весьв огне преподобный Парфений,сожжённый татарами здесьза то, что не дал им берёзывалить в монастырском лесу.Столетье – стоянье сквозь слёзы.А я эту ношу – несу.Теперь они памятник ставяттем самым убийцам троим,где факелом высился старец,а после – истаял, как дым.Ах, кореш, ну что ж ты всё куришьи куришь – ни слова в ответ.…Антоний, скажи им про Сурож,а то у них памяти нет.30 января 2005 г.Возвращение собаки
Собака уходит… Тогда звёздный час настаётнаглеющих соек, ворон, голубей-идиотов;и всё, что зима оставляет от пёсьих щедрот,становится кормом для них, мельтешащих проглотов.Во фраке сорока и мелкая подлая птичьу снеди никчёмной снуют, забываясь до дури,покуда собака зевает и дремлет, как сыч,иль самозабвеннейше блох изгрызает на шкуре.Но вспомнив как будто и ухом пухнастым дрогнув,зверюга мохнатую голову вдруг поднимает,и каждый, кто прыгал вкруг плошки, разинувши клюв,похоже, что общий расклад наконец понимает.И всякий свистун тарахтит, и звенит, и пищит,и с ужасом прежним большое движение слышит.И, вспрыгнув на ветку, трещотка трещотке трещит:«Она возвращается! Вон она! Вот она – дышит!»15 января 2006 г.Вход Господень в Иерусалим
Песня
Ю. Г. Милославскому
«Ай, пойду я вайю заломати!Ай, пойду я, выйду я за тын!»«Это Кто там едет на осляти —от ворот Овечьих к Золотым?Чей Он, Галилеянин пригожий?Загляни скорей в Его глаза!Отчего, скажи-ка мне, прохожий,вербная качается лоза?»«Иисус, рождённый в Назарете, —вот он, под горою Елеон!Оттого с вербо́ю пляшут дети,громкою гурьбой взбежав на склон…Оттого и слышится: «Осанна!»,оттого иссякли хмурь и хмарь,что теперь у месяца нисана —молодой и всепобедный Царь!Радуйся Пришедшему для Славы,даже если не вместишь всего!Это жертва любящего Аввы:Он прислал к нам Сына Своего!Оттого и машут, уповая,доставая до Святого лбасеребром согласным, – пальма-вайяи сестра ей верная, верба́.12–15 апреля 2006 г. от Р. Х.Русалим
Песенка калики
солью солнечной солим побреду я в Русалимгде ходили до Креста ножки бо́сые Христагде скорбела под Крестом Матерь Божья над Христомгде рыдал у Божьих ран златокудрый Иоаннгде в тиши своих палат руки умывал Пилатгде туманистую рань серебрила Гефсиманьгде сердечко до утра трижды стало у Петрагде Иуда в страшный час подавился тридцать раза Евангелия свет льётся к нам две тыщи летда сияет в Небесех – жизни вечной хлеб для всехсветел город Русалим Гроб Господень живый с нимбудет там и для меня Благодатного огня17 апреля 2009 г.,Страстная пятница«Толкнёшь языком и губами праправдашний некий…»
(Иосиф Отузский)Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
1
Гюйс – здесь: большой воротник (с тремя белыми полосками) на форменке – матросской верхней суконной или полотняной рубахе.
2
Имеется в виду Государь Император Александр III Александрович, скончавшийся 20 октября 1894 г. в Ливадийском дворце; знаменитый протоиерей Иоанн Ильич Сергиев (Иоанн Кронштадтский) специально прибыл к больному Императору из Санкт-Петербурга.