- -
- 100%
- +
Мужчины столпились в узком коридоре, ведущем к складским отсекам. На мужественных лицах застыла разной степени озабоченность и напряженная работа мысли. Хотя, откровения ради, насчет наличия последней я бы ух как еще поспорила! Разве-ж это мысли? Так, скудная активность нейронов. Некоторые примитивнейшие организмы такими тоже могут похвастаться. Потому как ну о каких мыслях может идти речь, если двадцать двухметровых мужиков неуверенно топчутся, усиленно прислушиваясь к тихому гулу, текущему внутри карбоновых перегородок корабля? С умным видам стучат костяшками пальцев по стенам. А кое-кто даже специально захваченным для этого молотком! И при этом ни один из них не захватил с собой банальный сканер или, на худой конец, тепловизор!
- Я так понимаю, сканер взять с собой никто не додумался?- наконец, видимо вторя моим рассуждениям, задумчиво уточнил статный красавец, чья литая грудь особенно эффектно блестела, стянутая стальным латексом военной космической формы и двумя полосами капитанской нашивки. Уж слово « сканер» и вопросительную интонацию я, почти точно, оценила правильно.
- Прошу прощения, капитан,- слегка покраснел двухметровый детина с рыжей бородкой, удрученно потирая пятерней свою мощную шею- Виноват.
- Так, капитан, может ее тут и вообще нет?- угрюмо буркнул коротко-стриженный атлет, чей правый рукав был весьма красноречиво украшен нашивкой службы внутренней безопасности.
Двадцать бравых парней синхронно подняли головы к потолку и создали выжидательную тишину.
- Хииии-хи-хи! Уи-иии-и-и! Хи-хи-хи… хи… хрю… ой…- выдала им тишина откуда-то из-под потолка и прошуршала чем-то в сторону продуктового склада, отчаянно матерясь на незнакомом языке.
- Она здесь,- весьма уверенно кивнул капитан, с видом удручённого разочарования осмотрев свою команду.
- Здесь,- угрюмо согласился безопасник- Хотя… может это не она?
Команда удивленно посмотрела на говорливого специалиста. В глазах товарищей по несчастью он легко читал в тот момент и шок, и удивление, и обреченность провидцев скорого конца света.
Зато в глазах капитана отчего-то светилась нежная обеспокоенность радеющего за здоровье своего любимого чада родителя:
- Лейтенант Со-Лер, ты… идиот?- с надеждой уточнил он.
- Я? Ну... Никак нет, капитан!- браво отрапортовал бледный в синеву лейтенант.
- Тогда какого ширма ты мне сейчас заявляешь, что, возможно, мимо вашей гребаной службы безопасности на моем корабле завелась еще одна безбилетная тварь?!- неожиданно теряя ледяное спокойствие, рявкнул капитан, к ужасу подчиненных допуская хаотичное скольжение синих неоновых линий по словно высеченному из гранита лицу, резким движением руки припирая хрипло свистящего безопасника к стене за горло- Что это за безопасность такая, я тебя спрашиваю?! И сколько еще неучтенных пассажиров я вожу на военном пограничном корвете?!
- Со-Тан, отпусти парнишку,- скучающе- холодным голосом проговорил вдруг появляющийся из-за поворота мужчина, едва ли уступающий и по росту, и по ширине размашистых плеч отчаянно пытающемуся укротить собственную ярость капитану- Это не его вина.
- Правильно, майор Со-Рен,- прошипел тот, так и не отводя сияющего синим светом взгляд от парализованного страхом солдата- Это твоя вина. Твоя и твоего халатного отношения к собственным должностным обязанностям Начальника Службы Внутренней Безопасности. Так сколько же еще безбилетников на «Судьбе»?
- Ни… ни одного, капитан!- отчаянно выдыхая остатки воздуха, прохрипел Со-Лер, не смея расслабить замершее по стойке смирно в полуметре от пола тело.
- Кретин!- отпуская закашлявшегося солдата, просвистел сквозь зубы капитан и, силясь успокоиться, медленно выдохнул, чуть прикрывая глаза. Неоновые линии слабо мерцали, неохотно угасая на его коже. Черты лица смягчились, демонстрируя переход организма из боевой формы в бытовую.
- Согласен, капитан,- не сводя с начальника внимательного взгляда, кивнул майор, мельком удостоверяясь, что помимо очевидного шока его подчиненный не понес более никаких последствий,- Исправлюсь.
- Даю вам всем сутки. Это понятно? Стандартные галактические сутки. И по истечении этого времени я хочу видеть перед собой не просто очередной тупой отчет и пространственные рассуждения на заданную тему. Я хочу видеть перед собой эту наглую тварь. Живой или мертвой. Можно по кускам. Все ясно?
- Так точно, капитан!- хором рявкнула команда, щелкая каблуками и вытягиваясь по струнке.
- Тогда какого ширма вы все еще здесь?!- снова почти выходя из себя рявкнул мужчина- Выполнять! И ДОСТАНЬТЕ МНЕ ЭТУ МЫШЬ!
Вот, мои котики, мы и начинаем новую историю!) Мы с Музом надеемся на ваше неослабевающее внимание, кучу комментариев и, конечно, звездочки! От всех этих факторов, как обычно, зависит и скорость выкладки, и переход ( или не переход) книги на подписку) Чем-то же автор должен кормить Муза? Нет много комментов и звездочек- значит подпиской пусть питается))
Всех лю! Ваша М-М.
Глава 1
За пару недель до этого…
- Соня! Перестань же! Не тяни меня!- как обычно капризничала красавица, грациозно отбрасывая за плечо тяжелую волну карминно- розовых волос и возмущенно шевеля полупрозрачными зелеными антеннками на своей макушке.
- Зи, прекрати саботировать подписание договора!- возмущалась в ответ я, цепкой хваткой обхватывая тонкое запястье с жемчужно-мерцающей кожей и упираясь в пол ногами, в тщетной попытке сдвинуть с места тонкую, словно звенящая струна фигурку упрямой ольктовианки- И не надо на меня обижено дуть губки и хлопать своими фиолетовыми ресницами! Я знаю тебя, как облупленную! Сейчас же встала и пошла на пресс-конференцию!
- Ты мне друг или враг?- показательно выпятила вышеупомянутые губы девушка, нещадно слизывая своим раздвоенным язычком только что нанесенную на них перламутрово-белую помаду.
- Я тебе личный ассистент с функциями персональной помощницы!- не позволила собой манипулировать я- Поэтому либо ты прямо сейчас поднимаешь свою попу с пуфика и идешь на эту встречу, либо я увольняюсь!
- Что?!- ахнула красотка, меняя цвет жемчужных щечек на оттенок голубого- Ты… да ты… да ты постоянно мне угрожаешь своим увольнением! Это жалко и глупо, Соня! Потому что лучше чем у меня тебе нигде не будет! Да! Вот так!
- Конечно,- согласилась я, радостно одергивая на поднявшейся-таки с места розововолосой куколке ее белоснежный пиджачок и проверяя коннект скрытого наушника в заостренном ушке со своим портативным наручным коммуникатором- Больше тебе скажу: меня везде будут обижать. Не дадут мне такой шикарный соц пакет, снизят зарплату до минимума. Возможно, будут морить голодом.
- Ты сейчас специально все это говоришь,- всхлипнула ольктовианка, недоверчиво глядя на меня- Чтобы меня позлить. И чтобы мне стало стыдно.
- Первое- точно нет,- не отвлекаясь от проверки и быстро пробегаясь глазами по планшету, где как раз было открыто соглашение с Ти-Ре-Холдингом, ответила я- Когда ты злишься, то на голографиях твое лицо становится чрезмерно напряженным. Это снижает процент доверия и ведет к падению акций медийной группы. Только котировки драгоценной руды от этого растут. Но кривая их прибыли нас в этот квартал и без того устраивает. Так что- в этом месяце точно нет. На твою злость у меня причин не наблюдается. А вот второе- смею надеяться, что тебя коснется. Потому что если тебе станет стыдно, то, возможно, ты вспомнишь, что за все твои маленькие капризы твой папочка взыскивает непосредственно с меня.
- Я сто раз говорила ему, что это несправедливо,- буркнула Зи, уже вполне по деловому осматривая себя в зеркало и примеряя одну за одной свои профессиональные улыбки- Да, вот так, пожалуй…
- Я знала, на что иду,- безразлично пожала я плечами- Это было в моем трудовом контракте.
- Все равно, с его стороны это низко,- возмущенно дернула антеннами красотка.
- С его стороны это единственная возможность хоть как-то влиять на тебя и заставлять тебя заниматься семейным бизнесом, вместо того чтобы выходить замуж на задворках вселенной и влипать в очередные шокирующие истории- весомо аргументировала я.
- Ой, нашла что вспомнить,- недовольно поморщилась начальница и, обреченно вздохнув, направилась к выходу из номера- Проводишь?
- Само собой! И, Зи, внимательно слушай меня в ухе. Договорились? Очень внимательно. Реггийский диалект сложен построением фраз. А на ходу переформулировать предложение я вряд ли успею. Так что сосредоточься.
- Само собой,- кивнула девушка, передразнивая меня- Знак к согласию как обычно?
- Да. И к отказу от соглашения тоже. Постараюсь быть в зоне видимости.
- Правки и дополнительное соглашение?
- Буду править в режиме переговоров. Нам главное изначально понять, стоит ли их предложение своих денег. В проекте договора все уж больно красиво. Я жду последних комментариев юристов о нюансах взаимодействия. Так что улыбаемся на камеру, тянем время и никаких конкретных ответов. После пресс-конференции вы удалитесь в отдельный кабинет для подписания. Надеюсь, меня туда пустят, как твоего личного помощника. Но если нет…
- Выкручиваюсь сама с учетом полученного от тебя одобрения или отказа от сделки,- понимающе кивнула Зи- Как обычно, Сонь. Ничего нового!
- Точно. Готова?- и я нажала боковую кнопку коммуникатора, давая старт охране- Зи выходит.
Холл пентхауса, занятого нами, почти сразу наполнился серьезными ребятами, тщательно следящими за любым движением периметра. Без проблем преодолели мы и пару коридоров на этаже, на котором для пресс-конференции был выделен целый зал. Не доставили проблем даже аккредитованные для конференции журналисты, вопреки моим опасениям тщательно следовавшие заявленным накануне пресс-релизам и не выходящие за рамки оговоренных тем и вопросов.
И все-таки что-то меня напрягало. А своей интуиции в рабочих вопросах я привыкла всецело доверять.
Еще бы! Ведь именно интуиция в свое время заставила меня отказаться от гранта на второе высшее образование, полученного в самый престижный Университет Земли и, вопреки истерике матери, подать табель со своими максимальными балами в базу экспериментальной группы по обмену студентами между Академиями Межгалактического Союза.
- Ты что творишь?!- рыдала мама, пока я наскоро собирала дорожную сумку, обязанную не превышать размеры стандартной ручной клади- Куда ты собралась? София, я тебе говорю! Прекрати это все немедленно!
- Что я должна прекратить?- всплеснув руками, уселась на кровать я- Мам, неужели ты не понимаешь? Ну что я буду делать в этом привилегированном Университете? С моим дипломом с отличием по редким диалектам отдаленных планет? Среди золотой молодежи, проплавившей свои места с папочкиной кредитки, и не открывшей за свою жизнь ни одной книги? Я буду изгоем! Вряд ли мне даже дадут там доучиться. Профессора старательно завалят меня на первой же сессии!
- Не говори глупостей! Это шикарное учебное заведение. Я так гордилась, когда ты получила грант на второе высшее…
- Так что тебе мешает гордиться мной теперь?- воскликнула я- Мам, я же попаду на другую планету! Этот диплом будет куда престижнее, наконец.
- Если ты его получишь!- припечатала родительница- То есть туманной угрозы стать изгоем в нормальном ВУЗе ты боишься, а того, что ты им однозначно будешь там- нет?!
- Это другое,- упрямо буркнула я, поджимай губы и не имея никаких аргументов.
Что я могла сказать, если мама однозначно была права? В Межгалактическом Союзе иметь статус землянина было, как минимум, напряжно.
…
Как бы не кичилось Объединенное Земное Правительство достигнутым принятием в МС, как бы не тешило себя надеждой на равноправное членство и равносторонние соглашения- факт был удручающим. Ни одна цивилизованная планета союза не считала Землю равной. Да и цивилизованной, если уж на то пошло.
Шагнувший далеко вперед технологический прогресс последних десятилетий, научные прорывы и изыскания- все меркло перед клеймом, полученным планетой в момент первого контакта. «Агрессивная, склонная к неоправданному насилию над себе подобными раса. Допустившая и спровоцировавшая несколько техногенных катастроф на собственной планете…»- именно этими словами до сих пор начиналось описание землян в Межмировой Энциклопедии. Собственно, никто и не озадачивался внесением изменений в ее данные.
Была бы воля МС, они бы просто проигнорировали наличие разумной жизни на Земле и продолжали существовать без общения с нами. Но, волей случая, новейшая «кротовая нора», позволявшая скостить пару сотен световых лет до другой галактики, открылась именно на Млечном пути.
Дальше делать вид, что вокруг агрессивной планеты нет разумной жизни оказалось просто не возможно. При всей своей «отсталости» и «неразвитости» земляне напрочь отказались верить, что многочисленные торговые суда, научные катера и туристические крейсеры, то и дело возникающие на видимом космическом поле близ планеты, являются лишь плодом их воображения. Не помогли ни новые круги на полях, ни письмена на пирамидах. Старые методы просто не работали в век, когда у каждого школьника под рукой был свой цифровой телескоп, макро-камера на смартфоне и доступ во всемирную сеть.
Пришлось Межгалактическому Союзу обиженно заявлять, что они сами к нам спешили. А потом, так же спешно придумывать свод необходимых правил для вступления землян в ближний контакт первого типа, с робкой надеждой, что озвученные требования как можно дольше будут невыполнимы для вечно враждующих между собой земных государств.
Однако, тут произошло совершенно немыслимое: получив перед собой перспективу космического рынка и внеземных технологий, главы государств за месяц умудрились согласовать состав нового Объединенного Земного Правительства, разработать и утвердить новую Конституцию. И даже выбрать Единый Планетарный язык, для внесения его в общий реестр МС.
Тридцать дней спустя после первого контакта, обескураженная комиссия от Межгалактического Союза уже испуганно любовалась флагом ОЗП, денежной единицей Единой Внутриземной Ходовой валюты (позже в народе прозванной ЕВнуХой) и даже, обескураженно подпевала наскоро наклепанному Земному Гимну, воспевающему красоту голубой планеты и радость ее жителей от состоявшегося дружеского контакта.
А дальше -больше. Оглушенные нахрапом и земным энтузиазмом, МС сами не заметили, как Земля оказалась принята и в Торговый союз, и в туристический. Получила статус «Особо охраняемой планеты с исчезающими редкими эндемами» в Межгалактическом Фонде Природы, вместе с соответствующими дотациями. Присосалась к Фонду Развития, Фонду Помощи Нецивилизованным Планетам ( сами нас так назвали, нечего теперь жадничать!) и, одновременно, почему-то, Фонду Планет с Древнейшими Цивилизациями.
Год спустя Земля и сама создала несколько Фондов, по странному стечению обстоятельств работающих исключительно на помощь и поддержание ее же самой. На что, кстати, тоже запросила финансовую поддержку у МС и реструктуризацию ранее полученного долга на вхождение планеты в состав Содружества. С последующим упразднением долга, соотвественно. По причине необходимости гуманитарной помощи малым народам Анд и спасению краснокнижных мамонтов. К слову, к моменту приезда проверки, они все равно вымерли. Причем, и те и другие. И Земле выплатили репарацию за полученную невосполнимую потерю генофонда в связи с несвоевременно оказанной помощью.
В общем, Землю в Союзе недолюбливали. Землян презирали и побаивались, уверенные в неуравновешенности их нрава и повальной склонности и необоснованной агрессии. Частично, все это подпитывалось так же многочисленными выходками отпрысков элиты нашей планеты, естественно, одними из первых получившими возможность побывать в гостях. Сами понимаете, не самые лучшие представители нашей расы создавали мнение обо всех землянах. Но первое впечатление на то и первое, что изменить его нельзя.
Нас неохотно допускали к бизнесу, не брали на высокооплачиваемую работу в крупные организации. Отказывали в местах на учебу и стажировку.
И вот мне повезло!
Уставшее от постоянного ущемления прав своих граждан правительство Земли на очередном саммите остро подняло вопрос расовой дискриминации. И практически обязало МС либо признать факт нетерпимости по расовому признаку (и, само собой, выплатить очередную баснословную репарацию Земле), либо как-то кардинально решить вопрос, всячески продемонстрировав лояльное и благожелательное отношение к нам.
На репарации члены содружества, подумав, скидываться отказались. На части планет и так уже назревали бунты от постоянного спонсирования никому не нужной, а частью даже и не известной планеты. Особенно, со столь сомнительной репутацией. Поэтому, разом погрустневшее правительство землян получило целую кучу интересных проектов, направленных на взаиморазвитие и дружеское общение, вместо ожидаемых отступных в особо крупных размерах. Чем пришлось и удовлетвориться, хоть и с трудом.
Именно в рамках одного из таких проектов землянам, имеющим высокие баллы выпускных тестов Высших Учебных Заведений и прошедших проверку политической лояльности, разрешалось подать заявку на обучение в Академиях Союза.
Плюс в том, что это была моя мечта, и она вот-вот грозилась исполниться!
Минус: в рамках программы выбрать Академию было невозможно. Студенты зачислялись рандомно, по наличию заявок и вакантных мест.
Собственно, именно так я оказалась в Академии Торгово-Экономических Связей на планете Ольктэ.
И тут реальность, наконец, накрыла меня с головой.
Все дипломатичные и мягкие экивоки вокруг отношения к землянам оказались не более, чем попыткой смягчить эту самую суровую реальность.
Нас презирали. Нас избегали. Нас ненавидели.
Винили во всем, в чем было можно: в экономическом кризисе, в энергетическом коллапсе, в повышении цен на Реггийские кутаны (а я ведь даже не знала, что это!).
Нападки, откровенное игнорирование, повальный буллинг. И невыносимый темп, заданный моим личным, назначенным куратором по профильным дисциплинам!
Два часа сна в долгие сорокачасовые ольктовианские сутки уже скоро казались настоящим подарком. Назначенные мне в обязательном порядке курсы сразу по пяти новым, редким языкам- чудом. Ибо на этих занятиях я, пока что, не понимала ни одного слова! А, значит, хоть на несколько часов была лишена бесконечных оскорблений.
Без сна и впроголодь ( ведь стипендия мне была положена только от родного Земного правительства и она, ожидаемо, успевала малость поистрепаться в дороге, долетая до моей карты в виде горячего привета и смешных ста ольктавианских единиц, оставшихся после многочисленных транзакций из рублей в Евнухи, а из них в местную валюту) я едва находила в себе силы доползать до выделенной мне в общежитии комнаты и отключаться на жалкие пару часов. Чтобы тут же вскакивать и до головной боли пытаться нагнать инопланетную программу, лишь по чистой случайности идущую на известном мне амирском языке планеты Ольктэ.
Жалкое везение, вызванное моим интересам к языкам других планет. Капля помощи от высших сил, дающая, однако, призрачную надежду, что я справлюсь.
Что мне оставалось, под всеобщим бесконечным гнетом презрительного ожидания моего провала? И я стала лучшей!
Программа обучения состояла из пяти курсов. К концу первого я хоть и не завела друзей, но уже не вздрагивала от летящих в мою спину гнилых инопланетных фруктов. Профессора остерегались демонстративно вызывать меня к доске, ради «показательной порки». Ибо каждый из них уже оказался интеллектуально выпорот мной. Причем тоже прилюдно. И пусть ради этих минут тщеславия и гордости я потом ловила голубых крокодилов по стенам, окончательно убитая бессонницей и нервным перенапряжением. Но со стороны преподавательского состава впервые ощутилось некое уважение и нет, не благожелательность, но признание того, что я могу по праву занимать свое место в Академии.
Тот первый год обучения во вражеском стане я закончила с отличным аттестатом и высшими баллами по тем самым пяти редчайшим языкам Содружества, к удивлению комиссии защитив курсовой диплом на свободном Силанийском. И даже ответив на вполне сносном Сиктонском на дополнительные вопросы члена комиссии из другой страны этой планеты.
То ли сыграло свою роль мое владение родными языками ольктовианцев, то ли заслуженная награда сделала свое дело, примирив инопланетян с моим присутствием, но второй год я начинала во вполне мирной обстановке. И, что самое восхитительное, получила местную стипендию!
Омрачало мою заслуженную победу лишь то, что лишившись статуса отщепенки я, неожиданно, лишилась и отдельной комнаты. Через неделю после начала второго курса меня вежливо попросили освободить помещение и переселиться в другое крыло.
Так и я обзавелась соседкой по комнате. А, впоследствии, моей дорогой начальницей- дочерью одного из самых влиятельных ольктовианцев северной части планеты, Зимфиэррой ЗойМинаДре.
Не сказать, чтобы мы сразу подружились.
Едва я кинула на кровать свою сумку, как напоролась на брезгливо-высокомерный взгляд совершенно нереальных светло-сиреневых глаз, опушенных фантастическими фиолетовыми ресницами.
- Оссадану…- фыркнула красотка, демонстративно отворачиваясь к окну- Оста шатор…
Я блекло усмехнулась. Конечно, за год первого курса я как-то попривыкла и к оскорблениям, и к презрению. Но с девушкой нам предстояло жить вместе. И на пустом месте позволять называть себя «нищей черной тварью» которых «понабрали из канав, полных экскрементов» было бы, наверное, лишним.
- Оссаканидни таи. Ни осто саирданэ, ( Достаток есть достоинство, а не звон единиц. Оно точно твое. Остальное- заслуга предков) - довольно холодно бросила я мудрость Сакральной Книги Севера Ольктэ и молча занялась распаковкой вещей, когда, неожиданно, поняла, что за моей спиной слишком тихо.
Я медленно повернулась, готовая к конфронтации, но вместо ожидаемой злости увидела лишь широко распахнутые в недоумении глаза и робкую улыбку, нерешительно тронувшую пухлые губки красавицы.
- Асэ? ( Что-то еще?)- напряженно уточнила я.
- Ты… говоришь на муранском?- робко уточнила она все на том же языке.
- Видимо,- пожала плечами я- Это проблема?
- Это…ох,- неожиданно всхлипнула красавица и уронила со своих ресниц молочную слезу- Я уж думала, что за всю учебу не перекинусь ни с кем и парой слов! Это было так страшно!
- Не скажи. Иногда, лучше бы все молчали,- поморщилась я- А в чем проблема? Ты настолько необщительна?
- Я просто не владею амирским,- шепотом призналась она.
- Как?- я определенно опешила- Но... Тогда зачем было поступать в Академию в Амире? На вашей Ольктэ больше пятидесяти стран, чьи Академии котируются на самом высоком уровне!
- Это… традиция,- жалко отозвалась она- Понимаешь, все члены моей семьи всегда заканчивали именно эту Академию.
- Тогда странно, что зная, что тебе предстоит ты за всю жизнь не выучила амирский!- нахмурилась я.
- Я… надеялась избежать этого позора,- горько всхлипнула собеседница.
- Почему позора?
- Потому что я угасающая ветвь семьи,- скорбным шепотом призналась она.
Я задумалась.
Ольктовианцы и правда имели некоторые нюансы. Помимо жемчужной кожи, длинного гибкого тела и розовых волос всех оттенков, от бледно-карамельного до кричащей фуксии. Помимо полупрозрачных зеленых усиков на головах, помогающих им определять эмпатические волны собеседника и быть всегда на одной волне с ними. Помимо раздвоенных язычков и ядовитых желез на клыках.
Род любого ольктовианца мог угаснуть. И это была самая горькая боль каждого из них. Без видимых причин и без научного обоснования этой проблемы, иногда в семье рождался ребенок угасающей ветви. И на этом все: больше наследников семья иметь не могла, как и сам ребенок заиметь свое потомство. Много из ольктовианцев не выдерживали этой новости и совершали массовые самоубийства всей семьей. Сходили с ума. Теряли смысл жизни.
После рождения такого малыша можно было не копить богатства, не умножать состояние. Ведь оставить все это уже было не кому. Угасающая ветвь была последней, кто мог использовать все полученное непомерным трудом предков. И для помешанных на обогащении и приумножении жителей Ольктэ не могло быть большей трагедии.