- -
- 100%
- +
— Ты следишь за мной? — спрашиваю я не веря своим ушам
— Да. Каждый день, мне нужно было убедиться в том, что ты в порядке, знаешь ли, мне не особо вериться в то, ты болела столько времени, есть что-то другое верно? Произошло что-то другое, расскажи мне — требует он хватая меня за руку
— Ничего я не обязана тебе рассказывать — говорю я отталкивая его руку — А теперь отойди — я хочу обойти его, но он ловит меня за руку притягивая к себе и впечатывает в свою машину. Моя спина грубо упирается в пассажирскую дверь и он прижимается ко мне настолько сильно, будто ещё чуть-чуть и он просто через закрытую дверь усадит меня к себе в машину.
— Не надо — рычит он мне в лицо — Не смей так говорить со мной — это меня настолько злит, что благодаря из ниоткуда взявшей силы, я отталкиваю его так сильно, что он спотыкается отходя от меня.
— Это тебе не следует так говорить со мной больной ублюдок! Только попробуй ещё раз подойти ко мне, я уже ненавижу тебя, исчезни также быстро, как и появился — я выкрикиваю ему эти слова и отвернувшись от него продолжаю свой изначальный путь — и не смей следить за мной больше и ходить за мной тоже не надо — кричу, когда слышу, как он ходит за мной.
— Нет, Кристи, стой, прости, я не этого хотел. Пожалуйста выслушай меня — я не останавливаюсь и ускоряю шаг, переходя на бег. Вильям упал на моих глазах, не думаю, что захочу его видеть больше. Его глаза были такими красными, такими страшными. Что случилось с тем Вильямом, который звонил мне по ночам, который танцевал со мной и говорил о том, как же сильно я ему нравлюсь ?
Всё как обычно, понятно как сильно он меня якобы любит. Честно говоря, я ни разу в серьёз не задумывался о том, что он любит меня по настоящему, но вот стоило Джею об этом мне признаться, как я потеряла себя. Потеряла связь с миром, только об этом и думаю в последнюю неделю. Не могу ни есть ни спать, ни о чём больше не могу сосредоточиться и я не знаю как я теперь буду смотреть ему в глаза.Что теперь между нами будет? Пока иду, несколько раз оглядываюсь назад, чтобы убедиться, что Вильям не следит за мной. Он так и не сдвинулся со своего места, но и я не стала ждать, чтобы он уезжал, я шла вперед, как он просто не исчез с поля моего зрения.
Спустя, кажется вечность, я уже стояла перед дверью Стейси, не знала как она отреагирует, но мне нужно было с ней погорить. Сказать ей о Вильяме, о Джее. Что, то она увидела, это не то что она подумала. Между мной и Джеем нет ничего. Итак, я позвонила в их дверь и мне как обычно открыла милая горничная миссис Люси.
— О, Кристи добро пожаловать! — с радостью воскликнула она видя меня. Она шире открыла дверь приглашая меня войти
— Люси, кто там? — услышала я голос Стейси
— Пришла Ваша подруга Кристи — объявила она. Некоторое время от Стейси ничего не было слышно, но затем она заявила
— Не знаю никакой Кристи, вход незнакомцам запрещён. Пусть возвращается туда, откуда пришла — я услышала как она агрессивно начала подниматься по ступенькам, а затем хлопнула своей дверью
— Но...— начала Люси, но я перебила её
— Ничего, произошло недопонимание, я поговорю с ней — я прохожу внутрь, но Люси меня окликает
— Но она сказала, чтобы...— я снова не даю ей договорить и говорю
— Не переживай, это просто Стейси, тебя никто не уволит из-за этого.
Улыбнувшись ей, я пошла по следам Стейси к ней в комнату, постучала на что получила ответ
— Здесь никого нет. — прекрасно зная, что она там, я зашла к ней в комнату.
Она сидела в своей огромной постели и подравняла пилкой ногти.
— Тебя Люси впустила? Я сказала, что вход посторонним запрещён, пожалуйста, покинь этот замок
— Стейси, пожалуйста, давай поговорим — прошу я направляясь к ней. Она не отвечает и я принимаю это как шанс мне объясниться. Я сажусь к ней в постель перед ней и говорю — Между мной и Джейкобом ничего нет, мы просто друзья, всё как обычно
—Друзья не суют язык друг другу в глотку, ясно? Если конечно вы не друзья с привилегиями.
— Боже Стейси нет, конечно же нет.
— А что тогда Кристи? Ты прекрасно знала, что у меня к Джею были чувства, что я просто с ума сходила по нём и я обижаюсь даже не на это, а на то, что ты лгала мне, говоря, что он тебе вообще не нравится. Как же Алекс? Разве не он тебе нравился? Что же случилось? Ещё и этот Вильям. Кто он? Откуда он вообще появился? Кем ты стала Кристи? С одной стороны Джей, с другой Вильям плюс ещё Алекса тоже хочешь приворожить?
— Стейси следи за языком. Ты за кого меня принимаешь? Выслушай меня сначала, потом уже выплёскивай свой яд.
— Я очень внимательно тебя слушаю, правда, мне очень интересно, как тебе удалось всех влюбить в себя. — я закрываю глаза на минуту глубоко вздыхая и собираясь с мыслями и начинаю
— Всё началось в день, когда я пришла к Джею, чтобы извиниться, там ещё ты была. В ту ночь я ночевала у него дома, в его постели — осторожно говорю я следя за её реакцией. — Тайлер и Алекс напились и пришли к Джею, и он не отпустил их в пьяном состоянии домой. Поэтому мы все остались на ночёвку у него. Тайлер спал на диване, Алекс в гостинной вроде, а я у Джея, он уступил мне свою комнату. В ту ночь, меня грызла совесть, что я сплю на мягкой кровати Джея, в то время как он спит в неудобном кресле и я написала ему, что он может лечь...со мной. Он согласился — Стейси закрывает глаза и вдыхает. — Между нами ничего не было, правда. Мы не целовались, не касались друг друга, абсолютно ничего, только, ну говорили друг с другом. Джейкоб предложил рассказать ему каким я его вижу, следовательно он сделал тоже самое, рассказывая обо мне. Было странно, потому что он говорил какие-то странные слова. Я не придавала его словам значения, но запомнила всё, о чём он говорил.
— Что он сказал?
— Сказал, что я для него особенная, что ему нравится видеть меня счастливой и делать меня счастливой. Что много для него значу — продолжаю я тихо
—Много значишь для него — повторяет она тише про себя
— Прости, что я скрывала это от тебя.
— Продолжай, я хочу знать больше
— В ту ночь, Тайлер заметил Джея входящего в комнату и выходящего утром тоже. Он подумал, что мы встречаемся, но скрываем это от него. Именно из-за этого он вёл себя так странно. В день, когда мы играли в баскетбол, Тайлер случайно зацепил меня, либо толкнул, я не совсем поняла, но я упала поранив локоть, после между ним и Джейкобом случилась ссора. Ты задолго до этого убежала, поэтому тебя не было. После, я тоже убежала и встретила мисс Мэдисон, помнишь, тем утром я опоздала и получила наказание — уборку. Так вот, как только я вошла в кабинет я заплакала, просто потому что не понимала что случилось с Тайлером. По крайней мере тогда не знала. Затем пришёл Джейкоб — на самом деле мне даже немного стыдно продолжать, ведь я была тем, кто первым полезла целоваться, но это Стейси, я могу ей рассказать, мне нужно рассказать ей это. Я слишком много чего держу в себе и мне нужно высказаться. — Стейси, в том кабинете, в тот день мы с Джейкобом поцеловались. Я его первая поцеловала, не знаю почему я так сделала. У меня нет к нему чувств, просто в тот момент, мне было так одиноко, всё так давило на меня, а он был рядом и как всегда говорил такие слова, что я просто поцеловала его. — Я поднимаю свой взгляд на неё и понимаю, что она устремилась в одну точку, она, кажется, что-то вспоминает, я продолжаю — Я сбежала с кабинета, а точнее Джейкоб ушёл первым. Я сказала, что это была ошибка и что очень жалею, кажется, я обидела его тогда, он разозлился на меня, когда я вышла на улицу, никого из вас не было. Был Рид, который сказал мне, что ты уехала с Тайлером, Алекс уехал с какой-то девушкой, а Джею я не смогла бы позвонить, чтобы меня подвёз до дома. Хотела вызвать такси, но Рид предложил меня подвезти и я согласилась. Вспоминая сейчас об этом, понимаю, что лучше бы не согласилась. Ведь тогда, я бы не познакомилась бы с Вильямом. Он подвозил меня, но по пути позвонил его брат — Вильям и сообщил,что Холли — его лошадь, чувствует себя не хорошо. Ты знала, что у них целая конюшня? Когда он это сказал, мне захотелось увидеть это. Ты ведь знаешь, как я люблю всех лошадок. Именно там я познакомилась с Вильямом. Он сказал, что влюбился в меня с первого взгляда и хочет стать мои парнем и этому подобное много чего. Он начал писать и звонить мне, появляться на учёбе, и даже как ты видела, мне пришлось и вальс с ним танцевать. Это всё подтолкнуло Джея к тому, что ты увидела тогда. — Я задерживаю дыхание, закрываю глаза и на одном дыхании говорю дальше — Он признался мне в любви, сказал, что влюблён в меня ещё с детства поцеловал меня и всё. Я ему даже не отвечала. Была просто в шоке от его слов. А дальше, ты итак знаешь. — Стейси удивлённо смотрит на меня, молчит, затем встаёт подходит к окну, долго стоит о чём-то размышляя и...начинает смеяться. Она смеётся во весь голос. Боже, ну вот и всё, она сошла с ума.
— Это всё настолько нелепо — говорит она сквозь смех. Она смеётся как сумасшедшая минут десять точно, затем подходит и плюхается рядом со мной.
— С тобой всё в порядке? — осторожно спрашиваю я.
— Со мной всё прекрасно. Чувствую себя просто...прекрасно. — она лежит скрестив руки над головой и болтая ногами — Ах ты грёбаная проказница! Обижалась на меня, хотя столько всего от меня скрывала — смеётся она толкая меня в плечо
— Ты не злишься?
— Нет, я не злюсь
— Тогда всё хорошо?
— Всё прекрасно, как и говорила.
— А как же поцелуй с Джейкобом? Ты точно не злишься? — зная её одержимость им, она должна была всё крушить тут
— Я не злюсь, потому что — она присаживается и прикусывает губы. Что-то произошло? — Ну, потому что он мне больше не нравится — на этот раз моя очередь смеяться как сумасшедшая. — Почему ты смеёшься, я правду говорю
— Не может такого быть. Ты буквально одержима им.
— Была. На самом деле я всегда знала, что он к тебе не равнодушен, но кажется, я просто не хотела в себе признаться в этом. Но сейчас я могу с уверенностью сказать, что он больше мне не нравится, он полностью твой. Я правда отступаю. Не из-за тебя, а из-за него. Я видела его лицо на парковке, когда он смотрел на тебя. Я никогда не получу такого взгляда, сколько бы ни старалась. И знаешь что? Мне стало легче. Я будто сбросила старый кожаный пиджак, который был мне мал. Хочу заняться собой, пожить для себя и уехать хочу.
— Уехать? Куда? — спросила я недоумевая
— На следующей неделе будет показ новых сумочек от Dior в Италии. Я купила билеты не спросив родителей — хихикнула она — но это не беда, так как мы так планировали отпуск.
— А с учебой как? Как обычно?
— Да, перейду на дистанционное обучение. Показ все равно вечером , так что успею и позаниматься и насладится показом. Я бы предложила тебе со мной поехать, но зная тебя ты откажешься.
— Да, я откажусь. Да и я не совершеннолетняя, без Тайлера не могу.
— Ну да, поэтому я с родителями еду, иначе поехала бы уже сама.
— Не забудь хоть фоточки прислать мне — также хихикнула я.
— Как я могу это не сделать? Ты кстати скажи, почему ты неделю не появлялась на учёбе. Я так переживала, но я ни за что не стала бы спрашивать про тебя у парней
— Я закрылась у себя после признания Джея. Он кстати, заходил ко мне в комнату после произошедшего пока я спала, точнее я притворялась спящей. Он сказал, что не жалеет о своих действиях и не собирается отступать. Сказал очень много приятных слов на самом деле, оказывается он знал, что я не сплю, но не стал портить мой мини спектакль. Признался, что был влюблён в меня ещё с детства. — я снова принимаю сидячее положение и и уткнувшись в стену говорю — Перед тем как сюда прийти, я встретилась с Вильямом. Он был в ярости
— В каком смысле? — Стейси тоже садится рядом и взглядом просит продолжить
— Он накричал на меня из-за того, что я не выходила на связь, из-за того, что он не мог видеться со мной. Сказал, что собирался к нам домой, но к счастью, Рид отговорил его. Я сказала ему свалить из моей жизни также быстро как и появился. Не знаю поступила ли я правильно, но в тот момент я была так зла на него. Он вёл себя так, будто он мой хозяин, будто я обязана ему что-то. Сильно разозлилась на него, поэтому послала его, только вот сейчас думаю правильно ли я сделала
— Детка ты больная? Конечно ты сделала правильно! Ты сама говоришь, что он плохо к тебе обратился, кричал, разозлил тебя. Прости, но Джей за всю свою жизнь, хоть на децибел повысил на тебя голос? Я такого вот не помню.
—Да, но он же переживал. Просто он так хорошо ко мне обращался изначально. Шутил и делал всё, чтобы мне понравится и постоянно говорил как я ему нравлюсь. Не мог же он солгать
— С чего ты взяла что не мог солгать? Сколько ты его знаешь? На сколько ты его знаешь? Он мог всё это время притворяться, поэтому не неси чушь и следуй за сердцем.
— Хм, ты можешь быть права. Кажется, я сильно запуталась. Знаешь, Джею он не понравился с первого раза, сразу после появления Вильяма в моей жизни, Джейкоб предупредил, чтобы я держалась подальше от него.
— У этого парня сильное чутьё, думаю, ты должна прислушаться его словам. — я поворачиваюсь к Стейси и глубоко вздыхаю.
Наступило чувство облегчения, однако оно касается исключительно к Стейси. В отношении Джейкоба и Вильяма будущее остается неопределенным. Джейкоб подобен скале: иногда он холоден и груб, но при этом исключительно надежен. Вильям же олицетворяет собой жажду обладания.
Мы бездельничаем в постели ещё около часа, если не больше. Обсуждаем на какие-то темы и просто наслаждаемся тишиной и компанией друг друга. Кажется, я сильно скучала по этой чертовке. А после мы спускаемся вниз и на лестнице встречаем Люси, которая поднимается вверх с корзиной в руках.
— Ой, вы уже помирились. — скорее просто констатирует факт, чем спрашивает она
— Хм, а мы были в ссоре? Не припоминаю такого — говорит Стейси спускаясь дальше вниз, а я просто улыбаюсь ей.
Зайдя на кухню, я встретила мистера Ричарда сидящего за столом, держащего стакан горячего кофе и читая газету. Думаю, он единственный человек, который читает газету, а не просто смотрит новости по телевизору, либо по телефону. Сеньора Аделина же стояла за плитой и готовила как по мне овощной суп. Стейси сразу подошла к отцу и обняла его за шею.
— Смотрю вы помирились девочки — говорит он похлопывая по руке Стейси, которая чуть ли не душит его
— Mamma mia! Ричард, что ты такого говоришь! Чтобы наша Стейси с Кристи поссорилась?! Это что же должно произойти — говорит она вертя в руках половник.
— Дорогая, ты этот половник немного по дальше от нас держи, а то всё может быть
— Мама, а что ты готовишь? — Стейси подходит к своей матери и заглядывает в кастрюлю
— Минестроне — с гордостью отвечает она продолжая вертеть половником над головой Стейси
— То есть обычный овощной суп
— Figlia! Как ты можешь так говорить! Ричу так нравится минестроне, тем более когда я готовлю. Ричи в меня влюбился во время поедания минестроне. Ах! Какие времена, он сказал, что это блюдо ему напоминает меня
— Дорогая, не думаю, что девочкам это интересно — говорит он смущаясь
— Да брось ты пап. Мама мне каждый день рассказывает, о вашей бурной молодости. К этому даже Кристи привыкла, так ведь? — спрашивает она смеясь
— Ага, синьора при каждой встрече рассказывает о том, как Вы зашли в тот самый ресторан, как его там...
— Cantine Milano! Cantine Milano! Ах, видимо не достаточно раз говорила, раз девочка моя забыла название самого прекрасного ресторана в Milano
— Да нет, что Вы сеньора. Вы рассказали достаточное количество раз, чтобы я запомнила, как мистер Ричард зашёл туда в своём ослепляющем костюме от Armani и зашагал прям к Вам. Все взгляды были на нём, ведь он был чертовски красив, Вы при виде его сразу знали, что вот он — отец моих детей!
— Кхм, ребёнка. Одного ребёнка, я одна — говорит Стейси кашляя в кулак
— Figlia, это ещё не точно
— Что?! — чуть ли не кричит она на родителей. Все на этой планете знают, как Стейси не хочет себе ни братика, ни сестру
— Доча успокойся, твоя мама шутит
— Даже не вздумайте! Я не хочу мини человека, и даже не шутите на эту тему
— Стейси, что ты такого говоришь? Разве это плохо? У Кристи вон есть старший брат и я ни разу не слышала жалобы на счёт этого
— Может потому что она младшая? Не думаю, что у Кристи кто-то спрашивал, на счёт того, хочет она родиться или нет.
— Ричи, скажи своей упрямой дочке, что малыш это просто чудесно
— Эй Ричи, скажи своей жене, что если у неё округлится живот, то я уйду из дома и не буду больше с вами общаться. Уходим Кристи.
Она не даёт мне опомниться и быстро схватив меня за запястье тащит на веранду. Она гневно топает ногой и со злостью скрещивает руки на груди
— Эй, успокойся, к чему эта злоба? — спрашиваю у неё опираясь на перила.
— Ты сейчас серьёзно? Ты как никто знаешь, как я не хочу второго ребёнка. Мне не нужен ни брат, ни сестра. Ладно, если бы они подумали над ребёнком, когда я была ещё ребёнком, но точно не сейчас. Вот знают, что не хочу и будто на зло открывают эту тему
— Стейси прости, это моя вина, если бы я не упомянула о детях, этого бы не было — я правда чувствовала себя виноватой и хотела извиниться, чёрт бы побрал мой язык
— Не глупи, твоей вины в этом нет. Моя мама настоящая итальянка
Я видела как Стейси задумалась и загрустила, мне было тяжело видеть свою подругу такой. От жизнерадостной Стейси, сейчас буквального ничего не осталось. Я обняла ее, даря ей свою поддержку
— Не грусти подружка, всё будет хорошо
Время уже быдл поздно, я попрощалась с ней и уже собиралась уходить как пришло сообщение от Тайлера.
« Я у дома Стейси, выходи»
— О, мой заботливый брат приехал за мной. Это хорошо, не придётся тратиться на такси — посмеялась я написав ему короткое «ок»
Я попрощалась с миссис Аделиной и мистером Ричардом затем обняла Стейси. Прошептала ей на ухо ещё раз, чтобы она не грустила по пустякам и затем вышла на улицу.
— Помирились? — спросил брат как только я села на пассажирское сидение
— Да. Всё хорошо.
— Стейси не кусалась? — он усмехнулся.
— Почти. Она... она решила начать новую жизнь.
Тайлер промолчал, заводя мотор. Мы ехали по темным улицам, и я смотрела на огни города. Было так много переживаний, но я не хотела думать об этом. Наслаждалась этим моментом и спокойствием.
Глава 11
Перед бурей всегда наступает затишье.
Последние несколько дней в школе напоминали старый, хорошо знакомый фильм, поставленный на привычную скорость. Вильям Найт исчез. Его черная машина больше не дежурила у ворот Кристи, а в коридорах школы его высокая фигура не мелькала среди учеников. Даже Рид стал непривычно молчаливым. Когда они пересекались на занятиях, он лишь вежливо кивал мне, но ни словом не обмолвился о брате. Было ли это тактикой или Вильям действительно решил оставить её в покое и уехать в свой Лондон — Кристи не знала, но искренне наслаждалась этой свободой.
Джейкоб тоже сменил стратегию. После того вечера на парковке и его «визита» в комнату к Кристи, он больше не пытался коснуться её или зажать в углу. Он был рядом: за обеденным столом, на тренировках, в компании Алекса и Тайлера, но держался на расстоянии вытянутой руки. Его взгляд всё еще обжигал, но в нем больше не было той пугающей ярости. Он давал Кристи время. И она была ему за это благодарна.
Субботнее утро Кристи проводила в своей комнате, которая давно превратилась в её личное маленькое ателье. Это было её время — время, когда она могла быть самой собой, а не просто «сестренкой Тайлера». Кристи любила ткань так, как некоторые любят музыку: тон за тоном, складка за складкой. Её утро начиналось не с кофе, а с блокнота и листов профессиональной бумаги, на которых под мягким светом из окна оживали карандашные линии.
Её стол был завален эскизами и лоскутами. Будучи самоучкой, Кристи смогла достичь высокого уровня благодаря онлайн-курсам у ведущего дизайнера из Парижа, которые в прошлом году оплатил ей Тайлер и своего преподавателя, который к сожалению не так часто проводил занятия. Теперь её карандаш уверенно скользил по бумаге, создавая силуэты, которые казались живыми. Вдохновение она черпала во всём: от случайной нитки на полу до того, как на ветру колышутся гривы лошадей в конюшне Найтов.
В тот день она работала над эскизом, вдохновленным названием «L'Essence de Linda». Несмотря на то, что Вильям вызывал у неё противоречивые чувства, стиль его матери — Линды Найт — оставался для Кристи безупречным образцом. Она пыталась соединить в одном наброске легкость шелка и строгость четких линий. В эти моменты девушка забывала обо всём: о поцелуях, о предательствах и о том, что скоро её жизнь изменится навсегда. Дизайн был единственным миром, где всё подчинялось ей.
Поездки по магазинам тканей стали для Кристи настоящим ритуалом. Она обожала заходить в лавки, где запах клея и крахмала смешивался с ароматом шерсти, и могла часами изучать материи: джерси, теплый, как ладонь; шелк, прохладный и скользкий; тафту — плотную, будто держащую дыхание. Продавщица уже знала её вкусы и часто предлагала нужный рулон «просто посмотреть». Эти находки — кусочки изумрудного атласа и тончайшего черного кружева — Кристи аккуратно вклеивала в свой блокнот, подписывая каждую текстуру.
На манекене-портновском торсе, подаренном Тайлером на прошлый день рождения, уже вырисовывался силуэт нового платья. Это был её ответ Найту и его семейному бренду. В руках Кристи сжимала острые портновские ножницы — звук разрезаемой ткани действовал на неё лучше любого успокоительного. Её пальцы, испачканные грифелем карандаша, ловко управлялись с булавками, пока она формировала драпировку на груди.
На этом манекене рождались её «пробники»: корсеты, позволяющие дышать, и юбки, сохраняющие легкость при поворотах. Кристи стремилась к тому, чтобы вещи двигались вместе с телом, поэтому часто приглашала на примерки знакомых девушек с учебы. Эти краткие встречи и разговоры о том, как ткань ложится на руку, помогали ей находить идеальный покрой прямо в движении.
Она уже видела свое новое платье в деталях: открытая спина, длинный шлейф и вышивка, имитирующая терновник. Это была её «Эссенция» — способ выразить всё то напряжение, что накопилось внутри. Кристи Эванс не просто рисовала эскизы, она жила ими.
Из творческого транса Кристи вывел шум внизу. Хлопнула входная дверь, и по дому разнесся радостный, почти победный крик Тайлера. Сердце девушки пропустило удар — она слишком хорошо знала, что мог означать этот звук. Кристи замерла с иголкой в руках, прислушиваясь к тяжелым шагам брата, который стремительно поднимался к ней.
Тайлер вошел в комнату, сжимая в руке вскрытый конверт. Его лицо, обычно сдержанное, сейчас светилось таким восторгом, смешанным с тревогой, что у Кристи перехватило дыхание.
— Крис, — тихо позвал он, и его голос подрагивал. — Пришло письмо. Из Италии.
Девушка медленно отложила работу. Италия. Турин. Университет, о котором Тайлер грезил последние три года. В ее голове промелькнули кадры его бесконечных тренировок и ночей над учебниками.
— И что там? — почти шепотом спросила она.
— Меня приняли, Кристи. Полная стипендия! — Тайлер подхватил сестру на руки и закружил по комнате среди эскизов и обрезков ткани. — Тренировки в молодежном составе «Ювентуса» начинаются уже через две недели.
— О боже, Тайлер! Я так горжусь тобой! — Кристи крепко обняла его, пряча лицо на его плече. Она чувствовала, как на глаза наворачиваются слезы — смесь искреннего счастья за брата и леденящего душу осознания. Это была его мечта, но для нее она оборачивалась самым страшным сном.
Когда Тайлер поставил её на пол, Кристи случайно задела стол, и булавки со звоном рассыпались по паркету. Италия. Это был не Бостон, не Калифорния и не сами штаты до которого можно доехать на машине за пару часов. Это был другой континент, другой часовой пояс и целый океан между ними.
— Ты сделал это. Ты правда это сделал, — повторила она, пытаясь унять дрожь в голосе.




