Я (не) буду вашей истинной!

Глава 7

Ночью, лёжа в своей постели, я обдумывала, что надену, как уложу волосы. Это был наш первый совместный выход в свет в качестве официальной пары. Мы не обсуждали это вслух, но все знали, что мы вместе. И это было так важно для меня.

Но потом воспоминания нахлынули, как всегда, заставляя сердце сжаться от боли.

Нет. Не сейчас. Только не вспоминай.

Глотая слёзы, я шептала себе: "Не думать, не чувствовать, забыть".

Этот ритуал давно стал частью моей жизни, но легче от него не становилось.

На следующий день мы с девочками были заняты приготовлениями. Мы накрутили волосы, надели новые платья и немного подрумянили щёки макияжем.

Я подарила Лейле туфли на каблуке. Её радость была безграничной — это были первые каблуки в её гардеробе. Она прыгала от счастья, как ребёнок, и я, глядя на неё, тоже почувствовала тепло на душе.

В таверну мы пришли раньше мужчин. Под большим тентом, натянутым недалеко от центральной площади, звучала живая музыка. Атмосфера была уютной, кухня — отменной. Внутри ничего особо примечательного, но всё было новым и ухоженным: скатерти, посуда, столы сияли чистотой.

Мы расселись, оставив по пустому стулу рядом с собой, и я, не переставая, смотрела на вход. Сердце начинало биться быстрее при каждом шаге прохожих.

Музыканты сменили мелодию, народ постепенно заполнял пустые столики, и тогда они появились. Они шли вместе, но я не замечала никого, кроме Кира.

Красивый, статный, с этой невероятной уверенностью, что всегда исходила от него. Его аура, казалось, заполняла всё пространство.

– Тут свободно? – наклонился он ко мне с лукавой улыбкой.

– Нет. Я жду своего мужчину, – невозмутимо ответила, приняв правила его же игры.

Он рассмеялся, наклонился и легко коснулся моих губ в коротком поцелуе.

– Он пришёл, – доверительно сообщил Кир и сел рядом.

Дальше вечер пошёл, как у обычных людей. Были тосты, поздравления, шутки. Лейла светилась от счастья, а мы с девочками делали перерывы, чтобы потанцевать, и возвращались за стол. Кир, к моему удовольствию, пил только сок, что для меня стало ещё одним плюсом. Никаких вредных привычек.

Чего нельзя было сказать про меня. Вино чуть захмелило меня, и я почувствовала, что начинаю наглеть. Заиграла латиноамериканская музыка — идеальная для бачаты, и я, не раздумывая, потянула Кира на танцплощадку. Честно, я не верила, что он согласится. Но он легко поднялся и пошёл за мной.

Бачата — это несложный танец, движения в нём простые, но магия заключалась в другом: в тесном контакте партнёров, в их пластике и взаимодействии. Это танец, в котором сквозь каждое движение просачивается страсть.

Мы вышли на середину, и вдруг я заметила, что больше никто не решился танцевать.

А зря.

Кир прижал меня к себе, и я, закинув ногу ему на талию, позволила его руке скользнуть по бедру. Отклонившись назад, так что волосы коснулись пола, услышала одобрительный гул и аплодисменты. Все ждали зрелища. И мы их не разочаровали.

Это была полная импровизация. Кир оказался потрясающе пластичным и чувственным партнёром. Я бесстыдно выгибалась, плавно двигала бёдрами и угадывала его движения. Его руки были везде: на моей талии, спине, бёдрах. Его тело касалось моего, и мы полностью потеряли счёт времени. Это было как танец, граничащий с любовным актом, только на публике и в одежде.

На последних аккордах снова закинула ногу ему на талию, прогнулась, а он, опустив голову, поцеловал меня в декольте. Зал буквально взорвался. Люди кричали, свистели, аплодировали.

Я выпрямилась, чувствуя, как тепло ещё пульсирует в моём теле после танца. Кир не отпустил меня, его руки, обвивающие мою талию, оставались на месте, будто он боялся, что я сбегу.

– Ты теперь моя. Моя, Даша, – его голос был низким, почти шепотом, но в нём звучала такая уверенность, что у меня по телу побежали мурашки.

Его глаза горели огнём, в них пылало что-то дикое и необузданное, и я знала, что его возбуждение было очевидно всем, кто видел нас. Но мне было всё равно, потому что в этот момент он принадлежал только мне, а я — ему.

Наши губы снова встретились. Я потерялась во времени. Этот поцелуй был другим — более глубоким, более жадным. Кир словно хотел запечатлеть в нём всё, что не мог сказать словами. И я отвечала ему с такой же страстью, позволяя всем чувствам вырваться наружу. Его руки скользили по моей спине, притягивая ближе. Я почувствовала, как сильное биение его сердца отзывается где-то внутри меня.

Но тут меня кто-то дёрнул за руку. Это была Лейла. Она, смеясь, потянула меня на танцплощадку, где девочки уже собрались кружиться в весёлом танце. Посмотрела на Кира, он хмыкнул и отпустил меня. Хотя я и видела, как ему не хотелось это делать.

К концу вечера ноги так устали, что уже не могла думать ни о чём, кроме своей кровати. Но Кир, как настоящий джентльмен, просто поднял меня на руки, игнорируя все мои протесты, и понёс домой. Его руки были сильными и надёжными, а тепло его тела успокаивало меня больше, чем любые слова. Глядя на его сосредоточенное лицо, я чувствовала себя совершенно защищённой.

– Меня не будет в городе около недели, – сказал он, когда мы оказались у дверей моего дома. Его голос был тихим, но в нём звучало что-то тревожное. Я видела, как он колебался, словно хотел сказать больше, но не решался.

– Задание? – с грустью спросила, уже зная ответ.

Он кивнул, его взгляд стал серьёзным. Этот момент наполнил меня странной смесью гордости и страха. Я знала, что он умелый и опасный боец. Но мысль о том, что он может попасть в беду, заставляла сердце сжиматься.

– Удачи, – прошептала, стараясь улыбнуться. Хотела, чтобы он увидел мою уверенность, даже если внутри меня всё кричало от беспокойства.

Кир усмехнулся, его глаза потеплели. Он наклонился и поцеловал меня в лоб, как будто это было его способом сказать, что всё будет хорошо. Потом развернулся и исчез в темноте, оставив меня одну под мерцающим светом фонарей.

Только спустя несколько минут я осознала, что пожелала удачи тенегардцу, человеку, чья работа заключалась в том, чтобы ходить по краю между жизнью и смертью. Осознание этого ударило с неожиданной силой, и я, стиснув руки, тихо прошептала в ночную тишину:

– Возвращайся, Кир.

Глава 8

Душа была не на месте. Я ловила себя на том, что постоянно думаю о Кире, о том, где он, что с ним. Сердце будто сжималось в маленький комок при одной мысли о том, что он мог не вернуться. Это было глупо, абсурдно, но я мысленно молилась, чтобы он вернулся целым и невредимым.

Отвлекала себя работой и компанией Лейлы. Она, как никто другой, понимала моё состояние. Её забота была трогательной: подруга придумывала нам разные дела, чтобы я не сидела без движения и не погружалась в свои мысли. Благодаря ей моя комната стала образцом порядка и чистоты. Даже то, что я обычно считала неважным, теперь блестело и сверкало.

Но всё это было лишь временным отвлечением. Мысли о том, что Кир может не вернуться, возвращались снова и снова. Старалась гнать их прочь, напоминая себе, что он другой, он настоящий. Не такой, как Алекс, не просто красивая обертка и не плод моего воображения.

А ещё я жалела. Жалела, что за всё это время не узнала его ближе. Не узнала его по-настоящему, как мужчину, не спросила о его мечтах, страхах, не увидела его в момент слабости. Эта мысль тяготила меня больше всего.

К тому же меня терзала ревность. Где Кир сейчас? Что, если там, куда он пошёл, есть женщины? Эта мысль жгла изнутри. И хотя он никогда не давал мне повода подозревать его в неверности, я не могла избавиться от этого чувства.

Короче говоря, неделя выдалась "весёлой".

На шестой день его отсутствия я достигла пика нервного напряжения. С самого утра ходила хмурая, раздражённая и нагрубила Лейле на ровном месте. Она, как мудрая подруга, просто оставила меня в покое, а я лишь сильнее корила себя за своё поведение.

Вечером засиделась допоздна с бабой Адой. Мы сводили дебет с кредитом, подводили итоги месяца. Выручка, зарплаты, закупки — всё это на время отвлекло меня от мыслей о Кире.

После душа я надела короткую белую "ночнушку", мягкую и лёгкую, и отправилась в комнату. Свет решила не включать — кровать была уже расправлена, а окно оставалось открытым. Лунный свет мягко освещал комнату.

Стоя перед зеркалом, я расчесывала волосы. В этот момент увидела, как за окном мелькнула тень. Сердце замерло. Я медленно повернулась, стараясь убедить себя, что это игра света.

Возле окна стоял Кир. Его чёрная футболка и джинсы были слегка помяты, лицо выглядело усталым, но глаза блестели. На губах играла знакомая, чуть насмешливая улыбка. Я не могла оторвать от него взгляда. Провела глазами по любимым чертам его лица, затем ниже — по подтянутой фигуре, которую подчёркивала обтягивающая ткань футболки. Всё в нём было идеально — не перекачанный, но сильный, гибкий, как чёрная пантера, готовая к прыжку.

– Ты вернулся, – прошептала я, чувствуя, как внутри что-то теплеет и распускается, как цветок. Это было всё, что мне нужно.

Закусила губу, не в силах скрыть волну эмоций. Как же я по нему соскучилась! В животе тут же запорхали бабочки, разлетаясь по всему телу, оставляя за собой лёгкое головокружение. Его взгляд, тёмный и притягательный, словно обнимал меня. Я чувствовала его так отчётливо, будто он пальцами скользил по моему телу. От шеи — вниз, через грудь. Я судорожно вдохнула, когда его глаза задержались на моём животе, затем мягко скользнули к обнажённым ногам.

Кир медленно шагнул ко мне. Его движения были грациозными, как у хищника, уверенными и выверенными до мелочей. У меня же ноги словно приросли к полу. Но это было не от страха. Я, как загипнотизированная, смотрела на него, не в силах отвести взгляд.

Хотела что-то сказать, но все слова потеряли смысл и казались ненужными. Он был здесь. Это было куда важнее.

Когда Кир подошёл достаточно близко, его рука плавно скользнула к моей, и он аккуратно забрал расчёску, которую я всё ещё держала, положив её на столик. Этот жест показался таким интимным, что внутри всё перевернулось.

Я потянулась к нему, желая почувствовать его губы на своих. Поднявшись на носочки, зарылась руками в его волосы. Они были такими мягкими, что я позволила себе ненадолго потеряться в этом ощущении.

Наконец, наши губы встретились. Этот поцелуй был словно вспышка молнии, жаркий и требовательный. Нельзя так целоваться! Это было упоительно, жадно, захватывающе. Его язык плавно проник внутрь, обвивая мой, играя с ним в чувственную игру. Он словно забирал мой воздух, оставляя меня в сладостном плену.

Руки Кира, горячие и настойчивые, скользнули к моим бёдрам. Я почувствовала, как он слегка приподнял подол моей "ночнушки", его пальцы мягко поглаживали кожу, пуская по телу волны мурашек. Каждое его движение было тщательно выверенным, словно он знал, как доставить максимум удовольствия. Мои пальцы зарылись глубже в его волосы, а тело, казалось, само тянулось к нему, требуя большего.

Кир отстранился на мгновение, его взгляд был таким пронзительным, что я почувствовала, как внутри что-то сжалось. Он смотрел мне прямо в глаза, словно пытался заглянуть в самую глубину моей души. Затем уверенно взялся за подол моей "ночнушки" и, задирая его еще выше, и скользнул руками вверх. Ещё мгновение — и ткань мягко упала на пол, образовав вокруг меня белоснежное облако.

Оставшись перед ним обнажённой, на мгновение почувствовала смущение. Мои щёки запылали, и я снова закусила губу, пытаясь справиться с нахлынувшими эмоциями. Его взгляд был настолько тёплым и завораживающим, что все сомнения моментально улетучились. Кир подошёл ближе, его пальцы едва коснулись моей кожи, но это прикосновение было сильнее любого слова.

– Ты прекрасна, – прошептал он, и в его голосе звучало столько нежности и восхищения, что я почувствовала, как всё внутри меня тает.

Кир начал осыпать мою шею поцелуями, опускаясь всё ниже. Его губы оставляли на коже жаркие, будоражащие следы, и каждый такой поцелуй отзывался тихим стоном, срывающимся с моих губ. Он не спешил, наслаждаясь каждым мгновением, каждым моим движением навстречу.

Добравшись до ключиц, он задержался, покрывая их мягкими поцелуями. Затем спустился к груди, и его прикосновения стали более страстными, даже дерзкими. Это уже не были лёгкие, невинные поцелуи — нет, его губы и язык оставляли жаркие засосы, от которых я выгибалась, подставляя тело навстречу его ласкам.

Кир обхватил мою грудь руками, сжав пальцами чуть сильнее, чем ожидалось. Это это принесло сладостную боль, от которой я тихо вскрикнула. Он собрал их вместе, и провёл языком по одному соску, затем по другому. Я уже не могла сдерживать стонов. От его действий внутри меня всё скрутило, словно в тугой узел, готовый вот-вот разорваться.

Он слегка прикусил набухший сосок, и я вздрогнула, будто меня ударило током. Ноги подкосились, а пальцы ног инстинктивно поджались. Кир заметил мою реакцию и хмыкнул, повторяя то же самое со вторым соском. Его язык скользнул по нему, а затем он подул, оставляя ощущение лёгкого холода, контрастирующего с горячим ротом. Я застонала громче, прогибаясь в спине и хватаясь за его волосы, притягивая его ближе. Я уже не могла контролировать себя.

Кир продолжал, увлекаясь все сильнее своими ласками, а затем начал опускаться ниже. Его губы оставляли влажные следы на моём животе, и когда он прикусил нежную кожу чуть выше пупка, моё тело вновь пронзила волна удовольствия. Я захныкала, чувствуя, как всё внутри требует большего. Напряжение нарастало, и, когда я поняла, что он задумал, сердце пропустило удар.

Кир медленно стянул с меня последнюю преграду — трусики. Его движения были уверенными, но не торопливыми, словно он наслаждался каждым мгновением. Закинув мою ногу себе на плечо, он склонился ниже, и я почувствовала его горячее дыхание. Его язык мягко и уверенно скользнул по моим складочкам, вызывая у меня протяжный, полный удовольствия стон. Глаза сами закрылись, а руки инстинктивно вцепились в край столика, чтобы удержаться на ногах.

Его язык порхал, дразнил, исследовал. Это было одновременно слишком и недостаточно. Сердце колотилось, как сумасшедшее, а дыхание сбивалось от каждого его движения. Кир был словно одержим, словно я была самым редким и сладким лакомством, которое ему хотелось смаковать бесконечно.

Когда его язык проник внутрь, я вскрикнула, не в силах сдержать реакции. Это было настолько порочно и восхитительно, что я потеряла способность думать. Тело изгибалось само собой, подаваясь навстречу его ласкам, а мозг твердил только одно: "Ещё!"

– Ки-и-ир, – вырвалось из меня, голос дрожал от страсти и желания.

Он поднялся, и я встретилась с его тёмным, обжигающим взглядом. Его губы были влажными от моих соков. Наклонившись, он примкнул к моим губам. Это был грубый, настойчивый поцелуй, в котором смешались мой вкус и его сила. Я почувствовала, как его руки обвивают меня, крепко прижимая к себе.

Мои дрожащие пальцы потянулись к его футболке. Но от возбуждения и трепета мне было сложно её стянуть. Кир хмыкнул, схватив подол футболки и одним движением избавившись от неё. Джинсы и белье были на очереди. Еще секунда, и передо мной предстал он — обнажённый, великолепный, готовый.

Я толкнула его к кровати, мои губы при этом коснулись его шеи, оставляя на коже лёгкий след. Кир подчинился, откинувшись на постель, закинув руки за голову. Его тело было словно создано для того, чтобы им восхищались. Я провела ладонями по его груди, чувствуя каждую линию мышц. Он смотрел на меня, его взгляд пылал страстью и ожиданием.

Теперь моя очередь.

Я начала покрывать его тело поцелуями, наслаждаясь каждой секундой. Вдыхая его одуряющий запах, чувствовала, как каждый вдох кружит голову. Когда мои губы коснулись его сосков, я озорно прикусила один из них, и Кир тихо застонал. Этот звук, грубый и хриплый, прошёлся по моему телу электрическим разрядом. Я не смогла удержаться от улыбки, довольная своей дерзостью.

Мой язык прокладывал дорожку вниз, вдоль его рельефного живота. Каждое движение было медленным и дразнящим, как будто я хотела запомнить вкус и текстуру его кожи. Его мускулы напряглись, когда мои губы скользнули ниже, и почувствовала, как он сжимает мои соски в ответ. Это было неожиданно, и я тихо вскрикнула. Легкая боль смешалась с наслаждением.

Наконец, я разместилась между его ног, заставляя его слегка раздвинуть их шире. Мои глаза встретились с его, и в этом взгляде было всё: страсть, ожидание, и едва уловимая игривость. Я медленно провела языком по его каменному члену, начиная от основания и поднимаясь вверх. Его кожа была горячей, а мышцы под ней напряглись, как будто он с трудом сдерживал себя. Прихватив бархатную головку губами, я задержалась на мгновение, наслаждаясь вкусом и чувством власти, которое переполняло меня.

Кир закрыл глаза и издал протяжный стон, его грудь поднялась в рваном вдохе. Этот звук только подстегнул моё желание. Я полностью взяла его в рот, расслабляя мышцы горла, позволяя ему глубже проникнуть. Мои губы скользили вверх-вниз, постепенно ускоряя темп. Его стон стал громче, более грубым, и я чувствовала, как он сжимает простыню под собой.

Каждый его звук, каждое движение заставляло меня ещё больше возбуждаться. Между ног жгло, тело буквально пылало, как будто огонь разгорался изнутри. Но Кир, не выдержав больше, вдруг перевернул меня на спину, нависнув надо мной. Его глаза горели, и я потерялась в этом огненном взгляде.

Его пальцы мягко скользнули вниз, лаская мои мокрые складочки. Я затаила дыхание, чувствуя, как его прикосновения становятся всё более уверенными. Когда он нарочно медленно вошёл в меня, выгнулась, не сдерживая громкого стона. Каждое движение было мучительно томительным: он полностью выходил, заставляя моё тело кричать от пустоты, а затем снова заполнял меня до конца.

Мои ноги инстинктивно обвились вокруг его талии, пытаясь заставить его двигаться быстрее. Но Кир словно дразнил меня, наслаждаясь каждой секундой этой пытки. Его движения были медленными, но глубокими, каждый толчок заставлял мои мышцы сжиматься вокруг него.

– Хочешь жёстче, Даша? – прошептал он, наклоняясь к моему уху. Его голос был низким, бархатным, и я почувствовала, как моё тело ещё сильнее отвечает на эти слова.

– Да, да, да, – как в бреду, простонала я, не в силах удерживать захлестывающие меня волны страсти.

Кир резко, до самого упора, вошёл в меня. Меня выгнуло, и из груди вырвался крик, когда по телу побежали мурашки, словно тысячи иголочек, прокладывающих себе путь по коже. Его движения были размеренными, почти мучительно медленными, и я не могла вынести этого ожидания.

– Ещё, Кир... пожалуйста, – всхлипнула, чувствуя, как каждый его толчок всё сильнее разжигает пламя внутри меня.

Снова резкий, жёсткий выпад до упора. Мой крик удовольствия наполнил комнату, а внутри всё сжалось от предвкушения. Оргазм от таких действий был уже не за горами. Раздражённая его дразнящими движениями, я не выдержала и, глядя ему прямо в глаза, выпалила самое пошлое, что могла:

– Трахни меня! – это был не просто призыв, а приказ, полный отчаяния и желания.

Кир, как будто только этого и ждал. Его движения стали резкими, грубыми, каждая новая волна накатывала на меня с ещё большей силой. Он двигался жёстко, до упора, не сдерживая себя. Я задыхалась от ощущений, судорожно сминая простынь в кулаках. Каждый его толчок приносил новую вспышку удовольствия, от которых мир вокруг перестал существовать.

– Кончай, Даша, – хрипло произнёс он, его голос был пропитан страстью и властностью.

И я взорвалась. Оргазм накрыл меня с головой, лишая разума и слов. В голове взрывались салюты, тело содрогалось в сладкой агонии. Но Кир не остановился, продолжая двигаться, пока меня не накрыло ещё раз, оставляя без сил. Его стоны наполнили комнату, и я почувствовала, как он достиг пика. Его тело напряглось, и он рухнул рядом со мной, тяжело дыша.