Марк Мракович. Каникулы в Страхсильвании

Галине, Светлане и Наталье – трём моим бабушкам и сестрицам-колдуньям.

Глава 1. Известие с летучей мышью

Сумерки накрывали старинный Карпатвиль, медленно подбираясь к воротам на кладбище.

Густые, чернильные тени растекались по мощёным дорогам и обволакивали почтенный город, проникая во все закоулки и щели. Октябрьский ветер, холодный и неистовый, носился по улицам, жутко завывая в окна и двери ветхих домов. Он угрюмо срывал с узловатых деревьев янтарные листья, а затем разбрасывал их среди могил и покосившихся надгробий.

Именно оттуда, из самой глубины местного кладбища, вместе с шелестом увядших цветов доносилась едва уловимая мелодия губной гармошки.

Унылую и неторопливую, словно белёсый туман, ползущий между захоронений, её наигрывал скучающий могильщик Виктор.

Он вальяжно развалился на плите с плачущим ангелом и глядел на особняк через дорогу, тихо исполняя собственную песенку.

Изо рта Виктора шёл плотный пар. Однако парень был настолько закалённым и сильным, что вовсе не замечал промозглого могильного холода. Хотя его на первый взгляд жилистая долговязая фигура наводила на мысли как раз об обратном.

Тёмная рубашка, выцветшие брюки и растянутые подтяжки на Викторе были изрядно поношенными. Впрочем, несмотря на старенькую и бедную одежду, выглядел он весьма опрятно. Даже чёрные точки густой щетины были старательно подровнены и очерчены контуром, а видавшие виды ботинки начищены почти что до блеска.

Виктор продолжал скользить губами по гармошке и смотреть на дом, расположенный через дорогу у кладбища.

Высокий хмурый особняк находился напротив ворот, в Поминальном Переулке. Да и ко всему прочему, имел не самый счастливый порядковый номер – тринадцатый. Но чудаковатый адрес и обветшалый внешний вид дома полностью соответствовали его тамошним обитателям – Мраковичам. Одна только фамилия заставляла местных жителей поёжиться и вздрогнуть, не говоря уже о том, какие нелепые слухи они разносили друг другу об это семействе.

Но, к счастью, в Поминальном Переулке было много жителей, так что все они тоже в любом случае подпадали в разряд «странных» или «ненормальных» по сравнению с остальными горожанами. Различие было лишь в том, что они были вынуждены обитать через дорогу у кладбища, потому что там было самое дешёвое и доступное жильё ввиду упокойного пейзажа. А вот Мраковичи жили в Карпатвиле задолго до того, как он разросся и стал хоть и небольшим, но полноценным городом. И уж точно никуда они перебираться не собирались, вполне привыкнув к необычному соседству с надгробьями и могилами… к которому все остальные привыкнуть никак не могли.

Ветер донёс приятный и знакомый сладковатый аромат. Похоже, Настурция Мракович опять приготовила любимый пирог своего внука Марка – с волчьими ягодами. Виктор бы совсем не отказался от кусочка этой неповторимой выпечки. Да и сам Марк наверняка был бы рад его увидеть – давненько уже он не захаживал к ним в гости…

Но, недолго поколебавшись, Виктор передумал. Сейчас у Марка Мраковича было очень важное дело, и отвлекать его совсем не хотелось. Поэтому, выдохнув последнюю тоскливую ноту на гармошке, Виктор закинул её в карман рубашки и выудил оттуда же шоколадный батончик «Шоко-Джокер». Давеча Марк подарил ему целую битком набитую коробку.

Развернув батончик, Виктор откусил от него и снова вдохнул пряный аромат пирога. С мыслями, что обязательно посетит на следующий день Мраковичей, он откинулся на статую ангела и продолжил смотреть в окно их дома на втором этаже.

Именно там находилась комната Марка, где он сидел на своей «паучьей» кровати и периодически обновлял приложение на телефоне. Искусно кованое изголовье в виде паутины и длиннолапые пауки на набалдашниках совершенно точно могли бы напугать огромное количество обычных людей. Но то-то и оно, что обычных, ведь Марк к ним, безусловно, не относился. Поэтому всяческие летучие мыши, скорпионы, змеи и прочие «гадостные» существа и вещицы, вроде черепов или надгробий, были вполне привычны ему с раннего детства. Они окружали его в узорах обоев дома или на жутковатых картинах… И частенько – живьём, когда бабушка готовила зелья или дедушка экспериментировал со своими изобретениями.

– С ума можно сойти, Карлофф, – произнёс Марк, обращаясь к ворону, примостившемуся на изголовье. – Лучше бы они сразу написали точное время, когда можно будет узнать результаты.

– Кар, – понимающе отозвался ворон и перетоптался на месте.

Марк снова обновил приложение, но никаких изменений по-прежнему не было. Его большие светло-серые глаза были полностью сосредоточены. Казалось, будто даже серьги-камушки в обоих проколотых ушах блестят в этот раз как-то тревожно.

По комнате беспорядочно были разбросаны обёртки от шоколадных батончиков «Шоко-Джокер», а коробки с лакомством кое-как громоздились друг на дружку на всех возможных поверхностях. Конечно, Марку была свойственна, как и большинству молодёжи его возраста, некая неопрятность, что уж тут скрывать… Пусть даже теперь, в средней школе, это было не так ярко выражено. Но в этот раз всё было очень серьёзно и имело веские основания!

Давняя мечта Марка увидеть Страхсильванию маячила где-то совсем рядом. Стоит только рукой дотянуться… Или же она была почти что перед носом. Но радоваться было слишком рано – как это нередко бывает, в самый последний момент планы зачастую и рушатся. Так что оставалось лишь набраться терпения и ждать.

Компания шоколадных батончиков «Шоко-Джокер» объявила о невиданной акции «Сюрприз Шоколадного Джокера». Главной наградой в ней была поездка в Страхсильванию – многовековую деревню, прославленную всевозможными мистическими местами и жителями с паранормальными способностями. Конечно, мало кто верил в действительность всех этих способностей на самом деле, но страхсильванцев это совершенно не волновало. Для туристов там было огромное количество развлечений подобной тематики и сувенирных лавок, включая различных гадалок, медиумов, ясновидящих и знахарей.

Правила у акции были донельзя просты. Стоило всего лишь приобрести батончик, затем ввести специальный код с упаковки в официальном приложении лакомства, и тогда появлялся шанс победить. Но так как Марк мечтал о поездке в Страхсильванию с самого детства, узнав про изложенные условия, он решил во что бы то ни стало использовать данную судьбой возможность на полную. Он потратил все свои скромные сбережения и купил, наверное, если и не все, то уж точно огромную часть «Шоко-Джокеров», которые завезли в Карпатвиль. И теперь, когда все до единого коды были введены, а по комнате валялись неисчислимые обёртки, тянулось долгое время ожидания оглашения победителей.

Марк вдохнул приятный аромат, доносившийся с первого этажа – бабушка приготовила его любимый пирог с волчьими ягодами. В другой раз Настурция Мракович обязательно принесла бы ему кусочек прямо в комнату. Но сегодня был Особый День и все родные и близкие Марка, которых было, к слову, не так уж и много, знали, что сейчас его лучше не беспокоить. Во всяком случае, до момента, когда не станет известно о результатах акции.

По правде говоря, Марку уже поднадоели шоколадные батончики. Он не был сладкоежкой и относился к подобным вкусностям весьма спокойно. Уж лучше стакан ледяного томатного сока. Да и домашний тёплый пирог с кислинкой был бы сейчас как раз кстати… Но отойти хоть на секунду, отвлечься от приложения, он не мог совершенно. Уж слишком высокими были ожидания и его ставки на победу.

Марк потеребил бородку под нижней губой и посмотрел в окно.

Разумеется, у молодых людей бывает щетина и даже усы. Но Марк выглядел вполне на свой возраст, за исключением подобного отличия. И вообще, он был единственным во всей школе, у кого уже появилась бородка. Сначала он её сбривал, но, когда на следующий день всё необъяснимым образом отрастало как прежде, Марк перестал попросту тратить на это время. Чёрный треугольник и густые бакенбарды делали его ещё больше непохожим на всех остальных сверстников. Не считая разве только горбатого носа, крупных ушей и сухощавого телосложения.

Хотя, несмотря на это, он всё равно отличался – носил чёрный кожаный чокер с металлическими пупырышками, напульсник и старый медальон. И если чокер с напульсником появились несколько лет назад, как интересные и удобные украшения, то медальон Марк носил не снимая, сколько себя помнил. Бабушка говорила, что это его талисман, и Марк всегда его так и воспринимал.

Вот и сейчас он взял тёплый жёлтый круг в ладонь и, зажмурившись, представил, как едет в Страхсильванию. Нельзя сказать, что Марк был особо удачливым юношей… Но на то ведь и талисманы, чтобы приносить их обладателям счастье и удачу! Поэтому вера в чудо была крайне велика.

Именно в этот момент в стене прямо над Марком по пояс высунулась полупрозрачная фигура мужчины, одетого в необычный старомодный наряд. Круглая носатая голова с торчащими по бокам клочками седых волос и большими пышными усами оглядела комнату и уставилась вниз. Ворон Карлофф, почувствовав появление неожиданного гостя, обернулся и спокойно посмотрел на привидение. Мужчина вопросительно кивнул, – тем самым задавая вопрос, как обстоят дела. На что Карлофф медленно покачал головой из стороны в сторону, и привидение бесшумно скрылось в стене.

Марк открыл глаза, и в это же время со стороны распахнутого окна послышался шум. Ещё через мгновение на подоконник взобрался юноша.

– Здаров, – произнёс он, вскарабкавшись и удобно усевшись. – Ну чё, как ты тут?

Парень крепкого телосложения и с густыми каштановыми волосами залез настолько ловко, что не было никаких сомнений – он делал это неоднократно.

– Отлично! Хорошо, что пришёл, – вздохнул Марк. – Поможешь мне хотя бы отвлечься от бесконечных мыслей. «Шоко-Джокер» будешь?

– Ну уж нет. У меня ещё те две коробки не кончились, – хмыкнул парень.

Это был Дарин, лучший друг Марка. Они жили в домах по соседству и дружили столько, сколько Марк себя помнил. Правда, несмотря на тёплое отношение между ними, бабушка Настурция и отец Дарина, местный судья, друг друга недолюбливали. Трудно сказать, что стало причиной этого… И, наверное, как это часто бывает, сами поссорившиеся об этом уже и не помнили. Но ссора была затяжной, и её участники, стоило им только повидаться друг с другом, что-то злобно шипели вслед, понятное только им самим.

Дарин знал обо всех особенностях дома Мраковичей, но не распространялся об этом. Да и зачем что-то рассказывать, когда городские жители и сами навыдумывали массу легенд о доме номер тринадцать в Поминальном Переулке и его тамошних жителях.

– Стрёмные какие-то батончики, – произнёс Дарин. Он огромным кроссовком пнул одну из цветастых обёрток, разбросанных на полу. – Никогда про них не слышал раньше, пока ты не рассказал.

– Обычные конфеты, – пожал плечами Марк. – Вполне себе вкусные… Между прочим, с богатой и давней историей, известные нескольким поколениям. Так в буклете написано. Просто, видимо, решили в очередной раз об этом напомнить рекламой.

– Угу, к твоему счастью.

Марк встал с кровати и протянул Дарину телефон.

– Как появятся результаты, скажи мне, – попросил он. – А то я уже весь извёлся. Впечатление, будто это самый длинный вечер в году.

– Да уж, представляю. Старики решили пока не беспокоить?

– Похоже на то. Наверное, сидят там и думают, как бы меня подбодрить… если что.

Дарин взял телефон, а Марк, обратно усевшись на кровати и поджав под себя ноги, принялся гладить Карлоффа по иссиня-чёрному оперению.

– И чего тебе эта Страхсильвания покоя не даёт? – поинтересовался Дарин. – Сдалась она тебе вообще…

– Не знаю, – признался Марк. – Вот почему-то же меня тянет туда? Именно туда, а не в какое-то другое место. Это как-то необъяснимо.

И действительно, Марк и сам не мог понять, отчего именно деревушка в далёких туманных горах его так манила и притягивала к себе. Он помнил, как интересовался ею с самого детства, изучая всю доступную информацию в энциклопедиях и путеводителях. Как искал передачи, посвящённые Страхсильвании, а в социальных сетях был подписан на множество страниц, где могли публиковаться разные интересные факты и фотографии о деревне. Однако информации было чрезвычайно мало, и её приходилось собирать отовсюду буквально по крупицам.

Да и Марк знал уже обо всём, что только удавалось найти. В какой-то момент ему даже стало казаться, будто он однажды бывал в Страхсильвании, настолько сильно не отпускало желание там очутиться. Но, конечно же, это только казалось…

Неожиданно Дарин выпрямился и ровно сел на подоконнике. Марк это заметил сразу. Даже Карлофф, замечтавшись, что его гладят, внимательно посмотрел в сторону окна.

– Что там? – нетерпеливо спросил Марк.

– Появилась летучая мышь… со свитком. Сейчас открою. – Дарин стал тыкать пальцами по экрану телефона. – Тут… тут результаты, – неразборчиво произнёс он в итоге и посмотрел на Марка растерянным взглядом. – Ты только… спокойно отреагируй. Хорошо?

– Ну же, что там? Проиграл?

Когда пришло осознание того, что исход уже известен и он стоит в шаге от победы или поражения, Марк не на шутку заволновался. Его бросило в жар, потом в холод и даже немного затрясло.

– Я тебя прошу, не тяни, – сказал он дрожащим голосом.

– Кар, – поддерживающе отозвался Карлофф.

Дарин развернул экран и растерянно объявил:

– Марк… ты выиграл.

Не веря своим глазам, Марк затаил дыхание. Неужели ему улыбнулась удача и у него действительно всё получилось?!

На яркой странице приложения даже издали был виден дождь из конфетти. Чёрная летучая мышь порхала в центре экрана и держала в лапах развёрнутый свиток. Там, на пожелтевшем ветхом папирусе, острыми буквами отчётливо значилось:

Глава 2. Тётушкино предсказание

– Три незабываемых дня и три неповторимых ночи в сердце самой загадочной деревушки страны! А в финале пребывания – уникальная возможность посетить знаменитый Паранормальный Парад, посвящённый Дню Всех Усопших. Именно там предстоит лично встретиться с создателем вкуснейших батончиков, Шоколадным Джокером! – на одном дыхании прочитал Марк рекламное сообщение.

Впрочем, он мог бы слово в слово повторить завлекающее описание по памяти, ведь неустанно разглядывал ярко нарисованный буклет. Марк сразу же взял его, как только заприметил в магазине. Все изображения деревушки оттуда казались такими знакомыми, а после выигрыша притягивали ещё сильнее…

– Ох, Марк, – грустно вздохнула бабушка. Она сидела в кресле с высокой спинкой у камина, где уютно примостился Карлофф.

Дедушка Феликс Мракович наблюдал за всем на софе и молча перебирал пальцами. Он то и дело шевелил из стороны в сторону своими пушистыми белыми усами – насколько это возможно белыми, если учесть, что дедушка был привидением и слегка просвечивал.

– Ты же знаешь, что у нас с твоим отцом уговор: пока тебе не исполнится шестнадцать, ты не покидаешь пределы Карпатвиля без сопровождения, – начала объяснять бабушка.

– Да-да-да, – закатил глаза Марк и скрестил руки. – Я миллион раз уже всё это слышал. Потому что мой папа тайный суперагент и меня могут похитить всемогущие злодеи, мне нужно торчать все свои лучшие годы здесь, возле кладбища.

– Ты несправедлив, – спокойно отметила бабушка, хотя услышанное её и задело. – Всё это делается ради твоего же блага.

– Может, меня вообще не Марк зовут, и не Мракович даже? Может, это имя, чтобы меня вовсе никто не нашёл?

Марк по-прежнему злился. Всё своё детство он провёл в городе Карпатвиль и никогда не выезжал за его пределы. Не сказать, что он так уж сильно и рвался… Но всё равно иногда Марка посещали мысли о том, как интересно было бы оказаться где-нибудь в другом, незнакомом месте. Потому что каждый угол и переулок Карпатвиля он знал безупречно. И, в общем-то, город был довольно неплох. Совсем наоборот. Он находился неподалёку от гористой местности, был стародавним и очень зелёным. Но бродить по местному кладбищу, парку, небольшой главной улице с ратушей и фонтаном Марку всё же периодически надоедало.

И хотя до наступления шестнадцатилетия оставалось всего четыре года, этот срок казался непомерно большим. Отец Марка переживал, что из-за его работы сыну может грозить опасность. Потому и отправил к своим родителям до лучших времён, пока не сможет однажды забрать. «Нет более безопасного места, чем Карпатвиль, – говорил он, – особенно когда есть такие бабушка и дедушка». Но работа, о которой Марк толком ничего не знал, кроме того, что она секретная, диктовала свои условия. Поэтому и приходилось всё время торчать в городе, не покидая его пределы.

По этой же причине Марк видел отца всего пару раз за всю свою жизнь, и то в далёком детстве. На день рождения и праздники он регулярно получал подарки и открытки, крайне редко говорил с ним по телефону… Но, безусловно, этого было совсем недостаточно, и с каждым годом хватало всё меньше и меньше.

– Но это ведь такой шанс! Я так мечтал об этой поездке, и тут она случается, как по волшебству, – взмолился Марк. Он опустил тот момент, что потратил все свои накопленные карманные деньги на несметное количество коробок с батончиками.

– Забей, Марк, – решил успокоить друга Дарин и хлопнул его по спине. – Мы подрастём, я заработаю денег и отвезу тебя в эту твою Страхсильванию.

– Большое спасибо, конечно. Но пока мы насобираем на полноценную поездку, вроде этой, с посещением всех мест и отдыхом, я уже поседею к тому времени. Не думаю, что мне будет интересно рассматривать достопримечательности в пожилом возрасте, опираясь на трость.

– А вот мне было бы весьма любопытно, – бодро заявил дедушка, и Настурция строго на него посмотрела. – Ох, что-то душновато стало, открою окно.

– Тебе не может быть душно, ты привидение, – сердито напомнила бабушка.

– Тем не менее, даже я чувствую, как обстановка накаляется.

Марк снова развернул буклет… «Пока тебе не исполнится шестнадцать, ты не покидаешь пределы Карпатвиля без сопровождения…», – крутилась в голове злосчастная фраза.

«Без сопровождения!»

И тут Марка внезапно осенило.

– Подождите, – оживился он. – Я не могу покидать пределы Карпатвиля без сопровождения и пока мне не исполнится шестнадцать. Так?

– Верно, – согласилась бабушка Настурция, ещё не понимая, к чему клонит внук.

– Получается, выехать я всё же могу… Если кто-то из взрослых поедет вместе с нами!

Бабушка так и замерла после этих слов, глядя на Марка. Даже дедушка остановился на полпути к окну, не шелохнувшись. Он медленно повернулся и посмотрел в сторону Марка.

– Э-э-э… – невнятно протянул Феликс Мракович с растерянным выражением лица.

Похоже, такого варианта развития событий никто не ожидал. В воздухе повисло молчание.

И тут в прихожей раздался пронзительный звонок телефона.

– Всё не так просто. Я не могу поехать с тобой, – объяснила бабушка, не обращая внимания на непрекращающийся звон. – Даже не потому, что обещала помочь Лукреции с приготовлениями к Празднику осени. Мне и по дому-то тяжело ходить, не говоря уже о далёких перемещениях.

– Я могу поехать с ребятами, – выпалил тут же дедушка, распахнув окно.

Гостиная сразу же заполнилась прохладным воздухом и ароматом опавших листьев. Где-то вдали слышалась тоскливая мелодия губной гармошки.

– Болван! Ты привидение, а не живой человек. Сиди дома и не высовывайся, а то ещё устроишь всем проблемы!

– Хватит мне повторять, что я привидение, – обиженно гаркнул дедушка. – И без тебя прекрасно помню!

– Ты своим старческим брюзжанием испортишь мальчикам всю поездку.

– Из нас двоих пока что брюзжишь только ты.

– Я, в отличие от тебя, беспокоюсь о Марке, – бабушка покачала головой. – Да сколько же можно терпеть это тарахтение? Кому там неймётся нам дозвониться?!

Марк нехотя развернулся и пошёл в прихожую взять трубку.

Диковинный винтажный телефон в виде башни с летучей мышью и витражными окошками заливисто тарахтел, не переставая. При этом он хорошенько дрожал, и в момент звонка свет в витражах ярко загорался, а после, с затишьем, тут же гас.

– Дом Мраковичей, – произнёс Марк. – Слушаю вас.

– Ох, Марк, уже устала дожидаться! – послышался женский хрипловатый голос на другом конце провода. – Что у вас там происходит?

Это была тётушка Гюрзелия, двоюродная сестра отца Марка. Высокая женщина с пышными белоснежными волосами и длинным носом, любящая яркий макияж, массивные украшения и строгий, но женственный образ в одежде.

Она обладала даром провидицы, чем и пользовалась, работая с ценными бумагами и сложными контрактами, когда требовалось принять рискованные решения. Для остальных партнёров по предприятию, где Гюрзелия занимала главенствующую должность, она была всего лишь очень расчётливой особой. Они даже не догадывались, с какой лёгкостью такой эксцентричной даме удаётся принимать те или иные решения. Ведь она всегда знала наперёд, какой будет исход у будущей сделки, и ловко перебирала предложениями, сразу отсеивая ненужный хлам.

По своим особенностям тётушка Гюрзелия вполне вписывалась в семейство Мраковичей. Все из них были немного со странностями, но всегда могли прийти на помощь таким же необычным родственникам.

Вот и сейчас тётушка звонила не просто так, а потому что почувствовала, что с её любимейшим племянником что-то приключилось. Она часто так делала в самые непростые моменты жизни Марка, и он к этому давно уже привык. Как и к тому, что Гюрзелия нередко делала важные предсказания.

– Здравствуй, тётушка, – поздоровался Марк грустным голосом. – Извини, что так долго. Мы тут просто… разговаривали… – еле нашёлся он.

– Да, уже знаю. Я давно почувствовала что-то неладное, – призналась Гюрзелия. – Весь вечер места себе не нахожу. Вижу, вы там что-то важное обсуждаете, какое-то решение пытаетесь найти.

– Угу… Пытаемся, но как-то не особо выходит.

– У меня для тебя всё же хорошие новости, – заулыбалась, судя по голосу, тётушка. – Решение будет в твою пользу. И уж совсем неожиданное, я тебя уверяю!

Марку стало легче от этих слов. Но не настолько, чтобы сразу перестать обо всём беспокоиться. Пока что происходящее было туманно, и, хоть предсказания Гюрзелии никогда не подводили, настроение всё равно оставалось подавленным.

– Что у вас там стряслось? – поинтересовалась тётушка. – Я раскинула карты Таро и увидела долгожданный подарок, дорогу… Ничего не поняла. А потом выпала карта отшельника, и мне привиделся какой-то высокий темноволосый мужчина с тёмной аурой. С очень непростым прошлым, за которым тянутся покойники. Но, в общем-то, ничего прямо-таки опасного я не углядела. Тем более внутренние предчувствия мне говорят о том, что все переживания надуманные и вскоре пройдут.

– Да уж, звучит не очень весело, – признался Марк. В этот момент к нему подошёл Дарин и усадил Карлоффа с руки на телефонную тумбу. – Мне посчастливилось выиграть поездку. Но бабушка не хочет меня отпускать… Она обещала папе, что, пока мне не исполнится шестнадцать, я не покину пределы Карпатвиля без сопровождения. А я так хочу поехать! Я так давно мечтал об этом!

Бабушка Настурция и дедушка Феликс тем временем с интересом слушали разговор, по ответам пытаясь понять, о чём же идёт речь.

– Дорогой, ну что там осталось до этих шестнадцати лет? Потерпи немного, и я отвезу тебя, куда захочешь. Деньги ведь не проблема, ты же знаешь.

Для тётушки Гюрзелии поездка даже всех Мраковичей, включая Дарина, была бы сущим пустяком. Но Марк, который жил хоть и не бедно, но достаточно скромно, вряд ли бы смог однажды попросить о подобном одолжении. Одно – принять подарок, пусть и очень дорогой, и уж совсем другое – о чём-то просить. И дело было не в том, что Марк был излишне гордым… Просто осознание, что многие вещи он себе позволить не может, было для него достаточно болезненным. Это всё-таки не Дарин, лучший друг, который знает о многих желаниях и воплощает их по мере своих возможностей. Которых у него несколько больше, чем у Марка.