Империя Агниус. Эпоха Возрождения

Глава 3

Утром Лаварусу пришлось встать рано. Несмотря на его ночную встречу, он чувствовал себя бодрым и отдохнувшим. Казалось, что Агния просто приснилась ему, но теперь он не боялся своей магии. Он специально даже нашёл горшки с календулами, которые уже давно завяли. Альбина хотела их сжечь, но руки у неё пока не доходили до этого.

Он сварил кашу и оставил её в печи, чтобы она не остыла, а сам решил попрактиковаться в магии. Лаварус взял из сарая горшок с календулой и поставил в центре двора, где не было рядом легковоспламеняющихся материалов. Он вздохнул и создал огненный шар. Было плохо понятно, как точно оживить цветы. Если он поднесет шар к цветку, то растение сгорит на глазах. «Пламя растет благодаря жертвам. Оно питается смертью и становится ярче», – повторил про себя Лаварус слова, которые раньше вызывали в нем дрожь. Как можно было бы воспользоваться этим? Обратить процесс сгорания в обратную сторону. Можно было бы излечить их по принципу жизни феникса, но Эмили так не вылечить. Можно направить пламя на умершие клетки и уже восстановить их, но можно задеть и здоровые. Лаварус вздохнул и решил попробовать без пламени. Он провел рукой вокруг календулы и использовал лишь немного жара. Цветок расцвел на глазах. Юноша расплылся в улыбке и создал пламя, которым окутал все цветы. Когда пламя пропало, он увидел множество цветов, тянущихся к солнцу. «Молодец», – услышал в голове голос Агнии Лаварус.

Он посмотрел на солнечные часы, сделанные им в десять лет. Пришло время накрывать на стол. Лаварус вошел в дом и начал ставить на стол чашки, тарелки, а затем и плетеную корзину с хлебом.

– Доброе утро, – послышался голос Эмили.

– Доброе, – улыбнулся Лаварус. – Я тут научился лечить магией. Если ты позволишь, я немедленно приступлю к лечению.

Девушка поколебалась, но всё же согласилась. Юноша посадил её на стул и снял повязку. Он положил руку на рану и представил вместо неё цветок. Убрав руку, Лаварус увидел, что раны уже не было. Даже шрама.

– Спасибо. Я не думала, что маги Огня могут исцелить, – сказала она.

– Теперь будешь знать.

После завтрака Эмили вызвалась помочь Лаварусу по хозяйству. За утро они успели переделать всё: они покормили курей и Дымку, полили все растения Альбины, пропололи грядки. Оставалось лишь помыть Дымку. Лаварус поставил таз с водой, положил ткань, достал новые подковы и инструменты, предназначенные для этого. Эмили в это время стряхивала с Дымки всю пыль, чтобы она не превратилась в грязь во время мытья. Лаварус снял клещами старую подкову лошади, а затем удалил копытный рог и лишние куски стрелки. Дальше оставалось лишь приколотить новую подкову. Закончив подковку Дымки, он выпрямился. Лошадь довольно фыркнула, а после этого вдруг лягнула таз, который стоял на стуле. Вода расплескалась по двору, попав на Эмили и Лаваруса. Девушка рассмеялась, а вот Лаварус недовольно взглянул на Дымку и что-то пробурчал. Пришлось набирать воду заново. Дымка, довольная от результата, заржала.

– Через неделю вернется Альбина. Куда ты думаешь идти? – спросил Лаварус.

– Пока что мне самой это неизвестно, – ответила Эмили, пожав плечами.

– Знаешь, я бы хотел, чтобы ты осталась с нами, но нас и так в этой избушке трое, – сказал Лаварус, но вдруг осекся.

Что он несёт? У неё свой путь. Но что-то всё равно не давало ему её отпустить.

– Я тоже не хочу уходить, – вдруг призналась Эмили.

Её щеки покрылись румянцем. Нависла неловкая пауза. Лаварус откашлялся и создал огненный шар. Эмили сначала испугалась, но тут же ахнула от восторга. Юноша держал в руках цветок, который создал из огня. Он протянул его девушке, и она с радостью приняла подарок.

– Спасибо, – пробормотала она и опустила взгляд на землю.

– Мне нужно съездить в деревню. Вернусь через часа два, – сообщил Лаварус и потупился.

– Поезжай, не волнуйся за меня, – сказала Эмили.

Оставлять Эмили одну не хотелось, но надо было проведать Аристарха. Этот упрямый старик мог опять спать, укутавшись в двадцать одеял, потому что ночь была прохладной.

Лаварус кивнул и побежал в дом за сумкой с травами. На этот раз он пошел пешком, потому что Дымка могла простыть от таких забегов, а утром было прохладно.

Прохладный ветер пронизывал до костей, но яркое солнце грело спину и нагревало рыжие волосы, которые были собраны в хвост. В четырнадцать лет Лаварус хотел отрезать свои длинные волосы, но вскоре ему они даже понравились, поэтому он просто отрезал кончики, чтобы они не становились слишком длинные. Ему хватало того, что они были до лопаток.

– Аристарх, – позвал старика Лаварус, зайдя в дом.

С кухни послышался кашель. Это Аристарх пил отвар трав. Лаварус облегченно вздохнул и направился на кухню.

– А, это ты. Проходи, Лаварус, – сказал старик.

– Как ты себя чувствуешь? – спросил маг, изучая взглядом отвар трав.

Это были не те травы, которые он ему давал. Лаварус сразу же насторожился.

– Уже лучше, даже траву какую-то нашел. Как видишь, пью, – улыбнулся старик.

– Радует, что тебе лучше, – кивнул Лаварус, – а где ты взял эту траву?

– Да заходил вчера один путник. Увидел, что я мучаюсь, и дал мне эту травку. Вроде это лютик, – ответил старик.

Тут-то Лаварус заметил ярко-желтые лепестки в корзинке. Юноша отобрал у старика отвар и вылил его.

– Что ты делаешь?! – вскрикнул Аристарх.

– Лютик едкий действительно принимается во время простуды, но, если будет передозировка, больной умрет, – объяснил Лаварус. – Ещё ты неправильно сварил отвар.

Аристарх побледнел и затих, осознавая, что мог умереть.

– Аристарх, даже ребенок знает, что «куриная слепота» ядовита. Альбина дает тебе то, что требуется для твоего лечения. Лютик мы будем использовать в крайнем случае, а ты уже идешь на поправку, – сказал юноша.

– То есть, меня хотели отравить? – спросил Аристарх.

– Не знаю, но в следующий раз, пожалуйста, думай головой, – ответил Лаварус. – А если бы тебя попросили присмотреть за гадюкой, ты бы стал её с руки кормить?

Юноша расплылся в улыбке, разряжая атмосферу в комнате.

– Да иди ты, балаболка! – отмахнулся старик.

Лаварус рассмеялся и положил травы для лечения. Поскольку старик выпил очень крепкий отвар, нужно было немедленно его выводить. Юноша порылся в сумке в поисках семян мальвы, которые должны были вызвать рвоту. Найдя их, он протянул семена старику.

Аристарх послушно съел семена мальвы, а затем быстро выбежал во двор. Лаварус вздохнул и поставил на стол маленькую баночку меда.

– Ты решил меня убить, горе-целитель? – послышался недовольный голос Аристарха.

– Аристарх, если ты не перестанешь вредничать, то я начну лечить тебя змеиными укусами, – не выдержал Лаварус.

– Одна крапивой угрожает, другой змеями. Не целители, а мучители! – ныл старик.

– Тогда зачем ты постоянно просишь какой-то отвар у нас? – сверкнул взглядом маг.

Аристарх сразу присмирел.

– Я же шучу, что ты такой серьезный? – невинно взглянул на него старик.

– Зато я не шучу, потому что твои выходки мне уже надоели. Либо лечись сам, либо не вредничай.

Лаварус сказал, как и когда принимать лекарства, а потом ушел. Аристарх начинал раздражать. Хотя даже яркое солнце раздражало. И что с ним такое?

– Парень, не подскажешь, где дом знахарки Альбины? – вдруг послышался низкий мужской голос.

Юноша обернулся и чуть не врезался лбом в нос гнедой лошади. Подняв взгляд на всадника, он увидел широкоплечего мужчину в шлеме и с длинной каштановой бородой. Его глаза были подобны бездонному омуту. Казалось, что он видит его насквозь, но не мог увидеть то, ради чего пришел. Ради магии Огня. Некая сила не давала почувствовать ему её. Может, это Агния защищала Лаваруса?

– Её нет дома. Она отправилась в другую деревню по делам, – сказал Лаварус.

Этот незнакомец явно искал не целителя.

– У неё ещё живет паренек. Примерно твоего возраста. Он вроде как маг говорят. Он-то хоть знает, как исцелять? – стоял на своем незнакомец.

– Знает, но сейчас он у одного старика, лечит его, – ответил Лаварус.

Слишком уж подозрителен был этот путник. Знал всё, но ничего не говорил о себе.

– Хорошо, а где дом этого старика? – стоял на своем мужчина.

– Там, в конце улицы.

Мужчина кивнул и развернул коня, а Лаварус поспешил скрыться в толпе деревенских жителей. Теперь он понимал, что ощущала Эмили во время побега от ищеек. Нужно было срочно связаться с Агнией.

До дома Лаварус уже не шел, а бежал. Забежав в дом, он закрыл дверь на замок. Эмили удивленно посмотрела на него.

– Что случилось? – встревожилась она.

– В деревне появился чужак. Я думаю, он опасен, – ответил Лаварус.

– Я могу поставить защиту на дом, – предложила девушка.

– Не надо. Тебе ещё нужны силы.

Весь оставшийся день Лаварус провел дома. Нужно было высушить травы, выбросить залежавшиеся, а вот Эмили занималась обедом. Девушка приготовила щи, испекла хлеб, а к чаю Лаварус достал мёд. Хозяйка из Эмили была отличная. Хлеб был мягкий, а щи идеально сваренные и сытные. Лаварус даже невольно восхитился её навыками.

– У вашего народа есть какие-то легенды? – спросил Лаварус у девушки.

– Они есть у всех. Например, в нашем народе говорят, что есть мир, где ждут все наши братья и сестры, а наши предки решили поселиться на Земле из-за войны в родном мире. Я точно не помню, почему она началась, но теперь мы не знаем, как вернуться, – ответила Эмили.

– Мне Альбина рассказывала о портале, который открывается во время затмения. Говорят, из него вышел отряд из двадцати человек. Он размещен в Драконьих горах. Я слышал, что до сих пор находят останки людей с кинжалами, как у тебя, – сказал юноша.

Эмили тоскливо вздохнула и ответила:

– У вас эти горы называются Драконьими, но в нашем народе они носят название «вия эд мотерн» – «Дорога к смерти». Там точно не будет портала в наш мир.

– Ошибаешься, девочка, – послышался голос Альбины.

Лаварус подскочил от неожиданности и схватил кочергу. Альбина прищурилась и спросила:

– Вы что такие пуганые? Закрылись так, что не откроешь. Даже Тириха так не заточили надежно, как вы замуровались.

– Ты, говорила, что надолго в стаю ушла, – нахмурился Лаварус.

– Просто я знаю, что вас оставить на хозяйстве страшнее, чем отдать его врагу, – проворчала женщина.

– Вообще, мы закрылись потому, что какой-то бродяга интересовался моими силами, – ответил Лаварус.

Альбина сразу же поменялась в лице: сварливость сразу же сменилась тревогой.

– Какой бродяга? – спросила знахарка.

– Не знаю, но у него каштановая борода длиннее моих волос, – пожал плечами юноша.

– Это Властелин Огня.

Раньше юноша испугался бы, но сейчас он был в недоумении. Почему у Властелина могла быть аура, как у палача?

– Ладно, если ему будет так надо, то он нас найдет. А теперь быстро в огород! Грядки все сухие, а на улице пекло, – скомандовала Альбина.

Лаварус вздохнул и вышел на улицу. На улице действительно было жарко. Взяв ведро, он начал поливать огород. И как только земля успевала засыхать?

– Лей-лей. Воды много не будет им, – послышался голос Альбины из окна.

Она сидела с Эмили и разбирала травы. Девушка сочувственно улыбнулась Лаварусу, заставив его работать быстрее.

Лаварус вновь черпнул воду из бочки и вылил её на грядку. Из дома слышался женский смех. «Интересно, что они там веселого в травах нашли?», – проворчал про себя маг. Когда каждая грядка была полита, юноша выпрямился и смахнул со лба пот.

– Лаварус, сходи с Эмили на речку. Нужно собрать тростник, – вновь раздавала команды Альбина.

Как она до этого справлялась одна? Работы по дому было много, даже Лаварус уставал. Но делать было нечего. Он взял веревки, которыми связал бы тростник, чтобы было удобнее его нести, и дождался, когда Эмили соберется. После этого они пошли к реке. По полю было идти очень жарко, поэтому они поспешили зайти в лес, где ветви закрывали их от палящего солнца.

– Лаварус, а вдруг Джухел появится здесь? Ведь это он затеял охоту на мой народ, – заговорила Эмили.

– Я постараюсь тебя защитить. Обещаю, – ответил Лаварус.

Девушку эти слова не успокоили, да и сам Лаварус сомневался, что сможет противостоять опытному воину и магу.

– Знаешь, у людей говорят, что в реках водятся русалки, но я их никогда не видела. А как маги считают? – спросила девушка, когда они уже стояли и собирали тростник.

– Они действительно есть, – кивнул Лаварус. – Они разделены на два рода происхождения: наследственный и видоизмененный. Первые – русалки, которые родились такими, а вторые – души девушек-утопленниц.

Эмили поежилась.

– Не переживай, тут их точно нет, – поспешил успокоить её маг.

– Если они всё-таки появятся тут, то нас никто не спасет, – ответила девушка.

– Меня они своей красотой не зачаруют, ты уже это сделала, поэтому я легко вытащу тебя из воды, – улыбнулся Лаварус.

Щеки Эмили покрылись румянцем. Вдруг она запнулась о какую-то корягу, лежащую на дне, и чуть не упала, но Лаварус вовремя её поймал. Эмили была легче пёрышка. Она была хрупка, как хрусталь, но в ней ощущалась сила, которую если пробудишь, то попрощаешься с жизнью. Кинжал у древнего народа был лишь помощником, направляющим магию, как волшебная палочка или посох.

– Спасибо, – тихо сказала Эмили.

Лаварус выпрямился и помог девушке встать.

– Знаешь, я задумывался о том, что скоро судьба надолго разлучит нас. Пока это не произошло, мне хотелось бы узнать, станешь ли ты моей невестой? Сможешь дождаться меня? – спросил Лаварус.

– Я с радостью свяжу с тобой свою жизнь, – улыбнулась Эмили. – Пропади ты хоть на века, я буду ждать твоего возвращения, как мир солнце.

Юноша расплылся в улыбке и крепко обнял девушку. В груди были противоречивые чувства: с одной стороны, он знал её несколько дней, но с другой, не хотелось её отпускать. Казалось, они за несколько дней узнали друг друга.

– Всё это очень мило, но Альбина ждет тростник, – послышался голос Диобата.

Лаварус и Эмили вздрогнули от неожиданности.

– Кстати, она ещё просила передать, что дает вам своё благословление, – сказал мальчик и скрылся в лесу.

Эмили вопросительно взглянула на Лаваруса. Юноша пожал плечами и взвалил на плечи пучок тростника.

– У нас обычно благословение дает старейшина. Без его воли никто не смеет завести семью, – сказала Эмили.

– У него дел настолько мало что ли? – спросил Лаварус.

– Почему? – не поняла девушка.

– Следить за всеми невозможно. Ему нужно вести охотничий отряд, следить за порядком, безопасностью, всем ли хватает продовольствий, – объяснил юноша.

– У нас деревушка маленькая и совсем другие традиции. Вы поклоняетесь богам или предкам, а у нас никакой веры нет. Мы служим только племени, – твердо отчеканила Эмили.

Казалось, что перед ним стоит уже не милая девушка, а воительница, которая готова пролить кровь. Но ведь она же не убила его, хотя они, можно сказать, враги. А если это была просто благодарность за то, что он её вылечил?

– Эмили, а почему ты меня не убила, зная, что я маг Огня? – спросил Лаварус.

Девушка потупилась, но вдруг ответила:

– Да, ты маг Огня, но совсем отличаешься от других. Ты используешь Огонь не в целях убить, а вылечить.

Лаварус кивнул, но внутри всё ещё терзали сомнения. Он знал Эмили всего лишь несколько дней, а её народ был для неё всей жизнью. Как бы он сам поступил, когда на его семью открыли охоту? Скорее всего, испепелил всех врагов, как того ищейку. О мысли об убийстве по спине пробежали мурашки. Нужно было поговорить с Агнией.

Вечером он сидел и играл с Диобатом в «быки». «Лодыжка» Диобата очередной раз упала вогнутым боком вверх.

– Вот жулик! – улыбнулся Лаварус.

– С тебя завтра прогулка, как ты и обещал, – ответил мальчик.

– Ладно, ладно, – поднял руки маг. – Ничего, я потом отыграюсь.

Юный оборотень гордо выпрямился, встал и хотел подойти к своей кровати, которую соорудил Лаварус, но запнулся об ковер и упал.

– Довыпендривался, – проворчала Альбина.

Диобат невозмутимо встал и отряхнулся, ответив:

– Просто ковер неровно лежал.

– Ага, – улыбнулся Лаварус.

– Так, победителя не судят! – ответил Диобат с притворной обидой.

– Иди уже спать, повелитель быков.

Лаварус встал и потянулся. Он и сам ужасно хотел спать, а ещё ему натерпелось поговорить с Агнией. Прабабка точно должна была ему помочь.

– Лаварус, подойди, – попросила Альбина, осторожно косясь на Эмили.

– Да, матушка? – спросил юноша, подойдя ближе.

– Джухел будет ждать тебя на рассвете у подножия Драконьих гор. Ты должен пойти с ним, – прошептала она ему на ухо.

– Хорошо, – кивнул Лаварус, чувствуя, как тяжесть в груди усиливается.

– За нас не волнуйся, Джухел точно обеспечит нам безопасность. Может быть, с тобой мы увидимся через несколько лет, но я буду ждать тебя, помни.

Она невольно задрожала и обняла его. Она хоть была строга, часто ворчала, но очень любила своих сыновей. Лаварус обнял её в ответ, чувствуя, как дрожат материнские плечи. Было видно, что Альбина совсем не хотела его отпускать, но понимала, что надо.

– Я обязательно вернусь, а теперь иди спать. Я когда-нибудь тебя подводил? – утешал Альбину Лаварус, борясь с комом в горле.