- -
- 100%
- +
Пролог
Я мчался по пустой трассе на предельной скорости, надеясь, что скорость и адреналин успокоят мою бурлящую кровь. Ночные небеса, казалось, вот-вот разверзнутся и обрушат на спящий город тонны воды.
Пять лет я не был в этом городе, и за это время мало что изменилось. Хотя я и предполагал, что ничего не изменится, я ошибался. Говорят, что время лечит, но сегодняшняя встреча в кругу семьи показала, что это не так. Время лишь притупляет боль, а открытые раны превращает в ноющие, заставляя их изредка кровоточить.
Моя же дыра в груди, казалось, жила своей жизнью и росла день ото дня, оглушая сознание воем одиночества.
В зеркало заднего вида я увидел стремительно приближающийся на огромной скорости красный джип моей сводной сестры. Выругавшись, я сбавил скорость и остановился у обочины на въезде в город. Закурил дрожащей рукой сигарету и вышел из машины.
Едва автомобиль остановился, она выскочила из него и бросилась мне навстречу. Светлые, длинные до талии роскошные волосы разметались, окутывая ее золотым покрывалом.
– Ты ведь не уедешь снова, да? – Пришивает своим зеленым взглядом, уже предвидя ответ.
– Ты… Я ненавижу тебя! Слышишь, НЕ-НА-ВИ-ЖУ! – Успеваю подхватить ее, прежде чем она, зарыдав, обессиленно упала на землю. И поздно понимаю свою ошибку.
Руки коснулись кожи обнаженных рук, и от чувственного прикосновения током прошибает обоих. Крылья носа затрепетали, почувствовав аромат, который ежеминутно и методично вспарывал мою гребанную выдержку. Земляника и солнце. Волосы шелковым полотном окутали обоих. Злата словно чувствуя мою внутреннюю борьбу, с мольбой смотрит, не отводя глаз.
– Я не смогу больше одна, Кай, не смогу! Я ждала тебя целых пять лет… И каждый день пытка и агония. Я дни считала до твоего приезда, а ты вот так, не сказав ни слова…
Руками трогает мое лицо, а я вновь не в силах с этими чувствами совладать. Смотрю на нее и не могу насмотреться. Скинул свою защитную маску, обнажив душу.
– Детка, моя, сладкая… – словно в бреду повторял, целуя ее руки, нагло воруя запретную ласку.
– Нельзя нам, нельзя… Я всю тебя хочу, так сильно…
Она положила мои руки себе на грудь и с наслаждением прикрыла глаза, прошептала «Так бери». Я больше себя не контролировал и, как раньше, зарычав, впился в ярко красный рот, со вкусом земляники. Дрожащими руками гладил волосы, попеременно то хватал и с силой оттягивал ее голову назад, то целовал их, глотая изумительный аромат. Член болезненно подрагивал в штанах, а кровь стучала в висках, и только сердце, ликуя, впитывало стоны и всхлипы, исторгаемые любимой и единственной, запретной женщиной.
– Давай сбежим, улетим на край света, где будем только ты и я! И никого больше, Кай! Я не выживу, если ты меня покинешь! Я твоя! Я вся твоя, сердце и тело! – шептала в губы, исступленно целуя.
Еще долго ее слова звучали в моей голове, и по ночам надрывным криком блуждали в моем воспаленном сознании. Разве мог я предположить такой исход нашего больного, безумного притяжения? Не мог. Я представить себе не мог, в какой лжи мы живем, и какой путь пройдем к своему счастью…
Глава 1
Злата
Наконец-то моя мечта сбылась – наступили долгожданные летние каникулы. Отец исполнил своё обещание, выкроив время в своём чрезвычайно плотном графике, и мы летим в отпуск на чудесные и экзотические Каймановы острова.
Мы с братом очень ждали этой поездки. Я ходила за ним по пятам, засыпая вопросами почти весь месяц, предшествующий путешествию. Не то чтобы мне были интересны какие-то детали, нет, я просто хотела проводить с ним больше времени. Наверное, я всегда, с самого детства, подсознательно жаждала его общения, внимания, серо-стального взгляда и задорной мальчишеской улыбки.
Мой брат, как всегда, говорил отец, был очень трудным ребёнком. Бесконечные драки в школе и на улице, вызовы отца в школу, выговоры и длинные нотации дома не способствовали хорошим взаимоотношениям между отцом и сыном. Однако, когда дело доходило до меня, мой всегда хмурый и замкнутый Кай менялся. Его лицо наполнялось светом, и улыбка, шокирующая своей красотой, являла миру две прекрасные ямочки, делая его волшебным в моём детском воображении.
На Каймановы острова мы прибыли к вечеру на частном самолёте нашего отца и сразу окунулись в мир первозданной природы во всём её великолепии. Огромное апельсиновое солнце в розовых брызгах опускалось прямо в море, чаруя и наполняя всё вокруг мифической аурой. В шестнадцать лет девочки особенно впечатлительны, и я не оказалась исключением. Всё моё девичье существо пело и ликовало, наслаждаясь диковинным раем и предвкушением чего-то необычного.
Брат поглядывал на меня и улыбался, то и дело качая головой, втайне заражаясь моим восторгом. Устроившись в лучшем отеле с выходом на собственный пляж и освежившись после длительного перелёта, мы поспешили на ужин в ресторан, расположенный на берегу Карибского моря под звёздным небом.
Отец, занятый переговорами по телефону, дал знак ужинать без него, и мы уселись с братом за столик, освещённый лишь причудливыми свечами. Атмосферный вечер был наполнен экзотическими ароматами, наполняющими воздух, и солёным, едва заметным бризом. Сегодня мой брат выглядел роскошно. Тёмный ёжик волос и слегка отросшая щетина создавали контраст с головокружительным обаянием, а белая футболка подчёркивала мощные плечи и крепкую шею.
Мой брат учится за границей. В этом году он должен закончить учёбу и возглавить филиалы в Москве. Я стараюсь не думать о том, что жизнь без него невыносима, тем более что он прилетает ко мне по первому моему зову, бросая всё на свете, потакая моим прихотям.
– Ну что, Золотинка, по твоему сияющему виду можно сделать вывод, что всё именно так, как ты и мечтала? – спросил он.
– Кай, здесь просто потрясающе! – мечтательно вздохнула я и потянулась, отчего материя на моей немаленькой для моего возраста груди натянулась, притягивая взгляды мужской половины ресторана.
– Злата, тише. Или ты хочешь, чтобы в первый же вечер мне пришлось махать кулаками, защищая твою добродетель? – прищурил свои грозовые глаза, скользя по моей груди.
– А может, я именно этого и хочу? – вызывающе вскидывая одну бровь, обронила я.
Брат тихонько рассмеялся, перегнулся через стол и заправил локон мне за ухо.
– Ну, если ты хочешь, я готов ими махать, сколько потребуется, чтобы моя любимая сестрёнка потешила своё огромное золотое эго!
Улыбка растянула мои губы, ведь невозможно устоять перед его обаянием.
– Нет уж, дорогой братец, именно ты, и только ты, тешил, ласкал и растил моё огромное золотое эго! Пожинай, что посеял! Вот! – засмеялась я, тряхнув пышной золотой гривой, вновь притягивая к себе взгляды загорелых, холёных мужчин.
Позже к нам присоединился отец. На протяжении всего сказочного вечера мы подшучивали друг над другом и смеялись до слёз. Ночь окутала нас тёмным бархатным покрывалом, зажигая на небе алмазные звёзды. Это был последний вечер мира и гармонии в моей душе, потому что уже завтра я пойму, что мой брат способен дарить грозовой взгляд не только мне, и жгучая и едкая ревность, поселившаяся в моей душе, имеет иной оттенок, и с сестринской любовью не имеет ничего общего.
Завтра моя жизнь разделится на «До» и «После», и с этого дня моя жизнь наполнится болью, слезами и чувством неразделённой, извращённой любви к собственному брату. Завтра я увижу в его глазах растерянность, злость и впервые в своей жизни ненависть в любимом.
Глава 2
Злата
Утром, едва солнце показалось над лазурными водами моря, я поспешила в номер к своему брату. Ворвавшись внутрь, я обнаружила, что комната пуста, и уже хотела отправиться на его поиски, как услышала шум льющейся воды и гортанный мужской стон.
Это был тот случай, когда действия опережают мысли. Не раздумывая, я ворвалась в ванную и замерла от увиденной картины. Широкая загорелая спина моего брата, под струями горячей воды, и наполненная паром душевая кабина – все это запечатлелось в моем сознании. Вид наполовину скрытой темной головы, запрокинутой в экстазе, и характерные движения рук заставили мое лоно странным и непривычным образом задрожать и вспыхнуть.
Нет, я, конечно, не ханжа и прекрасно понимала, чем занимается мой брат. Но то, что происходило со мной, не поддавалось моему внутреннему анализу. Я стояла, словно приросшая к полу, и продолжала смотреть на Кая, ощущая ураган эмоций, стремительно кружащий в моем теле.
Где-то под кожей возник рой мурашек и рассыпался по всему телу, воспламеняя плоть и будоража кровь. Словно почувствовав мое присутствие, Кай повернул запрокинутую голову, и этого томительного и полного эйфории взгляда мне уже не забыть. Именно его я потом положу в копилку памяти, буду доставать и лелеять в самые тяжелые моменты моей жизни.
Кай выскочил из кабины, хватая полотенце, и не стесняясь в выражениях. А я бессовестно пялилась на его внушительный мужской орган в состоянии эрекции.
– Злата, черт возьми, ты уже не можешь врываться ко мне в комнату, и тем более в ванную, по банальной причине: ты уже не маленькая детка, и я тем более… – начал он.
– Да все верно, Кай, мы уже не дети… – перебила я злого как черт брата, продолжая смотреть на его огромный член, торчащий под полотенцем. – Мне, наверное, надо извиниться… Прости. – прочистив горло, выдавила я из себя.
Учащенное дыхание не укрылось от Кая, и его темный стальной взгляд устремился на мой рот, затем на грудь, с твердыми сосками, рождающими острый дискомфорт от соприкосновения с тканью.
Снова выругавшись, брат отвернулся от моего пытливого взгляда и ошарашенного вида. Видимо сразу решив объясниться, дабы избежать неловкости в общении, Кай, противореча сам себе, словно маленькой девочке, стал разъяснять:
– Злата, я понимаю, как это выглядит, но я не намерен перед тобой оправдываться!
– Я не настолько глупа или мала, чтобы не понимать причину твоих действий, Кай. Мы живем в век интернета и прогрессирующего времени, и для меня не тайна, что мужчины могут снимать подобными занятиями, ммм… напряжение.
– Вот как? Ну надеюсь вопрос о входе без стука тоже решен? – оборачиваясь, спрашивает он. А сам взглядом снова цепляется за ноющую грудь и соски, торчащие из-под легкого шифонового сарафана.
– Прости еще раз! Я пришла позвать тебя на пляж, – наконец, вспомнила я зачем сюда пришла.
– Конечно, беги, собирайся, после завтрака сразу отправимся на пляж, – обронил он, пряча взгляд, опуская голову, проверяя, насколько много я успела рассмотреть.
Я покинула номер брата, но завтрак решила пропустить. Сейчас еда меня волновала меньше всего. Войдя в свой номер, я опустилась в кресло и прикрыла глаза. Восстановила все в своем воображении и долго упивалась им, смакуя и пробуя на вкус свои ощущения. Между ног все пульсировало и пылало, я невольно скользнула туда пальчиком, поглаживая влажные лепестки сквозь тонкий шелк мокрых трусиков. Острое наслаждение пронзило меня, принося облегчение и радость.
Сейчас я представляла, ругая себя за такие мысли, что это его руки гладят и ласкают меня… потом руки сменяют губы, и наконец член, который вознесет меня на вершину страсти, и подарит первый в жизни оргазм. Едва представила его член, и вот он настиг меня, ослепляя и оглушая, вырывая стоны и всхлипы, растекаясь огненной лавой в молодом девичьем теле.
Глава 3
Злата
Я лежала на шезлонге, наслаждаясь ласковыми солнечными лучами, лениво перебирая пальцами белый теплый песок и ожидая, когда появится Кай. Тело было расслаблено, и мне хотелось поскорее окунуться в лазурную теплую воду.
Заметив брата, я встала ему навстречу, не сразу обратив внимание на девушку рядом с ним. Она шла с царственной статью, уверенно держа его за руку, а ее жгучие черные волосы развевались на ветру.
Как только они приблизились, Кай сел рядом на шезлонг и с улыбкой потрепал мои волосы:
– Золотинка, не забывай о коварстве чужеземного солнца. Я уже предвижу, как ты будешь ныть из-за обгоревшего красного носика и всего остального.
Взяв спрей для защиты от солнца, он разбрызгал его по моим плечам и спине, а затем начал легкими массирующими движениями втирать в кожу. Он делал так десятки раз, но в этот раз я отчетливо почувствовала шероховатость его ладоней и особую мягкость прикосновений. Сосредоточившись на своих ощущениях, я едва не забыла о спутнице Кая, которая стояла за нашими головами и с интересом меня разглядывала.
– Злата, я хочу тебя познакомить с Вероникой. Мы живем в одном городе и случайно встретились здесь. Ты знакома с ее сестрой, Викторией. Кажется, вы вместе посещаете бассейн.
– Не знала, что у Виктории есть сестра. Она ничего мне не рассказывала о тебе. – Мне хотелось повести плечом, чтобы избавиться от настойчивого взгляда Вероники. Эти холодные голубые глаза смотрели с каким-то цинизмом и враждебностью.
– Мы не родные, – проговорила она, откашлявшись, – и, честно говоря, не особо ладим.
Не зная, как ответить, я промолчала, а брат поднялся, стянув через голову светлую футболку. Его совершенное накаченное тело привлекло внимание не только нас, но и смуглых стройных девушек неподалеку.
– Ну что ж, пора освежиться, девочки! Лазурные воды так и манят окунуться в соленые глубины! – И с разбегу он помчался к воде, скрывшись в волнах и рассеивая вокруг себя брызги.
Вероника сняла сарафан, демонстрируя ядовито-зеленое бикини и стройную фигурку, и мягкой походкой направилась к воде. Мое настроение почему-то испортилось, и купаться расхотелось. Спрятавшись под зонтом и нацепив солнцезащитные очки, я не могла оторвать взгляд от этой парочки, резвящейся в воде. Кай нырял, смеялся и дурачился, то и дело махая мне рукой, приглашая присоединиться. Каждый раз я отвечала ему отрицательным кивком, растягивая губы в фальшивой улыбке, натыкаясь на высокомерный взгляд наглой Вероники.
Глаза за темными стеклами жгло от непролитых слез, и мне до жути хотелось расплакаться, как маленькой девочке, ревнующей свои игрушки. Я не могла вынести того факта, что брат сосредоточил свое внимание на ком-то другом. Мне хотелось вцепиться в красивое чужое лицо ногтями и стереть эту ее снисходительную наглую улыбочку. Вконец расстроившись, я поднялась и направилась к себе в номер, решив там все хорошенько обдумать и проанализировать.
Самоанализ – это мое излюбленное развлечение с самого раннего детства. Часто лежа без сна, я разбирала по полочкам то или иное событие и свою реакцию на него. Отнимала зерна от плевел, гадая, как бы мама поступила бы, будь она на моем месте. Наша мама умерла, рожая меня, поэтому я видела ее только на фотографиях. Я не похожа на нее, в отличие от Кая. У брата такая же улыбка и глаза как у нее – глубокие серые с темной радужкой.
Пробыв в номере до вечера, я спустилась к ужину, наконец, успокоившись и вернув себе прежнее самообладание. За столиком уже расположились отец, порядком захмелевший, брат и неизменная Вероника.
Брат поднялся, встречая меня, отодвинул стул и слегка наклонился, приветствуя поцелуем. Губы скользнули по щеке, задевая уголок рта. Я вздрогнула, не поднимая глаз, уставившись неотрывно в область груди, боясь взглянуть ему в лицо.
Устроившись за столом, я поймала ненавистный взгляд Вероники. От него веяло такой враждебностью, что я подсознательно поежилась. Отец впервые предложил мне вина, и я не отказалась, в надежде унять дрожь пальцев и восстановить дыхание. Вино оказалось необычайно приятным на вкус, и я уделяла ему больше внимания чем еде, ловя недовольный взгляд брата.
Зал ресторана потихоньку заполнялся, музыканты взялись за инструменты, и в воздухе разлилась музыка, наполняя его страстью и томительным ожиданием, пробирая до самого дна человеческой души жгучим тандемом скрипки и губной гармошки.
– Кай, дорогой, невозможно побывать на экзотическом острове и не потанцевать под традиционную музыку местного народа. – Поднялась Вероника и потянула брата за руку. Он поднялся и повел ее в центр танцпола, где уже медленно кружились несколько пар.
– Злата, она права, местная скрипка – это нечто. Прошу, моя милая. – Не оставляя мне выбора, отец потянул за руку вслед за братом.
Признаться, я не особенно хотела танцевать, все еще оглушенная враждебной аурой, исходящей от девушки. Словно, я совершила нечто такое, за что меня стоит так ненавидеть.
Кружась с отцом в танце и рассеянно слушая его речь, я кивала и поддакивала, изо всех сил пытаясь вести неинтересный мне диалог, цепляясь взглядом за улыбку, озарившую лицо брата. С этого ракурса мне был виден четкий мужской профиль и ямочка на щеке. А также темные загорелые руки, наглаживающие голую спину в вырезе легкого сарафана.
Мысли понеслись вскачь, а грудь сжало словно тисками. Почувствовав влагу собравшеюся в глазах, я заморгала, пытаясь ее прогнать. Не хватало еще разреветься прилюдно, как маленькой девочке. Вздохнув несколько раз глубоко, и кинув украдкой взгляд на брата, едва не задохнулась. Он выглядел так, словно хотел убить кого-то и неотрывно следил за нами, сжав огромные кулаки за спиной у Вероники.
У меня екнуло в сердце, и я лихорадочно завертела головой по сторонам силясь найти причину перемены в лице Кая. Еще раз проследив за его взглядом, я уверилась в том, что смотрит он на отца. И только потом я почувствовала руки, блуждающие по моей такой же открытой голой спине. Сердце ухнуло в пятки, и разлетелось там на атомы. Не так должны они держать родную дочь, не с такой интимностью и придыханием. Не сразу поняла, что стою намертво, не двигаясь и смотрю в лицо отцу. Полузакрытые веками глаза и снисходительная улыбка на лице, и дыхание, сбившееся, опаляющее мою щеку алкогольными парами.
– Детка, ты в порядке? – всего мгновенье и выражение меняется, и вот уже рука легонько надавливает на спину, направляет меня к столу.
– Да… Да, все в норме, пап. – Решаю, что отец просто перебрал, или представил на моем месте кого-то другого. Иначе просто быть не может. И не мудрено, столько работать двадцать четыре часа в сутки. Я даже не знаю, есть ли у него личная жизнь. Сколько помню себя, он занят до неприличия, совершенно не интересуясь детьми, и тем, чем мы живем. Всегда с самого детства Кай заменял мне отца и мать, беседовал со мной на всякие девчачьи темы, был поддержкой и опорой.
– Еще вина, детка? – Я киваю, и он наполняет мой опустевший бокал. Как только я беру его, темная сильная ладонь перехватывает его и отбирает.
– По-моему, ей уже хватит. – Жестом подзывает официанта и заказывает вишневый сок. Затем переводит взгляд на отца и долго смотрит ему в глаза, сдерживая свое бешенство. Отец отводит первым глаза, поднимается, и целует меня в макушку.
– Все молодежь, я к себе. Что-то я сегодня перебрал, малость. Златуля, не задерживайся.
– Хорошо, папочка. Я тоже скоро поднимусь.
Глава 4
Злата
Вечером, мучаясь от бессонницы я решила немного развлечься. Я надела легкий сарафан, взяла телефон и зашла в инстаграм, чтобы поделиться фотографиями с братом, которые мы сделали на яхте в первый день, и в ресторане.
Мои фотографии мгновенно собрали множество лайков, а одноклассницы засыпали меня комментариями. Я улыбнулась и отложила телефон. После ужина с вином во рту было сухо, и я решила выпить ледяной воды, чтобы освежиться. Набрав воды в баре, я вышла на балкон.
Луна заливала своим серебристым сиянием гладкую поверхность моря, и лунная дорожка убегала вдаль, теряясь на горизонте. Теплый ветерок ласкал мое лицо, и я полной грудью вдыхала соленый морской воздух.
Внезапно до моих ушей донеслись стоны и всхлипы, которые заставили волосы на моей голове шевелиться. Я знала, что это доносится из комнаты моего брата, которая находится рядом с моей. Наш балкон был общим, отгороженным лишь узорчатой мраморной перегородкой. Я замерла, обратившись вся в слух, и поняла, чем он там занимается.
Стоны перешли в крики, и мне оставалось только догадываться о происходящем, учитывая утренний инцидент. «Еще, сильнее… Аааа» – доносилось до меня, словно эта женщина знала, что я стою здесь и глотаю слезы. Ревность острыми когтями впилась в мое сердце и принялась рвать его на части.
Стакан с громким звоном выпал из моей ослабевшей руки и разлетелся на осколки. Я даже не пошевелилась. Не смогла. Так и простояла там, пока эта женщина с визгом не кончила, оглашая своим оргазмом всю гостиницу.
Пошатываясь, я вошла в номер и побрела к бару. В дорогих гостиницах всегда есть огромный ассортимент для клиентов: в баре – множество разновидностей алкоголя, а в маленьком холодильнике – всякие вкуснятины.
Достав коньяк, я налила себе полстакана и залпом опрокинула его в себя, не чувствуя вкуса. Алкоголь опустился в желудок, обдавая жаром, полыхнувшим в крови.
Посидев немного, я решительно вышла из номера. Покинув гостиницу, я вышла на пляж и села на берегу, позволяя мягким теплым волнам омывать мои голые ноги. В голове гудело и плыло, ведь это было мое первое знакомство с крепкими напитками. Меня била крупная дрожь, несмотря на духоту летнего вечера. В ушах стоял не шум прибоя, а противные визги, которые, казалось, долетают и сюда, до кромки теплого моря и золотого песка, потерявших свои краски под покровом жаркой ночи.
Алкоголь прожигал кровь и пеленой застилал воспаленное сознание. Тело покрылось липким потом. Я сама себе казалась грязной и ненужной никому на свете. Одним движением сбросив легкий шифон, я скользнула в мягкие обволакивающие волны совершенно обнаженной. Вода казалась черной, но такой ласковой и приятной.
Проплыв довольно далеко от берега, я расслабилась и полежала на воде, рассматривая огромные алмазы звезд. Даже небо здесь, на райских островах, выглядело иначе. Темно-синий бархат и сверкающие звезды. Передохнув, я направилась к берегу.
Внезапный всплеск с берега испугал меня до ужаса. Хотелось закричать во все горло. Только сейчас меня оглушила вся глупость моей затеи – одна ночью на пустынном пляже. Я бросилась, захлебываясь в другую сторону. От ужаса ноги налились чугуном, а руки отказывались слушаться.
Крик застрял где-то в горле, когда сильные руки сомкнулись на моем теле и потянули на себя. Еще не сморгнув соль моря, я узнала эти руки по прикосновению и запаху тела, слегка разбавленного морем, но их обладателя мне сейчас просто невыносимо видеть, что я и сделала, крепко зажмурившись.
– Видит Бог, Злата, я готов тебя утопить! Где твои мозги, черт возьми!
Отворачиваясь и продолжая вырываться из крепкого захвата, я скользила обнаженным телом по гладкому мужскому торсу.
– Успокойся, малыш, это я. Твой Кай. Ну же, девочка, прекращай.
Подтягивая меня к себе еще ближе, он обнял меня, и я обмякла в его сильных руках. Отчетливо ощущала нашу близость и чужой аромат духов на его лице. Руки переместились на бедра, затем на ягодицы и сжали их, вырывая судорожный вздох из моих распахнутых губ.
Кай прижался лбом к моему лбу, и наше дыхание смешалось, безумное, одно на двоих. Волосы плавали вокруг нас, оседая на его руках. Повернув меня к себе лицом, он замер на полуслове, пытливо вгрызаясь взглядом в мое тело. Словно только сейчас осознал нашу близость во всех ее смыслах. Его темные глаза не сводили взгляда с моей груди и торчащих вверх розовых сосков. Губы сжались в тонкую линию, а сердце билось так же отчаянно, как мое собственное.
Вдали от берега, одни в темных морских водах, и серебряных бликах огромной луны, изогнувшей губы в ироничном оскале, дрожащие руки накрывают мою грудь, вырывая громкий стон прямо в открытый рот Каю. Еще мгновение, и я сама накрываю его губы своим ртом. Сначала он не отвечает, затем, обхватив мое лицо тисками, впивается жадно, сладко в мои губы. Меня никто еще не целовал, и осознание того, что это он впервые к ним прикоснулся, дурманит сильнее самого крепкого алкоголя.
Ногами обвиваю его тело и выгибаюсь навстречу жадным губам, опаляя кожу обнаженной плотью. Я чувствую его язык глубоко в горле, он готов проглотить меня, и в мягком шелесте волн я отчетливо слышу рванные хриплые стоны, которые исторгает мой рот. Внизу живота настоящее торнадо, тянет сладкой мучительной болью, заставляя яростно тереться и насаживаться на горячие пальцы, хозяйничающие в раскрытых лепестках и доставляющие райское наслаждение.
С трудом оторвав мое раскаленное тело от себя, он обеими ладонями растирает лицо, а затем с яростным криком ударяет изо всех сил по воде, поднимая вверх ворох брызг, и приводя тем самым меня в чувство. Грудь бурно вздымается над водой, наше шумное дыхание и дуэль взглядов. Я также прямо смотрю ему в глаза, пытаясь выровнять и успокоить свои инстинкты.