Тайна тонущего корабля

Дело ведёт медоед

Иллюстрации Алины Ямковой

© А. Мироненко, текст, 2025

© А. Ямковая (Попова), иллюстрации, 2025

© Оформление серии. АО «Издательство «Детская литература», 2025

Пролог

Пророчество

Кандидат лежал на тростниковой циновке и смотрел, как на виднеющемся сквозь худую крышу убогой хижины небе проступают яркие звёзды. До посвящения осталась одна ночь. До того момента, когда он родится во второй раз, получит новое имя и начнёт другую жизнь. В прошлой жизни, из которой он пришёл в Орден Лунных Чар, его звали Октавио. Он появился на свет восьмым. Все красивые имена достались старшим. Он добирался до материнского соска после того, как все братья сыто отваливались в сторону. В годы роста Октавио питался объедками, а его голос оставался последним, к которому прислушивались.

За месяц испытаний прошлая жизнь отступила. Теперь она казалась далёкой, обиды – смешными, разочарования – глупостью. Октавио знал, что нужно выспаться. Однако мысли мешали отдыху ещё сильнее, чем последнее испытание болью, заставившее его забыть обо всём на свете.

Он представить не мог, что в мире существует такая дикая боль. Казалось, она разрывает тело на куски. Хотелось забиться куда-нибудь в норку, в темноту, в прохладу; свернуться там калачиком и замереть. Но вместо этого приходилось, едва переставляя лапы, танцевать на жаре среди жизнерадостных обезьян-ревунов. Они не давали ему ни секунды передышки. Только во время движения яд мог распространиться по всему телу. Ревуны тормошили его, дёргали за онемевшие конечности, корчили гримасы, били в барабаны и громко вопили.

Прежде чем согласиться на это испытание, он изучил брошюру о пулях – самых крупных муравьях в мире. Узнав, что укус насекомого в тридцать раз больнее укуса осы и многие испытуемые готовы были отрубить себе лапы, чтобы избавиться от невыносимых страданий, он почувствовал, как шерсть на спине слиплась от пота. Когда же сам увидел отряд свирепых муравьёв, то едва не лишился сознания.

– Мы отобрали самых злобных воинов, – бодро отрапортовал монах лысому уакари[1] Вергилио, главному колдуну Ордена Лунных Чар.

Вергилио одобрительно сморщил красную морду, подмигнул воину и, повернувшись к ученику, спросил:

– Ещё не поздно. Может, передумаешь?

Октавио хотел поджать хвост и сбежать. Но к его мнению мало прислушивался тот, который пришёл переродиться, тот, который собрался править Страной Голубого Креста. Зверь поднял хвост и процедил сквозь зубы:

– Я готов…

Несколько дней после испытания он приходил в себя. На четвёртый кандидата посетил Вергилио. Он принёс долгожданную весть.

– Светлейшая Богиня обратит на тебя взор в день Розовой Луны. Вот счёт на подношения, согласованный с Хозяйкой Ночи.

Молодой самец даже не взглянул на протянутую бумагу. Он просто достал из кожаного портфеля кошель с монетами и драгоценными камнями и положил на круглый столик.

– Надеюсь, этого достаточно? Пусть братья помолятся за дух моей матери, погибшей в когтях пумы два года назад.

Вергилио одобрительно кивнул. Главный колдун Ордена был стар и умудрён жизненным опытом. Мгамба[2] пережил не одного правителя Страны Голубого Креста. С каждым владыкой он старался поддерживать хорошие и дружеские отношения, особо подчёркивая свой политический нейтралитет. Поэтому его помощница чёрная мамба[3] Молния, принимавшая участие в ритуалах, не ожидала, что дело дойдёт до лунного благословения.

«Надеюсь, мой господин ведает, что творит, – думала она, исподтишка рассматривая ученика. – Этот кандидат молод, хорош собою, богат. В глазах пылает огонь неукротимой страсти. Значит, к цели будет идти до конца. Возможно, это и подкупило старика».

Между тем Вергилио продолжал:

– При удачном раскладе в день полнолуния на клумбе в центре священной рощи распустятся розовые флоксы. Это сигнал, что время пришло. Тебе нужно немедля омыть тело в ручье, намазать морду краской и облачиться в шёлковые ритуальные одежды. Ты найдёшь их в хижине. Мы придём на закате. Когда в небе запылает красная звезда Антарес, тронемся к алтарю.

Лысый уакари ещё раз внимательно осмотрел ученика и добавил:

– Такой чести удостаиваются единицы. Сейчас Молния отведёт тебя в священную Рощу Шоколадных Деревьев. Там в постах и молитве ты должен будешь смиренно дожидаться назначенного часа.

Два дня пролетели незаметно. Зато в ночь накануне полнолуния зверь плохо спал, изредка впадая в тревожную полудрёму. Утром решающего дня он сразу кинулся к клумбе и взвыл от досады – ни один цветок не зацвёл!

Гнев вызвал приступ голода. Хотелось мяса! Он подошёл к краю обрыва. Внизу, в зелёных полях кукурузы, беззаботно блеяли козы.

«Почему не зацвели эти проклятые флоксы? – думал кандидат. – Красномордая обезьяна сказала, что это знак. Неужели Ночная Богиня отказывает? Но тогда и я не останусь в долгу. Хоть потешусь напоследок!»

Гонимый злыми мыслями, зверь помчался к клумбе. Сейчас он поквитается с флоксами! Он вырвет эти дурацкие цветочки с корнями и будет долго с наслаждением топтать их ногами. Потом…

Он не успел придумать, что будет потом, потому что увидел перед собой розовую лужайку. Флоксы цвели!

Когда алый диск уходящего солнца приблизился к черте горизонта, со стороны джунглей показалась процессия. Впереди легко скользила Молния. За ней, опираясь на посох, шагал лысый уакари в чёрно-красных шёлковых одеждах. Его голову украшала шляпа с двумя изогнутыми рогами. Шею обвивали разноцветные бусы. Следом с приношениями тянулась свита.

Все члены группы выстроились в полукруг лицом к уходящему светилу и захлопали в ладоши. Власть над миром перешла к Ночи. Алая точка звезды Антарес засияла на небесном своде.

– Пора, – прошипела Молния. – Розовое полнолуние обрело полную силу.

– Я готов, – сказал кандидат, подавляя в груди счастливое рычание.

– Тогда выпей чашу до дна! – Молния кивнула чёрному барану. Тот протянул кандидату серебряный кубок, над которым клубился лёгкий дымок.

– Ненавижу запах тины, – скривился зверь.

– Упустишь время – пеняй на себя! – отрезала Молния.

Кандидат залпом осушил зеленоватую жидкость и покачнулся, пытаясь удержаться на лапах.

– Голова кружится, – прохрипел он.

– Скоро пройдёт, – сказал Вергилио. – Подними голову. Говори, что видишь?

– Вижу роскошную самку. Её тело опоясано Драконом. На голове – рога. Они обвиты змейками. Над красавицей висит облако. Оно меняет форму, превращается в Дракона с семью головами. Второй Дракон лёг красавице под ноги…

– Это благословение! – воскликнул колдун. – Путь открыт.

Процессия дошла до подножия горы и стала подниматься. Шли наощупь. Деревья вдоль тропы были густо покрыты испанским мхом и почти не пропускали свет.

Внезапно лабиринт закончился. Путники вышли на круглую поляну. Её щедро заливал лунный свет. От поляны в разные стороны расходились извилистые, словно щупальца осьминога, тропинки.

– Здесь, – сказал Вергилио.

Участники ритуала молча занялись приготовлениями. Патагонская мара[4] достала чёрные и красные свечи. Расставила их в центре лужайки кругом и зажгла. Какомицли[5] принялась чертить мелками-пембами [6] красные, чёрные и белые магические печати. Мрачный чёрный баран аккуратно поставил семь хрустальных бокалов и до краёв заполнил их священным напитком.

Остальные разложили на земле приношения – красную глину с семи кладбищ, гвозди и щепки от семи гробов, воду с семи пляжей, воду из колодца, дождевую воду, воду из водопада, ручья, реки, стоячего ручья и ствола шахты, руту[7], розмарин, глаз речного дельфина, кожу змеи и кошачий коготь.

Убедившись, что пламя свечей тянется к небу, колдун вошёл в центр круга и обратился к Луне с заклинанием:

– Ты, Луна прекрасная и на виду стоящая, и щедрая на дары, великая и высокая; и свет твой тьму освещает, и духи исходят, и твоя красота сердце веселит. Тебя молю и на тебя полагаюсь в нашем деле…

Вергилио вынул из висящего на груди мешочка красный рубин. На камне был высечен сидящий на троне царь.

Внезапно на лик Луны набежала тучка. Пламя свечей заметалось, словно от ветра, хотя ни одна травинка, ни один куст вокруг не шевельнулись.

– Что-то не так? – заволновался кандидат.

– Луна хочет с тобой говорить, – объяснила чёрная мамба и повернулась к патагонской маре. – Бросай раковины! Нужно выяснить, кто станет проводником воли Богини.

Огромная мышь взяла поднос, на котором лежали шестнадцать раковин каури[8], и назвала имя. Раковины упали на землю зазубренными щелями-ртами вниз. И на второе, и на третье имя каури сказали «нет».

– Баран Анжело, – выкрикнула мара.

Все шестнадцать раковин легли ртами вверх.

Анжело скинул ритуальные одежды, зашёл в центр круга и уселся, скрестив ноги и разинув пасть. От Луны протянулась вниз тонкая серебристая нить и вошла в рот медиума[9].

Тело барана дёрнулось. Глаза стали янтарными. Шерсть засветилась таинственным голубоватым светом. Анжело остановил взгляд на просителе и заговорил низким, утробным голосом.

– Ты затеял большую игру, – произнёс баран. – Я не могу дать гарантию, что ты выйдешь из неё победителем. Готов ли ты проиграть?

– Ни за что! – не колеблясь, сказал важный зверь.

– Готов ли ты к жертвам? – продолжал допытываться голос.

– Да, – твёрдо сказал кандидат.

– Надеюсь, ты понимаешь, что обратного пути не будет. Нарекаю тебя именем Педро, что означает «камень».

– Педро, – как зачарованный повторил проситель.

– Мои духи будут рядом с тобой, Педро, – продолжил баран. – Есть только два препятствия, справиться с которыми не в их полномочиях. Первое – твоя гордыня. Из неё родится гнев. Не позволяй себе гневаться. Второе – свидетельство тонущих кораблей. Они не должны соединиться.

– Кто или что эти тонущие корабли? Откуда они могут приплыть? – закричал Педро.

– Ты должен во всём разобраться сам. Подойди поближе, желающий надеть корону. Я скажу, что следует предпринять в первую очередь…

Провокация

– Чиви-чиви, спишь, что ли? – возмущённо прочирикала птичка-медоуказчик Стрелка. Она впорхнула в приёмную министра медоеда Зубери и возмущённо уставилась на птицу-секретаря. – Почему на звонки не отвечаешь? У нас столько событий! По телику шеф интервью даёт. На площади толпа. Фанаты в полном отпаде! Эй, уши разминируй!

– Что стряслось? Кто фанатов толкает? Бегемот взбесился или крокодил осерчал? – пробурчала Лезеди, неторопливо снимая наушники. – Телефон с утра разрывается. Язык отсох отвечать. А сейчас у меня обеденный перерыв. Имею полное право расслабиться.

– У тебя перерыв, а у шефа прорыв! Полицейские «мусорщиков» с поличным взяли! У всех на виду в прямом эфире банду повязали. Теперь ворюгам точно не отвертеться!

– Врёшь! – От восторга Лезеди сильно взмахнула крыльями, подлетела под потолок и крепко стукнулась об него макушкой. – Ох!

Стрелка вспорхнула на пульт. Прошлась по нему крепкими лапками с острыми коготками, присела на красную кнопку. Телевизионная стена вспыхнула. Кабинет наполнился голосами.

Шла популярная телепередача «По горячим следам». Её ведущие, китоглав[10] Бхекизита и обезьяна-носач[11] Каролина, прозванная за острый язычок Каролиной Рэпер, были мастерами устраивать в прямом эфире эффектную словесную бойню. Импозантный Бхекизита действовал по правилам опытного фехтовальщика: то делал в сторону собеседника резкие выпады, то галантно уступал место Каролине Рэпер.

Ведущая перехватывала инициативу, чтобы вцепиться в собеседника. Мартышка настолько бесцеремонно совала свой длинный нос в чужие дела, что публика временами впадала в ступор, не зная, как реагировать на подноготную героев передачи. Каролина царила на экране, ослепляла оскалом фарфоровых зубов, кричащих безвкусных нарядов и особым огоньком голодного таракана в глазах. Рэпер не блистала ни умом, ни красотой, ни хладнокровием, ни талантом рассказчика. Зато носач отлично собирала компрометирующую информацию. Она нападала на собеседников, как коршун на стаю цыплят; топала ногами, высмеивала, ставила под сомнение авторитеты и жёстко троллила[12] тех, кто пытался ей помешать.

На неё жаловались. Ей угрожали. Однажды едва не завели уголовное дело после того, как у страуса из-за её комментариев случился сердечный приступ. Но мартышке всегда удавалось выбраться из трясины, не замарав шкуры. В кулуарах[13] перешёптывались, что у Каролины Рэпер есть о-о-очень высокий покровитель.

Во время беседы с министром мартышка выглядела дипломатом. Китоглав источал любезность. Сам медоед казался усталым, но довольным.

– Целый год шайка разбойников терроризировала наших дальнобойщиков, – рассказывал он. – Бандиты нападали на фуры с продовольствием, выносили грузы, избивали водителей. Похищенное складывали в контейнер мусоровоза и увозили. Несколько раз мы задерживали подозреваемых, однако срабатывал эффект свидетеля и следствие кормили похлёбкой из ветра…

– Что это за эффект? – мгновенно вклинился ведущий. – Объясните простыми словами.

– Представьте, что ограбление случилось на улице, где трое прохожих. Они увидят и запомнят преступление до мелочей, потому что действия грабителей нарушают картину, которую свидетели считают нормальной. Иное дело толпа, где норма – это хаос. На площади, где много машин, торговцев, покупателей, зевак, при этом все двигаются, переговариваются, ссорятся и заключают сделки, мозг не в состоянии оценить каждое событие. Он впадает в стресс и автоматически отключает «лишнее» аналитическое, оценочное внимание. Поэтому очевидцы не могут вспомнить ни одного подозрительного эпизода. Все видели, как обезьяны поспешно выгружают ящики из грузовика. Но что в этом странного, если вокруг спешат все? В результате никто не мог с уверенностью указать на преступников. А если и указывали, то непременно с оговоркой. Выходило, что свидетелей полно, а толку от них никакого.

– Как же удалось подобраться к банде?

– Пришлось разработать целую стратегию, стать частью… – начал Зубери, но ему помешали договорить.

Из служебного помещения выскользнула администратор зебра и, приблизившись к медоеду, что-то прошептала. Тот отреагировал мгновенно.

– Прошу прощения, друзья, – сказал он. – Неотложные дела требуют покинуть студию.

Надеюсь, это не последняя встреча и у меня ещё будет возможность ответить на все ваши вопросы.

Зрители начали хлопать, но их быстрым жестом остановила мартышка.

– Мы внимательно выслушали представителя власти, – заявила она, едва за Зубери захлопнулась дверь. – Теперь слово просит представитель обвиняемой стороны. У нас осталось немного времени. Дадим ей такую возможность?

– Что она задумала? – тревожно чирикнула Стрелка.

Лезеди не ответила. Она напряжённо всматривалась в мартышку, даже через экран ощущая исходящую от ведущей агрессию. По тому, как неловко затоптался в стороне растерявшийся китоглав, стало ясно, что он не в курсе такого сюрприза.

– Если в государстве, как уверяет господин министр, преступность идёт на убыль, – продолжала мартышка, – то целый год для ареста шайки воришек, пожалуй, многовато.

– Что она несёт? – опять возмутилась Стрелка.

– Министр так и не сказал, как они вышли на бандитов, – продолжала вещать Каролина Рэпер. – Однако его поспешный уход наводит на мысли, что ему нечего сказать! Лживая пресс-служба министерства просто не успела состряпать правдоподобные объяснения. А вдруг арестовали не тех?! И сейчас страдают ни в чём не повинные звери!

– Мерзавка! – теперь не выдержала птица-секретарь. – Злодеев с поличным в прямом эфире взяли. Все видели!

– Тише, – дёрнулась Стрелка. – Не могу понять, к чему она клонит.

– Встречайте самку Читу! Многодетная мать просит слова в защиту арестованных мужа и отца! – объявила носач. – Правда рушит авторитеты!

Из внутренностей студии показалась косматая рыжая обезьяна, облепленная стайкой чумазых детёнышей. Она громко рыдала, то и дело вытирая распухшую морду носовым платком размером с наволочку для подушки бегемота.

Приблизившись к ведущей, Чита поднялась на задние лапы и сбивчиво запричитала:

– Не верьте Зубери! Он лжёт, что поймал «мусорщиков». Вам скормили наглую инсценировку, кино, где разбойников играют артисты! Но правда рушит авторитеты!

Зал встревоженно загудел. Бхекизита шагнул к «героине», но мартышка так ловко раскинула лапы, что ведущий оказался заблокирован в углу.

– Моего дорогого супруга обманом завлекли на съёмки якобы крутого боевика. Пообещали большие деньги, а вместо этого объявили бандитом и по-настоящему арестовали! Зрители! Животные! Вы не можете остаться равнодушными, не должны потакать обманщикам! Правда рушит авторитеты! Долой министра Зубери и его клику[14]!

Зал растерянно молчал. Камера успела показать зрителям довольную ухмылку на морде Каролины Рэпер. Пятясь, мартышка покидала зону видимости. Китоглав вырвался на свободу. Не стесняясь в выражениях, он принялся выталкивать разоблачительницу, одновременно отбиваясь от ребятишек, которые корчили ему рожи, плевались и даже пытались выдернуть из хвоста перья.

Зато группа зрителей на площади перед министерством подхватила призыв. Десятки голосов завопили, заулюлюкали:

– Долой Зубери!

Камень, запущенный с улицы, разбил в приёмной стекло. Со звоном посыпались осколки.

Стрелка осторожно выглянула в окно. На площади творились странные вещи.

Посетители одного из кафе, вскочив на стулья и столики, дружно швыряли в сторону здания министерства всё, что оказывалось под лапами. Словно снаряды, неслись бумажные тарелки, вилки, ложки, стаканчики и салфетки.

Несколько секунд фанаты Зубери, которых нападение застало врасплох, молча прикрывались лапами. Первой опомнилась ушастая лисичка фёнек.

– Бей предателей! – заверещала она. – Бей провокаторов!

Фанаты дружно ринулись на бузотёров[15]. В потасовку невольно втянулись и другие посетители площади. Вскоре было невозможно разобрать, кто на кого нападает. Пятнистые гиены мутузили бурых гиен; сурикаты загнали в фонтан очкового пингвина; красная мартышка запрыгнула на буйвола и закрыла ему лапами глаза. В разные стороны летели пух, перья, клочья шерсти и обрывки одежды…

А в толпе уже шустро сновали иностранные фотокорреспонденты, стараясь запечатлеть как можно больше сенсационных кадров дерущихся.

В общей свалке и суматохе никто не заметил, когда и откуда появился Зубери. Неожиданно с площадки для музыкантов над дерущимися загремел его властный голос:

– Внимание! Приказываю срочно прекратить драку и разойтись по исходным местам! Площадь окружена! Всем, особенно гостям кафе «В тени акаций», приготовить документы. Не пытайтесь сменить дислокацию – происходящее снято на камеры. Все, кто не подчинится приказу, будут задержаны!

Небольшой экскурс в прошлое

Ключ к настоящему лежит под порожком прошлого. Давайте вынем ключик и посмотрим, как неприглядная улочка под названием Задворки превратилась в одну из самых популярных в Баобабе площадей – площадь Меча Справедливости.

Первыми кривоватую, покрытую потрескавшимся асфальтом площадку перед министерством внутренних дел облюбовали фанаты министра Зубери. В ожидании кумира они сутками дежурили на подходах к зданию. А в свободное время закусывали, резались в манка́лу[16], а́мпе[17] и кудо́ду[18]; отдыхали на самодельных соломенных матрасах, снимали происходящее на фото и видео, размещая их в интернете.

Многочисленными комментариями под фотками заинтересовались службы экологии города и кинулись выяснять, кто отвечает за такую запущенную территорию. Когда оказалось, что она принадлежит министерству, воробьиного сычика, завхоза Бякина, вызвали в мэрию и потребовали в кратчайшие сроки навести чистоту и порядок. Завхоз взялся за дело. Сначала он попробовал прогнать фанатов. Они возмутились и объявили Бякину войну. Стоило сычику появиться в зоне их видимости, как вокруг поднимался неимоверный гам и свист.

– Позор! Позор! – вопили фанаты, забрасывая беднягу тухлыми яйцами и гнилыми помидорами.

Тогда Бякин выбросил белый флаг перемирия и предложил поклонникам Зубери принять участие в благоустройстве улицы. К его удивлению, они охотно поддержали инициативу.

Исчезли пыльные дорожки, неопрятные заросли кустарников, колдобины, в которых застаивалась вода и ночевали бомжующие лягушки. Вместо них появились фонтаны-водопады, цветущие клумбы, кафе, бары, рестораны и… потоки туристов. Пришлось завхозу каждый месяц увеличивать число дворников. Но чище не становилось. Туристы, в отличие от уборщиков, неутомимо обшаривали каждый уголок, везде фотографировались, в том числе и возле нечистот. Частенько в интернете такие кадры сопровождались ехидными комментариями. Фотки получали лайки, а сычик – очередной выговор.

Бякин понял, что без нормальной уборной не обойтись. Несколько месяцев он обивал пороги ведомств, пытаясь выбить у чиновников средства на строительство общественного туалета. Его вежливо слушали, улыбались, обещали подумать…

Неизвестно, сколько бы продолжались эти хождения, если бы в один прекрасный день Бякин нос к носу не столкнулся с двоюродным племянником Короля, начинающим архитектором львом Букиным. Букин окончил университет в далёкой северной стране и, вернувшись на родину, мечтал о славе. Ему хотелось создать нечто необыкновенное, способное донести его таланты до потомков. Задумок было много, но ни одна не привлекла инвесторов. Проблема сычика как бомба взорвалась в голове архитектора. Оценив масштабы проекта, Букин ринулся к дядюшке, но прорваться сквозь бюрократический аппарат не смог. Тогда он рванул в королевский прайд[19], где в играх с кузенами и кузинами прошло его детство. Здесь архитектор сумел заручиться поддержкой всех девяти жён Короля.

Львицы рьяно взялись за дело. Через месяц мэрия дала добро. Правда, с условием – переименовать улицу в площадь и дать последней достойное название. Так Задворки стали площадью Меча Справедливости. Однако радоваться было рано. Главный санитарный врач носорог Кузнечиков подсчитал расходы воды и упал в обморок.

Тогда львицы подошли к проблеме и с этой точки зрения. Ведущих учёных вызвали на совет, где приказали разработать оборудование для туалета без использования воды.

Чиновники злословили, что на отпущенные средства можно было не только площадь в Баобабе, а все города, джунгли и саванны застроить общественными туалетами. Но с супругами его высочества никто ссориться не захотел, и на собрании все дружно проголосовали за.

Пока учёные создавали для уборной безводный экологичный механизм, Букин отправился в путешествие за вдохновением. Осмотрев сотни различных сооружений, он решил совместить в конструкции здания роскошную старину с вызывающей дерзостью современности. Оставалось найти архитектурное решение. Но муза озарения обходила Букина стороной…

Архитектор почти перестал спать. Он чертил схемы, потом яростно рвал их в клочья, топтал лапами, грыз и бил хвостом. Однажды на рассвете вконец отчаявшийся художник отправился на прогулку. Лапы привели его в пустыню. Из-за горизонта поднимался красный шар солнца.

– Эй ты, заснул, что ли? – возвращая архитектора из грёз рассвета, пропыхтел чей-то сердитый голос.

Букин посмотрел вниз. Ему навстречу по тропинке катился шар. Передвигаясь на передних лапках, его усердно толкал задними крепенький чёрный жук. Шар был в несколько раз больше жука. Это выглядело так забавно, что архитектор не удержался от смеха.

– Уйди с дороги, а не то задену ненароком, – рассердился жук. – Ты мне солнце загородил, не вижу, в какую сторону двигаться.

– Не знал, что скарабеи умеют по солнцу ориентироваться, – удивился Букин.

– А то, – отозвался жук. – Мы с солнцем движемся в одном направлении, чтобы не нарушать установленного богами порядка. Скарабей – священный жук, символ возрождения животворящих сил природы. Думаешь, это обычный шарик из навоза? Нет! Это символ тлена и разрушения, который переродится в колыбель новой жизни! Это вечный круговорот помёта в мире!