Танец Огнекрыла. История наложницы

Глава 1

Лента в волосах

Лето в этом году ожидалось знойным. Земледельцы уже основательно подготовились к капризам погоды, зная, чего ожидать от этого сезона. По всей территории Серебряной равнины были готовы к наводнению, паводкам, ураганам и засухам. Капризный район земель, где исстари селились люди. Как ни странно, прогнозы синоптиков, магов и специалистов подтвердились и на этот раз. Объявили каникулы в учебных заведениях, и ученики воспользовались возможностью насладиться погожими деньками, отдохнуть и набраться сил на предстоящий учебный год. Этим воспользовались многие ученики из магической академии Аквин’Пор. Большинство из них отправились по домам. Но были и те, которые предпочли остаться в столице Бьертполе. Кто-то искал приключений, некоторые устраивались на работу в торговые лавки, помогали купцам реализовывать товар, небольшая часть учеников устраивались в Публичную библиотеку столицы Легиона. Объединившиеся расы людей, гномов и нимф называли свой союз Легионом уже добрых три века. Живущие на одном континенте Ливис, они должны были противодействовать другим расам, живущим на соседнем континенте, именуемый Вихмар. Так было всегда. Противодействие длилось веками, уже многие забыли причины конфликтов между континентами, но борьба, даже негласная, продолжалась.

Солнце освещало базарную площадь Бьертполя. Оно проникало в каждую лавку, застревало в закоулке, щели. Солнце наполняло летнюю погоду особым настроением, которое бывает лишь во время благоприятной погоды. Для жителей столицы благоприятная погода стала отличным поводом нарядиться в лучшие одежды, чтобы показаться в них на улице.

Мэр Бьертполя устроил на Неделе Новолуния ярмарку широкого потребления. За ночь на базарной площади торговцы выстроили свои лавки и разложили товары. Зная, что прибудет народ из всех земель Легиона, была усилена охрана границ. Ждали крупномасштабного наступления сборной армии Коалиции, базировавшейся на Мусткуле. Поэтому в городе можно было заметить собранных со всех концов континента воинов и агентов разведки.

Торговцы на площади выставили продукты питания и одежду, книги и аксессуары, завлекая внимание покупателей криками, стихами, частушками и песнями. По городу незаметно передвигались, одетые в гражданскую одежду, агенты Особого отдела королевской охраны, агенты разведки, безопасности, в основном расы гномов и нимф. Площадь контролировалась с воздуха лучшими летунами на грифонах, чтобы ни один из представителей Коалиции не пробрался в славный город Бьертполь.

Ювелиры с особым трепетом рассказывали покупателям о чудодейственных силах, заключенных в камнях. По их словам, синие камни придавали своим хозяевам магическую силу, красные – выносливость, зеленые – ловкость. Кузнецы расхваливали доспехи, выполненные из различных сплавов. Особенно у населения города были популярны кольчуги из волшебного сплава притина. Многие кузнецы выковывали их таким образом, чтобы на кольца можно было прикрепить золотые и серебряные пластины.

На площади, в отделе морепродуктов, было жарко. От споров и словесных пререканий. Выловленная с утра рыба, к середине дня уже таяла и не очень приятно пахла.

Торговцы, досадовали и снижали стоимость ее, но посетителей становилось все меньше. Торговцы тканями стойко выносили жару под навесами из своих товаров, периодически выкрикивая лозунги о лучших материалах для платья на все случаи жизни. Белое для свадьбы, черное для похорон, цветное для повседневного использования. Розовый и голубой саван тоже предлагали.

Торговцы сладкими пряниками, конфетами и карамелью на палочках сновали между рядами, предлагая всем подсластить покупки и перекусить. Торговцев водой не было видно. Ибо по распоряжению мэра вода была бесплатной. Небольшой магический фонтан с питьевой водой располагался на площади и пил из него из своей посуды каждый желающий.

Неподалеку от торговых рядов была выстроена площадка, где настроение создавали музыканты, специально приглашенные мэром столицы, танцовщицы. Одна из таких танцовщиц поднимала руки вверх, кружилась в танце, поднимала ногу, подпрыгивала. Танец ее сопровождался юной девушки игрой на цитре. Танцовщицу замечали, ей восхищались, ей аплодировали, бросали деньги в стоящую неподалеку коробку.

– Красавица наша, танцует. Сколько грации, шарму? – слышалось среди зевак. Красавица-танцовщица лишь самозабвенно танцевала, не обращая внимания на прохожих.

Темные волосы девушки были перевязаны красной лентой, она нарочно расстегнула верх красной кофты, обнажив ключицу. Черная длинная юбка лишь прикрывала бедра, а стройные голые ноги мельками перед взором зрителей.

Когда очередной танец закончился, девушка взяла коробку и с ней спустилась к зрителям.

– Добрые жители и гости Бьертполя, даруйте немного монет. Деньги будут направлены нуждающимся. Всего несколько монет. Прошу вас!

Многие из зрителей кидали купюры в коробку, бормотали что-то про красоты танцовщицы и уходили восвояси.

Девушка миновала нескольких гномов и застыла. Перед ней возникли трое мужчин. Они были военными, вероятнее всего те приезжие, которых вызвали для усиления патруля города. Мужчины были одеты в обмундирование Бьертполя, в латных доспехах. На них красовалась белая голова льва, вышитая на синем фоне. Оценив мужчин, девушка с лентой крикнула:

– Судари, не проходите мимо. Всего несколько монет для нуждающихся! На корм бездомным собакам и кошкам, улучшение жилищных условий многодетным семьям.

Один из мужчин обратил внимание на девушку и приблизился к ней. Светлые длинные волосы его были подхвачены черной лентой. На обветренном лице был заметен легкий загар. Серые глаза под светлыми бровями без особого энтузиазма смотрели на девушку с цитрой. Темные усы и борода очертили волевой подбородок, а розовые губы были слегка приоткрыты, словно мужчина хотел сказать что-то важное девушке. На вид ему было около тридцати лет. Мужчина был достаточно крепко сложен, армейская выправка делала его величественным, им нельзя было не восхищаться. Посмотрев в коробку, он поднял свой взгляд на девушку с красной лентой в волосах, опустил взгляд на декольте.

– Вы утверждаете, что деньги собираете на улучшение жилищных условий? – спросил он, рассматривая больше девушку, чем коробку. Он говорил с легким акцентом, который бывает у северян, скорее всего он был выходцем из Норяда.

– Именно так, сударь! – кивнула девушка, нисколько не стыдясь такого внимания к своему телу.

– А какова цена? – спросил подошедший второй молодой человек, который купил пирожок у проходящего мимо коробейника.

– Разве защитникам Бьертполя можно назначать цену милостыни? Сколько сможете… – ответила девушка, обращаясь к первому мужчине.

– Так десятка золотых хватит? – с нетерпением проговорил второй.

Девушка приманила пальцем первого и наклонилась к нему ближе. Назвав цену ему на ухо, она задержалась еще на пару секунд, чтобы то оценил все ее прелести.

– Согласен, – проговорил он, посмотрев на декольте, – ваш танец стоит того, чтобы внести лепту за расширение жилищных условий.

– Я – Руслана, – почти прошептала девушка мужчине.

– Очень приятно, – ответил мужчина с бородой, – капитан а Саменоус. Королевская гвардия.

– Лейтенант Ламир Тривейн, – представился другой воин.

Положив деньги в коробку, воины отдали честь девушке и направились к Кафедральной площади, оставив ее одиночестве.

– Как он на тебя смотрел! – прошептала девушка с цитрой подруге, когда танцовщица поднялась на помост и присела рядом. Розовые щеки Русланы вспыхнули еще сильнее.

– Только этого и добивалась, Михрина,– кратко ответила она, поправив ленту, – посмотри, сколько они денег оставили! Осталось чуть-чуть и мы план на сегодня сделаем.

Через несколько часов ярмарка закрылась, чтобы открыться на следующий день. Танцовщица и музыкант покинули сцену с коробкой денег.

Они направились к ждущему их экипажу, на козлах которого сидел седой старик.

– Доброго вечера, дедушка Вильян! – поприветствовала его Михрина.

Дед Вильян был приветливым старичком, родственником Михрины, который всю жизнь посвятил рыболовству. Сейчас же, убеленный сединами, он занимал должность извозчика в семье Русланы. Он возил девушек, куда им потребуется, в частности на рынок и обратно, где девушки развлекали народ. Попыхивая трубкой, он улыбнулся, обнажая желтые зубы.

– И вам того же, барышни. Рановато вы сегодня! – помахал старик, – Домой поедем?

– Разумеется, – кивнула Михрина, кинув чехол с цитрой на телегу.

– И вы думаете, что ваша выручка будет в безопасности по пути домой? – послышался мужской голос позади телеги.

Девушки заметили в сумерках двух наездников. Это были те самые военные, которые даровали им деньги, Бьернард и Ламир.

– Мы охотно поможем вам. Сопроводим вашу телегу до любой точки континента, чтобы разбойники Серебряной долины не покусились на ваши деньги, – произнес Бьернард, отвесив поклон девушкам.

– Мы вам будем вам очень благодарны, сэр, – произнесла Руслана, чуть подумав, – но ехать нам недалеко.

– И все же мы вас проводим, – произнес Ламир, улыбнувшись. Он бесцеремонно рассматривал Михрину, глаза его бегали от макушки девушки до пят. Она нисколько не стеснялась такого внимания со стороны военного. Воспринимая его действия как должное.

– А что, кобыла старая, может невзначай не справиться с повозкой, – произнес старик, поглядывая на военных, – садись, внучка.

Вильян не мог не воспользоваться ситуацией и не напомнить о себе. Михрина виновато взглянула на старика и забралась на телегу. Руслана же продолжала стоять в одиночестве.

– Поезжайте без меня, – проговорила она, – вы быстрее доберетесь до дома с сумкой. У вас будет охрана.

– Но госпожа… – сказал Вильян, осекся,– подумайте, вашему батюшке это не понравится.

– Если ты будешь болтать всякую чепуху, Вильян, то это ему действительно не понравится… – отрезала Руслана, взглянув на капитана.

– Как скажете, – проговорил Вильян, взяв поводья кобылы.

Телега направилась на запад, сопровождаемая лейтенантом Тривейном. Оставшись наедине с капитаном, Руслана внимательнее изучила его лицо. Чем больше она смотрела на мужчину, тем больше он ей нравился.

– Вам понравился мой танец? – спросила она, поймав прядь волос из хвоста своих волос.

– Вы – прекрасная танцовщица, Руслана. Наверно многие очарованы вашей грацией, и я не стал исключением. Вы наверно много занимаетесь, чтобы совершенствовать свои навыки. А еще вы наверно колдунья. Я прав?

Руслана прекратила теребить волосы. Присев на корточки, она сорвала травинку и показала капитану. Движения руки хватило, чтобы травинка покрылась инеем.

– О, да. Я так и подумал, – кивнул капитан, – и я оказался прав.

– Маг. Месяц назад закончила академию в Аквин’Поре. Уехав из этого жуткого места магии и разврата домой.

– Я слышал, что в Аквин’Поре есть школа магии, но она не для простолюдинов, – кивнул капитан Саменоус, – и вы точно не простолюдинка. Но вы танцевали для простолюдинов.

– Да, именно так, – согласилась Руслана, но больше ничего не добавила.

Капитан молчал, лишь рассматривая милое личико Русланы. Светлые глаза ее разглядывали темные усы и бороду Бьернарда, заметив небольшой шрам над губой, тщательно скрываемый усами. Ее алые губки были плотно сжаты, крылышки аккуратного носа слегка дергались. Пришлось немного помолчать, чтобы рассмотреть друг друга как следует, чтобы запомнить. Наконец, Руслана проговорила:

– Вы проницательны, капитан. Хотя с чего вы это решили? Возможно я девушка из простолюдинов, которой разрешили танцевать.

Капитан с особым трепетом взял ладони Русланы и провел пальцами по коже, ногтям и кистям.

– Девичьи руки, бархатные, нежные, с безупречным маникюром, обхватить запястье указательным и большим пальцем руки не составляет особого труда, – пояснил он, поглаживая кожу.

Руслана аккуратно убрала руки из ладоней капитана.

– Но я должна участвовать в этой ярмарке и танцевать. Это не прихоть, а желание помочь, – произнесла она, чуть тише, растягивая слова и делая ненужные паузы между словами.

– Благотворительность, это дело почетное. Но ведь на вас смотрят все и в мыслях у многих роятся разные грезы и фантазии, – продолжил Бьернард уже громче.

– Уже довольно поздно, капитан Саменоус. В это время быстро темнеет. А вам еще возвращаться в столицу, – ушла от ответа Руслана, наклонив голову. Не сводя глаз с капитана. Она поежилась от внезапного ветерка.

Капитан кивнул в знак согласия. Он подхватил девушку на руки и усадил на своего коня. Броня коня чуть скрипнула. Когда капитан забрался на скакуна, тот даже не изъявил желания возмутиться, настолько он был смирен и послушен. Всадив шпоры в бока брони, он предложил девушке держаться за его броню, чтобы не упасть, и помчался по дороге, куда совсем недавно уехали его подчиненный и Михрина с дедом.

Девушка вся предалась воли судьбы. Ей нравился такой поворот события в ее короткой жизни. Она ехала на лошади в объятиях человека, которого очень скоро полюбит. Он заинтересовался ею, значит, она действительно привлекательна. Уровень самооценки поднялся у девушки, заставил на этот миг почувствовать себя хозяйкой своей судьбы.

Руслана не помнила, как оказалась в домике, как Михрина переодела ее в ночную сорочку, долго расспрашивая про капитана Саменоуса. Но Руслана молчала. По статусу она имела право молчать, лишь с лица ее не сходила улыбка.

– Вы влюбились, госпожа! – проговорила Михрина, – Спокойной ночи.

Руслана почти не спала эту ночь. Закрыв глаза, она представляла себе капитана Саменоуса. Да, она влюбилась. Но почему так быстро? Она увидела его на базаре и поняла, что хочет быть с этим человеком, жить с ним под одной крышей, родить ему детей. Почему он? Чем он отличается от других людей? Например, от магов в Аквин’Поре, которые могли бы не только научить ее многому, но и составить неплохую партию. Тогда все бы были довольны. Особенно ее родители.

Родители. С одной стороны они ее любили. Дали прекрасное образование, сложили верное представление об этом мире. Научили не бояться трудностей. Но чрезмерная опека сделала из девушки бунтаря. Она понимала, что родители желают ей добра и всячески поощряют в начинаниях, направленных на благо семьи. Но Руслана перевернула эту заботу, исковеркала само понятие любви и заботы так, что отец и мать оказались самыми главными врагами в ее жизни.

Прадед Русланы, дворянин Тилин Каластан, приобрел в свое время земли близ моря. Многие из рыбаков отправились к нему в услужение и уже спустя пару лет их поселок переименовали в честь хозяина – Каластарин. Дела пошли в гору, когда в наследство получил рыбацкий поселок отец Русланы. Поэтому ежегодно их небольшая фирма «Кибусар» была почетным гостем на ярмарке Бьертполя. Руслана была прямой наследницей всех капиталов и земель их семьи. Когда магические способности обнаружились у юной Русланы, родители даже не предполагали во что это им выльется. В раннем детстве магические способности не считали нужным развивать. На семейном совете было решено отправить юную волшебницу учиться в академию Аквин’Пор. Но далось это решение непросто.

Руслана хорошо помнила, как приехал ученый муж средних лет и долго разглядывал девочку, предложив продемонстрировать свои способности ему. Она старалась. Спалив скатерть, превратив прислугу в овцу, заморозив огонь в камине, она произвела впечатление на преподавателя. Но в ту же ночь девочка проснулась от того, что из комнаты прислуги доносились непонятные звуки. Руслана тайком пробралась к двери и увидела лежавшую в кровати мать, Анниту Каластан, в объятиях преподавателя. Отец семейства, Глединг Троудар пил в столовой сухое красное вино, делая вид, что ничего не знает о происходящем. Так Руслана узнала, что в мире существуют измены во благо будущего. После этого жизнь ее перевернулась с ног на голову.

Интриги внутри школы были даже забавными, когда ученицы, чтобы понравиться молодым людям превращались в милых зверьков и прыгали юношам в объятия. Но саму девушку это не устраивало. Она хотела учиться, выполняла задания сверх нормы, читала кипы книг по порталам, зельям и криомагии. Она хотела доказать, что не только через кровать можно получить высший балл, защитить курс по огненной магии и прочее.

Она записалась в небольшую танцевальную студию, открывшуюся в школе. Но очень мало студентов посещали эту студию. Никому особо не было дела до телодвижений, которые производили несколько учениц школы. А ведь танцы это не только телодвижения. Там, где есть танцор, есть и зритель. И чаще всего мужчина.

Вот так Руслана и жила в школе магии. Учеба и танцы занимали все ее время. Она бунтовала, бросила вызов устоям школы, стараясь доказать, на что способна. Руслана знала, что лучших учеников оставляют в Аквин’Поре. Они приносят пользу, не только обучая юных волшебников колдовскому искусству, но и собирают информацию от представителей других фракций о состоянии их дел. Выуживают сведения об их намерениях вести войны, развивать экономику, проводить реформы внутри своих стран. Девушку это не устраивало. Она не хотела такой работы.

После окончания школы, Руслана вернулась домой. Взглянув в глаза матери с неподдельным презрением, она швырнула на стол диплом об окончании Аквин’Пора и заявила, что справилась с ним сама. Без помощи влиятельных преподавателей. Детская обида, картина в комнате прислуги, не отпускала ее на протяжении всех этих лет. Руслана заявила родителям, что стала взрослой и готова сама принимать решения. Если она будет ошибаться на своем жизненном пути, то это будут ее ошибки, и лишь она будет их исправлять.

Настало время подумать о замужестве. Завидная невеста с приданым в виде рыболовного промысла могла бы удовлетворить женихов, выбранных ее родителями из числа ближайших соседей. Все они, как на подбор, были хозяевами ферм и поместий в землях Легиона. Одни занимались разведением скота, другие держали фермы, некоторые посвятили свою жизнь кузнечному делу. Но Руслана хотела другого. Она желала быть женой военного, защищать его своей магией, любить его, как может любить лишь волшебница. Она искала защитника, с кем она могла быть как за каменной стеной. Таких военных она видела в столице. Такого она представляла в своих юношеских фантазиях. Поэтому не было ничего удивительного в том, что она заприметила капитана Саменоуса на площади. Он должен быть ее мужчиной, ее защитником. И танцевать она будет исключительно для него.

Три дня ярмарки подошли к концу. Фирма «Кибусар» получила хорошую выручку от продажи рыбы. Капитан Саменоус подключил свои связи, и полк его покупал рыбу исключительно в их лавке. А потом военные ходили смотреть на танцевальное представление, устроенное Русланой. Днем Руслана танцевала на площади, периодически контролируя продажу рыбы в лавке, а вечера проводила с Бьернардом Саменоусом. Они гуляли по пригороду столицы, лакомились выпечкой, смотрели спектакли бродячих артистов. Руслана танцевала только с ним на вечерних выступлениях местных музыкальных коллективов. Но дни пролетели, как один час.

Поздно вечером третьего дня капитан Саменоус проводил Руслану до домика и остановился в нерешительности.

– Завтра вечером я уезжаю, – кратко сказал он, почти на ухо Русланы, – поедешь со мной?

Руслана почувствовала, как ком подступил к горлу. Он уезжает. Совсем. Возможно навсегда. Как он ее может оставить после всех этих прекрасных вечеров? Как она могла ему отказать?

– Да! – почти крикнула Руслана, обняв Бьернарда.

Прижав его к себе, она целовала губы, словно в последний раз. Она не могла остановиться, ее захватил водоворот, из которого выбраться было уже невозможно. Надо было действовать. Сейчас, иначе будет поздно даже завтра.

Руслана прекратила поцелуй, оставив капитана в замешательстве.

– Идем! – прошептала она, увлекая за собой в комнату Бьернарда.

Эта была замечательная ночь. О такой ночи она мечтала еще в школе, когда слушала рассказы одноклассниц. Теперь она воплотила свои грезы и мечты. Бьернард был нежен с ней, словно боялся сломать хрупкое тело Русланы. Даже боль, которую причинил ей мужчина, словно стала для нее неким избавлением от пут. Девушка была счастлива.

– Мой Бьернард. Бьер. Капитан Саменоус, – шептала она на ухо своему мужчине, гладя его плечи. Она не желала отпускать этого мужчину от себя, хотела остаться в кровати подольше, чтобы не думать о завтрашнем дне, наслаждаться каждым мгновением, проведенным вместе. Руслана целовала плечи мужчины. На них были заметны рубцы и шрамы, оставшиеся от боев, в которых он принимал участие.

– Моя колдунья, моя танцовщица, – ответил он, ухмыльнувшись, – Руслана.

Бьернард поднялся на локте и взглянул в глаза девушке.

– Какая же ты Руслана? Это имя тебе не подходит. Оно слишком простое, для слуг.

Руслана лишь молча улыбнулась.

– Считай, что я твоя верная слуга, – ответила она, закрыв глаза.

– Ты не слуга. Ты моя женщина. Поэтому спрашиваю последний раз. Поедешь со мной?

Руслана вытащила из волос красную ленту и повязала ее на руку Бьернарду.

– Прими в знак согласия, мой мужчина, – ответила она, засмеявшись, – я буду с тобой.

Но Бьернард лишь нахмурился.

– Мой полк после ярмарки уезжает на север, во фьорды Лихвиен. Когда размещусь, вызову тебя. Будешь ждать?

– Да, моя любовь! – ответила Руслана, обняв капитана Саменоуса. Она закрыла глаза и погрузилась в сон.

Глава 2

Отчий дом

Вечером следующего дня девушка с работниками фирмы «Кибусар» вернулась домой. С какими теплыми объятиями ее встретила мать! Как радовался ее приезду отец! Сколько пафоса было в их действиях! Аннита переигрывала роль матери, это чувствовала Руслана и не хотела верить в искренность ее поцелуев, объятий и высокопарных слов. И если допустить мысль, что Аннита искренне радовалась приезду дочери, Руслана не хотела этому верить. Такова была ее природа. Так девушка воспринимала окружающий мир.

Отец же через час принялся считать выручку. Сколько ему следует отложить денег на закупку нового оборудования, сколько следует отдать работникам, сколько оставить дома. Руслана смотрела на этот фарс с обычным презрением. Скоро она уедет. Она будет жить с любимым мужчиной. Она выйдет за него замуж. Она будет счастлива.

Вечером Руслана долго сидела в своей комнате в усадьбе и листала фолиант по телепортации. В ее комнату тихо и без стука вошла мать и села на диванчик. Рыжие волосы Анниты были заплетены в косы, покрыта голова была чепцом, какие носят на севере земель Ливиса. Просторный темно-синий халат с золотой вышивкой закутал статную фигуру женщины. Серые глаза ее смотрели на спину дочери, словно просверливая взглядом. Она долго рассматривала Руслану и, наконец, произнесла:

– Ты изменилась, девочка моя, – говорила женщина на северном диалекте.

– Изменяются все, матушка, и я не исключение, – произнесла, не глядя на мать. Руслана и произнесла заклинание.

Колдунья оказалась в джунглях. Южное солнце палило с большим усердием. Пальмы развернули свои широкие листья, создавая в своей тени приветливую прохладу. С большим удовольствием Руслана села под одну из пальм, и закрыла глаза. Она слушала пение райских птиц, все больше и больше погружаясь в свои чувства, приводя мысли в порядок. Вдруг совсем рядом с ней послышался шорох. Руслана открыла глаза и огляделась по сторонам. Девушка заметила, как к ней приближается потревоженный тигр. Животное было почти рядом с ней, еще шаг и он набросится на колдунью. Но не тут-то было. Сделав пару движений руками, Руслана закрыла глаза, перенеслась к себе в комнату. Мать сидела неподвижно. Когда дочь явилась перед нею, Аннита даже не испугалась. Настолько она привыкла к перемещениям и магическим выкрутасам дочери.

– Мы не договорили, дочь! – сказала Аннита, чуть повысив голос.

– Мне некогда, матушка, я занимаюсь, – сказала Руслана, произнеся заклинание телепорта в джунгли. Только Руслана почувствовала под собой землю, ощутила влажный воздух вокруг себя, как вдруг заметила, как кто-то вытягивает ее в другое измерение. Руслана закрыла глаза и поддалась этому потоку. Вихрь закружил ее и опустил на что-то твердое, шерстяное. Это была ее комната, а сама она лежала на полу.

– Ты перестала слушать меня, девочка моя! – твердым голосом сказала мать, – Почему?

Руслана не желала этого разговора. Она знала каждое слово, которое скажет ей Аннита. Лишь из-за уважения к той, которая подарила ей жизнь, колдунья будет говорить с ней. Хотя о чем с Аннитой можно разговаривать? Будет лишь читать нотации о поведении.

– Потому что я выросла, мама! Я окончила школу, я многое умею, великолепно готовлю. Я, наконец, я хочу выйти замуж, иметь полную семью. Я хочу воспитывать детей…. – тут ее монолог прервался. Руслана взглянула на мать с опаской, как смотрят провинившиеся дети на родителей, – Разве я многого хочу?