Как не надо писать. От пролога до кульминации

Она написана по традиционной схеме: в пяти актах с прологом и эпилогом. Так древнегреческие драматурги строили свои трагедии и комедии.

Говорят, в Японии продаются леденцы со вкусом пустоты, которые не вызывают ощущений. В отличие от них, содержание этой книги обещает самые разные ощущения – трагедию для одних и комедию для других. За чтением кто-то всплакнёт, кто-то повеселится, а самые смышлёные намотают на ус некоторые практические соображения. В том числе и по поводу традиционных писательских схем…

…а поскольку Гораций подab ovo имел в виду ещё и затянутое предисловие, самое время начать разбираться в предмете.

Что такое антикоучинг?

Это продолжение мысли философа Лао-цзы – тоже древнего, но китайского.

⊲Когда всем в Поднебесной становится известно, что прекрасное является прекрасным, появляется и безобразное. Когда все узнают, что доброе является добром, возникает и зло. Поэтому бытие и небытие порождают друг друга, трудное и лёгкое создают друг друга, длинное и короткое взаимно соотносятся, высокое и низкое взаимно определяются; звуки, сливаясь, приходят в гармонию, предыдущее и последующее следуют друг за другом.

В классической логике тезис можно доказать через опровержение его противоположности – антитезиса. Приём называется «доказательством от противного». В этой книге противным – и особенно противным для коучей – выступает коллективный разум знаменитостей прошлого и настоящего.

Антикоучинг естественным образом опровергает коучинг, помогает миру вернуться в гармоничное состояние и удерживает авторов от «ошибок выжившего».

Что такое «ошибка выжившего»?

Это неудачный перевод на русский терминаsurvivor bias, который означает предвзятое отношение к выжившим.

В 1944 году специалисты военно-морского аналитического центра США изучили повреждения самолётов, которые вернулись из боя, и рекомендовали усилить броню в наиболее пострадавших местах. Но математик Абрахам Вальд обратил внимание на то, что ни у одного вернувшегося самолёта не было серьёзных повреждений кабины или двигателей. Значит, именно уцелевшие места нуждались в дополнительной защите: если туда попадал вражеский снаряд, самолёт не возвращался.

«Ошибка выжившего» возникает из-за предвзятости аналитиков, которые опираются на информацию лишь о благополучной группе, забывая об остальных. Своим открытием Вальд спас множество жизней и продолжает спасать до сих пор: его подход к анализу по-прежнему используется в самых разных областях.

Скажем, призыв литературных коучей – повторять шаги к успеху вслед за известными авторами – это стандартная«ошибка выжившего» № 1. Копирование чужого пути в лучшем случае ведёт в тупик, а в худшем – ломает психику и уничтожает личность.

Больше чем за два столетия, прошедших от зарождения русского романа во второй половине XVIII века до наших дней, знаменитых мастеров литературы наберётся немного. Это исключения…

…а правилом стала судьба тысяч их талантливых современников. Они пали жертвами «ошибок выжившего» и канули в безвестность, повторив судьбу самолётов, которые не вернулись из боя. Поэтому тот, кто ищет себя в литературе, анализирует прежде всего не успехи других писателей, а причины неудач.

Зачем разбираться, как НЕ НАДО писать?

«Бойтесь единственно только того, кто скажет: ″Я знаю, как надо″», – призывал поэт и бард Александр Галич.

Со времён древнего римского права существует установка: что не запрещено, то разрешено. Точнее,ubi jus incertum, ibi nullum – если закон не сформулирован, то закона нет.

Коучи уверяют, что следование правилам даёт гарантию писательского успеха, но это –«ошибка выжившего» № 2.

Формулировка того, какнадо писать, ограничивает автора множеством запретов и вяжет по рукам и ногам.

Если бы Фёдор Достоевский, Лев Толстой и Михаил Булгаков писали, какнадо, их романы были бы построены по единой схеме и представляли собой универсальную матрицу, наполненную однотипными событиями и персонажами. Но вряд ли кто-то перепутает «Преступление и наказание» с «Анной Карениной» или «Мастером и Маргаритой». Три совершенно разных автора, каждый по-своему, написали три совершенно разные книги, хотя в основе сюжетов – один и тот же ход: герои сознательно противостоят обществу, нарушают границы дозволенного и несут ответственность за свои поступки.

Формулировка того, какне надо писать, лишь оберегает автора от явных промахов и оставляет ему безграничный простор для творческого манёвра, для формулирования собственных законов…

…а про коучей сказано у того же барда: «Гоните его! Не верьте ему! Он врёт! Он не знает – как надо!»

Что в итоге?

Можно уже назвать первые – в порядке перечисления, а не значимости –«ошибки выжившего»:

№ 1 – пытаться повторить шаги к успеху вслед за известными авторами;

№ 2 – верить в то, что следование строгим правилам даёт гарантию писательского успеха.

Также можно перечислить первые рекомендации для чувствующих разницу между литературой и составлением текстов.

Не надо писать, копируя других: в литературе каждый автор индивидуален и для начала хорош уже своей индивидуальностью.

Не надо писать по шаблонам: в литературе важна свобода творческого манёвра и возможность формулировать собственные законы письма.

В толковом словаре Дмитрия Ушакова сказано: «Писатель – человек, пишущий литературные произведения». Пусть так, хотя формулировка небесспорна.

Как стать писателем?

Запросто.

Британский литератор Ивлин Во между делом обмолвился: «Написать роман может каждый, если дать ему шесть недель времени, карандаш, бумагу и убрать телефон и жену».

О результатах такого творчества знаменитый прозаик деликатно умолчал. А в этом состоит«ошибка выжившего» № 3: мало кому под силу написать что-то стóящее даже в тепличных условиях. Правда, ещё больше ошибается тот, кто ведёт себя, как персонаж анекдота:

⊲– Вы умеете играть на скрипке?

– Не знаю, не пробовал.

«Никто не знает своей силы, пока не попробует», – говорил то ли Иоганн Вольфганг фон Гёте, то ли персонаж сериала «Остаться в живых». Придётся взять инструмент и попробовать, чтобы узнать наверняка.

Как пользоваться писательским инструментом?

Научить этому берётся любой коуч – в два счёта за три часа на четырёх занятиях. Правда, и здесь есть проблема, которую обозначил старейшина мировой политики Генри Киссинджер: «Девяносто процентов политиков портят репутацию остальных десяти процентов».

У коучей другой баланс. Не девять из десяти, а девятьсот девяносто девять из тысячи приводят свою паству к«ошибке выжившего» № 4, когда профессия подменяется самодеятельностью – с предсказуемым результатом. Антикоучинг направлен против этих девятисот девяноста девяти: лишь тысячный коуч достоин звания Учителя.

В лучшем случае на коучинге удастся приобрести писательский инструмент. Но владелец разводного гаечного ключа – ещё не сантехник; обладатель даже лучшей в мире скрипки – далеко не скрипач, и обезьяна с гранатой – никакой не воин.