Крайний предел, или Открытая дверь

Василиса Пенкина Корректор

Алишер Каримов Дизайнер обложки

© Виталий Миров, 2019

© Алишер Каримов, дизайн обложки, 2019

ISBN 978-5-0050-1525-9

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Вступление

Бегут поезда, электрички, суетится метро, и мы бежим все и не останавливаемся. Куда бежим? Летят дни, недели, месяцы, годы, а мы всё бежим только ради того, чтобы вкусно поесть, купить ещё квартиру или дом, очередную машину, одежду и другие материальные вещи, и всё бежим, не оглядываясь, преодолевая преграды на своём пути либо их сметая.

Устроив себе марафонский бег в целях удовлетворения своих материальных потребностей, мы порой забываем о своих близких: родителях, друзьях, родственниках, даже о семье и детях. А дети, глядя на нас, берут пример и таким же образом делают марафонские забеги за «5» и «4» в школе, достижениями в спорте, музыке и прочее.

Стоп! Остановись на мгновение! Задумайся! Нет, я бегу дальше. Иногда «что-то» или «кто-то» просит нас остановиться, взять паузу, задуматься. Совесть? Душа? Или и то, и другое. А зачем? Я лучше дальше буду бежать. И мы бежим дальше.

И вдруг мы тяжело заболели, либо потеряли работу, либо внутри нас наступило опустошение, уныние, обида на всех, отчаяние. И мы встали, и нам кажется, что всё встало. Нет, только мы, всё остальное также находится в круговороте.

Врач ваш говорит, что у вас тяжёлая форма заболевания, которая не лечится, но можно жить дальше, только вам нельзя очень многое: кушать не всё, дозированно, тяжёлое не поднимать, да и работать полный рабочий день нежелательно. У вас столбняк, и вы не знаете что делать.

Все эти случаи – тяжёлая болезнь, потеря работы, уныние, отчаяние, другие неприятные моменты – приводят вас к внутреннему параличу, а если ещё всё это долго длится, то этот паралич начинает носить затяжной характер.

Первое время вы пытаетесь отдыхать, смотреть фильмы, заботиться о детях, семье, находясь дома, но внутри вас сидит червь и съедает вас, говоря вам о вашей уже никчёмности и бесполезности. Вы пытаетесь перед собой оправдаться, бороться с этим червем, но он периодически выползает и напоминает о себе. Вы предпринимаете всевозможные отчаянные человеческие попытки уничтожить червя, даже начали заниматься спортом, обливаться холодной водой, но у вас ничего не получается. А с течением времени этот червь отчаяния и опустошения всё больше и больше вас беспокоит. И в один внезапный день почти полностью вас поглощает.

Что это? Вы просто в ужасе и не знаете что делать, хотя внешне стараетесь это не показывать, но внутри вас либо пустота, либо война.

Вот он, крайний предел!

К нему же можно добавить и информацию, которую вы получаете из внешних источников. Допустим, из средств массовой информации – то планета Нибиру должна взорваться, и ваши дети задают вам вопросы; то пенсионный возраст повысили; то аналитики прогнозируют рост безработицы и т. д. А тут ещё все ваши знакомые, которых вы попросили вам помочь в трудоустройстве, под благовидным предлогом отказали вам.

И так проходят месяцы, и вы в таком же крайнем пределе. Как вы думаете, сколько человек может так продержаться? Постепенно вы начинаете наконец-то разговаривать со своей душой или совестью внутри себя и обнаруживаете, что у вас очень много вопросов, но по какой-то причине вы не получаете должного ответа, не знаете, куда двигаться и что делать дальше. Вам уже не помогает ни спорт, ни фильмы, ни игры, ничего!.. Вам кажется, что все двери, куда бы вы могли войти, закрыты.

Крайний предел

Подошло к тому, что вы просыпаетесь по ночам много раз, иногда, проснувшись от непонятной вам тошноты, вас вырывает, и тут вам кажется, что вы заболеваете чем-то очень серьёзным. И это продолжается несколько месяцев подряд. Тут вам вдруг приходит мысль – съездить на родину, где вы родились, увидеть маму, посетить могилу отца в надежде, что вам это поможет и вы найдёте ответы на ваши вопросы.

Вы приезжаете на родину, мама всегда рада вас видеть и начинает проявлять к вам всякую заботу. Первые дни вы радуетесь как маленький ребёнок. С большим желанием посещаете могилу отца и почему-то в душе просите у него помощи, может, потому что просить больше не у кого, как считаете вы. Но ночные просыпания продолжаются, и рвота тоже. Мама задаёт вам вопросы, но вы ничего ей не отвечаете. Что-то вводит вас в депрессивное состояние, и вы по какой-то причине начинаете думать что, возможно, у вас рак вашего больного много лет органа и вы, возможно, скоро умрёте. И начинаете представлять себе, как это будет выглядеть. На вас накатывает горечь и проступает слеза. «Господи, Слава Богу, что никто не видит», – говорите вы в душе. По неизвестному желанию вы принимаете решение, что надо с кем-нибудь попрощаться, и вспоминаете близких родственников, и начинаете их поочерёдно посещать, не раскрывая свои мотивы. Тут вы вспоминаете свою родную школу и с ужасом осознаёте, что не были там лет десять, а может, и больше. Вы решаете обязательно посетить школу и непременно это делаете. И вы не ожидали, как вам обрадовались все учителя, как они окружили вас, расспрашивая о вашей жизни. И вы рассказываете и радуетесь, что вас помнят и так же любят, как и раньше. Негодные мысли вас немного отпускают, но всё равно вам не становится легче. Вы посещаете парк, кинотеатр и другие места, куда вы в детстве любили ходить. Вам пора уже уезжать домой, к семье, детям. Вы прощаетесь с мамой с беспокойным сердцем. В дороге вы размышляете и приходите к выводу, что по приезде домой вам обязательно надо проверить своё здоровье, и если подтвердится то, о чём вы думаете, то вы хотели бы использовать последний шанс – месячное голодание: только вода (вы об этом много читали и верите в это). Но хотели бы это сделать у себя на родине, рядом с мамой, и чтобы ваши дети и супруга не видели, в кого вы превращаетесь, голодая месяц. И эту мысль вы утверждаете в себе.

Вот настал ваш решающий день, вы идёте к врачу, сдаёте все анализы, проходите УЗИ и вообще всё, что можно, делаете по максимуму. Ждёте результатов. Ждёте! Результаты готовы! Вдруг у вас оказывается всё хорошо и никакого рака, и других смертельных болезней нет. Вы радостны и на подъёме приходите домой. И тут вы понимаете, что проблема в вас, внутри, скорее всего, ваше духовное или душевное состояние таково, что довело вас до таких мыслей.

Вы начинаете просто общаться со всеми своими друзьями, знакомыми, чтобы понять для себя, а что делать дальше. И кто-то вас спрашивает:

– А ты давно в церковь ходил, исповедовался, причащался?

И вы не знаете, что ответить, но понимаете, что это было несколько лет назад.

Вы отвечаете:

– Зачем мне это? Как мне это может помочь?

А хороший, мудрый человек говорит тебе:

– А ты просто сходи, посмотри иконки, атмосферой этой подыши…

Вы размышляете: «Что мне терять, у меня всё равно нет вариантов других, и это осталась единственная дверь, в которую я могу войти».

И вот вы окончательно собираетесь завтра сходить в церковь.

Открытая дверь

Вы встаёте утром, умываетесь, чистите зубы, завтракаете с постоянной мыслью – вам надо идти в церковь, и что-то внутри вас боязливо радуется. Вы почему-то волнуетесь, но не можете объяснить почему. Проверив у себя нательный крестик – на месте ли, вы засобирались в свой долго отсроченный поход в церковь. Да, именно поход. Вы начинаете вспоминать, как правильно креститься. Боже мой, вы забыли, то ли справа налево, то ли наоборот, и что при этом говорить. Совесть вам подсказывает – так нельзя, и надо бы вам это знать. Вам стыдно! По дороге в церковь вы заходите в интернет на своём мобильном телефоне и узнаёте, что молиться надо вверх – во имя Отца; вниз – во имя Сына; вправо – Святого Духа; влево – Аминь. Вы, приободрённые тем, что готовы, направляетесь в ближайшую церковь. Волнуетесь! Несколько лет не были!

Подойдя к близко расположенной от дома церкви, вы с удивлением обнаруживаете, что она закрыта, и там, оказывается, существует расписание. Вы были обескуражены! Она же всегда почти открыта, и вы видите её из окна своей квартиры. Почему сегодня? Мысль ваша подсказывает: «Возвращайся домой, фильм интересный посмотри, завтра пойдёшь», но совесть говорит: «Нет, тебе обязательно надо сегодня попасть в храм», – и она была более убедительной, и вы послушали её. И здесь вы начинаете общаться со своей душой, двояко противоречивой, причём начинаете прислушиваться к совести, а мысль остаётся всегда одна, но начинает искать себе применение через другие вещи.

Зайдя в автобус для поездки в другую церковь, вы замечаете, что по какой-то причине у вас начались боли в животе. Мысль предлагает вам опять вернуться домой. Вы начинаете понимать – что-то не так и, внимая совести, претерпеваете и продолжаете путь к следующему храму. Наконец-то вы приехали. Вы смотрите на красивый храм с чисто убранной территорией и намереваетесь зайти. Чувствуете себя неуверенно, давно не были. Заходите. Вдруг обнаруживаете, что в церкви идёт служба – отпевание покойника, и узнаёте, что это будет продолжаться ещё минут сорок. Вы принимаете решение дождаться окончания службы, идёте в близлежащий сквер, садитесь на скамейку и только сейчас замечаете отсутствие болей в животе. Странно. Вы интуитивно осознаёте, что «что-то» не хочет, чтобы вы пошли в храм, и решаетесь окончательно именно сегодня посетить его.

Закончилось отпевание, и гроб с покойником аккуратно вынесли из церкви и поместили в катафалк. Войдя в храм, вы забыли, что надо делать, но, вспомнив, перекрестились и встали в ступор. Видя ваше замешательство, к вам подходит один из священнослужителей и вежливо интересуется, чем вам помочь. И здесь вас прорвало, вы начинаете ему сумбурно всё рассказывать, не думая о том, что он не всё понимает из-за вашей несвязанной речи, он просит вас минутку подождать. Он неторопливым шагом подходит, по-видимому, к старшему священнослужителю и про вас рассказывает. Несмотря на то что «старший» разговаривал с кем-то из прихожан, он прервал разговор и, извиняясь перед ним, направился ко мне.

«О Боже мой», – воскликнул я в душе, узнав этого священника. Он десять лет назад освящал мою новую квартиру. Это священник Иоанн. Он мне тогда очень запомнился – когда он вошел в мою квартиру, я почувствовал, как от него исходил какой-то свет, и говорил он тепло и доброжелательно. Я напомнил ему о знакомстве и о тех обстоятельствах, при которых оно произошло. Он вежливо со мной поздоровался, но я так и не понял, узнал он меня или нет, однако переспрашивать его не стал. Иоанн попросил меня подъехать вечером для беседы, так как сейчас он немного занят. Мысль возмутилась, что нужно ещё раз возвращаться в храм. Совесть пока молчала. Но я твердо решил, что сегодня вечером обязательно приеду на беседу со священником. Под впечатлением происходящего я вышел с территории храма и направился домой. Совесть подсказала мне народную фразу: «Пути Господни неисповедимы». Как потом я выяснил, автором этой фразы являлся апостол Павел: «О, бездна богатства и премудрости и ведения Божия! Как непостижимы судьбы Его и неисследимы пути Его!»

Вечером того же дня состоялась моя беседа со священником Иоанном, которая продолжалась около двух с половиной часов. Важно отметить, что я хотел его отблагодарить, но он ничего не брал. Я ему много рассказал о себе, о своих проблемах и наконец-то выговорился. Он внимательно слушал и душевно поддерживал разговор. Мне стало легче. По окончании разговора он дал мне бесплатно две книги – «Евангелие от Марка с комментариями» и «Отец Арсений» издательства «Отчий дом» – и попросил меня обязательно прочитать их. Мы попрощались, и я направился домой. Я был в приподнятом настроении, внутри была какая-то лёгкость, в голову начали приходить интересные мысли, причём почему-то почти сразу. Одной из них я сразу же воспользовался – позвонил одному своему знакомому Игорю (он восстанавливает храм), с которым мы не виделись около двух лет. Игорь был рад меня услышать, и мы с ним договорились о встрече.

На встрече Игорь выслушал мои проблемы, поделился своими. При мне он позвонил своему знакомому Фёдору, который на тот период тоже строил храм, переговорил насчёт меня, и мы с Фёдором договорились о встрече.

Первое удивление

Встреча с Фёдором, как и планировалось, состоялась. Неожиданно для меня к ней присоединился близкий знакомый Фёдора – Максим. В беседе я изложил вкратце свою проблему с трудоустройством, и они мне обещали по возможности помочь. Мы обменялись номерами телефонов. В разговоре Максим вдруг заявил, что он обо мне слышал, когда я занимался проблемами одного акционерного предприятия, куда впоследствии планировалось моё назначение на должность руководителя. Я изложил, как я там работал и столкнулся с проблемами, которые не позволили мне стать руководителем этого предприятия, и до сих пор переживал по этому поводу. Максим меня успокоил, заявив, что мне стоит поблагодарить Бога о несостоявшемся моём назначении именно на это предприятие, так как мне угрожала серьёзная опасность, о которой рассказал мне он. Я был очень удивлён полученной информации.

Пытаясь проанализировать цепочку событий храм – Игорь – Фёдор – Максим, я предварительно сделал вывод, что «кто-то» мне помогает найти работу. Через несколько месяцев я понял – я ошибался. Финал этой цепочки – получение информации о возможной серьёзной угрозе моей безопасности или даже жизни в случае моего несостоявшегося назначения на должность руководителя этого предприятия, и «кто-то» меня аккуратно и незаметно отвёл от такого события, а я даже не понял. И я всё время (около шести месяцев) сильно переживал за эту должность. Поняв это, я был шокирован.

Параллельно я, конечно, ездил на различные собеседования по своему трудоустройству, но что-то не получалось. Впоследствии я для себя сделал вывод – не получалось их пройти по причине моего внутреннего состояния, а именно душевного беспокойства, суетливости и возможного отторжения меня другим человеком на подсознательном уровне, хотя предлоги отказа были благовидные, а резюме у меня было практически идеальным. Также я думал, что это не то место, где мне надо быть.

А кто решает, где нам быть? Мы часто хотим быть там, где считаем нужным для себя. Но так не всегда бывает, и мы иногда не можем найти этому объяснение и начинаем проявлять озлобленность к людям, которая может перерасти в агрессию. А потом выводим для себя правила: «человек – человеку – волк», «не верь никому, только себе», «чем дольше я живу, тем больше мне нравятся собаки». Это категорично неприемлемый вариант, и он впоследствии приведёт в тупик. Что вы пошлёте в окружающий вас мир, то и бумерангом вам возвернётся, ну а если плохое… Только вы не можете знать, когда это вернётся и в какой форме. Жутковато, не правда ли?

Начало пути

По вечерам я начал читать Евангелие. Чтение давалось сложно и было трудным в понимании. Прочитывал по 1—2 листа в день, поэтому данное занятие затянулось на месяц. В процессе чтения Евангелия я начал замечать изменения, происходящие внутри меня. Кратковременно наступало спокойствие, уверенность, что всё будет хорошо. Начал анализировать всю свою жизнь, поведение, свои проступки, отношения к другим людям и своим близким. Иногда были дни (один, два), когда опять наступало уныние и опустошение. В такие дни я старался посещать храм. Так продолжалось около одного-полутора месяцев. На церковные службы пока не ходил, только в то время, когда в храме было мало людей. Знакомился с иконами в церкви и читал молитвы, написанных внизу икон. После посещения храма чувствовал себя более успокоенным, мысли собирались воедино, выстраивался более чёткий порядок дальнейших моих действий. Где-то через месяца полтора моего исследования вопросов христианской веры мне позвонил мой бывший сослуживец Андрей и предложил мне съездить на собеседование на одно государственное предприятие. Я согласился и поехал, хотя предложенная вакансия мне не очень пришлась по душе.

Эту первую свою поездку я запомнил надолго. Изучив маршрут, я сделал вывод – от дома до предприятия мне добираться около двух часов. А есть ли у меня альтернатива? Нет! Мысль мне подсказывает:

– Да не унижайся, зачем тебе это – ездить очень далеко, должность тебя не устраивает.

Я уже начал понимать, что иногда мысль направляет меня на пустую дорогу, на которой ничего не надо делать, и если часто прислушиваться к ней, то можно зайти в тупик.

Я поехал на собеседование. Выйдя из метро, я тщетно пытался найти автобус, доставивший бы меня до остановки недалеко от предприятия. Автобусов не было, и, посмотрев на часы, я понял, что опаздываю. Для меня это было непозволительно. Взяв такси, мы последовали по заданному маршруту движения навигатора к указанному адресу местонахождения предприятия. Не доехав четырёх километров до конечной точки, мы встали, так как навигатор постоянно сбивался и раза два «привозил» нас в другое место. Я не понимал, что происходит, так же как и водитель такси. Нервы таксиста не выдержали, и он высадил меня, не взяв деньги за поездку. Я решил, что в любом случае сегодня доберусь до этого предприятия, и пошёл пешком. Продолжая свой путь, я страшно ругался нецензурными словами, психовал, стал агрессивным, так как я уже опаздывал. Было желание взять другое такси и уехать домой, но совесть внутри меня говорила:

– Дойди до конца.

И я шёл. Наконец-то я добрался до предприятия. Со мной провели собеседование, я заполнил различные документы и был поставлен в известность, что со мной свяжутся где-то через три недели. Я философски к этому отнёсся и поехал домой. Мне пришлось пешком ещё пройти около трёх километров до железнодорожной станции, затем двадцать пять минут на электричке и далее от станции около двух километров пешком до станции метро. Потом своя станция метро и автобус до дома. Пока я был в пути, последний был покрыт всеми бранными словами, располагавшимися в моём лексиконе. Приехав домой, я просто «отстегнул» ноги и подсчитал – сегодня я прошёл пешком около десяти километров. Что это было? После обеда мне позвонил Андрей, интересуясь, как у меня прошло собеседование. И вместо слов благодарности ему я ругался на дорогу и высказал предположение, что я, скорее всего, откажусь от этой вакансии из-за такого «дорожного коллапса». Андрей попросил не спешить и всё обдумать, тем более время позволяет. Я для себя сделал вывод – если дорога до будущей работы такая тяжёлая и долгая, значит, скорее всего, это не моё место, и, возможно, «некто» подсказывает мне, что устраиваться на это предприятие нецелесообразно.

Как потом показало время, я глубоко заблуждался. «Что-то» не желало, чтобы я вообще устраивался на работу, а хотело, чтобы я продолжал бы и дальше себя «линчевать», мучиться, ну и в конце концов в какой-то момент бросил свои начинания в исследовании христианской веры. А совесть наблюдала за мной, за моим поведением и проверяла меня на прочность. Но хорошо, что у меня появилась передышка во времени.

Пока это время шло, я продолжал посещать храм, читал Евангелие, поставил на свой телефон программу-молитвенник, изучал молитвы, жизнь святых. И ждал. Чего? Не знаю! Постепенно к посещению церкви я начал приучать своих маленьких детей одиннадцати лет – дочку и сына. Они с удовольствием это делали, и мы вместе стали частыми посетителями храма.

По истечении месяца со дня собеседования, мне позвонили с предприятия и попросили повторно подъехать. Я дал согласие, решив поставить определенную точку в этом вопросе. Не придавая этому особого внимания и надеясь на поиски новой работы, более интересной, я попросил своих детей, маленьких и взрослых (сыновей 25 и 20 лет), сходить в церковь и попросить у Господа о помощи мне, отцу, устроиться на любую работу. Все дети, в том числе и взрослые, несмотря на их атеизм, сходили в храм (маленькие со мной) и попросили помощи у Господа нашего Иисуса Христа в поиске работы.

По истечении двух дней я поехал на повторное собеседование того же предприятия. Перед ним я прочитал молитву к Господу о прощении, заступлении и помощи. В душе я обратился к Нему: «Как Ты посчитаешь нужным, так и делай, я подчиняюсь Твоей воле».

В течение двух дней меня официально оформили на государственное предприятие, где ранее я проходил собеседование.

Наряду с тем что я получил неплохую работу, все мои дети были удивлены таким исходом их прошения к Господу. Маленькие дети обрадовались, что укрепило их веру, средний сын был шокирован и задумался над этим, старшего пока это не убедило. Но у них всё ещё впереди.

На новую работу приходилось вставать в 06.00 утра и возвращаться около 20.00. Так рано я давно не просыпался. Ко всему этому я каждый день проходил пешком примерно 5—6 км. Первые две недели у меня происходили психологические ломки, связанные с такой тяжёлой дорогой. Часто возникали мысли уволиться, но я решил перетерпеть и посмотреть на дальнейшее развитие событий. Всё-таки любопытство, упорство и вера переломили моё негативное душевное состояние, и я, скрипя, ездил на работу. Работы было много, и первое время я уставал.

Отработав примерно месяц, я начал замечать – удивительно, дорога начала приносить мне удовольствие и радость, и с работы возвращался уже не уставший.

Устроившись именно на эту работу, я стал подмечать о происходящих со мною интересных событиях.

Кто мы?

Недалеко от моего дома, на соседней станции метро, я заказал визитки для работы. Поехал их забирать в воскресенье сразу после посещения храма. Пройдя стеклянную дверь метро и турникет, обратил внимание на лежащую на скамейке молодую девушку и сидящего рядом с ней мужчину старше неё. Когда я шёл мимо них (обычно мы мало обращаем внимание на подобные ситуации), меня что-то внутри одёрнуло. Я, как вкопанный, остановился и через несколько секунд почему-то подошёл к ним. Девушка была без сознания. Как оказалось, мужчина, находившийся рядом с ней, – её отец. По поведению мужчины можно было определить его растерянность в этой ситуации и, как выяснилось, с девушкой это произошло впервые. Тут же к нам заспешил молодой полицейский, дабы узнать о произошедшем. Я приблизился к девушке поближе, и мои руки непроизвольно потянулись к её рукам. Я прикоснулся к ним и тихо сказал:

– Всё будет хорошо.

А внутри себя проговорил: «Господи, помоги этому юному созданию, прошу Тебя».

На вид ей было около 13—14 лет. Потом, вспомнив, что я поступаю не совсем этично, без разрешения отца прикоснувшись к его дочери, резко отдёрнул от неё руки, заметив его вопросительный взгляд. Где-то через 2—3 минуты она очнулась, и у всех наступило радостное облегчение. Тем временем полицейский уже вызвал скорую. «Молодец, не растерялся», – подумал я.

– Могу ли я вам чем-нибудь помочь? – обратился я к отцу девочки. Но отец, сославшись на приезд скорой помощи и, поблагодарив, ответил:

– Нет, спасибо.

Затем я, двигаясь к электропоезду, внутри себя попросил Господа нашего Иисуса Христа о помощи этой девочке в скором выздоровлении.