- -
- 100%
- +
Глава 1
Я мечтала поехать во Францию всю свою сознательную жизнь. В чем причина – в романах Александра Дюма, пленивших мое излишне романтизированное воображение, или в школьном французском – об этом я не задумывалась. Просто мечта появилась из ниоткуда и сформировалась в устойчивую потребность.
Я не могла себе представить, что никогда не побываю во Франции. Нет, такого просто не может быть! Я шла, стремилась к мечте и не представляла своего существования без нее.
Поэтому очень удивилась словам коллеги:
- И зачем тебе тратить такую прорву денег на путешествие?
- А почему нет? – удивилась я.
Не станешь же рассказывать чужому человеку о самом сокровенном.
- Еще понимаю, в Египет или Таиланд, - сокрушалась коллега, - Или в другую какую теплую страну, но ехать во Францию зимой... Это же глупо! Встречать Новый год одной, в незнакомом месте...
- Я еду с сестрой, - соврала я, но червячок сомнения все-таки цепанул душу.
Может, и вправду поспешила? Как только сумма на карточке достигла нужной отметки, я сорвалась покупать билеты. Забронировала апартаменты на чердаке, и понеслась по магазинам – готовиться к поездке.
Разумеется, я должна быть во всеоружии во Франции – с новой примочкой на фотоаппарате, с путеводителем и удобным вместительным рюкзаком.
Но, может, все-таки стоило подождать?
Я копила на эту поездку больше года. Устроившись на работу после института, с первой же зарплатой стала откладывать деньги на Францию. Курс евро, стремительно взлетевший вверх, не поколебал моей решительности, а только урезал основные расходы. Туфли, сумочки, брюки... Без этого вполне можно было обойтись и спокойно доносить уже имеющиеся.
И пусть мои джинсы приобрели естественный эффект потертости, а туфли опять вышли из моды, я делала упор на классику и смотрелась вполне себе нормально.
Правда, первая красавица офиса Марина не забывала пройтись по моему не соответствующему должности виду, но я не обращала внимания.
Стрессоустойчивость в действии! Главное, директор замечаний не делает, начальнице все равно, так что тогда буду переживать я, простой кадровик?
Моя мечта сбылась!
И вот стою я посредине маленькой улочки и в который раз пытаюсь найти поворот на Латинский квартал.
Сорбонна... Старейший университет Европы. Я так много слышала о нем и так мечтала увидеть и окунуться в атмосферу средневековья, что с трудом сдерживала нетерпение.
Конечно, я подготовилась и обзавелась картой. Французский знаю достаточно хорошо, чтобы сориентироваться в названии улиц. Но... Что-то пошло не так, а вернее пошел мокрый снег, и я решила сократить расстояние, чтобы поскорее добраться до места назначения. И запуталась!
Судя по путеводителю, на площади должна стоять церковь Сорбонны - та самая, что построил Ришелье. И видна она должна быть издалека. Что ж...
Даже если мокрый и внезапно появившийся снег не пройдет, я смогу переждать в какой-нибудь кафешке поблизости.
Я крепче сжала карту и двинулась вверх по улице.
Уже два дня в Париже, и большинство крупных музеев и галерей я успела обойти. Да так, что под вечер валилась с ног от усталости.
Несколько раз начинался снег, но буквально за час, а то и раньше, заканчивался. Значит, нужно перетерпеть, переждать, и скоро эта непогода снова закончится...
Я шла уже минут десять, а площадь все не появлялась. Светло-коричневые дома, все как на одно лицо, дразнили своим видом: смотри, мы старинные, мы были построены в одно время с Сорбонной. Ты идешь в правильном направлении – так говорили они.
Через эти десять мокрых и противных минут, я уже с некоторым неудовольствием поглядывала на голые стены.
Хоть бы табличка где была или указатель!
Снежинки лезли в глаза, и я в который раз ругала себя за то, что не взяла шапку. Плюсовая температура еще не повод обходится капюшоном. Да. Особенно, когда вокруг гуляет ветер.
Я шла вверх по улице и пыталась прикрыть собирающийся расползтись макияж. Распущенные волосы то и дело поднимались вверх, липли к лицу и попадали в рот. Я отрывала их, пытаясь зачесать на одну сторону, но все было без толку...
Серо-коричневые дома слились в одно нечто, и я, наверное, долго бы бродила вокруг, путаясь и натыкаясь на похожие стены, если бы не случайно брошенный взгляд.
Я не ожидала увидеть такого взрыва цвета в сером переулке. Нет, определенно, мне показалось.
Остановившись, я медленно повернула голову.
Не показалось! Но что это?
Буйство красок, разнообразных, ярких и вызывающих, от желтого до розового и голубого. Они были там, в глубине переулка, и манили своей сказочностью.
Забыв обо всем, я сделала шаг влево. Переулок был совсем близко, но, только подойдя ближе, я заметила, насколько он выглядел странно. Как круглый колодец, он замыкался сам в себе. Разноцветные дома стояли друг на друге, создавая эффект двух земель, двух плоскостей или реальностей.
На втором этаже стояла я и часть домиков вокруг. Чтобы попасть в переулок, я могла спуститься только вниз - туда вела широкая каменная лестница с обычными железными перилами.
Аккуратно ступая, чтобы не поскользнуться, я спустилась вниз.
Многоэтажные домики в два и три этажа поражали своей сказочной красотой. Кажется, на открытках Голландии я видела нечто подобное.
Но почему они оказались здесь, во Франции?!
Затаив дыхание, ступила на вымощенную булыжником землю.
Нереально красивые домики. Кукольные словно.
Шум непогоды стих, и я даже не сразу обратила внимание, что на меня не падают снежинки, а в глаза не дует ветер.
Вокруг никого, и я могу вдоволь налюбоваться этой странной архитектурой.
Мне захотелось подойти ближе и посмотреть в окошки, каковы эти домики изнутри. Обвела взглядом круглый переулок и нашла самую загадочную дверь.
Наверное, некрасиво заходить в чужой дом без приглашения, но я воспринимала это все как выставку, музей. У меня не было ощущения, что я вламываюсь в чьи-то владения.
А еще, я почему-то не могла мыслить здраво. Всё мое естество распирало от восхищения. Механически переступая ногами, я подошла к двери, опустила ручку и вошла в домик. Как будто так и надо. Как будто, это в порядке вещей.
Лишь только дверь за мной закрылась с громким, оглушающим звуком, я будто очнулась и засовестилась. Еще и затылком почувствовала чей-то взгляд.
Всё-таки, зря вошла. А вдруг хозяева сейчас вызовут полицию?
Обернулась, посмотрела вокруг – но в темном коридоре никого, кроме меня не было.
Все мои размышления заняли от силы долю секунды. Показалось, подумалось, и… вперед!
Мои ноги, не останавливаясь, сами несли любопытную хозяйку куда-то туда, вглубь домика, по длинному старинному коридору, чтобы увидеть нечто важное. Нечто ценное. И сделать это было необходимо побыстрее, пока меня никто не нашел, не остановил и не выставил прочь.
Я поднялась по укрытым коврами ступенькам и вышла в просторный зал с колоннами. Но не он был моей целью. Идя вперед по какому-то внутреннему наитию, я искала, сама не зная, что...
Деревянная дверь с завитушками. Открываю ее и вхожу в небольшое помещение, устланное коврами, с тяжелыми занавесками на окнах.
В комнате царит полумрак и вся обстановка - в серьезных, темных тонах. Каким-то шестым чувством я понимаю, что попала в комнату в мужчине.
Но меня это не заботит. Я иду вперед, к широкой кровати и сворачиваю вбок.
Там, на стуле, стоит написанный маслом портрет красавицы.
Слышу позади себя шорох и понимаю, что скоро меня настигнут и выволокут отсюда.
Но я успеваю. Сажусь перед портретом на корточки так, чтобы наши с красавицей глаза оказались на одном уровне.
- Увидеть это лицо… Прекрасное лицо, которое невозможно забыть... – шепчу и замираю в восхищении перед портретом.
Красавица ласково улыбается мне и на душе оттого становится теплее и спокойнее.
- Зачем вы пришли?
Я вздрагиваю от голоса. Он прозвучал слишком громко и ясного. И я не могу проигнорировать его. С трудом отрываюсь от портрета и поворачиваю голову.
Мужчина в темной, необычной одежде. Длинные черные волосы собраны в хвост. Лет тридцати, черты лица узкие, с выпирающими скулами, но не отталкивающие. Глаза смотрят строго и будто просвечивают насквозь...
В этот момент я отчетливо понимаю, что сделала что-то неправильное. Это как проснуться после сна и понять, что - увы! ты не обладаешь супер силами или сверх способностями, или просто не та принцесса из сказки. Сон кончился, и реальность вкупе с собственным положением, сваливаются как снег на голову.
Я медленно поднимаюсь с корточек и дрожащим голосом, вкладывая все раскаянье, на которое способна, прошу:
- Простите. Я...
- Вы пришли за портретом? – мужчина складывает крестом руки на груди, и пристально рассматривает меня с головы до ног.
Мне очень неловко. Почему-то в этот момент я отчетливо осознаю, насколько бедно и безвкусно одета – потрепанные джинсы, синтепоновая куртка не первой свежести, рюкзак. Пожалуй, последнее выделялось особенно сильно на фоне классической и богатой обстановки. И этот шикарный мужчина с блестящими в темноте волосами, и его явно сшитая на заказ одежда...
- Если за портретом, забирайте. Вижу, вы достойны. К тому же, страж пропустил вас.
- Что?
Я во все глаза уставилась на мужчину. Он решил подарить мне портрет? Но с чего это вдруг? Портрет старинный, очень дорогой и красивый. Неужели ему самому он разонравился?
Да нет, коллекционеры так не поступают!
- Забирайте портрет.
Мелькнуло противное ощущение, что меня во что-то втягивают. Я как усталый путник на болоте – понимаю, что нужно ступать осторожно, зыбкие места обходить, но поделать уже ничего не могу – засасывает, и нет сил выбраться из вязкой жижи.
- Только мне нужно, чтобы вы озвучили желание. Таковы правила, - мужчина чуть усмехнулся уголками губ, но серьезный и твердый взгляд говорил – шутки кончились.
- Какое желание? – я стала оглядываться в поисках пути отступления, но единственный выход из этой узкой прямоугольной спальни был за незнакомцем.
- Имя, фамилия. И желание – забрать портрет.
И тут мне в голову пришла поистине гениальная мысль: мужчина разыгрывает меня. Работает тут, водит экскурсии… А я зашла в комнату для персонала, вот он и решил пошутить.
Но потом я осознала еще кое-что: он необыкновенно хорошо изъясняется… по-русски!
Забыв о странной просьбе незнакомца, я с необычайным азартом делаю шаг вперед.
- Вы знаете русский? Где вы его изучали? О, может быть, вы эмигрант? У вас абсолютно нет акцента, и такое произношение...
- Я просто сделал так, - перебил мужчина и поднял правую руку, - и между нами возникло, как вы сказали? абсолютное понимание.
Он щелкнул пальцами, и мне показалось, что воздух качнулся.
Да нет, такого просто не может быть.
- У нас мало времени. Они скоро будут здесь, и в ваших интересах высказать желание поскорее, и забрать портрет.
- А мне за это ничего не будет? – сделала я робкую попытку прощупать перспективы.
Все-таки забирать чужой портрет из чужого дома, пусть и настолько красивый и притягательный, казалось неосмотрительным.
- Это ваша судьба. Не могу знать, - он сделал легкий поклон, и в этом движении мне почудилась насмешка.
- Расписку написать?
- Не стоит. Я верю вам.
Я в нерешительности бросила взгляд на портрет, а потом – на незнакомца. Ай, была не была. В конце концов, разве может портрет принести неприятности? Да еще, если он настолько хорош?
Собравшись с духом, я быстро выпалила:
- Я - Лада Менялова хочу забрать портрет.
- Отлично. Только повторите, пожалуйста, еще раз, используя не слово хочу, а слово – желаю.
- Это так важно? – удивилась я.
- Чрезвычайно. Прошу.
- Ладно. Я – Лада Менялова, девица двадцати пяти лет от роду, - не смогла сдержать сарказм, - желаю забрать сей чудесный портрет.
Как только я произнесла последнее слово, мне опять показалось, будто воздух качнулся. Но это движение было настолько мимолетным, что я снова списала это на нечеткое зрение.
Давно пора купить очки. От постоянной работы за монитором зрение резко упало в последний год.
Мужчина стремительно подошел к тумбочке у стены, стянул с нее бордовое бархатное покрывало.
Подойдя к портрету, слегка поклонился ему, а после - завернул, стараясь не повредить его, будто он стеклянный.
- Вы можете убрать портрет в сумку, дабы избежать ненужных взглядов, - минута, и вот он уже протягивает мне плотно завернутый сверток.
- Но он не влезет в рюкзак, - попыталась возразить я.
Тогда незнакомец подошел совсем близко, и я заметила, что портрет, в общем-то небольшой. Как раз такого размера, чтобы спокойно войти в отверстие рюкзака.
Но ведь я сама стояла перед ним, когда тот находился на стуле! И его размер был вроде другим...
Прежде, чем я успела очнуться и как-то высказать свои подозрения, мужчина легким движением руки снял с моей спины рюкзак и даже успел расстегнуть основное отделение.
- Быстрее. Они скоро будут здесь.
- Они?
Он молча вложил портрет в рюкзак и застегнул его. Я так и стояла с открытым ртом, дико удивленная его поведением. Я была даже не в состоянии сформулировать вопрос и прояснить ситуацию.
Кто придет? Настоящие владельцы портрета? Но что тогда делаю я - краду его?
Видимо, последнюю мысль я все-таки озвучила вслух, потому что незнакомец ответил:
- Они недостойны владеть им. Поэтому до настоящего момента сюда им входа не было. Но его открыли вы, Лада, своим присутствием. Я знал, что портрет не сможет стоять здесь вечно и что он позовет приспешника. Так что собирайтесь быстрее и езжайте на Родину. Не откладывайте поездку в долгий ящик. И умоляю, не расставайтесь с портретом. Пока вы с ним, они не смогут забрать его.
Я не успела ответить, потому что необычайно громкий звон огласил все помещение. Будто где-то завыла сирена, или кто-то одновременно разбил тысячу бокалов.
В страхе я зажала уши.
Незнакомец насторожился и сделал знак рукой. Сбоку, там, где стоял тяжелый деревянный комод, он дернул что-то в стене, и в тот же момент она отъехала.
- Сюда. Скорее.
Я крепче перехватила рюкзак, и ни секунды не сомневаясь, побежала за ним.
Мы попали не в красивую залу с колоннами или в старинный холл, виденный мною вначале, а спустились в подземелье, какое раньше мне доводилось наблюдать только в мультиках, да в исторических фильмах.
Ступеньки были узкими и скользкими, потолок низенький и я пару раз пребольно стукнулась лбом на поворотах. Мы спускались все ниже и ниже, пока, наконец, не показалась белая дверь.
Она так странно смотрелась на фоне темного и влажного подземелья, что мне стало не по себе.
Да, определенно, я чувствовала беспокойство, и было боязно даже подходить к ней.
Но кто меня спрашивал?
- Ступайте быстрее, пока они не нашли ход, - произнес мой странный проводник, и потом, чуть поколебавшись, добавил: - Если понадобится помощь или встанет вопрос жизни или смерти, возьмите.
И с этими словами он протянул мне кольцо. Из темного металла, похожего на заплесневевшую от времени медь, с характерными зелеными прожилками, оно венчалось темно-красным камнем.
- Гранат? – полюбопытствовала я.
Но мужчина, не слова не говоря, схватил мою руку и нацепил кольцо на указательный палец правой руки.
- Скажите: Амбруаз, и я пришлю помощь.
- А разве она не нужна мне сейчас? – воскликнула я, услышав откуда-то сверху доносящиеся шаги.
Даже не так: не шаги, а топот тысячи ног. Все это и вправду походило на пресловутую погоню. Вот только мне совсем не хотелось, чтобы за мной кто-то гнался.
- Идите. И ни о чем не жалейте, - сказал напоследок Амбруаз и подтолкнул к двери.
Мне ничего не оставалось, как открыть ее.
Я вошла в странный коридор, похожий на прихожую в пятиэтажке, сбоку заваленную всяким хламом, типа сломанных стульев и каких-то коробок, и через три шага увидела обычную деревянную дверь, какая стояла у меня дома между комнатами.
Что ж. Мне очень хотелось найти выход из этой ситуации, и я, ни капли не сомневаясь, открыла ее, чтобы оказаться... на площади в Сорбонне.
Выпрыгнув на улицу, я зажмурилась: сразу же в лицо с силой настоящего урагана ударил противный ветер. Тысячи снежинок, подстерегающих меня, впились в глаза, нос, губы. Я вздрогнула, как от ушата холодной воды и резко обернулась.
Маленькая дверка, деревянная, в пол моего роста, закрылась с хлопком.
- Обалдеть! Но…как я прошла сквозь нее?!
Определенно, я не могла выйти из этой дверки, не сгибаясь пополам. И этот факт так поразил меня, что еще с минуту я стояла, раскрыв рот и пытаясь сообразить: как такое возможно?
На всякий случай дернула ручку двери и попыталась открыть снова, чтобы убедиться в том, что мне не померещилось.
Но она не открывалась. Сколько бы я ни прикладывала усилий, таинственная дверь ни в какую не хотела открываться. Хоть вой!
И эта странность еще больше обескураживала: дверь закрылась влегкую от ветра, так не могла же она сразу запереться сама собой на замок?
…Или могла?
Не будучи специалистом по старинным дверям, мне ничего не оставалось, как поправить рюкзак и направиться вперед – туда, где меня ждали новые неизведанные виды, потрясающие экспонаты и истории.
Вот только привкус от всего этого неуловимо изменился. Я рассеянно рассматривала церковь и, кажется, в пол уха слушала экскурсовода. Раньше я бы дико обрадовалась, что могу присоединиться к русскоговорящему гиду, ведь это – настоящая удача! Но почему-то я ходила за группой механически и почти не рассматривала экспозицию.
Меня беспокоило чувство надвигающейся опасности. И я не понимала, во что же всё-таки я ввязалась.
Кольцо при свете дня на моей руке смотрелось потрясающе красиво и казалось древним. Украдкой я любовалась на него все время экскурсии.
Снег и ветер за это время поутихли. Но погода всё равно стояла промозглая. И я решила все равно зайти в кафе пообедать или, на крайний случай, купить с собой французский сэндвич.
Голода я не ощущала. Только мельком взглянув на часы, поняла, что нужно подкрепиться. Было уже начало четвертого, а я только завтракала сегодня.
Вокруг проносились туристы, гудели машины, текла обычная жизнь. Жуя взятый на вынос бутерброд, я безрадостно шла по городу и чувствовала буквально печенкой, что моя обычная, нормальная жизнь закончилась.
А впереди – неясность, нераскрытые тайны, новые приключения и что-то такое, о чем я подсознательно мечтала всю свою жизнь.
Глава 2
Я сидела на чердаке, именуемом во Франции мансардой, и рассматривала портрет. Вечер уже спустился на город, и бродить дальше по уютным и полюбившимся улочкам я не стала. Сразу после экскурсии по церкви Сорбонны, вернулась в съемные апартаменты.
Потому что внезапно, из-под полы, нагло и грозно сверкая очами, вылезла она - паранойя.
Мне постоянно казалось, что за мной кто-то следит. Несколько раз оборачивалась, но сзади лишь спешили обычные прохожие, и никто не выглядел подозрительным.
И все бы ничего, пересидела бы я остаток дня дома, без лишних вылазок и экскурсий, глядишь бы и успокоилась... Но было одно но.
Сегодня было тридцать первое декабря. А, значит, через несколько часов я подключусь к хозяйскому wi-fi и буду слушать поздравление Президента.
Слушать его на голодный желудок не хотелось категорически, поэтому мне следовало зайти в ближайший супермаркет и купить готовые салаты и закуски.
Однако с этой картиной я боялась высунуть нос наружу.
Безумно страшно было выходить из мансарды, ровно, как и оставлять картину на чердаке. А вдруг и в самом деле украдут? Ее рамка переливалась, словно сделана из золота. Кракелюр на портрете добавлял к стоимости еще минимум тысячу евро. Или две. Или три – я понятия не имела, в какую цену нынче антиквариат.
Брать картину с собой в магазин было бы глупо. Куда складывать покупки? Я привыкла экономить на всем, и покупать пакеты за евро казалось мне верхом расточительности.
Как тут быть?
В итоге, после часовых раздумий, я решила взять картину с собой. Так и быть, разорюсь на пакеты и донесу как-нибудь покупки на чердак.
Правда, подниматься по узкой крутой лестнице мне, человеку, привыкшему к комфортным лифтам, было нелегко. А вот парижане как-то справлялись. В моем доме жило несколько семей – с ними я столкнулась сегодня утром, когда выбрасывала мусор. Счастливые люди, живущие в старинном доме рядом с каналом Сент-Мартен. Да, они определенно были счастливы и привыкли подниматься пешком. Даже высокие потолки их не смущали. А вот я поднималась в мансарду как на голгофу после насыщенного экскурсионного дня.
Но что ни поделаешь, ради экономии средств? Вот и я согласилась на это более чем выгодное предложение. Главное – в самом центре! А гуляющий по чердаку сквозняк я как-нибудь переживу.
Мне всегда хотелось хоть немного пожить в центре, как настоящая парижанка!
Так, что-то я отвлеклась.
Погода и на этот раз решила меня удивить. Пока я металась в сомнениях, откуда-то появившийся пушистый снег покрыл ковром всю улицу.
Он укрыл грязь, некрасивость обшарпанных стен, и улочка предстала в настоящем рождественском облачении.
Я даже остановилась сфотографировать эту красоту. И когда прекрасный кадр уже готов был поселиться в моем фотоаппарате, откуда-то выскочила тень и вырвала его у меня из рук.
Это было несправедливо! Это было до чертиков обидно. Но я - не спринтер и не полицейский, чтобы пытаться догнать и обезвредить преступника.
Поэтому я просто закричала. Понадеялась, что кто-нибудь впереди услышит мой крик и что-нибудь предпримет.
В фильмах, во всяком случае, это прокатывало.
Но не прокатило со мной: вместо помощи, кто-то сзади обхватил меня за плечи, закрыл рот ладонью и потащил обратно, в темную часть переулка.
Я мычала, как корова, и пыталась укусить преступника. То, что у человека были плохие намерения и к картине они отношения не имели – я поняла сразу.
О, он явно собирался посягнуть на меня саму!
Наша борьба продолжалась долго. Так мне показалось. Преступник пытался уклониться и отбить наносящиеся вслепую удары. Я же пыталась стукнуть побольнее и вмазать в болевую точку, чтобы он меня, наконец, отпустил. Но мне не удавалось: мужчина вцепился в меня подобно клещу, скрутил с такой силой, что ничто его не пронимало.
Наконец, я все-таки изловчилась и укусила его за руку. На одно быстрое мгновение охват ослаб. Мне хватило, чтобы со всей силы стукнуть его по ступне. Мужчина взвыл, а я воспользовалась его замешательством, и ударила по второй.
Пока он махал руками и стонал, я успела выбежать на заснеженную улицу.
Я бежала изо всех сил, целясь на проспект, где было больше народа, и который пролегал перпендикулярно моей улочке. Я бежала до боли в боку, до звездочек в глазах. Когда увидела толпу, праздно шатающуюся по проспекту, притормозила – вряд ли он нападет при стольких свидетелях.
Оглянулась.
Сзади никого не было.
Моя паранойя стала увеличиваться в геометрической прогрессии.
Если вначале мне пришло на ум, что это был обычный грабитель, собиравшийся напасть на молоденькую неопытную девушку - туристку, то теперь мне виделся в этом зловещи й умысел.
Он ждал именно меня. Ведь когда я спустилась по лестнице, вышла во двор и сделала пару шагов – никого в округе не было. Значит, он прятался. И его несомненной целью была я.