Академия миражей: правда или ложь
- -
- 100%
- +
Окна Академии были распахнуты, и я слышала возбужденные голоса, которые, ни капельки не стесняясь, обсуждали мое вызывающе яркое платье и взлохмаченную прическу Льюиса, расценивая ее, как оскорбление и повод получить штраф. Но я не обращала на эту пустую болтовню особого внимания, благоразумно понимая, что они не предназначены для моих ушей. Просто после вспышки гнева, когда зрение еще не пришло полностью в норму, у меня обостряется слух. Один орган подменяет работу другого… И мой попутчик явно не различал реплики сквозь громкий шум.
Вежливый Льюис донес мои вещи до комнаты и пожелал хорошо отдохнуть. Я чопорно поблагодарила его и выразила надежду, что вскоре мы увидимся. Когда все условности были соблюдены, и за парнем закрылась дверь, я бросила чемодан на пол и ринулась к окну.
Комнатка, выделенная мне для проживания на ближайшие три года, была небольшой, но очень уютной: обитые светло-бежевой тканью в мелкий цветочек стены, и висящие поверх них картины, с изображением то ли тумана, то ли вихря. Красивый туалетный столик, платяной шкаф и комод. Кровать под широким балдахином была больше моей домашней раза в два, и я подумала, что условия для обучения здесь более, чем приятные. И зря многие боятся сюда поступать и выбирают другие магические Академии. Платят огромные деньги за проезд между реальностями, и потом часто не возвращаются назад! Лично мне совсем не хочется покидать мою любимую мамочку, так что после окончания обучения я точно поселюсь в Коттевиле.
И тут мое внимание привлек громкий звук то ли горна, то ли трубы. Он прозвучал сверху, и я распахнула высокое узкое окно, чтобы посмотреть в небо.
Облака, серебристая луна озаряет мир ирреальности прозрачным светом, все как всегда…
И тут на площадку перед главным входом вышел преподаватель. Он спустился по ступенькам и встал посреди внутреннего двора. Не тот завхоз, имя которого я так и не спросила, нет. Это был высокий крупный мужчина в черном балахоне, с нетипичной для моего мира внешностью: длинным лицом и выпирающим подбородком, узкими скулами и тонкими губами.
Он оглядел стены орлиным взором и сразу же разговорчики стихли. Потом достал из подмышки список и громовым голосом – явно с использованием усилителя, потому что иначе я не представляю, как с таким голосом можно жить – произнес:
– Абитуриенты выходят по списку вперед и становятся парами. Итак: Лирано, Вариэль, Джимаго, Риностель…
Я смотрела, как выходят на площадку мои недавние обидчики, и поджимала губы: надо же, вернулись. Видимо, недалеко от ворот убежали, или желание поступить в Академию превалировало над страхом передо мной.
Ладно, пусть. Заодно посмотрю, насколько сложные задания им выпадут, и чего избежала я.
До сих пор не верилось, что меня приняли без всяких экзаменов. Поразительное везение, или?.. Наверное, нужно было спросить у завхоза, в чем же причина этому, и как он понял, что таинственный Верховный нас благословил, но мое внимание постоянно вовне…
Сейчас я разглядывала освирдов, которых было пятеро, и последний ни в какую не хотел вставать в пару с середнячком – симпатичной девушкой в сиреневом платье. Та надулась, но один взгляд узкокостного преподавателя, и она сама взяла освирда за руку.
– Первое задание: один в паре выпускает из рук туман, другой пытается его оттолкнуть, вернуть обратно. Приступайте.
Я даже подпрыгнула от радости и хлопнула в ладоши: задание очень простое, ведь я легко выпускаю из ладоней туман. А сдуть его обратно тоже нетрудно, у меня несколько раз даже получалось вертеть его по кругу, изображая небольшую воронку. С интересом я принялась изучать успехи своих конкурентов.
Пар было четырнадцать. К моему большому удивлению, справилась всего половина. Остальные безрезультатно тужились и пыжились, но из ладоней ничего не выходило, ни искорки. Тогда в дело вступали их напарники, но и тех почему-то не выходило.
Тогда экзаменатор хлопнул в ладоши, и те семь пар, что не смогли справиться с заданием, вдруг исчезли. Широко раскрыв рот, я, вместе со стоящими на экзаменационной площадке, пыталась понять, как же у него это получилось. Неужели, одним взмахом он смог создать перемещающее заклинание? Но… Как же так?!!
Абитуриенты зашумели, выказывая удивление, и спрашивая у соседа, то ли он видел. Взволнованные и смятенные лица, шепот, перерастающий в гул…
– Вау! – услышала я голос Льюиса, и перегнулась через подоконник.
Соседнее окно было распахнуто, и парень внаглую сидел на подоконнике, свесив ноги. Благо, был первый этаж.
– Странно, да? – я последовала его примеру, и тоже присела на подоконник.
С моей широкой пышной юбкой я вряд ли смогла бы перетащить ноги наружу – все-таки окно довольно узкое, но, удерживаясь за раму, я могла хотя бы высунуться вперед.
– Думал, ты распаковываешься, – парень неловко улыбнулся, – Хочется посмотреть, чего мы лишились.
– Ага, первое задание – очень легкое, – весело сказала я, не особо обращая внимания на вдруг окутавшую Академию тишину, – Второе должно быть посложнее, иначе, получается, берут почти всех?..
Льюис не ответил, зато вместо него пронзил воздух громовой раздраженный голос:
– Студентка Вандерос, вам не терпится попробовать? Выходите на площадку.
Я не успела опомниться, как вдруг оказалась рядом с парой крестьян, взиравших на меня с диким ужасом. На всякий случай я отряхнула юбку, поправила кружева на талии, и уставилась на преподавателя.
При ближайшем рассмотрении, его черты лица показались мне еще более неестественными – он был похож на змею, заприметившую жертву. Узкие раскосые глаза добавляли облику опасности и хищности. Я подавила хотевший подняться из-под полы испуг и внимательно посмотрела на экзаменатора, демонстрируя, что в полной готовности.
– Второе задание простое, – в голосе преподавателя прозвучала издевка, – Создать зеркальный трос или палку и ударить ею соседа.
Абитуриенты притихли и, готова держать пари, каждый вспомнил парочку ходящих вокруг Академии страшилок или слухов.
– Но… – я посмотрела на оставшегося в окне Льюиса, – у меня нет пары.
– Не страшно, – невозмутимо ответил этот странный человек, и вдруг оказался прямо передо мной, – Нападай на меня, Кристалина.
Глава 3
Я смотрела в дикие, почти ненормальные, глаза и понимала, отчего ходят страшные легенды об Академии. Если на вступительных экзаменах всегда присутствует этот индивидуум, легко испугаться и понавыдумывать всякую чертовщину…
Да и само задание – не из простых… Я вспомнила описание в моей книжечке о том, как сотворить зеркальное пламя и сосредоточилась на внутреннем потоке: равномерное распределение силы, гармоничное и спокойное состояние – это основа любой магии, в том числе и зеркальной. Постаралась не думать о неудаче, постигшей меня еще недавно на опушке и правильно выдуть туман из ладоней…
А еще не обращать внимания на притихших абитуриентов и не слишком дружелюбный взгляд экзаменатора.
Как было написано в самом первом уроке зеркальной магии, основа всех упражнений заключается во внутренней силе, которая легко материализуется через ладони. То есть нужно освоить базис – выдувание тумана, а дальше и дело пойдет, как по накатанной!
Рядом раздался возмущенный крик, у кого-то не получилось. Потом я услышала другой звук – по всей видимости, кому-то повезло создать зеркальный трос, и теперь его визави улепетывал или в панике отпрыгивал – не знаю – но проделывал все это с истошными криками и громкими ругательствами. Прессинг безумных глаз на несколько секунд отключился – преподаватель щелкнул пальцами, и мне показалось, что пар на каменной площадке стало на порядок меньше.
Но я не отвлекалась, прилагая все силы и внимание к ладоням и вытекающему из них прозрачному материалу. Предмет у меня должен выйти ровный и как можно тверже, потому что иначе могла получиться расплавленная зеркальная масса и противно закапать плиты Академии, как ранее у меня дома – деревянные полы чердака.
Потом я нараспев произнесла: «солидум» и масса стала выкристаллизовываться в длинную тонкую палку. Кто-то присвистнул от удивления, мне показалось, что это был Льюис. Стараясь удерживать равномерно потоки силы, я нежно прошептала: «финем», и палка окрепла, стала внезапно тяжелой. Я схватила ее одной рукой, а потом пришлось срочно перехватывать второй – вес был значительным.
У меня получилось! Я удовлетворенно выдохнула и перевела взгляд на экзаменатора. Все-таки, не каждый способен сотворить самостоятельно такое. У меня впервые получилось и то, вероятно, с испугу.
– К этому времени я убил бы тебя тысячу раз, – холодно произнес змеевидный тип, – И развеял бы твой прах по всем миражам ирреальности.
Улыбка сползла с моего лица. Не знаю, как так получилось, но я рефлекторно замахнулась на обидчика. Увидела испуг в глазах преподавателя, а потом палка внезапно оказалась у моих ног. Хорошо, хоть не расплавленная.
– И даже величина не соответствует комплекции, – насмешливо сказал он, но мне показалось, нарочно, чтобы скрыть страх. Нос его стал еще более вытянутым и крючковатым, – На троечку от силы. Я ожидал большего, мисс Вандерос.
Я с трудом удержалась, чтобы с досады не пихнуть туфлей свою палку. Это же надо – тройка! Да с таким преподавателям я дольше первого курса не продержусь. Это что же нужно делать – на голове стоять, чтобы заслужить у него одобрение?
Расстроенно посмотрела на других: вокруг меня присутствовало три пары, и у всех второе задание было на разной степени жидкости. Самыми приближенными к тому, что нужно было получить, были желеобразные палки, и их воинственно держали перед собой две пары освирдов. Третья пара середнячков сконфужено смотрела в каменные плиты, где красиво растеклось и переливалось зеркальное нечто.
– Для начала неплохо, – раздался новый голос от арки, и мы все разом обернулись. Я увидела того самого мужчину в черных узких брюках и кофте с капюшоном, что видела перед входом в чугунные ворота. Интуитивно напряглась: было ощущение, что с ним нужно держать ухо востро, – Ремесленники делают качественное зеркальное зелье, но стоит подучиться не растекаться мыслями по плитам… Вы, мои благородные, должны больше прикладывать усилий к концентрации и прилежно учить заклинания. А мисс Вандерос нужно научиться присмерять свой нрав. Пригодится… Третье задание не нужно, Ливергол. Все приняты.
Змеевидного преподавателя передернуло от недовольства, но он промолчал.
В настороженной тишине Академии прозвучали особенно гулко его шаги – медленно и даже вальяжно мужчина прошел мимо нас, даже не удостоив взглядом. Когда он поравнялся с Ливерголом, услышала его негромкие слова:
– С этого момента в городе вводится чрезвычайное положение. Студентам запрещено покидать Академию, магистрам – город. Единым советом лиги Верховных, я временно назначен Директором Академии миражей. Вы остаетесь на должности преподавателя природных сил. Можете идти готовиться к предметам.
Могла бы честью поклясться, что слышала, как проскрежетали зубы змеевидного. Он секунды три приходил в себя, сжав кулаки до белесых костяшек, а потом через силу сказал:
– Слушаюсь, господин директор.
И быстро покинул площадку.
Мы застыли.
Перед нами разворачивалось некоторое действо, которое вроде бы нас касалось, но которое мы не понимали. Стало немного неприятно.
Косо взглянула в сторону Льюиса, но парень с непонятным выражением лица смотрел на Верховного – так, помнится, его окрестил у ворот завхоз. Но, если подумать, наверное, он назвал его Верховным случайно, по какой-то шибко важной должности, потому что те Верховные, о которых я слышала в детстве, в нашу скромную ирреальность не входили. Или, скажем так, не опускались…
– Ошибаешься, Вандерос, – незнамо каким способом уловил мои мысли мужчина, и вдруг откинул капюшон, – Думаю, вам следует объяснить, по каким истинным критериям мы набираем студентов в Академию, и кем вы на самом деле являетесь.
Завороженно я рассматривала его. Крупное, широкое лицо. Черные густые брови и непонятного цвета глаза. Всё же, черного, в тон черным, струящимся по шее волосам. Светлая кожа будто сияет в лунном свете дня и очень идет ему. Сколько лет – непонятно, но по телодвижению и манерам видно, что он уверен в себе, спокоен, и явно у него есть опыт повелевать. Глаза будто изнутри наполнены мудростью. А еще он очень красив. Невероятно красив…
– Я – Верховный демон, – негромко сказал он, и все ахнули. Мои тайные подозрения уже перестали быть таковыми, и теперь я с удивлением прислушивалась: – В вас всех есть, в той или иной мере, демоническая кровь. Только с такой кровью вы можете создавать стойкие миражи, населять в них люд и расширять их, растягивать до вселенной. Простому магу или даже волшебнику это не под силу. Вы можете свободно путешествовать по реальностям, жить везде, где только понравится. Быть тем, кем вам выгодно. Но… есть одно правило…
Он хищно улыбнулся.
– Вы должны создать собственное зеркало на собственной крови и заключить туда часть своей души, чтобы суметь вернуться. Сделать якорь самим себе и спасти от всяческих ловушек. Мир коварен, и вы даже сами можете не осознавать, насколько уязвимо и беззащитно подобное вам существо. Безопасности и умению постоять за себя – мы научим вас тут, в Академии.
Я слышала, как где-то вдали упал предмет, но вокруг на площадке было тихо. Казалось, оглушающая тишина заполонила не только уши, но и парализовала сердце. На всякий случай я одернула рукав, но нет – не сплю, со мной все в порядке, а вокруг стоят, замерев, освирды и середнячки.
– Завтра начинаются лекции, сегодня вечером – бал по случаю Открытия нового учебного года, – внезапно директор послал нам такую теплую и очаровательную улыбку, что мы все сразу ожили, задышали и задвигались,– Быть всем обязательно, начало в шесть часов.
И будто в подтверждение его слов, сзади, в арке пробили четыре часа дня каменные часы. Я даже не сразу заметила их, оглядываясь на поразительно музыкальный и красивый бой.
Все лица поступающих выглядели ошеломленными. Я тоже чувствовала себя слегка сбитой с толку, но собиралась всё выяснить позже. Откуда в моей простой семье могли выискаться люди с демонической кровью было неясно, но если об этом говорит сам Верховный демон, то это явно так…
Существуя в ирреальности, где самой распространенной и обиходной является зеркальная магия, не воспринимаешь демонов, как нечто отдельное. Они существуют где-то наверху и правят нашей страной. Она небольшая – всего восемь городов и прилегающие к ним поселения. Леса и поля, реки… Но я никогда не видела настоящего воплощенного Верховного, и теперь была несколько возбуждена: мне хотелось не просто выяснить, что это такое – управлять нашей страной, но и задать кучу отвлеченных, но очень важных вопросов: как часто нужно подпитывать Луну, ведь она заряжается от энергии демонов. Как много Верховных в совете, и всё ли они могут сделать или совершить необыкновенные вещи, а есть ли среди них женщины, а как часто нужно приносить цветы в Центральный храм, и ждут ли меня неприятности, если я забыла это сделать в последние… два года?
– Все марш по своим комнатам! – внезапно рыкнул Верховный, и окна студентов стали захлопываться одно за другим, как ловушки для мышей.
Поступающие бросились, кто куда, видимо, плохо соображая, что им следует делать. На лицах читалось явное недоумение и страх.
Затем в арку вошел уже знакомый старичок-завхоз и, недовольно шикнув на обнаглевший и беспардонный народ, всех поманил в сторонку. Не став дожидаться, пока эта толпа ринет в единственный вход в общежитие, я быстро посеменила к себе в комнату, подняв для верности пышную юбку.
– И поменяйте свое платье, Кристалина, – донеслось мне в след от Верховного. Я даже неудачно притормозила, опустив руку и наступив таки на длиннющий подол, – Приличные магнессы такое не носят.
Я поджала губы и, ничего не говоря, вернулась в свою комнату. Да, понимаю, что для насыщенных занятий и прохождения практики, у меня слишком вычурный и неудобный наряд. И, вероятнее всего нужно подобрать более удобную и практичную одежду, например, серого цвета. Но… это мой стиль и мой выбор! Если в Академии нет определенной формы и строгих правил, я буду носить то, что считаю нужным!
У меня было припасено сиреневое платье с меньшими кружевами и всего с двумя нижними юбками. Милое, простенькое и элегантное. Но я принципиально не стала его вытаскивать и начищать. В небольшой ванной комнате, дверку в которую я приметила не сразу, нашла все необходимые щеточки и почистила свое платье.
Накрасила яркой помадой губы и взбила повыше и попышнее прическу. Да, я в новом месте и здесь могут быть свои порядки. Но выйти на бал в том, в чем я хочу – мое право, и я не собираюсь выспрашивать ничьего совета.
А уж после услышанного приказного тона до жути захотелось сделать все наоборот. Терпеть не могу, когда мне указывают.
Я посмотрелась в зеркало и фыркнула: гордо вздернутый носик, пухлые крепко поджатые губки и куча сумасбродства в глазах… Да он просто не понимает, кого принял в студентки и кому объявляет войну. Не даром меня в детстве называли демоненком… Я ему покажу, как позорить мое платье перед всеми!
Снова пришлось взять себя в руки, чтобы не потерять перед балом зрение. Я несколько раз прошлась вдоль по комнате, считая шаги и прислушиваясь к доносившимся из открытого окна звукам.
Все стихло, и теперь можно было наслаждаться пением птиц и шумом елового леса…
Снова встала перед зеркалом и вгляделась в свое возмущенное бледное лицо. Сама-то я, как и Верховный, могу похвастаться матовой кожей и благородной бледностью…
Свою позицию по отношению к директору за эти полчаса я сформировала ясно и вполне бесповоротно. Я в этих делах упряма и даже матушка меня корила, что я не гибка и не могу прощать людям ошибки. Вот и теперь, я поняла для себя одно: пусть он говорит, что посчитает нужным, и делает сам, как ему вздумается, но я … я все равно буду делать по-своему!
И по этому вопросу у меня зеркальная жирная точка.
Глава 4
Два часа пролетели в один миг, но я не сидела без дела. Заветная книжечка и безупречная память – те две составляющие, которые довели до икоты мадам Треумболл в Райтенвилле, мадам Фаудс и мадам Клоудмс в Стендельвилле и многих других доблестных мамаш, не желавших признавать ошибки своих детей и особенное недостойное поведение последних. А с тех пор, как умер мой бедный папочка, свою девичью честь, а заодно и честь семейства Вандерос, приходится отстаивать мне.
И теперь, хитро посмеиваясь, я достала из чемодана маленький мешочек с порошком, купленный еще полтора года назад в Стендельвилле. Освирд, продавший его мне, не подозревал, что милая барышня с наивными глазками фарфоровой куколки будет использовать его не по назначению – чистить заговоренное стекло своей прабабушки, чтобы из него не вылезала плесень и бактерии, а с размахом мстить одной высокородной мадам.
Я сверилась с заклинанием в книжечке и в уме прикинула общее количество участников: первокурсников – восемь, из которых девушек – всего трое. Итого – три платья… Сколько всего учится студентов в Академии – я не знала, но, судя по любопытным лицам в окошечках во время экзамена – не более пятидесяти человек, а может, и того меньше. Значит, я могу обойтись двумя щепотками порошка, вот только нужно заранее найти в бальной зале огромное, широкое зеркало.
А оно там присутствовать должно! Девушки всегда бросают взгляд на себя в подобное зеркало и поправляют прическу, поэтому обычно оно висит в холле перед входом в бальную залу. Я вспомнила последний случай моей мсти, когда призрачная стража безрезультатно допрашивала мою ничего не понимающую маму, и ухмыльнулась. Уж тут-то они ее не вызовут, потому что ответственность за принятых студентов несет учебное заведение.
Только бы все получилось… Перед выходом еще раз сверилась с книжечкой и взяла веер. Бал, все-таки, увеселительное мероприятие, и я надеялась не только показать свой характер, но и немножко потанцевать.
При выходе из комнаты столкнулась с Льюисом – парень со скучающим видом стоял напротив, подперев стену плечом. На нем был костюм чуть получше того, в котором мы встретились у чугунных ворот, но все равно не слишком подходящий торжественному мероприятию: коричневый потертый сюртук и зеленого цвета штаны, заправленные в высокие, с голенищем до середины икры, сапоги черного цвета. Тоже, кстати, весьма поношенные, и зияющие беспардонно дыркой на мыске.
А нужно сказать, я очень не люблю неряшество и старую одежду, от которой всегда землистый и заплесневелый запах. Меня от такого тошнит.
– Ты готова? Знаешь, куда идти?
– Разберемся…– процедила я, и еще раз оглядела его одежду, – Нет, не могу на это смотреть. Так дело не пойдет, – схватила за руку ничего не понимающего парня и втянула в комнату и захлопнула дверь, – Стой тут… У меня, вроде, было нужное средство.
Бросилась к чемодану, который на всякий случай припрятала под кровать, и стала разбираться в своих запасах. Так как никогда не знаешь, что случится с тобой в следующем городе, и с какими ситуациями придется бороться, я всегда держала с собой всего понемножку.
После того, как постельные принадлежности и сменное белье оказалось на кровати, а поверх я накинула сиреневое платье, чтобы не показывать чужому человеку всю свою подноготную, вытащила глубоко запрятанные мешочки с зельями и порошками, и бегло пронеслась по инструкциям.
– Так… вот этот вроде нам подходит – накладывает стойкий морок на десять часов. Как раз для бала хватит… но есть условие, – я скривилась, – нужно при наложении иметь наглядный пример… А у меня как назло, ни фотокарточек, ни каталога последнего сезона модной одежды…
– Крис, не надо, – Льюис с любопытством оглядывал мою комнату, – Итак сойдет. Все же я – крестьянин, от меня не ожидается ничего приличного… А твоя комната хороша. Моя кровать в два раза меньше и нет отделки на стенах…
– Все дело в положении, – я деловито запихала все обратно в чемодан, а нужное зелье спрятала в потайной карман платья. Пусть говорит, что хочет, но я не позволю ему расхаживать рядом со мной в таком виде, – Раз я наполовину дворянка, то и условия проживания у меня лучше. Вообще, слышала, в некоторых Академиях по двое и по трое селят. Нам повезло, что руководство данного заведения не экономит на площади. Всё, я готова.
– Ты не собираешься сменить платье? Ведь Верховный сказал…
Но я резко встала и демонстративно одернула итак идеально сидящую юбку:
– Плевать, что он сказал. Мое право идти на бал в том, в чем я считаю нужным. И прошу не заводить при мне подобных разговоров…
– Ну, тогда ладно, – скуксился парень, будто за неповиновение накажут его, – Пойдем во двор, там спросим у кого-нибудь дорогу.
Мы почти сразу наткнулись в коридоре на красиво одетых студентов, правда, весьма хмурых, но нам любезно подсказали, где находится парадная зала. Стоило выйти из левого крыла, где располагалось общежитие, и обойти Академию кругом. Сзади, почти в самом лесу, была небольшая каменная пристройка, и вход в нее представлял собой маленькое крылечко.
Подходя к ней и оглядывая собирающуюся толпу, я внутренне похлопала в ладоши: судя по разноцветным красивым платьям, все сплошь с пышными юбками, кринолином и отделанные разного рода кружевами, никаких строгих или необычных требований к одеянию не было. Но и в красном цвете была только я одна.
И вот мы, наконец, дошли до зеркала. Я с любопытством огляделась: студенты проходили внутрь, искоса и мимолетом взглянув в подвешенное на уровни груди зеркало.
Широкое, почти во всю стену, рядом с ним не было охраны, как на балу у мадам Кроффер. Да и магических светильников, ловящих шкодную детвору, здесь явно не было. То есть, администрация Академии полагает, что в данное заведение поступают только чинные и сознательные люди, которым развлекаться и хулиганить явно недосуг.
Скрывая норовящую появиться на моем лице широкую и самодовольную улыбку, я настойчиво попросила Льюиса сходить в мужскую комнату и пригладить волосы, рассчитав, что в его отсутствие я успею быстро и со вкусом устроить свою месть.
– А мой крестьянин – хороший, на него накладывать заклятье не будем, – шептала себе под нос я, доставая из потайного кармашка порошок.
Так, нужно осторожно насыпать его во все четыре угла зеркала, и сразу отойти. Всегда есть вероятность, что эксперимент даст какой-нибудь сбой, и в меня полетит ответка.
А после того, как платья всех присутствующих девушек, благодаря зеркалу и моему заклинанию, перекрасятся в ярко красный цвет, я с удовольствием подлатаю костюм Льюиса, попросту скопировав его с одного из гуляющих неподалеку парней. Когда мы подходили к зале, я видела целую толпу модно одетых экземпляров. И пусть их костюмы станут идентичны, не думаю, что паренек на меня будет в обиде. Хоть пригласить на танец сможет кого-нибудь, в приличном-то виде.