- -
- 100%
- +
ПРОЛОГ
Танцпол разрывался от громкой музыки и беснующихся в предвкушении выходных людей. Ночь и алкоголь невероятным коктейлем ударяли в мозг. Разгорячённые тела жаждали свободы, ярких ощущений и любви. Москва пьянила и обманывала, вселяла отчаянную надежду найти, догнать, обрести…
А где-то рядом, на самом виду и в то же время совершенно невидимая постороннему глазу, сидела Лиска. Она в нетерпении била длинным пушистым хвостом по ножкам барного стула и высматривала очередную жертву.
Белобрысый парень в который раз огласил окрестности противным, слишком высоким для мужчины смехом. Его собеседники снисходительно улыбнулись и потянулись к своим стаканам.
Время пришло.
Лиска облизнула губы и приготовилась нападать. Лазеры и светомузыка раскрашивали спину парня разноцветными огнями, мигали, подбадривая её. Он сидел близко, на расстоянии вытянутой руки, и ни о чём не догадывался. Весь вечер он развлекал едва знакомых людей, и его белобрысая макушка изрядно примелькалась.
Болтун.
Она аккуратно взмахнула хвостом и отвела присутствующим глаза. Отлично. Теперь никому нет до него дела, никто и не вспомнит, что пару минут здесь, на этом месте, сидел какой-то там Дима. Одно касание губ – один протяжный вздох, и всё готово.
Перед внутренним взором Лиски пронеслись типичные картинки, возникающие после нападения: тело окружает толпа, все мнутся и растерянно смотрят друг на друга: «Ты его знал? Кто он?».
У барной стойки, где сидели блондин и Лиска, как всегда, толпилось множество людей. Равнодушных, беспечных, злых. Звенели бокалы, и бармен отбивал ногой в такт музыке.
Всё, пора действовать.
Она протянула руку и обхватила жертву за шею. Парень почувствовал холод. Вздрогнул, но не остановился и продолжил громко разглагольствовать о новом проекте. Девушка недовольно скривилась: как же он зациклен на работе. Если бы не была уверена, подумала бы, что перед ней обычный экономист.
Но нет.
Она потянулась к его тёплому, пышущему здоровьем телу и коснулась губами затылка.
Родничок пульсировал. Жизненная энергия – такая вкусная и горячая, бодрящая, как чёрный чай. Она обожгла нёбо и покатилась вниз. Лиска довольно зажмурилась и попробовала продлить это мгновение. Раз, два…
Парень оборвал речь на полуслове и кулём упал к её ногам.
Разноцветные огни ночного клуба равнодушно встретили ещё одну смерть…
Она вышла в апрельскую ночь и медленно пошла по бульвару. Мимо проносились гудящие машины, слышалась музыка из приоткрытых окон… Апрель в этом месяце выдался тёплый.
Девушка снова почувствовала отвращение к самой себе. Она лишила человека жизни. И хотя он этого заслуживал, линчевать с каждым разом становилось всё сложнее.
Она перешла дорогу в неположенном месте, даже не оглянувшись на мчащиеся под сотку машины. Магистраль, пробка… Суббота снова вступает в свои права, и как же ей это знакомо!
Лиска не боялась попасть под автомобиль. Мгновенная реакция – это единственное, что ей в себе нравилось. Ну, и ушки. Аккуратненькие, рыженькие. Такими могла гордиться любая уважающая себя лиса-оборотень.
Во всяком случае, так думала Лиска. Потому что за последние десять месяцев, страшных и неожиданных, она так и не встретила хоть одну лису.
Не покидало ощущение, что это чья-то злая шутка или она сходит с ума.
Но нет. Оборотни-лисы существуют! Она сама тому пример. Главное – не терять надежду, и они когда-нибудь обязательно встретятся на её пути. Должны.
Вдруг что-то настораживает её обострившееся чутье. Лиска по-боевому поднимает хвост и вскидывает начинающие рыжеть ушки. В моменты опасности она сильно преображается и становится похожа на обычную лису. Даже её длинные коричневые волосы ниже плеч пробивает рыжина.
Где-то сбоку, у фонаря, мелькнула тень. Лисье чутье подсказывало, что этот некто интересуется ею. Не друг, но и врага различить в проскользнувшем сложно.
На всякий случай Лиска спряталась. Она не так сильна, чтобы влезать в чужие разборки. У неё – своя миссия, своя цель. И пока не встретит других лис, она знает, чем заняться.
Девушка ловко запрыгнула на фонарь, легко подтянулась сильными руками, и, чуть пошатываясь, встала на провода. Пожалуй, есть ещё пара особенностей, которые ей в себе нравится: повышенная ловкость и неизвестно откуда взявшаяся сила.
Раньше она получала тройки по физкультуре, сегодня же спокойно ходит по канату. Вернее, по проводам. За последние десять месяцев это её любимое развлечение.
Девушка закрывает глаза и тянется вперёд, туда, куда зовёт лисья интуиция. Рыжий хвост раскачивается в такт дыханию, а ушки ловят малейший посторонний скрип. Она никогда не падает и всегда добирается до дома без пробок.
И в этот раз она с упоением отдаётся лисьему чутью и не обращает внимания на то, что сзади, всего лишь в трёх фонарях от неё, тёмная тень так же поднялась над мостовой.
Преследователь внимательно следит за её руками, за тем, как она запрокидывает голову и смеётся. Её беззаботность выводит из себя. От недовольства он ощутимо бьёт пышным хвостом по проводам.
Провода колышутся…
ГЛАВА 1. ЗОВ КРОВИ
Марина открыла окно и высунулась навстречу ветру. Две машины ехали по пустому шоссе и не сдерживали скорости.
– Жизнь только начинается! – прокричал её однокурсник Валера и снова прибавил газу.
Марина зажмурилась. Она вытянула вперёд руки и попыталась схватить ветер. Валера что-то кричал про выпавший счастливый билет, но девушка не слушала. Сейчас всё её внимание было сосредоточено на поездке: вперёд, навстречу, туда, где ждёт неизведанное…
Яростный ветер поднимал волосы, игрался с ними, трепал. Ей было так хорошо и радостно, что в сознании то и дело появлялся червячок сомнения. Не бывает так весело и хорошо. Только не с ней, не с Мариной.
Они уже много раз обсуждали, как повезло их группе. Её даже пригласили выпить вместе пива, что было само по себе удивительно – они учились вот уже три года, но до сих пор однокурсники сторонились её. Наверное, им и вправду крупно повезло: сдать Анастасию Геннадьевну с первого раза могли не все. Ужасно вредная тётка.
А после банки пива Валера и Саша посчитали, что недостаточно хорошо отметили. Нужно умаслить фортуну, ведь впереди ещё куча сессий.
Вначале идея поехать на дачу ей не понравилась. Но ребята почему-то не унимались и настойчиво предлагали не дрейфить и отпраздновать по-взрослому. Поездкой, шашлыками. Искупаться тоже можно.
Алиска горячо шептала, что, кроме наших, будет ещё чей-то старший брат с компанией, и это вообще весело – устраивать вечеринки, так что Марина под конец сдалась.
И вот теперь впервые за долгое время она ехала за город. Первый час тащиться по пробкам ей было некомфортно: с Валерой, высоким рыжим однокурсником, до этого момента она общалась два раза, из которых первым считался тот, когда Валера случайно обознался. В итоге они познакомились и выяснили, что вместе будут учиться на факультете управления.
Весёлый, общительный, даже какой-то свой в доску, этот парень везде находил себе друзей. Марина недолго держала оборону вежливого дружелюбия и через два анекдота расслабилась. Поездка прошла довольно мирно: после весёлых историй из жизни парня, она почему-то рассказала свою – как хотела стать юристом, но мама отговорила. Как выбрала профессию менеджера и ничуть не жалеет. Они пошутили про деспотов-родителей и стали почти что друзьями.
Через час девушке так понравилось ехать на большой скорости, что она сама попросила вжать ещё. Вот они и полетели, как волшебные птицы.
Как же хорошо, когда тебе двадцать и весь мир расстилается у твоих ног!
Другая машина с Сашей, Алиской и Кириллом осталась далеко за горизонтом. Они договаривались поехать всемером, но двое в последний момент отказались, и вот теперь Марина едет почти что на свидание…
Когда они приехали на место, выяснилось, что на самом деле всё не так классно, как представлялось её подруге Алиске. Компания старшего брата привезла своих подружек, и народу было действительно много.
Они в изумлении остановились перед воротами. Машинами гостей была заставлена вся улица. Валера недовольно выругался сквозь зубы. Припарковаться получилось только в конце улицы.
Марина вылезла из машины и присвистнула. Высокий кирпичный забор, окружающий их жилье на эти выходные, убегал куда-то вдаль. Дача напоминала не куриный сарайчик, как называл его Валера, а дворец.
– Трындец! – выпрыгнула из соседней машины Алиска и с наигранным энтузиазмом повернулась к подруге: – Всё равно повеселимся!
Марина задумчиво кивнула, рассматривая непривычную архитектуру.
Валере по-настоящему повезло: огромный дом в ближнем Подмосковье больше походил на коттедж, чем на привычную ей дачу. Удобства в доме, комнат много, все обставлены современной мебелью и техникой. Не нужно спать вповалку на ковре, как это было принято в её семье. Поэтому она и отказывалась ездить на дачу, поэтому и не любила загородную жизнь.
Здесь же было места столько, что можно играть в футбол.
Но совместные игры планировались на вечер, а сейчас наступила долгожданная тишина. Марина не была душой компании, больше любила наблюдать за другими, сидя на диване.
Сашка убежал куда-то, утащив с собой Алиску, а Валера пошёл приветствовать гостей брата. Кирилла она не видела с самого выхода из машины.
Все разошлись. Марине тоже выделили комнату, и, бросив немногочисленные вещи на кровать, она вышла на кухню и заварила чай. Незнакомая девчонка добежала до холодильника, не останавливаясь, выхватила два питьевых йогурта и умотала наверх. Марина в который раз вздохнула.
Как-то не по-людски всё это! Почему их не собрали в холле, не познакомили, не представили друг другу? Она не знает всех этих людей, и что делать – тоже непонятно.
Все разошлись по комнатам и занимаются кто чем. А так как основное торжество запланировано на вечер, оставалось только смотреть телевизор или спать, но ни того, ни другого девушке не хотелось.
Идея прогуляться пришлась как нельзя кстати.
Тёплая июньская погода, подстриженная зелёная лужайка ковром убегает к пруду. Розы, пионы, альпийская горка – всё цветёт и пахнет и всячески услаждает взор.
На участке было миленько, но, осмотрев всё за пятнадцать минут, девушке захотелось выйти наружу, туда, где есть свобода, где нет преград, высоких насаждений и кирпичных стен.
Она и сама не могла бы сказать, почему на тридцати сотках ей было душно. Это непривычное ощущение не покидало её с тех пор, как она осталась одна. Да, она задыхалась, как пойманная в клетку птица. Не раздумывая, Марина отперла ворота, просунула в щель палочку, чтобы беспрепятственно вернуться обратно, и вышла на дорогу.
Вокруг текла размеренная жизнь. В коттеджный поселок приезжали и уезжали машины, кто-то стриг газон, кто-то доводил до ума ремонт. Родители Валеры прикупили уже готовый домик, и они, определенно, выбрали самый лучший. Он стоял на опушке, и, чтобы добраться до него, им пришлось проехать две длиннющие улицы. А сбоку, в огромной кирпичной стене, была закрытая на внутреннюю щеколду калитка в лес.
Марина поправила бретельки и одёрнула платье. Пусть наряд у неё и неподходящий, но она не будет уходить далеко. Пройдётся по тропинке и вернётся.
Без всякого усилия девушка распахнула калитку и вышла в наполненный невероятными запахами лес. Её обоняние выхватывало малейшие оттенки ароматов, распознавало знакомые, фиксировало чужие. Она могла различить и запах мокрой земли – ночью шёл проливной дождь, и древесный аромат коры – он всегда ей нравился, и еле пробивающийся – цветущего кипрея.
Марина с удовольствием шла по тропе, достаточно протоптанной, чтобы не волноваться о возвращении назад. Ей было легко, и настроение стремительно поползло вверх. Она сорвала стебелёк кошачьей мяты и воткнула в распущенные волосы.
Тропинка сворачивала, уводила вглубь, но девушка, казалось, этого не замечала. Она присаживалась на корточки, срывала землянику и азартно искала первые грибы. Для неё, городской жительницы, это было настоящим приключением.
К полю она вышла внезапно и обомлела: жёлтый ковёр невиданных ранее цветов ярким квадратом расстилался перед ней. Сбоку виднелась асфальтированная дорога с изредка пролетающими машинами. Не раздумывая, девушка с разбега ворвалась в море цветов.
Она бежала и счастливо смеялась, купаясь в жёлтых волнах. Ветер трепал её волосы, и она чувствовала невероятную лёгкость полета. Под ладонями шевелились венчики цветов, сгибали свои головы и отпружинивали назад. Где-то на середине поля Марина остановилась и со счастливым вздохом огляделась.
Лес стоял буквой «П», солнце окрашивало багряными лучами заката макушки деревьев, и она была посреди этого волшебства.
Вдруг что-то блеснуло на периферии зрения, и девушка медленно повернулась, стараясь не спугнуть видение. Справа над лесом блестела золотая маковка какого-то строения, отдаленно напоминавшего церковь.
Заинтригованная, девушка двинулась вперёд.
Пролесок между полем и строением оказался небольшим, но, вопреки ожиданиям, здание стояло не на окраине деревни, а в лесу. Белоснежное и прямое, оно мало напоминало церковь при ближайшем рассмотрении и удивляло своим странным расположением. К нему вела тропинка, такая узенькая, что Марина подумала, что вряд ли люди по ней часто ходят.
Узкие стрельчатые окна, крылечко в две ступеньки, разноцветная, украшенная мозаикой дверь. Марина подошла ближе, чтобы разглядеть необычные картинки: везде были изображены пышно одетые лисы, все сплошь в человеческих платьях да стоящие на задних лапах. Пышно и нарядно одетые, в платьях и сюртуках, они водили хороводы, сидели за столом и выглядели настоящими людьми.
– Какая красота, – восхитилась она, и картинки в мозаике вдруг задвигались…
Марина зачарованно потянулась к ним и осторожно, чтобы не спугнуть волшебство, коснулась кончиками пальцев. Лисы двигались, абсолютно не замечая её присутствия. Как записанные на киноленту, они кланялись друг другу, снимали шляпы и обменивались улыбками. Девушка зачарованно смотрела, не в силах отвести глаз. Как? Как такое возможно?!
Ее молчаливый вопрос словно был услышан. Все лисы вдруг остановились и обернулись к ней, глядя прямо в глаза, без любопытства, улыбок и прочих эмоций, а, словно бы, выжидая. И в наступившей тишине она услышала скрип открываемой двери. Резкий и высокий, этот звук заставил её очнуться от наваждения и встряхнуть головой. Наверное, ей всё это показалось, и не было ничего необычного. Напекло, и случилась галлюцинация от яркого солнца.
Но существо, представшее перед её изумлённым взором, было далеко от чего-либо нормального. Огромный, выше её на целую голову, с ярко-рыжей шерстью вместо волос, перед ней стоял лис в человеческой одежде, как будто только что сошедший с мозаики. Белоснежное одеяние с непривычной ярко-рыжей вышивкой напоминало балахон жреца. Он молчаливо посторонился и жестом пригласил её войти.
Как будто ведомая гипнозом, девушка шагнула за порог.
Внутри было просторно и темно. Тусклый холодный свет проникал через узкие вытянутые вверх окошки, все сплошь украшенные мозаикой. Марина не была уверена, но почему-то думалось, что везде были изображены лисы. Несколько деревянных скамеек по стенам и таинственный проход, похожий на светящуюся арку, виднелся впереди. Вот и всё убранство этого странного помещения.
– Где я? – спросила девушка, не надеясь, впрочем, на ответ.
Всем известно, что животные не разговаривают. Пусть даже их одевают в одежду и учат ходить на задних лапах, зверь остаётся зверем.
Но к её безмерному удивлению, существо ответило:
– То знать тебе не дано.
Девушка замерла. Она не могла выбрать, на что больше обижаться: на то, что какой-то циркач проворачивает с ней такую злую шутку, или на то, что её считают "недостойной". Да, ясное дело, что этот чревовещатель прячется под какой-нибудь скамьей и снимает её на скрытую камеру. А потом пол-России будет смеяться над доверчивой глупышкой.
Знаем, проходили! Когда Марина ещё училась в школе, она вместе с классом выезжала на экскурсию в одну из подмосковных усадеб. И кто бы мог предположить, что князь, чудом восставший и явившийся сказать ей важную информацию о зарытом кладе, будет подлым ведущим развлекательной телепрограммы с местного канала?
Марина глупо попалась тогда и совсем не собиралась попадаться сегодня. Она гордо вздёрнула подбородок и, глядя лису в чёрные глаза-пуговки, сказала:
– А мне и неинтересно. Я хочу поговорить с твоим хозяином!
Зверь, на чью долю выпала непростая доля быть марионеткой у бесстыжего человека, пару раз удивлённо моргнул. Он снова раскрыл свою лисью пасть и уже недовольным тоном произнёс:
– Ты пришла в Храм и ведёшь себя недостойно! Как могу я совершить таинство, находясь в таком духе?
– В каком именно? – вся эта ситуация начала Марину и забавлять, и злить одновременно. Уже хорошо, что она разгадала хитроумный план и сможет пресечь надувательство. Ни за что больше она не попадется ни на чей розыгрыш! Но почему этот лис так уверенно на неё смотрит? – Вы перепутали Шанель с Герленом? Или надушились Ландышем Серебристым?
– Веди себя подобающе, лиска, – вдруг гаркнул на неё лис и, неожиданно схватив когтистыми лапами нежное девичье запястье, потащил к арке.
– Поприветствуй Храм, воззови к Верховному Лису со всей чистотой и силой, на какие способна. Попроси себе имя…
– Что? Отпустите меня! – девушка изо всех сил пыталась вырваться, дергаясь и брыкаясь, но арка неумолимо приближалась.
Храм, казавшийся со стороны огромным и просторным, они пробежали в мгновение ока, и, когда неизбежное оказалось совсем близко, девушка упала на колени.
Они остановились перед прозрачной, светящейся в темноте линией. Арка начиналась всего в полуметре от нее.
– Пустите, – уже прорыдала девушка, не обращая внимания на саднящие на плече раны. Лис оцарапал её, сам того не желая.
Боясь поднять голову, она сидела на холодном полу и в упор не смотрела туда. Это светящееся нечто пугало и манило её одновременно. Вначале списала на необычное освещение, наподобие скрытых лампочек или новогодней инсталляции, но сейчас ясно увидела необычность явления.
Как в фантастических фильмах, арка походила на портал для перехода, но в то же время могла быть заряжена электричеством или высвобожденной энергией.
Девушка до ужаса боялась всего неизвестного, непривычного и необъяснимого. А сейчас какое-то животное под руководством невидимого чревовещателя собиралось бросить её в экспериментальную разработку. Это же неправильно! А самое страшное, что никто не знает, куда она пошла, и явно не придет на помощь!
– Пожалуйста! – взмолилась она.
Лис в каком-то брезгливом жесте отпустил её руку. Она почувствовала его отвращение к себе, или это только так казалось. Он отдёрнул руку, будто она – грязная вещь.
– Это твой выбор, лиска. Только ты можешь решить, что тебе нужно, а что – нет. Но знай: если уйдёшь из храма, ты все равно станешь кумихо. Но нести свою ношу будешь одна…
Марина его уже не слушала. Дикие рыдания глушили слух, мутили разум и высвобождали неведомые ранее эмоции. Она злилась и расстраивалась одновременно. Этот дикий коктейль расшатывал и без того висящие на тонкой ниточке нервы девушки.
– Лиска! – надоело слушать её рыдания жрецу, и он снова коснулся плеча. Брезгливо.
– Оставьте меня! – девушка, пошатываясь, встала на ноги и повернулась к лису. – Вы не имеете права заставлять!
– Но ты сама позвала, – возразил он, – я всего лишь пришёл на твой зов.
– Я не звала вас! – вскричала девушка, забыв о том, что животное – существо неразумное и может не понимать её. – Это какая-то ошибка! Вы ошиблись!
– За пять тысяч лет я ещё ни разу не ошибся, дитя.
Марина возмущенно фыркнула и бросилась к лавкам. Она обошла все четыре, заглядывая под них и проводя рукой по пыльному полу.
– Где же он? – недоумевала она.
Ведь инициатор розыгрыша должен быть где-то здесь. Он не мог уйти незамеченным! Всё пространство Храма у неё на виду.
– Там никого нет, – сжалился над ней лис.
– Но должен быть! – упорствовала девушка.
Теперь её била дрожь, и она сама не знала, почему так нервничает. Нужно уходить отсюда, скорее уносить лапы, то есть ноги.
Не прощаясь, девушка бросилась к двери.
– Помни! Ты сама позвала Храм! – крикнул вдогонку лис, и девушка, резко распахнув дверь, вырвалась наружу.
В нос сразу ударил пряный запах раскрывшихся цветов. Где-то рядом пролетела пичужка, и тонкий звук рассеченного воздуха стал для Марины неожиданностью.
Дверь в Храм захлопнулась сама, и девушка непроизвольно вздрогнула.
Она может уйти! Она свободна!
Марина легко сбежала по ступенькам и, коснувшись пяткой земли, ощутила неимоверную силу. Будто она вернулась домой, а дома и земля лечит. Чувства спокойствия и безопасности снизошли на нее, и девушка сделала глубокий вдох. Она избежала странной участи, и теперь всё будет нормально! Сейчас вернётся на дачу, выпьет пива и поест шашлыки. Мясо!.. Ммм… Почему-то очень хочется его поесть, хоть раньше она и не замечала за собой таких предпочтений. Наверное, проголодалась, пока участвовала в этом цирке для сумасшедших.
Она спокойно подошла к знакомой тропинке и, повинуясь какому-то спонтанному желанию, обернулась в последний раз посмотреть на храм, в котором необычный циркач проводит необычные опыты.
Марина отвлеклась на яркую малиновую бабочку, вылетевшую из куста справа, и, когда подняла глаза наверх, обомлела.
Храма на прежнем месте не было.
ГЛАВА 2. НОВЫЙ ВЗГЛЯД
– Померещилось, – прошептала она и в изумлении покачнулась.
Уцепилась за тоненькую веточку куста, чтобы не упасть. Та не выдержала веса, сломалась. Марина ошалело посмотрела на оставшуюся в руке веточку и порвавшиеся листочки.
Всё вокруг – настоящее, но ведь как же так?..
Она ведь не спала, не ушибалась головой и вроде вполне обычно себя ощущает. Целостно и спокойно. Ничего не болит, нет странных ощущений, не мутит, не крутит…
– Этому должно быть логичное объяснение, – твёрдо сказала она самой себе.
В моменты сильных переживаний она всегда разговаривала с собой. Не считала это болезнью или дурной привычкой – скорее, это был способ обрести душевное равновесие. Всего-то и надо: поскорее убедить саму себя, что всё в норме, как обычно. Всё в порядке…
– Но как так? – Марина не решалась подойти ближе, чтобы рассмотреть остаточный след.
А ведь он должен был остаться! Огромное, монументальное здание. Оно не могло исчезнуть, не оставив и следа. Должно было придавить травку, а то и не дать ей вырасти, если здание стояло давно. Но перед ней зеленела ровная, сплошь покрытая травой поляна.
Марина одёрнула саму себя и потерла тыльной стороной кисти лоб.
– О чём я вообще думаю?! Храм не мог придавить траву, потому что он никуда не исчезал. Его просто не было. Не было того, что могло исчезнуть. Так?
Деревья прошелестели в ответ, но их языка Марина не понимала.
– Нужно вернуться на дачу. Просто не думать об этом. Всё. Так и поступлю. Я этого не видела!
Девушка резко развернулась и как можно скорее пошла по тропинке. Она ворчала себе под нос всю дорогу и по большому счёту не смотрела, куда идёт, но по удивительной случайности довольно быстро вышла к правильной калитке.
– Ничего не было. Я ничего не видела. Жара. Могло пригрезиться. Я ничего не видела.
Кирпичная стена и проход в поселок появились перед её взором неожиданно. Казалось, ноги сами выполняли поставленную перед ними задачу, не тревожа центр. Мозг перегружен, его не трогать, пусть разбирается с высокой материей…
– А если всё-таки?.. – она подержала пару секунд ручку в нерешительности, раздумывая над проблемой храма и травы, но потом резко нажала на неё. – Нет. Ничего не было. Ничего. И Алиске не расскажу.
Вроде бы она всё для себя решила, но перед воротами Валериного дома снова притормозила:
– Ладно бы Алиска рассказала подобную чушь! У неё и фантазия странная, и имя подходящее… Лиса Алиса! Отлично звучит. Но я-то тут причём? И почему вдруг – лисы?
Она пнула изо всех сил железный порог и в тот же момент сама удивилась своим действиям:
– Что я творю?! Порчу чужое имущество… С каких это пор?! С ума сошла, честное слово… И вообще, можно подумать, лисы умеют разговаривать… Ха-ха! Как бы ни так!
Она открыла ворота, предусмотрительно подоткнутые палочкой, и в растрёпанных чувствах ворвалась в дом.
В гостиной её перехватила подруга.
– Ты где была?! – она навалилась на неё возмущенная, вспотевшая и с подозрительно блестящими глазами.