Чумазое Средневековье. Мифы и легенды о гигиене

Как ни странно, именно гигиеной из всех сторон средневековой жизни я заинтересовалась позже всего. В институте я занималась французской городской культурой XIII–XV веков, и с тех пор сохранила особый интерес к социальной сфере, быту, нравам, образованию, сексуальным отношениям, кулинарии, традициям и прочим материально-бытовым сторонам жизни средневекового человека. Но о гигиене долго не задумывалась, она мне казалась чем-то само собой разумеющимся.

И вдруг году так в 2006 в интернете стали активно появляться статьи о том, что в Средние века люди были жутко грязными и вонючими – никогда не мылись, одежду не стирали, рыцари ходили в туалет прямо под себя, в доспехи, а широкополые шляпы носили, чтобы защищаться от помоев и содержимого ночных горшков, постоянно выливаемых из окон. Статьи сопровождались даже ссылками на какие-то «факты»: что королева Изабелла Кастильская поклялась не менять белье, пока мавры не будут изгнаны из Испании, и мылась только два раза в жизни; что от Людовика XIV воняло «как от дикого зверя»; что король Фридрих Барбаросса чуть не утонул в нечистотах; что на окна британского парламента вешали ароматизированные занавески, чтобы защититься от вони, исходящей от Темзы; что по улицам текли реки нечистот и т. д.

Честно говоря, я была в шоке. Конечно, я не считала (исключая период раннего детства), что рыцари были идеально чистенькими и пахли розами – как минимум потому, что никто из окружавших меня мужчин так не пахнул. Но я была абсолютно уверена, что люди были такими же, как сейчас: любили чистоту и приятные запахи и всячески старались это поддерживать.

Средневековье и современность

Возможно, большую роль сыграло то, что я все детство почти каждое лето проводила в деревне, а потом прожила там несколько лет, уже будучи взрослой. Поэтому я не сомневалась, что гигиена в Средневековье была примерно такой же, как в современной русской деревне.

Ну а по логике, с чего бы ей особо отличаться? Для тех, кто слабо себе представляет сельскую жизнь, кратко обрисую, как там все делалось лет двадцать назад. А может, где-то делается и сейчас – просто конкретно в той деревне, где я бывала летом, уже проведены вода и газ, что сильно облегчило людям жизнь. Но двадцать лет назад единственным серьезным отличием от Средневековья во многих домах было наличие электричества.

Итак, деревня. Вода в колодце, ее надо набрать и принести. Туалет на улице – деревянная будочка с дыркой в полу, ведущей в выгребную яму, которую надо периодически чистить (для этого нанимали специальных людей). Раз в неделю – баня (дрова нарубить, печку натопить, воду наносить).

Пилигримы купаются в реке Иордан. «Путешествия Марко Поло», Франция, 1470–1475

В остальные дни недели все зависело от времени года. Летом просто – есть речка, можно каждый день купаться. Еще можно нагреть немного воды, зайти в ту же баню и там ополоснуться из ковшика. У самых больших любителей комфорта стояла еще одна будочка, над которой была прилажена бочка с водой – в солнечные дни, когда солнце хорошо ее прогревало, из нее можно было помыться в примитивном душе.

Зимой сложнее – ни речки, ни душа. Но на следующий день после помывочного дня баня еще довольно теплая, можно сходить туда и быстро ополоснуться. А те, кто особо чистоплотен, топили баню даже два раза в неделю. Ну и всегда оставался вариант нагреть ковшик, ополоснуть интимные места и ноги, протереть подмышки и каждый день менять нательное белье.

И при таких условиях ни от кого не воняло, все были опрятные, разницы с горожанами не было практически никакой. Да, такая примитивная гигиена занимала больше времени по сравнению с ванной и душем, но кто хотел быть чистым, тот был чистым, и для этого не требовалось каких-то особо геройских усилий.

Стирка, кстати, в эпоху до современных стиральных машин была квестом почти одинаковой сложности для городских и деревенских женщин. Ни о какой ежедневной стирке, как сейчас, и речи не было – не считая ручных постирушек личного белья и тому подобной мелочи. Грязную одежду обычно копили пару недель, а потом устраивали большую стирку, в которой принимали участие все члены семьи. Старые стиральные машинки, которые были до современных автоматических, бултыхали белье в горячей воде с порошком. Потом его надо было вытащить и отжать – счастливые обладательницы машинки с отжимом перекладывали его в центрифугу, а остальные отжимали сами или при помощи мужа. После отжима белье полоскалось и снова отжималось. Кому кажется, что это нетрудно – намочите хотя бы простыню и попробуйте отжать ее вручную. Только запястья не повредите.

Белье, которому надо было вернуть белизну, еще и кипятили с отбеливателем в большой кастрюле или котле, дыша дивными испарениями хлорки.

В деревне главное отличие стирки было в том, что белье не полоскали на месте, а грузили на тележку и отвозили на реку. В каком-то смысле это было даже проще – проточная мягкая речная вода быстро выполаскивала порошок. Но каково было рукам, особенно зимой, думаю, объяснять не нужно. Тем не менее люди тратили на это время, силы и здоровье, а в грязном ходить не желали.

Напоминаю, это я пока рассказываю не о Средневековье, а о том, что было всего несколько десятков лет назад. Так жили наши родители, бабушки и дедушки, а также все люди, которых мы видим в советских фильмах. Они стирали одежду этими варварскими на современный взгляд способами, мылись из ковшика, ходили в туалет в деревянную будку с дыркой в полу…

А мы? Разве мы сейчас не моемся из ковшика, когда на две недели летом отключают горячую воду? И сильно ли проседает в это время уровень нашей чистоты?

Маргинализация Средневековья

В спорах о средневековой гигиене сравнение с современностью часто называют некорректным по причине того, что в XX веке положено было следить за чистотой, и поэтому грязнули сразу выделялись, а в Средние века якобы все были грязными, поэтому никого это не заботило. В качестве основного аргумента приводится обычно то, что бомжи привыкают к неприятному запаху друг друга и уже не замечают его. Подозреваю, что самих людей, оказавшихся на улице, никто не спрашивал, это мнение, основанное на субъективном восприятии и уверенности в собственном превосходстве. О работе благотворительных организаций, которые предоставляют людям, живущим на улице, возможность не только поесть и переночевать, но и помыться, тоже на удивление мало кто знает.

Не менее удивительно желание сравнивать всех людей прошлого с представителями современных маргинальных слоев общества. Это касается не только гигиены, но и всего остального – образования, воспитания, моральных и нравственных устоев. Средневековый рыцарь непременно был мужланом, бившим жену и насиловавшим крестьянок, средневековая женщина была забитой рабыней, к тридцати годам превращавшейся в старуху, все были неграмотными, грязными и отвратительно себя ведущими. И почему-то непременно очень маленького роста, гораздо ниже, чем современные люди. А рыцарские романы, учившие защищать слабых, почитать Бога и служить Прекрасной даме, существовали где-то в параллельной реальности. Там же, где и картины с чистыми, наряженными в отглаженные платья людьми. Там же, где философские трактаты, учебники по воспитанию детей, сочинения ученых дам, книги хороших манер, труды по медицине, биологии, географии и прочим наукам.

Получается, что все это огромное наследие прошлого словно явилось к нам из другого мира, ведь оно никак не стыкуется с грязными неграмотными пигмеями. Эти труды требовали огромных вложений сил и средств, поэтому здесь не сгодится даже теория о существовании небольшой группы гениев, все это создававших. Кто-то же им за это платил. А в Средние века бизнес вели как сейчас – кто давал деньги, тот и заказывал, что гении будут создавать. И почему-то заказчики любили все красивое и чистое, а книги предпочитали о благородных людях, великих деяниях и большой любви.

«Вам нужны не факты, а эффекты»[1]

Если рассмотреть так называемые «факты», подтверждающие антисанитарию, то они представляют собой невероятную мешанину из фантазий и отдельных случаев, обычно либо не имеющих никакого отношения к Средневековью, либо сильно искаженных.

Так, например, ароматизированные занавески на окна парламента на самом деле вешали. Только было это не в Средние века, а летом 1858 года, причем это было исключительное событие, вошедшее в историю как «Великое зловоние» – в тот год особо жаркое лето привело к тому, что Темза оказалась переполнена сточными водами и зацвела, поэтому запах в Лондоне стоял действительно жуткий. К этому времени население давно уже не средневековой британской столицы составляло больше двух с половиной миллионов человек, горшки сменились на ватерклозеты, поэтому выросло количество сточных вод, а централизованной канализации так и не было. Жара усугубила все эти проблемы, и в итоге в 1859 году в Лондоне начали строить городскую канализационную систему. Это очень интересная и поучительная история, но произошла она один раз и к Средним векам не имеет никакого отношения.

Что касается испанской королевы Изабеллы, которая якобы дала обет не менять рубашку, пока мавры не будут изгнаны из Испании, из-за чего ей пришлось соблюдать этот обет двадцать лет, то она вообще пала жертвой собственной известности. Дело в том, что имя Изабелла в Испании очень популярно, и кроме королевы его носила еще ее праправнучка, дочь Филиппа II, жившая на рубеже XVI–XVII веков, то есть на сотню лет позже.

Майкл Фарадей отдает свою визитку «Отцу Темзе». Карикатура, комментирующая письмо Фарадея о состоянии реки, опубликованное в “The Times” в июле 1855 года

Принцесса Изабелла тоже была набожной и решительной, поэтому, по легенде, дала обет не менять белье, пока ее муж Альбрехт VII не возьмет осажденный им в 1601 году Остенде. Соблюдать обет ей пришлось три года, и это настолько впечатлило ее современников, что в честь принцессы даже был назван новый цвет – «изабеллин» или «изабелловый» (грязновато-белый с желтовато-розовым оттенком). Наряд такого цвета был даже в гардеробе английской королевы Елизаветы I в последние годы ее жизни.

Принцесса Изабелла оставила меньший след в истории, поэтому ее обет со временем начали приписывать знаменитой прапрабабушке, якобы давшей соответствующий обет до взятия Гранады. Однако Гранаду осаждали меньше года, и получается, что, если бы королева и дала подобную клятву, то рекорда праправнучки ей бы побить не удалось. И постепенно богатое воображение сочинителей заменило осаду Гранады на длившееся двадцать лет изгнание мавров. Ну а потом при помощи с древности известного метода обобщения единичный случай объявили обычным. И совершившая что-то вроде религиозного подвига принцесса Изабелла превратилась в «доказательство» немытости всей средневековой Европы.

О Барбароссе вкратце пишут примерно следующее: «Король Германии Фридрих Барбаросса (1152–1190) чуть было не погиб в туалете. В 1183 году в Эрфуртском замке пол над помещением, куда стекались нечистоты, провалился, и многочисленные рыцари и князья встретили ужасную смерть, утонув в нечистотах. Барбароссе удалось спастись, уцепившись за оконный проем, откуда его затем спустили на веревке». Что на этот счет сказать, я даже и не знаю. Ну во-первых, в Эрфурте нет замка, а то здание, фотография которого обычно сопровождает эту историю, является Эрфуртским собором. Во-вторых, никакого торжественного мероприятия, куда собралось бы столько знати, Барбаросса в 1183 году не устраивал. В-третьих, нет никаких данных о массовой гибели стольких знатных особ в 1183 году. Ну и наконец, никто никогда не строил парадные залы над выгребными ямами – в замках нечистоты из туалетов падали за стены, в ров или реку, а если не было такой возможности, то строилась специальная выгребная яма как можно дальше от жилых помещений, и из туалета туда проводились трубы (средневековым уборным будет посвящена отдельная глава, там я расскажу подробнее). После долгих поисков я нашла возможный источник этой легенды – книгу Аре Ваерланда “In the Cauldron of Disease” («В котле болезни»), написанную в 1934 году. К сожалению, не все, что напечатано на бумаге, основано на фактах, а Ваерланд ни в коей мере не историк, а диетолог, пропагандировавший здоровый образ жизни, и его рассказы о Средневековье не подкрепляются никакими источниками, это просто пересказ исторических баек и анекдотов.