Укрощение строптивого Дракона 2

Глава 1

В течении следующего часа ушли три разные команды из каравана, как я смогла опять разобрать, когда моя лошадь поворачивает влево по вьющейся среди деревьев тропе. Когда она поворачивает вправо, я вижу только лошадь, на которой везут графиню в качестве трофея.

«Зачем она им нужна вообще, почему не прибили тут же на месте – вполне могу понять. Теперь, когда граф почти наверняка отбыл в небытие, она осталась снова единственной владетельной хозяйкой солидного графства, не считая ее отца. Тот уже давно проживает в столице, служит именно королю, в свои земли приезжает время от времени, нет у него времени заниматься хозяйством. Ему смерть зятя не так важна, если можно снова выдать дочь замуж, уже не по страстной любви, а для укрепления своих и ее позиций в дворянском мире Витании. Поэтому он сам много чего простит в обмен за жизнь дочери и на переговоры с разбойниками пойдет, так же вассалы графа и графини к такому вопросу должны очень внимательно относиться. Не лезть в атаку, когда жизнь их хозяйки под угрозой. В общем, сама графиня довольно ценный приз, дающий возможность тому же Дракону реально прикрыть свою и своих людей задницы. Но графиня Цецилия должна остаться целой и не испытать насилия, к чему все еще может прийти», – понимаю я.

Когда лошадь поворачивает влево, тогда я могу посмотреть назад, а так как мы поднимаемся все выше, то получается бросить осмысленный взгляд на то, что творится в конце каравана.

Самой из-за мешков и бочонков никак ничего по сторонам не разглядеть, все тело уже затекло за эти примерно четыре невыносимо долгих часа, которые я вишу почти распятой на спине лошади.

Снимать нас с графиней пока никто не собирается, после быстрой дележки разбойники удирают на максимальной скорости теперь от будущей погони.

«Ну, не знаю, насколько быстро собравшиеся вассалы графа узнают о его смерти, и кто там возьмет на себя руководство? – не очень я уверена в полководческих талантах остальных феодалов, чтобы правильно организовать преследование и устроить правильные ловушки разбегающейся банде. – Пока до них дойдет, что ее больше нет, что нужно делить свои дружины и рассылать по всем дорогам дозоры, перехватывать бандитов вместе с добычей, так они все разъедутся по своим деревням и селам, попрячут трофеи и загонят подальше, куда-то в лес, лошадей с повозками».

Ладно, хоть никто больше по заднице смачно не хлопает и за грудь не прихватывает, все бандиты ведут повозки и лошадей, присматривают за пленниками, в общем, не до меня и моих прелестей им явно сейчас.

«Уносят ноги и имеют все шансы выжить с такой потрясающей для деревенских мужиков дисциплиной!» – хорошо понятно мне самой.

Еще очень в туалет хочется, хребет Гнедки постоянно давит мне на мочевой пузырь, но я могу потерпеть какое-то время, так как не успела с утра ничего выпить и съесть. В пути сделала пару глотков свежей водички из фляги и все.

Очень уж нас рано погнал в ружье конкретно взбесившийся граф, наверно, сам уснуть не смог, когда до него дошла вся задница того положения, в которой он вполне закономерно по итогу очутился.

«А как тут не взбеситься, когда все твои явные промахи так ловко использует какая-то банда вшивых разбойников? – я вспоминаю своих первых знакомых людей в этом мире. – Их никаким другим словом и не назвать было, просто невероятно вшивые и грязные мужики в разваливающихся лохмотьях, заросшие с головы до ног диким волосом!»

«Ну, они, как я узнала позже, уже половину года скрывались от графских дружинников и сельских лесников, сидели по самым глухим местам, даже еду готовили только по ночам, чтобы не выдать свое местонахождение дымом от костра. После пары удачных нападений на деревни графа им носу высунуть из леса не давали, таким образом довели уже до полного цугундера. Пока одичавшие мужики не повелись на мое внезапное появление, такой прямо беззащитной блондинки-снегурочки в сильно обтягивающем все прелести спортивном костюме, да еще с невероятно испуганным после переноса лицом, не забыли обо всяких своих проблемах и не полезли ко мне любви требовать!» – усмехаюсь я, все так же вися вниз головой.

«А что еще делать, только прошлое вспоминать, раз в своем новом настоящем от меня вообще пока ничего не зависит», – криво усмехаюсь я задубевшим от прилившей крови лицом.

А теперь уже совсем не такие зачуханные разбойники, а вполне нормальные мужики по внешнему виду, да еще в кольчугах и при оружии, ведут уже свои, набитые дорогим барахлом, повозки вместе с почти всеми лошадьми дружины куда-то в лес, поэтому Тереку пришлось своими ногами бежать несколько часов до Петриума.

«Почти всеми – это выжившими только, потому что магия не разбирает, где воин в броне, а где его ни в чем не повинная лошадь. После утренней атаки мало целых лошадей банде досталось, но у них и так трофейных хватает, да еще четыре повозки целыми остались, и четыре лошади из каретной упряжки».

«Но ведь дали ему разбойники, причем, весьма так продуманно, все же добраться до ушей графа, чтобы поведать тому и его Старшему над дружиной горестные вести? – понимаю я. – Тогда я ничего не поняла, а вот теперь, после полного разгрома дружины, уже дошел до меня замысел этого проклятого Дракона!»

Злюсь довольно сильно на себя за свое теперь сильно зафиксированное положение и за то, что не смогла просчитать засаду.

«Да как ее просчитаешь? Если банда лесовиков и каких-то простых крестьян должна вприпрыжку разбегаться перед дружиной – такое положение здесь только так все понимают! И я, естественно, так тоже думала! Без круто обученного мага просто полегли бы все разбойники в месте засады с концами и все!» – отвечаю себе я на упреки уже послезнания.

Граф тон Квитунг сначала гонца с такими новостями просто чуть не прибил, но потом дошло до его тупой светлости или светлой глупости, не знаю даже, как его правильно теперь назвать, что верных людей с оружием под рукой и так осталось слишком мало.

«И еще понял все-таки, что особой вины того же Терека в том, что они решили отсиживаться в таверне, а не атаковать вдвоем четыре десятка уверенных в себе разбойников, половина которых оказалась лучниками, точно нет. Если бы попробовали атаковать, то просто некому было бы потом добраться до Петриума с такой вестью», – хорошо ясно мне.

«Специально ведь выпустили парня из Вицкуля, как теперь хорошо понятно получается, чтобы разъяренный граф с остатками дружины в ловушку тут же по-глупому прилетел», – размышляю я о так ловко организованной засаде.

«Ну, никак не могут простые крестьяне так продуманно и четко действовать! Это же какой авторитет должен быть у самого Дракона, чтобы его приказы так мгновенно исполнялись? Обычными то деревенскими мужиками, вообще о какой-то дисциплине воинской не имеющими никакого понятия?» – не понимаю я, но признаю необыкновенные командирские достоинства Дракона.

С утра сбегала на горшок самой первой, пока служанки лениво сползали с кроватей, подхватила свой красивый кожаный мешок и вышла на улицу, во двор гостиницы, где сразу начала седлать Гнедку.

За три дня и три ночи проживания в Петриуме успела отдать в стирку все свое добро, еще сама несколько раз помылась, так что спать после долгого сидения с приятелями ложилась вполне себе чистой и поэтому довольной.

Ведь для жизни в средневековье не так много нужно, чтобы чувствовать себя позитивно, все обстоит определенно именно так.

Чистая одежда, удобная обувь, спальное место, неважно даже где, простая еда и немного яблочного или грушевого сидра – уже полагается чувствовать себя невероятно счастливой прямо здесь и прямо сейчас.

«А, еще пара приятелей, с кем можно откровенно поболтать, обсудить дела наши казенные при его светлости», – вспоминаю я часть уже прошлой жизни.

Все же нормальный, устоявшийся ночлег в одном постоянном месте – это тебе не скакать несколько дней подряд и только ночевать все время в разных постоялых дворах!

Еще сражаясь натуральным образом за отдельную комнату!

Денег с трофеев сама потратила немного от своей доли, потому что покупать в городке на краю обжитых земель особо нечего, а вот Норль свою небольшую часть трофейной монеты уже почти всю пропил. Терека уже я сама угощала, слушая его удивительный рассказ о таком продуманном налете банды на Вицкуль.

Деньги с обиженных мной мужиков и все добро, что перепадает нам еще вместе с поясом, мы делим совсем не поровну. Приятели и так все беспощадно прогуляют, как постоянно живущие только этим одним днем, то есть уже его свободным от службы вечером, да еще на веселых девок тратят оставшуюся монету без тормозов.

Я на девок и, тем более, мужиков ничего не трачу, покупаю, то есть заказываю через примерки очень дорогую обувь и одежду.

На этом мои расходы заканчиваются, поэтому сейчас у меня пять золотых осталось и в тайнике в моей комнатке при графском замке три десятка уже набралось.

Это при том, что все трофеи с первых разбойников пропали в Вицкуле, а в Петриуме Норль только один пояс без ножа успел продать на местном рыке.

«Эх, доберусь ли я теперь когда-нибудь до своего кошеля, спрятанного там, в тайнике под выдвигающемся камнем под моей узенькой и слишком короткой кроватью?» – мелькает грустная мысль.

Кроватка средневековая, конечно, для моего роста маловата, но вопрос решает приставленный к ней табурет, не так, чтобы насовсем, но спать можно.

«Так ведь все правильно вышло, как они сами, мои приятели, говорили про свою жизнь. „Сегодня живы и гуляем, завтра в схватке подыхаем!“ Если погибли они сегодня утром, зато без единой золотой монеты в кошеле! Не о чем жалеть, оставшегося по мелочи серебра им бы было точно не жалко!» – признаю я правильность жизненной позиции Норля с Тереком, в современных, конечно, условиях.

Поэтому они получают, то есть получали, на двоих только одну треть с трофеев, как у нас уже давно договорено.

«Так ведь у них и дел почти никаких не было, только поскорее подойти к бесчувственному телу, которое до меня докопалось на свою беду. Показать свои служебные бляхи и назваться графскими дружинниками, после чего обратиться ко мне крайне уважительно и назвать уже меня госпожой».

Раз я госпожа для матерых дружинников, значит, мои обидчики однозначно сильно попали. Поэтому должны только радоваться забранному поясу со всей наличностью и ножом, если их в подземелье под арест за обиду высокой госпожи не тащат.

«Выступала именно такой госпожой, а кто я на самом деле – пострадавшим и свидетелям никто докладывать вообще не должен, особенно мои подельники», – усмехаюсь я снова.

Все основное представление ведь сама устраивала – приходила в веселые места с сильно вызывающим видом, ждала какой-никакой явной обиды или хамского предложения разделить постель, наносила пару ударов немного жалеючи или уже совсем наповал отправляла в беспамятство самых озабоченных и попутавших берега мужланов.

«Да, погнал нас граф без всякой разведки, именно так все и случилось, а невероятно продуманный Дракон уже ждал в подходящем месте, хорошо приготовившись. Как раз дал возможность Тереку сбежать из Вицкуля, чтобы он поднял графа на дыбы, а с ним всю дружину! Где же он взял настоящего мага? Вот в чем главный вопрос! – понимаю я тот основной фактор, почему графская дружина перебита, а я теперь беспомощно вишу на лошадиной спине кверху своей хорошо тренированной задницей.

«Как тот по дружине приложился умело, видна большая практика, наверняка, что в королевской армии маг банды так нахватался воевать? Вот тебе и реальная магия, насколько у всех так по-разному получается! Со своим высоким уровнем магии наш Альфириум только кусты и деревья причесал, потому что никогда в армии не служил и вообще уже очень давно сильно расслабленно живет, ведь убил своей силой только двоих самых неудачливых разбойников. А маг банды, наверно, не такой сильный, но хорошо умелый, быстро нанес три удара и все по дружине именно попало! Двадцать пять крутых воинов не смогли ничего его ударам противопоставить, погибли на месте или уже их потом, оглушенных, бандиты добили!» – совсем уныло вспоминаю я все то, что сама видела.

«Третьего удара, правда, вообще не разглядела, разбойники сзади отвлекли, только слышала за спиной, поэтому про судьбу своих приятелей ничего не знаю», – тяжко вздыхаю я, хотя в таком неестественном положении каждый вздох уже тяжкий.

Терека с Нолем жалко до слез, но пока не стоит рыдать, нужно самой выживать, тем более наш караван начинает замедляться, из его головы доносятся громкие команды останавливаться. Насколько я смогла рассмотреть, все пленники, четыре повозки и десяток лошадей идут с людьми Дракона впереди меня.

Еще две лошади с особенно ценным грузом, это моя Гнедка и та, на которую взвалили ее светлость графиню.

Но сзади имеется еще одна команда, как я их называю кучку разбойников, которые похоже, просто провожают по какой-то договоренности Дракона с его командой.

Почему я так решила?

«Потому что мы уже серьезно поднялись в предгорья, тропа стала совсем узкой, повозки идут едва-едва между кустов. Пришло время им останавливаться, теперь груз перевалят на лошадей и людей. Куда меня, интересно, к какой категории отнесут?» – только подумала я, как услышала разговор рядом.

– Все, ваша милость? Дальше не гоним? – спрашивает грубый мужской голос.

– Нет, Никвор, дорога для лесорубов закончилась. Теперь только лошади в поводу там пройдут. Грузим все с повозок на лошадей! – отвечает уже хорошо мне знакомый мужественный голос самого Дракона.

– Мы тогда забираем повозки и уходим? – спрашивает этот самый Никвор.

– Можете уходить, но мы через половину дня, когда заберемся совсем высоко, оставим всех лошадей. Не хочешь их забрать? – предлагает обладатель мужественного голоса. – Нам они больше не нужны будут!

– Эх, ваша милость! Забрали бы, только пора ноги уносить! Сами же говорили! Что тянуть нельзя! – сокрушается от понятной жадности главный в одной из команд разбойников.

– Ну, не все так прямо опасно сейчас! Это я предлагаю не задерживаться лишнего, пока нас дворяне со своими дружинами за одну большую и опасную банду считают! Поэтому отдельно дозоры рассылать не станут еще пару дней! А так-то мог бы подождать, когда лошади освободятся! – говорит прямо согласно моим же мыслями предводитель банды.

«Черт, как-то много у нас с ним общего получается! – понимаю я. – И даже мысли со словами сходятся!»

– Да нам идти до своего села два дня получится, если далеко обходить Вицкуль! Ваша милость! Так бы забрали твоих лошадей, да своих еще прятать нужно поначалу! Туда идти полдня и обратно полдня, только к вечеру сюда вернемся! Не буду так рисковать! – все-таки не соблазняется неглупый такой мужик на еще десяток трофейных лошадей. – Да еще там эти, которые очень дорогие, они нам совсем ни к чему!

И даже поменьше, потому что среди этого десятка я четверых шалтайцев рассмотрела, а с ними никто в здравой памяти среди бандитов связываться не станет.

– Тогда давайте прощаться! Никвор, хорошо здесь погуляли! Будет и вам чего вспомнить, и я про вас не забуду! – предлагает Дракон, потом я слышу, как происходит его прощание с частью банды, теперь подчиняющейся именно своему уже главарю, какому-то деловому односельчанину.

– Да, еще погуляем! Как вернешься! Господин Дракон! – слышу я разные веселые обещания от, сильно довольных своей добычей, мужиков.

«Ну, хапнули они вообще невероятно, просто выше крыши! – признаю я. – Вот как распорядиться смогут добычей и просто выживут ли? Когда односельчане от понятной зависти побегут докладывать тем же дружинникам про своих внезапно и очень сильно разбогатевших соседей?»

И еще слышу звуки, как с большим трудом разворачивает в тесном месте освобожденные от добра повозки, сильно матерясь, разбойники и скатывают их уже вниз.

Через десять минут около меня остаются только сам Дракон с парой своих помощников.

– Что теперь делаем? Алекс? – наконец-то слышу я имя, которым называют главаря.

Значит, его старые приятели по детским играм его так именуют, кто с ним вырос и знаком очень близко.

– Теперь грузим всех лошадей и пленников до упора! Нам все эти мешки и бочонки очень понадобятся в горах! Сам понимаешь, может не получится пройти на ту сторону, так придется здесь зимовать тогда! С нашим припасом все пока получается, но расслабляться не стоит!

«Ага, есть у них план перейти через горы. Но сам Дракон в нем не очень уверен, значит, дорогу точно не знает. Сейчас конец лета, здесь довольно долгого, осень зарядят дожди, зимой горы точно непроходимы. Допускает возможность зимовки в горах, наверно, есть хорошее присмотренное место», – догадываюсь я о намерениях разбойников.

– С этими что делать? – теперь уже про мою задницу, хорошо видную на лошади, вместе с графской особой вспомнили.

– Снимайте их! Пройдут своими ногами, понесут на своих шеях хороший груз! – слышу я и очень радуюсь скорой перемене в своей судьбе.

Висеть беспомощной тушкой здорово так уже надело и просто становится невыносимо, да еще мочевой пузырь вот-вот разорвется прямо.

Кто-то подсаживается под брюхо Гнедки и, сильно ругаясь, развязывает затянувшиеся за время поездки веревки, вскоре я слышу по-прежнему негодующий вскрик графини и удар ее не тяжелого тела о каменистую землю.

Дальше и меня хватают за пояс и тащат вниз, но я умудряюсь опереться на свои ноги, которые, правда, особо меня не держат. Поэтому хватаюсь связанными спереди руками за седло и подпругу, чтобы устоять, пока меня оставили в покое.

– Поверни ее! – слышу я новый приказ знакомого голоса, меня хватает за плечи и разворачивают спиной к Гнедке.

«Ну, вот, с красной от прилившей крови рожей и перепутанными с репьями волосами, меня прямо сразу так выставляют на осмотр», – ругаюсь я про себя.

Мне нужна небольшая передышка, чтобы зажатые, одеревеневшие мышцы пришли в себя, поэтому я не ругаюсь и не сопротивляюсь нахальным рукам приятеля главаря банды.

А сама с большим любопытством смотрю так же налитыми кровью глазами на реально пепельноволосого мужчину примерно моих лет, стоящего в пяти метрах от меня

«Ну, может на два-три года постарше меня все же» – кажется мне.

«Широкоплечий, высокий, как бы не с меня ростом, лицо чистое, с аккуратной русой бородкой. Странно, волосы прямо, как у какого-то эльфа, пепельно-перламутровые, а бородка нормального цвета. Настоящий красавчик, да еще чистый такой-то» – перечисляю я себе особые приметы и немного уже радуюсь, что пока мой новый хозяин мне внешне нравится.

Прежняя хозяйка пока валяется под лошадью и громко стонет от возвращающих чувствительность членов, да еще от сильного удара о землю, а новый пока номинальный хозяин с интересом разглядывает мое лицо.

Та мне платила жалование и вообще содержала очень хорошо, а этот считает своей личной добычей и волен поступать, как ему захочется?

«Посмотрим еще, какие у него на тебя планы! – напоминает мне предчувствие. – Вдруг он просто садист и маньяк какой-нибудь! Недолго тогда будешь себя полноправным хозяином гордой северянки ощущать!»

Я вижу, что руки у меня крепко связаны спереди и уже довольно-таки затекли, но пока молчу и только радуюсь невероятно колючим иголками, пронзающим пока мои ступни, которые начинают отходить от связанного состояния.

– Вильфор, займитесь остальными пленниками. Грузи всех по полной, лошадям поменьше вешайте, им и так будет тяжело в горы лезть! – командует красавчик, а сам поближе подходит ко мне.

Помощник с приятелем сразу же убегает наводить порядок, мы с Драконом и графиней остается почти наедине.

Дракон смотрит мне прямо в глаза своими темно-коричневыми зрачками, лицо у него серьезное, явно сейчас что-то скажет про личное, всякие отношения и его пожелания, которые я должна исполнять.

– Северянка, это я приказал тебя не убивать, а взять в плен! Помни это! – начинает он разговор.

Я полка молчу, не собираясь сильно благодарить за свою оставленную жизнь.

«Неизвестно еще, что он от меня захочет, может мне было бы лучше сразу погибнуть, как мои друзья?»

– Ты и правда редкая красавица! Я таких дочерей Норльмарка еще никогда в жизни не видел! – совсем восхищенно вдруг говорит Дракон, как там его – Алекс.

«Ну, начало вообще неплохое, достоин еще немного пожить!» – мелькает мысль, а в груди появляется понятное тепло.

Глава 2

Я смотрю в карие глаза Дракона, вижу реальный восторг на его лице, и сама начинаю тут же постыдно таять.

«Ну, как таять, просто внизу живота появилось заметное томление, а глаза с большим интересом и удовлетворением рассматривают весьма симпатичное и бесконечно мужественное лицо главаря банды», – констатирую я себе.

Лицо именно такое, решительного и уверенного в себе молодого мужчины, парнем его уже точно не назовешь.

«Особенно, после того, что он здесь натворил!»

И еще я откровенно улыбаюсь в ответ на его радостные и приятные слова, прямо, как дурочка какая-то.

«Даже ведь не хочется его сразу убить почему-то за свой плен и позор, за мертвых дружинников и моих единственных приятелей. Ну, ты и сучка, Ольга, все-таки, ведь сама от себя такого томительного поведения не ожидала никак!» – приходится откровенно признать.

Вообще не подходящее место и совсем не та ситуация, но получилось даже с налитым кровью лицом произвести на Дракона, как уж по крутому он себя не решил называть, нужное и очень даже конкретное впечатление.

Насколько я что-то могу понять по лицу, откровенной радости и словам молодого мужчины, который мне конкретно так зашел по первым минутам нашего свидания, как его ты не назови.

«Да уж, свидание – всем свиданиям образец!»

Я, конечно, стою связанная по рукам и ногам, просто его пленница, а он пока несомненный победитель в противостоянии с моими бывшими хозяевами и со мной тоже, значит, но, что-то между нами может вспыхнуть, как я отчетливо чувствую.

«Кстати, хозяйка то еще одна живая и даже рядом находится, так что не все так однозначно с понятием „бывшие“ получается. Есть у меня перед ней еще какой-то моральный и внешний долг!» – напоминаю я себе.

«Теперь пора дольше его дожимать и влюблять, как бы сказали в правильном любовном романе», – услышала я свои циничные мысли.

«А куда деваться сейчас, только воздействовать голосом и еще тактильными ощущениями на сильно заинтересовавшегося мной мужчину. Как мужчина Дракон весьма хорош, прямо глаза и душу истосковавшейся по любви и каким-то отношениям попаданки откровенно радует, а вот какой он человек? Дел то серьезных наворотил, столько народа погибло, и мои друзья в том числе, – напоминаю себе я и тут же оправдываю его. – Время такое и люди здесь такие, других точно не будет».

– А много вы видели моих соплеменниц, господин Дракон? – как можно нежнее мурлыкаю я.

Показываю сразу, что готова к общению, потрясена его мужественным видом и иду на контакт, пусть висела столько времени вниз головой по его личному приказу.

И еще слышала всю дорогу грязные рассуждения остальных разбойников, про затрахать меня во всех позах до смерти.

Но они уже остались где-то позади, такие сильно некультурные граждане, да еще перевозбужденные разгромом настоящей дружины разбойники. Хватавшиеся меня за все выпирающие места, но про такое я уже готова забыть.

«Чего еще можно от них ожидать и хотеть?»

Понятно, что его подельники тут не из моего толерантного прошлого, самая настоящая соль от своей земли и своего времени. Убила я или не убила знакомых им хорошо мужиков, чьих-то, наверно, закадычных друзей, это все не важно, разложить меня должны были в любом случае, если бы не личная заинтересованность сильно авторитетного главаря банды.

А я ведь сама проявила тогда, как теперь определенно оказалось, совсем лишнюю инициативу, отправила на тот свет их друзей и соседей, но тоже не собираюсь как-то раскаиваться по такому поводу.

– Много? Нет, но двоих видел, в королевской армии! – слышу я в ответ, а сама не отвожу глаз. – Но они были совсем не такие красивые, как ты!

«И это очень хорошо», – мне все равно так же приятно слушать его восторги и сравнения с вообще неведомыми мне северянками.

– Куда мы идем, господин Дракон? – продолжаю я разговаривать самым нежным голоском.

– В горы. Как тебя зовут, северянка? – немного возвращается на землю главарь банды.

«В горы? А зачем, интересно? Только пересидеть или там есть путь в другие земли?»

– Зовут меня Олга. А как тебя? – почти мурлыкаю я, не собираясь пока никак оспаривать его желание шагать в горы.

– Меня Алексис, – решается назвать свое имя мой новый хозяин, властный предводитель банды.

– Алексис, не мог бы ты снять веревки с моих рук! – сразу же первым делом прошу я, невинно постреливая глазами.