Жажда опасности

Michelle Heard

CRAVING DANGER

Copyright © 2023 CRAVING DANGER by M. A. Heard

All rights reserved.

© Хайдар М., перевод на русский язык, 2026

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2026

Посвящение

Всем читателям, которые хотят сбежать от реальности.

Эта книга для вас.

Плейлист

Unsteady – X Ambassadors, Erich Lee

Going Down Fighting – Phlotilla, Andrea Wasse, Topher Mohr

Shadow Preachers – Zella Day

War Of Hearts – Ruelle

The War – SYML

Love In The Dark – Adele

Breathing Underwater – Hot Milk

Take Me To Church – MILCK

I Won't Let You Down – Erin McCarley

Hero – Alan Walker, Sasha Alex Sloan

Everything I Did To Get To You – Ben Plat

Жажда опасности

Роман о мафии / Организованная преступность / Саспенс

Отдельное произведение из серии «Короли мафии»

Обратите внимание, что серия «Короли мафии» не связана ни с одной другой серией моих книг. Франко Витале в романе «Подчини меня» не тот же человек, что и главный герой этой книги. Мне просто очень нравится это имя, так что я использовала его дважды. Извините за путаницу.

В книге затрагиваются темы, которые могут оказаться болезненными для некоторых читателей:

Психологическое насилие

Сцены насилия

Покушение на убийство

Склонение к потреблению наркотических средств

Изображение сцен насилия и пыток

Панические атаки, вызванные травматическими событиями

18+

Пожалуйста, ответственно отнеситесь к прочтению данной книги.

Реальность меня не впечатляет. Я верю лишь в опьянение, в экстаз, и когда повседневность сковывает меня, я устремляюсь прочь. Больше никаких стен.

Глава 1

Франко Витале, 35 лет; Саманта Блейкли, 26 лет.

Я работаю личным помощником у мистера Витале всего две недели, но уже подумываю об увольнении.

Боже, он просто невыносим.

Принтер снова выдает сообщение об ошибке. Стиснув зубы, я с трудом сдерживаюсь, чтобы не пнуть эту бестолковую машину.

Живот сводит от голода. Я бы сейчас проглотила целую пиццу в одиночку.

В сотый раз за день раздается телефонный звонок. Я чуть не стону как щенок, но бросаюсь к столу и хватаю трубку, чтобы ответить на звонок мистера Витале по внутренней связи.

– Да, сэр.

– Где договор?

Закрыв глаза, делаю глубокий вдох и в четвертый раз объясняю:

– Принтер выдает ошибку. Жду Энди из отдела IT, чтобы он его починил.

– В компании сотни принтеров. Чтобы договор был у меня на столе через пять минут, – рявкает он, повесив трубку.

Что за несносный говнюк.

Я работаю в административном отделе Vitale Pharmaceuticals восемь месяцев, и до того, как меня повысили до личного ассистента мистера Витале, я обожала свою работу.

Прошло всего две недели. Нужно время. Нужно просто привыкнуть к его манере общения – и все наладится.

Я закатываю глаза. Внутренний голос подсказывает мне, что ничего не изменится. Мистер Витале из тех людей, кто вечно всем недоволен. В его присутствии сотрудники буквально цепенеют от ужаса. Надо было сразу догадаться, когда после моего повышения коллеги из административного отдела смотрели на меня с таким сочувствием, словно мне вынесли смертный приговор.

Раньше, когда я еще работала в административном отделе, наши пути с мистером Витале редко пересекались. Но когда судьба все-таки сталкивала нас, он выглядел так, будто вот-вот свернет кому-то шею.

За эти две недели в роли его персонального ассистента я поняла одно: он вечно не в настроении и выходит из себя со скоростью света. Он груб, резок, и ему невозможно угодить.

Я отправляю договор на старый принтер административного отдела, к которому у меня еще сохранился доступ, и буквально лечу к лифту. Пока я спускаюсь на третий этаж, шевелю пальцами ног в тесных туфлях: хотя бы секундная передышка для уставших ног. Двери открываются, и я уже несусь к принтеру. Драгоценное время уходит на то, чтобы отыскать среди груды бумаг нужные страницы договора. Сжимая в руках заветные листы, я бросаюсь обратно к лифту.

Зачем ходить в спортзал, когда работаешь на Франко Витале?

В лифте я на ходу поправляю съехавшую лямку бюстгальтера. За две недели бесконечной беготни я столько сбросила, что мне срочно нужно купить новое белье.

Двери открываются, и я пулей вылетаю из лифта. Сердце уходит в пятки, когда взгляд натыкается на рабочий стол.

Черт.

Мистер Витале стоит у принтера во всей своей устрашающей красе, скрестив руки на широкой груди. Он наблюдает, как принтер мучительно выплевывает очередную страницу.

Я подхожу к нему и протягиваю документы.

– Вот договор, сэр.

Его темно-карие глаза скользят по мне беглым, но пронизывающим взглядом. Я буквально кожей ощущаю, как его взор прожигает меня насквозь, – в такие моменты я чувствую себя червяком.

Я и раньше работала с начальниками-самодурами, но мистер Витале превзошел всех. Помню, я буквально потеряла дар речи от его поразительной красоты, увидев его в первый раз, но от первоначального очарования и след простыл, стоило мне увидеть, как из его кабинета одна за другой выбегали заплаканные ассистентки.

Принтер выплевывает последнюю страницу, и мистер Витале молниеносным движением вырывает документ из предательского лотка, не отрывая от меня ледяного взгляда.

Его голос звучит низко, каждое слово будто приговор.

– Если вы не способны справиться даже с такой элементарной задачей, как печать документов, мисс Блейкли, у нас действительно серьезные проблемы.

Я шумно втянула воздух, наблюдая, как он уходит к себе в кабинет, и едва за ним закрылась дверь, злобно уставилась на принтер.

– Ну конечно. Для него ты печатаешь.

– Что случилось? – раздается за спиной голос Энди из IT-отдела.

Тяжело вздыхая, опускаю уже ненужную копию договора на стол, указывая на принтер.

– Кажется, эта железяка вновь объявила мне бойкот. Я все перепроверила, но сообщения об ошибке не исчезают. Хотя для мистера Витале принтер все-таки заработал.

– Давай взгляну.

Энди занимает мое кресло. Его пальцы щелкают по клавиатуре, и не проходит и минуты, как эта железная дрянь оживает.

– Я переустановил принтер. Теперь должен исправно работать.

– Спасибо.

Я комкаю ненужный договор в руках и выкидываю его.

– На здоровье.

Когда Энди уходит, у меня звонит телефон. Я быстро поднимаю трубку.

– Да, сэр?

– Свяжитесь с мистером Кастро, – приказывает мистер Витале и вешает трубку.

Плюхнувшись в кресло, набираю номер мистера Кастро. Срабатывает автоответчик. Я оставляю короткое сообщение. От напряжения боль в плечах усиливается.

Взглянув на часы, вижу, что уже пять.

Слава богу.

Я быстро набираю добавочный мистера Витале.

– Гм, – отвечает он.

– Мистер Кастро не отвечает. Я оставила сообщение с просьбой перезвонить вам.

– Гм.

В трубке слышатся гудки. Я делаю глубокий глоток воздуха. Мой босс – ходячее воплощение бестактности. Меня это просто выбешивает.

Снова набираю добавочный. Жду, когда он, как обычно, начнет рявкать в трубку, затем говорю:

– Сэр, уже пять часов. Я ухожу домой. Хорошего вечера.

Не дав ему пробурчать что-либо в ответ, бросаю трубку. Сладкое чувство торжества накатывает на меня – я положила трубку первой.

Выключив компьютер, достаю сумку из нижнего ящика. Когда я уже поднимаюсь с кресла, дверь кабинета мистера Витале с грохотом распахивается, и он рявкает:

– В мой кабинет. Сейчас же.

Боже. Что еще?

Я ставлю сумку на стол и с тяжестью в животе направляюсь в его кабинет, или, как я мысленно именую это место, «камеру гнева». Мистер Витале замер у панорамных окон с видом на Манхэттен. Он выглядит как бог: белоснежная рубашка и безукоризненно сидящий пиджак подчеркивают атлетические плечи.

В редкие мгновения я ловлю себя на мысли, что он очень красив. Но стоит ему заговорить, как это наваждение рассеивается без следа. Когда наконец воцаряется тишина, я осторожно спрашиваю:

– Сэр?

Не удостоив меня взглядом, он глухо бросает через плечо:

– Миссис Росс уверяла меня, что вы очень трудолюбивы.

Брови непроизвольно искривляются в изумлении. Мне нужно что-то ответить или лучше промолчать?

Скрестив руки на груди, он наконец поворачивается и пронзает меня оценивающим взглядом, от которого внутри все сжимается в тревожном комке.

– Я дал вам две недели, чтобы вы могли адаптироваться к новой должности.

Прищурившись, он изучает меня тем проницательным взглядом, от которого невольно съеживаешься, будто провинившийся ребенок перед директором.

– У меня нет лишнего времени, поэтому я прошу вас о следующем. Запомните: мои распоряжения должны выполняться мгновенно.

– Но Энди нужно было переустановить принтер на компьютере. – Мой голос предательски дрожит, выдавая напряжение.

– Отговорки меня не интересуют, – резко обрывает он меня. – Вы здесь для того, чтобы облегчать мне жизнь, а не усложнять ее. Если возникают проблемы, вы обязаны их решать.

Подавив порыв скрестить руки на груди, я стискиваю пальцы в кулак и через силу произношу:

– Да, мистер Витале. – Бровь непроизвольно взлетает вверх, он просто невыносим. – Это все, сэр?

Он качает головой.

– Ваш рабочий день не ограничен временными рамками с девяти до пяти.

Что?

Резким движением головы он кивает в сторону двери. Его жесткий голос ясно дает понять, что вопрос закрыт. Потом он невнятно бросает:

– Что ж, если переработки вам не по нраву, пожалуйста, пишите заявление об увольнении.

В груди закипает гнев, но, не подав и виду, я произношу:

– Я не отказываюсь от переработок. Но я была бы вам крайне признательна, если бы вы информировали меня о задержках заранее, скажем, с утра. Чтобы можно было… скорректировать планы на вечер.

Планы? Ха. Я живу как отшельник.

Но об этом ему знать необязательно. Мне нужно лишь элементарное уважение – предупреждать меня заранее, чтобы я могла до последнего верить, что смогу пойти домой в пять.

Лицо мистера Витале искажает раздраженная гримаса. Кажется, что он вот-вот взорвется, но затем он лишь резко кивает.

– В обозримом и непредвиденном будущем вы будете работать с семи до семи.

Двенадцать часов? Он что, свихнулся?

Он обращает внимание на кипу папок и бумаг на его столе и мямлит:

– Не переживайте. Сверхурочные оплачиваются.

Как только я слышу, что сверхурочные оплачиваются, гнев во мне тут же стихает. Деньги всегда кстати, как раз хватит, чтобы погасить кредитку. Бэушный холодильник, купленный сразу после моего переезда в Нью-Йорк, на прошлой неделе испустил дух. Пришлось влезть в долги, чтобы купить новый.

– Мне сегодня нужно задержаться? – спрашиваю я.

Мистер Витале тяжело вздыхает, бросив на меня быстрый взгляд.

– Да. Возвращайтесь к работе.

Выйдя из кабинета, я захлопываю дверь. Живот предательски урчит – сегодня я совсем ничего не ела.

Зато сверхурочные оплатят.

Я сажусь за стол и включаю компьютер. Открыв почту, вижу, что мистер Витале уже успел настрочить восемь писем – и я снова ухожу с головой в работу, решив доказать ему, что я чертовски хорошая ассистентка.

Глава 2

Закончив разговор с Сальвадором Кастро по поводу медицинских поставок, я встаю из-за рабочего стола. На ходу набрасываю пиджак на плечи и иду к двери. Выйдя из кабинета, ловлю урчание пустого желудка личной помощницы.

– Вы можете идти, – бормочу я и без лишних слов направляюсь к лифту.

Едва уловимое бормотание за спиной заставляет меня резко остановиться. Я смотрю на мисс Блейкли, осознавая, что последние две недели она методично испытывает мое терпение, и поднимаю бровь.

– Вы хотите что-то сказать, мисс Блейкли?

Она берет сумку и подходит ко мне с весьма недовольным видом.

– Если в следующий раз задержите меня до девяти, будьте добры хотя бы накормить меня.

Бросив на нее суровый взгляд, я жестко говорю:

– Неужели вас не научили пользоваться доставкой?

Ее брови сдвигаются к переносице.

– Я умею заказывать еду.

– Тогда то, что вы ничего не ели сегодня, – исключительно ваша заслуга.

Боже, я уволю ее. Почему же, черт возьми, так трудно найти компетентного помощника?

Она проходит мимо меня и говорит:

– Значит, за рабочим столом можно есть? Я этого не знала. Так гораздо удобнее. Хорошего вечера, мистер Витале.

Стиснув зубы, следую за ней к лифту. Клянусь, она просто пустоголовая кукла. Когда я впервые увидел ее, она была так ослепительно красива, что я чуть язык не проглотил. Светлые волосы, всегда уложенные мягкими локонами, зеленые глаза, выделяющиеся на фоне фарфоровой кожи. А как ей идут веснушки, рассыпанные по переносице.

Не говоря уже о ее идеальных формах – все на месте. А попка так и манит мою ладонь, особенно когда она накосячит или выбесит меня. Но за последние пару недель влечение развеялось, ведь она только и делала, что доводила меня до белого каления.

Мы заходим в лифт. Я улавливаю тонкий шлейф ванильных духов, ведь она стоит очень близко ко мне. Ее макушка едва достает до моего подбородка; без каблуков, наверное, она была бы мне по плечо.

Она переминается с ноги на ногу – похоже, туфли доставляют ей дискомфорт.

В лифте повисает густая, напряженная тишина, пока мы спускаемся на первый этаж. Как только двери открываются, она устремляется к выходу. Я бросаю ей вслед:

– Принесите удобную обувь на смену, чтобы надевать, когда сидите за столом. Может, тогда и настроение у вас улучшится. Перестанете быть такой капризной.

Цокот ее каблуков резко обрывается. Она поворачивается ко мне, едва сдерживая гнев.

– Я всегда относилась к вам с уважением, мистер Витале. Может, вам стоит последовать собственному совету и сменить обувь, раз уж это вы вечно не в духе.

Она поворачивается, и ее светлые волосы рассыпаются по плечам. Расправив плечи и высоко подняв голову, она направляется к выходу. Меня переполняет злоба. Как она посмела бросить вызов мне, своему начальнику! Кажется, дерзости в ней больше, чем ума.

Если бы она знала, кто я на самом деле – один из главарей коза ностра, может, тогда до нее бы дошло, насколько смело или глупо она себя ведет. Мои сотрудники живут в абсолютно другом мире, для них мафия – это «Крестный отец», не больше.

Покачав головой, я двигаюсь к выходу. Там меня ждут мои охранники Лоренцо и Майло. Когда я в Vitale Health, моей компании по поставкам медицинского оборудования, они дежурят в помещении для охраны.

Они со мной с восемнадцати лет и уже стали семьей.

– Вы не можете ее уволить, – напоминает Майло. – В этом году вы сменили четырех помощниц. Если и пятую выгоните, это дурно скажется на репутации.

Я качаю головой, бормоча:

– Если в последующие две недели она не соберется, я вышвырну ее ко всем чертям. Тогда ты займешь ее место.

– Ни за что, – фыркает Майло. – Лучше пулю словить, чем подписаться на такую пытку.

Я хмурюсь.

– Хочешь сказать, что работать со мной – сущий ад?

Мы выходим из прохладного здания в знойный вечерний воздух.

Господи, когда уже наступит зима.

Майло, ухмыляясь, распахивает заднюю дверь «Мерседеса».

– Только в офисе.

Я перевожу взгляд на Лоренцо, который до сих пор не проронил ни слова.

– Ты с ним согласен?

Он складывает руки в универсальном жесте «Я в этом не участвую»:

– Я – Швейцария.

Я опускаюсь на заднее сиденье бронированного гелика, вздыхая. Знаю, со мной непросто работать. Я пытался быть мягче со своими сотрудниками, но ничего не выходит. Стоит мне расслабиться и начать вести себя с ними дружелюбно, как они тут же косячат, и я срываюсь. Замкнутый круг.

Сев за руль, Лоренцо спрашивает:

– Куда?

– В Paradiso.

Остальные капо держат банальные стриптиз-клубы, казино или ночные бары, я же владею Paradiso – клубом для взрослых, где разрешено все, если члены клуба подписали согласие.

Там есть приватные комнаты, а за безумные деньги можно брать взрослые игрушки, какие только существуют на рынке.

Хотя я владею клубом, где стираются все границы, я сам никогда ни в чем не участвую. Через камеры видеонаблюдения, установленные для того, чтобы в клубе никто не умер, я видел, на какие странные вещи способны люди.

Майло заезжает на охраняемую парковку за клубом. Выйдя из машины, я прохожу в клуб через черный вход, который охраняется моими людьми. В вопросах безопасности я не терплю компромиссов и трачу на защиту своего бизнеса баснословные суммы.

Я сразу же направляюсь в свой офис, чтобы переодеться. Весь персонал носит черную униформу: брюки карго и черные водолазки. На лицах – балаклавы с изображением черепов, скрывающие их лица. На водолазках сотрудников слово Paradiso напечатано серебряным шрифтом, а на моей – золотым. Это единственное, что отличает меня от них.

Облачившись в форму, я натягиваю балаклаву и выхожу проверить персонал. Мало кто знает, что я владелец Paradiso, и мне пока не хочется ничего менять.

По пути в комнату для охраны я скольжу взглядом по серым стенам и черной плитке. Интерьер, выдержанный в темных тонах, придает клубу атмосферу запретного места.

Переступив порог комнаты для охраны, я обвожу взглядом свою команду, а затем смотрю на многочисленные мониторы.

– Все хорошо? – осведомляюсь я, наблюдая, как миссис Гилберт в сопровождении двух мужчин, явно вдвое младше нее, заходит в комнату. Пока ее муж пребывает в уверенности, что она играет в боулинг с подругами, она приходит сюда предаться совсем иным развлечениям.

В моем распоряжении достаточно компромата на всю нью-йоркскую элиту, чтобы похоронить их всех.

– Да, сэр, – отвечает Брайан, поднимаясь с кресла и направляясь ко мне с планшетом в руках. Он показывает мне экран и говорит: – У нас два новых члена. Проверку прошли, сегодня их первый визит. Членство мистера Дюгрея аннулировали, так как он устроил драку с мистером Бишопом из-за того, что тот отказался быть связанным во время секса.

Я снова смотрю на мониторы. Взгляд задерживается на экране, где двое членов просто обнимаются на кровати. Я замечаю подобное все чаще. Иногда людям просто нужно, чтобы их обняли.

Я киваю, пока Брайан обо всем мне докладывает, и, когда он заканчивает, выхожу из комнаты для охраны и отправляюсь на обход клуба.

Когда Paradiso только открылся, я лично проверял всех членов клуба, но со временем я делегировал эту обязанность Брайану.

Иду в главный зал, где члены клуба могут общаться друг с другом за напитками. Плюшевые диваны, круглые столы с высокими стульями, папоротники, смягчающие мрачный интерьер.

Убедившись, что все в порядке, я возвращаюсь в кабинет. Пора заняться делами.

Vitale Health и Paradiso – мои единственные законные бизнесы. Помимо них, у меня есть автотранспортная компания, которую я использую для перевозки оружия под видом кондиционеров для Ренцо, моего ближайшего друга и капо. С другими главарями «Коза Ностры» – Дарио, Анджело и Дамиано – меня связывают прочные отношения, но Ренцо для меня – как брат.

Хотя мои легальные компании приносят стабильный доход, основное состояние я делаю на печати фальшивых денег для Сальвадора Кастро и Лины Диас. Взамен они поставляют мне медицинское оборудование.

От рассвета до глубокой ночи я адски занят на работе. Я позволяю себе отдохнуть, только когда играю в покер с другими главарями «Коза Ностры» или когда они устраивают какие-нибудь мероприятия.

Видимо, бесконечная работа – главная причина, почему в тридцать пять я все еще не обзавелся семьей. Ну и тот факт, что я терпеть не могу большинство женщин из моего круга общения.

Сидя за столом, я ловлю себя на мысли о мисс Блейкли. Давно меня так сильно не выводили. Честно говоря, дело не только в ее медлительности. В этой женщине есть что-то фальшивое. Ненавижу, когда люди притворяются кем-то, кем они не являются.

Я поручил Майло проверить ее, но она чиста. Мисс Блейкли жила спокойной скучной жизнью в Хьюстоне до переезда в Нью-Йорк. У нее даже нет ни одного штрафа за нарушение ПДД.

Но чуйка подсказывает мне, что она что-то скрывает.

Меня бесит, что она не покидает мои мысли. Покачав головой, заставляю себя сосредоточиться на работе.

Глава 3

Уплетая третий кусок пиццы, изучаю выписку по счету. Если буду работать сверхурочно, то быстро погашу кредитку.

Я бы смогла купить новый холодильник, если бы не членство в закрытом клубе Paradiso в самом сердце Манхэттена. Я вступила туда, чтобы общаться с мужчинами в безопасной обстановке. Может, так я смогу разобраться в своих проблемах с ними.

Мужчинами. Боже. Как же мне не везет с противоположным полом.

Забыв про пиццу, мысленно проваливаюсь в черную дыру, оставленную Тоддом Грантом в моей жизни. В начале наших отношений мне казалось, что я нашла золотую жилу: обаятельный нейрохирург с безупречными манерами отдавал все силы, чтобы я чувствовала себя особенной. Весь женский коллектив больницы сгорал от зависти.

Потом мир вокруг меня рухнул, и мне пришлось уехать из Хьюстона. Я даже не успела продать дом, купленный на деньги, доставшиеся мне от бабушки. Просто заперла входную дверь и умчалась прочь, будто сам дьявол гнался за мной.

Тодд Грант.

Я закрываю глаза. Прошел уже год с тех пор, как я сбежала от бывшего парня, но травматический опыт все еще преследует меня.

Я пробовала терапию, но бесполезно. Не смогла выговорить то, что со мной случилось. Не сказала ни слова семье, они бы сошли с ума и заставили меня обратиться в полицию. Проще было сбежать в Нью-Йорк под предлогом, что мне нужен новый старт после расставания с Тоддом.

Если бы можно было сбежать от воспоминаний.

Я застываю, не в силах пошевельнуться, но слышу, как он приближается…

Я вскакиваю с дивана, журнал выскальзывает из рук и падает на пол. Мне нужно убедиться, что я в безопасности. Я проверяю окна и двери.

Первые месяцы в Нью-Йорке я боялась, что Тодд последует за мной. Он не приехал, но я все равно не могу избавиться от назойливого чувства страха, будто он может материализоваться в любой момент.

Чтобы не дать панике и воспоминаниям завладеть мной, я переключаюсь на мысли о работе. На этого ворчливого засранца… своего начальника.

Скорее небо обрушится, чем он проявит уважение к подчиненным.

Выключив свет в гостиной и на кухне, иду в спальню и залезаю в постель. Хотя после работы я валилась с ног от усталости, теперь, когда пора ложиться, сна ни в одном глазу.

Даже не верится, что этот чванливый идиот назвал меня капризной. Ха.

Перекатываясь на левый бок, взбиваю кулаком подушку и вздыхаю. Буду работать очень усердно и покажу ему, на что способна. Стану самой идеальной личной помощницей, о которой только можно мечтать.

Я поставила будильник на пять, чтобы быть в офисе в семь. Хотя господин Витале довел меня до белого каления, я все-таки последую его совету: я уже положила в сумку пару удобных балеток, чтобы носить их, сидя за рабочим столом. Прихвачу еще с собой перекусы, чтобы у меня было что пожевать, на случай, если придется пропустить обед или ужин.

Сон не идет. Я беру телефон и разблокирую экран. Гуглю «офисный принтер», изучаю информацию, как устранить наиболее частые неполадки. Срабатывает как снотворное, с каждым предложением веки тяжелеют. Не успеваю и глазом моргнуть, как проваливаюсь в сон.

Я аккуратно переместила папки на компьютере, чтобы мне их было легко найти, и разобралась с настройками принтера. Надев балетки, я подготавливаю шаблоны договоров и часто запрашиваемых мистером Витале документов.

На мне брючный костюм, а собранные назад волосы не отвлекают от работы. Сегодня я готова к встрече с мистером Витале.

Раздается звонок. Это Шарлотта с ресепшена. Я мгновенно нажимаю кнопку и отвечаю:

– Он на месте?

– Да. Он у лифта, – шепчет она, словно сообщает государственную тайну.

Я заранее договорилась с Шарлоттой предупреждать меня по утрам, чтобы я успела приготовить кофе для мистера Витале.