Спасти подполковника резерва

– Ну, дикари.

– Ну, лопухи.

И все засмеялись. Дописав письма и поев, все дружно и резво пошли к исходной точке. Около дерева, действительно, стояли два армейских вещмешка. Один из них под завязку был наполнен патронами, и даже лежало две гранаты РГД. Во втором – еда.

– А почты нет?

– Нет. Значит, все без изменений и его не нашли.

– Двойное чувство.– Сказал Серж. – С одной стороны хорошо – повод попутешествовать, с другой – как-то тоскливо. Наверное, Сергей вспоминается неосознанно.

– Скорее всего. Ну, что? Пошли?

– Обождите, – сказал Андрейчиков. Он обрубил верхушки трех тонких деревцев, а потом на них и все веточки, оставив только по одной, смотрящие в разные стороны. После этого на одну из них привязал красную тряпочку, а на остальные – зеленые.

– Эти оставшиеся ветки – стрелки компаса. Даже, если это дерево и засохнет, эти указатели прослужат лет десять. Красная тряпка – запрет движения. Зеленые – добро. Как на светофоре. Да и нам самим надо отслеживать свои маршруты.

– Мо-ло-дец, Вован. Толково.

– Да я этому во Вьетнаме научился.

– Учитесь, салаги, как теорию надо использовать на практике. Аркаша, командуй.

– Вперед.

Новая экспедиция с края света вглубь нового мира в поисках человека. Шли долго по унылой однообразной пустынно-холмистой территории. Изредка встречались заросли кустов да каменистые россыпи. Достаточно крупные камни как-будто специально раскиданы кучками. Причем иногда эти кучки имели форму большого круга, иногда – квадрата. Но самое главное – никаких признаков жизни. Не было парящих в небе орлов, высматривающих внизу добычу, ни развалин домов. Ничего. Чем дальше они шли, тем более их одолевали сомнения, которые они старались гнать от себя. Ведь, если они идут, то, значит, мог идти и он. Тем более, налегке. Тем более, ему надо было найти хоть чье-то жилище и попросить есть. Прошли уже более сорока километров. Ничего. Прошли еще около пяти километров и, наконец, увидели первые признаки жизни: развалины небольшого городища, обнесенного, вернее, с разрушенной до основания каменной крепостной стеной. Собственно, до основания сожжено и разрушено было буквально все – дома, заборы, сараи, колодец.

– Подозреваю я, что и те камушки когда-то были городами или деревнями.

– Похоже на то. Кто же это так. Прям Карфаген какой-то после завоевания его Римом.

– Не совсем. Там еще солью посыпали, чтобы ничего не росло, а здесь уже зарастать кустами начало.

– Судя по кустам, года два прошло уже.

– Если кусты занесло семенами – не меньше трех. Как минимум.

– Так что, пойдем дальше, или не будем зря тратить время?

– А, может, хоть до первой деревушки дойдем? Хоть на людей посмотрим. Что за нация? Может инопланетяне с другого измерения.

– Ек-макарек, инопланетянами задел. Их надо бы посмотреть. А так на свою попку приключения искать.

– Решено: доходим до первого населенного пункта и домой.

– При условии, что он будет не слишком далеко. Я не Ермак, чтобы за пять верст ехать. Тем более, пехом.

– Заметано.

Еще через пять километров Саша – собровец начал терять терпение, идя, не зная куда, но зная зачем.

– Угораздило же тебя, капитан, взять этот азимут. Нет бы поближе к прежнему. Наверняка бы уже кого встретили.

– А нашего клиента навряд. Пройдемся веером. Кстати, чувствуете запах дыма?

Все принюхались. Действительно, пахло дымом. Пошли на запах. Оказалось, что какой-то городок недавно выдержал осаду, и сейчас защитники города хоронили павших. Вернее сказать: провожали в последний путь. Огромные костры горели, в черной копоти своей, унося в небо души невинно убиенных. Отряд не успел приблизиться к городу, как их заметили, и к ним поскакали всадники.

– Гляди, у них уже лошади появились. Судя по стенам, может, век десятый.

– Поглядим.

Всадники окружили отряд со всех сторон, направляя на них натянутые луки, взведенные арбалеты и острые копья.

– Кто такие будете?

– Товарищи, спрячьте автоматы за спину или хотя бы на плечо.– Сказал Аркадий, обращаясь к своим попутчикам.– Этот воин не зря поставлен старшим и не даст глупую команду убить нас, не узнав, откуда мы пришли и что видели. Тем более, учитывая, что враг ушел отсюда не так уж и давно.

– Это точно. Солнце даже половины неба не прошло, как они еще были здесь. Так кто вы такие? Откуда и куда идете?

– Уважаемый, – продолжил Аркадий,– это офицеры гвардии правителя России.

– Какой гвардии?! У великого князя нет войска такого!

– Как нет? А кто же его охраняет? – растерялся Аркаша.

– Его личные телохранители.

– Во! А я о чем говорю!

– Так-то викинги. А вы? Уж больно ваш вид подозрительный, а посему, я думаю, не лазутчики ли вы латников.

– Да шо мы дурные, что ли. – Не выдержал Ник, – чтоб среди бела дня выведывать открыто. Нам что не хватило бы ночи?

– А почему тогда брешете? Почему пытаетесь тогда варягами представиться?

– Да кто ж пытается? Ешкин кот.– Загорячился Аркадий.– Викинги – это внешнее окружение князя. А лично тело его охраняют гвардейцы. Вот четыре офицера – гвардейца. Лица, особо приближенные к императору, то есть к князю. Я сам – не офицер, но состою в свите князя, и здесь нахожусь, как советник этих воинов по некоторым вопросам.

– А про какого ты императора ты говорил, часом не арамейского?

– Естественно, нет. У нас так шутят.

– Шутят, говоришь?– как-то слишком сурово и подозрительно проговорил старший и внимательно еще раз оглядел всех с ног до головы. Потом вернул взгляд на Ника. Слегка прихлопнув коленями по лошади, подъехал ближе к Нику и наклонился к нему.

– А это что за вещица на тебе?

– Подарок знакомого вождя. Он недавно подарил мне его в благодарность за то, что мы помогли его племени защититься от врага.

– Подарил? Или ты снял это с бездыханного тела, так как подобру он бы тебе его не отдал.

– Да че мне брехать! Хочешь, верь, хочешь, нет. Все равно сейчас доказать не могу. А вот товарища своего там положили, только ради того, чтобы всех о нападении вовремя предупредить. А ты мне – брешешь. Да пошел ты знаешь куда?

– Ох, глянь-ка, как распушился. Ровно петух перед дракой. Ладно, верю. Пойдем к князю. Князь судить будет. А то что, я – простой сотник. Мне в бою думать надо, а здесь пущай воевода думает.

Оба отряда прошли мимо еще горящих погребальных костров к крепостным воротам.

– Да, если бы у того князя были стены, глядишь и не пришлось бы ему за озеро отступать.

– А что побили, князя-то?

– Да нет. Мы вовремя его предупредили, да и в бою подмогли. Сотни три точно побили, остальные убежали. Но пленные показания дали, что они только авангард, а за ними – остальное войско.

– Ох, мудрено ты говоришь, воин, по-ромейски чую. Да и одеты вы не как воины. Где щиты, где палицы, топоры, луки? Какие же вы воины, коль среди войны без оружия гуляете?

– Князь разберется.

– Я тоже надеюсь.

Дома в городке были каменные. Архитектура ни к шуту не годилась: все дома разномастные, улиц нет, на улицах грязища.

– А дома лучше рядами строить, чтоб улицы получались, тогда эту улицу телегами можно перегородить и оборону держать. А так что? Кто-то бьется здесь, а их за тем домом обошли и в спину ударили. Разве это дело.

– Умный, смотрю. Да мы-то здесь причем. Нас сюда прислали, когда городище уже стояло.

– Ага, стояло. А ров где? К воротам хоть на драной козе подъезжай! Ни рва, ни моста.

– Ну, ну. Не все сразу. Успеется.

– Успеется у него. А вот в императорской армии, как ты говоришь, у ромеев, там спать не лягут, пока забор не возведут вокруг лагеря полевого. А здесь городище брошено. Ужас!

Сотнику крыть, очевидно, было нечем, и он хмуро молчал, наверное, вспоминал потери боя, и, возможно, кто-то погиб из-за недостаточной подготовленности города к обороне. А это уже вина воеводы и его – боевого сотника. Дом воеводы ни чем не отличался от других домов. Разве только двумя часовыми у крыльца.

– Погодь, доложу сначала.– Сказал старший и поднялся наверх.

– По идее гвардейцы должны были удивить князя по его выходу. Как думаете, господа офицеры?

– Веревок мало, чтобы руки вязать. Да и не совсем это к месту. Думаю, у нас еще будет возможность показать себя.

– Ты прав, капитан. В случае чего я и Ник покажем что-нибудь. Ник, ножи у тебя на месте?– спросил Саша-собровец.

– Разумеется.

В дверях показался сотник.

– Проходь до хаты. Воевода во дворе испытывает на трофейном латнике новые болты.

– Чего?

– Проходи. Какие вы странные.

Миновав сени, они вышли в дверь, ведущую во двор. У дома с арбалетом в руках стоял статный, могучий в плечах длинноволосый блондин. У стены напротив – подвешенный за плечи на веревках труп в блестящих металлических доспехах.

– Надеюсь, что не доблестного Айвенго сюда с рыцарского турнира притащили. – Пошутил Аркаша.

– Князь, вот эти люди, которые называют себя гвардейцами великого князя, что значит – личные телохранители.

– Так почему тело там, а хранители здесь? – сурово спросил местный князь, он же – местный воевода, так как городишко был маленький, проще сказать – крепостца на порубежье.

– А потому, князь, что мы не одни, да и варяги там помогают нам. А здесь потому мы, что посланы найти одного из наших. Не приводили тебе, князь, подобного нам? Такого же странного. Или, может, говорил кто о нем?

– Сотник, ты что-нибудь знаешь, о чем они говорят?

– Нет, княже, не ведомо мне, но, если будет твоя воля, дам команду – спросят, поспытают в округе.

– Добро. А, что вы странные, ты правильно подметил. Так чем же докажете, воины, что вы из войска княжьего, что тело князя великого храните?

– Дак чем же докажем?

– А письмо може имеется с печатью княжей?

– Нет у нас никаких документов. А письмо подделать или отнять каждый может. В любом городе можно найти мастера, что печать вырежет не хуже.

– Что ж, здесь могу согласиться. Не оскудела мастерами Русь – матушка. Но, может, вы и не воины вовсе. Одежа ваша не бранная, да и оружия подобающего нет. Возьми арбалет мой и покажи искусство бранное свое.

– А куда стрелять?– спросил Ник.

– А вон чучело басурманское. Бери арбалет.

– Да нет, спасибо, княже, я отсюда.

– Отсюда далеко. Я не хочу умышленно винить.

– Княже, мне отсюда нормально будет. – Сказал Ник, снял автомат с предохранителя и стоя, с правой руки, послал короткую, в два патрона, очередь. Под шлемом лицо покойника превратилось в месиво.– Вот так можно врагов убивать. А проверить броню их тоже надо. – С этими словами он перевел флажок на одиночную стрельбу, прицелился и выстрелил. В шлеме, там, где к шлему приковывается пластина, защищающая нос, зазияла дыра. Князь не подал виду, но только сказал:

– Сотник, подай сюда. Посмотреть хочу.

Сначала сотник, а потом и сам князь пальцем поковыряли дырку, будто она им првидилась.

– Больно шумное оружие твое, но бьет наверняка. Было бы у нас такое, то не жгли бы сегодня погребальные костры. А что же великий князь нам такого оружия не прислал?

– Дак, княже, его придумали не у нас. Это благодаря Нобилю все. Он придумал.

– Нобиль. Знавал я воина из варягов, и его звали Нобилем.

– Да, да. Тот тоже со Скандинавии, кажется.

– Тогда понятно: они своими секретами особо делиться не будут. Разве только с княжеской гвардией. Убедил. Верю.

Вдруг с колокольни раздался частый колокольный звон – набат.

– Дьявол, кого нечистая сейчас несет?!– воскликнул сотник.– Княже, я к ратникам.

– Давай. Я надеваю броню и к тебе. Организуй оборону, а я не задержусь. – Князь бросился в дом, а остальные – к крепостным воротам. Благо городишко был небольшой, и они вскоре оказались у цели. У закрытых на толстый брус ворот толпилось с полсотни воинов.

– Что случилось? Кто на сей раз?

– Латники. Человек сто – сто пятьдесят.

– Как? Они же ушли.

– Как ушли, так и пришли. Но сейчас их совсем мало. Может, думали нахлестом взять.

– Да, скорее всего на это расчет и был. Мол, успокоились, уши развесили. Ладно, пошли на стены.

Сверху открылась картина нападения: полсотни рыцарей, закованных в броню средневековых рыцарей с обложки учебника по истории, и с сотню пехотинцев. Аркадий повернулся к остальным.

– Как думаете, какой век?

– Может, пятнадцатый. Может, восемнадцатый.

– Да, примерно так. Ну, этих мы отобьем. Но неплохо бы языка взять – узнать, что да как, и кто посылает. Где курятник.

– И то дело. Перетряхнем курятник к едрене фене.

– Не перетряхнем, а тенью скользнем и тенью выйдем. Вспомните три принципа ниндзя.

– То же вариант. Ладно, мужики, рассредоточивайтесь. Бить одиночными. Сотник, когда они побегут от нас, то ты должен организовать для нас парочку пленных. Уж дюже поговорить нам с ними охота.

– Не кажи гоп, гвардеец. Не надо недооценивать латников. Они еще не мало наших порубают.

– А все-таки?

– Если побегут – организую.

– Ладненько. Господа офицеры, используем дальность стрельбы, как преимущество. Огонь, пожалуйста.

Все пятеро удобно расположились на крепостной стене и стали, как в тире, спокойно бить по целям. В основном били по тем, кто нес штурмовые лестницы. Упавших воинов заменяли новые и атака продолжалась. Когда враг подбежал к стенам города, пехотинцев насчитывался хорошо, если взвод.

– А теперь огонь по рыцарям. С пехотой местные разберутся. Сотник, ты пленных обещал! Бери рыцарей – они больше знают. Да лови их арканом.

Короче, бой был достаточно скоротечный, как и следовало ожидать. Примерно через полчаса сотник, спасатели и два рыцаря под конвоем стояли вновь во дворе князя – воеводы.

– Да, братья, вижу, что князь великий в надежных руках. Надо же больше сотни врагов положили. Из них три десятка латников. А у нас только двое раненых. Ох, и хорошее у вас оружие.

– Хорошее, но заряды к нему – это не болты арбалетные. Сам их не наделаешь, а они быстро кончаются.

– Так, что у великого князя золота да каменьев драгоценных мало? Так я клич кликну, и соберем на это дело.

– Не все так просто, поэтому и ищем мы товарища нашего.

– Видать важная птица ваш товарищ.

– Да. И поэтому поможем вам, как сможем, а потом уйдем. Рады погостить, да время поджимает.

– Понимаю. Служба есть служба. Все мы великому князю во славу Руси служим.

– Я как раз про это и говорю. А теперь давайте допросим рыцарей: кто такие, откуда, где их главный сидит и как туда пробраться потихонечку.

– Вон что вы задумали! Лихо. Молодцы.

– Задумать и выполнить – не всегда одно и то же. Поэтому информация нам нужна. Пускай двое наших у этих спрашивают, а мы пойдем пленных солдат попытаем.

– Добро. Пыточная находится рядом с воротами. Слева.

– Вообще-то я не в буквальном смысле слова имел это в виду.

– О, гвардеец, да это же война. Тем более что толку от простого смерда. Их даже не выкупают, а самим содержать – одни убытки.

– Может, вы правы, княже.

Примерно через час они встретились поделиться информацией. Оказалось, что солдаты были фанатами своего феодала, и не особо разговорились даже под пытками. А рыцарям было что терять: узнав, что за них будут просить выкуп только в случае получения необходимой информации, они выложили все, что знали. А знали они много.

– Что ж, – сказал князь, – я думаю, что вы удовлетворены тем, что поведали рыцари. Я уже дал указ разместить рыцарей со своими солдатами в отдельном доме, где они будут ждать послов с выкупом.

– Отлично. Только вот солдатиков их нет.

– Как нет?

– Нет. Убиты при попытке к бегству.

– Бегству? Да такого не было никогда. Чую, врешь, гвардеец.

– А, что делать, княже, знания их каленым железом добывали, но и то еле-еле. Преданы своему князю. Отпусти их, и вернутся они, отъевшись, с мечом детей и женщин наших убивать, города жечь. А надо это?

– И то верно. Погибли, так погибли. На то и солдаты.

– Во-во.

– Добро. Свою челядь дам.

– Давайте. Им челядь, а нам проводника.

– В крепость пойдете? Все-таки решили.

– Да надо вам передышку дать. Пока там новые бароны понаедут, то да се, а вам передышка.

– И то верно. Спасибо.

– Мы, княже, уже кое-что сказали – заказали сотнику, если ты не против.

– Нет, нет. Я его вызову и подтвержу свою волю во всем вам помочь.

– Спасибо, княже. Тогда прощай, так как уйдем, поспим, а ночью тронемся в путь.

Сотник весьма добросовестно отнесся к порученному, и под утро отряд выдвинулся в путь. Ехали на телегах, так как с ними еще двигались послы с известием о требовании выкупа. Сначала послы должны были выполнить свою работу и исчезнуть, а уж потом, не подставляя под удар послов, сделают свою работу спецы. На вторые сутки к вечеру добрались до стандартного средневекового замка. Послы сразу же поехали в замок, а остальные оборудовали лагерь в пролеске среди груды огромных валунов. Среди ночи появились послы, но без телеги и без лошадей. У некоторых даже были видны следы от плетей.

– Командир, что случилось?– спросил Аркаша у старшины послов.

– Да князья местные так послов встречают.

– Негоже так с послами обращаться. Да тем более, с русскими. Поплатится кто-то за это. Собственно, за этим и пришли. Отдыхайте. Утром, если мы еще не вернемся, уходите. Мы работать будем следующей ночью. Так что считайте, когда за вами погоню пошлют. Ведь посчитают, что это вы им отомстили.

– Да мы отомстили бы, если могли.

– А мы за вас это и сделаем. Если друг другу русские не помогут, то кто же еще нам поможет. Что латники не заберут, то степь отнимет.

– Правду говоришь, гвардеец.

Проверив подгонку обмундирования и снаряжения, отряд отправился к замку.

– Александр.

– Серж, ты, что так официально?

– Если с нами что… Постарайся вывести Аркадия из леса на бережок. Нет смысла оставлять всю экспедицию здесь из-за одного человека. Не та обстановка и, поэтому соотношение не то. Мы-то – военные отморозки и знали, куда шли.

– Какие вы все хорошие люди.– Расчувствовался Аркадий.

– А люди все хорошие, если они люди.– Ответил Ник.

– Ник к тому же и философ.– Пошутил Андрейчиков.– Теперь посмотрим, какой скалолаз.

К этому времени они подошли к самой крепостной стене.

– Да здесь только ребенок не залезет и то, только тот, который высоты боится.

– Дети, кстати, высоты боятся реже, чем взрослые. – Возразил Аркаша.

– Согласен. – Поддержал его Андрейчиков.– По мне так лучше с парашютом десять раз прыгнуть, чем постоять на краю девятиэтажки.

– Тебе повезло – здесь не выше пятого этажа.

– Это успокаивает.

Саша-собровец и Аркаша затаились в кустах на случай огневого прикрытия отхода. Остальные достаточно быстро и профессионально поднялись по стене, проскользнули мимо часовых и скрылись в недрах замка. Прошло около двух часов, когда троица спустилась вниз.

– Ну, как?

– Все путем. Дома расскажем.

Вернувшись в лагерь, все поделились своей информацией и выработали план на следующую ночь. Под утро с первыми лучами света послы уехали, а отряд остался отдыхать. Около полуночи отряд был вновь на том же месте у стены.

– Сашек, у тебя задача та же.

– И вам удачи, мужики.

– Спасибо.

И опять мучительно долго, как густой кисель, наливаемый в столовский стакан, потекло время.

– Все-таки сколько у нас хороших людей.

– Аркаша, хороший человек – понятие относительное. Только попав в экстремальную ситуацию, с человека слетает вся посторонняя шелуха и обнажается его суть, его настоящий характер и воля.

– Я согласен. Во время войны появляются и трусы, и предатели. Но пока войны нет, они же все хорошие. Они хорошие работники, семьянины и так далее. Вывод: не будет войн, то не будет трусов и предателей.

– К сожалению, мы никуда не денемся от ураганов, наводнений, битв за квартиру в наследство. А здесь еще больше этой мрази проявляется, чем на войне, так как дети идут против родителей, сестра против сестры или брата.

– Да, все козыри в твоей колоде: мне бить нечем.

– Почему нечем? Духовность надо поднять и многие вещи на свои места встанут. Духовность – это и религия, и уважение к родителям, к семье, к ближним своим.

– Все это написано в одной книге – Библия.

– А я часто и говорю: давайте обратимся к первоисточнику – Библии. А то мне, например, говорят часто – посты, монастыри. А я говорю: покажите мне, где Господь говорит – поститесь, ничего не ешьте, идите в монастырь и молитесь там Мне. Нет этого в Библии. Там написано, что все чисто, что очищено Богом, что еде не приближает и не удаляет от Бога. Главное – не вводи в искушение ближнего, знай меру, не злоупотребляй. Не сиди на месте, а иди в мир и неси людям Благую весть. Много жатвы, а жнецов мало. Вырвут кусок из Библии и навязывают нам свою волю. То, что советуют там мужики какие-то, то с чего я должен верить, что это Божьи заповеди. Все Божьи заповеди – в Новом Завете. А желающих дописать туда свое или вообще переписать, всегда достаточно было.

– Любая власть пишет законы под себя, и при необходимости даже переписывает историю. Тот же Сталин или нынешние учебники истории этого хренопупа Сороса…

В это время с той стороны стены, черным по темному, скользили три пятна. Лишь изредка рвано-коптящие языки огня факелов удивленно оглядывались, не понимая, откуда взялись эти три сквознячка, так нахально и неожиданно всколыхнувшие тишину летней ночи. Шли по проторенной накануне дороге. Первая дверь. Два охранника – часовых. Бросок с двух рук и два синхронных предсмертных хрипа. Удар ногой по дубовой двери, еще один и петли не выдерживают. За дверью перепуганный мужчина в грубой рубахе до пят пытается достать меч из ножен, но трясущиеся руки не могут сделать этого. Андрейчиков метнул сурикен – металлическую звездочку, которая глубоко вошла в предплечье рыцаря. Рука безвольной плетью свесилась с кровати.

– Ну, что, не ожидал! Слыхал: кто с мечом к нам придет, от меча и погибнет. А? А это еще Иисус Христос сказал. А Александр Невский добавил: на том стояла, и стоять будет Русь великая. Ну, что ты гад фашистский, лопочешь. Не понимаешь? Них ферштейн? Я, я, конечно. Короче, молись. Хотя тебе все равно в ад идти. – Серж взмахнул ножом, и из рассеченного горла рыцаря хлынула кровь.

– Вечно ты торопишься, Серж.

– А что ждать. Пока он подлянку, какую не выкинул? Ты че фильмы не смотришь? Чем заканчиваются все эти трепы?

– Ладно. Умерла, так умерла. Тем более, он сегодня не последний. Пошли.

Примерно по такой же схеме были ликвидированы еще четыре рыцаря. Остальные рыцари спали в одном помещении без всякой охраны.

– Будить будем?

– По большому счету они такие же, как мы. Пускай их смерть будет легкой и быстрой.

– Согласен. Только охрана все равно всполошится. Так что все равно смываться надо быстро.

Они подняли автоматы и длинными очередями расстреляли спящих. В замке началась суматоха, залаяли собаки. Три тени метнулись наверх. Солдаты, поднятые по тревоге, бежали вниз. Часовые на стенах, пристально вглядываясь в темноту, искали под стенами наступающих врагов. Это отчасти облегчало задачу беглецов. Часовые находились в пределах видимости друг от друга, поэтому безнаказанно убивать часовых до бесконечности было нельзя. Раздался звук рожка, и из башенки побежали солдаты. Пришлось эвакуироваться чуть раньше намеченного места. В те времена войны практически не прекращались, поэтому у солдат были отличные навыки и хорошая физподготовка. Троица не успела спуститься и до середины стены, как полетели первые стрелы. Благо они бежали сражаться, поэтому были без факелов. Раздались крики и вскоре принесли огонь. Факелы полетели вниз, и беглецы были обнаружены. Пришлось прыгать. Но что для спецназовца высота в пять метров. Тем более, на земле догорали факелы, и было видно, куда прыгать и когда группироваться. Прыжок, кувырок и никого нет. Наверху явно ругались, и, кажется, даже нехорошими словами. Вскоре встретились с группой прикрытия и вместе побежали в лагерь. Было ясно, что на рассвете будет организована погоня, поэтому надо было использовать остаток ночи для пешего перехода, так как искать их будут явно конные. Решили часть лишнего груза спрятать здесь, так как голодный, но живой спецназовец, лучше сытого, но мертвого. Легкой трусцой, привычной в такой обстановке, они бежали до самых первых лучей солнца. Как назло, спрятаться и оборудовать лагерь было негде. Пришлось идти дальше. Через несколько километров решили сделать привал и, в крайнем случае, занять круговую оборону. Через полчаса продолжили путь. Вскоре начались лесополосы, овраги. При движении стало можно применять элементы маскировки. Дошли до городища без приключений. Погоня их так и не догнала. Ворота открыли сразу же и провели к воеводе.