Миссия (не)выполнима: женить папу

Глава 1

Ян

Дзынь-дзынь-дзынь.

Боги!

Накрываюсь одеялом и прячу голову под подушку.

Дзынь-дзынь…

Я не слышу. Мне плевать. Я сплю!

Но какого-то черта эта гребаная трель не прекращается. Происходит пятисекундное затишье и все повторяется снова. И снова.

Черт!

Высовываю руку из-под одеяла и тянусь к тумбе. Беру этот проклятый телефон и пытаюсь разглядеть имя того смертника, который решился испортить мне утро.

Милана.

Имя абонента-смертника Милана.

Бывшая жена меня, наверное, никогда не оставит в покое. Она всегда появляется в “нужное” время. И это жутко бесит.

Провожу пальцем по экрану. И держа телефон на расстоянии, отвечаю.

– Да, – со сна выходит хрипло.

– Жданов! – восклицает на том конце женушка. Как знал, что могу оглохнуть. И громкой связи не надо. Хотя куда уж громче? Наша связь была именно такой.

– Жданов, ты офигел? Тебя где носит? Мы в аэропорту, а нас не встречают! – рычит девушка.

Я проснулся мгновенно. Сажусь в постели, потираю глаза. Кто это мы? И причину ее приезда я так и не узнал. Она попросту отказалась отвечать мне.

– Какое сегодня число? – спрашиваю, пытаясь окончательно проснуться.

Нажимаю на громкую связь и вскакиваю с постели. Схватив телефон в руку, тороплюсь в ванную. Нужно умыться.

– Пятое ноября, дорогой, – язвительно выдает Лана. Усмехаюсь. Ничего не меняется.

– Я забыл, – говорю правду. Беру в руки зубную щетку, и, мазнув по ней пастой, принимаюсь чистить зубы.

– Ты что там делаешь? – громко звучит голос бывшей.

– Фубы щищу, – говорю я с щеткой во рту.

– Боже, Жданов! – фыркает она. – Жду тебя еще полчаса, – и отбивает звонок.

Утречко. Доброе!

Приведя себя в порядок, быстро одеваюсь. Привычным движением ставлю чашку в кофемашину. Нажимаю на кнопку. Аппарат начинает свою работу.

В прихожей стою у зеркала, поправляю галстук. Расправляю пиджак. Провожу пальцами по заросшему подбородку.

Кофемашина издает звук. Кофе готов. Возвращаюсь в кухню. Подхватываю кружку и делаю осторожный глоток.

То, что нужно. Пару минут позволяю себе пролистнуть новости в ленте. Заглядываю в рабочий чат. Там все как всегда. Шумно, много слов и ругательств. Никто не знает, что “босс” присутствует в чате.

Бросив чашку в мойку, хватаю с вешалки пальто и тороплюсь покинуть квартиру.

Вызываю лифт. Жду. Секунд пятнадцать и двери разъезжаются. Вхожу, первый этаж.

– Да, – рявкаю в трубку, не посмотрев имя. – Да, Лана, я уже еду, – рычу в трубку.

Не так я планировал начать утро.

Первое утро своего первого выходного дня. Единственного, причем.

Выхожу на первом и чуть ли не бегом к выходу. Открываю дверь, которая дается слишком легко, и я сбиваю с ног девушку.

– Ай, – приземляется она на пятую точку.

– Простите, – подбегаю к ней, подхватываю за руку и рывком ставлю на ноги.

Девушка трепыхается. Поправляет шапку, которая наползла на глаза, и стреляет в меня гневным взглядом.

– Так и убить можно, – возмущается она.

Пожимаю плечами и помогаю поставить ее чемодан на колесики.

Тороплюсь к машине. Дурацкое утро.

До аэропорта примерно полчаса пути. Но с учетом всех пробок это время растягивается на почти полтора часа.

Плюс парковка автомобиля тоже занимает время.

Оказавшись на месте, набираю Милану.

– Ты очень, очень-очень сильно опоздал, – воскликнула она в трубку.

Закатываю глаза. Кажется, даже замечаю, как на меня оглянулись прохожие. Мегагромкость.

– Я у входа в терминал “Б”. Как и договаривались, выходи, – отвечаю, пропустив значительную часть ее монолога, и отбиваю звонок.

Жду.

Спустя минут десять за спиной раздаются шаги.

– Ну, – звучит женский голос. – Привет.

Оборачиваюсь и замираю. Милана, как всегда, шикарно выглядит. Высокая, стройная. С копной рыжих волос. В костюме брючном. Пальто расстегнуто. Деловая. Держит за ручку небольшой чемоданчик на колесиках. Где-то я такой сегодня видел.

А вот рядом…

Девочка лет… я не разбираюсь в детях. Может, лет десять? Пуховик, теплые наушники или как они там могут называться? Штаны и громоздкие ботинки. На плече рюкзак.

– Знакомься, это Варя – твоя дочь, – заключает Лана, убивая меня своим заявлением.

Что, простите?

– Варя, – протягивает руку мне мелкая с полной серьезностью на детском лице.

– Лана, – игнорирую девчонку и обращаюсь к бывшей жене. – Это не смешно. Поэтому если ты приехала меня повеселить, то у тебя ни черта не вышло. Ты из-за этого приехала? Тогда не смею задерживать, всего доброго, – проговорил я и, развернувшись на пятках, зашагал к парковке.

– Жданов! – летит в спину. – Если ты сейчас уйдешь…

Останавливаюсь. Я примерно знаю, что может быть. Если Милана Яковлевна Ферзина решила что-то для себя, то так тому и быть. К сожалению. Моему.

Разворачиваюсь и смотрю на бывшую с девочкой. Качаю головой. Нужно было сваливать из города, когда Лана позвонила и напросилась встретиться. Надо было бежать! Но я тупо забыл. Теперь что мне грозит? Для чего она привезла свою дочь?

– Хорошо, – сдаюсь. Почти. – Что ты хотела? Кроме как вот, – киваю на рядом стоящую девчонку, которая носком ботинка ковыряет асфальт. Определенно ей скучно и она своим видом это показывает.

– Вот с этого и нужно было начинать. Но не здесь же нам разговаривать? – спрашивает Лана. – Давай хоть в машине переговорим?

– Пойдем, – вздыхаю.

Я шагаю впереди, Лана с девочкой позади меня. Снимаю с сигналки тачку. Закидываю чемоданчик в багажник. Жду, когда дамы усядутся, и тогда сам сажусь за руль. Определенно, в машине теплее. Ноябрьский холодный ветер продувает до костей.

– Итак? – прерываю молчание, повисшее в салоне машины.

В зеркало заднего вида ловлю взгляд девочки. Она тут же отводит глаза в сторону.

– Варвара твоя дочь, – начинает Милана.

– Это я понял.

– И все? Ничего спросить не хочешь? – удивляется она и впивается в меня своим колючим взглядом.

– Я? – усмехаюсь. – Ты же на протяжении десяти лет мне ничего сказать не хотела, почему должен сейчас спрашивать я? – удивляюсь.

– Давай не при ребенке говорить на эту тему.

– Давай, – пожимаю плечами.

– Нам поговорить нужно. Только… – она сомневается.

– Я заткнула уши. Говорите, у меня музыка, – подает голос Варя и мы с Ланой одновременно на нее оборачиваемся.

Она закатывает глаза и пальцами показывает на уши. Демонстративно прибавляет звук, что музыку становится слышно в салоне авто.

– Умная девочка, – усмехаюсь.

– Не без этого, – с гордостью говорит Лана. – В общем. Я не знаю, сказала бы тебе когда-нибудь о ней, – пожимает плечами. – Но сейчас у меня просто не оказалось выхода. Родители за границей. Подруги все заняты. Мне не с кем оставить ее.

– Стоп, – прерываю ее, наконец, догадываясь о причине приезда бывшей. – Не говори мне, что ты…

– Оставлю тебе дочь на пару недель. У меня командировка. Очень-очень важная командировка! Я всю жизнь ее ждала! – заговорила быстро Лана. – Ты представить не можешь, что она для меня значит….

– Дочь или командировка? – поворачиваюсь к ней и смотрю в глаза.

– Жданов! Ты как всегда в своем репертуаре. Дочь я люблю. Но сейчас я не могу отказаться от работы. Я, между прочим, пахала все это время и вкладывала в дочь. К тебе ни разу не прибежала за помощью, – перешла из обороны в наступление. Хорошая тактика.

– Может, нужно было хотя бы сказать мне о ней? Немного пораньше, а? – я не хочу ругаться. Я неконфликтный человек. Но эта ситуация выходит из-под контроля.

– Ян, я виновата. Знаю. Но когда это поняла, уже было поздно. Девочка большая, а у тебя своя жизнь. Я не хотела тебя расстраивать, рушить твои планы.

– Ты сейчас рушишь мои планы, между прочим, – подмечаю я и снова кидаю взгляд в зеркало.

Девочка смотрит в окно и покачивает головой в такт музыке.

– Она хорошая, воспитанная и не по годам умная девочка. Вы подружитесь, – мягко произносит Лана.

Ловлю момент, когда бывшая поглядывает на часы.

– Только не говори, что ты уезжаешь вот прям сейчас, – новая догадка шарахает по мозгам.

Лана поджимает губы.

– Режешь без ножа, – усмехаюсь и не могу сдержать смех. Откидываю голову на подголовник и отпускаю себя. Смеюсь.

– Мне и правда пора. Через двадцать минут объявят посадку, – звучит виновато. – Я на связи всегда.

– Ты не бросишь сейчас меня, – не верю все еще в происходящее.

Хотя о чем это я? Она уже раз бросила меня.

– Извини, Ян, – смотрит на меня и поворачивается к дочери, показывая пальцами на уши. – Варь, я поехала. Ты помнишь, о чем мы с тобой договорились? – спрашивает дочь.

Та кивает.

– Не волнуйся. Думаю, – переводит взгляд на меня, – мы подружимся, – снова на мать.

– Люблю тебя, малыш, – говорит ей и шлет воздушный поцелуй.

– И я тебя, – кивает дочь и снова надевает наушники.

– Ну все, пока, – открывает дверь и выходит из машины. – Извини еще раз, – говорит, прежде чем закрыть дверь.

Нет, это уму непостижимо.

Молчу. Лана, кивнув сама себе, закрывает дверь. А я наблюдаю за ней в боковое зеркало, пока она не скрывается из виду.

Перевожу взгляд на зеркало заднего вида и снова встречаюсь с глазами девочки.

Она улыбнулась и подмигнула мне. Она. Мне. Подмигнула!

Первые пара минут в стопоре. Что делать? Куда ехать? Кого спросить, как себя вести и о чем вообще говорить с ребенком?

– Мы так и будем стоять? – в мысли врывается девчачий голос. – До приезда мамы?

Оборачиваюсь назад. Смотрит на меня заинтересованным взглядом. Чувствую себя идиотом.

– Может, скажешь, с чего начать? Наше с тобой общение, – спрашиваю ее. Хотя прекрасно понимаю, что это ни фига не круто. Мне нужен совет человека, разбирающегося в детях.

– Ну, – тянет она, – для начала познакомиться. Варя, – второй раз за день протягивает руку девчонка.

– Ян, – отвечаю и пожимаю детскую ладошку в ответ.

На лице девочки появляется улыбка.

– Приятно, – кивает.

– Надеюсь, – хотя сам ничего подобного не чувствую. Неуютно. Вот как называется мое состояние. – Дальше что?

Девчонка приподнимает бровь.

– Можно спросить, хочу ли я есть.

– Есть хочешь? – тут же задаю вопрос.

– Очень. Там, – показывает пальцем в сторону здания аэропорта, – мы ничего подходящего не нашли. Поэтому да, – кивает она.

– Хорошо, поехали, – выдыхаю с облегчением. Ну хоть пара часов будет занята. И можно будет подумать, что делать дальше.

Прикидываю в голове, куда можно ее отвезти поесть. И останавливаю свой выбор на небольшой кафешке недалеко от моего дома. Там достаточно вкусно готовят. Поэтому держу путь туда.

Пару раз отрываю взгляд от дороги и наблюдаю за Варей. Пытаюсь найти сходство. Но сложно. Она девчонка. Была бы пацаном, наверное, было бы проще. Что я чувствую, узнав что у меня есть дочь? Да ничего. Не уверен, что она моя. Но не верить Ланке?

Сомневаюсь, что она мне приперла бы чужого ребенка. Только тогда зачем скрывала ее от меня? Что-то бывшая недоговаривает.

Спустя час мы подъезжаем к кафешке. Паркую машину.

– Приехали, – оборачиваюсь и смотрю на девчонку.

– Супер, – вынимает наушники из ушей и натягивает теплые.

Выходим из машины. Она равняется со мной и смотрит на меня. Оценивающе будто.

– И? Идем? – спрашивает.

Усмехаюсь. Что-то мне подсказывает, что мне скучно не будет эти пару недель. Девчонка если в мать, то…

– Пойдем, – киваю.

В кафешке раздеваемся. Проходим к свободному столику у окна. Варя сама выбирает. Официант нам приносит меню. Я, не открывая его, знаю, что буду. Поэтому наблюдаю за девочкой.

– Ты не будешь есть? – удивляется, поймав мой взгляд.

– Буду. Ты выбрала?

– Буду салат с креветками. И, – ведет пальчиком по наименованиям блюд, – и блинчики с творогом и вишневым вареньем.

– Чай?

Кивает.

Подзываю официанта, делаю заказ. Сам выбираю мясной салат. И кофе.

Пока ждем заказ, молчим.

В голове паника. Надо о чем-то же говорить? Только вот о чем?

– Ты сейчас думаешь, о чем со мной поговорить? – поднимает на меня взгляд светло-голубых глаз.

Удивленно смотрю на нее.

– Наша встреча для тебя шок. Мне тоже не круто. О том, что ты где-то есть, я догадывалась. Но, – вздыхает она театрально, – все так, как есть, и нам придется как-то научиться ладить друг с другом. Будут какие-то просьбы? Правила? – смотрит на меня.

– Не лезть в мое личное пространство. Вести себя тихо. И не называть меня папа, – выдаю первое, что пришло в голову.

– Отлично! А то я уже думала, что заставишь тебе папкать. Думаю, мы поладим, – натягивает милую улыбочку.

Чудесно. Начало есть. Дальше видно будет.

– Я все время провожу на работе, – пытаюсь представить свой день с присутствием в нем ребенка.

– Я и одна дома могу сидеть. Не маленькая, – пожимает плечами.

– А школа? – осеняет меня. – Ты в каком классе учишься?

– Четвертый. Но я на дистанте, так что не парься. Доступ в инет, и все круть, – усмехается.

Так, этот вопрос нужно будет обсудить с Ланой. Она мне ничего не сказала по этому поводу.

– Одной дома опасно, – выдаю свои сомнения.

– Думаешь, я буду пихать пальцы в розетку или разжигать огонь посреди комнаты? Я себе не враг, – звучит по-деловому ее голос. – Надеюсь, ты живешь в квартире и все блага цивилизации там присутствуют.

– Присутствуют, – а сам пытаюсь понять, где в своей холостяцкой берлоге я смогу расположить девчонку.

А еще ее присутствие усложнит мне личную жизнь.

Закрываю глаза. У меня как раз были планы на выходные. Придется отменить, перенести.

– Еще что-то, что я должен знать? – спрашиваю девочку.

К столику подходит официант и расставляет наши тарелки. Желает приятного аппетита и удаляется.

– У меня аллергия на орехи. А больше ничего, что тебе было бы интересно, – пожимает плечами и, взяв вилку, принимается за уничтожение салата.

Аллергия на орехи? У меня тоже!

Глава 2

Ян

Пока девчонка ест, рыскаю в Интернете. Но что искать? Что делать, если вдруг неожиданно стал папой?

Так там советы для будущих папаш, узнавших о беременности своей женщины. Ну и впоследствии ставших родителями. А тут?

Поднимаю взгляд на девочку.

А тут десятилетний ребенок. Взрослый вполне человек.

Попытки найти какую-либо инфу накрылись медным тазом. А завтра в офис. А ее куда?

Девчонка все подчистую смела с тарелок и, отставив их в сторону, придвинула к себе чашку с чаем.

– Наелась? – спрашиваю.

– Да, спасибо, – отвечает.

Кажется, вполне себе воспитанный человек. Может, и не будет проблем.

Варя отхлебывает так звучно из чашки, что меня передергивает.

По-моему, я погорячился с преждевременными выводами.

– Неприлично, – говорю тихо.

– Что неприлично? – вскидывает брови.

– Так громко пить чай.

– Тут никого нет, – пожимает плечами и оглядывается.

Рядом действительно никого нет.

– Это не значит, что можно так себя вести, – перевожу взгляд в телефон. Куда-то смотреть же надо.

Я чувствую ее взгляд. Но смотреть на нее не собираюсь. Если она пошла в мать, то цветочки это еще не страшно. Там потом будет нашествие ягодок. Но хочется верить, что я ошибаюсь.

Выходим из кафе, садимся в машину.

– И куда мы сейчас? – спрашивает, стягивая теплые наушники с головы.

– По всей видимости, ко мне домой, – завожу двигатель. Машина успела остыть. На дворе ноябрь все-таки. Небо хмурое, того и гляди, начнет срываться снег.

– Чудненько, – подытоживает Варя.

Еще как.

До дома доезжаем быстро. На часах почти два. Думается мне, этот день будет тянуться вечно. Вечно!

Паркую машину. Выйдя, огибаю авто, вытаскиваю из багажника чемодан. Девчонка тем временем выходит из машины, хлопнув дверью.

Уф-ф-ф. Спокойно.

В подъезд и в лифт.

– Какой? – смотрит на меня.

– Двенадцатый, – девчонка быстро нажимает на нужную цифру. Двери лифта закрываются.

На своем этаже открываю квартиру. Девочка входит первой. Скидывает с плеча рюкзак, кидает на пол. Проходит по квартире. Оглядывает прихожую. Заглядывает в кухню, гостиную. И все это в обуви.

То, что мои зубы скрипят, слышит, наверное, как минимум, пара этажей. Но Варе все равно.

– А у тебя круто, – улыбается, явно впечатлившись увиденным. – Почти как у нас с мамой. Только пустовато, – заметив мой взгляд, замолкает. – Что? – смотрит с недоумением.

– Обувь! Тебя не учили разуваться, когда входишь в жилое помещение? – еле сдерживаюсь.

– О, извини, – усмехается и принимается снимать ботинки, наступая на пятки, – Ян, – добавляет она.

Я закрываю глаза.

Куртку вешает на крючок. Ботинки ставит у обувницы. Наушники на пуфик.

– У тебя животные есть? – спрашивает.

Скидываю пальто. Разуваюсь.

– Нет.

– Печально, – пожимает плечами и, крутанувшись на пятках, начинает повторный осмотр моей жилплощади.

– А какая комната будет моя? – доносится голос.

Никакая – так и хочется ответить. Но сдерживаюсь.

– Гостиная будет в твоем распоряжении, – заявляю я и прохожу в кухню.

– Я не хочу в гостиной, – входит следом за мной и садится за стол напротив. – Мне нужна комната. Мое личное пространство, – прищуривает глаза.

– Не много хочешь сразу? – хмурюсь.

– Мы родственники? Да. Будем видеться теперь чаще, чем раз в десять лет. Думаю, тебе придется смириться с моим существованием. Ну и то, что ты мой папа, тоже, – пожимает плечами.

– Тогда давай договоримся, я не лезу в твою зону комфорта, а ты в мою.

– По рукам, – протягивает мне ладошку.

Игнорирую.

– Как знаешь, – снова пожимает плечами.

– Пойдем, покажу тебе комнату, – вздыхаю. Делать нечего, придется делиться своими квадратными метрами. Но хочется верить, что это во благо моего спокойствия.

Комната есть. Небольшая. Планировал я ее под свой кабинет. Но руки до ремонта не дошли. Здесь даже штор нет. Но есть диванчик. И стол. Иногда тут останавливается кто-то из друзей. Но, может, это и неплохая идея спрятать здесь девчонку. От глаз подальше, что называется.

– Эм, – стоим в дверном проеме. – И я здесь буду жить пару недель? – усмехается.

Проходит внутрь. Морщит носик, брезгливо оглядывая комнату.

– А что тебе не нравится?

– Ну, в целом неплохо. Но мне нужна удобная кровать. Растущий организм, сам понимаешь, что нужен ортопедический матрас. Ну и я девочка вообще-то.

– Только не говори, что тебе нужны розовые единороги, – настораживаюсь.

– Нет, единороги ни к чему. А вот платяной шкаф, тумбочка, настольная лампа, шторы, – загибает пальцы на руке, переходит на вторую руку, – ковер с длинным ворсом. Ну и всякие штучки-побрякушки.

– Например?

– Гирлянды, статуэточки. Все, что нужно для уюта. А, – поднимает палец вверх.

– Что еще? – я, кажется, уже ничему не удивляюсь.

– Кактус! – улыбается.

– Кактус-то тебе зачем? – все же удивляюсь.

– Во-первых, проверю, какая энергетика в этой комнате. Во-вторых, он забирает негатив и вредные волны. Поэтому будет стоять на столе у ноутбука. Ну а в-третьих, я просто скучаю по своему другу Тучке, – пожимает плечами.

– У тебя друг Тучка? Это кто?

– Кактус же. Я его с собой не взяла, потому что представь, как он перенес бы перелет? Да и меня бы не пустили на борт с кактусом в руках, это опасно для окружающих, – смотрит на меня как взрослый на глупого ребенка.

Прекрасно.

– Ты почитай про них. Интересно, – заключает в итоге.

Почитаю. И это тоже. Видимо, данная информация мне будет нужнее, чем заключение договора на поставку импортного оборудования в цеха.

– Так когда в магазин? Или ты предпочитаешь заказывать онлайн? – складывает руки на груди и впивается в меня взглядом.

– Нет, – качаю головой, – так не пойдет, – выхожу из комнаты, но эта мелкая идет за мной по пятам. – Я не готов к этому. Это слишком для меня, – нахожу свой телефон и набираю номер Ланы.

Но звонок не проходит. Абонент недоступен.

– Черт, – выпаливаю.

– Она еще в самолете, скорее всего, – подмечает Варя. – Зачем мама тебе?

– Хотел спросить, нельзя ли тебе нанять няню и заселить куда-нибудь подальше от меня, – выдаю быстро, даже не задумываясь.

– Неужто тебе никогда не хотелось детей? – спрашивает вполне серьезно.

– Зачем? – пожимаю плечами.

– Продолжение рода и все такое, – с умным видом.

– Мне и одному комфортно. Все, теперь оставь меня, мне нужно подумать о том, как быть завтра, – отмахиваюсь от ее назойливого присутствия.

Девочки слишком много за такой короткий промежуток времени. А это мой выходной и он потерян.

Усаживаюсь в гостиной, открываю свой ноутбук. Проверяю рабочую почту. Делаю привычные для меня вещи, чтобы хоть немного отвлечься от этого странного чувства, будто что-то сломалось. Вот этот назойливый треск, который я слышу. Это разваливается моя жизнь?

Пока я копаюсь в документах, разбираю почту и переписываюсь со своим секретарем, доносится запах. Сначала пугаюсь. Откуда? А потом пугаюсь еще раз, потому что понимаю, что источником запаха могут быть действия ребенка.

Вскакиваю из кресла и чуть ли не бегом несусь в кухню. И замираю в дверях. Девочка что-то жарит.

– Ты что делаешь? – подлетаю к ней. Выключаю плиту. Снимаю сковороду.

– Ты нормальный? – спрашивает. – Я блинчики жарю. Разве ты есть не хочешь? Ты там работаешь, а про ребенка забыл, – говорит возмущенно. – А я почти закончила, между прочим. И заварила свежий чай.

Я действительно замечаю уже приличную стопку блинов на тарелке. Заварник, прикрытый полотенцем, на столе.

– Жаль только, варенья у тебя нет, – пожимает плечами. – Ни сгущенки, ни сметаны, – с сожалением.

– Это опасно.

– Что? Пить чай с блинами? – усмехается она.

– Ты прекрасно понимаешь, о чем я. Плита. Ты можешь обжечься, что-нибудь сжечь. Устроить пожар.

– Мне десять, а не пять. У тебя индукционная варочная панель, не газовая. Практически безопасная. Плюс я не одна, ты дома. И если бы понадобилась помощь, я бы позвала тебя. В твоем холодильнике есть нечего. Там пара контейнеров с испорченной брюссельской капустой. Ты на диете? – оглядывает меня внимательным взглядом.

– Рот закрывай и давай есть, раз ты приготовила блины.

– Ты грубый, – фыркает, но принимается разливать чай по кружкам.

– А ты зануда, – падаю на стул рядом и беру в руки блинчик.

Моим планам на вечер не суждено было сбыться. И все потому, что в моем доме появился ребенок.

– Ян, – девчонка снова отвлекает меня. – Мне нужно постельное белье. Еще стул в комнату и… – повисает тишина.

– Что? – оглядываюсь.

– Вот, – она забирается на диван рядом и, убрав мой ноут с моих колен, ставит на его место свой. – Помоги определиться, – заявляет эта беспардонная особа как ни в чем не бывало.

Нужно пару секунд, чтобы заглушить внутреннее возмущение и, наконец, уставиться в экран ее ноутбука.

– Это что? – спрашиваю, хотя ответ знаю. На экране варианты диванов, кроватей.

– Онлайн-магазин. Если закажем сегодня, то это все привезут завтра. Кое-что я уже выбрала. Но заявку придется оформить тебе.

– Завтра мне не подходит. Я работаю. Кто будет принимать покупки? – нет, все пошло кувырком.

– Завтра же воскресенье, – смотрит на меня удивленно.

– У меня выходных как таковых нет вовсе. Сегодня первый за три последние недели. Ты срываешь все мои планы, – я не злюсь. Нет. Совсем нет.

– Это ненормально, да? Выходные должны быть. Да и кто вообще работает в воскресенье? – смотрит на меня удивленными глазами.

Игнорирую ее вопрос и смотрю в экран, тачпадом прокручиваю страницу. Стараюсь хоть за что-то уцепиться взглядом. Хочет обставить комнату? Будет сделано, только бы оставила меня в покое.

– Ладно. А я? – снова спрашивает.

– Я еще не решил.

– Возьмешь меня к себе на работу? Кем ты работаешь? – продолжает трещать.

– Нет, детям там не место, – ответил, но получилось довольно резко.

Варя замолчала. А я мысленно выдохнул.

– Знаешь, – она закрывает крышку ноута и забирает его с моих ног, – не стоит.

И поднявшись с дивана, уходит в направлении «своей» комнаты. Остался один с гадким чувством. До слуха донесся звук закрывшейся двери.

Откидываюсь на спинку дивана и закрываю глаза.

Вот оно мне надо? Вот это все? Из-за бывшей я сейчас буду перестраивать себя и свой быт? Свой мир? Да с какой стати, спрашивается? Она мне о дочери десять гребаных лет ничего не говорила. А сейчас нате, знакомьтесь. Ты папа.